Лунный Беглец

Глава 39.

Наступило первое число Месяца Страды. Первая неделя, первый пудингхед. Казалось бы, обычное начало новой недели, нового месяца. Но это была особая пора. Она пахла густым, землистым и сладковатым вкусом спелых яблок, моркови, слегка щиплет глаза луковицей. Пора сбора урожая – для пони пришло время собрать все, что они посадили и старательно взращивали прошлые три месяца.

И, по мелочи, для жеребят это еще была пора каникул. Жеребята валялись в кроватях дольше обычного, наслаждаясь возможностью никуда не торопиться, свободой от школьных парт и подушек. Впрочем, учителя этой свободой тоже пользовались и куда активнее. Чуть поутру, целая гурьба педагогов с чемоданами и седельными сумками уже погрузились на поезд, везущий их в Лас-Пегас, царство самых гедонистических развлечений в Эквестрии.

Но пока что для Флаттершай пока новый месяц ничем не отличался от старого. Пегаска встала, как обычно, с первыми лучами Солнца. Не став будить Муна, давая ему поспать побольше, явно утомленного после бурных выходных, она направилась вниз на первый этаж. Умываться, расчесаться, приготовить завтрак. Для себя, для Муна, для Энджела, для животных… ох, много ей готовить, как и всегда. Но, дело было привычное и приятное, так что, негромко напевая себе под нос, пегаска с удовольствием отправилась хлопотать на кухню.

Впрочем, Мун Рунавей тоже не заставил себя долго ждать. Привлеченный запахами готовящейся на печи еды, жеребчик, с любимым розовым бегемотом, позевывая, явился на кухню вслед за матерью. Привычным движением усадив свой круп на подушку и усадив Нирэ рядом, он привычно ровным голосом поздоровался с Флаттершай. Та в ответ тепло улыбнулась, зная, что Мун добрый – просто не умеет это выражать, вот и все.

Энджел тоже уже был здесь, в своем углу, лакомясь приготовленным сочным салатом. Кролик в последние дни вел себя на удивление прилично, не капризничал и не жаловался. Все же, наконец то Флаттершай смогла найти баланс между своим питомцем и своим сыном, уделяя время им обоим. Конфликты сошли на нет, хоть какие то. Дружбы, правда, не было. Вообще ничего не было, абсолютно.

Мун и Энджел продолжали игнорировать друг друга. Вот и сейчас, жеребчик и кролик ели свои завтраки, даже не кидая друг на друга и единого взгляда. Можно было бы подумать, смотря на них двоих, что сейчас на кухне есть только один из них, да Флаттершай, а другой обитатель кухни в этот миг просто-напросто не существовал. Это было, конечно, неприятно, но всяко лучше, чем открытая вражда. Пожалуй, ей стоит довольствоваться и этим. Конечно, желательно было их если не подружить, то хотя бы помирить, но как? У Флаттершай не было идей.

А просить помощи у поникого-то, у той же Твайлайт Спаркл было явно плохой идеей. Мун точно не оценит, что ему навязывают дружбу с кроликом, да и вообще, явно устал от временами докучливого общества. Вон, с какой невеселой мордочкой ковыряется в утреннем салате! Утро, а уже выглядит уставшим. Флаттершай слегка вздохнула, сама усаживаясь напротив и принимаясь за еду. Все же выходные были бурными. Сначала вечеринка в Сахарном Дворце, которая Муну все же понравилась, было весело – визит Трикси оказался неожиданным, но очень приятным сюрпризом и в этот раз ее представление произошло без всяких происшествий и погромов. Ну, по крайней мере, уже две ночи она провела в Понивилле и никаких криков не слышно и поныне. Может на третью?

— Я отправлюсь на Яблочную Аллею сразу после завтрака, если ты не запретишь. – Произнес Рунавей, уже заканчивая поедать свой сладкий фруктовый салат, ел малыш традиционно быстро. – Не хочу заставлять других ждать, это некрасиво. Эппл Блум точно уже там – она же живет на ферме. Скуталу тоже быстро прибудет – она же резвая. Свити Белль… ну, за компанию, наверное, тоже.

— Если только воспитание Рарити не возобладает и она не займется часовым грумингом. – Мягко пошутила Элемент Доброты, стараясь подбодрить  малыша, который выглядел невеселым уже сразу с момента пробуждения. Мун слегка улыбнулся и согласно кивнул, после чего вернулся к сладеньким долькам яблочек.

— Ну, значит подождем ее мы все вместе. Прямо там, на ферме. – Лишь чуть пожал крылышками Мун, принимая возможное опоздание Свити как должное.

— Постарайся повеселиться как следует вместе с друзьями. Я понимаю, тебе не очень понравились эти выходные. Слишком помпезно, хотя и почетно. Но, теперь сможешь расслабиться. – На слова Флаттершай жеребчик слегка вздохнул и кивнул в знак согласия. Выходные, лично для него, и правда были не очень, впрочем, не до такой степени, чтобы расстроиться. Просто слишком много утомительных церемоний.

— И раньше, чем придет уважаемая Твайлайт Спаркл – каникулы начались, а она обещала зайти. Может и сегодня. Я, честно говоря, не горю желанием сейчас удовлетворять ее любопытство… или еще что. – Встречаться с охочей до знаний Муна единорожкой ему тоже не хотелось. Что ж, оно и к лучшему, рассудила Флаттершай. Ей и проблем с Сомниум хватает (как бы это странно не звучало, учитывая тот факт, что она ее так ни разу и не увидела своими глазами), чтобы копаться еще и в прошлом Рунавея.

— Что ж, отдыхай, наслаждайся жизнью. А скоро и заказ от Рарити прибудет, может уже даже завтра или послезавтра, полакомимся заморской вкусняшкой. – Лишь сказала Флаттершай, решив не заострять внимание на неприятных вещах. Рунавей явно еще не выздоровел до конца. И вообще, даже без проблем с животом и червоточиной, ему нужно хорошее настроение и так, как и любому другому обычному пони.

— Отказываться не буду, хотя, как уже сказал, мне эти деликатесы ни к чему. – И все же, в голосе пегасика скользнуло легкое любопытство и желание. Аскетом он все же не был – просто не привык к излишествам, довольствуясь малым.

— И еще, я сегодня останусь дома – мне нужно подготовиться к работе в огороде. – Решила озвучить планы на день Флаттершай, продолжая говорить, окончательно уходя от любой неприятной темы. – Начнем уже завтра собирать урожай, лук соберем, репу, да и салат уже созрел…. – Пегасочка осеклась, поняв, что чрезмерно увлеклась. – Ну, то есть, я хотела бы попросить тебя помочь мне.

— Да, я помню, ты говорила, что я должен буду помочь. Еще тогда, когда я тебе… ну, правду о себе рассказал. – Мун на секунду прикрыл глаза, но быстро вынырнул из было нахлынувших воспоминаний. – Что ж, я не любитель копаться в земле, но я не должен злоупотреблять твоей добротой. Ты и так не заставляла меня полоть грядки весь месяц, дала мне время отдохнуть от прошлой жизни. Но, пора немного и поработать.

Флаттершай мягко улыбнулась, но в её глазах мелькнула тень беспокойства. Она прекрасно видела, с какой неохотой Мун произнёс эти слова — он явно не горел желанием возиться в земле, и это читалось в каждом его скупом жесте. Ей не хотелось, чтобы он воспринимал помощь как повинность или расплату за её доброту.

— Мун Рунавей, милый, ты правда не обязан. Я справлюсь и сама, если тебе не по душе копаться в грядках. Ты можешь заняться чем-то другим, отдохнуть, почитать... – Заговорила была Флаттершай, но Рунавей мягко, но настойчиво перебил ее, не дав доброй пони договорить.

— Не надо. — Твёрдо произнёс он, поднимая на неё усталые, но решительные глаза. — Я понимаю, что ты хочешь как лучше. Но мы будем есть этот урожай вместе. Значит, и собирать его я должен вместе с тобой. Это справедливо. – Флаттершай вздохнула, понимая, что спорить бесполезно. В упрямстве Рунавей мог дать фору и Эпплджек – она это уже давно поняла.

— Хорошо. — Сдалась она. — Тогда завтра с утра и начнём. Я покажу тебе, что нужно делать.

Маленький пегасик согласно кивнул и вернулся к опустевшей тарелке. В углу кухни Энджел, доев свой салат, демонстративно отвернулся от стола, за которым сидел жеребчик. Кролик подпрыгнул к Флаттершай и ткнулся мордочкой в ее заднюю ногу, требуя внимания исключительно для себя. Он даже не взглянул в сторону Муна — словно того и вовсе не существовало.

