Austraeoh
49. Погоня — 56. Слиться
49. Погоня
Рэйнбоу Дэш щурила глаза. Лишь разогнавшись, она осознала, насколько болезненным был взлёт в тумане. Она плотно стиснула зубы и стремительно взмыла ввысь. Крутанувшись, она быстро залезла в свои перемётные сумки и выхватила оттуда лётные очки. Ловким движением она натянула их на глаза — и, развернувшись, без помех понеслась сквозь облачные громады.
Её взгляд метался по сторонам, отчаянно ища брешь в окружавшей её плотной дымке. Потом ей пришло в голову, что монстры были неизменными спутниками тумана и глупо было бы думать, что они оставляли следы в густых, переменчивых клубах испарений.
— Чтоб тебя… — прошипела пегаска.
Кипя от злости, она скользила вперёд и вертела головой во все стороны, не видя ни зги.
— Чтоб тебя, чтоб тебя, чтоб тебя! Думай! Где он может…
Сердце Рэйнбоу Дэш замерло, когда она услышала пронзительный крик. Это был жеребёнок. Где-то за вздымающимися облаками он вопил от ужаса, да так громко, что было слышно даже сквозь свист ветра.
— Держись! — заорала Рэйнбоу Дэш и стала набирать высоту. — Я иду! Продолжай кричать, чтобы я могла слышать тебя!
Услышал жеребёнок слова Рэйнбоу или нет — было неясно, но он продолжал истошно вопить. Голубая пегаска устремилась в небо, пробившись через верхушку облака. Не скрытое более никакими преградами, низко висящее солнце ослепило её; было уже сильно за полдень, и по пылающему слева горизонту Рэйнбоу Дэш поняла, что летит на север.
А тварь…
Рэйнбоу Дэш ахнула.
Далеко внизу она увидела пятнышко с кожистыми крыльями, практически касающееся поросших лесами утёсов, что примыкали к северному склону огромной горы, к которой жался Виндтроу. Перепончатые крылья — чуждые, несообразные ни с одними из тех, что доводилось видеть Рэйнбоу, яростно ударяли по воздуху, а в паучьих лапах билась крошечная коричневая фигурка.
— Отпусти его, мерзкая пиявка!
Рэйнбоу Дэш в гневе стиснула зубы, оскалившись, и ринулась вниз в пике. Ветер свистел в ушах, гриву из-за огромной скорости трепало так, что казалось, будто она вот-вот оторвётся и улетит прочь.
— Н-н-н-нгх!..
Рэйнбоу Дэш была в четырёх сотнях футов от монстра… трёх сотнях… двух…
Существо дёрнулось, словно бы незримо ощутив присутствие Рэйнбоу. Резко взвизгнув, оно спикировало ещё ниже и запетляло меж стволов и ветвей редких деревьев.
Рэйнбоу Дэш нырнула к земле и бросилась за ним через лес. Похититель встревожил сонную лощину, разметав веточки, сосновые шишки и чешуйки коры. Впереди лежало поваленное дерево — тварь пролетела над ним. Рэйнбоу Дэш умудрилась проскочить снизу, крутанулась вокруг земляного холма, схватила упавшую ветку и приготовилась отдубасить монстра со спины.
— Щас ты у меня землю расцелуешь, ощипанная ты…
Вспышка лавандового света на границе зрения Рэйнбоу — и перед ней закружился весь мир.
— Ай-й-й! — прошипела она и дико закувыркалась в полёте.
Пегаска бросила ветку и схватилась за свой пульсирующий череп. Она задыхалась и едва ли могла полностью сосредоточиться на погоне; буквально все чувства её тела вдруг смешались в крутящийся запутанный клубок.
— Н-н-нгх… Нет! Ради сена, не сейчас!
Тварь перед ней растроилась, расчетверилась, а затем снова слилась в одну. Всё это время она отрывалась от Рэйнбоу всё дальше и дальше. Жеребёнок в её паучьей хватке рыдал и молил о пощаде.
— Ар-р-ргх! — зарычала Рэйнбоу Дэш. Линзы её очков запотели. Она была словно в центрифуге. Даже просто взмахивать крыльями уже было настоящей пыткой. — Хн-н-нгх… Ну же! Хватит! Хват… А-а-а-а-а-а!
В отчаянии она оттолкнулась от первого попавшегося дерева, напрягла мышцы и швырнула себя вперёд, словно из пушки.
В приступе головокружения её глаза выхватывали лишь отдельные фрагменты проносящегося вокруг мира. Мельтешение ветвей… кожистое тело монстра… заплаканные глаза маленького жеребёнка.
Рэйнбоу Дэш на всей скорости впечаталась в дерево.
— У-уф!
Жеребёнок пропал из её поля зрения, и на смену ему пришла немилосердная поверхность земли.
Рэйнбоу отскочила от лесной подстилки, откатилась на несколько футов, врезалась в каменную насыпь и, ударившись с глухим стуком, замерла неподалёку от северного края утёса.
— Ух-х-х-х… — выдохнула она сквозь зубы и обхватила голову.
Мир раскололся на плывущие вокруг неё пучки света. Верх смешался с низом. Рэйнбоу знала лишь, что потерпела неудачу, и ничего не могла с этим поделать. Непреодолимое желание зарыдать отступало только перед столь же необоримыми рвотными позывами. Отважно сопротивляясь и тому и другому, Рэйнбоу заставила себя открыть судорожно подёргивающиеся глаза.
