Буревестник эквестрийских нанотехнологий

При всех своих широко известных заслугах Твайлайт Спаркл продолжает считать принцессу Селестию наставницей. Это означает, что именно Селестии приходится первой сталкиваться с научными достижениями ученицы и их не всегда предсказуемыми последствиями… из коих некоторые сама Твайлайт предпочла бы забыть.

Твайлайт Спаркл Эплблум Свити Белл Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони

Дикие горы

Небольшой рассказ на тему нелегкой жизни небольшого племени пегасов в неласковых горах.

Другие пони

Твайлайт и фонарик от страха

Твайлайт читает сказку на ночь.

Твайлайт Спаркл Спайк

Ночь страха

Небольшая зарисовка событий предшествующих событиям эпизода Luna Eclipsed (2-й сезон 4 серия)

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Voice of another world

Иногда обстоятельства меняют тебя, и жизнь наполняется новым смыслом. Правда, никто не знает, когда и с кем это произойдет в следующий раз.

Твайлайт Спаркл ОС - пони

Ночь Кошмаров и Никс

Прошло несколько месяцев после событий "Семьи Никс". Твайлайт привыкла быть матерью, а Никс с радостью стала (ну, В ОСНОВНОМ) нормальной маленькой кобылкой. Но сейчас они приближаются к одному из любимых праздников осеннего сезона, Ночи Кошмаров, о котором Никс никогда не слышала и абсолютно ничего не знает...

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони

Сохраняя надежду

Надейтесь и верьте

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Дискорд Принцесса Миаморе Каденца

Дети Эквестрии

Нелегко найти прощение, особенно когда ты сама не можешь простить себя; Даймонд Тиара прекрасно знает об этом. Проведя десять лет в психушке, она возвращается в Понивилль, чтобы наконец разобраться со своим прошлым. Но она не ожидает найти там свою старую подругу... И уж конечно, не ожидает, что ее подруга тоже вынуждена столкнуться с последствиями своих действий.

Эплблум Скуталу Свити Белл Диамонд Тиара Сильвер Спун Бабс Сид

Пленник Зебры

Флеш Сентри - герой, сердцеед... и трус, по собственному признанию. Он впервые сам рассказывает, как обрел незаслуженную репутацию героя - и несомые этой репутацией проблемы. Первая часть Записок Сентри.

Другие пони Кэррот Топ Фэнси Пэнтс Флёр де Лис Чейнджлинги Флеш Сентри

Хроники новой Эквестрии

Сборник информации о "Новой Эквестрии"

Другие пони ОС - пони

S03E05
Глава 7. Эппл Блум: Акт третий Глава 9. Скуталу: Акт третий

Глава 8. Свити Белль: Акт третий

Свити Белль не понимала, как копытца занесли её на кладбище, но она знала, что должна выбраться отсюда. Серые, угнетающие облака висели над её головой, пока она пыталась найти какой-нибудь выход среди поля надгробий, исписанных именами тех, кто спал под ними. Один только вид этих камней заставил её вздрогнуть.

Не успела Свити испугаться, что никогда не найдёт выход отсюда, как увидела вдали группу пони, медленно марширующих в противоположном направлении. Надеясь, что они укажут ей путь, она бросилась к ним, но остановилась, увидев, что это за марш, и какие пони в нём участвуют. Впереди с маленьким деревянным гробом в копытах шли подруги Рэрити, а сама она и остальные члены её семьи со слезами на лицах двигались следом; все были одеты в чёрное, головы пони были низко опущены. Никто не улыбался, даже Пинки Пай, чья грива полностью опала. Друзья Свити Белль, Меткоискатели — Эппл Блум, Скуталу и даже Бэбс Сид из Мейнхэттана — составляли хвост мрачной процессии. Их чёрные наряды соответствовали всем остальным. Тёмное, гнетущее чувство росло внутри единорожки, когда она осознала самую важную деталь этого марша: она там отсутствовала.

Она не была со своей семьёй, не плакала, не была рядом со своими друзьями. Свити Белль посмотрела дважды, даже трижды, но её нигде не было видно. Затем её глаза обратились к гробу, который удерживали подруги Рэрити. "Нет... нет, этого не может быть".

Испуганная единорожка поскакала к своей семье и попыталась коснуться их, но прошла мимо и приземлилась лицом на землю. Выплюнув грязь и траву, она повернулась и попыталась снова, на этот раз подойдя к своим подругам. И опять она прошла сквозь пони, как сквозь воздух.

Казалось, что в животе у неё образовался кусок льда, медленно замораживающий её изнутри с каждой секундой, даже когда пот стекал по её лбу. Она плакала и кричала, звала свою семью и друзей, с каждой попыткой в её горло всё сильнее горело от боли. Но они не смотрели в её сторону, их измученные взгляды мрачно сосредоточились на единственной открытой могиле впереди.

