Life finds a way / Жизнь найдёт дорогу

Глава 002. Эксперименты с магией

Дата: Понедельник, 1 сентября 908 года ПИ

Дойдя до сада, Кьюр бодро начал «Э-э-э-эксперименты!» — именно так, с придыханием и протяжным «э-э-э», как любил говаривать ведущий одного шоу.

«Судя по тому, что я помню из просмотра сериала и чтения фанфиков с Аланной, земные пони используют магию в первую очередь внутри себя, в собственном теле для физического усиления, а также передают через копыта, чтобы ускорять рост всякой зелёной фигни с листочками или управлять ею. Конечно, первое — уже неплохо, но второе однозначно в миллион раз лучше. Естественно, у меня сразу возникли вопросы:

1. Осознанный ли процесс управления растениями и, если нет, можно ли его сделать осознанным?

2. Какая у этой способности дальность действия?

3. Ограничивается ли она только растениями, а также на какие именно характеристики растения эта способность влияет?

Так, третий вопрос пока в архив. Пока стоит разобраться с первым».

Жеребёнок закрыл глаза, выдохнул и попытался сосредоточиться на правом переднем копыте. Воображение нарисовало тело как русло, по которому медленно ползёт густая, как патока, магия. А копыто — краник. И приоткрыть его, пусть течёт. Кьюр представил, как тонкая струйка этой «воды» выливается в почву, просачивается внутрь, обволакивает семечко и постепенно в него впитывается. Заодно мысленно хаял прошлого себя на все лады за то, что раньше и пальцем… в смысле, копытом не пошевелил, чтобы как-то развить свой магический потенциал.

«Насколько я знаю, у земных пони запас магии как минимум отчасти связан с их физической силой. Притом, полагаю, его можно натренировать, совершая упражнения — примерно так, как это делают с мускулами. Вопрос только в том, насколько целесообразно этим заниматься и насколько велик будет выхлоп от подобных упражнений. Интересно, если я использую свою магию на растении, чтобы его вырастить, а потом съем его, восполнятся ли мои запасы магии? И если да, то при этом вернётся вся потраченная магия или только её часть? Или, может, мои запасы даже увеличатся? Если учесть, что в этом процессе также участвуют вода, питательные вещества и, пожалуй, фоновая магия, разлитая вокруг (которая наверняка должна быть), то по итогу я должен выйти в плюс. В противном случае этот подход будет бесполезен для меня.

Как там это называлось в той книге? Кетеров долг? Хм-м-м, пожалуй, произносить вслух имя Великого Зла™ из фантастической книги, находясь при этом в мире, который раньше считал столь же выдуманным, мультяшно-фанфиковым — это Очень Плохая Идея. Почему-то от этих мыслей у меня возникает ощущение, будто я собираюсь дать в руки Мёрфи, который до этого мог играться лишь с обычным оружием, ещё и оружейный плутоний. Или в копыта Мёрфи?.. Так, к чёрту. Не отвлекаемся.

У-фу-фу-фу, это ж сколько всего ещё предстоит узнать! Не удивлюсь, если я и на половину своих собственных вопросов не сумею ответить. Не, нафиг об этом думать — я сейчас экспериментирую с самой настоящей, всамделишней грёбаной МАГИЕЙ, так что наплевать, сколько времени займёт поиск этих ответов.

Вот что я точно не буду делать — так это выжимать из себя всю магию — не хватало ещё свалиться в обморок, как какой-нибудь околомерисьюшный селф-инсертный попаданец. Что ж, тогда не стану торопиться и буду действовать аккуратно. Посмотрим, что из этого выйдет».

Эксперимент № 1: Можно ли вызвать этот эффект намеренно?

Кьюр сосредоточился на единственном арбузном семечке, вцепившись вниманием, как клещ — в цель. Магия пошла — тихо, осторожно, он следил за каждым её движением, как техник за впервые запущенной схемой. Пытался уловить: что, куда, как передаётся, как откликается растение. Увы — ничего сверх очевидного. Магия впиталась, семечко дёрнулось в рост — и всё. Ни вспышек, ни эффектов, ни скрытых смыслов. Но! Это был результат. Не тишина. Не ноль. А значит, по первому пункту — твёрдое, уверенное «да». Работает.