Белое вновь стало жёлтым и красным. Как только безумие улеглось, дико вращающиеся глаза замерли, блестя рубиновой радужкой. Взглянув на горизонт затуманенным взором, она увидала крошечную точку, скользящую над холмами и закладывающую вираж на северо-восток, к скалистой гряде гор.
Тяжело дыша, Рэйнбоу Дэш заставила себя встать. Её ноги подгибались, живот провисал к земле. Она чувствовала себя так, будто в любой момент могла переломиться надвое. С её губ слетел тихий всхлип, но затем стремительно превратился в рык, а потом и в рёв. Хотя ей и казалось, что она вырывает себя из собственной плоти, пегаска поднялась в воздух. Голова кружилась, полёт был неуклюжим, но всё же она летела. Неотрывно глядя на северо-восток, она устремилась на всей возможной скорости к своей отдалённой цели.
50. Выносливость
Несущая жеребёнка тварь оставалась неизменной точкой у северного горизонта. Рэйнбоу Дэш уже много часов неотрывно следила за ней взглядом.
Она упорно преследовала монстра. Ни на секунду Рэйнбоу не отводила от него защищённых очками глаз. Горы, леса и реки проносились под ней, а солнце медленно плавилось на западе. Довольно скоро стылый покров ночи окутает мир, и тогда у Рэйнбоу Дэш практически не останется возможности следить за существом. Она должна была что-то предпринять. Должна была его настигнуть.
В конце концов головокружение прошло, но его воздействие на её полёт было неоспоримо. Рэйнбоу Дэш позволила себе ужасно отстать. Из крыльев будто вышли все силы, глубоко внутри тела пульсировала боль. Каждый нерв всего её естества роптал из-за того, что она отказывалась остановиться и отдохнуть, как это происходило во время предыдущих таких происшествий.
Но остановись она хоть на секунду, позволь монстру раствориться в холмах на севере — младший брат Рэд Тёрнипа больше не увидит свою семью. Или вообще никого никогда не увидит. Рэйнбоу Дэш задумалась, не происходило ли того же с теми бедолагами, за которыми недоглядели жители Виндтроу. При каждой «смерти» и «трагедии» существо просто уносило очередного беспомощного пони, обрекая его на ужасную участь. Но в чём же она заключалась? Эта тварь тащит жеребёнка в своё гнездо? В какую-то адскую бездну? На край света?
Существо не останавливалось. Рэйнбоу Дэш отказывалась верить, что оно обладает каким-либо разумом, что оно попросту уводит её в сторону, дабы отвлечь. Впрочем, едва ли это имело значение. На кону стояла жизнь жеребёнка, и Рэйнбоу Дэш не могла притормозить и поразмыслить о том, правильно это или нет, умно или глупо — что она бросилась в погоню. Надо просто не останавливаться…
Паря над вершинами гор и скользя над кронами деревьев, монстр летел на север, не отклоняясь от выбранного пути. Рэйнбоу Дэш легко поняла направление погони, так как существо, по всей видимости, следовало вдоль конкретной гряды холмов, берущей своё начало у Виндтроу и идущей на север. Это заставило Рэйнбоу предположить, что в конце будет теснина, долина или что-то подобное. Мало-помалу холмы спускались всё ниже и ниже, так что ландшафт постепенно выравнивался. Более того, начали исчезать деревья, уступая место просторным равнинам, покрытым травами и мхами.
Рэйнбоу Дэш только и могла, что скрежетнуть зубами. Если она каким-либо образом попадёт в гнездовье этих существ, то в этот день у неё будут неплохие шансы войти в историю первой за тысячелетия эквестрийкой, что попробует на вкус мясо.
51. Ускорение
Рэйнбоу Дэш до боли сжимала зубы.
Она давно стянула лётные очки, открыв слезящиеся глаза ветру.
Причиной этому был лунный свет, бросавший на линзы ужасные блики, а так как она в погоне за тварью летела в одном неизменном направлении, луна слепила её.
Теперь же, когда наступила ночь и тьма объяла всё сущее, она обратила взгляд ничем не прикрытых глаз на северные земли Винтергейта — не по своей воле. Не было другого выбора. Всего в полумиле впереди, мчась к северной оконечности мира, летела тварь с жеребёнком в лапах.
Крылья Рэйнбоу Дэш болели, тело онемело, а желудок чувствовал себя так, словно вот-вот скрутится узлом. Она не могла сейчас останавливаться. Пегаска уже значительно сократила расстояние. По её подсчётам, меньше чем через час она либо догонит существо… либо рухнет в изнеможении.
Рэйнбоу изо всех сил старалась не сомневаться в себе. Отказывалась думать — и просто летела, словно ракета, за инфернальной тварью в лиловой дымке дремлющего мира.
Именно в этот момент в воздухе раздался звучный гул. В небе вокруг Рэйнбоу Дэш заплясали лучики света, не давая разглядеть тварь. Пегаска тихо чертыхнулась, когда кулон замерцал под сияющей луной и из него донёсся хорошо знакомый голос:
— Рэйнбоу Дэш, желаем тебе чудесного вечера.
