Aloha, kahuna!

Утомившись от политических интриг и постоянных неудач в мире доклассической эры, Луна убегает в самое лучшее место, которое ей только удаётся найти. Ну, и берёт с собой Селестию.

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Стардаст

Разлученная с друзьями и плененная посреди войны, Твайлайт должна справиться с кошмарами своего пребывания на "Земле", а также с угрозами, которые несут ее обитатели, видящие в ней врага. Сможет ли она преодолеть свои страхи и страхи своих пленителей? Будет ли помощь своенравной единорожки для "людей" благом или проклятием? И, самое главное, отыщет ли она дорогу домой?

Твайлайт Спаркл Человеки

Tale of the Portal Pony: Revenge of North

Будучи ещё жеребенком, Твайлайт хотела узнать побольше о Ледяном Севере. Но об этом месте мало что известно. Даже будучи ученицей Селестии, Твайлайт не могла получить много знаний о Севере. Став аликорном, она с трудом добыла пару книг о нём и стала их изучать... Но зло снова проснулось и тихо притаилось в тени. Темный понь что-то замышляет. На территории "вечных льдов" происходит что-то странное. Принцесса Селестия решает отправить туда Твайлайт и её друзей. Твайлайт уже много узнала о Ледяном севере из книги "Frost North". Ей предстоит через многое пройти. Но она никак не ожидала что всё повернётся таким образом... Ведь история с Ледяным Севером - это всего лишь начало...

Твайлайт Спаркл Рэрити Спайк ОС - пони Принцесса Миаморе Каденца

Офицер в стране чудес

Опасное это дело, боец, в лес ходить. Думаешь самое страшное, что тебя ждёт в походе - это злобная мошкара, мозоли от снаряги и воодушевляющие люли от непосредственного командования? Как бы не так. Ты можешь попасть в такую задницу, что чистка туалетов за потерянный аккумулятор от казённой рации покажется курортом. Всё начнётся с того, что ты найдёшь самую обычную на вид землянку, а дальше... Что? Ты уже слышал эту историю? Не бойся, в этот раз всё будет совсем по другому...

ОС - пони Человеки

Заражение 4

Новая жизнь для юной единорожки стала крайне трудна, нужно просто привыкнуть, адаптироваться.... но возможно ли привыкнуть, когда беда вновь и вновь стучится в двери?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони

Ты - лучшая

Добро пожаловать в небеса Эквестрии, где все всегда витают в облаках. В детскую летную группу попадают две особенных юных пони. Они хорошо вам знакомы, но вы, наверное, не слышали историю о том, как они встретились, и что их объединило.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Другие пони

Твайлайт Спаркл уничтожает Эквестрию

Твайлайт изучает новый урок о дружбе, гармонии и почему кобальтовая атомная бомба - плохая идея.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Принцесса Миаморе Каденца

Провалившаяся месть Трикси или Что скрывает под хвостом Твайлайт

После того как Твайлайт победила Урсу, Трикси была вынуждена с позором покинуть Понивилль и спрятаться на окраине Вечнодикого леса, где она скрывалась от других пони вместе со своим ручным кокатрисом, ведя незаметный образ жизни и мечтая отомстить Твайлайт за нанесенное ею оскорбление. И такая возможность вскоре появилась, когда Твайлайт решила сходить в гости к Зекоре за своим любимым чаем.

Твайлайт Спаркл Спайк Трикси, Великая и Могучая Другие пони

Диссонанс

Бывает так, что поссорившись с любимыми, мы забываем что-то важное. Будто теряем связь, будто музыка наших сердец уже не звучит в унисон. Это - диссонанс. Но как сделать так, чтобы всё вернулось на круги своя? Через что придётся пройти, чтобы понять простые истины?

DJ PON-3 ОС - пони Октавия

Последний день лета Твайлайт Спаркл

Сможет ли Твайлайт провести идеально день? Или же нет...