«Круто. Теперь посмотрим, как расстояние влияет на производительность».

Эксперимент № 2: Что будет, если отойти на метр?

Прикинув расстояние, Кьюр повторил упражнение — и, о чудо! — семечко снова отозвалось. Ни расход магии, ни сложность вроде бы не изменились. Впрочем, оно и не удивительно — объект крошечный, а затраты и в первый раз были мизерные. Но вот что оказалось непростым — так это прицельное наведение. Держать фокус на конкретном семечке, особенно с расстояния, оказалось довольно выматывающе: приходилось мысленно долбить себе под ритм сердцебиения — «магия, иди туда, строго туда, и не смей расползаться куда не просят!»

«Что ж, подведём промежуточные итоги. Полученные после ряда экспериментов результаты дают один простенький ответ, но вызывают тысячу и один вопрос. И первый из них: какого хрена? Я думал, весь смысл рога единорога в том, чтобы излучать магию за пределы тела. Но я буквально только что сделал то же самое из собственного копыта. Да быть того не может, чтобы за тысячи лет хотя бы один земной пони не понял, что способен так делать, и не поделился этим с сородичами!

Пожалуй, сейчас этот вопрос слишком «глобален» для меня, так что стоит его пока отложить и вернуться к нему позже. Может, когда я получу свою… милометку (тьфу, ну и название) и стану «взрослым», то смогу разузнать об этом побольше. Сейчас же попробую провести следующий эксперимент: только ли земля проводит магию земных пони? На первый взгляд вывод кажется очевидным, однако раз уж я взялся экспериментировать, то должен проверять всё, не полагаясь на предположения. А ещё… могу поклясться: каждый раз, когда упоминаю слово «милометка», у меня понемногу усыхают яйца, а потому отныне буду называть их «Метки судьбы», или МС для краткости. Иначе точно не замечу, как превращусь в девчонку… или кобылку по-местному».

Сохранив сим судьбоносным (во всех смыслах) решением собственную мужественность, Кьюр быстро расчертил лист под будущие вопросы.

Эксперимент № 3: Проходит ли магия через другие среды?

Сохраняя примерно ту же дистанцию, жеребёнок поднял копыто над землёй и вместо привычного образа ручейка, стекающего из ноги в землю под ней, нарисовал в голове нечто иное — чёткий, прямой канал, идущий от копыта до цели. Как световой луч. Точка А, точка Б. Старт, финиш. И вот ведь странность — как только он задал мыслеформу и слегка приоткрыл «краник», из копыта по воздуху вытянулась тонкая струйка магии, шоколадно-коричневая, чуть мерцающая. Достигнув заданной точки, она мягко ударилась в землю, просочилась внутрь и — привет, фотосинтез! — семечко ожило. Результат повторился почти в точности, как и в двух предыдущих попытках.

«Ничего не понимаю. Это прошло даже легче, чем в первые два раза — мне всего-то и надо было что представить себе прямой луч, бьющий из копыта, из конца которого льётся магия прямо в землю. У других земных пони что, настолько туго с фантазией, что они не могли представить себе даже такую довольно простую технику передачи магии? Или тут кроется ещё что-то?»

Поддавшись внезапной догадке, Кьюр оглянулся на свой бок, однако тот всё так же оставался небесно-голубым, без пятен и всяких там миломе… Меток судьбы.

«Капец, ещё и с этим надо будет разобраться поподробнее, когда это произойдёт. Если вообще произойдёт со мной. Насколько я помню, МС появляются только у пони, и поскольку биологически я пони, то рано или поздно это должно случиться. Очень надеюсь, что у этих Меток нет какого-то особого метафизического условия появления вроде необходимости быть пони И телом, И душой, из-за которой я вдруг окажусь в пролёте. Капец, ещё и с этим дерьмом разбираться… Так, ладно, не отвлекаемся.

Очевидно, что в отношении третьего эксперимента можно с уверенностью сказать «да, может» по крайней мере в отношении воздуха. В будущем следует повторить его и с другими средами: жидкостями и газами, разными твёрдыми веществами, не являющимися почвой, сыпучими материалами вроде песка, органическими материалами — как живыми, так и, возможно, не живыми… впрочем, почему-то мне кажется, что стрелять магическими лучами по трупам животных посреди города — не самая лучшая идея и верный способ заработать немало очень обеспокоенных косых взглядов. С другой стороны, сухое дерево?..