— Ваше высочество, — проворчала Рэйнбоу, — сейчас не совсем подходящее время.
— Гм-м. Ужель нотки великой досады пробиваются в твоём голосе? Не угодно ль тебе поведать о своей беде?
— Правда, принцесса! — попыталась прокричать Рэйнбоу Дэш, но вышло у неё лишь надсадное сипение; она даже поразилась собственной усталости. — Прямо сейчас я угодила в небольшой переплёт. Когда я с вами говорю, то не даю себе лететь быстрее.
— Тебя тяготит надобность лететь на великой скорости? В какой мере важно сие?
— Какая разница?! Послушайте, ваше высочество, я с радостью бы поболтала. Но мы встретимся следующей ночью или…
— Возможно, мы можем помочь тебе в кратковременном ускорении.
— А?! — Рэйнбоу Дэш сморгнула сухость из глаз. Она старалась не сводить взгляд со своей цели, но мордочка её побледнела. — Вы можете?! Каким ж макаром?!
— Мало мы ведаем об этом «макаре», коего ты упомянула, но маловажно сие. Элемент Верности есть неотъемлемая частица твоей скорости и подвижности, правильно?
— Ну-у-у-у… Да?
— Тогда, если мы напоим твой кулон нашей магической эссенцией, то он на недолгое время прибавит к твоему дару скорости.
— Ого! Да, конечно! Не уверена, что тут означает «напоить», но это реально может сильно сейчас меня выручить.
— Единственно, существует одна проблема.
— Ха. Угу. Какая?
— Это прервёт нашу недолгую беседу, ибо до следующего вечера мы более не будем обладать силой, дабы говорить с тобой через расстояния.
— Ваше высочество, я обожаю болтать с вами. Чесслово. Но щас мне нужно, чтобы вы чутка меньше трепали языком и чутка больше сосредоточились на вашем пиу-пиу.
— Мы сделаем вид, что постигли смысл твоих просторечий. Начинаем передачу энергии.
— Я стопудово ещё поговорю с вами завтрашней ночью.
— Мы запомним сие взятое тобою обязательство.
Её голос затих, в то время как сияние кулона усилилось.
Рэйнбоу Дэш затаила дыхание. Она поняла, что ей трудно продолжать всматриваться в даль и концентрироваться на своей цели, пока из её ожерелья бьют яркие пучки света. Вдруг воздух вокруг неё замерцал текучей фиолетовой аурой. Не прошло много времени, как у неё заныли крылья. В страхе того, что теряет перья, она на мгновение перестала взмахивать ими… а после осознала, что это ей и не нужно. Она, словно планер, неслась вперёд, поддерживаемая полупрозрачными потоками лунной магии.
— Ух ты… — У Рэйнбоу перехватило дыхание, пока она скользила по воздуху, ускоряясь всё больше, ракетой мчась прямо на север. — Ух ты, ух ты, ух ты!.. Уа-ха-ха-ха! — Она хищно осклабилась и наконец-то натянула лётные очки обратно на глаза. — Ну-ка, от винта!
52. Кувырком
Дальнобойное заклинание принцессы Луны придало Рэйнбоу Дэш такую скорость, что её тело и разум не поспевали. Мало того, что она нагоняла монстра, — через считаные секунды она бы обогнала его. Она стиснула зубы и вытянулась, позволяя пылающему кулону тянуть её к задней части нетопыря. Ей даже стало страшно, что она потревожит воздух громовыми раскатами либо же озарит облака вокруг свечением кулона. Как бы то ни было, монстр не подавал никаких признаков того, что заметил присутствие Рэйнбоу.
Лицо Рэйнбоу Дэш покрылось испариной, очки сильно вжало в мордочку. Ночные звёзды в небесах смазались в одну гущу — она достигла максимальной скорости. Она уже чувствовала, как затухает энергия в амулете, и понимала: сейчас или никогда.
Рэйнбоу поднялась чуть выше монстра, задержала дыхание и плавно скользнула вниз. Она с нетерпением вытянула передние ноги, заметив, что болтающееся тельце бедного жеребёнка находится в пределах её досягаемости. А после перед её лицом клацнули зубы.
Рэйнбоу резко выдохнула: монстр развернулся на сто восемьдесят градусов и метнулся ей навстречу. Они с силой столкнулись в воздухе. Тварь изогнула крылья и поймала порыв ветра, чтобы нанести апперкот Рэйнбоу своим телом. Рэйнбоу снесла удар, не дрогнув, и обвила чудище всеми четырьмя конечностями. Под её весом оно неуклюже дёрнулось — и два летуна стремительно понеслись к скалам внизу.
Блестя в лунном свете, зубы щёлкали у самого лица Рэйнбоу, грозя вонзиться в её мордочку. Она уклонялась от каждой такой попытки, в то же время потчуя подобие плоского лба твари немилосердными ударами копыт. Монстр вопил и дёргался из стороны в сторону, пытаясь стряхнуть Рэйнбоу, но его движения стесняло болтающееся под ним тело жеребёнка.
В один миг Рэйнбоу едва не утратила хватку, и тогда в её глазах вспыхнул праведный гнев. Она рванулась вперёд и буквально впилась в правое крыло чудовища; она не ранила его до крови, но надёжно зафиксировала крыло твари в одном положении. От неуклюжего смещения веса оба они, кружась, понеслись к земле, словно вращающаяся комета.
