Принцесса Флурри Харт и грязевые монстры
Уничтожители! Собраться!
Когда дверь открылась, принцесса Флурри Харт подняла голову, чтобы посмотреть и подождать, как и ее спутники. На краткий миг стала видна Мундэнсер, которая держала в своей магии тявкающий, плюющийся, шипящий, визжащий меховой комок. Она бесцеремонно впихнула Мегару в комнату, презрительно фыркнула, а потом захлопнула дверь и ушла разбираться с кризисом.
Мегара тут же принялась колотить в дверь.
— Это несправедливо, — пробормотала Флурри Харт своим спутникам. — Наступает кризис, и вместо того, чтобы помочь, нас запирают в тюрьму. — Маленькая принцесса подняла голову и приняла благородную позу, которую она позаимствовала у своего отца. — Мэг, побереги силы. Они научились на наших предыдущих попытках побега. Комната защищена от магии, замо́к невозможно взломать, мы в ловушке.
Услышав это, Мегара издала недовольный кошачий вопль, похожий на визг двух альтов во время романтической струнной интермедии, словно маленькая скрипка, но она перестала бить лапами по двери. Мантикорное отродье обернулось, на мгновение замерло, а затем помахала своему сообщнику, Бумер:
— Привет, Бум-Бум. Как дела?
— Скучно, знаешь ли, — ответила Бумер.
— Профессор Яйцеголовый, у вас уже есть план, как нас вытащить? — спросила Флурри Харт, повернув голову и посмотрев на Сумака. Одна бровь приподнялась, и на мгновение Флурри показалось, что она похожа на свою мать.
— Вообще-то да. — Сумак поднял копыто и жестом указал на Бумер. — Мой драконий помощник — ключ к нашему побегу.
— Профессор Яйцеголовый, позвольте напомнить, что замки защищены как от магических, так и от обычных средств воздействия. — Флурри Харт бросила на Сумака кислый, разочарованный взгляд. — Ее навыки взлома замков оказались невостребованными. Неправильно, что они так с нами поступают.
На мордочке Сумака расплылась несколько безумная ухмылка, от которой все его спутники вздрогнули:
— Да, но они не защищены от взрывчатки повышенной мощности.
Флурри Харт, сжав губы в несколько испуганную гримасу, на мгновение задумалась над словами профессора Яйцеголового. А еще она подумала о том, что могут сделать с ней ее няня Слит и наставник Санбёрст, если она продолжит действовать в том же духе. Мать предупреждала ее, что сын Леди Луламун немного сумасшедший, и сейчас она видела неоспоримые доказательства того, что мать была права.
— Профессор Яйцеголовый, могу я спросить, что защитит нас от того, чтобы мы не разлетелись на куски?
— Думаю, ты сможешь нас защитить, — ответил Сумак.
Маленькая принцесса на мгновение задумалась над словами своего подданного. Он был уверен в ее способностях, и кто она такая, чтобы разочаровывать его? Возможно, она сможет защитить их от взрыва в тесных стенах их тюрьмы. Флурри подумала, не использует ли Сумак на ней свою изворотливую магию, и ей стало любопытно, добьется ли она успеха благодаря собственной силе или потому, что ее обманули, заставив поверить в свои силы. Санбёрст потратил много времени, пытаясь объяснить ей, как работает магия Сумака, но Флурри это очень увлекало.
Сумак мог заставить пони делать то, чего они обычно не могли, просто потому, что заставлял их поверить в то, что они могут это сделать. Это была тонкая, изощренная сила, и маленькая принцесса Флурри Харт считала ее одним из своих самых ценных активов. Профессор Яйцеголовый принадлежал ей, просто другие принцессы еще не знали об этом.
— Бумер, нам нужна взрывчатка, — объявила Флурри Харт.
— Я не могу какать, когда на меня смотрят, — ответила Бумер, сцепив когти и каким-то образом умудряясь выглядеть очень застенчивой. — Посмотрим, как ты покакаешь, если кто-то будет смотреть.
Флурри нахмурилась: она не любила, когда ей говорили —нет. Это было наравне с тем, когда ей говорили, что пора спать, или что она должна съесть ростки люцерны. Противно!
— Мэг, скажи Бумер мотивационную речь, чтобы помочь ей раскрыть свой потенциал, если можно.
Более крупное мантикорское отродье надвинулось на гораздо более мелкого древесного дракона, и Бумер отступила назад. Мэг улыбнулась, обнажив ужасные зубы, а ее львиный хвост замахал из стороны в сторону. Ее когти постукивали по полу их волшебной тюрьмы, издавая щелкающие звуки. Плавным кошачьим движением Мэг набросилась на Бумер и заключила ее в яростные объятия.
— ОТДАЙ МНЕ СВОИ КАКАШКИ! — прорычала Мегара, обдавая лицо Бумер слюной мантикорского отродья.
Почувствовался слабый запах чего-то, пахнущего тухлыми яйцами и углем, а затем раздались три отчетливых шлепка — что-то твердое упало на плитку. Звук был похож на то, как если бы три шарика упали на пол и подпрыгнули. После некоторой задержки послышалось четвертое "плюх-динк", когда что-то другое, тоже твердое, ударилось о плитку, и Бумер издала крошечный возглас смущения. Затем раздался звук, похожий на сдувающийся воздушный шарик, и комнату заполнила сернистая вонь, от которой слезились глаза.
— Великолепно! — воскликнула Флурри Харт, очень похожая на свою мать в момент триумфа. — Скоро мы освободимся из этой тюрьмы и сможем спасти Понивилль от грязевых монстров. — Профессор Яйцеголовый, взорвите дверь, будьте добры. — Флурри топнула копытом, чтобы показать, что она в деле и что она здесь главная.
— Прости, Бум-Бум, — сказала Мегара, извиняясь перед подругой.
— За это ты купишь мне молочный коктейль, — прорычала Бумер, одарив подругу и соучастницу укоризненным взглядом. — Большой. Молочный коктейль с шоколадом и сельдереем из Сахарного уголка.
Напевая про себя, Сумак собрал четыре твердых, кремнистых драконьих камушка — взрывоопасный помет драконов. Он делал это так давно, что его это ничуть не беспокоило. Подняв их, Сумак наложил на них липкое заклинание, а затем начал прикреплять их вокруг дверной задвижки. Принцесса Флурри Харт восхищалась его смелостью: жеребенок не выказывал ни малейшего беспокойства по поводу того, что работает со взрывчаткой высокой мощности. Сомнений быть не могло: он был сыном Леди Луламун, известного эксперта по взрывчатым веществам и изготовителя изысканных фейерверков, любимых в Кристальной Империи.
— Да, эта дверь сейчас разлетится, — сказал Сумак, прищурившись, глядя на то, что он сделал. — Думаю, четырех достаточно.
Жеребенок отступил от двери, и Флурри Харт потянула своих спутников за собой в угол. Высунув язык, она наложила заклинание щита, которому научилась у своего папы. Немного подумав, она также наложила заклинание глушения звуков, поскольку, несомненно, будет шумно. По какой-то причине все приключения, которые она устраивала со своими друзьями, были шумными, и ее мама предпочитала возлагать вину за это на сумасшедшего жеребенка Луламуна.
И это было прекрасно, потому что Флурри, как и ее мать, знала, что она ни в чем не виновата.
На самом деле Сумак как раз собирался устроить большой переполох, потому что она увидела, как сверкнул его рог. Он собирался зажечь динамит из драконьих кишок и взорвать дверь. Это будет громко, и дверь исчезнет. Надеясь, что ее и ее друзей не постигнет участь двери, Флурри удвоила усилия, чтобы удержать щит.
Комната была заполнена густым удушливым дымом. Дверь и большая часть стены исчезли, и у Флурри зазвенело в ушах. Она заглушила большую часть звука, но сила взрыва, ударившего в щиты, изрядно потрепала ее голову. Она снова задалась вопросом, смогла бы она защитить их сама или Сумак как-то повлиял на ее способности своим внушением — трюк с доверием, проделанный ее драгоценным мошенником.
Мегара Львица, ее верная и самая надежная приспешница, шла впереди. Бумер пристроилась позади нее, а Флурри толкнула Профессора Яйцеголового на место перед собой. С любыми взрослыми, которые появятся рядом, придется разбираться, так как Флурри не была настроена играть. Понивилль был в беде, и Флурри Харт предстояло его спасти.
Огромные крылья Мегары, похожие на крылья летучей мыши, развеяли дым и пыль, расчищая путь. Рог Сумака светился, показывая, что он наготове, а Бумер использовала свой острый нюх, чтобы обнаружить любую приближающуюся угрозу, пока группа пробиралась по кристальному коридору замка Твайлайт Спаркл.
— Ты напугала меня до усрачки, Мэг!
— Я же извинилась, — ответила Мэг.
