Восход нового солнца
Акт V–I
Сказать, что Битва групп в Школе Кантерлот Хай стала поворотным моментом в моей новой жизни, было бы таким же преуменьшением, как и заявление, что правление Дискорда в Эквестрии было всего лишь небольшим неудобством.
Хотя я знала, что потребуется нечто грандиозное, чтобы изменить мнение школы обо мне, никто не ожидал появления ещё одной чокнутой из Эквестрии, одержимой идеей порабощения школьников. И не одной чокнутой, а сразу трёх.
Оглядываясь назад, я отчасти сочувствовала Адажио и её сообщницам; какой бы ни была их жизнь здесь, в человеческом мире, возможно, она была неидеальной, но у них было немного эквестрийской магии, чтобы облегчить себе существование. Все трое могли бы жить здесь припеваючи, но вместо этого их амбиции взяли верх, и теперь та небольшая магия, что у них была, исчезла навсегда. Если бы я обладала хотя бы долей своих магических способностей из Эквестрии, я бы сражалась за их защиту изо всех сил и ни за что не стала бы рисковать. Их жизнь с этого момента, без сомнения, станет намного труднее. Будем надеяться, они смогут использовать это как возможность усвоить уроки смирения и дружбы, которые усвоила я. За исключением, возможно, той пустышки. Я бы не удивилась, если бы она появилась в школе на следующий день и вела себя так, будто ничего не произошло.
Конечно, сразу после Битвы групп, я ни о чём из этого не думала. Я просто радовалась, что мне не пришлось оказаться под ударом гигантского, разноцветного, волшебного лазера дружбы. Из него получилось ещё и потрясающее световое шоу. Моя более взрослая версия, возможно, беспокоилась бы о том, как мир отреагирует на вид гигантского волшебного единорога, стреляющего радужными лазерами, и волшебно преображающихся рокеров, но, согласно комментариям к интернет-видео, которые показала мне Пинки Пай, все сочли это «совершенно дешёвыми компьютерными спецэффектами». Кроме того, около трети комментаторов думали, что мы превратились в кошек в качестве отсылки к старой рок-группе, в то время как другая треть думала, что это были собаки. Это вызвало интернет-спор, который продолжался несколько дней. Только не меняйся, интернет.
Но опять же, я не думала об этом. Спустя часы после шоу я всё ещё сидела на сцене, глядя на мерцающее звёздное небо. В них чувствовалось какое-то необыкновенное спокойствие, пока они неустанно мерцали в космосе, напоминая о бесконечных глубинах времени и вселенной, что служило якорем для моих мыслей и чувств в бушующем море, которым была моя жизнь.
Почти все давно покинули шоу, но я задержалась по своим причинам, одна из которых заключалась в том, что мой транспорт домой был всё ещё занят. Однако я никуда не торопилась, потому что, насколько мне было известно, моя жизнь теперь была идеальной — небо могло бы разверзнуться и сбросить на меня кита, а я всё равно продолжала бы улыбаться. И это было не только потому, что я помогла победить троицу злых магических существ из Эквестрии, которых не смог одолеть даже великий Старсвирл Бородатый; это было даже не потому, что я из самой непопулярной девчонки в школе превратилась в её новейшую героиню. Единственное, что имело значение в конце ночи, это то, что у меня были мои подруги, и знание, что наша дружба стала крепче, чем когда-либо прежде.
Когда Твайлайт Спаркл вернулась из Эквестрии, чтобы помочь нам остановить Даззлингс, должна признаться, я немного ей завидовала. Когда ситуация стала критической, все мои подруги обратились к ней, и когда она прибыла, они были вне себя от радости. Этого было достаточно, чтобы даже обычное поведение Пинки Пай казалось мрачным по сравнению с этим. Это не была вина моих подруг, что я провела последние несколько дней, чувствуя себя так, будто меня тащили за собой, как потерянного щенка, пока Твайлайт Спаркл, Принцесса Дружбы, снова спасала положение. Тем не менее, всё это едва не сломило мой дух окончательно, а потом ещё и растоптало его для верности. Даззлингс, особенно Адажио, лучше меня умела точно определять источник моих неуверенностей и бить по нему с точностью лазерной ракеты. Не помогало и то, что я сама облегчила ей задачу своей мрачностью и неуверенностью в себе. Если бы она протянула мне меч, я бы, наверное, поблагодарила её, прежде чем упасть на него.
