Принцесса Флурри Харт и грязевые монстры

Урок получен

Изогнув брови самым превосходным, самым изящным образом, принцесса Флурри Харт смотрела на своего врага. Это был настоящий враг, настоящая и реальная угроза. Это было нечто, способное убить маленьких пони, о которых она заботилась. Странная ненависть бурлила в ее сердце, а тонкие розовые волоски вдоль позвоночника встали дыбом. Ее губы скривились в оскале, обнажив идеальные, безупречные, квадратные зубы.

Мегара готовилась к насилию и держала в передних лапах ось повозки, стоя на задних лапах с расправленными крыльями, помогающими ей держать равновесие. Флурри оценила силу Мегары: она не была земной пони, но умела летать и была ловкой. Рог Олив заряжался, и Пеббл, преданная сестра Мегары, тоже встала на дыбы. Бумер надулась и теперь трясла своими перепонками и шипами перед большим какашечным монстром. Казалось бы, ничего особенного, но Бумер охотно отвлекала внимание Сумака, выглядя как гораздо более опасная угроза.

— Берегите Сумака, — приказала Флурри, встав между экскременталем и своим драгоценным колдуном.

— Мне жаль того жеребенка, который обидит нашего колдуна! — С этими словами Мегара бросилась на аморфную массу, угрожавшую ей и ее друзьям. Ось повозки была поднята высоко над головой, и она с силой обрушила ее вниз, похоронив в грязевом чудовище. Брызги грязи, испражнений и кукурузных зернышек полетели в стороны, а ось повозки наполовину разрубила голема.

Раздался отвратительный булькающий звук, и фекальный враг начал собираться воедино. Молниеносно развернувшись, он вырвал ось из лап Мегары, а затем изменил движение на противоположное. Раздался громовой треск, когда Мегара получила удар по голове своей же осью от повозки, и мантикорское отродье отшатнулось, ошеломленное, но не поверженное. В знак неповиновения она подняла один средний коготь на лапе и бросилась на грязевое чудовище, так как Мегара хотела, чтобы его гнев был направлен на нее, а не на ее друзей.

Пеббл бросилась вперед, чтобы защитить сестру, но грязевое чудовище было быстрым, слишком быстрым, и с вульгарным, отвратительным хлюпаньем оно изменило форму, выдвинув ось и сформировав руку, которая держала ось как дубину. Размахнувшись дубиной с прилипшей к ней кукурузой, она нанесла Пеббл мощный удар, отправив ее в полет по дуге. Она летела так высоко, так далеко и так быстро, что махнула на прощание ногой и исчезла из виду.

— Пеббл! — в панике закричал Сумак.

Олив выпустила мощный импульс, но он прошел мимо, потому что она попыталась увернуться. Из чудовища вырвался дымящийся усик, покрытый туалетной бумагой, и вцепился в Олив, покрыв ее грязью и отшвырнув в сторону. Мегара бросилась на него с когтями наперевес, но грязевое чудовище выпустило еще больше щупалец из патоки, чтобы справиться с могучим мантикорским отродьем. Мегара издала вопль, когда ее схватили, развернули и с силой швырнули в сторону.

Причудливая кошка с крыльями летучей мыши столкнулась с домом, и, поскольку это был дом, а она была львицей Мегарой, дом, как того требовал естественный порядок вещей, поддался. Стена рухнула, Мегара болезненным, кошачьим пушечным ядром с визгом ярости пробила дом, который рухнул на нее с ужасающим грохотом. Поднялась пыль, жилище рухнуло вниз, и крыша упала на землю.

— Мяуч! — Крик Мегары пробился сквозь обломки, под которыми она была погребена, и дал друзьям знать, что она жива.

Дрожа от ярости, Флурри пустила в ход все свои силы, чего ей было велено не делать ни при каких обстоятельствах. Она промахнулась, и огромный кусок замка Твайлайт превратился в клубы дыма. Флурри, ошарашенная собственным выстрелом, не успела ничего предпринять, в то время как грязевое чудовище ударило ее усиком грязи.

Она отлетела назад, перед глазами замелькали звезды, и в этот момент она поняла, что не так уж и неуязвима, как могла бы надеяться. Это была самая страшная боль, которую она когда-либо испытывала в своей жизни… нет, не так — она закричала, когда ее тело врезалось в дом, и она узнала, каково это — быть Мегарой. Головой вперед она прошла сквозь стену, сквозь бревна, сквозь кирпичи, сквозь штукатурку. Это была самая сильная боль, которую она когда-либо испытывала в своей жизни. Пребывание под защитным крылом матери не подготовило ее к этому, это было хуже всего.

