Тёмные Сонаты

День шестой

Утро. Непривычно прохладное без синего крыла. Войс высвободился из моих объятий и первым поднялся с постели.

— Попробуем как вчера, без магии? — предложила я.

— Давай.

Я начала приподниматься. И кое о чëм вспомнила.

Брошка. Я нащупала её, достала и показала Войсу, ожидая его реакции.

— Клади, — спокойно предложил он, кивнув на тумбочку рядом со мной.

И украшение легло на деревянную поверхность.

Боль, пошатывание, бок принца. На этот раз я смогла дойти до двери. Но снова сдалась. Уже неплохо.

Иглы, завтрак. Войс сознательно избегал разговора о вчерашнем, я чувствовала это. И не давила на него.

Обработка мазью. Я с лёгкой улыбкой смотрела на то, как золотистый блеск теперь лежал и на его мордочке.

— Вот и пригодилась, — подметила я.

— М? — до него дошло через секунду. — А. Ну да. Лучше бы не пригождалось, но спасибо, что она есть.

— Всё было так плохо, что тебя задели? — аккуратно спросила я.

Он вздохнул.

— Один из наших теперь в больнице лежит. Могло быть двое, если бы я буквально не вмешался. Не спрашивай больше об этом.

Последняя его фраза не прозвучала как приказ. Скорее, как просьба. Мягкая, и вместе с этим тяжёлая.

Я затихла.

— Хвост?

Я практически на автомате убрала его.

— Благодарю.

— Да уж, — посетовала я. — Из-за одной певички страдают другие пони.

Войс тихо замычал в ответ.

— Нотка, много на себя берёшь. Ты не главная причина. Но ты выжившая. Это немного другое.

Я вспомнила слова Райз. По телу пробежали мурашки.

— Страшно представить то место, о котором мы вчера говорили.

Он вздохнул. И наклонился ко мне.

Его полуприкрытые глаза смотрели прямо на меня. Я не вжалась в диван, но и не была рада такой близости.

Поцелуй. Снова в щёку. На этот раз затянутый на несколько секунд. Мягкий, не обязывающий. И почему-то тяжёлый.

— Поэтому и не представляй, — Войс отстранился.

Я промолчала. К горлу подкатил горьковатый комок.

---

Мой суп побулькивал на плите, наполняя кухню приятным запахом. Я аккуратно взяла пробу — неплохо.

Войс следил за мной с какой-то лёгкой улыбкой.

— Какая милота, — вдруг прокомментировал он.

Я на мгновение замерла. И улыбнулась.

— Не обольщайтесь, мой принц. Я тоже есть хочу. И что-то вкусненькое.

— Не сомневаюсь.

Он снова хотел подпереть мордочку копытом. С раненой стороны. И зашипел, отпрянув от самого себя.

— Может, надо на рану что-то наложить? — предложила я.

Войс помотал головой.

— Нет, так быстрее заживёт. Всё хорошо.

Я замолкла, чтобы собраться с мыслями.

— Часто тебе так прилетает?

Он увёл взгляд в сторону.

— Даже и не знаю, как тебе ответить. Скажу честно — испугаю. Совру — ты и так всё видишь. Как ты хочешь?

— Не ёрничай, — я покачала головой.

Он посмотрел на меня.

— Часто. Почему-то зло тоже носит ножи и царапается когтями.

— И давно ты этим занимаешься?

Я давно сложила у себя в голове один и один. Его слова, навыки, хладнокровие, умение манипулировать — симптомы того, что сделало его таким чёрствым. А причина как раз в том, что ему приходится “вырывать сорняки”.

Но насколько долго он этим занят? Или что его так сильно сломало?

— Года три. Сколько мне было… Шестнадцать? Ну, ближе к семнадцати. Мне сделали великолепное предложение.

Вот оно. Я ухватилась за это.

— И что же тебе предложили?

— Роль тайного оперативника. Будь свободен от тяжести короны, но утони в грязи этого мира, — Войс развёл копытами. — Можно я больше не буду раскрывать душу?

— Сам сказал про предложение, — подметила я.