Но всё это было в прошлом. Теперь я знала с абсолютной уверенностью, что я не просто какая-то замена Твайлайт или объект для жалости. Эпплджек, Флаттершай, Рэйнбоу Дэш, Пинки Пай, Рэрити — они были моими подругами, а я их. Их дружба стоила больше всей магии в Эквестрии, хотя я тогда ещё не до конца осознала это. В конце концов, если бы я усвоила все свои уроки во время Битвы групп, в остальной части моей истории не было бы особого смысла.
— Привет, Сансет, извини, что так долго, — голос Твайлайт, возвестивший о её прибытии на сцену, вывел меня из состояния наслаждения послемузыкальным сиянием.
Она переоделась из сценического костюма и снова выглядела как её обычная «книжный червь», что слишком сильно напоминало мне другую Твайлайт, с которой я бы хотела разделить эту победу. Моя подруга села на край сцены рядом со мной, хотя я всё ещё лежала на спине, используя свою скомканную куртку в качестве подушки. После стольких часов стояния возможность прилечь и избавить ноги от безжалостной тяжести гравитации на несколько минут была подарком небес.
— Ничего страшного, — заверила я её. — Ты всё равно болтала с Флэшем, и никто из нас не хотел вас торопить.
Однако вместо того, чтобы успокоить её, мои слова произвели обратный эффект, и Твайлайт попыталась скрыть покрасневшие щёки за нервной улыбкой и сдавленным смешком.
— Я-я ведь не так уж и долго, да? — спросила она. Мне не нужно было отвечать, так как тот факт, что мы остались вдвоём, делал ответ очевидным. — Все… все уже ушли?
— Папа Флаттершай повёз всех на победную пиццу, — ответила я. — Я сказала им, что мы догоним их. Опять же, чтобы вы с Флэшем не чувствовали себя поспешно.
Твайлайт и Флэш отошли от остальных около часа назад. Никто прямо ничего не говорил, но мы все думали об одном и том же, что могло происходить, пока мы обсуждали планы на вечеринку победы. Зная Флэша, это наверняка включало в себя множество нелепых, но очаровательных поступков с его стороны. Возможно, он был безнадёжным романтиком, но никак не современным Тротспиром[39].
— Ну, нам с Флэшем нужно было многое наверстать, понимаешь? — заявила Твайлайт, пока её лицо приобретало новые оттенки красного. — О боже, здесь становится жарко или мне кажется?
— Вероятно, это всё прожекторы, — предложила я в качестве удобного прикрытия.
Полагая, что всё её «наверстывание» с Флэшем может вызвать жажду, я держала при себе свежую бутылку воды и предложила ей. Она взяла её с поспешностью человека, умирающего от жажды, залпом выпив полный рот, как только бутылка оказалась в её руках. К несчастью для неё, во мне всё ещё была дьявольская сторона, и я решила, что сейчас самый подходящий момент, чтобы задать главный вопрос, который меня беспокоил.
— Так вы уже целовались?
Твайлайт выдала мощный фонтан слюны на два с половиной, а то и три фута, от чего меня охватил приступ смеха. Даже самый злобный взгляд Принцессы не мог остановить моё веселье. То, что я исправилась, не означало, что я не могу позволить себе одну-две безобидные шалости.
— Это не то, о чём ты подумала, — заявила она, откашливаясь и поправляя воротник рубашки, словно он сдавливал ей горло. — Мы просто… то есть, он… а я!..
Пока Твайлайт изо всех сил пыталась закончить хоть одно предложение, мне удалось достаточно успокоиться, чтобы бросить ей спасательный круг.
— Да ладно, Твай, тебе не нужно вести себя так, будто это какой-то скандальный роман, — успокоила я её. — Учитывая, какой стресс мы все пережили за последние пару дней, я думаю, ты заслужила немного отдыха и расслабления.
Как только ей удалось откашлять всю воду из горла и успокоиться достаточно, чтобы мысли стали связными, её выражение лица стало более обеспокоенным.