К тому же на нее рухнула половина дома — дома, который был сделан из гвоздей, стекла, дерева, кирпичей и других болезненных, неумолимых, ужасных вещей, которые теперь на нее давили. В этот страшный, ужасный момент Флурри осознала, насколько сильно ее мать, отец, тети и дядя защищали ее, оберегали от бед. Остатки дома покачнулись, и тяжелая балка крыши рухнула. Она упала ей на бок, создав огромную нагрузку на ребра, выбив из нее весь воздух и оставив ее беспомощной.

Она чувствовала, как отовсюду сочится горячая, липкая кровь. Неведомые вещи пронзили ее плоть и глубоко врезались в нее. Это не должно было закончиться так. Это должно было быть весельем, скачкой, она должна была сокрушить своих врагов и показать всю свою силу и величие принцессы-аликорна. Маленькой Флурри хотелось плакать, но она твердо решила этого не делать. Снаружи раздался страшный крик, и она надеялась, что с Сумаком все в порядке. Горячие слезы застилали ей глаза, а обломки снова сдвинулись с места.

В поле зрения Флурри попала Мегара, выглядевшая гораздо хуже, чем обычно. Могучее мантикорское отродье вонзило когти в массивную балку крыши, прижавшую Флурри, а затем, издав гулкий рев, от которого загрохотали обломки, и со всей своей мантикорской мощью навалилась на нее. Балка поднялась вместе со всем разрушенным домом, и Флурри почувствовала, как ее тело освобождают. Повернув голову, она увидела белокурого Сумака, который стоял на разрушенной столешнице, чтобы защитить свои копыта от битого стекла, и с облегчением убедилась, что с ним все в порядке.

— Второй раунд! — прорычала Мегара, когда Флурри поднялась на ноги.

Выбравшись из-под обломков, Флурри предстала перед величественным зрелищем. По дороге неслась на двух ногах Пеббл, обнимая передними ногами телеграфный столб. Где и как Пеббл нашла телеграфный столб, было неизвестно. Еще более неизвестно было, как Пеббл бежит с телеграфным столбом длиной в двенадцать метров. Флурри раскрыла рот от удивления, когда Пеббл остановилась, но не потеряла темп, замахнувшись на экскременталя.

Когда телеграфный столб столкнулся с какашечным монстром, раздался неописуемый звук — как будто ложка шмякнула по пудингу, только гораздо, гораздо хуже и куда более вульгарно. С мокрым шлепком экскременталь был запущен — он не взорвался, как ожидала Флурри, — и пролетел довольно большое расстояние.

Подбежав еще раз, Пеббл запустила свой импровизированный гарпун — телеграфный столб, который должен был весить более трехсот килограмм. Рот Флурри открылся еще шире, когда она увидела, как самодельный гарпун пролетел по воздуху и с противным булькающим звуком столкнулся с грязевым чудовищем в полете, угодив прямо в его огромную щель и издав при этом непристойный хлюпающий звук, очень похожий на то, как если бы капустный салат и заварной крем размазывали друг по другу. Флурри не знала, почему она об этом подумала, но подумала именно так.

Пеббл была титаном, теперь Флурри это было ясно, и она боялась за безопасность Сумака, когда произойдет неизбежный брак. Она встряхнулась, и от ее тела и крыльев полетели щепки, обломки и битое стекло. С ревом Мегара поднялась в воздух, и Флурри последовала за ней, объятая благоговейным трепетом.

Грязевой какашечный монстр становился все больше, и с ним сливались более мелкие грязевые монстры. Он был настолько же мерзок, насколько и опасен, и Флурри на собственном опыте убедилась, что опасного врага нужно уважать. Это была не глупая игра. Взмахивая крыльями, она держалась на расстоянии, пока делала выстрелы, а Мегара служила ей щитом, перехватывая все, что металось в воздух.

На земле Пеббл мешала монстру, уклоняясь и прыгая, отвлекая его внимание. Олив тоже делала выстрелы, а ее мощные телекинетические удары уже стали достоянием легенд и преданий, что вызывало у Флурри зависть. Ей хотелось уважения и признания, а у Олив их было в избытке. А еще у Олив так много контроля. Сумак притаился за каменной подпорной стеной, держась подальше от опасности, а Бумер была его последней защитой.

Как они ни старались, продвинуться вперед не удавалось. На каждую отстреленную часть чудовища приходилось еще больше, когда другие маленькие грязевые монстры появлялись и сливались с большим. Почти скользя, Флурри обогнула голову чудовища и прикинула, что его рост должен был составлять шесть метров или больше. Она увернулась от брошенной повозки и была счастлива, что Мегара тоже успела убраться с ее пути.

Сумак сделал их всех сильными, но его колдовская сила сделала сильным и какашечное чудовище. Флурри поняла, какую опасность представляет собой колдун, и извлекла урок: сила — ничто без опыта. Флурри и ее Уничтожители были просто силой, без опыта. Против противника равной силы они мало что могли сделать, разве что нанести значительный материальный ущерб, в чем они, похоже, преуспели.

