Абсолютно серый-2: Мир стал серым
20. В поисках работы
Раздраженно поморщившись, Дим понял, что тот, кто нарисовал эту карту, был отвратительным примитивом. Возможно, даже карьерный пьяница, которому не пристало рисовать карты, да и вообще что-либо делать. Ни один из отмеченных на карте ориентиров, похоже, не существовал, и он даже не мог с уверенностью сказать, находятся ли они в Прансильвании. Единственной полезной информацией на карте были слова: “Не летайте ночью”, начертанные жирными буквами в верхней части.
Подняв голову, он осмотрел горизонт в поисках признаков цивилизации. Там были горы, не обозначенные на карте, мутная река и огромный лес, состоящий, судя по всему, из тополей. Карта трепетала на ветру, но он успел ухватиться за ее края телекинезом.
— Вот! — воскликнула Блекберд.
— Где? — Голова Дима дернулась в том направлении, куда она указала. — Что?
— Дорога!
На мгновение Дим напрягся, чтобы рассмотреть дорогу сквозь очки, и почувствовал зарождающуюся головную боль. Его потребности, его пристрастия изматывали его все утро, и его самообладание истощилось. Дорога действительно была, и это радовало. Возможно, следуя по ней, можно прийти к цивилизации.
— Интересно, а те горы вдали — это Клопаты? — размышляла вслух Блекберд. — Мы приближаемся к Птерошани, я чувствую это. Это одно из тех мест, куда ходила моя мать. Может быть, если нам повезет, мы выйдем на ее след. Мне это очень нравится, Дим, очень!
Вздохнув, Дим сложил бесполезную карту и отбросил ее своей магией.
— Здесь должны быть вампиры, Дим! Настоящие, реальные вампиры! Они выглядят как бэт-пони, но они другие! — Блекберд захлопала когтистыми пальцами, не в силах сдержать восторг, и Дим вздрогнул от неожиданного резкого звука. — Может, меня укусят за шею, и я превращусь в вампиршу, и у меня появятся большие крылья с перепонками… о, подожди, у меня уже есть клыки.
По какой-то причине эта идея показалась Диму привлекательной, даже несмотря на то, что он страдал гемофилией — а может, и благодаря ей. Сам того не осознавая, он погрузился в нечто вроде будничных грез и подумал о Блекберд, покусывающем его шею. Конечно, это было неправильно, и у него не было желания становиться такой мерзостью, которую, как он знал, придется убить, но фантазия была привлекательной.
Когда она расправила крылья, Дим был вырван из своих фантазий вызвающей слезы вонью. Несколько дней полета без купания не лучшим образом сказались на состоянии крыльев Блекберд, и теперь Дим чувствовал, что его спутница вызывает у него отвращение. Конечно, сам он, скорее всего, не был букетом тюльпанов, и ему было интересно, что же у него за зловоние, о котором он даже не подозревал.
Блекберд начала запрягаться, и Дим понял, что скоро они снова двинутся в путь.
Город появился словно по волшебству, и Дим не мог не испытывать благоговейного трепета. Он был построен на отвесной скале, и массивная стена опоясывала город, делая его хорошо защищенным с земли. Вдоль обрыва были построены надежные укрытия для пони-пегасов, откуда открывался вид на город внизу. Это должен был быть Птерошани.
Их приближение уже заметили, и одинокая пони-пегас вылетела поприветствовать их. Она была одета в тускло-серые железные доспехи, а из гребня ее шлема поднимался ярко-красный видимый плюмаж. Даже обремененная доспехами, она летела с удивительной грацией и скоростью. Дим наблюдал за ее приближением и надеялся, что их встреча будет дружеской.
— Не приземляйтесь за городом, — рявкнула пегаска. — Это небезопасно! Повторяю, это небезопасно! Приземляйтесь в городе, если хотите торговать! Повторяю еще раз: приземляться за стеной — глупость!
Блекберд подняла когти в знак приветствия, а затем пристроилась позади бронированной кобылы. Дим почувствовал, что вардо начинает спускаться, и задумался, что может угрожать укрепленному городу пегасов. При мысли о Шварце Вассерюберкерунге у него по позвоночнику пробежал холодок, и ему пришло в голову, что больше нет ни безопасных городов, ни убежищ, ни укрытий. С Грогаром убежища было не найти.
— Возле рынка есть посадочные платформы, — крикнула бронированная кобыла. — Я — командор Стархаммер, и это Птерошани, город под моей защитой. Я приглашаю вас в гости, но прошу вести себя как можно лучше. Добро пожаловать в Птерошани!
Поправляя шляпу, Дим наблюдал за приближением Командора Стархаммер, и, несомненно, она оценивала его. Она смотрела на него голодными глазами, в которых читалась потребность, безумное желание обладать волшебником. Дим уже видел такой взгляд, и что-то в ее взгляде заставило его почувствовать головокружение. Ее тяжелые железные доспехи лязгали при каждом шаге, и в сочетании со звоном упряжи Блекберд этот момент был почти музыкальным.
