Сенокос

Сенокос в Понивилле.

Твайлайт Спаркл

Fallout: Equestria - История катастрофы

Эквестрийская Пустошь после событий оригинального FoE. Пони-историк пытается понять, что именно привело к катастрофе двухсотлетней давности, и для этого по крупицам собирает историю своего народа.

ОС - пони

Баттерфлай

Актриса и её поклонник - что может быть необычного в таких отношениях?

ОС - пони

Записки веселого аликорна

Одно старое баловство на понячью тему, написанное до начала 5-го сезона MLP, и включающее в себя натасканное из других фанатских понячьих вселенных. Представляет из себя часть дневника аликорна Сио, а потому в нем описываются личное отношение аликорна и его мнение о чем-то, а не дается истинна в последней инстанции (к тому же, данный персонаж не стесняется нагло врать и своему дневнику). Имеется попаданчество, а сами события происходят чуть менее, чем через тысячу лет после окончания 9-го сезона сериала 4-го поколения.

ОС - пони

Лабиринты разума

Очнувшись после комы, вы, наверное, начнёте радоваться. Но если вам сообщат, что прошло 5 лет? Да и очнулись ли вы?

Дерпи Хувз Другие пони

Эквестрийское Лето

Это история о невзрачном пони Ларри без кьютимарки, живущем обыденной жизнью. Но однажды с ним случается фантастическое приключение. Ему предстоит пройти через круговорот сложных эмоциональных отношений, разобраться в себе и решить загадки этого нового странного места. И главный вопрос: как выбраться оттуда или не возвращаться вовсе?

Другие пони

Винил и Октавия помогают музыкантам

Винил и Октавия - главные музыканты в Понивилле. Но Эквестрия огромна, а следовательно и разнообразных музыкантов в ней полно. И многие из них обращаются за помощью к понивилльской парочке.

DJ PON-3 Другие пони ОС - пони Октавия

Фотография

Они дружили с детства, но одно событие изменило всё...

Флаттершай Пинки Пай Другие пони

Война за дружбу

Что же случиться, если, скажем... Дискорд победит? Или, не знаю... Перевертыши захватят мир? А теперь представьте. Понивилль в огне. Началась страшная война. А четыре из шести элементов гармонии захвачены Дискордом, и стали его марионетками. А смогут ли победить войну два оставшиеся элемента гармонии? Скажем... Честность и Верность? Или же они только сделают смерть города ещё страшнее?В общем, зачем гадать? Садимся и читаем)

Рэйнбоу Дэш Эплджек Дискорд

Дружба — это Оптимум: Осколки Целого

Райан желает остаться человеком после эмиграции в Эквестрию. СелестИИ может исполнить это желание, но за него придётся заплатить.