— До приезда в Понивилль я даже не заморачивалась с друзьями, а тем более с чем-то большим. Я бы имела лишь малейшее представление, что делать в лучших обстоятельствах, а эти далеки от них. Я имею в виду, мы буквально из двух разных миров!
— И что? Думаешь, ты первая, кто пытается завести отношения на расстоянии? Ты говоришь так, будто вы будете по разные стороны земного шара, а не просто по разные стороны волшебного портала.
— Я знаю, но это не меняет того факта, что я… — Твайлайт на мгновение остановилась, чтобы оглядеться, убеждаясь, что никого нет поблизоце, — …я пони. Он человек. А что, если он испугается этого?
— Пинки и остальные не испугались, — напомнила я ей.
— Никто из них не хочет меня поцеловать!
— Уверена, Пинки бы захотела, если бы ты её вежливо попросила.
— Я… что? — Вспышка раздражения была недолгой, но вскоре она поняла, что я просто пытаюсь снять напряжение, и вздохнула с благодарностью. — Ты знаешь, что я имела в виду, Сансет.
Хотя позиция Твайлайт была понятной, она не провела последние недели, разбираясь с постоянными расспросами Флэша, и не понимала парня в той степени, в какой это понимала я. Видеть, как она переживает из-за этой проблемы, связанной с пони, казалось мне смехотворным, и хотя было заманчиво открыто выразить это чувство, я держала весь смех внутри.
— Он уже видел, как у тебя вырастали магические крылья, причём дважды! — Я подчеркнула этот факт, на случай, если он как-то ускользнул от её внимания, помахав парой поднятых пальцев перед её лицом. — Плюс он был свидетелем того, как ты побеждала злых демонических существ гигантским радужным лазерным лучом, опять же, дважды. Думаю, можно с уверенностью сказать, что он понял, что ты не обычная девушка.
— Но я даже не это! Я пони, помнишь? — ответила Твайлайт. — Ты единственная здесь, кто действительно знает, кто я такая. Если бы мы с Флэшем когда-нибудь, ну… были бы серьёзны. Ему в конце концов пришлось бы это увидеть. Я бы не смогла жить с собой, скрывая от него такую информацию.
— Твайлайт, ты должна понять, что Флэш Сентри — безнадёжный романтик, — подчеркнула я своей подруге, в отчаянии вскинув руки. — Ты принцесса из волшебного далёкого королевства, чёрт возьми! Ты практически сошла со страниц сказки для него.
— Ты действительно думаешь, что он не будет против?
Простого «да» могло бы хватить, но я хотела донести свою мысль, поэтому я села и собралась с мыслями, хотя бы для того, чтобы создать драматическую паузу.
— Твайлайт, то, что я собираюсь сказать, я хочу, чтобы ты запомнила, потому что это будет почти идеальное воспроизведение того, как Флэш Сентри отреагирует на эту новость. И когда настанет день, и он воссоздаст этот момент почти слово в слово, я буду там, чтобы крикнуть «Я же говорила!» и увековечить момент селфи.
— Это не обязательно, Сансет, — сухо сказала Твайлайт.
— Тссс, я вживаюсь в роль. — Это был простой процесс, который требовал, чтобы я очистила свой разум от всех мыслей, кроме всех слащавых романтических фильмов и песен, которые я пережила во время свиданий. Я начала с того, что взяла руки своей подруги в свои, поднеся их к нашим лицам, когда наши взгляды встретились. — Твайлайт Спаркл, с нашей первой встречи меня очаровывала не только твоя улыбка, но и твоё сострадание и бескорыстный дух, — начала я медленным и размеренным темпом. — Истинная красота исходит из сердца, и твоё сияет ярче любой звезды в небе. Неважно, какую форму она принимает, её красота остаётся неизменной. И именно поэтому я всегда буду любить тебя, Твайлайт Спаркл, независимо от того, на скольких ногах ты ходишь.
Возможно, я изрекала слова, столь же пустые, как и все те разы, когда я говорила Флэшу Сентри, что обожаю его, но мои актёрские способности, должно быть, были лучше, чем я думала, потому что моя подруга залилась свекольно-красным по всему лицу. Или, по крайней мере, так я подумала сначала.
— Я вам мешаю, голубки? — Голос Луна зазвучал прямо позади меня.
