Тысяча и одна ночь обнимашек

Ночь 41. Крепость

Смотря перед собой полусонным взглядом, я вразвалочку спустился по лестнице и свернул на кухню. Первым же делом увидел с головой залезшую в холодильник принцессу Луну — только овеваемый пышным хвостом круп торчал из-за дверцы.

И это не было нисколечки удивительно: проходили недели, принцесса проводила у меня всё больше и больше времени, а вечера всё чаще заканчивались обнимашками и крепким сном, чему я только радовался. Сказать по правде, я привык к её компании и с трудом представлял или вспоминал иные вечера. Да и Луна уже настолько хорошо своилась у меня дома, что самостоятельно отправлялась в набеги на кухню в поисках еды.

Прямо как сейчас, когда она высунулась из холодильника, запрокинув голову и магической аурой прижав к мордочке бутылку молока. Выдув за присест чуть ли не целый литр она отняла губы от горлышка и с наслаждением перевела дух. Заодно наконец-то заметила меня краем глаза.

— А вот и ты! — она повернулась ко мне и улыбнулась, не обращая внимания на молочные «усы» над верхней губой. — Хочешь молока? Здорово помогает уснуть, — она встряхнула изрядно опустевшей бутылкой.

— Помогает уснуть тёплое молоко, а не ледяное… — фыркнул я, прислонившись к кухонному косяку, — и уж тем более не то, которое ты только что отпила прямо из горла. Допивай уж теперь.

— Охо-хо, — расфыркалась Луна, драматически всплеснув копытом. — Посмотрите-ка на большого и страшного человека, который испугался понячьих микробов. Будто через еженощные обнимашки ты ни капельки не заражаешься, — она вернула бутылку в холодильник и тут громко рыгнула, одновременно утерев морду копытом. — Пардон.

Похоже, кое-кто чересчур хорошо освоился у меня дома.

— Ладно-ладно… — воздел я руки, сдаваясь. — Тогда скажи, какие у тебя планы на сегодняшний вечер?

— Планы? С чего бы у меня должны быть какие-то планы?

— Потому что ты волшебная пони и принцесса обнимашек, которая явилась ко мне, дабы исцелить меня от бессонницы. Не припоминаешь такого? — выждав секунду-другую, я продолжил. — Ну так что? Выберемся наружу и устроимся где-нибудь с одеялами? Или посмотрим фильм в обнимку?

Луна с любопытством наклонила голову, глядя на меня.

— А почему бы не на твоей кровати улечься?

— Меня от неё тошнит, — я передёрнул плечами. — Сроду не высыпался на ней.

— Ну, мы могли бы устроиться, обнявшись, прямо здесь, на полу кухни. Так нам вообще никуда идти не придётся, — Луна закрыла дверцу холодильника и без промедления улеглась боком на плитку пола. И сразу поморщилась.

— Тебе там не холодновато? — с притворным участием, стараясь не захихикать, спросил я.

— Немного, — всё ещё морщась, она встала обратно. — Ладно… я не против ещё одного киновечера, но сначала нам надо приготовить закуски.

— Что приготовить? Зачем?

— Мы ни разу не делали закусок! Я просто не могу наслаждаться фильмом и обнимашками без закусок!

— Ну, мы можем приготовить немного попкорна и…

— Нет-нет, я имею в виду настоящий перекус! Что-нибудь такое, что мне было бы стыдно есть на виду у других пони! Например, блинчики с шоколадом и арахисовым маслом, и такой тягучий сырный соус из десяти сортов сыра. Настоящая еда для настоящих обнимашек!

— Меня уже подташнивает, — признался я… а затем мне в голову пришла идея. — А давай-ка соорудим крепость!

— Крепость? — удивилась Луна. — То есть, чтобы заснуть, тебе обязательно сокрушить врагов и воздвигнуть на их землях символ своего военного могущества?

— Не совсем, — улыбнулся я: порой давняя ссылка принцессы ночи напоминала о себе самым причудливым образом. — Мы построим из одеял и подушек маленькую крепость-убежище для обнимашек.

Глаза Луны сверкнули.

— Ох, это звучит так мило! — воскликнула она. — Тогда давай построим крепость вон в том алькове, — указала на укромную, невесть зачем устроенную нишу в стене между кухней и гостиной. — Там мало места, а значит, нам придётся очень-очень плотно прижаться друг к другу.