Свити Белль, уставшая от своих криков, следовала за ними, пока процессия не добралась до конечного пункта назначения гроба. Используя свою магию, Твайлайт подняла его над могилой и, не говоря ни слова, кивнула остальным, прежде чем открыть крышку. Свити Белль ничего так не хотелось, как отвернуться, чтобы не видеть того, кто лежит внутри, несмотря на то, что уже знала кто это. Её страхи росли всё больше и больше по мере того, как крышка медленно открывалась, пока она не увидела ту самую пони.

Это была маленькая кобылка-единорог, со светло-серой шёрсткой, её грива была бледного розово-пурпурного цвета. Хотя на её лице не было улыбки, она, казалось, спала на красной бархатной подушке, на которой покоилась её голова. На ней было ярко-розовое с белым платье, которое выглядело одновременно и печально, и красиво. Её крошечные копытца покоились на груди, которая больше не поднималась и не опускалась, а под ними была сжата красная роза, листья которой щекотали край её подбородка.

Свити Белль знала, кто эта кобылка. Это была она.

"Я умерла".

Какая-то маленькая часть, которая не была на грани умственной гипервентиляции, повторяла эти два слова снова и снова. Свити Белль вдруг пришло в голову, что она никогда раньше не видела себя с закрытыми глазами. Каждый раз, когда она смотрелась в зеркало, отражение было ярким и живым, каким-то активным. Теперь же она словно смотрела на какую-то другую кобылку с такой же светло-серой шёрсткой и вьющейся гривой из бледных розово-пурпурных волос. На её лице не было ни улыбки, ни гримасы боли. Губы были плотно сжаты, но в остальном её мордашка была абсолютно невыразительной. Её платье представляло собой красивую скорбную композицию розового и белого цветов, а единственная красная роза лежала поперёк её груди, едва касаясь края подбородка. Свити Белль узнала художественную работу копыт своей сестры.

Это должно было символизировать образ мира и покоя, но всё, что видела Свити Белль, представлялось ужасным фарсом. Смерть лишила её всего, что делало её такой, какая она есть, лишила её живой сущности, и теперь от неё осталось лишь холодное тело.

"Меня не стало".

Свити Белль сидела, охваченная ужасом, не в силах плакать, пока её друзья и родные укладывали лилии в гроб одну за другой. Рэрити со слезами на глазах поцеловала сестрёнку на прощание в лоб. Её лучшие подруги, её сёстры по узам, медленно положили её плащ Меткоискателя внутрь, прежде чем поцеловать её в щёку.

— Девочки... — прошептала Свити Белль, жалея, что не может почувствовать их тёплую любовь прямо сейчас. Потому что сейчас она была, как и её труп, холодна как камень. Твайлайт медленно закрыла гроб, опустила его в могилу и засыпала землёй. Только когда на могилу упал последний ком, Свити Белль в слезах рухнула на землю. Но её крики остались неуслышанными, когда все пони одна за другой уходили, оставляя свежую могилу в одиночестве. Она протянула копытце в тщетной попытке удержать их.

— Не оставляйте меня! Пожалуйста! Я не хочу быть одна!

Её мольбы не были услышаны. Вскоре пони исчезли, превратившись в крошечные пятнышки вдалеке, когда Свити Белль закричала, уткнувшись в передние копытца. Всё было кончено. Её жизнь ушла. Смерть наконец забрала её. И она была обречена на страдание.

Внезапно Свити Белль почувствовала, что воздух стал ещё холоднее, словно приятный воздух Колтифорнии сменился холодом, что царит за пределами Кристальной Империи. Она подняла заплаканные глаза и увидела, что небо стало красным как кровь, а чёрные тучи зловеще заволокли небо. Земля вдруг задрожала, отчего она в ужасе вскочила на копытца. Взрыв огня и дыма вырвался из её могилы, отбрасывая Свити Белль, после чего она застонала и потёрла своей бок. Дым застилал ей глаза, но она видела, как что-то огромное и чудовищное медленно поднималось из дыры в земле, и все это сопровождалось грохотом цепей.

Когда дым рассеялся, Свити Белль закричала, зная, что за существо оказалось перед ней. Из его рта сыпались личинки и змеи, Свити Белль снова увидела костяную фигуру самой Смерти. Её цепи висели в воздухе, готовые к атаке. Единорожка почувствовала, как её мочевой пузырь почти сдал, когда она закрыла глаза, ожидая, что смерть возьмёт её.

Тёмная сущность взревела так же громко, как дракон, и словно по команде цепи щёлкнули и бросились на Свити Белль... только чтобы быть отброшенными назад сферой голубой энергии.

Оставь её в покое, мерзкий кошмар, или тебе придётся иметь дело со мной!