— Это не то, на что похоже! — выпалила я. Я была так поражена, что моё сердце чуть не выпрыгнуло из груди и не убежало в горы, крича как ребёнок. — Я могу объяснить, клянусь!
— Эй, тебе не нужно мне ничего объяснять, — сказала Луна, поднимая руки в жесте, призывающем меня остановиться. — Мы все когда-то были молодыми, дикими подростками. Я просто здесь, чтобы сказать вам, что мы готовы уезжать.
Луна ушла без единого слова, оставив меня покрасневшей, а мою подругу, изо всех сил пытающуюся сдержать смешок за рукой. Несомненно, Луна посмеивалась за мой счёт, но это была моя вина, что я сама себя подставила.
— Д-давайте просто поедем, — поспешно настояла я, спрыгивая со сцены. — Пока Пинки и Рэйнбоу Дэш не съели всю пиццу.
Я намеренно замедлила шаг по пути к машине, чтобы дать лицу время вернуться к нормальным тонам. Однако все мои успехи были сведены на нет, когда я заметила, что Луна всё ещё ухмыляется мне, когда мы с Твайлайт садились на заднее сиденье. Если бы там был хоть какой-нибудь милосердный бог, машина бы загорелась при запуске, и я была бы избавлена от того, что должно было произойти.
— Спасибо, что подвезли, Директор Селестия, — сказала Твайлайт, приветствуя двойника своей наставницы.
— Это меньшее, что я могла сделать, — ответила Селестия. — И нет нужды в таких формальностях, учитывая, что ты, технически, не моя ученица.
— Извините. Думаю, это просто привычка, — ответила моя подруга с извиняющейся улыбкой. — Странно просто называть ваше имя без приставки. По крайней мере, я случайно не называю вас Принцессой Селестией.
— Я уверена, моя сестра втайне наслаждалась бы такой оговоркой, — съязвила Луна.
Не теряя ни секунды, Селестия ответила на колкую остроту сестры своим быстрым возражением.
— Разве не ты та, у кого прозвище «Принцесса Ночи», когда ты играешь в свои игры?
— Это другое, — фыркнула её сестра, прежде чем бросить тему.
— Как я собиралась сказать, — продолжила Селестия, глядя в зеркало заднего вида на меня и Твайлайт, — я хочу, чтобы вы обе знали, что я невероятно благодарна за всё, что вы сделали для школы за эти несколько дней. И я особенно горжусь тобой, Сансет Шиммер. Ты так изменилась с тех пор, как ступила на этот новый путь, и ты осталась на нём, даже когда казалось, что все отвернулись от тебя.
Её выражение лица на мгновение омрачилось, в глазах мелькнуло раскаяние.
— Я знаю, ты можешь подумать, что это излишне, но я чувствую, что мне нужно извиниться за моё поведение. Тебе и твоим подругам нужна была помощь, а мы отвернулись от вас.
— Вы были под контролем разума в то время, — попыталась успокоить сестёр Твайлайт.
К удивлению, ни одну из них этот факт не утешил.
— Я, например, немного разочарована тем, что моя свободная воля постоянно отнимается у меня, — проворчала Луна в ответ. — В следующий раз, когда какой-нибудь житель вашего мира захочет натворить бед, может, они попробуют что-то новое? Может быть, путешествие во времени — по крайней мере, об этом было бы интересно послушать потом.
— Обязательно поднимем этот вопрос на следующем собрании персонала, — ответила я.
Не желая заставлять остальных ждать, машина ожила и выехала с парковки амфитеатра, плавно и мягко, как и её водитель. Я приготовилась к тому, что всё ещё надеялась на мирную поездку, но для этого всем нужно было оставаться довольными тишиной. К сожалению, никто не сказал об этом Твайлайт.
— Так ты думаешь, мне стоит попробовать? Мы с Флэшем, я имею в виду, — спросила Твайлайт, подхватывая разговор с того места, где мы остановились.
Несмотря на то, что я была последним человеком в машине, кто должен был давать советы по отношениям, я всё же предложила ей свою поддержку.
— Думаю, тебе стоит серьёзно это обдумать. Там определённо есть искра интереса, так что тебе следует исследовать её и посмотреть, куда она приведёт. Что тебе терять?