С огромным сожалением Флурри осознала, что они зашли в тупик.

На помощь пришли опытные защитники Понивилля. Рейнбоу Дэш покачивалась в воздухе, ее крылья были покрыты грязью, но каким-то образом она все равно летала. Твайлайт Спаркл была такой же, но гораздо, гораздо более неуклюжей. А еще была величественная Леди Луламун, которая не летала, а рысила по улицам, выглядя холеной, чистой и безупречной.

На Флурри это произвело неизгладимое впечатление.

— Мам! — В голосе Сумака слышалась надежда.

— Малыш, как дела? — В голосе Трикси слышалась уверенность.

— Не очень, мам.

Флурри с трудом расслышала сказанное. Рейнбоу начала кружить вокруг монстра, чтобы отвлечь внимание, и Твайлайт подлетела к Флурри. Ей было трудно смотреть тете в глаза, но она все равно сделала это, вызывающе, гордо и отказываясь признать свою вину. Флурри тоже была принцессой-аликорном, неважно, родилась ли она ею, и она как-нибудь докажет свою значимость, заслужит уважение, которого требовала и жаждала больше всего на свете.

— Ты не там, где я тебя оставила, — бесстрастно заметила Твайлайт.

— Возможно, я немного разнесла твой замок, — призналась Флурри, а затем уклонилась от грязевой ракеты, покрытой кукурузой.

Грязевой монстр, возможно, обидевшись на чистую, сверкающую шерсть Трикси, бросился в атаку на самодовольного единорога. На Леди Луламун обрушилась воронка грязи, торнадо из дерьма, и Твайлайт устремилась на перехват. Флурри в ужасе наблюдала за происходящим, зная, что вихрь обладает мощной всасывающей силой.

Трикси оказалась под ударом, ее заляпало грязью, нечистотами и, что еще хуже, погребло под толщей отходов. Они затвердели, и Трикси превратилась в статую, облепленную кукурузой и обрывками туалетной бумаги, а сердце бедной Флурри Харт заколотилось в горле. Флурри закричала, ненавидя, что Сумак стал свидетелем ужасной смерти своей матери. Она начала спускаться вниз, чтобы броситься к Сумаку, но тут произошло нечто, заставившее ее остановиться.

Трикси взорвалась яркой вспышкой пламени, отправив в полет укутавшую ее грязь. С раздраженным видом она подняла голову, и ее серебристая грива взметнулась вокруг головы, а от тела, безукоризненно чистого и безупречного, исходили лучистые переливы тепла.

— ТЫ СМЕЕШЬ ОСКВЕРНЯТЬ ШЕРСТКУ ВЕЛИКОЙ И МОГУЩЕСТВЕННОЙ ЛЕДИ ЛУЛАМУН? Я, ВЕЛИКАЯ И МОГУЩЕСТВЕННАЯ ТРИКСИ, СОТРУ ТЕБЯ С ЛИЦА ЗЕМЛИ!

— Мам!

— После этого с ней не будет никакой жизни, — ворчала Твайлайт.  Повернувшись в воздухе, Твайлайт оказалась лицом к лицу со своей племянницей. — Флурри! Заморозь его!

Ох. Почему она об этом не подумала? Чувствуя себя более чем неловко, Флурри осознала, что ее противник — в основном вода, а она — Флурри Харт, она — Принцесса Шторма, она — Сердце Зимы. Ну, когда ей позволяла мать. В основном же она использовала свои силы для изготовления огромных партий мороженого во время летних фестивалей в тщательно контролируемых условиях.

Трикси подняла светящуюся телекинетическую стену, служившую щитом, и двинулась вперед, самоуверенная, дерзкая и невозмутимая. Сумак бросился к матери, а Бумер — следом за ним. Твайлайт сформировала мощный щитовой пузырь вокруг себя, Мегары и Флурри Харт. Тем временем Флурри согревалась… или охлаждалась?

Температура упала, и в Понивилле подул холодный ветер, а рог Флурри Харт начал светиться. Пеббл и Олив отступили и теперь стояли рядом с Трикси, присоединившись к Сумаку и Бумер. Флурри почувствовала легкий страх — ей было трудно контролировать свои штормовые силы, а мама не разрешала ей тренироваться. Мать твердила, что тренировки начнутся, когда она подрастет и ее силы созреют, но Флурри, как и подобает капризному жеребенку, хотела заниматься сейчас. Это было причиной многих ссор между ней и матерью.

Поэтому, сильно сомневаясь, Флурри Харт вызвала бурю, огромную метель, источник холода, из которого она могла бы черпать силы и помогать своей тетушке Твайлайт уничтожать грязевых монстров, угрожающих Понивиллю. Небо над головой потемнело и стало серым, сгустились тучи, и завыл свирепый зимний ветер.

— Флурри, — сказала Твайлайт спокойным голосом. — Ты не подведешь… Я верю в тебя…