Fallout: Equestria - War Does Change
Глава 4: Опасности на дороге
Пустошь оказалась жестоким и крайне негостеприимным местом…
Я видел их, всех этих ублюдков из Понивилля, насильников и убийц. Я видел, как они активно суетятся, когда начинают делать.… то, что обычно делают рейдеры на рассвете.
Как правило, продолжают насиловать и убивать.
Когда я прибыл в район Понивилля, день уже клонился к закату, и мне очень не хотелось, чтобы стемнело в тот момент, пока я непринужденно прогуливался по их территории. Лучше было подождать до утра, поэтому я нашел немного отдаленный уголок рядом с лесом, с которого открывался неплохой обзор почти на всю территорию довоенного города. Я не осмелился развести костер, опасаясь, что его заметят рейдеры и решат доделать то, что не смогли сделать их дружки в “Красной Ракете”.
Это была просто ужасная ночь. Холодная, темная и долгая, повезло еще, что не было дождя. Я почти не сомкнул глаз. Несколько раз мне практически удалось заснуть, однако я инстинктивно просыпался от каждого шороха, из-за страха, что это рейдер, который ищет легкую добычу.
Они так и не нашли меня. Не думаю, что кто-то из них когда-либо уходил от полуразрушенного города достаточно далеко. Так что, когда наступило утро, я смог вытащить свое усталое тело из грязи и продолжить свой путь.
Я инстинктивно попытался впрячься в свой фургон, прежде чем вспомнил, что он сгорел ясным пламенем.
Может, это даже и к лучшему, пускай я все еще злился из-за этого. Без товара он был просто мертвым грузом. И по крайней мере, теперь я мог красться по самому краю Вечнодикого леса, пригибаясь достаточно низко, чтобы меня не заметили часовые.
Богини, я все равно чувствовал, что какой-то невидимый снайпер целится в меня каждую секунду, пока я был рядом с городом.
Но, тем не менее, за этим не последовало никаких криков, и никакая пуля не вошла мне в череп. А единственные взгляды, с которыми я по итогу столкнулся, принадлежали обитателям леса. Большинство из них были достаточно безобидными – птицы и мелкие лесные зверушки, которые даже не подозревали о том, что случился конец света.
И тем не менее время от времени я замечал в лесу два преследовавших меня зеленых огонька. Я тут же ускорял шаг, осторожно сжимая магией 9-миллиметровый пистолет.
Кому бы ни принадлежали эти... жуткие глаза, меня он не слишком беспокоил.
Я же могу за себя постоять, верно?
Так, тихо и незаметно пробираясь по зарослям, я набрел на старую обшарпанную хижину. Вероятно, в свое время это был весьма милый домик. Из разряда таких, в которых можно спокойно провести свои преклонные годы. Да чего уж там, даже я бы не отказался поселиться в нем, если бы он был хоть немного поновее.
Ну, почти. В наше время я бы продержался максимум два дня, прежде чем какое-нибудь чудовище не растоптало бы этот домик.
Луна милостивая, мне действительно нужно перестать думать о таких вещах, которые я никогда не достигну. Большинство мусорщиков истрачивают на поиск хлама всю свою жизнь, отчаянно пытаясь разбогатеть, пока в один момент не встречают свой конец при самых различных обстоятельствах, и старость – самое редкое из них.
Не то чтобы я за ночь перестал ненавидеть свое существование, я бы все равно с радостью согласился поселиться в спокойном жилище где-нибудь в Новой Эпплузе или даже, прости Луна, в Тенпони.
Может быть, если Стойло 84 все же оправдает мои ожидания…
Если честно, думаю, что оно — единственная причина, по которой я вообще взялся за эту работу. Мой ПипБак показывает, что Стойло находится дальше на север, чем я когда-либо путешествовал, далеко за пределами моей зоны комфорта.
Однако полностью укомплектованное Стойло…
Я всегда мечтал о доме. О том, чтобы избавить себя от необходимости собирать каждый клочок металлолома на Пустоши. Но я никогда не думал, что на самом деле получу его, и эта дурацкая мечта каждый раз обламывалась о жестокую реальность.