Неожиданный толчок ускорил свободное падение раза в три. Рэйнбоу Дэш вдруг осознала, что в тёмную дымку наземного мира упало кричащее тельце. Жеребёнок только отошёл от ступора, а в следующее мгновение его бросили вниз, словно крошечный мешок кирпичей.
Рэйнбоу вскрикнула и кинулась к падающему жеребёнку, но паучьи лапки твари схватили её со спины и потянули назад. Пегаска зашипела, извернулась, пнула задними ногами в морду. Монстр отлетел от неё, а Рэйнбоу понеслась к своей цели.
Жеребёнка не было — только туман и вопли. Шипя сквозь зубы, Рэйнбоу Дэш сорвала очки и отшвырнула их в окружающий полумрак. Слезящимися глазами она тщательно всмотрелась в раскинувшиеся под ней леса — и тут заметила точку, чёрную на чёрном, стремительно от неё удаляющуюся. Она и была источником воплей.
Рэйнбоу пулей бросилась вниз, прижав крылья к бокам. Её тело вытянулось, будто торпеда, прорываясь сквозь воздух в погоне за жеребёнком. По обе стороны от неё вздымались горы. Звёзды исчезли. Взметнулись деревья, бессчётные ветви обступили её, и…
— Хн-н-н-нгх… Поймала!
Рэйнбоу Дэш протянула передние ноги во тьму.
В неё, хныча, вцепилось крошечное тельце, а до земли было уже меньше секун…
— А-а-а-а-а!
Рэйнбоу Дэш распахнула крылья. Их чуть не вывернуло из суставов, но они рассекли ветер под нужным углом и перевернули Рэйнбоу Дэш вверх тормашками.
Штопором падая вниз, она перекинулась спиной к земле, пронеслась над морем мёртвых листьев и сосновых иголок, надёжно прижимая тяжело дышащего жеребёнка к своей груди. Спустя мгновение она впечаталась в земляной холм, и оба пони вновь взмыли в воздух. Спустя ещё один напряжённый миг они опять врезались в землю — и вновь Рэйнбоу Дэш приняла удар на себя — и заскользили, пока не замерли близ нескольких поваленных стволов деревьев.
Рэйнбоу Дэш лежала в оцепенении, внимая хору судорожных вздохов. Жеребёнок крепко прижался к ней, неразборчиво что-то бормоча. Подрагивающие глаза Рэйнбоу неотрывно смотрели на северный горизонт. Она видела единственную точку в небе: то была тварь, летящая в одиночестве, но не смущённая потерей добычи. Пегаска видела её — парящую над столбом дыма, что поднимался за ближайшим холмом, купающимся в лунном свете. А потом уже не видела ничего.
Ибо в конце концов она потеряла сознание.
53. Спотти
Рэйнбоу Дэш летела. Кажется.
Она слышала шелест ветра. Лучи солнечного света приветливо скользили по лицу. Воздух был сладок и свеж. Пахло фруктами.
Фрукты…
Глаза Рэйнбоу распахнулись.
Над ней тихонько качались ветви. Яркое утреннее солнце медленно восходило над верхушками деревьев.
Ахнув, она вскочила и услышала вторящий ей тонкий голосок. Она глянула в сторону и увидела дрожащего жеребёнка, отпрянувшего от неё. Он сглотнул и, запинаясь, произнёс:
— Вы б-были т-так долго без сознания… Я пытался вас перетащить. Слышал голоса. Испугался, что нас могут заметить.
Рэйнбоу Дэш удивлённо моргнула и окинула взглядом окрестности. Они были на опушке леса невысоких, похожих на кустарник деревьев; чуть восточнее располагался каменистый холм, из-за которого подымался столб дыма. Она прикинула в уме: жеребёнок, наверное, оттащил её по меньшей мере на двадцать футов к тому моменту, как она очнулась.
— Ох-х-х… — Она потёрла лоб ноющим копытом. — Честное слово, я уже побила какой-нибудь идиотский рекорд.
— Рекорд?..
— Хотела бы так часто терять сознание, полетела бы на запад, — проворчала она. — Ну и что с того, что вокруг была бы пустыня зебр?
— Что такое… зебра?
— Не бери в голову. — Рэйнбоу Дэш поднялась. — Я просто должна… Ой-й-й…
Поморщившись, она схватилась за рёбра.
— Вы… Вы в порядке, мисс?..
— Обычно я потрясна, — пробормотала Рэйнбоу Дэш, вздрогнула от боли и застонала. — Однако сегодня я просто потрясна и полностью разбита. — Прерывисто дыша, она ещё раз пристально осмотрелась. — Эта тварь? Где?..
— Прямо за тем холмом, — дрожа, указал жеребёнок. — Она сбежала сразу, как вы с-сшибли её пару часов назад. — Он сглотнул и обнял сам себя. — Спасибо… ч-что спасли меня…
— Не стоит благодарности, шкет, — со вздохом откликнулась Рэйнбоу. — М-да, эта мерзость унесла тебя одной богине ведомо куда, и это не очень-то круто. — Она поднялась, пошатнувшись от короткого головокружения, и поправила на себе кулон и перемётные сумки. — Хм-м-мф-ф… Кто ж знал, что эти бурые шлёпки с крыльями могут олунеть как быстро летать. Мало того, что резиновые, так в них ещё и реактивный двигатель засунут.