— Однажды я напугаю до усрачки тебя, млекопитающее!
Флурри слушала, как Сумак смеется вместе с Мегарой и Бумер. По ее мнению, моральный дух был на высоте. О том, как важен моральный дух в войсках, она узнала от отца и матери, которые были экспертами. Она уже планировала свои дальнейшие действия, свои шаги. Ей нужно было что-то дать своему колдуну, и им нужно было выбраться из замка Твайлайт.
Кроме того, нужно было срочно придумать какой-то план действий на случай, если они столкнутся с Твинклшайн. С ее няней Слит можно было справиться, с ее наставником, Санбёрстом, можно было договориться, к его логике можно было взывать, но Твинклшайн была воплощением смерти, концом всего сущего. Из трех матерей Сумака Твинклшайн была самой свирепой, защитницей, и Флурри не раз слушала лекции матери о материнской любви и ярости. Твинклшайн нельзя было умиротворить, ее можно было только остановить, вернув Сумака невредимым, чтобы она могла его обожать.
Очень грубый звук заставил Флурри остановиться, и остальные тоже. Пока четверо спутников наблюдали за происходящим, в поле зрения появилось одно из грязевых чудовищ. Оно представляло собой короткое, приземистое, двуногое существо из грязи, вокруг которого клубилось облако пыли. Куда бы оно ни шло, за ним оставался грязный след. Перед спутниками существо остановилось, развернулось и выставило перед ними свой отвратительный зад, покачивая им.
Потянувшись назад, оно шлепнуло себя по ягодицам руками, сделанными из грязи, издав противный хлюпающий звук, а затем пукнуло, извергнув облако пыли с несколькими грязными струйками. Шлепки руками продолжались, в ритме стаккато. Оно снова пукнуло, и в коридоре образовалась грязная куча.
— Гадость! Оно пукнуло на меня! — с отвращением воскликнула принцесса Флурри Харт. — Мэг! Убей его!
— Не знаю, хочу ли я…
— Мэг! Убей! — Флурри потребовала так, как могла только принцесса-аликорн.
На это отреагировала Бумер: она раздулась, выпятив шипы и перепонки. Словно разъяренная чаквелла, Бумер, казалось, увеличилась в три раза, а затем отвратительному грязевому монстру она противопоставила отрыжку. Мерзкая, булькающая, ужасающая отрыжка пронеслась по стенам и спутникам Бумер, а затем взрывная отрыжка Бумер воспламенилась. Зеленое пламя выплеснулось наружу и закружилось вокруг супергрязного чудовища.
У принцессы Флурри Харт была очень плохая реакция. Она села, ее бледно-розовый зад шлепнулся на пол, и она стукнула по груди своим изящным передним копытцем. Она тоже рыгнула, да так, как может рыгать только принцесса-аликорн, выросшая в окружении солдат. Грязевое чудовище перед Бумер исчезло в клубах дыма и появилось вновь мгновение спустя, когда Флурри Харт выплюнула его.
Флурри Харт чуть не блеванула, потому что этот вкус никак не хотел выходить из ее рта. Грязевое чудовище прощалось с Флурри прощальной дрожью, разбрызгивая грязь и нечистоты по лицу Флурри. Оно с грохотом упало на пол, поднялось и побежало прочь, разбрызгивая склизкую, липкую, пузырящуюся грязь и пукая при каждом шаге своих отвратительных корявых ног.
— Прости! — воскликнула Бумер, прикрывая когтями рот. — Я пока не могу это контролировать!
— Ваша принцесса требует зубную щетку и пасту! — Флурри Харт топнула копытом по полу, зашипела, а потом попыталась выплюнуть изо рта собственный язык.
— Это тебе за то, что Мегара напугала Бумер до усрачки.
Повернув голову, Флурри встретилась взглядом с Профессором Яйцеголовым и одарила его ледяным, властным взглядом Принцессы Шторма из-под своей грязевой маски. Однако он не выглядел впечатленным, совсем нет, и Флурри поняла, что над ее взглядом Принцессы Шторма нужно поработать. Она снова поперхнулась, гадая, выветрится ли когда-нибудь этот привкус из ее рта.
Вдалеке послышались крики и хлюпающие, трубные взрывы.
— Мы нужны Понивиллю! — воскликнула Мегара, расправляя крылья и демонстрируя зрелище мантикорского отродья, в которое она однажды превратится. Неподалеку послышалось гротескное мокрое хлюпанье, и Мегара повернула голову в его сторону.
— Уничтожители! Собраться! — скомандовала Флурри Харт, все еще пытаясь восстановить самообладание принцессы после изрыгания грязевого монстра, отправленного ей посылкой от Бумер. — Приготовьтесь стать героями! Приготовьтесь к славе! Приготовьтесь быть величественными!
— Приготовьтесь к тому, что вас навсегда посадят под домашний арест, — добавила Бумер, выпустив дым.
— Да, может, и так, но такова цена доброго дела! — Флурри Харт, все еще немного отплевываясь, приняла царственную позу аликорна, расправив свои огромные крылья, которые ей еще предстояло отрастить, — крылья, с которыми по их ужасающему размеру могла соперничать только Мегара. — Я собираюсь показать своим подругам-принцессам, что у меня есть все, что нужно, и все вы — мои особые помощники-принцессы!
— Твайлайт обычно тратит меньше времени на болтовню и больше — на шлепки, — заметила Мегара.
— Тише ты, большая волосатая морда, а то я тебя пришибу! — крикнула Флурри, очень похожая на своего дядю. Потянувшись одним крылом, она от души шлепнула Мегару по голове, но Мегара это проигнорировала. Приятно иметь друзей, которые так же неуязвимы, как и она. — Идемте, друзья, спасать Понивилль!
Встреча конкурентов
Маленькой принцессе Флурри Харт показалось забавным, что никто не пытался их остановить. Должно быть, это был такой кризис. Правда, все эти бега и крики показались ей чересчур драматичными. Часть замка Твайлайт находилась в осаде и была довольно грязной. Некоторые пони, земные пони, бродили в оцепенении, в них чувствовалось что-то неправильное, но она ничего не могла поделать.
Когда в поле зрения появилась алхимическая кладовая, Флурри остановилась и сказала:
— Ну что ж, Профессор Яйцеголовый.
— Это займет у меня некоторое время. — Сумак посмотрел на дверь. — Она каждый раз меняет защиту в качестве теста.
— У нас нет времени на тесты. — Флурри с ужасом посмотрела на дверь, и ее рог начал светиться. Потянувшись разумом, она схватила дверь телекинезом — та немного сопротивлялась, но на самом деле дверь была защищена только от заклинаний колдовства. Стиснув зубы, она сорвала дверь с петель и отшвырнула ее в сторону. Дверь с ужасающим треском упала на пол, и она торжествующе вскочила на ноги.
— Та-да!
— Твайлайт меня убьет! — ныл Сумак.
— Нет, не убьет. — Флурри Харт одарила Сумака царственным кивком. — Я буду защищать тебя.
— Твайлайт пройдет сквозь тебя и убьет меня, — настаивал Сумак.
— Я потребую, чтобы она наказала меня. — Флурри жестом указала на шкаф с припасами. — Достань яблочные пастилки, которые тебе нужны, потому что мне нужен суперзаряженный колдун.
— Я должен был разобраться с оберегами как с головоломкой.. урок… за уроком… Твайлайт будет супер-пупер злиться, что я не выучил урок… ей будет плевать на дверь, но она обрушит на меня всю ярость аликорна за то, что я не выучил урок! — Сумак, близкий к панике, начал глотать воздух большими глотками и опустился на пол, почти хрипя.
— Я защищу тебя, мой друг, — пообещала Флурри Харт. Она посмотрела на Мегару, ища помощи или успокоения — она не знала, что ей нужно в данный момент, — а потом на Бумер. Ни та, ни другая, похоже, не знали, как все исправить. — Сумак?
— Твайлайт не просто мой учитель, она мой друг и моя тетя! Я не хочу ее подвести! Уроки — вот что важно!
Почувствовав, что Сумак расстроен, Флурри Харт подошла к нему, села рядом и обхватила его одним из своих огромных крыльев. Она притянула его к себе, обняла, пытаясь успокоить, зная, что им нужно идти дальше, но и понимая, что один из ее маленьких пони страдает.
— Когда все закончится, я извинюсь перед Твайлайт, чтобы сгладить ситуацию, потом мы попросим Твайлайт починить дверь, а когда дверь будет исправлена, мы с тобой сядем и вместе поработаем над уроком. Хорошо? Это будет отличный урок, потому что мы будем делать его вместе.