Но теперь…
Могу ли я хотя бы надеяться на лучшее?
О, поглядите-ка, я уже зашел внутрь.
Я так увлекся своими грезами, что не заметил, когда это произошло. На самом деле, мечтать наяву посреди территории рейдеров было самой глупой вещью, которую я только мог совершить. Но… похоже, это милое маленькое местечко пробудило во мне мои самые сокровенные желания.
И все равно, это очень и очень глупо.
Внутри же был сущий кошмар. Когда-то мирный и уютный дом теперь был щедро разукрашен кровавыми потрохами, а на стенах отнюдь не красной краской были написаны матерные выражения. Рейдеры определенно посещали это место так же часто, как и весь остальной Понивилль, так что во мне исчезло всякое желание оставаться здесь надолго.
Под моим копытом что-то хрустнуло.
Отойдя в сторону, я взглянул на гнилую деревянную рамку, лежавшую на полу лицевой стороной вниз. Я не мог понять, то ли она упала во время гибели старого мира, то ли какой-то рейдер со злости сбросил ее со шкафчика.
И то, и другое было одинаково вероятно.
Вообще, это был очередной хлам. Ничего примечательного.
И все же я поймал себя на том, что поднимаю ее с помощью своей магии и переворачиваю. Да, это просто бесполезный кусок деревяшки, но все же… Когда-то это маленькое местечко принадлежало кому-то более удачливому, чем я. Это правда не имело значения, но мне было интересно, кем же была эта пони…
Ой.
Картинка сильно выцвела и покрылась пятнами, но изображение все еще было едва различимо на старом листе бумаги. Пастельно-желтая кобыла с розовой гривой и застенчивой улыбкой на лице, а вместе с ней довольно злобного вида кролик, вырывающийся из ее копыт, словно не желая принимать участие в фотосессии.
К моему удивлению, это была та самая кобыла, которую я видел повсюду. Во многих старых развалинах висели обветшавшие плакаты, рекламирующие тот или иной аспект деятельности Министерства Мира.
Министерская кобыла Флаттершай.
Я... никогда не думал, что она жила в таком маленьком городке в еще более маленьком доме. Я всегда представлял себе, что министерские кобылы жили в огромных роскошных особняках в Кантерлоте или, возможно, в Хуффингтоне, когда война уже подходила к концу.
Это характерный показатель, как много я знаю на самом деле.
Я осторожно поставил рамку обратно на старый шкафчик, где она когда-то стояла, и позволил доброму взгляду Флаттершай скрасить обстановку в логове рейдеров настолько, насколько это было возможно.
Да, скоро она вновь исчезнет. Но я солгу, если скажу, что это действие меня нисколько не взбодрило. Правда, совсем немного.
Выходил из хижины я в спешке. И так уже слишком долго здесь ошивался.
Покинув старый дом Флаттершай, я продолжил свой путь по краю леса, пока не выбрался из Понивилля окончательно. Когда город и толпа рейдеров остались позади, я наконец смог вздохнуть с облегчением.
Ни один путешественник никогда был по-настоящему защищен от рейдеров, но, по крайней мере, сейчас я уже не прятался прямо под боком у них. Теперь, когда они остались позади, мне оставалось только сориентироваться на местности и найти ближайшую довоенную дорогу, ведущую в сторону Мэйнхэттена. Это оказалось куда проще, чем обычно, потому что у меня при себе был ПипБак с чрезвычайно полезной функцией карты. Я поднял устройство, щелкнул на карту и прокрутил ее вверх, мимо маркеров Новой Эпплузы, “Красной Ракеты”, Понивилля и Вечнодикого леса, пока не остановился на точке, обозначающей меня самого. Отсюда я мог видеть всю схему дороги.
Судя по карте, дорога впереди расходилась в нескольких направлениях. Одна вела в сторону Хуфа, другая — к светящемуся розовым светом Кантерлоту, расположенному на вершине далекой горы, а третья, очевидно, шла в направлении Мэйнхэттена.