Жеребёнок молча переминался с ноги на ногу в траве. Рэйнбоу Дэш окинула его взглядом.
— Эй, держу пари, ты голоден, да? — Она зажмурилась от пронзившей её сильной боли. — Ёлки. Я вот уж точно!
Только сейчас до неё дошло, что у неё во рту уже больше суток маковой росинки не было.
— Давай глянем, чем можно поправить ситуацию.
Она зарылась в свои сумки, не трогая топорик, карту и зелёную книгу.
— Ну-у блин.
Холщовый мешочек, в котором хранились её запасы хлеба, был смят так, что его содержимое превратилось в крошки. Горестно вздохнув, она запустила копыто ещё глубже в поисках глянцевого яблока.
Однако Рэйнбоу замерла, припоминая разбудивший её аромат фруктов. Она кинула взгляд вверх. Прямо над ней ветви клонились к земле под тяжестью жёлто-зелёных плодов.
— Груши! — широко улыбнулась она. — Обалдеть!
Она взлетела и вырвала несколько плодов из цепких лап дерева. Взмахнув крыльями, пегаска уселась на место и заметила, что жеребёнок ёрзает от нетерпения.
— Полегче, шкет. Давай я сначала побуду твоим дегустатором, идёт?
Она втянула носом запах фрукта, обтёрла его о свою шёрстку и слегка надкусила. Покатала кусочек во рту, ощупывая языком. Он не горчил, и ничего в груше никоим образом её не настораживало.
— Хм-м… — Она проглотила кусочек и вручила остаток фрукта маленькому жеребёнку. — Как по мне — груша как груша. Лопай давай… смотри только язык не проглоти, хех.
— А что… — закусил тот губу и с тревогой глянул на фрукт. — А что, если она всё-таки ядовитая?
— Тогда это избавит нас от необходимости проделывать долгий путь до дома. — Рэйнбоу Дэш вгрызлась в свой собственный фрукт, смакуя съедобную мякоть. — М-м-м-мф… О-о-о-о да. Жизнь удалась. — Она ещё пару раз куснула фрукт, проглотила и поинтересовалась: — Так как тебя зовут, шкет?
— Эм-м… Рокспот, — застенчиво сказал он. — Но все мои друзья зовут меня Спотти.
— Ну, Спотти, — улыбнулась она в перерывах между укусами. — Я Рэйнбоу Дэш. И я совершенно не возражаю, если ты захочешь назвать одного-двух своих мелких в честь меня. Не то чтобы я принуждала тебя к этому после того, как рисковала жизнью и здоровьем, дабы спасти твою хлипкую тушку и всё такое, но как знаешь…
— Э-э-э-э…
— Наедайся грушами до отвала. А потом нам надо в обратный путь, пока твои родичи не решили за ненадобностью отдать твою кроватку на благотворительность или типа того.
— Странно…
— Что? Что я спасаю жеребят? Раньше я это делала прям во сне. Пони там, где я тогда жила, не знали, что и думать.
— Нет. Просто… нам очень везёт, — проговорил Рокспот. — Ночью было столько плохого, а в итоге мы очутились у рощи фруктовых деревьев.
— Ага, забавно, как земля решает случайно дать тебе…
Рэйнбоу Дэш осеклась, не договорив фразу, и с любопытством захлопала глазами.
Рокспот от испуга чуть не уронил грушу. Он съёжился и прижался к её боку.
— Ч-что это?
Рэйнбоу Дэш внимательно смотрела на линию, отделяющую луг с фруктовыми деревьями от тёмного леса. То тут, то там вдоль этой кромки виднелись срубленные под корень деревья. Несколько пней торчали среди древесных опилок и засохших остатков съеденных груш. К каменистому холму на севере вела дорожка из глубоко вдавленных в землю отпечатков копыт, а рядом виднелся красноречивый след от протащенного снаряжения.
Рэйнбоу осознала, что уже некоторое время задумчиво смотрит на столб дыма, поднимающийся над каменным гребнем.
— Что ты там только что говорил, Спотти: что монстр улетел в ту сторону?
Рокспот сглотнул и закивал.
— Ага. Прям туда. А что?
Рэйнбоу Дэш, с подозрением прищурившись, пожонглировала грушей в копыте.
— Думается, мы здесь не одни…
54. Каменоломня
— Мисс Дэш, пожалуйста! — хныкал Рокспот, обливаясь слезами. — Не бросайте меня!
— Да блин, не бросаю я тебя! — шикнула Рэйнбоу Дэш. Она соскользнула вниз по склону холма к маленькому жеребёнку, тянущему её за хвост, и твёрдо положила передние копыта ему на плечи. — Я всего лишь быстренько осмотрюсь! И всё! Видишь этот холм? Я просто хочу подняться на его вершину. Ты даже не потеряешь меня из виду. Мне просто нужно посмотреть, что творится с другой стороны.
— Но… Но… — Он дрожал и кусал губу. У его тонких трясущихся ножек были рассыпаны обкусанные груши. — Но что, если там ещё больше монстров? Что, если они съедят вас?