—Хорошо. — Сумак вздрогнул и посмотрел на оторванную дверь, лежащую на полу. — Я не против неприятностей, но Твайлайт как-то странно относится к своим урокам. Это единственный момент, когда она действительно разочаровывается во мне, и я ненавижу это. Это больнее всего. Я не против неприятностей, но есть черта, которую я просто не переступаю.
Флурри все понимала. То, что Санбёрст, ее наставник, злился на нее, было достаточно плохо, но то, что он разочаровался в ней, — ЭХ! — это было хуже всего. Наклонившись, она поцеловала Сумака в щеку, чтобы подбодрить его, а потом поправила ему очки, которые в какой-то момент сбились. Еще раз прижав его к себе, она жестом указала на кладовую с алхимическими припасами.
— Нам нужно спасать пони, — сказала Флурри своему удрученному спутнику, другу и партнеру по переписке.
Их первоначальное впечатление от Понивилля было ужасным. Все стремительно ухудшалось. Небо над головой было заполнено густой пылью. Дым поднимался от горящих зданий. Вокруг них слышались звуки хаоса. Звон бьющегося стекла, треск дерева, гулкий стук разбиваемых кирпичей. Флурри воспринимала все это своими чувствами, усиленными колдовством, и испытывала ярость.
Ее маленькие пони оказались в такой страшной опасности.
Подняв голову, она увидела, что с неба падает пегас, его крылья были покрыты толстым слоем липкой грязи. С жутким спокойствием она отдала Мегаре команду:
— Мэг! Спасай!
На этот раз не было никаких колебаний, как в тот раз, когда Флурри скомандовала: "Мэг! Убить!" Мегара расправила свои огромные крылья, похожие на крылья летучей мыши, ее перепонки и сухожилия заскрипели. Легким рывком она поднялась в воздух и полетела так, как умеют только кошки. Настигнув добычу, Мегара с потрясающей скоростью бросилась наперехват.
Флурри кивнула, когда пегас был пойман в воздухе, и наблюдала, как Мегара спускает его на землю, не причинив вреда. Она уже начала оценивать ситуацию: похоже, грязевые монстры как-то влияли на земных пони и могли лишить пегасов возможности летать. Нужно было еще многое узнать, но с суперзарядом от Профессора Яйцеголового учиться было легко.
Пони-пегас лежал на ступенях замка Твайлайт, который сильно пострадал в ходе боев. На нем были трещины и отколотые места. Флурри не беспокоилась — как и живые кристаллические конструкции её дома, замок со временем восстановится, пока в нём есть любовь и дружба.
Сбитого пегаса подняла кобыла-единорог, которая втащила его в замок Твайлайт. Мегара спрыгнула с лестницы и заскользила на крыльях. Она приземлилась там, где стояла Флурри, а затем нависла над своими гораздо меньшими подругами, надеясь защитить их. Вдалеке раздался громкий треск, за которым последовал безошибочный звук рушащегося здания.
— Мне жаль того жеребенка, который обижает пони, когда я рядом! — прорычала Мегара.
— Точно. — Флурри расправила крылья и приняла благородную позу. — Уничтожители, идем искать неприятности!
Неприятности не заставили себя ждать, и их легко было найти. Завернув за угол, Флурри увидела пару грязевых монстров трех метров в высоту. Ловко увернувшись, она уклонилась от потока грязи, хлынувшего на нее, и подняла щит, чтобы подстраховаться. Второй поток грязи попал в щит и заставил его померкнуть. Он мерцал, трещал и грозил рассыпаться. Что-то в грязи замыкало ее магию, и она знала, что колдовство Профессора Яйцеголового работает на обе стороны. Она стала сильнее, но и ее враги тоже.
Неподалеку единорог был заключен в грязь и каким-то образом зафиксирован на месте. Несколько земных пони бродили вокруг в оцепенении, их глаза были наполнены странным зеленым свечением. Когда они шаркали по земле, их копыта поднимали еще больше пыли. Однако у Флурри не было времени все изучать, потому что два грязевых существа ростом в три метра пукали в нее грязью, шлепая себя по большим дряблым ягодицам.
— О, это просто гадость! — воскликнула Бумер, прижимаясь к боку Флурри.
Флурри открыла огонь, не зная, что еще сделать, и каждый ее выстрел заставлял грязевых чудовищ кипеть в том месте, куда их поразило. Теперь это были кипящие грязевые существа, что, по мнению Флурри, было гораздо опаснее. Высунув язык, она выпустила в одного из них всю свою силу. Он взорвался, обдав их пузырящейся грязью, которая разлетелась вокруг в большом радиусе.
Профессор Яйцеголовый присоединился к ним и стал стрелять в другого, но толку от этого было мало. Флурри восхищалась его попытками. Его настоящая сила заключалась не в заклинаниях, которые он мог накладывать, а в том, что он делал других сильнее. Он был колдуном, всесильным и всемогущим колдуном, призом каждой принцессы. Флурри Харт чувствовала себя счастливой оттого, что он принадлежит ей.
Разлетевшийся на части грязевой монстр уже восстанавливался, и десятки маленьких миниатюрных грязевых существ ростом в двадцать сантиметров бегали вокруг него, шлепая себя по животам, пукая и разбрызгивая грязь повсюду. Некоторые из них сливались вместе, образуя более крупных грязевых чудовищ. Это было плохо, и Флурри знала это. Некоторые из грязевых монстров рыли землю и копались в ней.
— Нам нужен план, Профессор Яйцеголовый! — скомандовала Флурри, изо всех сил стараясь не выдать паники. — Если ты ничего не придумаешь, мы окажемся по уши в грязевых монстрах!
— У меня нет крыльев, — ответил Сумак.
— Не искушай меня! Я придумаю, как сделать тебя аликорном! — Флурри начала стрелять по мелким грязевым монстрам, надеясь замедлить их превращение в нечто большее.
— Нет! — прохрипел Сумак, потрясенный самой этой идеей.
Раздалось нечто, похожее на сверхзвуковой треск, и у Флурри зазвенело в ушах, когда ударная волна накрыла ее. Глаза аликорна позволили ей разглядеть некоторые детали: Пеббл Пай летела над головой, выставив одно переднее копыто вперед, а другое — назад, в ударную позицию. Вокруг нее дребезжали здания и стекла, а усиленный колдовством интеллект аликорна подсказывал Флурри, что Пеббл несется со скоростью примерно триста метров в секунду. Намечалось грандиозное столкновение, и выделение энергии в результате будет представлять собой математическое уравнение, которого она не понимала.
Схватив всех троих друзей, Флурри притянула их к себе, а затем бросила все силы на свои щиты — все это произошло меньше чем за мгновение. Пеббл столкнулась с грязевым монстром высотой в три метра, и возникшая ударная волна ослепила Флурри Харт, которая не могла видеть, какой ужасный хаос был устроен.
Пеббл, забрызганная грязью, стояла на трех ногах и разминала четвертую, которой ударила грязевого монстра. Того больше не было, просто не было, остались только капли и брызги грязи, которые покрывали все доступные поверхности на метры и метры вокруг них. Флурри была впечатлена.
— Привет, Профессор Яйцеголовый, — проворчала Пеббл, смахивая грязь с передней ноги.
— Привет, Пеббл! — Сумак помахал ей в ответ с идиотской ухмылкой на лице.
Когда два особенных пони обменивались дружескими приветствиями, к ним присоединилась еще одна пони. Олив, перепачканная грязью, рысью подошла к Пеббл, а затем настороженно огляделась по сторонам в поисках опасности. Флурри помахала ей, радуясь появлению еще одного друга и коллеги-супергероя. Громилам всегда были рады, даже если они были конкурентами, Профессор Яйцеголовый был неравнодушен к ним обеим. Громилам было не до творчества и тонкостей, они просто били очень сильно, и в этом была их суперсила. Иногда достаточно было ударить очень сильно.
Потому что когда любовь кончалась, всегда оставалась справедливость. Когда справедливости не было, оставалась сила. А когда силы не было или ее не хватало, всегда оставалась мама. Мама, в свою очередь, проходила через различные уровни эскалации: любовь, справедливость, сила, а затем появлялась Тетушка.
— Я вижу, что Уничтожители сбежали. — Олив ухмыльнулась и кивнула Флурри с сарказмом и уважением.
— Ни одна тюрьма нас не удержит, — сказала Мегара Олив. Подняв лапу, она помахала Пеббл. — Привет, сестренка!
— Как обстоят дела? — Флурри чувствовала, что необходимо получить больше информации, а Пеббл была умной, сообразительной пони, как и ее мать. Она была отличным источником информации и довольно милой, хотя Флурри никогда бы не сказала об этом вслух. Это было бы неловко и странно.
— Грязевые монстры отвратительны и не хотят угомониться, — ответила Пеббл, помахав своей сестре Мегаре. — Пыль и грязь мешают пегасам летать. На слабых единорогов эта же пыль и грязь действуют подавляюще, лишая их магии. Слабовольные земные пони попадают под контроль грязевых монстров, и те бегают по кругу, создавая еще больше пыли, которая поднимается в воздух, мешая пегасам и создавая еще больше грязевых монстров.
