Автор рисунка: Noben
Глава пятая: Партнёрство Глава седьмая: Развёртка

Глава шестая: Движение

Кьютимарка Кёсори Стрик

☄☄☄

Кёсори Стрик всегда любила Метрополию, и Она ей отвечала взаимностью. Протянувшиеся почти до горизонта проспекты с регулировочными огнями, высокие арки над улицами — войти в пике, сложить крылья, промчаться между чёрно-серых стен, и снова подняться к Луне — чаще всего Белой, по своей фазе цикла; для того, чтобы часто встречаться с другими, она была слишком соней. Греться в Её призрачно-огненном блеске, слушать ветер, улавливать в нём дальние переговоры других пегасов — ‘встретимся уже после Парада...’, ‘нет, погоди, сколько?..’, ‘...менной опять рождается смерч...’ Посещать сельскохозяйственные сектора и акватории, катать жеребят на облаках или помогать местным с дождём, но облетать стороной Лес — у Леса для каждого найдётся время, как было в той песенке. И возвращаться домой после трети цикла в безостановочном полёте, точно зная, что Метрополия есть — раскинувшаяся во всей своей необъятности на половину материка; Метрополия слышит и видит Кёсори, и пребудет вечно.

Такова была её юность, и поныне Кёсори Стрик относилась к Метрополии исключительно нежно.

Но сейчас, сидя в тесной капсуле авиетки бок о бок со съёжившейся земной пони, Кёсори боялась и совсем не была уверена в Её защите — слишком быстрый полёт, слишком неуклюжие повороты. Открыть верхний люк, взять с собой пони и выпасть в обычное небо, а там уже разберёмся…

Она пыталась отвлечь Джентл и себя разговором о прошлом, узнать больше о соседке и немного рассказать о себе, но та отвечала односложно и нехотя, так что Кёсори свернулась на сиденье — слишком жёстком и колючем, если сравнивать с облаками — поудобнее и вернулась к кроссворду.

Она потеряла сосредоточенность на кроссворде меньше трети доли спустя. Авиетка покачивалась равномерно и почти бесшумно, под закрытыми веками бродили незаполненные бланки отчётов на столе в участке, и обитаемое место Великой Пустыни называлось «оазис», одиннадцать букв по горизонтали в гражданском счёте, пять — в лунном, а ровное тепло Джентл и её глубокое мерное дыхание доносились даже с соседнего кресла… интересно, можно ли ближе… и как записать этот «оазис» на лунном...

☄☄☄

— Кёсори! Кёсори Стрик, пожалуйста, проснитесь!

Она отмахнулась от настойчивого тревожного голоса, пытаясь доспать ещё хоть немного — во сне было что-то важное, куда-то надо было лететь прямо сейчас, но она не помнила, куда, и с каждым ударом не помнила всё больше... 

— Сейчас…

Не просыпаясь, Кёсори поймала воздух крыльями, поднялась выше, выполнила пару виражей, и только тогда поняла, что ни по бокам, ни сверху, никаких преград больше нет. Попыталась раскрыть глаза, но те не послушались.

— Мы что, прилетели? — попыталась сказать она, но вместо слов получилось нечто вопросительное.

К счастью, Джентл поняла.

— Да, давно уже. Шесть доль уже точно прошло, а вы всё спите и спите!

Кёсори Стрик вновь попробовала открыть глаза. Те всё ещё не слушались, но крылья держали ровный ритм, и магнитное чувство дало ориентировочный сигнал — да, мы почти на месте, сектор S рядом, эти равномерные помехи ни с чем не спутаешь… 

— Я скоро буду… может, ещё треть доли. Сумка?..

— Сумка у меня. Она цела, я в неё не заглядывала.

— Мхм… Оставь на земле, сейчас… А как ты меня вытащила, и так, что я не… — Кёсори сладко зевнула, не закончив вопрос.

Впрочем, ей не ответили.

⊛⊛⊛

Джентл Тач с десяти шагов наблюдала, как пегаска в рассеянном свете Белой Луны, с помощью двух замутнённых зеркал на гибком держателе, трёх разных щёток поочерёдно и флакона с неведомым аэрозолем… прихорашивается. Не просто уход за крыльями и вычистка грязи — Кёсори не прекратила процесс до тех пор, пока буквально каждая прядка гривы не оказалась в точности на своём месте и не стала в точности нужного оттенка фиолетового. Даже в ресторане она была не настолько… вылизанной, какой стремилась быть сейчас. Это завораживало. Джентл почти не отвлекал от этого… представления… даже шум экипажей на дороге в стороне и над ними.

Джентл улеглась на спину в густой белёсой траве и продолжила смотреть на пегаску, теперь уже не стараясь увидеть детали. Раньше, когда авиетка уже легла на обратный курс и скрылась вдали, а Кёсори всё ещё отказывалась просыпаться, Джентл убедилась, что её сон не вызван болезнью или утомлением, но что-то с ним было не так. Что именно — от неё ускользало, и образы сна тревожили. Полёт в розовато-алом тумане, голос океанских волн или биения сердца, никакой земли под ногами даже на тысячи шагов вниз, солёный и горький запах...