— Возьми пару битсов – купишь себе хот-кэрр на обратном пути. – Предложила Флаттершай сыну, беря Энджела себе на копыта и нежно прижимая питомца к груди.

— Да необязательно. – Покачал головой Мун Рунавей, скользнув взглядом по кролику без особой зависти, после чего вернулся к остаткам завтрака. – Проголодаюсь – потерплю уж до дома. Или схрумкаю немного травы где-нибудь в укромном месте в парке.

— Нет! – Пискнула с ноткой ужаса и одновременно решительности Флаттершай, на корню пресекая такие идеи в голове ее сына. – Вдруг тебя пони-кто увидит? Малыш, не надо есть траву. – Уже мягче заговорила желтая пегаска, стараясь отговорить Муна от этой ужасной затеи. – И так только благоволением Селестии мы избежали позора и слухов. Давай не будем привлекать к себе внимания… невоспитанностью.

— Разумно. – С явной неохотой вздохнул Рунавей. Он недовольно прикусил губу, жеребчик явно был недоволен. Но, все же согласно кивнул. Флаттершай надеялась, что он все осознал.

– Мун Рунавей, дело не в деньгах. – Флаттершай мягко, но настойчиво покачала головой. – Два битса — это ерунда. Их заработать легко. А вот… доверие. Доброе слово. Уважение соседей — это совсем другое. Это копится годами, по крупицам. – Она на мгновение замолчала, подбирая слова, чтобы он понял.

– И потерять это можно в один миг. За одну глупую ошибку. Пони запомнят не то, сколько ты сэкономил, а то, как ты себя вёл. Понимаешь? – В её голосе проскользнула непривычная для неё самой твёрдость. – Трава... она бесплатная, да. Но если поникто увидит — нам потом будет стыдно. И не нам одним. Мне — за тебя. Я знаю, ты привык считать всё с пользой. Но иногда быть «практичным» — значит беречь не битсы, а чувства других. И своё место среди них. Пожалуйста, просто возьми эти монеты. Для меня.

— Ладно. — Мун всё же вздохнул, явно чувствуя, что спорить с этим аргументом бессмысленно. — Возьму два битса. Хотя я всё равно считаю, что трава ничем не хуже хот-кэрра. Она же бесплатная и ее сколько угодно много.

Флаттершай сдержала новый вздох и лишь мягко улыбнулась, отпуская Энджела. Кролик тут же гордо запрыгал прочь, даже не взглянув в сторону Муна.

— Вот и умница. — Она встала из-за стола. — Я сейчас принесу. – С этими словами молодая мама отправилась наверх. Денег, благо, хватало – зарплата была вчера. Достав из сундука два битса, зажав их в зубах, она не теряя времени отправилась вниз. Мун терпеливо ожидал её на месте, смотря в почти пустую тарелку. Когда перед ним положили две монетки, он подцепил их кромкой копыта и с недоумение окинул себя взглядом. Одежды с карманами на нем не было. Одежды на нем вообще не было, как обычно.

— И куда мне их положить? – Задался он закономерным вопросом, продолжая держать монетки на копыте, вопрошающе смотря на мать.

— В гриву, конечно же. – Без тени сомнений ответила Флаттершай, указывая на очевидный вариант. – Давай помогу, у тебя же это в первый раз, я так понимаю. – Ведь раньше же он денег с собой никогда не носил, а все школьные принадлежности держал в седельных сумках, а Нирэ занимал его спину. Так что помощь ему была также нужна, как и научиться чистить зубы в свое время.

— Вот как это делается… это все еще удивительно. – Мун Рунавей слегка потряс головой, после того как два битса заняли свое законное место в его волосах. – Я читал в “128 вопросов и ответов для любознательных” об этой магии, но это все еще потрясающе. Мои прошлые волосы, в которых магии не было, такого бы не смогли – все бы вывалилось.

— И не зря я тратилась на средство Поки Пирса для роста волос. – Одобряюще улыбнулась Флаттершай. – Это, как видишь, не только красиво, но и полезно. Благо, они уже достаточно выросли, дабы более не тратиться – дальше оставим все природе и естественному росту.

Мун кивнул, дожевал последний кусочек яблока и аккуратно отодвинул тарелку. Он поднялся с подушки, привычным движением подхватил с соседней подушки Нирэ и водрузил игрушку себе на спину. Розовый бегемот, как всегда, с невозмутимым видом устроился между его маленьких крыльев, глядя перед собой стеклянными глазами.

— Тогда я пошел. — Сказал он, направляясь к выходу. — Не хочу опаздывать.

— Удачи тебе, малыш. — Флаттершай помахала ему копытом. — И повеселись!

Мун кивнул, давая понять, что постарается, и вышел за дверь. Утреннее солнце уже поднялось достаточно высоко, чтобы залить Понивилль мягким золотистым светом, но воздух еще хранил утреннюю свежесть. Пегасик зашагал по тропинке, ведущей к ферме «Сладкое Яблоко», его копыта мерно цокали по утрамбованной земле. Нирэ на спине слегка подпрыгивал в такт шагам, но Рунавей даже не обращал на это внимания — он давно привык к этому.

Дорога до фермы заняла не больше половины часа. Яблочная Аллея встретила его знакомым ароматом спелых фруктов, слегка присыпанной пыльцой листвой и тихим гудением шмелей, круживших над поздними цветами. Вдалеке виднелся амбар, а за ним — тот самый сеновал, о котором говорила Эппл Блум.

Сама желтая землепони уже стояла у входа в амбар, играясь со своим хвостом и поглядывая на дорогу. Увидев Муна, она радостно подпрыгнула и помахала ему. Тот, было замерший перед белой декоративной аркой, все же прошел под ней и направился к своей подруге.

— А вот и наш принцесса пожаловал! — Весело крикнула Эпплблум. — Как спалось Вашему Высочеству?

— Не называй меня так. — Буркнул Мун, хотя в его голосе не было злости. — Спалось нормально. Флаттершай накормила фруктовым салатом, дала денег на хот-кэрр. Сказала не есть траву. – Эппл Блум в ответ фыркнула, подавив смех.

— Правильно сказала! – Согласилась она с мнением подруги своей сестры. – Ты ж не дикий пони какой. Ладно, пошли, покажу, где сеновал. Скуталу со Свити Белль скоро тоже должны подойти. Свити, правда, думаю, позже – Рарити наверняка попытается примерить на нее ленту в волосы.

— Понимаю. — Мун кивнул, оглядываясь. — Я за своей одеждой тоже старался ухаживать. Тем еще красавцем был… ну, я так считал.

Эппл Блум хихикнула, но ничего не сказала. Вместо этого она указала копытом на амбар.

— Давай пока поднимемся на сеновал? Оттуда все видно, как на копыте. Мы сможем наблюдать за работой, а заодно и Скуталу со Свити увидим издалека. – Предложила кобылочка, меняя тему разговора.

Мун Рунавей кивнул, и они вдвоем забрались по лестнице наверх. Сеновал оказался просторным, залитым солнечным светом, который просачивался сквозь щели в стенах. Пахло сухой травой, деревом и еще чем-то неуловимо теплым и домашним. Тут и там были разбросаны свежие стога сена — аккуратные, плотно утрамбованные, готовые к зиме. И очень большие. И высокие.

— Вот это да. — Рунавей огляделся с неподдельным любопытством. — Здесь действительно здорово. И сена столько… для двух месяцев зимы запасы очень большие.

— Запас спину не ломает! А еще оно очень мягкое. — Эппл Блум с разбегу плюхнулась в один из стогов и с удовольствием зарылась в него мордочкой. — Проверяй!

Мун Рунавей, поколебавшись секунду, осторожно опустил Нирэ на сено, а затем и сам присел, а потом и вовсе повалился на бок. Солома приятно пружинила, а запах сухой травы, смешанный с ароматом яблок, доносившимся с улицы, действовал умиротворяюще.

— Это… комфортно. — Признался он, глядя в потолочную балку. — Очень комфортно. Давно я так не лежал.

— Я ж говорила! — Эппл Блум довольно улыбнулась и устроилась рядом. — Погоди, сейчас Скуталу со Свити приедут, тогда уж точно веселье начнется.

Ждать пришлось недолго. Уже через дюжину минут донесся характерный шум — сначала стрекот крылышек, затем звонкий голос Скуталу:

— Эй, наверху! Встречайте подмогу!

Из-за угла амбара вырулила оранжевая пегасочка на своем скутере, а за ней в тележке, сидела Свити Белль. Скуталу лихо затормозила, брызнув мелкой пылью, и тут же спрыгнула на землю.