— Учитывая, что мы только что остановили троицу сирен в магической битве групп, я бы не стала исключать ничего из области возможного, когда дело доходит до потенциальных опасностей.
Хотя Твайлайт была права, я сомневалась, что Флэш Сентри скрывает какие-либо тайные запасы потусторонней силы. Парень носит своё сердце на ладони, в конце концов; если бы он был ещё прозрачнее, он был бы невидим.
— Погодите, Флэш и Твайлайт? — вмешалась Селестия с переднего сиденья. — Когда это началось?
— На Осеннем балу, — объяснила Луна. — Разве ты не видела, как они танцевали вместе?
— Я была занята устранением гигантской дыры в передней части школы.
В то время я этого не осознавала, но это был один из первых случаев, когда упоминалась катастрофа Осеннего бала, и я не чувствовала немедленного прилива вины и стыда. Я была слишком занята, готовясь к чему-то худшему, чем стыд.
— Лично я очень удивлена таким поведением Твайлайт, — начала Луна, — учитывая, что совсем недавно Сансет признавалась ей в своей бессмертной любви.
— Погодите, что? — воскликнула Селестия, резко нажимая на тормоза и заставляя машину дёрнуться. — Когда это… Сколько же я пропустила?
Бедная наивная Твайлайт была ошеломлена этим внезапным словесным нападением Луны и выглядела так, будто кто-то набросил парик на помидор. Несмотря на то, что я знала лучше, я не меньше запнулась на своих собственных словах, пытаясь соорудить защиту.
— Э-это не то, что я делала! — заявила я. — Мы говорили о Флэше Сентри!
— Так ты признавалась в любви Флэшу? — спросила Селестия.
Была ли она искренне смущена или просто подхватила общую волну, оставалось только гадать, но результат был тот же.
— Возможно, не стоит питать чувства к бывшим парням, особенно к тем, кто с тобой расстался.
— Твайлайт нравится Флэш!
— Так это вы обе? — продолжала Луна с притворной наивностью. — Вы не должны позволять парню встать между вами. Это может разрушить вашу дружбу и отравить отношения.
Затем она замолчала, лишь для того, чтобы погреться в сиянии наших с Твайлайт горящих лиц.
— Или это какой-то любовный треугольник на троих, который у вас тут происходит?
Моя подруга, всё ещё смертельно смущённая, нервно взглянула на меня.
— Может, нам стоит попробовать замереть. Я слышала, что её зрение реагирует на движении, — прошептала я ей.
— Она чует страх, — ответила она.
— Я также всё ещё вас слышу.
— Ладно, довольно, сестрёнка, — наконец вмешалась Селестия. — Если ты будешь продолжать в том же духе, Твайлайт никогда не захочет возвращаться и навещать нас.
Мы с подругой смогли вздохнуть с облегчением, когда Луна сдалась, хотя и преувеличенно закатила глаза на нас троих, как будто мы лишали её чего-то большего, чем просто мимолётное развлечение. Так или иначе, в наше транспортное средство вернулся мир до самого конца поездки.
Несмотря на упрямые настояния некоторых присутствующих, тот факт, что это был школьный вечер, означал, что наши пиццерийные торжества не могли длиться вечно. И они не могли перебраться в другое место после того, как персонал пиццерии сказал нам, что мы должны уйти, чтобы они могли закрыться. Хотя предложений было в изобилии, в конце концов Твайлайт решила, что проведёт ночь у Пинки Пай, и что мы все встретимся у статуи завтра перед школой, чтобы попрощаться с ней.
Как бы мне ни нравилось, чтобы Твайлайт осталась у меня, я была так измотана всеми событиями дня, что просто хотела тишины и покоя. Не говоря уже о том, что были бы дальнейшие обсуждения определённого молодого человека, и я не хотела больше думать на эту тему. По крайней мере, не тогда, когда Луна всё ещё скрывалась в тенях.
Между всей едой и усталостью я решила упасть лицом вниз в кровать при первой же возможности, что сделало бы ночь незаслуживающей внимания, если бы не неожиданное вторжение. Всё началось с лёгкого стука, за которым последовала Селестия, просунувшая голову в проём.
— Сансет? Можем мы поговорить минутку? — спросила она.
