Межсезонье

Глава четвёртая, в которой Твайлайт Спаркл читает при Луне, и им никто не мешает

В ту же минуту, как Пирсинг Страйк издала свой вопль, Твайлайт Спаркл проснулась от смутной тревоги в своей кровати в Понивилле — в этом году он, а не Кантерлот был резиденцией Принцесс в порядке очереди. Это был не страшный сон — как попутчица Луны, Твайлайт давно контролировала своё маленькое царство снов и не нуждалась в пришлых кошмарах. А если бы что-то извне преодолело его стены, то уж точно не обошлось бы лёгким беспокойством.

Твайлайт перевернулась на живот, потянулась всем телом с приятной дрожью в ногах, и потянула к себе с тумбочки недочитанную автобиографию Медоубрук — из Столпов Эквестрии она была последней, кто решилась рассказать о себе, и единственной, кто доверил черновик Твайлайт на редакцию до отправки в печать.

Не то чтобы это могло помочь с тем, что Твайлайт сейчас волновало на самом деле — Столпы ушли в лимб задолго до начала предыдущего Межсезонья, и не могли подсказать Принцессе Дружбы ничего конкретного, кроме «будь собой» и «полагайся на друзей». Ну и, конечно, кроме «в крайнем случае возьмись за лопату». Но неуклюжая и искренняя проза Медоубрук была… освежающей. Как раз подходящей для сонных глаз и пока ещё дремлющего разума.

«Никто не знал, кто я. Пони зыркали на меня исподлобья. Но я знала, что зараза здесь. Я настроилась победить или погибнуть…»

Твайлайт перевернула страницу и углубилась в чтение.

Луна — небесное тело — подсвечивала книгу прозрачно-белым сиянием, хоть в том и не было нужды.

Через полчаса Твайлайт была готова поспорить на десяток битов, что Луну специально задерживают именно здесь. Это было мило, но  несколько раздражало и смущало. При этом Луна — Принцесса — точно знала, что это будет раздражать и смущать, а следовательно…

— Принцесса, я вообще-то взрослая пони, и это моя комната. Моя, а не наша с вами, — сказала Твайлайт негромко, строго  и отчетливо, пристально глядя на Луну.

«Вы и так уже сбили все циклы!» Твайлайт решила промолчать. Если кому-нибудь и было неловко из-за Межсезонья, так это Сестрам, и Луне прежде всего. Это случилось с Луной, из-за Луны, и через посредство Луны — хоть и не по её воле.

Твайлайт вспомнила последний из пяти случаев, когда она видела плачущую Селестию; услышала её медленный, плавный и всё так же мелодичный голос.

«Если бы я тогда сдержалась и договорилась с сестрой... вместо войны… вместо изгнания… то не было бы и этого… ни тогда, ни сейчас. Конечно, я порадуюсь с тобой, моя милая. Но в общем… прости за неточности, но по смыслу ты, кажется, пишешь: „Если проводить изгнание аликорна не мгновенно, а в течение нескольких десятков лет, и возвращать в Эквестрию с не меньшей неторопливостью, то силу и длительность Межсезонья можно сократить на коэффициент от семи до одиннадцати по сроку, от трёх до шести по влиянию“. Я верю тебе, моя ученица Твайлайт Спаркл. Но постарайся понять, почему я могу только улыбнуться и обнять тебя, а не объявлять новый праздник в честь твоего открытия. Считай это домашним заданием».

Твайлайт покраснела.

Конечно, она поняла. Позже. И тогда же определилась, чем будет заниматься ближайшие десятилетия как Принцесса Дружбы. Тогда же — пусть тогда она об этом и не знала, да и никто не знал — было предопределено Восхождение Рэйнбоу Дэш.

Но это было давно, годы назад. А сейчас она углубилась в чтение, и через пятнадцать минут назад краем сознания удовлетворённо отметила, что Луна ушла за раму окна.

Другая Луна — хотя в определённом смысле, конечно, та же — постучалась в дверь и вошла. Ей хватило такта не пытаться отвлечь Твайлайт от книги; а Твайлайт — не читать дальше двух следующих страниц, конца восемнадцатой главы.

Она была всё ещё ниже Селестии, и всё ещё выше Твайлайт, пусть в обоих случаях и ненамного, и в целом выглядела почти так же, как на фотографиях со свадьбы Шайнинга и Кейденс. Множество мелких отличий от той неловкой, скрывающей свою растерянность Принцессы, с которой Твайлайт провела Ночь Кошмаров — длину рога, форму зрачков, форму ушей, оттенок шкуры… — с ходу увидел бы только пони, заснувший тогда и проснувшийся сейчас, годы спустя. Он мог бы спросить, что случилось в мире, и среди прочего ему обязательно сказали бы о Межсезонье.

Межсезонье уже началось тогда и продолжалось сейчас — просто сейчас оно было более очевидным и таким же неотвратимым. В те времена же… кто заметил бы, что Луна светит ярче, особенно в осенние месяцы? Кто услышал бы строки иных песен в болотных ветрах? Кто увидел бы, что кровь случайных ран сворачивается не так охотно?

На самом деле относительно многие.

Как минимум, Дети Ночи.

Твайлайт успокоилась, в очередной раз вспомнив, что останавливать Межсезонье было уже поздно. Поздно было уже во время их первого Гранд Галлопинг Гала. Она постоянно напоминала себе об этом. И в этом были и положительные моменты — Старлайт Глиммер, например. Беатрикс-Трикси. Кризалис, в последние годы. И так далее. Она узнала множество неплохих, в общем-то, пони и других существ, которых исподволь пробуждало, меняло, исправляло Межсезонье.

Она не могла перестать чувствовать вину в своём сердце.

Она отложила книгу на тумбочку и обернулась на Луну, смаргивая слёзы.

Луна обняла её, подвинула к середине кровати, и до самого близкого радужного рассвета всё было почти хорошо.