— Ну что, разведчики, на месте! — Крикнула она, задирая голову к сеновалу. — Лестница там же?

— Там! — Отозвалась Эппл Блум. — Полезайте!

Через минуту обе подруги уже были наверху. Скуталу, полная энергии, тут же принялась изучать обстановку, подбегая то к одному окну, то к другому. Свити Белль, более степенная, аккуратно пристроила свою седельные сумки в углу и только потом огляделась. Как и обещали, подруги принесли и свиток, и бинокль. Разве что свистка не было – да и зачем, если они тут все вместе будут сидеть?

— Ух ты! — Скуталу прильнула к окошку. — Отсюда видно и дом, и сарай, и даже начало яблоневого сада! И вон там, смотрите, Эпплджек с Биг Маком что-то делают у телеги.

Желтая землепони и белая единорожка подошли к ней, выглядывая наружу. Мун же остался лежать в сене, прикрыв глаза и наслаждаясь теплом, которое уже начало накапливаться.

— Точно. — Подтвердила Эппл Блум, вглядываясь. — Они готовятся к завтрашнему сбору. Смотрите, вон корзины ставят, вон мешки тащат.

— И багры для встряски деревьев! — Добавила Свити Белль, которая была внимательнее. Самим Эпплам эти багры были не нужны – их фирменный удар ногами стряхивал яблоки в разы лучше. А вот другие пони так редко когда умели. — И веревки. Ого, их там целая куча.

Скуталу не утерпела и начала комментировать каждое движение взрослых пони, будто была спортивным комментатором на матче.

— Эпплджек сейчас подошла к телеге, проверяет колесо…. Вижу овец – бродят вдоль загона, о чем-то разговаривают. Биг Мак тащит деревянные ящики — должно быть, для самых больших и сочных яблок. М-м-м, яблоки… Интересно, дадут они нам попробовать?

— Конечно дадут. — Фыркнула Эппл Блум. — Главное, чтобы вы не объелись до колик.

— А вот и Гренни Смит! — Воскликнула Свити Белль, заметив выходящую из дома пожилую зеленую пони. — Она что-то несет… похоже, сидр.

— Точно! — Обрадовалась Эппл Блум. — Бабуля всегда готовит сидр в конце месяца Листвы и начале месяца Страды. Говорит, что работать на жаре без прохладного питья нельзя.

— А ты, Мун Рунавей, чего не наблюдаешь? – Поинтересовалась Свити Белль у единственного в их компании кобылок жеребчика, который лишь продолжал валяться на сене, не проявляя никакого интереса к миру вокруг.

— Я наблюдаю. – Невозмутимо парировал в ответ Мун. – За облаками. Очень красивые. Погодные пегасы хорошо работают.

— Ну ты и лодырь. – С наигранным возмущением произнесла Скуталу, отрываясь от бинокля. Свити Белль слегка хихикнула с улыбкой на их обмен репликами, а из ее рта вывалился взятый для записей карандаш.

— Давно не лежал на сене. Даже забывать стал, как это хорошо. Уютно. – Лишь ответил Рунавей, прикрывая глаза. – Даже привыкать не хочется. Хочется наслаждаться каждым мигом, как первым. И побольше. А то прикорнешь раньше на полчасика – поймают и повезет, если просто отругают. Было у меня уже один раз такое. А тут… лежи сколько хочешь. А я хочу долго лежать.

— Я все удивляюсь этим суровым правилам, что были там, откуда ты родом. – Заметила Свити Белль, подцепляя карандаш ловким движением копыта, но пока не спеша вновь брать его в зубы. – Честно говоря, я не удивлюсь, если ты когда-нибудь скажешь, что у вас там и дышать нельзя.

— Ха, про это у нас отдельная шутка была. – Усмехнулся Мун, не открывая глаз. – Что дышать разрешено – но лучше все же не дышать.

— Да уж, ухохочешься. – Кисло улыбнулась Скуталу на очередную невеселую шутку друга. Подтекст ей был непонятен, но любопытствовать она не решилась. – Кстати, а куда ты дел свою корону принцессы? – Решила сменить тему фиолетоволосая пегасочка.

— Убрал на полочку в своей комнате. – Рунавей тоже был не против поговорить о чем-то еще, хотя, судя по его кислой мордочке, и этот разговор у него энтузиазма не вызывал. – Сразу как вернулся домой.

— А мне показалось, она тебе шла. — С хитринкой заметила Скуталу, присаживаясь на сено рядом. Разговор с Муном резко стал интереснее наблюдения за окрестностями. — Прямо настоящий принцесса!

— Ух, ну уж нет. — Мун поморщился, но без злости. — Это просто деревянный обруч. Его мисс Чирали где-то раздобыла в подсобке. Бумажная фольга, клей, пара страз… смех один.

— Зато как торжественно вручали! — Встряла Эппл Блум, падая на спину и глядя в потолок. — Бабушка аж прослезилась. Говорит, «ни разу не видела, чтобы принцессой класса стал пегас». Вечно же всегда земные пони побеждают на выборах. Даймонд Тиара, например. А тут ты!

— А по-моему, все это было… ну, слишком. — Свити Белль аккуратно пригладила чёлку копытцем. — Рарити то вежливо улыбалась только на ней самой. А вот вернулись домой, я с ней ночевать осталась, так она потом полчаса жаловалась, что у тебя прическа была растрепанная. А церемония… такая громкая. И длинная.

— Длинная — это точно. — Проворчал Мун, прикрывая глаза. — Я там чуть не заснул, пока уважаемая мисс Чирали говорила про «ответственность и службу классу». Она сама, кстати, сразу после финальных слов к выходу направилась. — Он чуть заметно усмехнулся. — Я видел. И директор с ней. И Гаст Оун. И эта, из второго класса. Они, кажется, только и ждали, чтобы сказали «конец церемонии». Веселье у них сейчас – в поезде, в предвкушении начавшегося отпуска. Знатно мы у них за месяц нервы потрепали, как-никак.

— И не поспоришь. – Согласно кивнула Свити Белль, невольно вспоминая все те случаи, когда они сильно нашкодили. Начиная от побегов в Вечнодикий Лес и заканчивая недавней дракой с Запп. – Кстати, я заметила, что вообще ни одна из принцесс не любит носить эту корону. – Решила кобылочка тоже чуть-чуть сдвинуть тему.

— Ну да, Даймонд Тиара ее не носила. – Припомнила Эппл Блум, игра в шпионов была на время забыта с концами. – Эту корону вообще нипони не носит. Ну, как «принцесса класса». И ты, Мун, тоже не носишь. И носить явно не собираешься, я права?

Мун приоткрыл один глаз, глянул на неё свысока, насколько это вообще возможно лёжа на сене, и совершенно спокойно подтвердил.

— Абсолютно. Я её носить не собираюсь.

— Ну вот! — Эппл Блум хлопнула копытом по соломе. — А почему, а? Всегда же выбирают, вручают, поздравляют… а потом корона пылится на полке. Весь месяц. И сдают обратно тишком, пока не наденут на следующую принцессу.

— Может, потому что… — Свити Белль задумчиво поводила копытцем по подбородку. — …для тех, поникто любит покрасоваться, она слишком простая? Ну, Даймонд Тиара. Она же любит блестяшки, настоящие. И тиара на ней всегда дорогая такая. А тут — бумажная фольга, клей, стразы. Несолидно как-то.

— Точно! — Подхватила Эппл Блум. — Ей подавай, чтобы все смотрели и завидовали. А тут наденешь такую — только засмеют. Вот она и не носила. А что ты, Мун Рунавей?

Рунавей чуть приподнялся, перевернулся на живот и посмотрел на подруг без тени улыбки.

— Для меня даже такая корона выглядит помпезно. И позерски. — Он сказал это так ровно, будто констатировал погоду.

— Ну вот. — Эппл Блум развела копытами. — Даймонд не носит — потому что бедновато. Мун не носит — потому что богатовато… в смысле вычурно для его вкуса. Вот корона и болтается без дела.

— Значит, принцесса класса — это такое звание, у которого нет короны? – Хихикнула Скуталу.

— Звание есть, а короны нипони не носит. — Свити Белль улыбнулась мягко, без насмешки. — Смешно выходит.

— Не смешно. Обычно. — Мун снова плюхнулся на спину и уставился в потолок. — Такие вещи всегда никто не носит. Главное — что выбрали. А остальное — бумага и клей.

— Ладно. – Вздохнула Эппл Блум, но все же улыбнулась. – Пусть пылится. Зато у нас теперь есть принцесса, который эту корону готов надеть, только если его силой прижмёшь.

— Не надену. — Беззлобно буркнул Мун.

— Мы знаем! — Хором ответили три кобылки и рассмеялись.

