День кьютимарки

День кьютимарки

Солнце уже клонилось к горизонту, и на землю легли длинные тени. Стоял один из тех спокойных летних вечеров, когда всё будто тихонько дремлет в ожидании ночи, когда можно будет заснуть по-настоящему. Эппблум и Эпплджек не спеша шли по укатанной дороге, поднимая копытцами фонтанчики пыли; Мак, как обычно, убежал вперёд. К тому времени, как сёстры дойдут до дома, на плите уже будут шкворчать первые блины. После целого дня работы в саду, обрезания веток и стскивания их в огромные кучи, говорить совсем не хотелось, хотелось просто идти и идти, чувствуя, как прохладный вечерний ветерок играет с твоей гривой, поэтому Эпплблум досадливо дёрнула ухом, услышав слова сестры:

— Блуми, я у тебя хотела кой-чё спросить... ты всё водишься с Метконосцами, верно?

Эпплблум промолчала. Ей была неприятна эта тема, и странно было, что обычно обходившая её стороной Эпплджек заговорила об этом. Но совсем ничего не ответить было бы невежливо, и она угрюмо буркнула:

— Ну да, тип того.

— Да лан тебе, не куксись, — Эпплджек легонько куснула её за ухо. — Я не просто так спрашиваю, и вообще, кто тут старшая сестра? Просто я хотела тебе кой-чего рассказать, и это напрямую связано с твоей проблемой насчёт кьютимарки.

Эпплблум навострила уши.

— Да, такие дела... — продолжала Эпплджек, задумчиво глядя вперёд. — В своё время мне рассказали её родители, когда я была примерно такого же возраста, как ты сейчас... Давай-ка свернём вот сюда, мне над будет тебе показать кое-что. Так вот, история эта тянется ажно от бабули Смит. Она, понимаешь, была с детства оторвой той ещё. Никак не могла найти себе места, пробовала то тем заняться, то этим, как ты прям. А времена тогда, надо понимать, были суровые. Шалопайство не поощрялось, да и жизнь не особо тому способствовала — когда постоянно в пути, особо не побалуешь. Бабуля, тогда ещё маленькая Смити, метку свою получила довольно рано, что и неудивительно — ко всяким растениям у неё был талант ещё побольше, чем у меня до яблок. Но заниматься одним только делом всю оставшуюся жизнь она была не согласна. Когда наша семья осела в этих местах, основав потом Понивилль, девчушка Смити, сказывают, чаще всех влипала в неприятности в Вечнодиком или ещё где — убежит в самую чащу или на дальние холмы, а то отправится на бизонов поглазеть — в общем, настоящее шило в заду. Короче, как-то раз она убежала в Вечнодикий Лес... и не вернулась.

Эпплблум, уже начавшая было задрёмывать, при этих словах вскинулась и недоумённо посмотрела на сестру. Та, однако, шла себе спокойно, погружённая в свой рассказ, и Эпплблум ничего не оставалось делать, кроме как слушать дальше.

— Вот, сталбыть... — задумчиво продолжала Эпплджек. — Родные-то привыкли, что девчонка вечно где-то пропадает, и спохватились только на второй день. Стали её искать... Да только в Лесу особо не поищешь. Сейчас-то он ещё смирный, а тогда туда и заходить было опасно. Решили, что её древесные волки прихватили. Ну, погоревали, конечно. А она возьми да и вернись через пять дней. Ободранная, голодная, глаза по плошке, а на боку...

Эпплджек умолкла, и Эпплблум подняла глаза. Они стояли у городской кузницы, пустой в это время года — для подков сезон уже прошёл, а для починки инструментов ещё не начался. Из трубы, однако, шёл дымок.

— Чего мы тут забыли, Эпплджек? — недовольно протянула она. — Пошли домой, что я, кузницы не видела?

— Такого точно не видела, — посулилась старшая сестра и с натугой открыла тяжёлую дверь. — Заходи.

Эпплблум неохотно вошла внутрь. В тесном помещении было жарко, пылали угли в горне, а рядом, навалившись всем телом на рукоять мехов, стоял... Биг Мак.