Громкий голос заставил Свити открыть глаза и с надеждой посмотреть на небо. Малышка радостно рассмеялась, когда увидела принцессу Луну, хранительницу ночи, готовую к битве, спускающуюся из портала в небе и приземлившуюся в боевой позе на землю. Смерть снова взревела, но аликорн не выказала страха, когда заговорила снова:

— Я не позволю тебе больше преследовать её! Убирайся!

С её рогом, сияющим так же ярко, как полная луна, глаза принцессы ночи стали полностью белыми и волны света изливались из них наружу. Свити Белль наблюдала, как языки этого света поглощают ужасную форму Смерти, ломая её кости и плавя её цепи по кусочкам, пока последняя волна полностью не разрушила мрачный призрак. Расплавленное ядро света омыло пейзаж, и Свити Белль закрыла глаза от его ослепительного эффекта. В наступившей оглушительной тишине она не решалась открыть их. Только после того, как она почувствовала, как успокаивающее крыло коснулось её тела, Свити Белль осмелилась снова посмотреть на окружающее пространство.

Она стояла на кладбище; точнее, она находилась на большом белом диске чистой энергии, окружённом бесконечной темнотой, заполненной яркими огнями множества цветов. Сначала она подумала, что это звёзды, но, присмотревшись к некоторым из них, Свити Белль увидела, что это расплывчатые сферы, и что она может видеть размытые изображения пони и различных мест.

— Ты в порядке, Свити Белль? — спросила Луна, с беспокойством глядя на кобылку.

В ответ Свити Белль уткнулась ей в грудь и начала тихо всхлипывать. Луна держала малышку, уткнувшись носом в её голову, позволяя единорожке выплакать все свои эмоции. Только когда маленькая пони поняла, что плачет в одного из своих правителей, она наконец пробормотала:

— П-простите...

— Тебе не за что извиняться. Всё в порядке, — прошептала Луна.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Свити Белль вытерла слёзы и медленно отпустила принцессу. Оглядев таинственное окружение, в котором она оказалась, Меткоискательница спросила:

— Где это мы?

— Это место известно как Измерение Сновидений, — ответила Луна, глядя на светящиеся рядом шары. — Это то место, которое соединяет нас со снами всего нашего мира. Очень немногие пони когда-либо овладевали магией хождения во сне, но это позволило мне долгое время помогать моим подданным с их кошмарами и страхами.

Свити Белль вздрогнула:

— Но это было так реально. Я думала, что у-умерла.

— Должна признать, хоть я и не новичок в том, когда моих пони пугают мысли о возможной смерти, я никогда не видела ничего подобного раньше... такие яркие страхи у такой юной кобылки, как ты, Свити Белль, — призналась Луна с благоговением и беспокойством. Она подняла бровь: — Что заставило тебя видеть такие ужасные образы?

Свити Белль нервно отвернулась от любопытного, но обеспокоенного взгляда аликорна, не уверенная, что её проблемы достойны того, чтобы говорить о них перед принцессой. Потом она вспомнила, что принцесса Луна живёт уже тысячу лет, а может, и больше. Она была одним из самых мудрых существ на свете, несомненно, она должна была знать что-то о вопросах, которые преследовали её. Глубоко вздохнув, Свити Белль рассказала принцессе Луне всё, начиная со смерти Даймонд Тиары и кончая разговором с мистером Уоддлом в похоронном бюро.

— ...И когда я вернулась домой, я просто не могла перестать думать о том, что когда-нибудь меня не станет! Моя жизнь закончится, как и у Даймонд Тиары, а я этого не хочу! Я хочу жить! Какой смысл в жизни, если всё, что нам остаётся, это умереть в конце?! Какой тогда смысл?! — закричала Свити Белль, прежде чем рухнуть на задние ноги, ловя дыхание. Она сказала так много и так быстро, что ей показалось, что её горло горит огнём.

Перед Свити Белль материализовался стакан с водой, словно Луна прочла её мысли. Взяв его, она осушила стакан, прежде чем вздохнуть с облегчением. Глядя на Луну, она с нетерпением ждала, в то время как принцесса в глубоком раздумье закрыла глаза.

Открыв их, она сказала:

— О, Свити Белль. То, о чём ты спрашиваешь, волновало всю разумную жизнь с тех пор, как она была создана. Это тайна, на которую ты не найдёшь ответа, даже от такой пони, как я.

— Ч-что... — прошептала кобылка, широко раскрыв глаза. — Н-но вы же принцесса Луна! Вы живёте целую вечность, и у вас должен быть ответ, верно?!