Интересно, может, есть какая-нибудь книга, в которой подробно описывается, с какими средами экспериментировали единороги? А заодно и какая-нибудь шкала эффективности или что-то в этом роде. Как бы то ни было, между воздухом и почвой нет заметной разницы, которую нельзя было бы списать на немного различающуюся длину пути между тем, когда моё копыто на земле, и тем, когда оно висит в нескольких сантиметрах над землёй.

Хм-м, может, земные пони далеко не так ограничены, как я думал».

Эксперимент № 4: Как сильно влияет расстояние?

С этими мыслями Кьюр снова взялся за дело. Он поочерёдно передавал магию через землю и воздух, шаг за шагом отодвигаясь от семечка. Первый метр — всё стабильно. Второй — уже хуже: на границе двух метров струя магии откровенно дёргалась и расплывалась, как плохо сфокусированный прожектор. А ещё шаг назад — и всё: магия жеребёнка будто натолкнулась на невидимую стену и, не долетев до цели, рассыпалась в пыль.

«Похоже, для этого и нужен рог — чтобы увеличить эффективную дистанцию. Интересно, он работает как своеобразный фокусировщик для улучшения передачи магии на расстоянии? Что-то вроде проектора? Судя по ощущениям, я не просто „транслирую“ магию сферой вокруг себя, словно радиопередатчик — я её вполне „нацеливаю“, превращая в узконаправленный луч… Так почему же он просто расплывается на расстоянии двух метров? Что ж, похоже, рано я радовался, когда думал, что земные пони не такие уж ограниченные. Облом.

Ограничения возможностей — это, конечно, ни разу не здорово, но, с другой стороны, удалось выяснить, что мне необязательно именно что касаться какого-либо объекта. Интересно, если я прикоснусь к рогу единорога, удастся ли использовать его и создать более дальнобойный луч магии, или в этом процессе участвуют какие-то особые органы помимо или даже вместо рога? Впрочем, сомневаюсь, что в ближайшее время (а то и вообще когда-либо) удастся проверить эту теорию».

Эксперимент № 5: Как соотносятся затраты магии и расстояние? Линейно или по экспоненте?

Несмотря на малый запас магии, сильно ограничивающий его возможности к экспериментам, Кьюр решил выяснить — хотя бы приблизительно — насколько увеличиваются затраты с увеличением дистанции. Начал с минимума: копыто почти касается земли, семечко — прямо под ним. А потом — дальше и дальше вплоть до максимально возможного расстояния, где магия ещё хоть как-то работала.

В этот раз жеребёнок решил не мелочиться — дал магии ходу, чтобы разница в затратах была ощутимее. Цель обозначил чёткую: не просто, чтобы семечко чуть вздрогнуло или надулось, а чтобы из земли вылез настоящий росток — зелёный, живой, с намёком на листочки. По ощущениям, от начала до «вот он, проросток» прошло около пятидесяти секунд. За это время ушло, наверное, процентов семь-восемь от всего магического запаса. Эх… была бы тут нормальная полоска маны, как в любой уважающей себя игре — вот было бы удобно. А так ему приходится ориентироваться по ощущениям, а они, мягко говоря, субъективны.

Далее Кьюр отошёл примерно на метр, снова сосредоточился — теперь уже на соседнем семечке — и повторил эксперимент. Оно проклёвывалось дольше: где-то минута с хвостиком, может, пять с лишним секунд. Без секундомера или хотя бы нормальных часов с циферблатом — только прикинуть на глаз. Выходило, что на таком расстоянии всё происходило на треть медленнее и съедало чуть больше магии — около десяти процентов против семи-восьми при касании копытом.

Когда жеребёнок отошёл уже на максимальные для себя два метра и повторил всё снова, то, даже округлив цифры с запасом, всё равно удивился: расход не взлетел по экспоненте, как ожидалось. Да, семечко проросло примерно за полторы минуты — вдвое дольше, чем в первом случае, — но магии ушло всего двенадцать, ну, может, тринадцать процентов.