Твайлайт Спаркл

Автор рисунка: Devinian

Повелители Жизни

Глава 10 (Часть 2 - Культ)

Глава, в которой мы знакомимся с Кентавриной, а Ария обсуждает все интересующие её вопросы с принцессой Селестией

«Зато, какое прекрасное утро!» — подумала единорожка, немного приоткрыв правый глаз и осмотрев родную, но пока еще не очень привычную из-за недавнего переезда комнату.
Здесь было очень светло по утрам, примерно десяток балконов и лоджий, не отделенных от основной части опочивальни, отлично освещали все внутреннее убранство. Светлые, кремовые или розоватые, стены с яркими, но не режущими глаза узорами и такая же плитка на полу, выложенная в шахматном порядке, делали комнату еще приветливей. Сказать что в этой комнате просторно, означало бы ничего не сказать. Нет, в Кентерлоте, конечно, бывали спальни и побольше этой, но даже она умещала в себе и небольшой водоем с фонтаном в центре комнаты, в котором всегда приятно журчала вода, и две хрустальные статуи её обитательницы, созданные заботливыми родителями, и десятки, а то и сотни, позолоченных горшков с крупными заморскими цветами и вьющимися по стенам лианами. Присутствовала также сцена для оркестра, где, в минуты её печали, отец собирал музыкантов и они играли успокаивающие классические мелодии. Полы на всем протяжении устилали дорогие белые ковры, которые сами по себе стоили целое состояние. И это если не считать маленьких золотых статуэток, столиков, вазочек, штор и пологов с бантиками, а также прочих декоративных предметов мебели. Благодать? Еще бы! Лень было только преодолевать каждое утро почти сотню метров, чтобы дойти до дверей.
Единорожка открыла второй глаз, приподнялась и осоловело уставилась сначала на свои сиреневые копытца, потом на няньку-зебру, которая уже час, как стояла перед её кроватью.
— Пора вставать, юная леди. Скоро начнется летний маскарад, и если вы не хотите выглядеть там замарашкой, то вам просто необходимо начать готовиться к нему уже сейчас.
«О, Селестия! Когда же они научаться говорить без акцента. Разве это так сложно?» — подумала Кентаврина, но вслух ничего не сказала, только кивнула и, полежав еще немного, встала с кровати.
— Ну всё, я готова. Мучайте меня, — пробормотала пони и протянула зебре свое копыто.
— Ахаха, у вас прекрасное чувство юмора, юная леди, — не изменившись в лице, ответила нянька и, накинув на круп Кентаврины, легкую шелковую попонку повела её прочь из спальни, в другую часть дома, где её уже ждала ванная с теплой водой, а также всяческие крема, лосьоны и массаж. Наверное, многие бы ей позавидовали, но они просто не знают, насколько тяжело каждое утро начинать со спа процедур.
Почти до самого обеда её тщательно мыли, покрывали лечебной глиной, чистили лазурную шерстку, причесывали розовые и кремовые вьющиеся локоны, подводили ресницы и подкрашивали тени на веках, причем делали все это так, словно она год жила на помойке, а не проходила через все это буквально вчера. Единорожка уже привыкла к такому образу жизни, тем более что в этом вопросе отец был непреклонен, желая видеть свою единственную и любимую дочь вечно молодой и красивой, она же, разве что иногда намекала ему, что от такого усердия она помолодеет настолько, что её придется пеленать в пеленки. Да и этикет высшего светского общества требовал.
Наконец ударил колокол, а это означало, что начался обед. Единственная возможность увидеть своих домочадцев в этом огромном доме, иначе можно месяцами с ними не пересекаться. Зебра проводила её до лакированного резного стола, на котором лежали немногочисленные, но изысканные яства, и, поставив прямо свою подопечную, отошла в сторонку. Отец — статный белый единорог преклонного возраста, уже стоял во главе стола. Три других накрытых места оставались свободными. Два из них уже не один год. Старшие братья Кентаврины ушли на военную службу, избрав своим гарнизоном вовсе не кентерлотскую дворцовую стражу, а какие-то пограничные войска далеко отсюда, эти парни всегда держались друг друга, за что отец, хоть и вслух выказывал свое недовольство, в душе очень ими гордился. А мать...