— Вы волшебник? — спросила Командор Стархаммер, когда она остановилась.
— Я — волшебник, — ответил Дим, наблюдая за тем, как сузились ее глаза. На почти пустынной рыночной площади начала собираться толпа пони.
— А, значит, эксцентричный взрывной тип, который разбрасывает заклинания, как конфетти. Отлично. — Коротко подстриженный хвост командира бился о доспехи, а крылья были сложены по бокам, пока она продолжала изучать Дима. — Нас осаждают тролли, целая их армия, работающая вместе…
— Нелепость! — ответил Дим и начал качать головой. — Тролли не работают вместе! Они ненавидят друг друга! Это единственная причина, по которой они до сих пор не захватили всю цивилизацию.
Челюсть Командора Стархаммер на мгновение сжалась, а затем она ответила:
— Уверяю вас, они работают вместе. Одна из кошачьих наложила на них какое-то заклятие. Она называет себя Ведьмой Ягуар.
— Почему бы просто не убить их огнем? — спросил Дим, когда Блекберд приземлилась рядом с ним.
— И сжечь весь лес? — Командор Стархаммер покачала головой. — Нам нужен лес, иначе мы бы уже летали на вылазки с огненными горшками, наполненными смолой.
— Извините, я отвлеку на минутку, но я ищу свою мать, — обратилась Блекберд к Командору Стархаммер. — Гиппогриф по имени Старлинг… стрелок.
Бронированная пегаска кивнула:
— Она была здесь. Пришла сюда в поисках наемника, но была разочарована…
— Разочарована? — Блекберд нетерпеливо шагнула вперед и посмотрела на более мелкую пегаску, возвышаясь над ней.
Когда Коммандеру Стархаммер пришлось поднять глаза, чтобы встретиться с Блекберд взглядом, шейные пластины ее доспехов звякнули и затрещали. Ее передние копыта шаркали, и было ясно, что ей неудобно находиться так близко к гораздо более крупной особи гиппогрифа. Дим с трудом сдерживал смех и старался сохранять профессиональный вид.
— Она пришла сюда в поисках грифона по имени Госсард. Он был пистолером, которого я наняла для охраны города. Незадолго до ее прибытия он попал в неприятности… совершил отвратительное изнасилование. Его должны были казнить, но он каким-то образом сбежал из камеры. Я до сих пор не знаю, как, потому что дверь была заперта и никто ничего не трогал. Старлинг рассказала мне, что произошло и почему она его искала.
— И это все? Больше вы ничего не можете мне сказать? — Голос Блекберд дрожал, а когти щелкали по камню. — Конечно, должно быть что-то еще, что-то… пожалуйста, мне очень важно найти маму… Она не говорила, куда пойдет дальше? Делала ли она что-нибудь, пока была здесь? Может быть, она как-то помогла вам?
— Она сделала гильзы. — Командор Стархаммер сделала шаг назад, потом еще один, чтобы перевести дух. — Она заставила нашего кузнеца сделать больше гильз, чем я когда-либо видела, и осталась в городе, пока прессовала свои собственные пули. Она улетела отсюда с тонной латуни и совершенно новой винтовкой, только что сошедшей со станка. Ее последние слова, обращенные ко мне, были о том, что ей предстоит много убивать, очень много убивать, и я пожелала ей удачи.
— Госсард! — Блекберд почти выкрикнула это имя. — Я постоянно слышу это имя, но почти ничего о нем не знаю. Это сводит меня с ума! Развернувшись, она зашагала прочь, стуча когтями по камню, и встала возле вардо с кислым выражением на лице.
— Итак, что касается твоей проблемы с троллями… Возможно, я смогу тебе помочь, но мне нужна плата. — Дим на мгновение взглянул на Блекберд, а затем вновь обратил свое внимание на Командора Стархаммер. — Половину вперед и половину, когда я закончу, разумеется. Уверяю вас, я стою того, чтобы потратиться.
— Знаете что, давайте поговорим об этом в более удобном месте. — Командор почти улыбнулась, в ее глазах читалось облегчение. — Идите за мной, давайте все выпьем по стаканчику, пока мы обсуждаем дела.
Прикурив самокрутку с гвоздикой и коноплей, Дим откинулся в удобные подушки кресла и стал наблюдать, как ему наливают высокий бокал джина. В комнате было тихо, раздавалось лишь несколько приглушенных звуков, а освещение было плохим, что его вполне устраивало. Командор Стархаммер сидела напротив него, ее железный шлем лежал на столе возле локтя. Сняв шляпу, он положил ее на стол и принялся серьезно изучать Стархаммер, следя за каждым ее движением.
Блекберд была немного великовата для стола, но как-то умудрялась за ним поместиться. Ее стройное тело было сгорблено так, что его можно было назвать бескостным, а выражение лица выражало тревогу, но все изменилось, когда перед ней поставили блюдо с копченой рыбой.
