Триада Лун: Сбор обломков

Глава двадцать вторая: Расщепление

☄☄☄

Кёсори Стрик не стала её перебивать, хотя фальшивая Джентл неприлично затягивала паузу; голова пришелицы была опущена, она сделала якобы неуверенный шажок на месте, хорошо изображая смущение.

Но Кёсори видела, что её чувства — подделка.

Кошка Солид Лайн коротко прошипела. Единорожка не вмешивалась, стоя в пяти шагах от Кёсори.

Розовая прервала свою же паузу:

— Ну, раз наводящих вопросов не будет... и вообще вы не хотите со мной общаться, — она надулась, и эта обида была настоящей, — скажу, как есть. Вы меня выгуляете по вашему миру, пока всё равно заняты сбором душ. Я скажу, где я хочу побывать, мы составим маршрут, и… пойдём.

Солид Лайн приподняла копыто:

— Почему мы должны соглашаться?

— Потому что если вы откажетесь, Джентл Тач к вам не вернётся. У каждой из ваших Лун своих пони уже выше кончика рога. У Красной — только я. Будем — мы с Джентл.

Кёсори почувствовала, что есть в этом… какая-то исковерканная правда. Почти правда, но не совсем, и слушать её опасно. Как и всегда с двойниками.

Белая Луна вела отсчёт времени по выбросам Красной — и каждый выброс приводил к кубическим девяткам жертв, считая только смерти.

И всё же — подделка пыталась сказать, что Красная на самом деле заслуживает какого-то сочувствия. И во многом она права, дрогнула полузнакомая мысль в глубине Кёсори; пегаска дёрнула ухом.

— Что, если мы согласимся? — продолжила Солид.

— Тогда я провожу вас в вашем путешествии, помогу в нём — а я знаю всё то же, что знает Джентл, не сомневайтесь. У меня нет связи с Синей Луной, но если вы найдёте мой свет…

— Это несложно, — подтвердила Солид. — Хотя если мы тебя убьём, мы найдём способ вытащить Джентл и без тебя. Эта система — наша.

Что значит, несложно?! Она что… соглашается? И откуда у неё этот свет?

— Догадываюсь. И, повторюсь, я помогу вам в поиске всех оставшихся душ, и...

Кёсори перебила:

— Чего ты на самом деле хочешь?

— Жить. Радоваться. Получать удовольствие. Два-три свидания с тобой и Солид Лайн. Посмотреть, что вы здесь успели натворить, пока я сидела под боком у Красной и пыталась её утешить. В общем, развлечься. Джентл была очень скучной пони. Ей не помешает развеяться.

Предыдущий вопрос был третьим. Последним из тех, на которые обычные двойники были обязаны отвечать правду, если вообще отвечали, хотя от этой обязанности они пытались ускользнуть. Все их ответы после того так или иначе, без исключений, содержали ложь.

Тем не менее, следующий вопрос был слишком важен.

Кёсори сглотнула комок в горле:

— Была? Что с ней?

Подделка прищурилась:

— Если помнишь, шесть кругов назад, одна знакомая тебе пони сидела в баре каждый пятый цикл, а в начале следующей фазы каждого шестого убеждала себя, что этот раз точно был последним, и потом снова приходило время, но она всё равно не могла забыть и всё повторялось снова — эта пони тоже была, не так ли? После неё была другая пони, которая вдохнула «Путеводный звездопад».

Кёсори резко выдохнула, но не отвела взгляд. Теперь точно было понятно, что это враг. Двойник, как и все они, и каждое слово, хоть и звучит настоящим — не больше чем овод. Дай им прозвучать, и они поселятся под шкурой, и так и будут зудеть. Дальше она скажет...

— Третью, после тех двоих, пришлось поддерживать и заботиться чуть ли не всем участком — она не всегда находила окно на улицу, и еду ей надо было скармливать с вилочки. Ты сама, та, что передо мной — которая после них? Седьмая, девять-и-пятая, две-девятки-и-восьмая? Важно, что те Кёсори — были. Вот и Джентл Тач — была. — закончила подделка, ухмыляясь.

Кёсори отступила на два шага, наклонила голову и процедила:

— Не напоминай мне, иначе...