Благодаря ПипБаку мне не потребовалось много времени, чтобы сориентироваться на местности, и потому уже через минуту я коснулся копытами асфальта и пустился по шоссе рысью к помеченному перекрестку. По пути я заметил еще одну “Красную Ракету”, только на этот раз от нее осталась только обгоревшая оболочка. Еще я на протяжении всего маршрута то и дело видел различные небольшие здания, но ни в одно я не стал заходить. Время от времени дорога также разветвлялась на несколько дорог поменьше, но я игнорировал их все, предпочитая не отвлекаться лишний раз, а идти сразу к цели. К тому времени, когда я добрался до перекрестка, день уже клонился к вечеру, и небо снова начало потихоньку темнеть.
Однако у меня оставалось еще несколько часов до того, как придет пора разбивать лагерь, поэтому я двинулся вперед.
Я свернул в нужном мне направлении, которое, как я проверил, вполне соответствовало стрелке на моем Л.У.М. Путешествие не было гладким, не думаю, что в Эквестрийской пустоши нечто подобное в принципе возможно. Однако случайные встречи с каким-нибудь радртараканом, блотспрайтом или радсвином не становились для меня большой проблемой.
Хотя, резко возросшая нехватка патронов весьма... огорчала меня. Мне срочно нужно пополнить запасы, пока я не прибуду в Тенпони, а также надеяться, что за это время я не истрачу все оставшееся на какого-нибудь здорового монстра.
Уже начало смеркаться, когда дорога вывела меня на относительно неповрежденную эстакаду. Мне приходилось смотреть под ноги, чтобы случайно не провалиться в одну из ям, которые были щедро разбросаны по всему полотну, и не разбиться насмерть. Один полусгнивший пони, которого я заметил внизу, на дне под эстакадой, уже успел прочувствовать силу тяжести на своей шкуре.
Вдоль всей дороги были выстроены в ряд проржавевшие повозки. Один фургон опасно свисал с края в том месте, где эстакада развалилась надвое. К счастью, какой-то пони соорудил крепкий на вид деревянный мост, чтобы и он сам, и другие могли спокойно перейти пропасть.
Пройдя еще немного, и не встретив ни одной твари, которая попыталась бы меня убить, я добрался до места, где эстакада опускалась немного вниз, а над ней проходила вторая эстакада.
– Лучше быть распятым, чем полосатым!
Да, и полоска впереди была красной.
Я нырнул за громоздкую и искореженную груду металла, которая когда-то была фургоном, и поднял пистолет, сняв его с предохранителя. Я сделал несколько глубоких вдохов, внутренне готовясь к бою, и воспользовался моментом, чтобы лучше оценить ситуацию.
К красной полоске присоединились четыре зеленых. Из-за моего укрытия была отчетливо слышна стрельба вперемешку с механическим голосом. Робот при каждом удобном случае выкрикивал оскорбления и патриотические лозунги.
– Какой славный день в Эквестрийской армии!
Я выглянул из-за своего укрытия как раз вовремя, чтобы увидеть несколько вспышек зеленого магического огня и группу из четырех тощих пони, нырнувших в укрытие. Кобыла пряталась за другим фургоном, прижимая к себе маленькую кобылку, в то время как жеребец и еще один жеребенок постарше, перестреливались с противником, которого мой Л.У.М. определил как “Мистера Храбреца”.
Все четверо потенциальных жертв робота были земными пони: старший жеребец держал в копытах охотничье ружье, а младший стрелял в робота из поврежденного боевого дробовика. Сам робот представлял собой причудливое зрелище, он выглядел как парящий шар с тремя похожими на фонари штуковинами вместо глаз и тремя щупальцеобразными отростками, на конце которых были клешня, огнемет и зеленое магическое энергооружие соответственно.
Мне уже встречались несколько раз похожие роботы, когда я ходил по всей Пустоши в поисках мусора, вот только все они были сломаны. Я никогда раньше не видел действующего Мистера Помощника, а конкретно эта модель к тому же определенно не была роботом-дворецким…
– Сдохни, зебринское отродье! – крикнул Мистер Храбрец, когда от его брони отскочило несколько дробинок. Он направил энергетическое оружие на жеребенка и выпустил в него залп из трех зеленых зарядов.