Жеребята ещё немного посмеялись, обсуждая злополучную корону, а затем разговор сам собой сошёл на нет. Солнце поднялось уже выше, и сквозь щели в стенах сеновала потянуло приятным теплом. Скуталу первой потянулась к окошку.

— Ладно, хватит болтать. — Она устроилась поудобнее на краю сена и прижалась мордочкой к щели. — А то мы так ничего и не увидим.

Эппл Блум и Свити Белль переглянулись и последовали её примеру. Мун Рунавей остался лежать на спине, но тоже приоткрыл глаза и лениво скосил взгляд в сторону просвета между досками. Внизу, на ферме, всё шло своим чередом: взрослые пони сновали туда-сюда, готовя инвентарь к завтрашнему сбору. Гренни Смит уже скрылась в доме, прихватив с собой кружку с сидром. Эпплджек и Биг Макинтош о чём-то спорили у телеги — судя по жестам, о том, сколько корзин выкатывать с утра.

— А это что такое? — Вдруг настороженно произнесла Эппл Блум, замирая у своего окошка.

— Что? — Скуталу тут же повернула голову и доставая бинокль – вдруг что интересное?

— Вон там, со стороны леса. — Жёлтая кобылочка прищурилась и ткнула копытцем вдаль. — Блики какие-то. То появится, то пропадёт.

Свити Белль подошла ближе, вглядываясь. И правда, на опушке Вечнодикого Леса, в зарослях кустарника, мелькнул короткий солнечный зайчик, затем ещё один, а потом всё стихло.

Мун Рунавей резко сел. Всё его сонное спокойствие мгновенно улетучилось. Он быстро поднялся на копыта, подошёл к окну и, не говоря ни слова, уставился в ту же сторону.

— Блики от бинокля. — Сказал он тихо, но очень уверенно.

— От чего? — Не поняла Эппл Блум.

— От бинокля. Оптическое стекло на солнце так бликует. — Мун нахмурился. — Я знаю. Это значит, что за фермой сейчас наблюдают. Возможно, увидели блики от нашего бинокля.

— Но поникто это может быть? – Задалась ожидаемым вопросом Скуталу. Это уже стало становится интересным. – Может еще какие жеребята решили поиграть?

— Но не в Вечнодиком Лесу же. – Возразила Свити Белль. – Жеребятам нельзя туда, даже мы к Зекоре ходим только с разрешения Эпплджек.

— И наблюдают явно за нами – Яблочная Аллея к нему ближе всего, так что если туда и идти, то чтобы увидеть, чем тут пони заняты. – Мун Рунавей аккуратно вытащил из копыт Скуталу бинокль и сам прильнул к крохотному оптическому прибору, оглядывая окрестности, стараясь выглядеть незаметно.

— Откуда ты такие вещи знаешь? – Невольно вырвался из Эппл Блум вопрос, смотря как жеребчик наблюдает из отбрасываемой вглубь амбара тени, не подходя прямо к окошку.

— Наблюдательность полезна. Смотреть вокруг почти также важно, как и смотреть под ноги. – Ответил Мун, продолжая водить взглядом по кустам. – Не люблю это дело, я вечно в своих мыслях. Но, жизнь заставила.

Воцарилось молчание. Рунавей внимательно смотрел в бинокль, время от времени его опуская и смотря на окрестности без помощи оптики. Вид у жеребчика был настороженный и вовсе не игривый, воспринимая необходимость найти следящего за ними (наверное, за ними) пони как задачу, а не развлечение.

— Ничего не вижу. – Наконец, лишь произнес застывшим кобылкам. – Возможно, поняли, что мы насторожились. – С этими словами Мун Рунавей вернул бинокль Скуталу и вернулся обратно на сено. Но теперь никакой расслабленности и неги не было и в помине.

— Может, это поникто просто гулял, наблюдал за чем-нибудь. Твайлайт Спаркл, например. Нам просто показалось, что наблюдала за нами. – Предположила Свити Белль, стараясь разрядить мигом накалившуюся атмосферу. Кобылка взяла в рот карандаш, спеша записать сведенья о замеченных бликах и ее свежеиспеченную гипотезу.

— Возможно. – Коротко буркнул Мун, его голубые глаза медленно скользили по щелям в досках. Версия, что это была Твайлайт, похоже его не успокоила. – Она очень любопытная.

Повисла неловкая тишина. Кобылки переглянулись, не зная, что ещё сказать. Скуталу, впрочем, хватило нескольких секунд, чтобы потерять интерес к «шпионскому детективу».

— Ладно. — Махнула она своим крохотным крылом. — Подумаешь, блики. Может, птица какая блестяшку в клюве тащила. Давайте лучше смотреть, что внизу делается!

— Точно! — Подхватила Эппл Блум, с облегчением возвращаясь к окну. — Вон, смотрите, Биг Мак теперь ящики пересчитывает. Один, два, три…

Свити Белль тоже перевела взгляд наружу, хотя и бросила на Муна короткий обеспокоенный взгляд. Тот, однако, уже снова откинулся на сено, но расслабленности в его позе не было — скорее настороженное ожидание.

Жеребята ещё несколько минут обсуждали взрослых на ферме, спорили, сколько корзин выкатят к завтрашнему сбору, и гадали, дадут ли им попробовать сидр раньше, чем Гренни Смит спрячет его в погреб. Мало-помалу напряжение растаяло, уступив место привычному веселью. Скуталу снова комментировала каждое движение внизу, будто речь шла о финале Фестиваля Сестер. Эппл Блум подыгрывала ей, а Свити Белль делала вид, что записывает всё в свой блокнот.

Рунавей не мешал им, но и не участвовал. Он лежал на спине, глядя в потолок, и иногда поглядывал в щель между досками.

Солнце поднялось уже довольно высоко, и сеновал прогрелся так, что даже сквозь сухую траву жеребятам стало тепло. Желудки начали подавать первые признаки голода.

— Слушайте. — Протянула Скуталу, почесав живот копытом. — А я есть хочу. Очень хочу. Прям сильно-сильно.

— Так мы же только позавтракали недавно! — Возмутилась Эппл Блум.

— А я быстро расту! — Ничуть не смутилась пегасочка. — Мне энергию надо. Вот ты, Эппл Блум, сейчас бы яблоко не съела?

— Ну… съела бы. – Признала Эппл Блум. Есть все же и правда хотелось. – Но яблок у нас нет. Не в амбаре, то есть. Спускаться придется.

— А сено? — Скуталу озорно покосилась на плотный стог рядом с собой. — Оно же… ну, трава. Просто сушёная. Мы ж траву едим?

— Мы не дикари какие! — Выпалила Свити Белль, убирая карандаш. — Мы цивилизованные пони! Мы едим нормальную еду! Салаты, овёс, морковку, яблоки... ну, канапэ... но не сырое сено с сеновала!

— А почему бы и нет? — Скуталу уже запустила копыто в стог и вытащила приличный пучок сена. — Пахнет вкусно. Прямо полем пахнет. Летом.

Эппл Блум смотрела на неё с ужасом, как на пони, сказавшую, что Селестия не поднимает Солнце.

— Скуталу, не смей! – Выпалила земная пони. – Это ж для скотины! Этот стог не для нас, для коров. Да и вообще, его же не пожарили! Ты что, с ума сошла?!

— От одного раза дикаркой не стану. — Пожала плечами пегасочка и…. Хрум! Скуталу откусила добрый клок.

Тишина на сеновале стала ватной. Свити Белль прикрыла рот копытом. Эппл Блум переглянулась с ней, потом с Муном. Тот лишь приподнял бровь, но ничего не сказал.

— Ну и как оно? — Наконец выдавила из себя землепони.

— Ну… — Скуталу задумчиво прожевала. — На вкус как сено. Сухое. Малость колется. Но вообще съедобно. Ничего так. Похуже жаренного, но вполне терпимо. Я бы ещё кусочек съела.

— Ты сумасшедшая! — Вынесла вердикт Эппл Блум, но в её голосе уже слышалось не столько отвращение, сколько недоумение. — Тебя дома что, не кормят?

— Кормят, конечно, — Отмахнулась Скуталу, дожевывая. — Тётушки у меня строгие. Особенно тётя Лофти. Она считает, что пони должен есть три раза в день за столом, с салфеткой и не чавкать. И спать в полдень. Родители… ну, родители согласны.

— А что родители? — Встряла Свити Белль, у которой любопытство пересилило брезгливость. Скуталу вздохнула, отложила остатки сена обратно в стог и уставилась в потолок.

