Сорняк

19. Цветы — это просто очень красивые сорняки

После завтрака из простой овсянки Тарнишед Типот оказался на улице в предрассветные часы, не совсем понимая, что с собой делать, не зная, чего от него ждут, и немного опасаясь подвести всех пони.

В доме, за столом, Марбл что-то говорила, коротко объясняя, что чем раньше они начнут, тем быстрее будут сделаны все дела на день. Чаще всего все было сделано к полудню или около того, и остаток дня можно было заниматься чем угодно.

Было уже четыре часа утра, и Тарниш оказался у Игнеус Рока, который хотел починить сломанную повозку, которую Тарниш увидел, когда они с Мод подъехали к дому. Испугавшись, Тарниш понадеялся, что его магия поведет себя хорошо.

Шесть часов утра, а тело уже умоляло его вернуться в постель. Тарниш ковылял на трех ногах, перенося камни, помеченные мелом, в кучу для обработки. Он переносил их по несколько штук за раз с помощью своего телекинеза, который до сих пор ни разу не дал сбоя и казался довольно сильным. Тарниш решил, что это связано с его недавними тренировками. Возможно, он научился контролировать себя.

Почва под его копытами была одновременно мягкой и зернистой, почти как мелкий пепел, смешанный со скрежещущим песком. С каждым шагом он погружался в нее на дюйм или два. Идти по этой странной земле было трудно, требовалось гораздо больше усилий, чем по обычной.

Пока Тарниш убирал камни, Мод добавляла камни в кучи, раскладывая их вдоль слияния линий лей. В центре образовалось подобие улья из наваленных камней, и камни расходились в четырех направлениях от центрального узла, следуя четырем направлениям лей-линии.

Из того немногого, что Тарниш узнал о том, как все было раньше, семья Пай когда-то просто нагромождала камни в случайных местах, надеясь, что некоторые из них изменятся, и некоторые менялись. Процесс был случайным, а результат — непредсказуемым. Теперь Мод внедряла науку на ферме семьи Пай, и результаты были значительными. Во многих камнях, которые носил Тарниш, теперь были блестящие вкрапления или выступающие драгоценные камни.

— Он сделал больше, чем Трикси в ее первый день, да еще и на трех ногах, — сказала Лаймстоун Пай своей сестре Марбл. Она посмотрела на жеребенка, который уселся в кресло-качалку, а потом уснул. — Он выдержал до десяти. Это совсем неплохо.

Марбл, которая перестала катить небольшой валун, высоко подняла голову, вытянула шею, а затем долго смотрела на спящего Тарнишед Типота. Уголки ее рта изогнулись в улыбке чистого, нескрываемого зла.

Увидев ужасное выражение лица сестры, Лаймстоун поняла, что ее сестра замышляет недоброе. Она смотрела, как Марбл тихой рысью направляется к дому:

— Марбл, ты не можешь. — Она побежала за сестрой, бросив свою работу, оставив камень на полпути к цели в перевалочной куче.

Марбл Пай жестом показала на кучу, молчаливо напоминая, что сегодня было проделано много работы. Тарнишед Типот совершал каждое путешествие с несколькими камнями за раз, перемещая феноменальное количество породы, прежде чем рухнуть от усталости.

— Ну, да, Марбл, я знаю, что мы уже сделали дневную норму, но мы можем сделать еще больше. Есть еще камни, которые нужно сдвинуть, — ответила Лаймстоун своей молчаливой сестре.

— Тарнишед Типот, проснись, — сказала Лаймстоун. — Время обеда. — Протянув копыто, она подтолкнула Тарниша и сильно встряхнула его. Жеребенок фыркнул, и она увидела, как дрогнули его веки. Лаймстоун не удержалась и начала хихикать.

— Я заснул… о нет, я не хотел…

— Расслабься, ты сегодня сдвинул много камней. —  Лаймстоун, все еще хихикая, улыбнулась Тарнишу. — Трикси обычно могла нести только один камень за раз, так что ты действительно много успел сделать.

Зевнув, Тарниш потянулся, а затем прочистил пересохшее горло:

— Мой телекинез был очень сильным… Думаю, это потому, что я немного попрактиковался. И сегодня не было никаких происшествий или странных событий… что странно. Я не знаю. — Тарниш пожал плечами.

— Пойдем внутрь, пообедаем, — сказала Лаймстоун. — Не волнуйся, никто не сердится, потому что тебе нужно было вздремнуть.

— О, хорошо… — Тарниш выскользнул из кресла-качалки и последовал за Лаймстоун в дом.

Зевнув, Тарнишед Типот услышал, как захихикала Лаймстоун. Мод смотрела на него, но выражение ее лица было неразборчивым. Клауди Кварц несколько раз моргнула. Тарниш начал подозревать, что что-то не так. Даже Марбл тихонько хихикала.

Возможно, его магия все-таки что-то сделала.

Усмехнувшись, Клауди Кварц отвернулась и прикусила край копыта. Лаймстоун повернулась посмотреть на свою сестру-близнеца Марбл, а Мод продолжала смотреть на Тарнишед Типота с нечитаемым выражением лица.

— Что? — спросил Тарниш.

— Тарниш, ты очень красивый жеребенок, — сказала Мод ровным монотонным тоном. — Ты, наверное, хочешь пойти и посмотреть на себя в зеркало. Я думаю, что Марбл посмеялась над тобой. Марбл такая. Надеюсь, ты не сердишься.

Извинившись, Тарниш выскользнул из-за стола, прошел по коридору и зашел в ванную. Его грива кремового цвета была расчесана и перевязана разноцветными обрывками старых лент. Голубые, розовые, красные, оранжевые, желтые. Он увидел что-то на своем веке, а когда подмигнул глазом, то увидел, что на его веке нарисован глаз. Он подмигнул другим глазом и увидел, что еще один открытый глаз был нарисован волшебным маркером.

После мгновения мертвой тишины Тарнишед Типот начал смеяться. Это было забавно, и он заслужил это за то, что заснул, когда должен был работать. Он вышел из ванной и пошел садиться обратно за стол.

Когда Тарниш сел, раздалось много смешков.

Посмотрев на Марбл, он сказал:

— Спасибо. Теперь я могу стать одной из кобылок. — Тарниш увидел, что щеки Марбл на мгновение потемнели, а потом она прикрыла копытом рот, и из нее вырвался тихий смех.

— Игнеус не вернется до ужина, — сказала Клауди тем, кто сидел с ней за столом. — После обеда я буду готовить арахисовые котлетки, и мне понадобится помощь. У меня большой заказ для одного светского клуба в Филлидельфии. — Кобыла жестом указала на большую супницу с кукурузным и картофельным похлёбками. — Лопайте, девочки…

Примечание автора:

Я чувствую себя красивой, ох такой красивой, прекрасной, остроумной и геееейс…