Что и говорить, соображения Луны донельзя меня впечатлили. О чём я не замедлил поведать, отвесив полушутливый поклон:

— Мне нравится ход твоих мыслей, твоё высочество.

Всего несколько минут понадобилось нам, чтобы соорудить гнёздышко, набросав на пол ниши диванных подушек и отгородившись же ими от остальной комнаты, а сверху настелив одеяло. Получился очень уютный и донельзя тесный — каких-то пару на пятёрку футов — уголок.

Первой внутрь осторожно залезла Луна. В получившейся крепости ей не хватило места, чтобы развернуться, и в итоге я опять лицезрел торчащий из-за укрытия круп с развевающимся звёздным хвостом.

— Я, принцесса Луна, объявляю себя владычицей сего очень удобного символа военной мощи! — торжествующе объявила она изнутри. — Вот если бы ещё нашёлся доблестный рыцарь, готовый защитить эту вотчину!

Поняв намёк, я неуклюже заполз и скрючился в узком пространстве, упёршись боком в бок Луны.

— Не бойтесь, ваше высочество, я пришёл, дабы посвятить себя вашему делу в обмен на угодья и чеканную монету.

— Превосходно! — Луна радостно поцокала передними копытцами. — Теперь поднимем же подъемный мост!

Её рог загорелся, и ещё одна диванная подушка загородила вход в крепость. Когда магическая аура погасла, мы остались в почти кромешной темноте.

На ощупь я обнял Луну; едва пальцы дотронулись до её бока, как она по-девчачьи захихикала и расправила крылья.

— Ради Эквестрии, как мы вообще сможем обниматься в этой тесноте? — спросила она.

— Но это не Эквестрия, — возразил я, аккуратно переворачивая её на бок и придвигая спиной к своей груди. — Добро пожаловать на Землю.

Снова принцесса рассмеялась и поёрзала в поисках удобной позы.

— Кажется, раньше я не позволяла тебе обнимать меня сзади, — сказала она вслух, опустив копыто поверх моей руки на пушистом животике. — Что ж, храбрый рыцарь, сегодня тебе повезло.

— Оставь, — я уткнулся носом ей в щёку и чуточку сжал. — Я ведь знаю, что тебе нравится, когда тебя обнимают, а не просто валяться в обнимку.

Она слегка покачала бёдрами и ласково прильнула ко мне всем телом.

— Да… больше всего мне нравится быть в чьих-то объятиях.

Мой новый смешок сменился зевком на середине. Тихонько промычав от удовольствия, я осторожно просунул ногу между её задними копытами.

— Укроешь нас?

Снова рог Луны зажёгся, осветив нас нежно-голубым сиянием, в котором ещё одно одеяло подлетело сбоку и накрыло нас. И вновь воцарилась уютная темнота.

— Здесь немного тесновато, — подумал я вслух, прижимаясь и обнимая пони за грудь. — Лучше нам прижаться покрепче!

— Мг-м-м, — тихо согласилась Луна, подрагивая всем телом от удовольствия, пока ладонью я взъерошивал шёрстку на её груди. — Здесь здорово!

Следующим вечером Луна явилась ко мне в комнату, неся в магической ауре стакан молока.

— Вот, я специально согрела его для тебя.

— Спасибо, — умилившись, я взял и в несколько глотков выпил питьё.

Осушив стакан, я снова взглянул на принцессу ночи и слегка нахмурился при виде её слишком уж радостной ухмылки. Затем посмотрел на стакан… вспомнил, что сегодня в магазин не ходил, и молоку в доме взяться было неоткуда. Только если...

— Погоди-ка… это же ведь то самое молоко…

Принцесса Луна расхохоталась во всё горло и плюхнулась на задние ноги, принявшись утирать мордочку бабками.

— Теперь ты заражён понячьими микробами!

— Вот как?! — вскрикнул я, поднимаясь на постели. — Если я смертельно заболею, то тогда тебя с собой заберу!

Вскочив, я опрокинул Луну на спину и принялся бешено щекотать её под передними ножками.

— Нет-нет-нет! — закричала она, безумно захихикав и заелозив одновременно, когда я пробежался пальцами по её животику.

— Ничего не могу поделать! — притворно прорычал я, ухмыляясь во все зубы. — Жестокие щекотливые покушения — самый главный симптом заражения понячьими микробами!