— Ты, — Стархаммер жестом копыта указала на Блекберд, — … показалась мне немного зеленой, но все еще опасной. Что-то подсказывает мне, что у тебя есть кое-какая подготовка, возможно, полученная от матери, но тебе не хватает опыта. С другой стороны, — она перевела взгляд на Дима, — от тебя… от тебя исходит плохое предчувствие, волшебник. Ты…
— Да? — Дим почти проговорил это слово с шипением, потому что ему так хотелось, чтобы его эго погладили.
— Ты производишь впечатление типа, который не дает Смерти покоя. — Стархаммер достала сигару из потайного места в доспехах, сунула ее между покрытых шрамами губ и зажгла от свечи, стоявшей на столе. Она несколько раз затянулась, выпустив облачко сладковатого дыма, и ее глаза сузились. — Что-то в тебе заставляет Госсарда казаться невинным. Не связывайся с моими горожанами, волшебник, и я хорошо тебе заплачу.
— Мой главный интерес — получить деньги…
— Я рассчитываю на это, волшебник. — Стархаммер немного пожевала сигару, а затем с отвращением посмотрела, как Блекберд принялась поглощать тарелку с копченой рыбой. — Итак, у нас есть достаточно информации об этой Ведьме Ягуар. Мы знаем, где она находится, где прячется, и, скажу я вам, она очень сильна. По моему опыту, кошачьи обычно очень сильные маги. Каким-то образом она управляет троллями и заставляет их сотрудничать. Разрушьте ее чары и, если сможете, убейте ее. Я не хочу предавать ее справедливому суду, потому что она слишком долго доставляла мне неудобства. Если я услышу еще один возглас: “Во славу Ахуизотля”, я, скорее всего, сорвусь.
— Убийство ее стоит дополнительных денег. — Холодный тон Дима был одновременно бесчувственным и меркантильным. Он поднял бокал с джином и сделал небольшой глоток, проверяя его на вкус и пригодность к употреблению. Как оказалось, джин ему вполне подходил. — Не слишком дорого… Впрочем, эту цену можно обсудить. Мне нужно лекарство, что-нибудь, чтобы починить зубную эмаль, например…
— О, я могу это устроить! — воскликнула Стархаммер. — Мои солдаты любят немного пошалить во время тренировок, и удары в рот — обычное дело. Без нашего алхимика мы бы все остались без зубов.
Дим поразмыслил над этим, а потом решил не расспрашивать о способах избавления его тела от пагубных привычек. Он заплатит за это монетой потом, когда работа будет закончена. Он наблюдал, как грубая кобыла попыхивает сигарой; она была отвратительным примитивом и грубияном, а это именно то, что иногда нужно миру. На ее лице было написано боевое кредо, и если каждый шрам был словом или предложением, то жизнь написала на ее плоти целые параграфы.
— Мы экспериментировали с убийством некоторых троллей кислотой, но пока это было так же опасно для нас, как и для них. Были жуткие ранения и обезображивания. К тому же троллей слишком много, а кислоты недостаточно, так что наши усилия не увенчались успехом. — Стархаммер продолжала попыхивать сигарой, кончик которой в слабом свете светился ярким вишнево-красным цветом.
— Просто интересно, какая промышленность в этом городе? — спросила Блекберд между укусами копченой рыбы. — Как так получилось, что вы можете делать кислоту? Это алхимический город?
— Мы делаем состояние на дерьме! — прорычала в ответ Стархаммер, и тут же из ее морды полился дымный смех. Она смеялась до тех пор, пока не закашлялась, а потом стукнула копытом по пластине на груди. Немного отдышавшись, она втянула воздух, щурясь от боли и сосредоточенности. — Мы получаем птичье дерьмо с гнездовий в горах и дерьмо летучих мышей из пещер. Мы делаем всевозможные вещи… порох, удобрения, пули, я не могу уследить за всем этим. — Она фыркнула, снова закашлялась и покачала головой. — Земные пони становятся толстыми и ленивыми, просто сидя без дела. Мы не можем выпроводить их из города, чтобы привести себя в порядок. — Кобыла с сигарой снова разразилась хохотом, и из ее груди послышался влажный хрип.
Остановившись с куском рыбы, прилипшим к когтю, Блекберд сказала:
— Надеюсь, ты хотя бы хорошо относишься к своим земным пони.
— Ну, я на это надеюсь, ведь я замужем за одним из них! — Стархаммер стукнула копытом по грубым деревянным доскам стола, и в глубине ее горла послышалось флегматичное хихиканье. — Большинство из нас, живущих в небе, очень, очень внимательно следят за своими товарищами на земле. Свяжись с ними, и на тебя обрушится сильный, суровый дождь.
— Это необычное соглашение. — Дим откинулся на спинку удобного кресла и постарался расслабиться, попыхивая косяком. — Но это хорошее решение. Он бросил взгляд на Блекберд, а затем снова на грубоватую пегаску. — Итак, расскажите мне побольше об этой Ведьме Ягуар.
— Ну, что тут рассказывать? Она злобная, отвратительная кошачья сука и должна умереть…