— Тогда они потеряют аппетит и не будут пытаться откусить от тебя кусочек.
— Мисс Дэш!
— Хех… Серьёзно, шкет, — Рэйнбоу Дэш подмигнула и с улыбкой взъерошила его гриву, — разве моё исчезновение сделает этот мир менее крутым? Кроме того, я столько пролетела за твоим пустым бочком не для того, чтобы стать едой для нетопырей. А теперь примостись где-нибудь тут, в тенёчке под деревьями, и не шевелись. Я вернусь самое большее минут через десять.
— Ладно… — Он сглотнул и потрусил обратно под сень груш. — Мисс Дэш, что бы вы ни делали, не навредите себе.
— Если это произойдёт, то это всего лишь будет означать, что я кое-чему научилась.
Рэйнбоу отвернулась от него и поскакала к вершине каменистого холма. Достигнув гребня, она остановилась, оглянулась: издалека всё ещё можно было разглядеть дрожащую фигурку Рокспота на тенистой границе грушевой рощи. Она приметила его мгновенно, но только потому что знала, что… вернее, кого искать. Рэйнбоу рассудила, что он целиком скрыт от случайных взглядов, и внутренне порадовалась.
Собравшись с духом, она развернулась и — теперь уже осторожно — прокралась на самый верх. Взор пегаски застлали поднимающиеся клубы дыма. Воздух потерял свою свежесть, наполнился вонью серы, сгоревшего дерева и…
— Это… это что, порох? — прошептала она.
Рэйнбоу Дэш взобралась на вершину. Прижалась к земле и носом раздвинула траву, выглянув наружу.
Под ней раскинулась большая каменоломня. Карьер был необычайно глубокий и протяжённый — на то, чтобы вырыть это безобразие в плоти земли, явно ушли целые годы. Её рубиновые глаза быстро выцепили тех, кто был ответственен за раскопки.
Они возвышались над землёй футов на десять — и ни дюймом меньше. Выше пояса их тела походили на массивные горы мускулов, обычные ноги невероятным образом поддерживали вес туловищ, а копыта глубоко зарывались в землю при каждом шаге. Обладатели мощных тел перетаскивали тяжёлую поклажу с оборудованием у тёмного, сбитого из деревянного бруса входа в туннель, что зиял на южной стене каменоломни.
— Минотавры… — пробормотала Рэйнбоу Дэш и нахмурилась, чуть подавшись назад под прикрытие высокой травы. — Так это… те чуваки, с которыми торгует Фуллтрот и его парни?
Размышляя вслух, она скользила взглядом по лагерю. Повсюду стояли палатки. Судя по куче полотняных шатров и количеству снаряжения, во всём карьере было не менее сорока двуногих.
Место это было тоскливо и едва ли вызвало бы у случайных путников желание остановиться и поторговать. Рэйнбоу Дэш не могла не задаться вопросом, с чего вообще караван Фуллтрота когда-то решил сюда заглянуть.
— Может, те единороги направили их сюда…
Рэйнбоу Дэш в задумчивости потёрла подбородок, задержав взгляд прищуренных глаз на куче деревянных ящиков. Она увидела бесчисленные штабеля землеройного оборудования, бухты каната и вывороченные камни. Чего, однако, она не увидела — так это хоть малейшего намёка на пользующиеся большим спросом кристаллы, ради которых Фуллтрот совершал трудные экспедиции.
— Возможно, единороги запаздывают с доставкой…
Рэйнбоу Дэш обеспокоенно закусила губу, понимая, что не верит собственным словам. Что-то здесь было не так. Чем дольше она вглядывалась в тёмный зев южного туннеля, тем сильнее её охватывала тревога. Но это было не единственное её чувство.
Веки непроизвольно дрогнули, и ей почудилось, что вдали мерцает ярко-лавандовый свет. Рэйнбоу поморщилась, чувствуя, как волнами накатывает и рассеивается легчайшее головокружение. Проморгавшись, она пристально посмотрела в самый центр лагеря. От того, что она там увидела, у неё перехватило дыхание.
Внутри деревянного ящика сидела тварь. Её крылья истрепались, а на лишённом шерсти теле виднелось несколько кровоподтёков. Рэйнбоу Дэш понимала, что строить догадки по первому впечатлению неправильно, но всеми фибрами души она чувствовала, что именно с этим существом она сшиблась не далее как пару часов назад. Стоило только ей сделать это проницательное наблюдение… как крупный минотавр со шрамами на лице подошёл к твари в дребезжащей клетке. Минотавр всхрапнул и бросил несколько хриплых слов паре своих компаньонов, затем потянулся за пояс и вытащил брусок серебристого металла.
В тот же миг, стоило Рэйнбоу Дэш увидеть брусок, головокружение вернулось вновь. На границе её зрения заплясали лавандовые проблески, и она с шипением схватилась за кулон на шее.
Приступ окончился так же быстро, как и начался. Успокоив дыхание, она опять уставилась на открывшееся перед ней зрелище. Даже прищурилась, чтобы лучше видеть…
Тварь исчезла. Минотавр засовывал серебряный жезл обратно за пояс. Вместе с товарищами он двинулся к туннелю в южной части каменоломни. За его спиной осталась пустая клетка.