— А где Софти?
Единорог изогнул бровь и посмотрел на дочь:
— Я, кажется, уже неоднократно говорил вам, Кентаврина, что не следует называть так родную мать. Она решила больше времени уделить поиску костюма к сегодняшнему маскараду и сказала, что не придет на обед. Кстати на счет маскарадного костюма...
Он хотел было задать вопрос, но вдруг колокол ударил второй раз. Теперь, вплоть до третьего удара, этикет запрещал открывать рот кроме как для принятия пищи.
Сколько раз она уже оставалась здесь без обеда из-за этого дурацкого правила. В академии магии, где она обучалась до недавних пор, за обедом происходили самые занятные беседы и интересные темы сами приходили в голову: кто у кого увел кольта, какая прическа у симпатичного молодого учителя и кто из единорожек совершенно не смыслит в новых модных шляпках. А тут требовалось натянуть на себя серьезную гримасу и молча жевать, как коровы в стойле. Ужас! Благо хоть пища не вызывала отвращения.
И вот, третий удар. Конец трапезы, время для прохладительных напитков и интеллигентных бесед. Жаль, что сегодня она была единственной, с кем можно было эту беседу вести:
— Так какой маскарадный костюм ты наденешь на праздник?
— Не знаю, не выбрала пока, — единорожка отстраненно поводила вилкой по пустой тарелке.
— Помню вон тот, с золотыми подвязками и пернатой маской, особенно хорошо на тебе смотрелся.
— Де’ль Шофине? Да ну мрак какой! Ощущение, будто бы его сто лет где-то в подвале держали, а вчера откопали и выставили на продажу — Кентаврина изобразила рвотные позывы и пренебрежительно махнула копытом, едва не опрокинув стакан, который тихонько левитировал к ней официант. Единорог нахмурился:
— Видишь ли, Кентаврина, это платье было выбрано лучшим в коллекции этого года, по мнению экспертного жюри.
— Значит, у экспертного жюри нет вкуса, — безразлично пожала плечами единорожка.
— То есть, и у твоего отца нет вкуса? — в голосе единорога прозвучали стальные нотки.
— Видимо, да.
— Ах, вот как?
— Пап, оно — оливковое! Только слепой мог бы признать лучшим платье оливкового цвета! И мне плевать, сколько золота на него налепили и какую цену загнули. Самое дорогое вовсе не обязательно лучшее.
Интеллигентная беседа заходила в тупик. Зебра-нянька, которая занималась также её воспитанием и обучением с тех пор как Кентаврину выгнали из академии, подошла и попыталась урезонить непокорную дочь, но остановить конфликт было уже невозможно:
— Ну знаете ли, юная леди! В плохом вкусе меня еще никто не обвинял. Ты должна появиться на празднестве в ЛУЧШЕМ платье. И твое мнение тут не важно, честь семьи — вот главная цель!
— Пусть Софти его оденет! Какая разница, если мы с ней почти одногодки, — её самообладанию можно было лишь позавидовать.
— Не называй так свою мать! — теперь он уже точно рассердился, не удержавшись в воздухе, вниз полетел хрустальный бокал, который с неприятным звоном разбился вдребезги и залил пол клюквенным соком. — Пойми, Софтвиссент хоть и моя супруга, но честь нашей семьи отстаивать не может. Это твоя задача!
— Моя задача!? Все мои задачи выполняет она, — Кентаврина указала на зебру, — пусть она и носит этот позор.
— Эм. Вообще-то я не... — пыталась было что-то вставить нянька, но безуспешно.
— Так! Выбирай: либо ты надеваешь лучший карнавальный костюм этого года, либо не получаешь ничего.
На секунду воцарилась полная тишина. Отец уже чувствовал себя победителем, но видимо поторопился.
— Я выбираю ничего, — ехидно улыбнулась поняша и, показав ему язык, вышла из обеденного зала.