«Что ж, можно подвести некие промежуточные итоги. Судя по всему, затраты на фактическое проращивание семечка — число практически неизменное. В принципе, это логично: как только магия достигает семечка и начинает в него впитываться, то на доведения его до одинакового состояния затраты магии также должны быть примерно равными, если только связь не является двусторонней, отчего часть затрачиваемой магии уходит на поддержание этой самой связи. Но я в любом случае буду считать затраты на эту связь отдельно от основных.

Итак, затраты на проращивание семечка можно разделить на несколько частей. Одна часть магии, которая уходит непосредственно на сам «рост» — неизменна. Вторая формирует устойчивую связь и обмен информацией между мною и растением, в режиме реального времени обновляя для меня восприятие семени и, предположительно, каким-то образом направляет рост. Здесь, похоже, зависимость расхода магии от расстояния линейная. Жаль, что я не могу отойти метров на десять, замерить там и сверить с имеющимися результатами. Для построения более точной модели хотелось бы получить больше трёх точек на большей дальности и с более точными методами измерения, желательно без использования слов «примерно» и «около». Впрочем, для начала и этого хватит.

Третья часть этого процесса, на которую тратится магия — это… луч? Канал? Проводник? Короче говоря — путь, по которому магия перетекает от меня к семечку. А вот здесь, судя по моим ощущениям, увеличение затрат вполне может быть экспоненциальным. Если предположить, что, как минимум, у земных пони с увеличением расстояния ухудшается «сцепление» магии, то могу поспорить, что даже в рамках этого небольшого эксперимента в луче магии присутствует небольшая потеря мощности, которая становится критической как раз на расстоянии около двух метров. Возможно, если предположить, что луч имеет некую площадь поверхности, то с увеличением его длины и, следовательно, его площади поверхности требуется всё больше энергии на поддержания формы самого луча, а значит, затраты растут в геометрической прогрессии. Вроде пока всё верно. Надо будет потом просчитать всё это более точно. С другой стороны, а какой смысл этих расчётов для жалких двух метров максимального расстояния?

Возможно, такие расчёты имели бы смысл, если бы я попытался использовать их в бою, однако что-то я сомневаюсь, что в ближайшие лет десять мне предстоит с кем-нибудь драться. Да и потом, кому в голову вообще может прийти, что маленький милый жеребёнок-земнопони, который выглядит так, что его хочется обнимать и гладить, вдруг засунет кому-то в нос семечко и заставит его прорасти жертве прямо в мозг или перекрыть трахею и всё в таком духе. Вау, что-то я уже откровенно жестить начал. Спасибо, блин, мой старый добрый обезьяний мозг. Похоже, я — это всё ещё я… в каком-то смысле».

Эксперимент № 6: Можно ли как-то повлиять на свойства цели?

Семена, с которыми Кьюр Вейв возился последние полчаса, были самые обыкновенные — арбузные. В саду таких хватало с избытком: у мамы арбузы росли как на дрожжах, и клумбы под них выделялись щедро. Впрочем, с учётом её имени, неудивительно — кажется, всё, что умеет виться, цепляться и расползаться по грядкам, в её копытах чувствовало себя как дома. Или, по крайней мере, так предполагал Кьюр. И, надо признать, не без оснований. Но вот вопрос: можно ли изменить то, каким вырастет растение? Не просто заставить проклюнуться, а именно вмешаться в результат? Желательно, без фокусов с побочными эффектами, мутациями и прочими сюрпризами на тему «я хотел как лучше, а выросло то, что шевелится».

«Думаю, будет достаточно безопасно, если я попробую изменить один лишь цвет. Вырастить полноценные арбузы мне сил не хватит — по крайней мере, пока что, но, может, удастся сделать листья темнее, чтобы они поглощали больше света? Интересно, будет ли растение от этого расти быстрее или же перегреется из-за более сильного поглощения световой энергии и в итоге засохнет? Впрочем, вряд ли мама будет злиться из-за одного испорченного в ходе экспериментов семечка, так что фиг с ним — их в каждом арбузе штук по сто».