— И на этом хочу остановиться.

Я тихо фыркнула.

— А почему тебя так тяготит корона?

Он вздохнул.

— А почему ты не легла под клиентов?

Я замерла на месте. И нахмурилась на него.

— В смысле?

Он тихо стукнул копытом по столу.

— У тебя был простой выход. Прийти к грифону и сказать: я готова работать полноценно. И ты бы стала одной из работниц. Которую не хотели бы придушить. Давай обменяемся личным, раз ты так любишь в душу лезть. Почему ты не сдалась?

Тишина. Я не могла поверить его словам. Но потом задумалась. Он не злорадствовал. И это действительно было простым выходом, если смотреть со стороны. И что меня останавливало?

— Я не хотела потухнуть, как и другие, — выдала я вердикт из своих мыслей.

— А я не хотел чавкать чаем и смотреть на лебезящих предо мной пони. Кобылок голубых кровей и хмурых отцов целых кланов.

Вот как.

— Ты бунтовал, живя в раю. Я молилась, чтобы мне под хвост не напихали.

Он стукнул ещё громче по столу.

— Поэтому ты сейчас в раю, а у меня на морде рана от когтей. У тебя, кстати, суп убегает.

Я вздрогнула.

— А? Ой!

---

Ночь я встретила с какой-то блуждающей улыбкой. Войс всё ещё отворачивался от меня, но я уже прижалась к нему. Разум во мне боролся с благодарностью за всë то, что он сделал. И судя по тому, с каким спокойствием я лежала рядом с ним, разум проигрывал.

Принц тихо хмыкнул.

— А говоришь, это я тактильный жеребец.

— Ты виноват, ты меня такой сделал, ты мне дал шанс оттаять, — парировала я. — Сколько, шесть дней прошло? И я ожила.

— А где твоё “ценою долга”?

Я цокнула языком.

— Потерялось где-то. Вообще удивительно, что ты так хочешь меня. Я не идеал красоты. Или твои вкусы специфичны?

Он как-то тяжело вздохнул.

— Не могу сказать, что я совсем не смотрю на красоту. Но и ты не уродина. Гематомы уйдут, шрамы затянутся, ты вернёшься в норму. Да, клянусь, когда ты пузыри кровавые пускала, ты как-то не вызывала у меня отклика.

Настало мой черёд тяжело вздыхать.

— Принц, что отрицает любовь, удерживает подругу детства под крылом, но при этом не становится тираном и даже делает комплименты. Ты как себя чувствуешь от такого диссонанса?

Он тихо посмеялся.

— Прекрасно чувствую. Живу, дышу, ем, чай пью. Вы, знаете, тоже не лучше. Бедная сирота с огнём в глазах. Насилуйте, но не бейте.

Войс говорил обидные слова. Но почему-то именно обиду я и не чувствовала.

Я приподняла своё копыто и тихонько стукнула жеребца. Больше игриво, чем злобно.

— Да я поняла, что тебе именно это и надо! Чтобы с тобой спорили и играли. Иначе я не вижу смысла, почему ты свою похоть не выплёскиваешь банальным путём.

— И снова — ты не лучше. Сейчас ты меня обнимаешь, а не я тебя.

Я поцокала языком. Дно уже хватало меня копытами и тянуло во мрак. Тёплый, но мрак.

— Ужасная кобылка. Ужасный принц. Отвратительная пара. Так жить нельзя.

Он как-то протянуто хмыкнул, выдыхая из себя много воздуха.

— Нельзя. Но вот он я. И вот она — ты.

Ирония. Я буквально чувствовала, как она кристаллизовалась в воздухе вокруг нас. И не вытерпела от неё.

Я приподняла голову. И вернула Войсу поцелуи в шею, напоследок укусив его чуть сильнее, чем он меня. И если поцелуи его не зацепили, то вот укус заставил вздрогнуть.

— Победа, — довольно произнесла я.

Он вздохнул. Почти что “эх”.

— Теперь я и не знаю, кажется, ты меня дрессируешь.

— Как пожелаете, мой принц. Спокойной ночи.