— Звучит грязно. — Флурри совсем не понравилось то, что она услышала. Нет. Ни капельки.
Пока они обменивались словами, маленькие грязевые монстры вокруг них превращались в больших грязевых монстров. Олив разнесла одного из них в капли грязи, не сводя глаз с собравшейся и ожидая реальной угрозы. Воздух наполнился отвратительным хлюпаньем и бульканьем.
Земля задрожала, и Флурри Харт издал писклявое:
— Мип!
Олив приняла оборонительное положение, а Пеббл прижалась к боку Олив. Мегара расправила крылья, разминая лапы. Сумак навострил уши, прислушиваясь к неприятностям, а Бумер выпятила шипы. Что-то происходило, но никто из собравшихся героев не знал, что именно.
С поразительной внезапностью земля разверзлась, и воздух наполнился ароматной вонью нечистот. Раздался отвратительный хлюпающий звук, и земля, содрогаясь, устремилась вверх. Из только что разорванной канализации вылезло нечто ужасное, нечто кошмарное.
Это была не обычная грязевая тварь.
У Флурри открылся рот, и она смотрела на огромного монстра, который все еще рос, ужасаясь его виду и испытывая тошноту от запаха. Это был враг, неподвластный никому из них, но Флурри знала, что будет сражаться с ним. Она будет бороться с ним, потому что была аликорном, а это чудовище нарушало гармонию. А еще здесь было полно кукурузы, и от вида всего этого желтого у Флурри по необъяснимой причине слабели колени.
— ЭКСКРЕМЕНТАЛЬНО! — закричал Профессор Яйцеголовый во всю мощь своих легких. — ВОТ ДЕРЬМО!
Урок получен
Изогнув брови самым превосходным, самым изящным образом, принцесса Флурри Харт смотрела на своего врага. Это был настоящий враг, настоящая и реальная угроза. Это было нечто, способное убить маленьких пони, о которых она заботилась. Странная ненависть бурлила в ее сердце, а тонкие розовые волоски вдоль позвоночника встали дыбом. Ее губы скривились в оскале, обнажив идеальные, безупречные, квадратные зубы.
Мегара готовилась к насилию и держала в передних лапах ось повозки, стоя на задних лапах с расправленными крыльями, помогающими ей держать равновесие. Флурри оценила силу Мегары: она не была земной пони, но умела летать и была ловкой. Рог Олив заряжался, и Пеббл, преданная сестра Мегары, тоже встала на дыбы. Бумер надулась и теперь трясла своими перепонками и шипами перед большим какашечным монстром. Казалось бы, ничего особенного, но Бумер охотно отвлекала внимание Сумака, выглядя как гораздо более опасная угроза.
— Берегите Сумака, — приказала Флурри, встав между экскременталем и своим драгоценным колдуном.
— Мне жаль того жеребенка, который обидит нашего колдуна! — С этими словами Мегара бросилась на аморфную массу, угрожавшую ей и ее друзьям. Ось повозки была поднята высоко над головой, и она с силой обрушила ее вниз, похоронив в грязевом чудовище. Брызги грязи, испражнений и кукурузных зернышек полетели в стороны, а ось повозки наполовину разрубила голема.
Раздался отвратительный булькающий звук, и фекальный враг начал собираться воедино. Молниеносно развернувшись, он вырвал ось из лап Мегары, а затем изменил движение на противоположное. Раздался громовой треск, когда Мегара получила удар по голове своей же осью от повозки, и мантикорское отродье отшатнулось, ошеломленное, но не поверженное. В знак неповиновения она подняла один средний коготь на лапе и бросилась на грязевое чудовище, так как Мегара хотела, чтобы его гнев был направлен на нее, а не на ее друзей.
Пеббл бросилась вперед, чтобы защитить сестру, но грязевое чудовище было быстрым, слишком быстрым, и с вульгарным, отвратительным хлюпаньем оно изменило форму, выдвинув ось и сформировав руку, которая держала ось как дубину. Размахнувшись дубиной с прилипшей к ней кукурузой, она нанесла Пеббл мощный удар, отправив ее в полет по дуге. Она летела так высоко, так далеко и так быстро, что махнула на прощание ногой и исчезла из виду.
— Пеббл! — в панике закричал Сумак.
Олив выпустила мощный импульс, но он прошел мимо, потому что она попыталась увернуться. Из чудовища вырвался дымящийся усик, покрытый туалетной бумагой, и вцепился в Олив, покрыв ее грязью и отшвырнув в сторону. Мегара бросилась на него с когтями наперевес, но грязевое чудовище выпустило еще больше щупалец из патоки, чтобы справиться с могучим мантикорским отродьем. Мегара издала вопль, когда ее схватили, развернули и с силой швырнули в сторону.
Причудливая кошка с крыльями летучей мыши столкнулась с домом, и, поскольку это был дом, а она была львицей Мегарой, дом, как того требовал естественный порядок вещей, поддался. Стена рухнула, Мегара болезненным, кошачьим пушечным ядром с визгом ярости пробила дом, который рухнул на нее с ужасающим грохотом. Поднялась пыль, жилище рухнуло вниз, и крыша упала на землю.
— Мяуч! — Крик Мегары пробился сквозь обломки, под которыми она была погребена, и дал друзьям знать, что она жива.
Дрожа от ярости, Флурри пустила в ход все свои силы, чего ей было велено не делать ни при каких обстоятельствах. Она промахнулась, и огромный кусок замка Твайлайт превратился в клубы дыма. Флурри, ошарашенная собственным выстрелом, не успела ничего предпринять, в то время как грязевое чудовище ударило ее усиком грязи.
Она отлетела назад, перед глазами замелькали звезды, и в этот момент она поняла, что не так уж и неуязвима, как могла бы надеяться. Это была самая страшная боль, которую она когда-либо испытывала в своей жизни… нет, не так — она закричала, когда ее тело врезалось в дом, и она узнала, каково это — быть Мегарой. Головой вперед она прошла сквозь стену, сквозь бревна, сквозь кирпичи, сквозь штукатурку. Это была самая сильная боль, которую она когда-либо испытывала в своей жизни. Пребывание под защитным крылом матери не подготовило ее к этому, это было хуже всего.
К тому же на нее рухнула половина дома — дома, который был сделан из гвоздей, стекла, дерева, кирпичей и других болезненных, неумолимых, ужасных вещей, которые теперь на нее давили. В этот страшный, ужасный момент Флурри осознала, насколько сильно ее мать, отец, тети и дядя защищали ее, оберегали от бед. Остатки дома покачнулись, и тяжелая балка крыши рухнула. Она упала ей на бок, создав огромную нагрузку на ребра, выбив из нее весь воздух и оставив ее беспомощной.
Она чувствовала, как отовсюду сочится горячая, липкая кровь. Неведомые вещи пронзили ее плоть и глубоко врезались в нее. Это не должно было закончиться так. Это должно было быть весельем, скачкой, она должна была сокрушить своих врагов и показать всю свою силу и величие принцессы-аликорна. Маленькой Флурри хотелось плакать, но она твердо решила этого не делать. Снаружи раздался страшный крик, и она надеялась, что с Сумаком все в порядке. Горячие слезы застилали ей глаза, а обломки снова сдвинулись с места.
В поле зрения Флурри попала Мегара, выглядевшая гораздо хуже, чем обычно. Могучее мантикорское отродье вонзило когти в массивную балку крыши, прижавшую Флурри, а затем, издав гулкий рев, от которого загрохотали обломки, и со всей своей мантикорской мощью навалилась на нее. Балка поднялась вместе со всем разрушенным домом, и Флурри почувствовала, как ее тело освобождают. Повернув голову, она увидела белокурого Сумака, который стоял на разрушенной столешнице, чтобы защитить свои копыта от битого стекла, и с облегчением убедилась, что с ним все в порядке.
— Второй раунд! — прорычала Мегара, когда Флурри поднялась на ноги.
Выбравшись из-под обломков, Флурри предстала перед величественным зрелищем. По дороге неслась на двух ногах Пеббл, обнимая передними ногами телеграфный столб. Где и как Пеббл нашла телеграфный столб, было неизвестно. Еще более неизвестно было, как Пеббл бежит с телеграфным столбом длиной в двенадцать метров. Флурри раскрыла рот от удивления, когда Пеббл остановилась, но не потеряла темп, замахнувшись на экскременталя.
Когда телеграфный столб столкнулся с какашечным монстром, раздался неописуемый звук — как будто ложка шмякнула по пудингу, только гораздо, гораздо хуже и куда более вульгарно. С мокрым шлепком экскременталь был запущен — он не взорвался, как ожидала Флурри, — и пролетел довольно большое расстояние.