— Увы, я не знаю правды о смерти и её предназначении. Возможно, ни одно существо на земле не знает этого, — ответила Луна, в следующий момент уткнувшись носом в шокированную кобылку. — Но это не значит, что я не могу помочь тебе обрести мир со своими страхами и привести тебя к пониманию того, что смерть не должна быть в центре твоего внимания. Скорее, это жизнь, которая должна сиять всеми красками.

— Жизнь? Как я могу задумываться о жизни, когда в любой момент она может оборваться так же легко, как это случилось с Даймонд Тиарой? — спросила Свити Белль, стиснув зубы. — Она была моей ровесницей, и её больше нет. И она никогда не вернётся. Я слышала, как пони говорят, что она сейчас в лучшем месте, но кому, как не друзьям и семье направлять её? А что, если этого так называемого лучшего места вовсе не существует? Что, если после смерти ничего не произойдёт?

— Даже если оно есть, или нет, ты можешь что-нибудь с этим поделать? — спросила Луна, приподняв бровь. — Ты говоришь о смерти столь ужасные вещи, как будто её нужно избегать. Как избежать этого, Свити Белль, когда ни одно другое существо не смогло? Это судьба, которую мы все должны разделить в конце пути.

Свити Белль впилась взглядом в принцессу Луну и её спокойное выражение. Маленькая кобылка поверить не могла, что услышала это от нестареющего аликорна.

— Да? Ну, не все из нас могут быть бессмертными принцессами, которые никогда не умрут. Должно быть, приятно не беспокоиться о смерти, как все мы. Вы будете спать, есть и оставаться счастливой в тёплом месте, пока остальные будут гнить в холодных могилах!

Если бы Рэрити или её родители были рядом, или любой другой пони, они были бы ошеломлены тем, как Свити Белль кричит на одну из правительниц Эквестрии. Это дошло до кобылки слишком поздно, когда она сглотнула и стала ждать своего наказания. Со страхом она посмотрела на сферы, наполненные красными и чёрными тонами, где она могла видеть проблески кричащих пони, монстров и других явных признаков кошмаров. "Меня наверняка отправят в одну из них на всю оставшуюся ночь!"

К её удивлению, Луна покачала головой и посмотрела на неё с лёгкой улыбкой.

— Свити Белль, ты убеждена, что я невосприимчива к смерти, но забываешь, что когда я говорила: "Это судьба, которую мы все должны разделить", я имела в виду также и себя.

Свити Белль не была уверена, насколько может отвиснуть челюсть, но не сомневалась, что пределы этому сейчас проверяются. А Луна тем временем продолжила:

— Дорогая, несмотря на то, во что веришь ты и другие, мы с сестрой не непобедимы. Мы также способны умереть, как и все вы. Я и Селестия прошли через множество битв с того дня, как стали аликорнами. Бывали времена, когда мы обе получали раны, которые оказались бы смертельными, если бы не удача.

— А это... это было страшно? — спросила Свити Белль

— Да, Свити Белль. Перспектива встретиться лицом к лицу со смертью временами пугала... но были времена, когда я умоляла об этом.

Свити Белль замерла в глубоком молчании, когда увидела, как по невозмутимому лицу Луны пробежала дрожь, раз, затем другой. Сколько всего повидала она за тысячу лет своей жизни? Сколько боли, страданий и смертей тех, кого называла друзьями, семьёй и, возможно, даже возлюбленными она видела снова и снова? Увидеть, что маска на ней треснула, какой бы тонкой ни была эта трещина, стало для кобылки открытием.

У Свити Белль было предчувствие, о каком конкретном событии говорила Луна, и она решила предположить.

— Вы говорите о том времени, когда были на луне? Целую тысячу лет?

Луна только кивнула, её голос стал холоднее, когда она ответила:

— Ты даже не представляешь, каково это, Свити Белль, просыпаться в холодном, одиноком месте, где нет ни тепла, ни любви, ни утешения. Я видела мир перед моими глазами, через великую пустоту, и всё же я не могла взаимодействовать с ним. Моя сестра, мои друзья, пони, которых я любила и которым доверяла, я предала их, когда оказалась беспомощна против своих тёмных чувств, которые превратили меня в монстра. Я проводила каждое мгновение в этой тюрьме в сожалении, умоляя о прекращении моих страданий, поскольку я была беспомощна в своём собственном теле, орудии, которое использовалось моим внутренним гневом. Даже после того, как я оказалась свободна, я чувствовала такую печаль, зная, что всё изменилось.

Такое страдание тронуло сердце Свити Белль, после чего она медленно подошла и обняла ночную принцессу. Луна обхватила крошечную кобылку крылом, и пони замерли в молчаливом объятии. Затем единорожка начала представлять себя на месте Луны. Если бы она была изгнана на тысячу лет, чтобы никогда больше не видеть свою семью, своих друзей и Понивилль, это была бы не очень хорошая жизнь. "Неужели сейчас меня даже смерть не так пугает?.."