— Они в Мейнхеттене. – Вздохнула оранжевая кобылка. – Давно уже. У них там бизнес. Туристический. Ну, знаете, всякие там музеи, диорамы, история Эквестрии в картинках, сувенирная лавка. Деньги приносит неплохо, но... скукотища страшная. Я поэтому здесь и живу. У тётушек. В Понивилле.

— А они ничего не говорят? — Осторожно спросила Эппл Блум. — Про то, что ты тут носишься день-деньской?

— А они не знают. — Хмыкнула Скуталу. — Им некогда. Они всё в этих своих экспозициях. Приезжают раз в полгода, проверят, что я жива-здорова, и обратно. Если честно, они даже не заметят, что я сено ела. Тётушки может и заметили бы, но родителям я просто не скажу. А в Мейнхеттен не буду писать. Им и без меня есть чем голову забить.

— Печально как-то. — Тихо произнесла Свити Белль. – Семья – это важно.

— Да нормально! — Скуталу тряхнула гривой. — Зато я тут, с вами. И с Рейнбоу Дэш. И приключений полно. Вон, даже шпионов каких-то ищем. В Мейнхеттене такого днём с огнём не сыщешь. Там только музеи, сувениры и подсчет битсов.

Эппл Блум хотела что-то сказать, но передумала. Вместо этого она молча протянула Скуталу ещё один пучок сена. Та удивлённо подняла брови, потом улыбнулась и хрустнула уже с меньшим вызовом.

— Только тётушкам не говорите, — Попросила она с набитым ртом. — А то они меня накажут. Месяц проведу на дополнительных уроках. И без скутера.

— Договорились, — Кивнула Эппл Блум и без тени сомнений – Искатели Знаков Отличия своих не выдают.

Свити Белль вздохнула и достала карандаш, чтобы записать и этот случай — для истории, так сказать. Мун Рунавей молча наблюдал за всей сценой, не проронив ни слова.

— Немного удивлен, что ты тоже ешь траву. Мне-то думалось, я единственный жадина в Понивилле. – Заметил синий пегасик. Скуталу фыркнула, подавив смех.

— Да дело то не в деньгах. И даже не в лени. Мне сходить вниз не труд. – Покачала она головой. – Просто…. – Скуталу задумчиво посмотрела в потолок, что так полюбил рассматривать Рунавей. — ….просто вокруг постоянно вокруг куча правил. То нельзя, это надо делать так то. Надоедает. Вот и хочется сделать что-то такое-эдакое. Нарушить правила. По мелочи, конечно.

— Ну, это и правда так, но в Эквестрии правила еще довольно мягкие. Соблюдать их не так уж и сложно. Но понимаю, иногда надоедают и такие. – Кивнул Мун Рунавей с ноткой согласия. – Сильно родители донимают?

— Да не особо. – Отказалась от возможного сочувствия и уж тем более жаления Скуталу. – Пытаются воспитывать, конечно, но, хвала Селестии, у меня есть старший брат, он с родителями в Мейнхеттене живет, все внимание – ему. Ему же и бизнес отойдет потом, так что я могу жить свободно. А мне можно просто жить как хочется с тетушками. И Альфредом – это мой дворецкий.

— Дворецкий? – Переспросил Мун Рунавей, приподняв брови в удивлении. – Ты у нас богатая пони, оказывается?

— Можно и так сказать. Не так, как семья Филси Рича, но да, мы довольно зажиточные. – Подтвердила Скуталу, впрочем, без особой гордости. – Но, это больше от нужды – родителей же нет, чтобы за мной приглядывать, а у тетушек свои дела есть. Вот и Альфред за мной присматривает, воспитывает… ну, почти как Аметист Стар, няня.

— Плоховато воспитывает – вон, сырое сено ешь! – Беззлобно хихикнула Свити Белль. Жеребята дружно рассмеялись.

— Ладно, хватит болтать про мои богатства. — Скуталу первой вернулась к окну. — Давайте лучше смотреть, что внизу делается. А то мы так ничего интересного не увидим и Знаки Отличия не получим.

Эппл Блум и Свити Белль переглянулись и снова прильнули к окнам. Мун остался сидеть в тени у стены, но его уши были настороженно направлены в сторону просветов между досками. Нирэ, как всегда, невозмутимо сидел рядом, глядя в пустоту.

Несколько минут протекли в тихом наблюдении. Внизу, на ферме, всё шло своим чередом: Эпплджек и Биг Мак закончили спорить и теперь методично раскладывали корзины вдоль забора. Гренни Смит вышла из дома с новой кружкой и уселась в кресло-качалку на крыльце, явно наслаждаясь утренним солнцем. Овцы лениво переходили с места на место, негромко переговариваясь о чём-то своём, овечьем.

— Смотрите! — Вдруг прошептала Свити Белль, подавшись вперёд. — Вон там, со стороны леса. Идет какая та пони.

Скуталу тут же навела бинокль в указанном направлении. Эппл Блум прищурилась, пытаясь разглядеть невооружённым глазом. Мун медленно поднялся с сена и бесшумно шагнул к стене, выглядывая в щель между досками.

По опушке Белохвостого Леса, там, где трава переходила в ухоженные заросли кустарника, двигалась небольшая фигурка. Голубая шёрстка, ледяная грива, синий плащ, усыпанный звёздами, и высокая коническая шляпа — всё это было слишком узнаваемо, чтобы ошибиться.

— Трикси! — Выдохнула Скуталу, отрываясь от бинокля. — Она что, там живёт? В лесу?

— Нет, вон её фургон стоит. — Эппл Блум ткнула копытцем в сторону, где среди деревьев виднелась фиолетово-золотая крыша. — Помните, она ещё на вечеринке говорила, что остановится на пару дней. Видимо, выбрала местечко поукромнее.

— И что она там делает? — Свити Белль прищурилась, пытаясь разглядеть получше. У Трикси в зубах был какой-то свёрток — то ли узелок, то ли маленькая плетёная корзинка. — Похоже, возвращается с прогулки. Или из города.

Мун молча вглядывался в фигурку фокусницы. Та шла неторопливо, уверенно, время от времени останавливаясь и оглядываясь по сторонам — не следит ли кто. Жеребята инстинктивно пригнулись, хотя до них было далеко, и с оттуда их вряд ли можно было разглядеть сквозь стены сеновала.

— А давайте… проследим за ней? — Вдруг предложила Скуталу, и в её голосе зазвенел тот самый азарт, который обычно доводил их до разных приключений. — Ну, не то чтобы проследим… просто подойдём поближе и посмотрим, что она делает. Мало ли. Вдруг она что-то замышляет?

— Замышляет? — Переспросила Эппл Блум с сомнением. — Она же просто фокусница. Приехала повеселить жеребят.

— А вдруг это только прикрытие? — Глаза Скуталу горели. — В прошлый раз она чуть город не разнесла своей амбициозностью. А теперь тихо-мирно стоит в лесу одна-одинёшенька. Странно, правда?

Свити Белль задумчиво повертела карандаш в копытах.

— Скуталу, тебе лишь бы приключение найти. — Но в её голосе не было осуждения. — С другой стороны… если мы просто подойдём и поздороваемся, ничего страшного не случится. Мы же не будем прятаться и подглядывать, как настоящие шпионы. Просто… поинтересуемся.

На том и порешили. Жеребята, пригибаясь и стараясь ступать бесшумно, спустились вниз и, крадучись за кустами, двинулись в ту сторону, где исчезла фиолетово-звёздная фигура. Мун нёс Нирэ на спине, и игрушка, казалось, тоже смотрела вперёд с настороженным вниманием.

Вскоре они вышли к небольшой поляне, где стоял знакомый фургон с яркой надписью «Великая и Могущественная Трикси». Из-за него доносился негромкий голос — Трикси что-то говорила сама с собой, перемежая слова с лёгким позвякиванием котелка и шипением варящегося на костре супа. Жеребята замерли за стволом старого дуба, прислушиваясь.

— …Твайлайт Спаркл, конечно, думает, что она умнее всех. — Донеслось до них. — Но Великая и Могущественная Трикси тоже кое-что умеет. Да, да. Она может быть такой же… такой же…

Голос фокусницы понизился до заговорщицкого шёпота, и Скуталу, не выдержав, подала знак подползти ближе. Жеребята, стараясь не цокать копытами, подобрались к заднему колесу фургона и осторожно заглянули за угол. То, что они увидели, заставило их замереть с открытыми ртами.

Трикси сидела на небольшом разложенном пледе прямо на траве. Перед ней, на перевёрнутом ящике, стояли две куклы — одна в синем плаще и крошечной остроконечной шляпе, другая лавандовая, с рогом и звёздочками на крупе. Фокусница, двигая их в магическом захвате, заставляла кукол кланяться и разговаривать писклявыми голосами.