Хотя я была полусонной и всё ещё зарывалась лицом в подушку, я тем не менее сделала волнообразный жест, чтобы поманить её, и издала приглушённый гортанный ответ, который больше походил на кошачье храпение. Что бы это ни было, это должно было быть важно, чтобы Селестия беспокоила меня так поздно ночью.
Как только мне удалось перевернуться достаточно, чтобы увидеть свою попечительницу, сидящую на кровати рядом, я пробормотала в полусонном забытьи:
— Что такое, Селестия? Что-то не так?
— Нет, нет. Конечно, нет, — заявила Селестия, хотя беспокойство, сквозившее в её словах и выражении лица, давало мне смешанные сигналы. — Я просто… хотела убедиться, что всё в порядке. Это были довольно волнующие несколько дней, и…
Не нужно было быть ясновидящей, чтобы понять, что Селестия пытается подвести к тому, о чём она хотела поговорить, что было чем-то важным, несмотря на её слова об обратном, но поздний час и усталость оставили меня с таким же терпением, как у кофемана рано утром.
— Просто скажи мне, что случилось, чтобы я могла вернуться спать.
Обычно такая резкость с Селестией заслужила бы мне выговор, но вместо этого это произвело желаемый эффект и заставило мою наставницу переключить свои мысли.
— В пиццерии я подслушала, как Твайлайт упомянула, что теперь она может свободно путешествовать между нашими мирами, — начала она. — Что ей не нужно ждать тридцать лун, как нам было велено верить.
— Да, она сказала, что может использовать магию в наших связанных журналах, чтобы открывать порталы, когда ей нужно, — ответила я, кивая головой в сторону упомянутой книги, которая теперь лежала на моём прикроватном столике. — Так что не нужно так сильно беспокоиться о других злых магических существах из Эквестрии, поскольку Твайлайт теперь может просто открыть портал и перескочить через него.
— Это небольшое утешение, хотя я надеюсь, что нам никогда больше не придётся на него полагаться, — сказала Селестия с мрачным кивком. — Просто завтра утром ты будешь провожать Твайлайт, когда она вернётся домой.
Поскольку мой мозг всё ещё крепко спал, у меня не было никакой надежды понять беспокойство Селестии, что мало помогало моему терпению.
— И что? При чём тут это? — пробормотала я.
— Это и твой дом тоже. Помнишь?
Мне всё ещё потребовалось несколько секунд, чтобы понять, в чём заключалась суть беспокойства Селестии, но осознание в конце концов настигло меня, как запоздавший товарный поезд. Теперь у меня был путь домой. Мне больше не нужно было считать Эквестрию запечатанным миром, откуда я была изгнана, вынужденная отбывать тридцатилунное наказание за свои грехи. Я могла пройти через этот портал завтра и снова стать единорогом, снова обрести свою магию, и всё, что мне нужно было сделать, это спросить Твайлайт, можно ли. На самом деле, мне даже не понадобилось бы её разрешение; я могла бы просто прыгнуть через портал перед ней и выбросить последствия за борт. Единственное, чего я всё ещё жаждала в жизни, моя магия, теперь было на расстоянии вытянутой руки.
Это привело к неизбежному вопросу, почему это беспокоило Селестию. Конечно, она должна была бы приветствовать шанс освободиться от бремени необходимости постоянно исправлять мои ошибки. Если только это не то, чего она хотела.
В этот момент осознание разбудило мой разум.
— Ты не хочешь, чтобы я уходила? — спросила я.
— Дело не в том, чего хочу я, — ответила Селестия с удручённым вздохом. — Или, по крайней мере, не должно быть. Я приняла тебя, потому что сказала себе, что это лучше всего для твоего обучения и роста как личности. Это казалось лучшим вариантом, поскольку ты оставалась здесь, по крайней мере, до следующего открытия портала.
Она замолчала и снова вздохнула, бросив взгляд в окно, где вдали виднелась луна.
— Я не могу заставить тебя остаться здесь, как бы я к этому ни относилась. Мне нравится, когда ты здесь.
— Тебе… нравится, когда я здесь? — повторила я с недоверием.
Селестия озадаченно посмотрела на меня, словно не могла понять, почему это стало для меня таким шокирующим откровением.