— Как вы это пережили? — спросила Свити Белль, глядя в древние глаза аликорна.

На этот раз Луна улыбнулась и уткнулась носом в кобылку, её глаза сияли надеждой и радостью, как и шары, что теперь окружали их.

— Я поняла, что потеряв так много, я в силах вернуть то, что когда-то имела, и даже больше. В новой эпохе так много всего, что меня завораживает. Пони достигли таких чудес; мне всегда есть чему поучиться у них, у меня есть любимые подданные, друзья, которым я доверяю, и новая семья. Кроме моей сестры у меня есть племянница, Шайнинг Армор, Твайлайт и её подруги. Они поддерживают меня, и помогли мне медленно оправиться от моих страхов.

— Но они не будут здесь вечно! Они тоже уйдут! — заметила Свити Белль.

— Да, и их не минует эта участь. Даже меня когда-нибудь не станет, Свити Белль, но такова природа перемен, — объяснила Луна, улыбаясь. — Каждый день что-то в мире меняется. Жизнь продолжается и находит новые пути развития, как и мы, пони, за последние тысячи лет. Видеть эти изменения, приспосабливаться к ним и жить с теми переменами, которые медленно изменяют нас самих; это то, что мы делаем как живые существа. Твой мир стал другим со смертью Даймонд Тиары, не так ли? И перемены не всегда приятны. Тебе будет больно ещё не раз. И всё же в этом всегда есть что-то хорошее. Тебе просто нужно найти это.

— А как я узнаю, когда найду это? — спросила Свити Белль, наклоняясь вперёд.

— Узнаешь, — сказала Луна, расправляя крылья и направляясь к краю платформы, на которой они стояли. Некоторое время богиня изучала сферы сна, пока не улыбнулась и не повернулась к единорожке.

— Не хочешь ли войти со мной в сон, Свити Белль? Чтобы найти ответы, которые ты ищешь?

Свити Белль нервно встала рядом с принцессой Луной и посмотрела на разные шары. Каждый из них представлял собой индивидуальные сны пони по всему миру, спящих в блаженном неведении; неужели она и Луна могут войти в них в любое время? Кобылка боялась, что её ждёт ещё один сон, похожий на её недавний кошмар, и всё же она видела сны тех, кто был в сферах ярких цветов, сияющих как солнце в начале утра. Её внутренний Меткоискатель, ищущий приключений, велел ей идти вперёд.

Она кивнула принцессе и взяла её за копыто, после чего они вдвоём поплыли в пустоту, пролетая мимо различных сфер. Луна была сурова в своей сосредоточенности, её рог светился, как маяк в ночи, но вскоре они прибыли к месту назначения: жёлтому шару, который был меньше, чем большинство его собратьев, но при этом светился так же ярко.

Повернувшись к единорожке, принцесса Луна сказала:

— Всё, что ты должна сделать, Свити Белль, это осторожно положить копытце на шар и позволить мне сделать всё остальное.

— Х-хорошо, — прошептала единорожка, поднимая дрожащее копытце. Она медленно опустила его на шар как раз в тот момент, когда закрыла глаза. Ей казалось, что она погружает ногу в лужу ледяной воды, но в тот момент, когда она коснулась её, кобылка почувствовала умиротворение. Она повернулась к Луне, готовая выслушать новое указание, как вдруг сияние сферы схватило её и потащило внутрь.

Прежде чем она успела дать отпор, яркая вспышка поглотила её.


Когда свет померк, Свити Белль обнаружила себя на ярком солнечном поле, усыпанном всевозможными цветами. Это было очень приятное окружение в отличие от тёмного кладбища, на котором она была всего несколько минут назад. Она понюхала воздух, удивляясь тому, что он пахнет так же, как поля Понивилля весной. Принцесса Луна скоро материализовалась рядом с ней и подтолкнула её следовать за собой.

Они шли молча, Свити Белль наблюдала за благословлённым природой сном, в котором они оказались. Луна, казалось, не заботилась о той красоте, что их окружала. Вместо этого аликорн сосредоточилась на поляне, на которой Свити увидела нескольких земных пони. Это была семья: отец держал биту, в то время как младший из двух жеребят, который разделял отцовский коричневый оттенок шерсти и ярко-жёлтую гриву, бросал мяч изо всех сил. Бейсбольный мяч ударился о биту и пролетел над головой, где его ждал старший брат.

В отличие от других, он, казалось, больше походил на свою мать, светло-пурпурную кобылу с более тёмной фиолетовой гривой. Он выглядел на несколько лет старше Свити Белль, его золотая бейсбольная перчатка на боку сияла на солнце. Как ни странно, он был лыс. Затылок жеребца был выбрит так близко к шерсти, что почти не осталось никаких следов гривы. Он подпрыгнул и поймал мяч, тяжело приземлившись на спину, но быстро поднялся и с гордостью показал семье пойманный мяч.