Прошло не меньше доли, но наконец Кёсори удовлетворённо хмыкнула и подошла к Джентл.

— Ну что, вперёд. Очки наготове?

— Да, — Джентл протянула футляр в передних копытах для наглядности. — Но вы уверены? Белая уже на закате, это уже не ваша фаза.

Кёсори бросила взгляд на небо, и успокаивающе улыбнулась:

— Даже и не беспокойся. Я обычно в своей фазе не сплю, но когда такое бывает, то спокойно дотягиваю до следующей своей. А сейчас — не скажу, что хорошо выспалась, но сколько-то продержусь — я немного выносливее, чем тебе кажется. Но… ты не знаешь, что мне снилось?

Джентл насторожилась:

— То есть?..

Кёсори звонко и тепло рассмеялась:

— Даже если бы я не знала до того, сейчас ты себя выдала с головой. Вестники Синей могут ходить по снам, а мне снилось что-то важное — и совершенно не помню, что именно! — и я не поверю, что ты не подсматривала!

Джентл подобрала под себя ноги, пискнула, но собралась с духом и ответила спокойно:

— Во-первых, мне рекомендовали не входить в чужие сны. Даже если бы я могла. Во-вторых, если бы сон был важным или посланным Луной, он бы запомнился. В-третьих, мне кажется, вы подходите ко мне слишком близко, уважаемая Кёсори Стрик.

Пегаска тут же прижала копыто к груди, и чуть наклонила голову:

— Прости… Я немного забылась, и больше не повторится. Конечно, твои тайны — только твои тайны. Но, чтобы ты знала — мне очень, очень и очень любопытно, каково это — быть у Синей Луны.

Джентл ответила не сразу. Лишь когда они уже поднялись по склону к дороге, она выдохнула:

— Знать больше, чем хотелось бы, вот каково это.

Она попросила помощи, чтобы открыть футляр, и надела очки — тяжёлые, с шероховатыми зажимами, тёмными стёклами и упругим ремнём, облегающим голову; едва заметно тёплые при касании, как будто живое тело во время мороза. Приветствую, уважаемая Джентл Тач, — шепнул бесплотный голос. — Готов намечать ваш маршрут. Помните, что сектор S не рекомендуется для вашего пребывания.

☄☄☄⊛⊛⊛

Когда они переступили границу сектора 12-S — два предупреждающих знака, но после них лишь едва намеченная белым полоса на твёрдой земле — Джентл сделала два шага, остановилась и осела на землю. Кёсори сместилась к ней, укрыла крылом:

— Что не так, милая?

Та не отстранилась, несмотря на свою браваду всего десяток миллициклов назад. Всхлипнула:

— Ничего... ничего не вижу… эти звёзды!..

Кёсори подняла взгляд на небо. Белая Луна, на закате, но всё ещё над горизонтом, была едва намеченным полупрозрачным кругом. Синяя Луна, на подъёме — тоже едва заметна. Не Луны, но их слабые контуры, отблески и отголоски. Зато звёзды —  пронзительно-сияющие, блестящие как россыпь бриллиантов на тёмной ткани, с лучами и отсветами… и совершенно немигающие, словно вокруг пони и вплоть до самого неба не было никакого воздуха.

— Ах да, конечно, — тихо ответила она. — Мы же в секторе S. Я уже говорила, здесь только местным удобно.

Но Джентл продолжала тихо плакать под небом — сверкающим звёздами десятков ярчайших цветов, и притом абсолютно и безнадёжно чёрным. Всё, что происходило под ним, было безразлично чёрному небу, для которого не существовало ни времени, ни стремлений, ни тем более забот, связанных с ними. Можно было просто лежать, чтобы однажды упасть вверх — и исчезнуть… или пополнить собой бесконечное племя небесных огней, бессильных развеять мрак.

Кёсори глубоко вздохнула и обратилась к трепетному теплу Белой в своей груди. Поймала её пламя, её свет, её силу. Вспомнила, насколько она безупречна и ухожена и как ценит и бережёт себя и других. Распахнула крылья, краем глаза заметила их жемчужный отблеск — и отогнала от себя и Джентл давящую тьму. Это всё ещё ты, дорогая? Это — всё ещё часть тебя, верно ведь? — подумала она в сторону Метрополии, но отклик был неясен.

— Пошли, милая. Пошли. У тебя есть назначение, а я — в твоей охране. Так что пошли.

— В какой ещё охране?.. — попыталась возразить Джентл, но Кёсори кивнула так, словно никакого вопроса нет:

— Если хочешь добраться по назначению, моя защита тебе понадобится. Я пойду чуть впереди.

Полагаю это утверждение ситуативно верным, — сообщил голос, — Однако самоуверенность данного Вестника Белой Луны находится у верхней границы допуска. Об этом следует помнить.

Кёсори сделала несколько шагов и приостановилась.

— Ну?

И они пошли.