Подбежав еще раз, Пеббл запустила свой импровизированный гарпун — телеграфный столб, который должен был весить более трехсот килограмм. Рот Флурри открылся еще шире, когда она увидела, как самодельный гарпун пролетел по воздуху и с противным булькающим звуком столкнулся с грязевым чудовищем в полете, угодив прямо в его огромную щель и издав при этом непристойный хлюпающий звук, очень похожий на то, как если бы капустный салат и заварной крем размазывали друг по другу. Флурри не знала, почему она об этом подумала, но подумала именно так.
Пеббл была титаном, теперь Флурри это было ясно, и она боялась за безопасность Сумака, когда произойдет неизбежный брак. Она встряхнулась, и от ее тела и крыльев полетели щепки, обломки и битое стекло. С ревом Мегара поднялась в воздух, и Флурри последовала за ней, объятая благоговейным трепетом.
Грязевой какашечный монстр становился все больше, и с ним сливались более мелкие грязевые монстры. Он был настолько же мерзок, насколько и опасен, и Флурри на собственном опыте убедилась, что опасного врага нужно уважать. Это была не глупая игра. Взмахивая крыльями, она держалась на расстоянии, пока делала выстрелы, а Мегара служила ей щитом, перехватывая все, что металось в воздух.
На земле Пеббл мешала монстру, уклоняясь и прыгая, отвлекая его внимание. Олив тоже делала выстрелы, а ее мощные телекинетические удары уже стали достоянием легенд и преданий, что вызывало у Флурри зависть. Ей хотелось уважения и признания, а у Олив их было в избытке. А еще у Олив так много контроля. Сумак притаился за каменной подпорной стеной, держась подальше от опасности, а Бумер была его последней защитой.
Как они ни старались, продвинуться вперед не удавалось. На каждую отстреленную часть чудовища приходилось еще больше, когда другие маленькие грязевые монстры появлялись и сливались с большим. Почти скользя, Флурри обогнула голову чудовища и прикинула, что его рост должен был составлять шесть метров или больше. Она увернулась от брошенной повозки и была счастлива, что Мегара тоже успела убраться с ее пути.
Сумак сделал их всех сильными, но его колдовская сила сделала сильным и какашечное чудовище. Флурри поняла, какую опасность представляет собой колдун, и извлекла урок: сила — ничто без опыта. Флурри и ее Уничтожители были просто силой, без опыта. Против противника равной силы они мало что могли сделать, разве что нанести значительный материальный ущерб, в чем они, похоже, преуспели.
С огромным сожалением Флурри осознала, что они зашли в тупик.
На помощь пришли опытные защитники Понивилля. Рейнбоу Дэш покачивалась в воздухе, ее крылья были покрыты грязью, но каким-то образом она все равно летала. Твайлайт Спаркл была такой же, но гораздо, гораздо более неуклюжей. А еще была величественная Леди Луламун, которая не летала, а рысила по улицам, выглядя холеной, чистой и безупречной.
На Флурри это произвело неизгладимое впечатление.
— Мам! — В голосе Сумака слышалась надежда.
— Малыш, как дела? — В голосе Трикси слышалась уверенность.
— Не очень, мам.
Флурри с трудом расслышала сказанное. Рейнбоу начала кружить вокруг монстра, чтобы отвлечь внимание, и Твайлайт подлетела к Флурри. Ей было трудно смотреть тете в глаза, но она все равно сделала это, вызывающе, гордо и отказываясь признать свою вину. Флурри тоже была принцессой-аликорном, неважно, родилась ли она ею, и она как-нибудь докажет свою значимость, заслужит уважение, которого требовала и жаждала больше всего на свете.
— Ты не там, где я тебя оставила, — бесстрастно заметила Твайлайт.
— Возможно, я немного разнесла твой замок, — призналась Флурри, а затем уклонилась от грязевой ракеты, покрытой кукурузой.
Грязевой монстр, возможно, обидевшись на чистую, сверкающую шерсть Трикси, бросился в атаку на самодовольного единорога. На Леди Луламун обрушилась воронка грязи, торнадо из дерьма, и Твайлайт устремилась на перехват. Флурри в ужасе наблюдала за происходящим, зная, что вихрь обладает мощной всасывающей силой.
Трикси оказалась под ударом, ее заляпало грязью, нечистотами и, что еще хуже, погребло под толщей отходов. Они затвердели, и Трикси превратилась в статую, облепленную кукурузой и обрывками туалетной бумаги, а сердце бедной Флурри Харт заколотилось в горле. Флурри закричала, ненавидя, что Сумак стал свидетелем ужасной смерти своей матери. Она начала спускаться вниз, чтобы броситься к Сумаку, но тут произошло нечто, заставившее ее остановиться.
Трикси взорвалась яркой вспышкой пламени, отправив в полет укутавшую ее грязь. С раздраженным видом она подняла голову, и ее серебристая грива взметнулась вокруг головы, а от тела, безукоризненно чистого и безупречного, исходили лучистые переливы тепла.
— ТЫ СМЕЕШЬ ОСКВЕРНЯТЬ ШЕРСТКУ ВЕЛИКОЙ И МОГУЩЕСТВЕННОЙ ЛЕДИ ЛУЛАМУН? Я, ВЕЛИКАЯ И МОГУЩЕСТВЕННАЯ ТРИКСИ, СОТРУ ТЕБЯ С ЛИЦА ЗЕМЛИ!
— Мам!
— После этого с ней не будет никакой жизни, — ворчала Твайлайт. Повернувшись в воздухе, Твайлайт оказалась лицом к лицу со своей племянницей. — Флурри! Заморозь его!
Ох. Почему она об этом не подумала? Чувствуя себя более чем неловко, Флурри осознала, что ее противник — в основном вода, а она — Флурри Харт, она — Принцесса Шторма, она — Сердце Зимы. Ну, когда ей позволяла мать. В основном же она использовала свои силы для изготовления огромных партий мороженого во время летних фестивалей в тщательно контролируемых условиях.
Трикси подняла светящуюся телекинетическую стену, служившую щитом, и двинулась вперед, самоуверенная, дерзкая и невозмутимая. Сумак бросился к матери, а Бумер — следом за ним. Твайлайт сформировала мощный щитовой пузырь вокруг себя, Мегары и Флурри Харт. Тем временем Флурри согревалась… или охлаждалась?
Температура упала, и в Понивилле подул холодный ветер, а рог Флурри Харт начал светиться. Пеббл и Олив отступили и теперь стояли рядом с Трикси, присоединившись к Сумаку и Бумер. Флурри почувствовала легкий страх — ей было трудно контролировать свои штормовые силы, а мама не разрешала ей тренироваться. Мать твердила, что тренировки начнутся, когда она подрастет и ее силы созреют, но Флурри, как и подобает капризному жеребенку, хотела заниматься сейчас. Это было причиной многих ссор между ней и матерью.
Поэтому, сильно сомневаясь, Флурри Харт вызвала бурю, огромную метель, источник холода, из которого она могла бы черпать силы и помогать своей тетушке Твайлайт уничтожать грязевых монстров, угрожающих Понивиллю. Небо над головой потемнело и стало серым, сгустились тучи, и завыл свирепый зимний ветер.
— Флурри, — сказала Твайлайт спокойным голосом. — Ты не подведешь… Я верю в тебя…
Быстрее, пойте колядки!
С тетей, колдуном и друзьями рядом с ней не было ничего, что она не могла бы сделать, и Флурри чувствовала в себе силы. Летать было трудно, пыль, покрывавшая крылья, что-то делала с ней, воздух словно не хотел двигаться вокруг ее крыльев. Это было странное состояние, но Мегара, казалось, ничуть не страдала. Конечно, у Мегары были совсем другие крылья, чем у Флурри.
Она подумала о том, что любил говорить ее учитель, Санбёрст: "Радуйся различиям".
Ситуация выглядела довольно мрачно. Были видны другие гигантские грязевые чудовища, и они с грохотом неслись к тому месту, где находилось большое грязное какашечное чудовище. Флурри знала, что когда они соберутся вместе, то сольются и станут еще большим монстром. Некоторые из них выглядели очень необычно, а один, который приближался, казалось, был сделан из мусора или компоста. Может быть, из мусора и компоста. Что бы это ни было, оно должно было слиться с какашечным монстром и превратиться в нечто супер-гигантское.
Над головой бушевала буря, и Флурри чувствовала, как ее сила растет по мере того, как буря набирает силу. Она и шторм были связаны между собой непонятным образом. Тарнишед Типот, герой королевства и Гелиофант Друидов, пытался помочь ей раскрыть свои таланты, но, как оказалось, он и сам не очень-то в этом разбирался. Правда, вместе они вызвали довольно сильную бурю, и мама немного испугалась, но все обошлось, ведь они с Тарнишем были на острове у побережья Эквестрии, и буря осталась в океане.