— Кто он? — спросила Свити Белль, кивая на более крупного жеребёнка, который бросал мяч младшему брату.

— Его зовут Шутинг Кетч, — ответила Луна, улыбаясь. — Он мечтает стать настоящей звездой бейсбола и играть перед толпой болельщиков. — В следующий момент улыбка на лице Луны погасла. — К сожалению, его мечта никогда не сбудется.

Прежде чем Свити Белль успела спросить, почему, мать позвала свою семью присоединиться к ней за столом для пикника на обед. Шутинг Кетч сказал им, что будет через минуту, и, к удивлению Свити, направился к ним. Он остановился и поклонился им в знак приветствия.

— Рад снова видеть вас, ваше высочество.

— Ты нас видишь?! — воскликнула Свити Белль, удивлённо отступая назад. Принцесса Луна и жеребчик рассмеялись на её реакцию, в то время как кобылка скрестила передние ноги и фыркнула. — Это не смешно.

— Извини, — произнес Кетч, прежде чем вытянуть переднюю ногу. — Я Шутинг Кетч, приятно познакомиться.

Хмурое выражение на лице Свити вскоре исчезло и сменилось лёгкой улыбкой, когда она коснулась его копыта.

— Я Свити Белль, мне тоже приятно. Откуда ты знаешь принцессу Луну?

Кетч почтительно склонил голову, прежде чем ответить.

— Принцесса Луна была мне хорошим другом, пока я спал в больнице. Тогда мне было очень одиноко, поэтому она приходила и составляла мне компанию. Мы разговаривали или играли в бейсбол, и с тех пор она мне очень помогает... ну... с момента моей болезни.

— Мне очень жаль, — сказала Свити Белль. — Чем ты болен?

Глаза жеребёнка чуть затуманились, когда он вздохнул, глядя на свою семью в его сне, которая смеялась и ела без него. Свити Белль смотрела, как маленькая слезинка скатилась по его щеке и упала на траву. Но, несмотря на это, на его лице всё ещё играла улыбка. Это было грустно, с намёком на боль, но в то же время умиротворяюще.

— У меня рак, — ответил он, забирая бейсбольный мяч и бросая его обратно в рукавицу.

— Р-рак? — прошептала Свити Белль, прикрывая рот копытцем. — Так вот почему...

— У меня такой вид, будто я подрался с ножницами и проиграл? — пошутил Кетч, указывая на свою лысую голову. — Да, но на самом деле это один из лучших побочных эффектов. Самые худшие — это боль, ощущения, что ты будешь долго страдать, пока... не умрешь.

— Т-ты у-умираешь? — ахнула Свити Белль. Перед ней стоял будущий труп. Будущая шелуха. Он станет тем, чем сейчас была Даймонд Тиара: раковиной, которую нужно похоронить, оставив в одиночестве и темноте. — Я... мне... мне так жаль. Это ужасно и... подождите-ка...

Свити Белль недоверчиво оглядела сон. Это не могло быть правдой. Где были тёмные тучи и гнетущая атмосфера? Всё в этом сне было солнечным и радужным, и все же этот жеребчик свободно признавал, что умирает. Свити Белль смотрела на его растерянное лицо, удивляясь, как он может быть так спокоен, зная, что смерть скоро откроет свою дверь. "И почему принцесса Луна думает, что встреча с ним поможет разрешить мои страхи?"

— Что-то не так? — спросил он, наклонив голову.

— К... как? Как ты можешь так спокойно относиться к этому? Ты не боишься, что умрёшь?! — выпалила Свити Белль.

Жеребчик посмотрел на перчатку в копыте и медленно кивнул.

— Да... это страшно. Когда я впервые узнал, что меня нельзя вылечить, просто устранить недуг, и что моя жизнь закончится через несколько лет... никогда до этого мне не было так страшно. — Он прикусил губу, прежде чем сесть. Покачав головой, он медленно снял перчатку и держал её обоими копытами, глядя на неё так, словно она была частью потерянного сокровища, которое было ценно только для него. Принцесса Луна подошла и обняла его крылом, успокаивая, на что он слегка улыбнулся ей в ответ, прежде чем снова повернуться к Свити Белль. — Я был зол... испуган... как будто весь мой привычный мир только что рухнул. Я был расстроен, потому что всю свою жизнь хотел играть в бейсбол. И теперь мне не суждено было попасть в высшую лигу, потому что мне не повезло.

Он повернулся к своей семье.