— Слушайте, — с подозрением сказала Эпплблум, останавливаясь в дверях. — Вы чего тут затеяли?

— Спокойно, — сказала Эпплджек, закрывая дверь у неё за спиной. — Мы тут ненадолго. Ты слушай, я тебе ещё не дорассказала, на Мака внимания не обращай. Так вот, на чём я... да, так вот, бабуля-то из Леса прискакала сама не своя, а на боку у неё, сталбыть, метки-то и нет!

— Ну и чего ты мне сочиняешь? — буркнула Эпплблум. — Не может того быть. У бабули метка есть, я сама видела!

— Ты слушай, слушай... Ну, натурально, стали её расспрашивать, что да как. А она и говорит — заблудилась в лесу, плутала-плутала, да и вышла к поляне. А на поляне, говорит, статуя стоит. Крылатая, рогатая, зубищи — во, глазищи сверкают, ночь, страшно, луна вовсю светит. И говорит! Смотрит, сталбыть, в самую душу и спрашивает — что ты мне отдашь, чтобы домой вернуться? Бабуля-то, натурально, оробела и отвечает — у меня ж ничего нет, чего я тебе отдам? И ты кто вообще? А та вроде как повыше стала, да ухмыляется недобро так: повезло тебе, говорит, попала ты на мою поляну аккурат в полнолуние, когда я могу сюда спускаться. Помогу я тебе, а без моей помощи этой ночи тебе не пережить. Только за помощь мою расплатиться надобно будет. Отдашь мне то, от чего сама втайне избавиться желаешь, и потомкам своим то же заповедуешь...

Что-то громко, металлически лязгнуло. Эпплблум вздрогнула, сбросив наваждение, оглянулась — Биг Мак успокаивающе улыбнулся ей и продолжил раздувать огонь. За крошечным окошком чернела ночь.

— Уже совсем темно, — нерешительно сказала она. — Пойдёмте домой, а? Дорасскажешь дома, Эпплджек, а то мне немного страшновато...

— Да немного осталось-то, — отозвалась Эпплджек. Она ходила по небольшому пространству кузницы, будто не находя себе места, и на младшую сестру не глядела. — Скоро домой пойдём, обещаю. Ну так вот, бабуля ей и говорит — забирай всё что хочешь, только выведи меня отседова! Ну, девчонка же, маленькая, страшно... а та, большая, сверканула, говорит, глазами, и всё пропало. Стоит маленькая Смити на окраине Вечнодикого, а рядом дорога к городу виднеется. Ну, она от радости-то себя не помнит, бросилась что было сил, до дому добежала, а там всё это и обнаружилось.

Эпплджек замолчала. Обернулась назад, посмотрела на раскалённые угли. Из-за горна вышел Биг Мак, коротко кивнул, она кивнула в ответ и повернулась к Эпплблум.

— В общем, с тех пор ни у кого в нашей семье Метка сама не проявляется. Слышала, наверное, как я рассказывала про то, как появилась моя? Это всё неправда. Я сама придумала всю историю. Нет у нас Меток, Блуми. Отдала их все бабуля Той, что жила в лесу.

— Но как же... — начала было Эпплблум.

— Да... — вздохнула старшая сестра. — Пони должна иметь Метку, правда? Мы и с этим придумали, как справиться, Блуми. Даже кое в чём у нас перед остальными преимущество есть — мы, Эпплы, сами выбираем, какая будет наша Метка. Вот, гляди.

Она пихнула копытом мешок, неприметно до того стоявший у стенки. Тот повалился, и из него с лязгом высыпались неприятного вида железки.

— Процедура, конечное дело, неприятная, — она посмотрела Эпплблум прямо в глаза. — Но ты выдержишь. Я же выдержала. Биг Мак, всё готово?

Тот кивнул. Эпплджек подтолкнула Эпплблум к груде металлических кругляшей.

— Выбирай себе Метку, сестрёнка. Любую, какую захочешь.