— Сансет, оглянись вокруг — я одинока, и живу со своей сестрой, которая также является моей единственной оставшейся семьёй. Я уверена, ты заметила, что у Луны свои интересы после окончания школы, но для меня это… тихо, — объяснила она.
На мгновение я задумалась, испытывала ли Принцесса Селестия подобные чувства. Возможно, она правила из дворца, полного пони, но всегда существовало это разделение на королевскую власть и этикет, которое держало Селестию выше остальных. Она иногда помогала в своей Школе Одарённых Единорогов, но это было скорее наблюдение, чем что-то прямое. Брала ли Принцесса Селестия личных учеников по этим же причинам? Чтобы иметь рядом кого-то, кто не был связан обычными социальными нормами, царившими в Кантерлоте. Возможно, у Принцессы и Директора было гораздо больше общего, чем я ожидала.
— Я люблю свою работу в школе, — продолжила Селестия. — Это не совсем то же самое, что быть учителем, но мне всё равно нравится. Каждый день я наблюдаю, как мои ученики растут и учатся, формируясь во взрослых, которыми они когда-нибудь станут.
Она снова перевела взгляд на меня, и мрачное выражение на её лице снова начало светлеть.
— Твоё присутствие здесь в последние несколько месяцев дало мне то, чего можно с нетерпением ждать, когда школьный день закончится. Мне нравилось слушать, как прошёл твой день, даже когда это было просто жалоба на то, что Заучка тебе задала. Я видела, как ты каждый день становишься лучше, умнее, и это… это всё, что я себе представляла. Но, как я уже сказала, твоё пребывание здесь никогда не зависело от того, чего хочу я; оно зависит от того, что лучше для тебя.
Проблема придерживаться только того, что было лучше для меня, заключалась в предположении, что кто-либо из нас знал, что это на самом деле означает. Сколько людей имели опыт перевоспитания волшебного единорога, превратившегося в подростка-правонарушителя? Мы все просто пытались извлечь максимум из плохой ситуации с помощью уроков, которые жизнь преподала нам до сих пор. Будет ли возвращение в Эквестрию, мир, где я воссоединюсь с магией и буду окружена знакомым, лучшим вариантом для меня? Я знала, что мне понравится вернуть свою магию, не говоря уже о возможности снова ходить на четырёх копытах, но научусь ли я чему-нибудь? Готова ли я снова отправиться в самостоятельное путешествие?
Я не знала, что ждёт меня в будущем, ни здесь, ни в Эквестрии, но одно я точно знала: свои чувства к этому миру и к людям здесь. И я дала знать об этом Селестии, протянув руку и положив её поверх её.
— Мне тоже здесь нравится, — сказала я. — Мне нравится иметь друзей и людей, которые заботятся обо мне такой, какая я есть, а не за то, что я умею, или кого я знаю. И хотя это может быть немного необычно, жить с тобой и Луной, это… ну, это похоже на то, что я снова часть семьи. Я никогда не осознавала, как сильно я этого хотела, до сих пор.
Судя по тому, как напряжение покинуло фигуру Селестии, с её плеч только что упал весь груз мира. Она наклонилась и по-матерински обняла меня, вздохнув с облегчением.
— Что бы ни случилось, Сансет, куда бы тебя ни привела жизнь, знай, что у тебя всегда будет дом здесь, — прошептала она.
Успокоившись, Селестия направилась к выходу.
— Лучше тебе сейчас отдохнуть, нас обеих ждёт большой день завтра.
— Большой день? Что-то происходит? — спросила я. После Битвы групп я не видела ничего монументального, чего стоило бы ожидать завтра, кроме, возможно, экспресс-контрольной.
— Мне кажется, что завтра школьная жизнь покажется тебе немного другой, — объяснила Селестия, остановившись в дверном проёме. — Что касается меня, мне предстоит много уборки после всего этого.
И с этими словами она закрыла за собой дверь. Слишком уставшая для самых простых мыслей, я рухнула обратно в кровать и уснула. Возможно, если бы я была более бодрой, я бы заметила беспокойство, которое всё ещё таилось в её голосе в конце.
39
Trotspeare — это слово, которое обычно используется как неформальный интернет-неологизм или шутливое прозвище, образованное слиянием имён «Trotsky» (Троцкий) и «Shakespeare» (Шекспир).