— Я был несчастлив. И я позаботился о том, чтобы все об этом знали. Семья, друзья — все. Я просто оттолкнул их, но это только причинило им боль. И без того было плохо, что мы все знали, что мне осталось жить совсем недолго, но моя хмурость совсем не способствовала улучшению ситуации. — Он снова повернулся к Свити Белль и улыбнулся. — А потом однажды я посмотрел на себя в зеркало и понял, что это не тот пони, каким я хочу быть. Я не хотел становиться каким-то озлобленным молодым жеребёнком, который все время был несчастен. Я хотел снова стать живым. Поэтому я снова улыбнулся. Я возобновил бейсбол, несмотря на то, что врачи советовали мне умерить активность. Я проводил много времени на скамейке запасных, иногда отыгрывая раунд, а то и четыре. Иногда нет, если выдавался плохой день. Но я всё равно играл, потому что хотел жить. Игра была для меня жизнью, а я не хотел, чтобы она угасла.

— Но... ты же умираешь! — заметила Свити Белль.

— И что? Я ничего не мог сделать, чтобы изменить это, но было кое-что, что я мог сделать до того, как это произойдёт. Я мог бы снова жить и чувствовать себя живым. Это было лучше, чем беспокоиться об этом и нагнетать мрачные мысли в голове. И мне стало лучше, моя семья чувствовала себя лучше, и я снова заставлял всех чувствовать себя нормально, — сказал Шутинг Кетч, наклоняясь вперёд. — Позволь мне спросить тебя кое о чём, Свити Белль. Если бы ты узнала, что завтра умрёшь и ничто не сможет этого изменить,  как бы ты поступила? Провела бы больше времени с друзьями и семьёй? Или сидела бы в своей комнате, ожидая смерти, в одиночестве и страхе?

— Первое, конечно! — фыркнула Свити Белль

— Почему? — с лёгкой улыбкой спросила принцесса Луна.

— Потому что... Потому что... — Свити Белль попыталась придумать объяснение, почему первое звучало как лучший выбор. — Потому что я была бы счастливее! Если бы я просто сидела и ждала и ничего больше не предпринимала... я была бы несчастна...

И тут её осенило. Именно этим она сейчас и занималась. Ровно так она себя и вела с того момента, как узнала о смерти Даймонд Тиары. Кобылка вела себя как пони, которая выбрала второй путь. И хуже всего было то, что она не умирала как Шутинг Кетч, и не была мертва, как Даймонд Тиара.

Она была жива.

Жива, здорова и ей ничего не грозило. Так почему же она боялась? Чего ей бояться?

Глядя на этого жеребёнка, на этого умирающего пони, который хранил нежную улыбку и мужество перед лицом своей неизбежной смерти, Свити поняла, что если кто-то и имеет право чувствовать себя испуганным и одиноким, то это он. Но он был здесь и наслаждался оставшимся временем. Он боролся за то, чтобы оставаться "живым" во всех смыслах этого слова, не только для себя, но и для своей семьи.

"И всё, что я делала, совершенно здоровая пони, это просто плакала от страха смерти, — подумала Свити Белль, чувствуя, как её захлёстывает волна вины. Она помнила, как Рэрити боялась за неё, и как она каждый раз отталкивала её, когда та пыталась ей помочь. — Как сильно я её напугала?"

Шутинг Кетч наклонил голову и спросил:

— Почему ты беспокоишься об этом? Ты... — его глаза расширились. — ...Ты тоже умираешь?

— Что? Нет! — Свити Белль покачала головой. — Э... моей одноклассницы недавно не стало, и я просто... почему-то...

Шутинг Кетч взял её за копытце и приподнял её подбородок, понимающе глядя на кобылку.

— Ты в первый раз столкнулась со смертью? — Свити Белль кивнула. — Понимаю... Да, в первый раз это страшно. Ещё страшнее, когда умираешь ты. — Он повернулся к принцессе Луне и подмигнул ей. — Но благодаря нашей принцессе я понял, что лучше наслаждаться жизнью, какой бы срок тебе ни был отведён, чем проживать её в страхе и несчастье. Таким образом, мы можем быть счастливы, и другие, кого мы любим, тоже могут быть счастливы. Мы можем быть не в состоянии контролировать то, как мы умрём, но мы всегда можем контролировать то, как мы живём.

Медленно, но верно Свити Белль почувствовала, как улыбка украсила её лицо, когда она посмотрела на сильного жеребца перед собой и поняла, что в его словах была правда. С того момента, как она услышала, что Даймонд Тиара умерла, она только и делала, что рыдала от страха, боясь, что однажды её тоже не станет. И хотя мысль о смерти всё ещё пугала её, мысль о том, что она одинока и несчастна, казалась ещё страшнее. У неё были друзья, семья, и кьютимарка, которую предстояло найти, чтобы узнать, что ей суждено сделать в жизни. И разве плач в подушку поможет решить эту проблему?