Принцесса Селестия Человеки

Автор рисунка: Devinian

Мир Сио: О монстрах

Часть 20: Мир Серебристый-86, Транспортный Комплекс Межмирового Сообщения

— Стерва, в этот раз мы даже возмущаться не будем, что ты так беспардонно оторвала нас от дел, — задумчиво протянула мышекрылая аликорна, размешивая чай в чашке медленно растворяющейся ароматической палочкой, — Как у самой состояние?
— Я в ярости, — спокойно ответила ньяти-”нерожденная”, по другую сторону низенького круглого столика занятая точно тем же медитативным приготовлением ароматного напитка.
— Это заметно. Ты даже не кофе пьешь, — вместо мышекрылой продолжила разговор пернатая аликорна, уже успевшая отпить из своей чашки, — Стерва, давай сначала проговорим то, что тебя так вызверило в присланных Бедствием записях. Иначе, боюсь, ты не сможешь трезво мыслить. А это нам сейчас ой как нужно — очевидно, что все наши планы придется менять.
— Кто бы ни был тот единорог, что создал Кризалис и ее сестер, он — мразь, — сохраняя все то же внешнее спокойствие, ледяным голосом проговорила ньяти, — Он изначально задумал свои творения как инструменты, и в дальнейшем, судя по записи с ним, свое отношение не изменил. Такое допустимо по отношению к неразумным и микробиологическим проектам. Но по отношению к другому разумному или околоразумному это предательство.
— Ну, мы точно не можем сказать, что единорог с записи и творец Кризалис это одно лицо… — примиренчески начала мышекрылая.
— Можем, — холодно прервала ее рогатая зебра, — У нас есть отчет Кризалис, где она на это прямо указывает. И у нас есть запись с дневником: рабочий стол, как раз, соответствует росту неизвестного единорога, а почерк отчетливо рогописный. И я уже отправила его для поиска соответствий. И когда я получу результаты…
— Найдешь его могилку, и мстительно написаешь, Стерва? — скептически приподняла бровь пернатая богиня.
— Ты права, — полосатая на мгновение замерла. После чего устало поникла, приняв вид совершенно разбитой пони, — Пакостницы, вы не хуже своего мужа умеете плюнуть в душу пони…
— Зато, ты перестала впустую злобствовать и переводить наше время на мстю давно сгнившему скелету, — фыркнула мышекрылая, пододвигая ньяти тарелочку с куском сладкого рулета.
— И когда Шейд говорит “наше время”, она имеет в виду время всех нас пятерых, — заметила пернатая, немного поелозив на своей подушке-лежанке и тем удобнее устроившись за столом, — Теперь нужно обдумать то, что эти записи нам дают. И то, что нам теперь делать.
— Какие-то результаты? — оживилась ньяти.
— Нет, конечно же, — снова фыркнула мышекрылая, — Ты же нас выдернула обратно на базу, фильм “От Бедствия” смотреть. Мы еще ничего не успели.
— Что-то у вас должно быть, бессмертные, — выразила свое недоверие богиням полосатая, — Для вас, аликорн, несколько суток это хороший срок.
— Ну, в целом, если ты не против предположений… — протянула пернатая.
— И если учесть твои слова о записях Синтеты… — продолжила за нее мышекрылая сестра.
— Не тяните, — фыркнула ньяти.
— Можно было бы посчитать, что некоторые пони, очень сильно помогавшие принцессам Серебристого-86, хотя бы, в течении последних двух веков… — пернатая пригубила свой чай.
— Были созданы ради этой помощи, — не дала словам сестры оборваться мышекрылая, — Они идеально подходят для той роли, которую выполняли на службе бессмертных. Это выглядит очень подозрительно: такого не было даже в тех мирах, где правящие принцессы традиционно ищут и с младенчества направляют способных смертных.
— Вы имеете ввиду то, что некто генетически подгоняет пони под задуманную для них роль? — ньяти склонила голову, — Как во всей этой популярной у нас фэнтези-чуши про мрачное будущее?
— То, что мы сказали, то мы и имеем в виду, Стерва. Не выдумывай смыслы за нас, — пернатая недовольно фыркнула.
— Спрайт, не провоцируй Стерву. Не сейчас, — крылом легонько ударила по ушам сестры мышекрылая. После чего обратилась к ньяти, — Мы не генетики — мы судить не можем. Но некоторые пони на службе аликорн подходят для этой службы просто идеально. И таких пони за прошедшие двести лет не один и не два, а десятки. И это настолько неестественно, что даже подозревать нет смысла — кто-то позаботился о том, чтобы так было.
