Скайрич

57. Трагическая история об изгнаннике

Пока Рейнбоу Дэш всхлипывала, Тарниш с нежной заботой и благоговением достал дневник Твайлайт. Теперь Винил стояла рядом с ним и придирчиво изучала труп Твайлайт. Дэринг Ду, молчаливая, сохраняя присутствие духа, делала все возможное, чтобы успокоить Рейнбоу Дэш. Конечно же, Твайлайт вела дневник, и когда Тарниш достал его, то увидел, что на обложке что-то нацарапано.

Написанное было неровным, петляющим, до боли знакомым и в то же время непохожим почерком. Возможно, она была в панике, или ей было больно, или еще какие-то факторы могли повлиять на ее способность писать. Один угол обложки был заляпан, измазан чем-то зернистым и темно-коричневым. Тарниш понял, что это такое, и легким потоком пара очистил пятно крови. Хотя это было не похоже на правду, пятно на книге должно было причинить Твайлайт немало страданий.

Отмыв пятно, он прочитал предупреждение вслух:

— Остерегайтесь бродяг! Всегда смотрите вверх!

Бродяги? Хотя Тарниш не мог знать наверняка, он подозревал, что Твайлайт имела в виду существо снаружи, но, возможно, не то, которое они нашли. Тот был слишком свеж. С болью, которую невозможно было выразить словами, он открыл книгу, и его тут же охватило чувство вины. Это было личное место, но это был единственный способ найти ответы.

Не было смысла начинать с самого начала, по крайней мере, сейчас. Твайлайт наверняка поместила бы краткое содержание в конце, в удобном для поиска месте. В конце книги он обнаружил оборванную ленточку, служившую закладкой, и увидел те же самые неровные, петляющие буквы, которые он видел на обложке.

Твайлайт Спаркл; надежная и предсказуемая, вплоть до самой смерти.

— Что там написано? — спросила Рейнбоу, фыркая, от чего лопнул огромный сопливый пузырь.

Собравшись с силами, Тарнишед Типот начал читать последние слова Твайлайт Спаркл.

— Сансет Шиммер была верна своему имени: из-за неё солнце зашло в Эквестрии и во всём мире. — Сделав небольшую паузу, он прочистил горло, несколько раз моргнул, чтобы избавиться от слез, а затем, набравшись смелости, продолжил: — Я до сих пор не уверена, что произошло. Все перемешалось. Я помню обе временные временные линии, и чувствую, как мое сознание ускользает, когда различные события начинают накладываться друг на друга. Я боюсь, что схожу с ума, но это не имеет значения.

— Изгнанница успешно похитила Элемент Магии, а затем, следуя своему коварному плану, немедленно использовала его, чтобы переместиться в прошлое и остановить рейнбум. Все изменилось в одно мгновение. Реальность перезагрузилась. Принцесса Селестия, моя любимая учительница, исчезла. Я не знаю, куда. Может быть, на солнце? Найтмер Мун захватила власть в Эквестрии, стабилизировала разорванную временную линию, остановила рябь и наградила Сансет Шиммер.

— Она исполнила желание своего сердца и стала аликорном, присоединившись к Найтмер Мун в качестве замены принцессы Селестии. Всё изменилось. Сильно. Мои крылья засохли, сгнили и отвалились. Вскоре их как будто и не было. Я пыталась все исправить, но я снова была единорогом, а мои друзья — они предали меня. А может, и не предали. Так трудно сказать.

— Рейнбоу Дэш была яростно предана Найтмер Мун. Она и Рэрити схватили меня, когда я пыталась объяснить им, кто я такая и что делаю. Они меня не знали. Я сбежала, конечно, сбежала. Рейнбоу Дэш верная, но не очень умная. Я отвлекла Рэрити, превратив камень в бриллиант с помощью иллюзии, а затем наложив на него заклинание "Хочу это, нужно это". Когда они начали драться друг с другом, я совершила побег.

В этот момент вмешалась Рейнбоу Дэш:

— А ведь она права. Вперед, Твайлайт. — Слабое одобрение вылилось в болезненный стон, и Рейнбоу, все еще плача, прижалась к Дэринг Ду.

— Пинки Пай тоже меня не знала. Я нашла ее на Ферме Камней. Она не знала меня, но почему-то поверила мне. Она сказала, что ее Пинки Чувство подсказало ей, что я говорю правду. Странно, но даже без Рейнбума она все еще обладала Пинки чувством. С помощью Пинки я пробралась обратно в Кантерлот, ну или начала пробираться, но обнаружила, что Кантерлот опустел. Все пони исчезли, а замок лежал в руинах, разбитый на куски. Как? Почему? Я не знаю. Это случилось после моего побега. Хотела бы я понять, что произошло.