— Ах, Великая и Могущественная Трикси. — Произнесла она за куклу-Твайлайт. — Вы такая талантливая и скромная. Я очень хочу с вами подружиться.

— Что ж. — Ответила она же за куклу-себя, важно подняв крошечную голову. — Великая и Могущественная Трикси, пожалуй, согласится. Но при одном условии: вы не будете донимать своими нравоучениями. Я и так кобыла что надо.

Тут Трикси перехватила куклу-Твайлайт передним копытом и сделала вид, что та бьет о копыто другой куклы, делая ей дружеский удар.

Скуталу не сдержалась и хихикнула.

Звук получился достаточно громким. Трикси мгновенно обернулась, её глаза расширились, она заметалась, торопливо сгребла кукол в охапку и сунула их за спину, под накидку. Но было уже поздно — четыре пары глаз жеребят уставились на неё из-за колеса фургона.

— А… — Пролепетала Трикси, и её мордочка покрылась красными пятнами. — Это… не то, что вы подумали! Великая и Могущественная Трикси… репетировала! Да, репетировала новое представление! Кукольный театр! Очень сложный жанр!

— Мы ничего такого не подумали. — Честно сказала Эппл Блум, выходя из укрытия. — Просто мы увидели, как вы идете с каким то свертком, а потом вы упомянули Твайлайт Спаркл, и мы…

— …забеспокоились, — Закончила за неё Свити Белль, выходя вслед за подружкой на свет. — Думали, может, вы что-то замышляете. Извините.

Трикси несколько секунд сверлила их взглядом, потом глубоко вздохнула, и её голова слегка опустилась.

— Ох, чего уж там. — Она отвернулась, достала кукол и аккуратно уложила их в открытый ящик. — Сидите в засаде, значит? Следите за бедной странствующей артисткой? Что ж, ладно. Никаких злых умыслов. Просто… — Она помолчала, потом махнула копытом в сторону котелка, где что-то булькало. — Просто я варю суп. В том свертке были травы. Для вкуса. И немного овощей.

— А куклы? — Не удержалась Скуталу.

— А куклы… — Трикси отвела глаза. — Это… личное. Иногда одиноко путешествовать. Вот и приходится разговаривать сама с собой. Даже с куклами. Глупо, наверное.

— Ничего глупого. — Неожиданно твёрдо сказал Мун Рунавей. — У меня тоже есть Нирэ. Он молчит, но слушает. Это помогает.

Трикси с удивлением посмотрела на розового бегемота у него на спине, потом на самого пегасика, и на её мордочке мелькнуло что-то вроде понимания.

— Что ж, приятно познакомиться, Нирэ, — Слегка церемонно произнесла она. А затем, словно приняв решение, вздохнула и обратилась ко всем: — Раз уж вы здесь и всё равно меня уже нашли… может, останетесь на обед? Супу хватит на всех. Он, конечно, не для стола Селестии, но горячий и сытный.

Жеребята переглянулись. Эппл Блум первой кивнула.

— Спасибо, мисс Трикси. Мы… правда не хотели вас пугать.

— Ничего. — Фокусница уже доставала дополнительные миски из фургона, всё ещё слегка смущённая, но уже без прежней паники в глазах. — Садитесь. Только расскажите, что вы вообще делали в засаде.

— Мы играли в шпионов. — Выпалила Скуталу, усаживаясь на траву. — На сеновале. И заметили блики… а потом вас….

— Что за блики? – Поинтересовалась взрослая единорожка, телекинезом подхватывая посуду и накладывая в нее исходивший паром суп. – И как вас зовут, жеребята? Великая и Могущественная Трикси всем известна, но вас, увы, она не знает. Эй, вы чего там затихли? — Трикси разливала суп по мискам, искоса поглядывая на притихших жеребят. — Я спросила: что за блики?

Жеребята переглянулись. Эппл Блум кивнула Скуталу, та кивнула Свити Белль, а белая единорожка вздохнула и первой нарушила молчание.

— Мы играли в шпионов. Меня зовут Свити Белль, а моих друзей – Скуталу, Эппл Блум и Мун Рунавей. — Начала она, аккуратно принимая дымящуюся миску в копыта – хоть и была она единорожкой, но телекинезом еще не владела. — На сеновале, у семьи Эппл Блум. Оттуда хорошо видно опушку Вечнодикого Леса. И мы заметили блики. Солнечные зайчики. Мун Рунавей сказал, что это блики от бинокля.

— А потом увидели вас. — Подхватила Скуталу, с энтузиазмом вцепившись в свою порцию. — С этим свёртком. Ну и… решили, что вы что-то замышляете.

— Или просто захотелось приключений. — Добавила Эппл Блум, чуть виновато улыбнувшись.

Трикси на мгновение замерла с половником, потом аккуратно опустила его в котелок и села на плед, поджав под себя задние ноги.

— Так, стоп. — Её голос вдруг стал серьёзным, без привычной театральности. — Вы сказали из Вечнодикого Леса?

— Ну да, — кивнула Скуталу. — Блики были со стороны леса. Оттуда вы и шли.

— Я шла вдоль опушки Белохвостого Леса. Хоть и недалеко от Вечнодикого. — Твёрдо поправила Трикси. — Собирала травы для супа. Но в сам этот лес я не захожу. Никогда. — Она поставила миску перед собой и обвела взглядом жеребят. — Потому что это опасно. Там всякое водится, и даже Великая и Могущественная Трикси не настолько глупа, чтобы соваться туда одной без особой нужды.

Повисла пауза.

Мун Рунавей, до этого молча сидевший на краю пледа с Нирэ в передних ногах, медленно перевёл взгляд с Трикси на опушку леса, видневшуюся между деревьями. Его миска лежала рядом, он к ней даже не пытался притронуться.

— То есть. — Сказал он негромко. — Вы не ходили в Вечнодикий Лес. И блики были не от вашего бинокля, потому что у вас его нет. И вы шли с другой стороны.

— Именно, — Подтвердила Трикси, поднося миску к мордочке и осторожно дуя на суп. — У меня нет бинокля. И я не хожу в леса, где меня могут съесть. Это вы, жеребята, похоже, любите рисковать. А я — кобыла взрослая и ответственная.

— Значит. — Рунавей прищурился. — За нами наблюдала другая пони.

В этот раз смеха не было. Скуталу перестала жевать. Эппл Блум поставила миску на землю. Свити Белль даже карандаш выронила.

— Может… случайность? — Неуверенно предположила маленькая единорожка. — Просто игра света? Или птица какая с блестяшкой?

— Или пони, который не хочет, чтобы его видели. — Ответил Мун Рунавей, окидывая быстрым взглядом окрестности, словно таинственный наблюдатель мог быть еще где то рядом.

— Ну хватит! — Трикси хлопнула копытом по пледy, расплескав немного супа. — Никаких шпионов вокруг нет. Вы просто переволновались на сеновале от безделья. Жарко, каникулы, мозги плавятся. Восьмой месяц лета как-никак, столько тепла накопили. — Она подхватила миску и сделала глоток, затем одобрительно кивнула сама себе. — Вот суп — это реально. А блики… может, и вовсе показалось.

Жеребята нехотя согласились, и напряжение понемногу рассеялось. Суп действительно оказался вкусным — густым, пахучим, с лесными травами и кусочками моркови и корнеплодов. Трикси, видимо, умела не только фокусы показывать.

— Так вы говорите, вы тут на пару дней? — Решила сменить тему Скуталу, которой представление фокусницы очень даже понравилось, хотя она об этом и не спешила кричать, как Снипс или Снейлс. Все же ее кумир и названная сестра – та самая Рейнбоу Дэш, герой Эквестрии!

— Да. — Кивнула Трикси, жуя какой-то корешок. — Ещё два представления дам. Одно сегодня вечером, другое завтра днём. А после — в путь. Дорога не ждёт, а публике нужны чудеса.

— А почему вы не берёте плату за вход? — Вдруг спросил Мун, отставляя почти пустую миску. — Только шляпу пускаете по кругу. Добровольные пожертвования. Это… не очень надёжно.

Трикси усмехнулась, сверкнув глазами из-под полей шляпы.

— Умный вопрос, скупой жеребёнок. — Она отставила миску и приняла позу чуть снисходительную, но без прежней напыщенности. — А знаешь почему? Потому что тогда Великой и Могущественной Трикси пришлось бы платить налоги. Что звучит не очень величественно. В то время как пожертвования налогами не облагаются.

— …Что? — Свити Белль непонимающе моргнула.