Пока Твайлайт и Трикси отстреливали куски от грязевого монстра, чтобы занять его, Флурри кружила вокруг и позволяла своей силе нарастать. Все пони казались в безопасности, а с Твайлайт ничто не могло пойти не так. Конечно, Флурри была избита, окровавлена и все еще истекала кровью из слишком многих мест, чтобы перечислять, но все будет хорошо. Скоро все закончится.
— Я не очень хорошо провожу время!
Голос был слишком знаком, и Флурри начала оглядываться по сторонам.
— Да ладно тебе, Санбёрст, это было замечательное свидание!
— Я приехал в Понивилль не для того, чтобы сражаться с грязевыми монстрами!
— Нет, я полагаю, что нет. Ты приехал в Понивилль с Флурри Харт в надежде пообжиматься со мной, когда и если у тебя будет свободное время. — Пронзительный смех эхом разносился между домами, некоторые из которых были разрушены, а некоторые все еще стояли.
— Нет, я также приехал вовсе не с целью просто пообниматься с тобой.
— Ой, как больно, Санбёрст, как больно!
Даже грязному какашечному монстру, похоже, стало любопытно такое развитие событий, и он приостановился, чтобы послушать. Когда в действии наступило явное затишье, Твайлайт прекратила стрельбу — передохнуть. Трикси повторно применила заклинание щита и начала заряжать свой рог, который светился с пугающей интенсивностью. Когда она выстрелит, это будет просто ужас.
— Глимми, я не это имел в виду!
— Ну и что же ты имел в виду?
В поле зрения попали два единорога, грязные и перепачканные. Очки Санбёрста были перекошены, а его плащ был заляпан грязью. Старлайт Глиммер немного пританцовывала, хотя в данный момент выглядела довольно расстроенной. Флурри уже привыкла к этому, ведь эти двое всегда ссорились, когда собирались вместе, а потом было много чавкающих примирительных поцелуев.
— Глимми, я приехал в Понивилль, чтобы задать тебе очень важный вопрос…
— Да? — Старлайт приостановилась на полушаге.
— И я хотел, чтобы все было идеально, когда я задам этот вопрос, а грязевые монстры просто все испортили, и теперь я просто не знаю. Мне очень тяжело.
Громадный экскременталь сгорбился и посмотрел на пару, а они уставились друг на друга. Немного сладкой желтой кукурузы вытекло из уголков двух черных, как смоль, глаз, которые образовались на его отвратительной, бугристой морде. Олив обнимала Пеббл, и глаза обеих кобылок мерцали теплыми женскими чувствами.
— Ну, давай, задавай свой вопрос, — потребовала Старлайт Глиммер и прижала свою грязную мордочку к мордочке Санбёрста.
Сердце Флурри сейчас было мягким и податливым — ей было плевать на свои травмы, на шишку размером с гусиное яйцо на затылке, на десятки рваных ран и многочисленные синяки, которые позже превратятся в различные оттенки уродства. Она просто хотела, чтобы ее наставник был счастлив, и все пони согласились, что это давно пора было сделать. Судьба распорядилась так, что двое влюбленных оказались разлучены.
Точнее, судьба и сама Флурри Харт. Санбёрст работал её наставником, и она всегда чувствовала себя ужасно виноватой. Она не знала, чем все это закончится и что может измениться, но надеялась, что ее наставник будет счастлив, ведь он этого заслуживал. Санбёрст был ее лучшим другом столько, сколько Флурри себя помнила, начиная с первых смутных воспоминаний, когда она была еще годовалым жеребенком. Он был членом семьи, его лицо она видела каждое утро за завтраком, и он всегда был рядом с ней, как и Слит, ее няня.
Каким бы прекрасным романтическим моментам, которые должны были произойти, не суждено было случиться. У экскременталя были другие, более ужасные, более страшные, менее романтичные планы. Его лицо исказилось, изменив форму, и превратилось в гигантскую аморфную пару грязных ягодиц. С мерзким бульканьем они извергли из себя потоки грязи и обрушились на двух влюбленных, наслаждавшихся нежным моментом.
Санбёрст и Старлайт Глиммер превратились в две статуи, а грязь вокруг них затвердела, как камень. Флурри испустила гневный вопль, Мегара зарычала, Бумер издала не настолько громкий и гораздо более писклявый рев, а Твайлайт бросилась в атаку. Трикси испустила свой суперзаряженный выстрел, и в результате в груди грязевого монстра образовалась дыра размером с огромную тыкву.
— ГРУБО! — воскликнула Пеббл, принимая более боевую позу, чем обнимающаяся Олив.
— Я была эмоционально вовлечена в это! — крикнула Олив, когда грязевое чудовище начало восстанавливаться после того, как в его туловище проделали огромную дымящуюся дыру. Сияя рогом, Олив начала поднимать куски обломков вокруг себя, делая это без усилий, без напряжения, и швырять их в грязного, вонючего, отвратительного экскременталя, разрушившего такой милый, трогательный момент.
Пыль в воздухе, препятствующая полету, стала слишком сильной для Рейнбоу Дэш, и она начала терять контроль над полетом. Она снизилась, увлекая за собой пыль, грязь и обломки, но пока не достигла земли. Ее крылья слишком слиплись, чтобы летать, ее магия иссякла. Трикси бросилась на помощь и с легкостью поймала Рейнбоу, прежде чем та успела набрать слишком большую скорость, чтобы с ней можно было справиться.
Земля задрожала от приближения других гигантских грязевых монстров, и Флурри услышала далекий рев. Повернув голову, она увидела гигантского Спайка возле больницы, он был большим, гораздо, гораздо больше, чем во время завтрака. Твайлайт или кто-то другой наделил его огромными размерами, и теперь Спайк сходил с ума. Острые глаза аликорна Флурри разглядели крошечного перламутрового единорога с пастельно-розовой гривой, стоящего на его голове. Крошечный единорог на голове Спайка был страшнее, чем сам Спайк, потому что Твинклшайн была именно такой пони. Твинклшайн была слишком заботливой мамочкой после того, как отдала часть своей души Сумаку, так говорила мама Флурри.
По крайней мере, в больнице было безопасно.
Черпая энергию из метели, Флурри выпустила залп холода. Он замедлил движение грязевого монстра, но не заморозил его. Трикси работала над освобождением Старлайт и Санбёрста. Пеббл и Олив вместе отвлекали внимание от Трикси, чтобы она могла работать в относительной безопасности. Старлайт, несмотря на всю свою силу, не могла освободиться от грязевого панциря, истощающего магию, и Флурри знала, что потом будут сказаны слова, которые она не должна была слышать или знать. Ужасные слова, такие, какие мог бы сказать Сумак, если бы вышел из себя. По крайней мере, в словах Старлайт не было магии.
Вокруг них кружился снег — большие белые пушистые хлопья. Температура падала, и Флурри чувствовала, как становится сильной, очень сильной. Она черпала силу из штормов, так много силы, и могла вызывать штормы, набирать силу, и призывать еще больший шторм, набирать еще больше силы, и так до тех пор, пока не случится что-нибудь интересное. Никто не знал, что может случиться, если Флурри продолжит в том же духе.
Но Тарниш сказал, что это будет здорово, и Флурри была склонна согласиться.
Стиснув зубы, Флурри выпустила луч чистой криохирургической энергии, сырого элементального холода, и части огромного грязного какашечного монстра затвердели, стали хрупкими и рассыпались. Это воодушевило ее и вселило надежду — она действительно видела урон. Температура вокруг нее начала падать, а ветер усилился, затрудняя полет.
— Флурри! — Голос Санбёрста был магически усилен, чтобы его можно было услышать сквозь бурю. — Подумай о мороженом! Вспомни все те разы, когда ты готовила мороженое! Именно так мы с мамой поняли, как научить тебя безопасно использовать свои силы!
О! Флурри, поняв, что ее снова перехитрила собственная мать, на мгновение задумалась о том, что она делает. Какашечный монстр не слишком отличался от мороженого, или сорбета, или замороженных десертов. Это были твердые вещества разных видов и жидкости. Просто это было очень мерзко и не похоже на замороженное лакомство, которое хотелось бы съесть. Все это время мама учила ее использовать свои штормовые способности… Флурри чувствовала себя какой-то тупой, но это было нормально, потому что она была тупой и знала это. Ей предстояло многому научиться.
Больше никаких опасных лучевых атак, никакой стрельбы наугад. Настало время мороженого. Ей нужно было сосредоточить свою силу и направить холод внутрь грязевого монстра. Она должна была заморозить его сердце, его ядро. Жгучее, леденящее прикосновение зимы должно было поглотить его изнутри, как при приготовлении мороженого или заварного крема.