"Нет... я должна жить... — подумала Свити Белль. — Какой смысл в жизни, если ты не хочешь наслаждаться ею? Тогда я словно уже умерла".

— Думаю, мы уже получили ответ, за которым пришли, — прервала его принцесса Луна, поднимаясь на ноги и утыкаясь носом в жеребчика. — Спасибо тебе, Шутинг Кетч. Я позволю тебе продолжить свой сон, не прерываясь.

Шутинг Кетч кивнул и повернулся к Свити Белль.

— Было приятно познакомиться. Если я тебя больше не увижу... Тогда увидимся в следующей жизни.

— И-и тебе того же, — ответила Свити Белль, кивая. Хотя она и улыбалась, она не могла не плакать внутри, наблюдая, как Кетч галопом возвращается к своей семье. Она жалела, что не познакомилась с ним раньше или, по крайней мере, не могла сделать что-нибудь для него.

Она повернулась к принцессе Луне и спросила:

— Могу я как-то ему помочь?

Луна улыбнулась и обняла её крылом.

— Если хочешь, я буду время от времени водить тебя к нему во сне. Он хороший жеребёнок и заслуживает хороших друзей.

Свити Белль кивнула в знак благодарности, прежде чем она почувствовала, как её тело поднимается в воздух, когда всё вокруг стало белым.


Когда единорожка снова смогла видеть, она опять обнаружила себя парящей в измерении сна. Принцесса Луна, плывущая рядом с ней, спросила:

— Ты получила ответы, которые искала?

Кивнув, Свити Белль улыбнулась принцессе ночи и сказала:

— Думаю, да. Ну, часть меня всё ещё переживает и боится... — Она закрыла глаза и улыбнулась сверкающей улыбкой. — Но думаю, теперь со мной всё будет хорошо.

Принцесса Луна улыбнулась в ответ, прежде чем закрыть глаза и зажечь рог.

— Приятно это слышать. Теперь пришло тебе время возвращаться, Свити Белль. Знай, если тебе понадобится помощь, я всегда смогу это сделать в твоих снах.

Рог Луна засиял, и это было последнее, что увидела Свити Белль, прежде чем свет затмил всё пространство.


Застонав, Свити Белль прикрыла лицо копытцем, чтобы избежать лучей солнечного света, льющегося из окна. Громко зевнув, она огляделась и увидела, что находится в своей комнате. Стук в дверь предшествовал её открытию и предупредил её о появлении сестры. Старшая единорожка с беспокойством уставилась на Свити Белль.

— Свити? — спросила Рэрити, закусив губу. — Ты хорошо себя чувствуешь? Вчера вечером ты не спустилась к ужину и...

Маленькая пони сперва не ответила, последние воспоминания о её кошмаре угасали и смешивались с её временем в измерении сновидений и временем, проведённом с Шутинг Кетчем. Кобылка вспомнила, что он ей сказал. С лёгкой улыбкой Свити Белль спрыгнула с кровати и посмотрела в окно, где жизнь продолжалась, и она была её частью. Это всё ещё был мир без Даймонд Тиары, мир, где смерть всё ещё притаилась за углом. Но это был также мир, где она была жива, и у неё было много дел.

Повернувшись к старшей сестре, Свити Белль кивнула:

— Я думаю... всё будет хорошо.

Записка от автора оригинала: Эта глава посвящена моему другу детства Колину Дойлу, который скончался от рака 4 июля 2013 года в возрасте 22 лет. После того, как я написал сцену с Шутинг Кетчем, я понял, что бессознательно дал ему личность Колина, за исключением того, что сделал жеребчика бейсбольным, а не футбольным игроком. Колин всегда улыбался, я никогда не видел, чтобы он хмурился или грустил, и он никогда не боялся, что у него рак, борясь с ним четыре года подряд. Я скучаю по нему, но знаю, что сейчас он счастлив на небесах.

Во всяком случае, это первая из глав "прозрения", как я люблю их называть, где Меткоискатели осознают свои ошибки и находят ответы на стоящие перед ними вопросы. Я уже упоминал, что главы про Свити Белль основаны на моём личном опыте, когда речь шла о переживании самого факта смерти. Позже я узнал, как и она, что смерть неизбежна и что, хотя мы не можем полностью контролировать то, как и когда мы умираем, в наших силах контролировать то, как мы живём. Жить своей жизнью лучше, чем постоянно думать о том, что она закончится, и многие тратят свою жизнь впустую и никогда не делают ничего интересного, потому что боятся, что их ограбят, застрелят, убьют или что-то ещё. Я бы предпочёл прожить короткую захватывающую жизнь, которая что-то значила, а не умереть от старости зная, что это ничем не запомнится.

В любом случае я надеюсь, что вам понравилась эта глава, и надеюсь, что вы продолжите читать дальше.