Два прошли мимо, но третий поразил его в то место, где находится сердце. Заряды с легкостью прошли сквозь куски самодельной кожаной брони, которая выглядело гораздо более изношенной, чем моя. Молодой пони вскрикнул и рухнул на землю. Его дробовик с грохотом упал в сторону, а его метка на моем Л.У.М. погасла.
– Лаки! – в безмерном отчаянии выкрикнула кобыла имя упавшего жеребенка, истерически всхлипывая и как можно крепче сжимая кобылку.
– Мда, не повезло ему с именем... – Пробормотал я себе под нос, оставаясь в укрытии и наблюдая за развитием событий.
Жеребец сразу же отступил к тем двоим, которые прятались. Мистер Храбрец последовал за ним, полностью сосредоточившись на своем противнике. Мой взгляд бегло окинул пространство позади Мистера Храбреца и приметил на дороге обломки, которые можно было использовать в качестве следующего укрытия.
Да, я точно смогу.
Робот отвлекся на трех оставшихся пони, отчаянно отбивавшихся от него. Все, что мне нужно сделать, это проскочить мимо, пока он занимался странниками, и тогда я буду в безопасности. Кто бы ни победил в этой маленькой дуэли, для меня не будет иметь значения; я уже давно уйду отсюда и продолжу свой путь к Мэйнхэттену.
Вполне хороший план.
Я немного выдвинулся из укрытия, встав на все четыре, и приготовился к мгновенному броску за спиной робота в следующее укрытие. Мне повезло, что эти пони первыми наткнулись на него, это избавило меня от битвы. В конце концов, мне нужно было экономить патроны, а еще мне не очень нравились боевые возможности этой штуки.
– На счет три... – Пробормотал я, уверенный в себе и готовый действовать.
Оставшийся жеребец вскрикнул от боли, когда в его сторону полетел сноп пламени, и нырнул в сторону. Его шкура начала буквально дымиться от жара. Маленькая кобылка вскрикнула от страха, когда робот объявил о своей грандиозной победе над “зебрами” и начал подниматься над их укрытием, за которым теперь прятались все трое.
У них ничего не вышло.
Вот дерьмо.
Я вошел в З.П.С., прицелился в какую-то штуку на спине робота, которая выглядела крайне важной, и выстрелил три раза.
Это было глупо! Это же не моя битва, гораздо проще было бы просто следовать моему первоначальному плану и обойти конфликт. Я не знал этих пони, какое мне дело до того, что с ними случилось бы?
Каламити ничего не знал обо мне. И все же он пришел мне на помощь, когда казалось, что хуже некуда.
Дискорд тебя подери, Каламити.
Заклинание сработало, мой пистолет взметнулся вверх и произвел три точных выстрела — все в то важное место на спине робота. Раздался небольшой взрыв, и Мистер Храбрец отшатнулся назад, а его речь прервалась треском помех. Все его конечности начали изгибаться и поворачиваться в мою сторону, старый боевой робот весь искрил от полученных повреждений.
– Внимание: боевой ингибитор отключен, – объявил Мистер Храбрец. – Сдохните, полосатики!
О-оу.
Я отскочил за свое укрытие, когда мимо меня пронеслось несколько разрядов зеленой энергии. Но Мистер Храбрец, казалось, был в бешенстве и, не теряя времени, опрометью бросился на меня из-за угла!
Я поднял пистолет и выпустил несколько пуль в корпус робота, но девятимиллиметровые пули не смогли пробить его броню. Клешня робота метнулась вперед и грубо схватила меня за рог, и, о Селестия, как же мне было больно, когда эти холодные металлические клещи начали сжимать и выворачивать его…
Моя магия иссякла, пистолет с грохотом упал на пол, и Мистер Храбрец потащил меня вперед, вытащив из укрытия.
– Отпусти меня, сраная консервная банка! – Выкрикнул я в ярости, кое-как пытаясь удержаться на ногах. Мне казалось, что мой рог вот-вот оторвется от черепа! Я не ожидал, что эта штука окажется такой прочной. И зачем я только решил поиграть в героя!?