Флурри перестала хлопать крыльями, так как ее охватила собственная магия. Она осталась висеть в воздухе, поглощенная силой бури. Вокруг нее сверкали молнии, а на крыльях виднелись разряды. Вокруг нее образовался пузырь голубого ледяного тумана, и она почувствовала, что становится единым целым с бурей.
Внизу сгрудились грязевые монстры и принялись шлепать друг друга по животам, как огромные, жирные алмазные собаки-сумоисты. Мокрые, грязные шлепки издавали громоподобные звуки, но гром Флурри был намного, намного сильнее. Трикси образовала вокруг себя мощный щит тройной толщины и подтянула к себе самых маленьких. Олив, Пеббл, Сумак, Бумер и Мегара были прижаты к ее ногам. Старлайт прикрыла Санбёрста и Рейнбоу Дэш.
Раздался зловещий треск, когда Флурри начала черпать из другого источника своей силы — любви. Особой любви, которая случалась зимой, в самые холодные месяцы, когда пони собирались вместе, чтобы прижаться друг к другу, чтобы им было уютно. В наше время для этого не было слова, но древние языки говорили об этом. Хюгге. Уютная любовь, единение, особая любовь к дому, очагу и семье, когда зима становится самой холодной и лютой. Флурри чувствовала, как она, точно струйка, исходит от Трикси и жеребят, собравшихся вокруг нее. Им хотелось обняться, прижаться друг к другу, согреться вместе.
Теплые потрескивающие камины, большие пушистые одеяла, горячее какао, вкусные зимние угощения, хюгге. Эта особая любовь, эта чудесная, волшебная, уютная любовь привела в мир День Согревающего Очага. Флурри моргнула, а когда открыла глаза, они светились белым светом. Она была надвигающейся бурей и сопутствующим ей чувством уютной любви. По мере того как температура вокруг нее падала, она чувствовала, как крепнет близость и любовь окружающих ее пони, и это придавало Флурри Харт силы.
— Мне нужно, чтобы вы спели колядки как в канун Дня Согревающего Очага, — приказала Флурри рокочущим голосом, который казался слишком большим и слишком властным, чтобы исходить от кобылки.
— Пока мы сражаемся с грязевыми монстрами? — спросила Старлайт.
— ДА! — ответила Флурри, и ее голос был подобен раскату грома.
Первым на призыв Флурри начал петь Сумак:
— Как рассвет светит нам каждое утро…
Подняв голову, Мегара присоединилась к песне, добавив в нее свой уникальный голос:
— Огонь дружбы возрождается!
Бумер, обладавшая на удивление хорошим голосом, присоединилась к ним:
— И все друзья, и новые и старые…
К хору присоединился голос Пеббл, вставшей на дыбы и притянувшей к себе Сумака:
— Нам бесконечно дороги!
Все вместе собравшиеся пони начали петь:
— Верность связывает нас и делает сильными, искренность показывает, что мы принадлежим друг другу, а общая доброта объединяет нас день за днем!
Потерявшись в своей магии, Флурри не слышала остального. Она была полностью поглощена Хюгге, уютной любовью, которая приходит вместе с бурей. Она была Флурри Харт, почти парадоксальной любовью, которую питает жестокое, ледяное прикосновение зимы. В ней не было ни растерянности, ни страха, ни сомнений, ни колебаний. Рог Флурри вырос почти на пару сантиметров, когда особая магия зимней любви поглотила ее тело.
Раздался громоподобный треск, и истинная сила Флурри Харт начала проявляться…
Или займись делами принцессы, или займись убийством
Принцесса Флурри Харт направила холод зимы в сердца грязевых монстров. Крупные из них замедлялись; когда-нибудь она сможет заморозить их в одно мгновение, но сегодня был не тот день, и это было прекрасно. Твайлайт летала вокруг нее в защитном хороводе, но Флурри ее не замечала. Она была слишком увлечена своей магией.
Грязевой какашечный монстр и грязевой монстр из компота слились воедино, как две огромные массы слизистой патоки, они стали больше, сильнее и мощнее. Флурри уже пыталась нейтрализовать их, ее буря изгоняла пыль из воздуха, очищая его. Маленькая кобылка-аликорн была полна холодной уверенности. Мало того, что она наконец-то получила свое время блистать, она была со своими друзьями, и они тоже получили свою минуту славы.
В кои-то веки они не испортили все слишком сильно.
Внизу Флурри почувствовала прилив теплой, уютной любви и поняла, что ее наставник и Старлайт Глиммер немного пообжимались. Это было похоже на искру или спичку, которая зажгла огонь, и Флурри ощутила холод, пропорциональный их теплу. Гигантский грязевой монстр из компоста теперь двигался с комичной медлительностью, а маленькие, куда менее угрожающие грязевые монстры и вовсе перестали двигаться.
Подгоняемая зимними ветрами, Флурри спустилась вниз, оставляя за собой след, пахнущий мятными конфетами, пряностями, имбирным печеньем — всеми ароматами, которые ассоциируются с праздниками. Она подлетела к огромному грязевому монстру, отвратительному созданию из нечистот, и услышала его пронзительный рев, который с каждым мгновением становился все слабее.
Взмахнув крыльями, она слегка коснулась его копытом, и от того места, где она коснулась его, разлилось голубое сияние. Он застыл, став твердым и хрупким, и воздух наполнился громоподобными трещащими звуками, похожими на движение ледников. В этот миг, на эту секунду принцесса Флурри Харт стала той величественной принцессой, о которой мечтала. Она нейтрализовала реальную угрозу и спасла своих подданных.
Может быть, это были подданные Твайлайт Спаркл, но она их спасла.
День, ставший серым от снежных туч, был спасен. Флурри терпеливо ждала, пока жидкая масса грязного какашечно-компостного монстра застынет. Из-за густой консистенции это было больше похоже на замораживание заварного крема, и у нее был большой опыт в этом деле. Она поняла, что мама и наставник хорошо ее обучили. Однако заморозить их было недостаточно, и она это знала.
— Где Тарнишед Типот? — спросила Флурри рокочущим голосом, демонстрируя мощь принцессы.
— Он на подходе, — ответила Твайлайт. — Это все, что я знаю. Он идет. В последнем сообщении, которое пришло из волшебного зеркала, говорилось, что нужно сидеть тихо, пока он не прибудет, чтобы свести на нет плохую магию в грязи.
Постучав копытом по замерзшей грязи, Флурри кивнула. Эта почва, эта земля, была загрязнена плохой магией. Вредоносной, злобной магией, с которой мог справиться только мистер Типот. Этот ходячий кусок садового удобрения нужно было очистить, чтобы на нем можно было выращивать овощи и фрукты.
— Громилы! — прорычал Флурри голосом повелителя праздника. — Уничтожьте эту мерзость! Она оскорбляет вашу принцессу! — Взмахнув крыльями, она поднялась и двинулась прочь от грязевого монстра, который теперь застыл, не двигаясь, твердый, как камень. Флурри прекрасно знала, что делать с каменной глыбой, которую нужно разрушить.
Олив подняла Пеббл телекинезом, и та, кружась, пронеслась над ее головой. Создав безумный импульс, который мог выдержать только аликорн или каменная пони, Олив с криком банши запустила Пеббл, превратив подругу и товарища Громилу в баллистическую ракету массового поражения.
Пеббл унеслась прочь, снова двигаясь со скоростью около трехсот метров в секунду, то есть чуть меньше скорости звука, как уже однажды видела Флурри. Пеббл была бомбой и, как и ее мать и отец, и классифицировалась как живое оружие массового поражения. Она была существом огромной физической силы, которое только вступало в свои права в подростковом возрасте.
За долю секунды до удара Флурри окружил мощный щит, и было видно, как Твайлайт стиснула зубы. Олив бросила в их врага Пеббл, и теперь враг должен был драматически исчезнуть. Флурри, способная обращаться со временем так, как обычные пони не могут, наблюдала за всем происходящим, ее глаза вбирали каждую деталь, она была способна видеть все.
Пеббл приняла позу “суперпони”: одно переднее копыто вперед, другое назад, и она с огромной силой столкнулась с застывшим пятнадцатиметровым чудовищем. Раздался звук, похожий на звон разбивающегося стекла, только еще хуже. Ударная волна энергии отразилась от щита вокруг Флурри, а через секунду последовала тысяча ударов, когда осколки замороженной грязи ударили по щиту, который создала Твайлайт.
Дома рухнули, водонапорная башня накренилась, ее металлические стойки погнулись, заскрипели, воздух наполнился звуком усталости металла, а последовавший за этим взрыв послал огромную ударную волну разрушений, расходящуюся от эпицентра, в который попала бомба Пеббл. От огромного грязевого монстра остались лишь смерзшиеся щепки и осколки мерзостей. Звук был просто неописуем, иначе как шум полного и окончательного разрушения. В результате взрыва большого грязевого монстра маленькие, менее впечатляющие грязевые монстры тоже разлетелись вдребезги — вместе с почти всеми окнами в городе.