— Что за развесистые кренделя?.. — прошептала Рэйнбоу Дэш с озадаченным лицом, приглаживая гриву. Здесь творилась какая-то чертовщина. С этим нужно было разобраться. Но прежде…
Оглянувшись на то место, где остался Рокспот, она заставила себя сосредоточиться. От невероятного усилия на её лбу выступили глубокие морщины. Внезапно она просияла, залезла в перемётные сумки и достала несколько коричневых одеял, которые взяла с собой в путешествие. Затем опять глянула на полный дыма и минотавров карьер.
Её губы тронула лёгкая проказливая улыбка.
55. Влиться
Несколько минотавров, стоящих снизу у пологого спуска в каменоломню, подняли голову и с любопытством бросили взгляд наверх. Потрясая копьями, они преградили путь приближающейся незнакомке.
— Притормози, — произнёс один из стражников низким, хриплым голосом, рокочущим в мускулистой груди. — Говори, с чем пришла, пони.
— Я из Виндтроу, — ответила Рэйнбоу Дэш. С головы до хвоста она была укутана в плотные одеяла из парусины на манер того, как облачались в кожаные доспехи верные Фуллтроту винтергейтцы. — Я пришла выяснить, прибыла ли партия.
Минотавры озадаченно переглянулись и вновь пристально посмотрели на Рэйнбоу Дэш. Её крылья и радужную гриву прикрывал «плащ». Она ничем не отличалась от любой другой земной пони из Виндтроу.
— Какая партия? — буркнул один из минотавров.
— Светящихся кристаллов, само собой, — сказала Рэйнбоу Дэш, пытаясь придать голосу приветливости… и подражая говору земных пони. — Знаешь, белые светюльки, мы с их помощью отгоняем чудищ от нашей деревни в горах к югу отсюда.
Один из минотавров выступил вперёд и с недоброй улыбкой навис над замаскированной пегаской.
— Если речь идёт об очередной партии товара, почему тогда Фуллтрот не прибыл сюда лично?
— Меня в качестве разведчика послали вперёд.
— Раньше он никогда не посылал разведчиков.
— Раньше его никогда не ранили.
Минотавры зашептались между собой. Вышедший вперёд одарил Рэйнбоу подозрительным взглядом.
— Он ранен? С каких это пор?
— С тех самых, как его треснул по макушке один из этих безмозглых нетопырей, лезущих из своего рассадника. Слушайте, парни, я из соседней деревни, а больше мне ничего не говорили. Хаштейл не желает видеть никого другого во главе каравана. Он мог бы послать своего сына Слейдстида, но Слейдстид и без того олунеть как занят в шахтах. Так что план сейчас в том, чтобы дождаться выздоровления Фуллтрота, а уже потом отправить караван под его опытным началом.
— Да что ты говоришь! — прорычал минотавр. — Это может на какое-то время всё задержать.
— Верно. Вот почему они отправили меня. Меня снабдили кое-какими деньгами и велели заплатить аванс, чтобы вы не сбагрили кристаллы кому-нибудь ещё вперёд Фуллтрота. Так что не возражаете, если я в интересах нашей… эм… взаимной прибыли погляжу на эти кристаллы?
Минотавры ещё раз переглянулись между собой. Самый высокий из группы со вздохом сказал:
— Надо спросить разрешения у Тандерхорна.
— О! Ну разумеется! — Рэйнбоу Дэш хихикнула. — Тандерхорн! Я слышала, он и правда… большой.
— Вне всякого сомнения, пони.
— Да уж, кто бы мог подумать. Так… гм… типа… — Рэйнбоу Дэш нетерпеливо переступила с ноги на ногу. — Можно мне с ним встретиться или как?
— Сейчас он в глубинах каменоломни. Не отставай, отведу тебя к его наблюдательному посту, позовём его, и вы обсудите всё, что вам надо.
Сказав это, минотавр отвернулся от своих подчинённых и вразвалку поплёлся к центру каменоломни.
Рэйнбоу Дэш неприметной тенью шмыгнула за ним. Она предусмотрительно держалась от него на некотором расстоянии, постоянно оглядываясь по сторонам. В карьере стоял беспрестанный грохот кувалд и крошащихся валунов. Куда бы ни бросила взгляд Рэйнбоу, везде она видела минотавров-рабочих, и чем дальше заходила, следуя за идущим впереди охранником, тем горячее становился воздух, словно нечто парообразное вырывалось из зева пещеры на южной стороне.
Что-то зашевелилось под её плащом, но отнюдь не крылья. Сквозь окружающий шум прорвался писклявый и чуть приглушённый голосок:
— «Тандерхорн» — звучит жутко. Может, ещё не поздно вернуться?
— Тс-с-с-с! — шикнула Рэйнбоу и судорожно заозиралась по сторонам из-под капюшона, сделанного из одеяла-плаща. — Перестань ныть как маленький, Спотти! — хрипло прошептала она. — Я должна кое-что выяснить.
— Мне это совсем не нравится, — несмотря на её слова, голос Рокспота дрожал. Миниатюрный жеребёнок заворочался в сумке под плащом Рэйнбоу. — Я не понимаю, что вы пытаетесь выяснить.