— Мы не исключаем генетику, — телекинезом почесав пострадавшие ушки, продолжила пернатая, — Даже, наоборот, почти уверены, что без нее не обошлось. Но не только без нее: кто-то этих пони всю их жизнь тщательно воспитывал, обучал и направлял. И аликорны тут ни при чем: они, кроме Старлайт Глиммер и Фларри Харт, воспринимают это как естественный порядок вещей.
— “Предназначение”, — пояснила мышекрылая, и возмущенно фыркнула, — Они настолько привыкли к такому положению дел, что даже намеков на его неестественность понимать не хотят!
— Фларри и Старлайт понимают, — возразила пернатая, — Но Старлайт скрытная — ничего напрямую говорить и ничем делиться не хочет. По крайней мере, пока. А у Фларри ничего, кроме подозрений и возмущения, нет — она лишь разобралась, что над ее отцом и тетей кто-то, помимо Селестии и ее матери, в свое время всерьез поработал.
— Хорошо, — согласилась на такой недостаток информации полосатая, — Составьте мне список пони, которых вы подозреваете в “идеальности”. Я оформлю запрос на их биологические материалы для генетического исследования. И, да, вы же говорили, что сородичи вас избегают?
— Они нас избегают, — не стала спорить мышекрылая, — А вот Стинга — нет. Мы обе встречи через него организовали. Скажем так, старшее поколение нашей хитрости радо не было.
— А что с твоими запросами на “выдающихся пони”? — тут же поинтересовалась пернатая, — Материалы уже пришли?
— Несколько первых образцов. Местная бюрократия работает очень медленно. По большому счету, у меня только то, чем поделился Музей Выдающихся Пони, — поморщилась ньяти, — Я еще не полностью завершила работу с ними, но уже наверняка могу сказать, что древний герой Рокхуф из сомнительной организации “Могучие Шлемы” нес в своем геноме значительные изменения однозначно искусственного происхождения. С учетом времени его рождения, технологиями такого уровня пони Серебристого-86 обладать не могли. По крайней мере, те пони, о которых мы знаем.
— Медленно?! Стерва, имей совесть! Еще даже восьминочия не прошло! В нашем родном мире ты бы только ответа от солнечной канцелярии месяцами ждала! — возмутилась мышекрылая аликорна, — А что с генетическими изменениями? Ну, кроме несвоевременности.
— Они не прицельные: кто бы их ни произвел, но работал он не непосредственно с геномом, а опосредовано. Скорее всего, алхимическим путем. Впрочем, применение некромантии или вирусной коррекции я тоже исключить не могу. Получение же такого аккуратного результата, как Рокхуф, такими методами говорит о том, что технология уже давно отработана. То есть, генная коррекция в Серебристом-86 ко временам Рокхуфа давно была поставлена на поток — и вместе с ним, и до него должны были жить множество измененных той же лабораторией, — ньяти склонила голову в каком-то неопределенном вопросе, — Конечно, это далеко не наш уровень и не уровень “Кривого зеркала”, но он вполне достаточен, если понадобится, чтобы попытаться создать совершенно новый вид разумных живых существ. И с вероятностью, близкой к ста процентам, эта попытка будет удачной. В общем, я считаю, что в восемьдесят шестом действует закулисная организация…
— Стерва, ты в теории заговоров подалась? — перебила ее пернатая аликорна.
— Пакостница, хватит вашей аликорньей заботы. Я не теряю самообладания и не погружаюсь в эмоции, — спокойно ответила полосатая, и продолжила, — Я считаю, что в восемьдесят шестом действует некая тайная организация, за счет монополии на недоступные большинству жителей мира биотехнологии контролирующая их жизнь. И, нет, я не впала в теорию заговоров. Я превосходно понимаю, что такая организация не может на протяжении веков сохранять ни себя, ни свои цели, ни свои тайны — она распадется, как минимум, при смене поколений. Пакостницы, вы сами прекрасно знаете то, о чем я говорю.
— Догадываемся, — кивнула мышекрылая, — Но, лучше, озвучь сама. Мы, все-таки, иногда ошибаемся насчет смертных.