Зима пришла в Понивилль и выплеснула свою разрушительную ярость. После нее наступит плодородная весна, почва обновится, оживет, станет богатой на компост и удобрения. Таков был путь вещей, такова была гармония. Теперь Флурри знала свое место, она понимала, и ее разум обрел невиданный ранее покой.
Она была Флурри Харт, Принцессой Аликорном, Сердцем Зимы и предводительницей Уничтожителей.
Когда она увидела своего наставника Санбёрста и Старлайт Глиммер, укутанных в плед, на сердце у Флурри стало тепло и уютно. У обоих были кружки с тёплым какао, и это было прекрасно, но у Флурри не было настроения пить какао после битвы с могущественным экскрементальным монстром. Она вздрогнула и издала шипение, когда медсестра вогнала еще одну скобу в очень чувствительное место на ее бедрах.
— Мяуч!
Неподалеку Мегару тоже скрепляли скобами и склеивали клеем для тела. Флурри напряглась, зная, что впереди еще много скоб. Она устала, но была довольна. Она чувствовала огромную эйфорию от своей победы, чувство выполненного долга. Флурри надеялась, что наказание, которое последует за их побег, будет минимальным.
— Ой! — Флурри издала шипение, когда скобозабивной пистолет издал приятный для уха металлический лязг и колющая боль пронзила ее спину. Рану на крупе пришлось зашивать, и Флурри с трудом удавалось сохранять свое принцессино спокойствие. Неподалеку слышалось хныканье Олив, которой тоже накладывали швы, а Пеббл крепко держала ее за копыто.
Героизм стоил скоб, стежков и замазки для тела.
Повернув голову, Флурри посмотрела на Сумака, который по большей части остался невредим. В кои-то веки их приключения обошлись без того, чтобы ему зашивали голову или мумифицировали в бинтах. Его задушили матери, все три, и где-то в этой куче слишком заботливых кобыл была похоронена Бумер.
Дверь со щелчком открылась, и Флурри оглянулась, чтобы посмотреть, кто это. Вошла Твайлайт Спаркл, выглядевшая неважно: немного грязная, немного влажная, с порезами, которые нужно было обработать. Прикусив губу, Флурри подавила крик, когда очередная скоба воткнулась в нее, а из подергивающегося уголка глаза скатилась жирная слеза. Флурри была полна решимости принять это как принцесса.
— Прибыл Тарниш, он очищает территорию от плохой магии, — доложила Твайлайт, подойдя к Флурри Харт. Выпрямившись во весь свой величественный рост, царственная аликорн и тетя с улыбкой посмотрела на племянницу. — Я в долгу перед тобой, принцесса Флурри Харт.
Сердце Флурри заколотилось, и она даже не почувствовала, как следующая скоба вонзилась в нежную плоть ее поврежденного крупа. Неподалеку Мегара зарычала и издала вопль боли. Флурри повернула уши в сторону источника звука, но ее глаза не отрывались от Твайлайт, которая только что обратилась к ней как к принцессе, и не в дразнящем смысле.
— Ты так выросла, Флурри, — сказала Твайлайт, и в ее глазах заблестела жидкая гордость. — За то, что ты спасла Понивилль, я готова простить тебя за то, что ты разрушила мой замок. Снова. — Твайлайт широко улыбнулась и посмотрела на племянницу, ее лицо напоминало миниатюрное лавандовое солнце. — Ты очень хорошо справилась. Разрушения были минимальными и приемлемыми. Ты уберегла самых маленьких и уязвимых членов своей команды. Сумак цел и невредим, насколько я знаю, а такие вещи обычно так не заканчиваются.
Флурри кивнула. Обычно такие приключения заканчивались тем, что Сумак и другие члены ее команды оказывались в отделении интенсивной терапии. Твайлайт была права, все прошло хорошо. Гордость пылала в маленьком сердце аликорна Флурри, как угли в топке.
— Ты действительно работала с Олив и Пеббл и не соперничала с ними, пытаясь показать себя. Это говорит о зрелости… Ты ставишь безопасность и защиту других выше собственной славы и необходимости доказывать свою правоту.
Флурри снова кивнула и вздрогнула, когда очередная скоба пронзила ее круп. Из ее глаза вытекла слеза, и она немного поморщилась, но не слишком сильно. Все прошло лучше некуда, Твайлайт была права. На этот раз не было глупого соревнования, чтобы доказать, кто лучше, мощнее, быстрее, сильнее или способнее.
— Ты… ты собираешься… ты скажешь Слит, что я плохо себя вела? — спросила Флурри, ее голос немного дрожал от нерешительности.
— Нет. — Твайлайт покорно вздохнула. — Иногда самый важный урок, который может усвоить принцесса, — это то, когда нужно создавать проблемы. — Протянув крыло, Твайлайт погладила племянницу, когда последняя скоба была наложена, чтобы закрыть ужасающую рану в ее крупе. — У тебя были все необходимые навыки для этой работы, и команда тоже была подходящая. — Глубоко вздохнув, Твайлайт продолжила: — Это трудный урок — знать, когда нужно бунтовать. Мне потребовалось много времени, чтобы усвоить этот урок, когда необходимо покинуть свою наставницу принцессу Селестию и поступить по-своему. Это вызвало у меня много страхов, переживаний и сомнений, но, как оказалось, принцесса Селестия хотела, чтобы я бросила ей вызов… Это был последний урок, который я должна была усвоить и действительно стать принцессой, которой она меня считала.
— Правда? — Флурри изо всех сил пыталась понять, что говорит ее тетя.
— Правда. — Твайлайт кивнула племяннице. — На самом деле, я уже потом узнала, что принцесса Селестия ставила меня в ситуацию с набором инструкций, которые делали почти невозможным достижение желаемых результатов. Эти инструкции были очень сложными, очень опасными и во многих случаях делали ситуацию намного хуже, но я следовала этим инструкциям, потому что их дала принцесса Селестия. — Моргнув, она издала вздох сожаления, а затем добавила: — Я так хотела угодить.
— Принцесса — это сложно, — сказала Флурри своей тете, когда медсестра начала обматывать марлей ее круп.
— Да, — кивнула в ответ Твайлайт. — Но у тебя есть твои Уничтожители. Они твои лучшие друзья, Флурри, твои сообщники. Будучи твоими друзьями, они будут очень снисходительны, если ты совершишь ошибку, и направят тебя в нужную сторону. Всё, что тебе нужно знать о превращении в принцессу, ты узнаешь от своих друзей, так же как я научилась быть принцессой, находясь рядом со своими друзьями.
— Да, думаю, мы четверо — особенные. — Флурри немного поежилась, когда на нее наложили еще больше марли, которая давила на скобы и доставляла серьезный дискомфорт.
— Шестеро, — поправила Пеббл.
— А? — Флурри отвела взгляд от тети и уставилась на Пеббл.
— Я предлагаю слияние. Нас с Олив сегодня превзошли, и я думаю, что у нас шестерых будет больше шансов в будущих схватках, если мы будем работать вместе. — Пеббл сжала копыто Олив, и Олив кивнула. — Ты сегодня не оплошала, Флурри.
Комплимент Пеббл почти ошеломил Флурри, и она почувствовала, как в горле встал комок.
— Эй, группа друзей и дракон, — заметила Твайлайт, хихикая. — Это все, что нужно, чтобы изменить мир. Я знаю, потому что сама это сделала. У тебя есть все, что нужно принцессе, проходящей обучение, Флурри Харт.
— Да, правда? — Немного сместив вес, Флурри вытерла глаза передней ногой и фыркнула. Команде понадобится новое имя, так она думала. Почувствовав на себе пристальный взгляд, она оглядела комнату и обнаружила, что все пони смотрят на нее. Все пони. Трикси, Лемон Хартс, даже Твинклшайн. Была ли это гордость, которую она увидела в глазах Твинклшайн? Принятие? Подобно ее любимому розовому цвету на вишне весной, Фларри почувствовала, как расцветает надежда.
— Поздравляю, Флурри Харт, ты доказала свою ценность как Принцесса Эквестрии. — И с этими словами Твайлайт склонила голову.
Другие последовали ее примеру: кто-то сидел, кто-то стоял, но все склонили головы, даже медсестры улучили момент, чтобы сделать это. Флурри почувствовала необычное беспокойство и поняла, что теперь, когда она получила их уважение, ей придется работать еще усерднее, чтобы не подвести их. Как однажды сказала Твайлайт, работа принцессы никогда не бывает закончена.
Работа Флурри только начиналась, и маленькая принцесса начала строить планы.