Пока он тащил меня на открытый участок, я изо всех сил колотил его по руке копытами, но в ответ он только швырнул меня на землю.
О, смотрите, у меня над головой кружатся маленькие фургончики…
О, и еще кое-что! В поле моего зрения появилось что-то зеленое. Это было довольно сложно разобрать... но когда я начал приходить в себя, кусочки мозаики сложились воедино.
НЕТ! Нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет!
Я изогнулся всем телом, несмотря на дикую боль, которая пронзила мой побитый рог, и отчаянно ударил задней ногой в направлении энергооружия. Похоже, мне удалось слегка сбить его, но стальная клешня быстро встряхнула меня, и жуткая зелень снова появилась в поле моего зрения.
О, какое же было сладостное облегчение, когда этот гребаный робот бросил меня на землю! Но на раздумья не было времени, гораздо важнее, почему же этот Храбрец бросил меня?
Как оказалось, я пропустил первый выстрел, зато второй ответил на мой вопрос. Жеребец, которого я видел раньше, выскочил из своего укрытия и выстрелил в робота из охотничьего ружья. Вторая пуля попала Мистеру Храбрецу прямо в глаз, начисто снеся лампу с его головы.
Робот зашипел.
– Зебринская засада! Проклятие!
Он открыл ответный огонь по жеребцу, который пригнулся, чтобы избежать участи Лаки. Но, что более важно, робот снова отстал от меня!
Я коснулся копытом основания рога, и когда я отдернул его, то увидел, что оно покрыто кровью. Мое дыхание стало прерывистым, я не мог унять дрожь, и даже не мог сдвинуться с места. Я начал ощущать сильную головную боль, а мой ПипБак настойчиво информировал о моих повреждениях. Проклятие, я даже не мог левитацией достать лечебное зелье, и мне не хотелось копаться в своих сумках, в то время как сумасшедший старый робот хочет разорвать меня пополам!
Мои глаза бегло осматривали окружающее пространство. Я изо всех сил старался не обращать внимания на кровь, которая капала мне в глаза с моего треснувшего рога. Труп Лаки лежал всего в нескольких метрах отсюда… а рядом лежал его дробовик.
Я начал ползти к нему, двигаясь так быстро, как только мог, и потянулся копытами к оружию. Мне удалось схватить его и подтащить к себе, и тут я почувствовал, как стальная лапа вцепилась в мою правую заднюю ногу. Меня резко оттащили назад, перевернули на спину, и я оказался под пристальным взглядом двух оставшихся глаз-фонарей Мистера Храбреца.
– Далеко собрался, подлая зебра?!
Я схватил ртом рукоятку дробовика и нажал на спусковой крючок.
На таком близком расстоянии дробовик был гораздо эффективнее моего пистолета. Броня робота отлетела, обнажив его электрические цепи, но даже они уже были повреждены зарядом дроби и шрапнелью из его собственных поврежденных частей.
Жуткая военная машина содрогнулась от удара, а затем еще раз, когда в нее попала пуля из охотничьего ружья. Выстрел повредил что-то внутри, и рука, державшая огнемет, отключилась. Мистер Храбрец развернулся, чтобы выпустить несколько магических разрядов в жеребца, прежде чем снова повернуться ко мне и устремить свою когтистую лапу мне в шею.
Но на этот раз он наткнулся на резко выставленный ПипБак, так что я отбил его руку в сторону, а затем, не мешкая, снова вошел в З.П.С. Я нацелил один выстрел в его незащищенную внутреннюю часть, и через секунду увидел, как направленный заклинанием заряд дроби проник в его энергетическое ядро и разнес его на части.
И это было хорошо, потому что я чувствовал легкую слабость.
Я перевернулся на живот, отбросил дробовик и быстро полез в свои сумки. Кряхтя от боли, я достал одно из последних оставшихся у меня лечебных зелий, и выпил все одним глотком. Кстати, вот чего еще неплохо было бы пополнить запасы. Головная боль утихла, круги перед глазами начали исчезать, и я смог выровнять дыхание, после чего вытер кровь со лба.