Кьюр решил перестать копаться в деталях — так сказать, убрать микроскоп и взяться за лопату. Главное — конечный эффект, а не возня с молекулами. Всё равно у него нет под копытом википедии, чтобы точно вычислить, какие именно биохимические реакции нужно подстегнуть. Поэтому жеребёнок просто представил в голове образ желаемого результата и стал вливать магию, не отвлекаясь на мелочи. Разглядывая листья, проросшие рядом: сочные, ярко-зелёные, почти светящиеся, он постарался представить себе такие же, но потемнее. Глубже по цвету. Лесная зелень вместо весенней свежести. Чуть суровее, чуть плотнее — как будто и солнце на них ложится иначе.

Параллельно Кьюр рисовал в голове, как солнечные лучи скользят по этим новым листьям, проникают в толщу зелени, и — вжух! — энергия превращается в рост. Быстрее. Сильнее. Увереннее. Он не знал точного механизма преобразования света и хлорофилла в питательные вещества. Не знал формул, схем, превращений. Но нутром чувствовал: если достаточно ясно захотеть результат, не цепляясь за механизм — магия сама найдёт дорогу.

«Такое чувство, будто у меня в голове крутится один из тех мультфильмов про День Земли. Надо будет проследить за этим растением, а то фиг его знает, как в нём проявятся сделанные мной изменения — если они вообще будут. И не возникнет ли каких неприятных побочных эффектов».

Кьюр Вейв аккуратно приложил копыто к земле — прямо над тем самым семечком, что выбрал для следующего теста. Зафиксировал в голове нужный образ. Сконцентрировался. И снова пустил магию — медленно, аккуратно, чтобы не спугнуть хрупкий росток, который только собирался пробиться сквозь почву. На этот раз цель была посложнее: не просто проклюнуться, а дождаться, пока покажутся первые листочки. Значит, и усилий требовалось больше. Магия уходила ощутимо — не рекой, но уверенной струёй, с каждым вдохом забирая по капле из его почти опустевшего резерва.

«Пожалуй, на сегодня стоит закончить. Вряд ли я сейчас смогу ещё что-то сделать. Ну, разве что проращу ещё одно «контрольное» растение — и уже точно всё. Надо будет запланировать новое направление экспериментов — «способы увеличения запасов магии» и посмотреть, поможет ли истощение магии до предела при каждой возможности увеличить её максимальные объёмы».

Когда земля под копытом едва заметно шевельнулась, Кьюр стал медленно поднимать ногу, стараясь, чтобы копыто всё ещё касалось верхушки ростка, пробившегося наружу. И, что самое удивительное — листочки действительно оказались темнее. На пару оттенков, но разница была. Не как между днём и ночью, но вполне различимо — особенно рядом с зеленью вокруг.

На всякий случай жеребёнок отступил чуть в сторону, на метр примерно. Для чистоты эксперимента. Там, не усложняя задачу образами и не углубляясь в визуализации, просто дал соседнему семечку обычную команду: «расти» и влил в него остатки магии — ровно столько, сколько хватало. Когда росток показался, разница стало очевидна. Да, он был похож на «тёмного брата», но не один в один — светлее, ближе по оттенку к остальным арбузным малышам на грядке.

«Офонареть можно от таких результатов. Впрочем, на сегодня, пожалуй, и правда хватит, все силы уже растратил. Пойду, наверное, вздремну часок перед ужином. Фу, сначала ещё надо смыть всю эту грязь с копыт. Эх, как же пальцев-то не хватает… С другой стороны, этот тактильный телекинез — тоже прикольная штука. Интересно, а что ещё можно с ним сделать? Э-эх, вот и ещё целая пачка экспериментов на подходе…»

Сделав последние пометки, Кьюр закрыл блокнот, аккуратно подцепил его зубами за обложку и потащился домой. По дороге мысли уже текли вяло — магия выжала его досуха.

Сначала — в ванную. О да, водопровод и канализация — блага, за которые он бы теперь молился, если бы знал, кому. Потом — наскоро перекусить: пара кусочков хлеба с яблоком, и в придачу громкий крик на весь дом:

— Пойду вздремну до ужина!

Через минуту он уже был в своей комнате. Прыг на кровать, уткнулся мордой в подушку и вырубился моментально. Кажется, даже быстрее, чем головой коснулся подушки.