— Нет! — перебила Солид Лайн, но Кёсори лишь бросила на неё тяжёлый взгляд; единорожка добавила, — Она не хотела тебя ни обидеть, ни задеть.

Но Кёсори закончила мысль:

— Иначе я тебя сожгу. Хотя бы в память о… второй, третьей и четвёртой, как ты их называешь, — Кёсори улыбнулась в ответ, — Потому что они себя не защитили. Ты думаешь, ты открыла мне глаза. Каждый третий мой двойник мне об этом напоминает. Каждый третий из них напоминает в подробностях и красках. Можешь угадать, сколько из них уходят целыми.

Солид Лайн подошла и ткнулась рогом в бок Кёсори:

— Не сердись.

— Это существо извратило мою Джентл и ведёт себя так, как будто мы ей чем-то обязаны. Совершенно обычный двойник притом. И я же ещё должна не сердиться? — Кёсори говорила ровно и спокойно, но на маховых перьях полураскрытых крыльев горели язычки синего пламени.

— Я просто ответила на твой вопрос. Мне сложно иначе…

Кёсори дёрнула ухом и снова тяжело сглотнула.

Это был голос Джентл. Точь-в-точь её, до мелкой задержки на всех шипящих, слишком раскрытого «о» и слишком глухого «р».

— Я не хочу ничего плохого. Оно само получается. Если вы убили Луну, как может быть иначе? Я и сама убивала пони, ты знаешь?... и, может, ещё...

— Ты там в плену? — неверяще спросила Кёсори. Пламя её сердца замерцало, но синяя аура ещё держалась на крыльях — три удара, пока она ждала ответ. Всё остальное она предпочла пропустить мимо ушей как бред.

Пламя погасло, когда Джентл с родным и знакомым захлебывающимся смешком ответила:

— Нет. Я «там» добровольно. И, кстати, если хочешь при случае повторить то, несбывшееся, я не против и справлюсь получше.

Кёсори фыркнула; в ушах от воспоминания слегка зазвенело.

Понятно. Это какой-то особый двойник. Качественней и глубже. Лучше промолчать.

Уши и щёки горели, но в этот раз аспект Белой Луны был ни при чём.

Что хуже, сердиться тоже не получалось. Джентл говорила правду — и это было слышно.

— Ты оборотень? — спросила Солид.

— Чего? — откликнулась подделка прежним, вкрадчиво-нежным голосом.

— Два разных акцента. Даже мне слышно.

— Нет. И не её тюремщица, как хочет спросить достойная Кёсори Стрик. Мы с Джентл сотрудничаем и дружим. Так что, значит убивать не будете? Поговорим подробнее?

Кёсори нехотя кивнула.

— Вот и хорошо. Для ясности, зовите меня Пинк Дроп.

Пинк подмигнула Кёсори:

— И, кстати, Джентл и правда не против. Но Солид ей нравится больше.

— Вот ни разу! По обоим пунктам! — ответил голос Джентл, и Кёсори не удержалась от фейсхуфа.

Пинк подошла к ней — ближе, ещё ближе. Взглянула снизу вверх, и протянула копыто. Кёсори задержалась на долгих шесть ударов, потом вздохнула и приняла его.

— И всё же, — спросила она, — Я слышала голос Джентл Тач. Настоящий голос. Живой. Ты можешь её вернуть?

Пинк долго и пристально смотрела на Кёсори в ответ, потом шепнула только для неё:

— Тебя это и правда волнует. Забавно.

И громче, уже для всех — даже Сигнал повернула к ней голову:

— Да, могу. И верну, если буду довольна нашей прогулкой. Если она сама захочет. Если это хоть кому-то будет нужно. А пока — не вижу смысла.

Солид Лайн вмешалась:

— Если ты захватила чужую душу, имей хотя бы смелость признать, что ты это сделала. И отпускай её на волю. Хоть иногда.

— А мне тогда куда деваться? — надулась Пинк.

Все трое сердито посмотрели на неё, и Пинк пробурчала:

— Ну ладно, ладно. Пусть так.

Кёсори закашлялась — и поняла, что только после этих слов смогла дышать полной грудью.