— Организация состоит из аликорнов. Вполне возможно, что и из не правящих. Вам виднее в ваших схемах, бессмертные. Но приглашение нас заняться проблемой Кризалис для меня выглядит вполне искренним: Спаркл либо, действительно, не знает о прошлом экс-королевы, либо хочет через наше расследование получить доступ к более полной картине происходящего. К тому же, не стоит забывать, что в этом мире произошло убийство, как минимум, пяти бессмертных. А, судя по присланным Синтетой записям, гораздо большего их числа, — полосатая отхлебнула чая, но к рулету не притронулась, — И мне сам факт существования подобной организации представляется недопустимым. В конце концов, когда в Черном-247 принцессы и знать тайно задирают хвостики перед вендиго, дабы те не лезли со своей стужей дальше родной пустыни, это безобидный секрет — их дело с кем чпокаться и от кого жеребиться. Но вот такой вот тайный диктат откровенно бессовестных бессмертных с неявными намерениями… Я считаю, что мы должны продолжить расследование, не ограничиваясь одной лишь Кризалис и ее происхождением. И мы обязаны отсылать копии всех собранных материалов в Стольный Град по мере их появления, дабы предполагаемые заговорщики не могли полностью замести следы.
— Мы с тобой согласны, Стерва, — синхронно кивнули аликорны. После чего заговорила пернатая, — Только ты ошибаешься в одном. Это не заговор бессмертных. Это заговор бессмертного.
— Послушай Спрайт, Майндфлейер, — поддержала сестру мышекрылая, — Аликорны с разными подопечными могут сохранять единство не лучше смертных. Можешь на наших мать с тетей взглянуть: разлетелись сразу же, как решили вопросы королевства. Селестия — заниматься своими дневными пони, а мама полностью ушла в дела своего ночного племени.
— А аликорны с общими подопечными не смогут сохранить тайну, — продолжила пернатая, — Майнд, мы тебе только кажемся едиными. А, на самом деле, у каждой из нас своя точка зрения на то, что для вас, смертных, благо: у меня — своя, у Шейд — своя, у нашего мужа — своя, жеребцово-непонятная. И мы постоянно пытаемся поступить по-своему. Так что…
— Заговор аликорнов с общими подопечными давно бы стал явным, — перебила ее сестра, — Так что, за всем этим стоит один аликорн.
— Ситуации это не меняет, — хмыкнула ньяти, — Число аликорнов в этом мире теперь можно считать неопределенным, их личности — неизвестными. Природа технологий заговорщиков нам тоже неизвестна. А потому, отследить их по поставкам сырья и оборудования и запросам на кадры не представляется возможным.
— Природа технологий совсем неизвестна? — приподняла бровь пернатая богиня.
— Спрайт, твои намёки на записи Бедствия бессмысленны. То, что, судя по ним, изначально технологии биологического манипулирования основаны на палеотехе, нам ничего не дает. За такое время, что прошло с рождения Кризалис, заговорщики были обязаны научиться сами изготавливать все необходимое им оборудование, — фыркнув на бессмертную, ньяти ложечкой срезала край рулета, — Пакостницы, что можете предложить?
— Сверх уже предложенного? Ничего. Только, вернуться к сбору информации, — склонила голову набок мышекрылая, наблюдая за тем, как ее сестра в ответ на фырк полосатой скорчила недовольную рожицу, — Так что, мы тебя покидаем — на перелет нужно время…
— Можете телепортироваться, — разрешающе кивнула ньяти, и поднесла ложку с кусочком рулета ко рту.
— И ты не настучишь на нас ни нашему мужу, ни сестрам, ни матери? — удивилась пернатая аликорна.
Ньяти молча кивнула.
— Стерва, ты двуличная, — заметила мышекрылая кобылица, — Ну, Спрайт, тогда почаюем не спеша? Раз Майндфлейер решила, что сможет нас поиспользовать.
— А сама еще ноет, что ее бессмертные в свои схемы встраивают, — съехидствовала пернатая, — Стерва, а если кто-то из нас в горе материализуется, что ты врать будешь?
— Ничего. Честно признаю свою вину, — прожевав рулет, ответила ньяти, — И, Пакостницы, злорадство вам не к лицу. Оно больше подходит вашему мужу и вашей старшей сестре Кэйвмун. Соблюдайте свои роли — не портите сложившуюся картину лунного клана.
— А мы берем пример с умной старшей сестренки! — в унисон пропели обе аликорны, и нагло улыбнулись поднесшей чашку к губам ньяти.
Та отвечать не стала.