Очистив свое лицо, я осмотрел поверженного Мистера Храбреца. От него остались только почерневшие обломки, хотя даже они все еще стоили бы чего-то в Тенпони.
Но все же тлеющие обломки не смогли отвлечь мое внимание от рыданий.
Я повернул голову к семейству пони. Взрослая кобыла и кобылка плакали над телом Лаки, в то время как жеребец подозрительно смотрел на меня.
Я очень надеялся, что он не выкинет какую-нибудь глупость.…
– Кто ты? – спросил он.
Я фыркнул, поднимаясь на копыта.
– Ты первый, учитывая, что я только что спас тебе жизнь. Не за что.
Его взгляд стал еще жестче.
Я подавил свое желание застонать.
– Скрэп Хип. Меня зовут Скрэп Хип.
Его свирепый взгляд задержался еще на мгновение или два, но затем он, наконец, счел нужным заговорить со мной.
– Я Стоун Мэйн, – представился он, и тут я заметил, что грива коричневого жеребца действительно имеет оттенок камня. – Ты застал нас в неподходящее время.
– Я вижу, – ответил я, оглядываясь на остальных. – Твоя семья?
Он кивнул и указал на кобылу кремового цвета с золотистой гривой, а также на кобылку чуть более светлого цвета, чем ее мать.
– Моя жена Дейзи Дрим. Моя маленькая кобылка Чарм.
– А парень?
Жеребец отвернулся, пытаясь сдержать свое горе.
–...Мой сын, Лаки. Его назвали так, потому что он должен был умереть при рождении. Дискорд возьми, порой кажется, что мир просто терпеть не выносит, когда его обманывают...
Я кивнул, расслабил свои мышцы и уставился на скорбящую семью.
– Мне жаль.
– Почему ты помог нам? – прошептала Дейзи, глядя на меня снизу вверх. По ее щекам текли слезы. – Мы не друзья, так почему...?
Я с жалостью посмотрел на нее, обдумывая свой ответ. Мог ли я сказать ей, что на самом деле планировал бросить их на произвол судьбы? Глядя на них сейчас, особенно на кобылку, у меня внутри все переворачивалось от презрения к самому себе за то, что у меня в принципе возникли подобные мысли.
Но почему же я помог? У меня была работа, которая могла принести мне больше, чем что-либо еще. В любое другое время я бы без колебаний обошел эту битву стороной. Все мои инстинкты, отточенные жизнью в этом суровом мире, требовали от меня именно этого.
И поиски ответа в конце концов привели меня прямиком к тому пегасу с южным акцентом. Если бы не он, я стал бы трофеем для рейдеров. Он не знал меня, у него не было никаких причин вмешиваться. Но он вмешался, согласно его самопровозглашенной “политике”.
– Думаю, я просто хотел сделать мир лучше, – ответил я кобыле, внутри меня все еще бушевал конфликт. – Как кто-то недавно сделал его лучше для меня.
– Куда направляешься? – Спросил меня Стоун.
– Тенпони.
– Мусорщик?
– Да. А ты?
– То же самое, – подтвердил он. – Мы направлялись в Город Дружбы, чтобы немного поторговаться. Ну и... нам не помешали бы лишние пушки, пока мы не доберемся до Мэйнхэттена.
Приглашение? Что ж, наличие рядом кого-то, кто мог бы меня поддержать, звучало заманчиво… По крайней мере, на какое-то время.
– Хорошо, – сказал я, поднимая свой брошенный пистолет и дробовик, отчего семья поморщилась, но не запротестовала. – Хорошо, я согласен. До Мэйнхэттена.
– Тогда договорились, – согласился Стоун Мэйн, прежде чем мрачно повернуться к своему покойному сыну. – Но сначала… Пожалуйста, помоги нам похоронить его...
Что ж, думаю, это меньшее, что я мог для них сделать.
Заметка: уровень 3
Новая способность: прилежный ученик. Вы получаете на 10% очков опыта больше всякий раз, когда получаете опыт.