— Шучу. — Фыркнула Трикси, махнув копытом. — Налоги я вообще не плачу, только за место для представления. У меня и дома то нет, чтобы налоги платить. – Она выразительно кивнула на свой фургон. – Просто… — Она помолчала, подбирая слова. — Если просить деньги за вход, то значит Великая и Могущественная Трикси выступает на потеху публике. Что Трикси нанялась их развлекать. А так я не развлекаю – я дарую чудо. А они даруют мне в ответ благодарность. Всем хорошо, все друг друга уважают.

Мун задумчиво кивнул, не сводя с неё глаз.

— А если пони не щедрые? — Спросил он. — Если они не бросают битсы? Или бросают всего горсть на всю площадь?

Трикси взяла свою шляпу, повертела в копытах и снова надела на голову.

— Тогда я ужинаю травой. — Она сказала это без тени жалобы и даже стыда, скорее констатируя факт. — Именно поэтому Трикси и путешествует вдали от больших городов. Там, конечно, пони — гигантский табун, но и сердца у них часто чёрствые. И трава только в парках. Там пастись запрещено по указу их мэрии. А в деревнях и малых городках, вроде Понивилля… — Она кивнула в сторону опушки, на сочную зелёную траву, — всегда можно пощипать лужайку, если совсем прижмёт. Да и вообще, пони в деревнях добрее и щедрее. Или голоднее до развлечений, я ещё не поняла.

Скуталу хихикнула, но тут же прикрыла рот копытом — она только что сама жевала сено, и смеяться над чужой невоспитанностью было бы лицемерием.

Свити Белль хотела что-то сказать, но передумала и вместо этого записала в блокноте: «Трикси — налоги, травы, дарование чуда». Мун краем глаза заметил это, но промолчал. Солнце поднялось уже к зениту, тени под деревьями стали короткими и резкими. Сытный суп, тёплый воздух и лёгкий ветерок с поля убаюкивали. Но любопытство жеребят еще не было удовлетворено.

— Извините, что мы подозревали вас в чем-то… нехорошем. – Сказала Эппл Блум, когда суп был съеден и пустые миски были отложены в сторону. Закончив с едой, жеребята стали поочередно умывать мордочки, Трикси расщедрилась даже на небольшой бочонок с водой для умывания для своих нежданных гостей. Закончив с гигиеной, маленькие пони не спешили оставлять Трикси в одиночестве, продолжая разговор.

— Просто мы еще помним ваш прошлый визит. – Помня урок старшей сестры, что лучше горькая, но правда, чем приятная, но лесть, Эппл Блум решила быть откровенной. Поэтому она продолжила говорить со всей возможной честностью, что прививала ей Эпплджек. – И… ну, опасались немного, что вы это… еще обиженные на Понивилль. И на Твайлайт Спаркл. И куклы, вот…. – Она выразительно кивнула на все еще открытый ящик, где лежали куклы, изображающие Твайлайт Спаркл и саму Трикси Луламун.

— Что ж… ну, ты честна со мной, я отвечу взаимностью. – Все же сказала Трикси, хотя и явно с некоторой неохотой. – Я и правда не добра словно Селестия. И, после пережитого в прошлом году, затаила немалую обиду на жителей Понивилля. Особенно на вполне конкретных жителей Понивилля. Тем более, после произошедшего, репутация Великой и Могущественной Трикси оказалась… немного подмоченной. Скоро меня уже знала вся провинция, но не так, как хотелось бы Трикси. Мне пришлось переехать на запад, но слухи опережали меня. Ни один пони не хотел смотреть представления Великой и Могущественной Трикси… и мне пришлось устроиться работницей на каменную ферму.

— Каменная ферма? – Прервал было начавшийся рассказ Мун Рунавей. – Что это такое?

— Это ферма, где камни выращивают. – Ответила Свити Белль, пока Великая и Могущественная недовольно надулась, недовольная тем, что ее перебил какой то жеребенок. Скупой жеребенок, хотя и практичный. – Уголь там, гранит, вот такие вот. Это магия земных пони.

— Но это очень тяжелая работа. И камни растут очень медленно. Можно четыре урожая яблок собрать, пока ждешь один урожай камней. – Добавила от себя Эппл Блум шокированному жеребчику. Рунавей лишь раскрыл глаза в удивлении, словно слышал про такое впервые. И это было диво дивное. В который раз уже.

— Все так, жеребята. – Кивнула Трикси, подтверждая их слова. – Но, платят там куда больше, чем за сбор яблок. Уголь тот же нарасхват. Я, конечно, не земная пони, но там нашлось немало работы и для единорога. Так что… да. Целый год Великая и Могущественная Трикси батрачила на ферме за горсть битсов. Удалось немного скопить монет… и обиды за пережитое унижение. Но, недавно, я снова стала наконец то свободна и с деньгами, что старательно сберегла. Слухи поутихли и пришло время Великой и Могущественной вновь заявить о себе!

— Вы позавчера очень хорошо заявили о себе. – Поспешила заметить Скуталу, сбивая было появившийся крайне зловещий тон в голосе бродячей актрисы. – И вчерашнее представление тоже было замечательным!

— Спасибо, Скуталу. Великая и Могущественная Трикси довольна тем, что ее высокое искусство ценится ее фанатами. – На удивление тепло ответила Трикси Луламун. – Но, вернуть себе любовь и уважение прекрасным представлением было лишь моей второй идеей. А первая, буду честна – обрести новые горизонты могущества, что помогут мне доказать, что я действительно волшебница, а не только фокусница. И очень скоро мне подвернулся, как мне показалось поначалу, уникальный шанс.

— Когда я проходила по провинции Мустангия, направляясь обратно, мне приснился очень и очень странный сон. Все было таким похожим на явь, словно я и не засыпала вовсе. И в нем я увидела очень странную пони… ну, то есть она выглядела как обычная пони. Ну… как я, в общем, внешне. Трикси во сне увидела еще одну Трикси. Но, сама она представилась именем “Сомниум”.

От последних слов Трикси воздух этого теплого летнего дня словно похолодел. До того с удивлением, но все же буднично слушающий Мун замер, как будто пораженный молнией.

— Сомниум? – Переспросил синий пегасик, слегка наклоняя тело, стараясь уловить каждое слово единорожки. Трикси не понимала, с чего такая реакция – Эппл Блум, Скуталу и Свити Белль просто с интересом слушали необычную историю. А этот странный жеребенок….

— Да, Сомниум. Я не знаю, что это за пони, впервые увидела ее. Особенно – в своем сне. В нем я вообще впервые вижу пони. – Ответила Трикси и выразительно посмотрела на Муна. Малыш, судя по его настороженности, явно что-то знал. Но, похоже, не горел желанием что-то рассказывать. – Именно она поведала Трикси о, казалось бы, замечательной идее, что поможет вновь вернуть имя Великой и Могущественной. С помощью артефакта, что позволит сравниться мне с величайшими магами, даже такими, как ученица самой принцессы, Твайлайт Спаркл. Амулет Аликорна.

— Никакого Амулета Аликорна я что-то не вижу. Значит, Сомниум вы не послушали? – Мун еще больше подтвердил ее подозрения, когда интригующее название артефакта не произвело на него никакого впечатления. Его интересовала только эта таинственная Сомниум. Уж что-что, а “читать” чувства других пони Трикси умела. Полезно, чтобы знать, когда пора спасаться бегством от разъяренной толпы.

— Почти послушала. – Призналась фокусница в том, что едва все же не совершила величайшую свою ошибку в жизни. – Она рассказала мне, где искать этот артефакт. Тот хранился в одной подпольной лавке, в Кантерлоте. Великая и Могущественная Трикси направила колеса своего передвижного дома туда, в столицу. Возможность обзавестись столь редким и ценным артефактом манила и Трикси не могла устоять перед соблазном.

— Что же убедило вас передумать и… ну… устоять перед соблазном? – Спросила Эппл Блум, смотря на Свити Белль, которая в некотором даже нетерпении зажимала в зубах карандаш. Сейчас малышка старательно записывала едва ли не каждое слово Трикси – ведь это была по настоящему ценная история для их отряда шпионов! После такого у них точно должны появиться Знаки Отличия!

— Газеты. – Емко ответила Великая и Начитанная Трикси. Четыре пары глаз посмотрели на нее с недоумением от такого резкого поворота. – Добравшись до Кантерлота, я решила узнать свежие новости и купила себе газет, да и вообще, пообщалась немного с тамошними снобами. И вот тогда то я и узнала, что нынче в Эквестрии происходит. Капитана Ваткхуфла Айе арестовали, с поличным, за измену и коррупцию. На горячем поймали. И вот тогда Великая и Могущественная Трикси поняла, какая пони пришла в ее сон с ее прекрасной внешностью и именем “Сомниум”.