— Я тоже. — Рэйнбоу Дэш убедилась, что охранник впереди не прислушивается, и виновато улыбнулась. — Обычно я не шныряю и не прячусь.
— Тогда почему делаете это сейчас?
— Ты бы предпочёл, чтобы мы просто-напросто взлетели и начали мутузить минотавров по головам?
— Я бы предпочёл, чтобы мы просто-напросто полетели домой к мамочке…
— И полетим, шкет. Даю тебе слово. Если что-то пойдёт не так, я расправлю крылья и в мгновение ока унесу нас из этой каменоломни. Но перед этим я должна выяснить, какое отношение минотавры имеют к монстрам.
— Вы хотите сказать, что здесь есть монстры? — пискнул Рокспот и пуще прежнего завозился под одеялом.
Рэйнбоу Дэш придержала сумку крыльями и прошипела:
— Да, но надо в этом убедиться. Меня нечасто осеняет, но если осенило-таки меня верно, то Фуллтрота и его отряд нагло облапошили.
— Как облапошили?
— А вот так, Спотти. — Рэйнбоу шумно сглотнула, подходя к деревянному зданию, рядом с которым остановился охранник. — Я начинаю думать, что никаких единорогов нет и в помине.
56. Слиться
— Хотите сказать, нас обвели вокруг рога? — спросил Рокспот.
— Тс-с-с!
Сотрясая гудящую землю тяжёлой поступью, к деревянному сараю, где стояли Рэйнбоу и охранник, зловеще топал ещё один весьма крупный минотавр с покрытым шрамами лицом. Крошечный жеребёнок под плащом Рэйнбоу пискнул напоследок и затих.
— Тандерхорн, она заявляет, что пожаловала из Виндтроу, — склонился охранник перед высоким мускулистым минотавром. — Просит показать ей запасы магических кристаллов.
— Хочу убедиться, что они будут в наличии, когда прибудет следующий караван, — Рэйнбоу поспешно натянула на мордочку улыбку.
Тандерхорн осмотрел Рэйнбоу Дэш с головы до хвоста, прищурил единственный здоровый глаз и всхрапнул:
— Почему Фуллтрот не пришёл лично?
— Она сказала, что он оправляется от ране… — начал было стражник, но Тандерхорн двинул ему кулаком под дых, и он с хрипом согнулся.
— Я спрашивал её, не тебя, дурень!
— Да-а… гхм… — Рэйнбоу Дэш вытаращила глаза на массивные костяшки и необхватные ручищи минотавра. — Фуллтрот не сможет прибыть ещё несколько недель. Меня потому и послали. Нашей деревне очень-очень нужны кристаллы, ну, клятые нетопыри жить не дают, э-э, вот. Каковы шансы, что вы отложите часть про запас, чтобы мы…
— Кристаллов не будет ещё несколько дней, пони, — проворчал Тандерхорн.
Рэйнбоу Дэш оторопела. Её взгляд заметался между хрипящим охранником и высящимся словно гора лидером минотавров.
— Но я думала…
— Поставка единорогов запаздывает, — презрительно ухмыльнулся Тандерхорн. — Ничего нет. Возвращайся домой. Как Фуллтрот будет готов вновь повести караван, будут и кристаллы. Даю тебе слово.
— Я б могла просто…
Тандерхорн потопал прочь, покрикивая на минотавров-рабочих в каменоломне.
Рэйнбоу Дэш тяжело выдохнула, раздув ноздри.
— Ну да, большую кучу ароматного навоза я б могла.
— Все пегасы разговаривают так же, как вы? — прошептал Рокспот. Рэйнбоу Дэш шлёпнула его хвостом через плащ. — Ай! — пискнул он и притих.
Рэйнбоу Дэш внимательно осмотрела местность. В южной части карьера она видела тёмный туннель, ведущий в пещеру, и валящий оттуда клубами дым. Если хорошенько прислушаться, можно было уловить слабые намёки на взвизгивающие голоса, и принадлежали они отнюдь не минотаврам и не крылатым бестиям.
— Эй, гхм… — Рэйнбоу Дэш окинула взглядом стражника, который всё ещё не отошёл от тумака Тандерхорна. — Я знаю, что мне уже пора и вообще, но мне надо по-маленькому.
— По-маленькому? — кривясь от боли, он непонимающе посмотрел на неё.
— Ну да. Сходить.
Немой взгляд.
— Сходить отлить, — она прокашлялась. — Типа очень срочно.
Минотавр со вздохом указал на штабель брёвен, над которым гудели тучи мух.
— Вон там. Только зажми нос, иначе будешь потом жалеть.
— Спасибо… эм… красавчик! Удачи с камнями, долбите как звери! — махнула ему на прощание Рэйнбоу.
Она потрусила к штабелю. Охранник пошёл прочь, но только он исчез из поля зрения — она голубой молнией рванулась к сараю с припасами, стоящему гораздо ближе ко входу в пещеру.
— Ай! — захныкал Рокспот. — Что происходит? — спросил он шёпотом. — Почему мы так быстро движемся?
— Сделаем небольшой крюк, Спотти.
— Какой ещё крюк?
— Такой, что лучше заткни-ка нос.
Рэйнбоу Дэш выждала удобного случая. Заметив брешь в толпе минотавров, она незаметно пробралась ко входу и скользнула под своды шахты.