Тарниш на мгновение прочистил горло, отпил из потрепанной фляги, взглянул на Рейнбоу, чтобы убедиться, что с его подругой все в порядке, и тут же пожалел, что сделал это.

— Под развалинами замка, в пещерах под землей, я нашла зеркало. Я знала, где принцесса Селестия хранила его до того, как оно было отправлено в Кристальную империю для усиления его силы. Поскольку рейнбума так и не случилось, зеркало оказалось там, где и должно было быть, — в потайном хранилище вместе с несколькими другими артефактами.

— Я попыталась переделать зеркало для путешествий во времени, причем навсегда. Мне пришлось все отменить. Если бы я была аликорном, это было бы так просто, но для единорога все казалось таким невозможным. — Другой пони почувствовал магические возмущения, которые я вызвала. Его зовут Дим, и он возглавляет сопротивление против Найтмер Мун. Какие ужасные последствия имело землетрясение. Дим — ужасный пони, самый худший из всех пони, но он успешен и спасает жизни. Хотела бы я знать, что с ним делать. По крайней мере, он мне верил. Он выслушал каждое мое слово и предложил помощь.

В этот момент Тарниш посмотрел на каждого из своих друзей и спросил:

— Кто-нибудь из пони знает Дима?

Три головы покачивались, почти в унисон.

Вздохнув, Тарниш начал снова:

— Когда Дим нашел меня, я должна была воспринять это как предупреждающий знак, но я не поняла, какая опасность мне грозит. Дим и его товарищи по сопротивлению помогли мне, и вместе мы внесли изменения в зеркало. Но, увы, это не удалось. Мы не закончили. Найтмер Мун тоже почувствовала магические возмущения, вызванные моим вмешательством. Дим и Пинки Пай вместе попытались отвлечь внимание, и я не знаю, как им это удалось, но они вдвоем как-то задержали Найтмер Мун.

— Пинки умерла. Я видела, как это произошло, и была бессильна остановить это. Часть меня думает, что она сделала это специально. Может быть, я ужасна. Но когда она умерла, Дим разразился вулканической яростью. Его ярость не знала границ и пределов, а разрушения, которые он производил, были просто потрясающими. Дим, единорог, стоял копытом к копыту с аликорном и был ей ровней. Там, где другие были стерты с лица земли, там, где все пони умирали, Дим выстоял.

— Пока не появилась Сансет Шиммер. В тот момент я сделала последние изменения, запустила зеркало и ускользнула. Я не знаю, что случилось с Димом.

Тарниш снова сделал паузу, чтобы передохнуть. Журнал казался ему странно тяжелым в его телекинетическом хвате, как якорь на лодке или наковальня. Это была история, которая могла бы быть, предупреждение о том, что могло бы случиться. Здесь, в этом мире, Старлайт Глиммер помешала рейнбуму, а Твайлайт каким-то образом спасла всё. Потому что именно так Твайлайт и поступала.

С тяжелым сердцем, с сухим и воспаленным горлом, он еще раз прочитал вслух:

— Что-то было не так, и я сразу это поняла, ведь я уже несколько раз путешествовала через зеркало. Я не знаю, что произошло. В последний момент я в спешке вносила изменения, и не было времени все проверить. Я пришла сюда, в это место. В это ужасное, ужасное место. После длительного всестороннего изучения я поняла, что нахожусь в другом времени, в другом месте. Магия этого места другая, она имеет странные приливы и отливы, которые мне совершенно незнакомы. Я провалила свою миссию. Я не попала в прошлое, как предполагалось.

— Ничего не осталось. У меня нет друзей. Моя магия здесь не работает, и если я делаю что-то, кроме самого простого телекинеза, у меня идет кровь из носа. Бродяга раздробил мне ногу одним укусом, когда упал на меня. В ногу попала мерзкая инфекция. Я медленно схожу с ума, поскольку все больше и больше событий накладываются друг на друга. В данный момент я не вижу смысла продлевать свои страдания. Я исчерпала все свои возможности, кроме написания этих последних слов. Теперь, когда я объяснила, что произошло, я надеюсь, что какая-нибудь добрая, ответственная душа найдет это и, возможно, если мне повезет, отдаст Твайлайт Спаркл этого мира, чтобы она могла учиться на моих ошибках.

— Прощайте.

С комком в горле Тарниш смотрел на последние слова Твайлайт и наблюдал, как они расплываются. Отвернувшись, он закрыл журнал, так как не мог больше смотреть. Сердце ужасно болело, и сейчас, в этот момент, как никогда, ему не хватало Мод. И Октавии тоже. Они были нужны ему, обе, и хотя сердце словно разрывалось на две части, он был благодарен за своих друзей и за Винил.

По крайней мере, они у него были.