— И поникто это была? – Немедленно спросил Мун Рунавей. Жеребчик, до того момента водивший взглядом по вещам Трикси, поднял свои голубые глаза, заглядывая прямо в ее фиолетовые зеркало души. Впервые за весь разговор, как только сейчас осознала Трикси.

— Я много думала об этом. И, ответ настолько очевиден, что удивительно, что Трикси не поняла сразу. Я уехала из Кантерлота в тот же день, как меня осенило. У Великой и Могущественной Трикси нет сомнений, что во сне, под именем “Сомниум” мне оказала честь своим визитом Принцесса Луна. – Заявила Трикси, надув щеки от осознания собственной важности. Получилось, правда, блекло – слишком уж кисло это прозвучало, словно надувалась она с лимоном во рту.

— Принцесса Луна? Ух ты, круто! – Восхитилась Скуталу, с нескрываемым восхищением смотря на фокусницу, внезапно взлетевшую столь высоко, даже не обратив внимание на то, что счастья на мордочке взрослой пони от этой “чести” что-то не заметно.

— Почему вы так решили? И почему это убедило вас отказаться от покупки Амулета Аликорна? – Муна интересовало другое, словно знакомство с принцессами – это норма, слишком маловажно, чтобы обращать на это внимание. Его пронзительный взгляд неотступно следовал за глазами Трикси, словно пытаясь повелеть ей открыть всю правду. Сын Флаттершай шел к своей цели напролом.

— А поникто еще умеет в Эквестрии проникать в наши сны? – Ответила вопросом на вопрос Трикси, разведя копытами. Она повернула голову вбок, разрывая столь неприятный зрительный контакт. – Только Принцесса Ночи. Это было настолько очевидно, что удивительно, что я сразу не догадалась. А почему уехала… да потому что я поняла, что никакой Амулет я не куплю. В мой сон проникла принцесса Луна. И, недавно арестовали офицера пограничной стражи. В этот миг паззл сложился. Место, что указала мне эта “Сомниум” было не хранилищем артефакта, а приманкой.

— Приманкой? – В недоумении спросила Свити Белль, чей ход мысли и карандаша не поспевал за резкими поворотами в приключении Трикси на пути к Амулету Аликорна.

— Это же очевидно, маленькая пони. – Фыркнула Трикси с ноткой высокомерия, объясняя малышке прописные истины. – Принцессе Луне ни к чему, разумеется, чтобы Трикси обзавелась могущественным артефактом и соперничала с Твайлайт Спаркл, ученицей ее сестры. И, значит, что Трикси ждал не Амулет Аликорна, а поницейская засада! – Выпалила она, погрузив всех жеребят в шок. Кроме Муна, который на секунду задумался, а затем понимающе кивнул, словно понимал ход ее мысли.

— Вы думаете, это принцесса вас так… ммм… соблазнила злом, чтобы… ну…. – Замялась Эппл Блум, пытаясь придумать, ради чего аликорну нужно было это все. Трикси лишь снова выразительно фыркнула.

— Чтобы посадить меня в тюрьму! – Челюсти жеребят отвисли от такого откровения. Точнее, у трех кобылок. Мун Рунавей не выглядел ни испуганным, ни удивленным, словно отправка в тюрьмы – это будни жизни. – Все же просто. Куда я иду, знала только эта “Сомниум”, а по сути – принцесса. Зачем – тоже она знала, она же мне и рассказала про артефакт. Значит, стоило бы Трикси переступить порог, так на нее тут же бы набросились бы поницейские или даже гвардейцы. И уже через минуту я бы была в кандалах и наморднике. Вот я и приняла мудрое решение не идти в очевидную ловушку. Я поняла, что ничего толкового из моей затеи не выйдет и лучше делать то, что дается мне лучше всего – даровать чудеса.

— И у вас это прекрасно получилось. Все были очень рады вашему представлению. – Поспешила ее заверить Эппл Блум, сделав максимально гостеприимное выражение мордочки. Как бы то не было, все закончилось хорошо, как и должно быть. Комплимент, вполне себе искренний, вызвал легкую улыбку у Трикси. Она кинула настороженный взгляд на единственного жеребчика в их компании. Определенно, эта история не произвела на того же впечатления. Странный жеребенок.

— Все так, маленькие пони. – Величественно кивнула Великая и Могущественная, возвращая себе полностью прежний апломб. – Послушав эту историю, надеюсь, вы извлечете из нее ценный урок. О том, как важно быть самими собой – это и только это даст вам то, чего вы желаете, а не сомнительные и окольные пути. – С налетом мудрости заявила Трикси, словно давая важный урок дружбы или чего то там еще. О том, что ее саму “быть собой” убедила не мудрость, а банальный страх оказаться за решеткой, Великая и Скромная Трикси деликатно умолчала. Тем более, Мун Рунавей, это было видно по его задумчивому хмыку, и так все понял. Пф.

— И правда – очень мудро. Спасибо за поучительную историю, уважаемая Трикси. – Брови фокусницы приподнялись в приятном удивлении – ее правда и оценили? Без сарказма? И это сделал этот замкнутый странный жеребенок? Да, уши и глаза ее не обманывали – это сказал этот загадочный Мун Рунавей. Жеребчик водил глазами по поляне, более не смотря ей в глаза. – И, полагаю, за то, что вы одарили нас чудом своей мудрости, я должен в ответ подарить вам чудо своей благодарности за ценный урок.

С этими словами Мун полез копытом в свою гриву. И извлек из прядей своих черных и синих волос две монетки мелкого номинала. Два битса. Держа их на копыте, он протянул деньги Трикси и та привычным движением подхватила их телекинезом и спрятала под свою шляпу. Эппл  Блум, Свити Белль и Скуталу, видя щедрость Рунавея, поспешили последовать его примеру и каждая из кобылок тоже поспешила протянуть фокуснице по хотя бы одному, двум или даже трем битсам.

— Благодарю-благодарю. – Расплылась в улыбке Трикси, принимая золотые кругляши. Было заведенный из гостеприимства и скуки разговор вознаградил ее за пережитое и за выученный урок. Пожалуй, ей стоит все же преодолеть неприязнь и взять у Твайлайт Спаркл пару книжек почитать. В дороге будет чем себя занять и, глядишь, она станет зарабатывать себе на горячую вареную репку не только как странствующая актриса, но и даже немного философ. Мудрая и Поучающая Трикси… звучит!

— Эээ… Мун Рунавей, а Флаттершай разве не просила потратить тебя эти деньги на хот-кэрр? – Напомнила Эппл Блум жеребчику, ради чего он вообще получил от матери эти деньги. Вовсе не на спровоцированный им неожиданный приступ щедрости по отношению к Трикси.

— Так то да. – Согласно кивнул Рунавей, поводя своими крыльями. – Но, Флаттершай мне их дала, чтобы я ел цивилизованную еду, а не дикую траву. И я ее не ел – я ел суп Трикси, сваренный. Культурнее некуда. Так что… скажем так, думаю, я исполнил дух ее правила. Деньги потрачены на понячью еду, траву не ел.

— А, ну тогда ладно. – Решила желтая кобылочка не настаивать. Тем более, хитрый ответ жеребчика показался ей весьма забавным. И как бы честно… и как бы… ну не совсем. Не быть же суровой придирой из-за такого пустяка?

— Постойте, пони! – Внезапно всполошилась Скуталу. Пустобокая пегаска подскочила на своем месте так, словно ее ужалила в этот самый пустобокий круп пчела. – Мы же забыли! Совсем забыли!

— Что?! Что забыли?! – Паника Скуталу мигом передалась и Свити Белль, та судорожно пробежалась глазами по своим записям, словно ища, что же такого важного она забыла в них внести. Да и Мун вновь напрягся, невольно прижимая к себе Нирэ и окидывая быстрым лес вокруг.

— Мы забыли! Забыли про наши кодовые имена! – Возопила Скуталу так, будто забыты были продукты на плите. Повисла тишина. Подвисли и жеребята, и Трикси, которая смотрела с непониманием на внезапный выпад ни с того ни с сего.

— Хе-хе-пхе-хе-хе! – Внезапно Рунавей рассмеялся. Жеребчик пытался сдержаться и подавить смех, но без толку. Вскоре к его смеху присоединились и остальные кобылки и даже Великая и Могущественная (она же – Мудрая и Поучающая) Трикси не выдержала и расхохоталась, наслаждаясь нелепостью ситуации и искрометностью слов Скуталу, наслаждаясь этим веселым и чудесным днем, наполненным столькими необычными открытиями. Первый день каникул стал для малышей более чем запоминающимся!