А как только стемнело, и принцесса Луна сменила на вечном дежурстве свою сестру, начался маскарад в честь лета, которое уже было в самом разгаре. Обычно этот праздник проходил в городах Эквестрии очень скромно, простым жителям гораздо больше нравилось наряжаться в глупые наряды в день Найтмэр Мун, чем устраивать роскошные балы, но в Кентерлоте иные приоритеты. Сегодня в масках и изысканных костюмах пришли все. Площадь перед дворцом пестрела из-за неудержимого буйства красок и сочетания цветов. Все кобылки пытались превзойти друг друга, заказывая наряды со всех уголков мира, лишь бы отличаться от других. Джентлькольты напротив, одевались в почти одинаковые смокинги с такими же черными масками на лицах, Им ни к чему было пестрить перед публикой, тем более что они уже достаточно потратились на одежды для своих жен и дочерей. Они даже не пытались делать вид, что не узнают друг друга в этих масках, а потому собирались в стайки и уже выискивали глазаму ту, кого можно будет избрать «Королевой бала». Таинственную незнакомку, которая приложит все усилия, чтобы впоследствии все узнали её настоящее имя, но на прямые вопросы все равно будет отрицательно мотать прелестной головкой и загадочно улыбаться.
А награждать её будет сама Селестия. Богиня света и жизни из года в год возглавляла бал-маскарад и чисто из уважения к традициям надевала на глаза золотую маску чтобы «слиться с толпой». Какой-то специальной программы не было. Она просто открывала бал, а после занималась своими, обычно государственными, делами вплоть до самого закрытия и наречения «Королевы бала». Вероятно, она просто не способна была расслабиться, да и нужна ли эта земная слабость аликорнам.
«И в этом году я в стороне от всего этого» — печально подумала Кентаврина, глядя на все это великолепие. Жаль, сегодня она должна была первый раз появиться на празднике и бороться за этот титул. Она была немного молода для маскарада, но все из-за того, что в данный момент ей еще следовало учиться, а студентам нет хода на такие мероприятия. Но «взрослая жизнь» для неё наступила на два года раньше. Хоть отец и сумел превратить позор в подвиг, пустив слух о том, что она просто была слишком умной, чтобы терять еще целых два года на учебу, но для неё отчисление все равно стало трагедией, все-таки в академии магии остались все её подруги и ухажеры.
— Вы не расстроены? Если желаете, мы можем поменяться нарядами, и вы присоединитесь к празднику — негромко предложила зебра. Она чувствовала себя ужасно неловко в оливковом наряде, осыпанном бриллиантами и золотыми побрякушками. Отец все-таки последовал её совету и уговорил няньку нарядиться в уже купленное им платье. А Кентаврина, в свою очередь, одела самую мрачную темно-синюю попону с розовыми бантиками, дабы продемонстрировать всем свое расстройство.
— Все нормально э... — вечно приходилось вспоминать её неблагозвучное имя, — ...нянь. Веселитесь, а я тут, в парке пока погуляю.
— Хорошо. Будьте осторожны: если вы не забыли, большая часть этих статуй — грозные враги Эквестрии обращенные в камень.
Неприятно было каждому встречному объяснять, почему именно она, дочь известнейшего кольта Кентерлота, без маски и в обычной одежде. Лучше наблюдать за всем этим со стороны, а то и вовсе уйти прочь. Протест это конечно хорошо, но белой вороной она выглядела впервые.
Единорожка подошла к живой изгороди и, усевшись под статуей короля подземных псов, посмотрела на то, как на площади заиграл вальс и все присутствующие разбились на пары. Вдруг рядом с ней зазвучали голоса.
— Смотри! Она одна из нас.
— Да нет же, у неё наряд не тот.
— Наряд?! Причем тут наряд. Главное что в душе её пустота и разочарование, я это прекрасно вижу.
— Ну... я не знаю.
Через мгновение кусты рядом с ней раздвинулись и навстречу ей вышли четверо — два кольта и две поняши. Все они естественно были единорогами, только почему-то имели ярко выраженные ресницы, напомаженные черным губы и тени на глазах. Каждый из них укутывался в черные несимметричные наряды какого-то извращенного стиля прошлого века. На груди, помимо прочих серебряных безделиц, висели большие кресты. Их лидер носил на голове цилиндр, который куда больше подошел бы сейчас какой-нибудь из его спутниц, на нем же смотрелся, по мнению Кентаврины, несколько глупо.
— Из тех ли ты, кто ненавидит это безликое стадо, ползающее на карачках перед своей королевой-маткой, но думающее только о том, как бы набить себе брюхо?
«Чего он несет? — не поняла его витиеватых фраз пони, — Королева-матка? Может он имел ввиду королеву-мамку? Ну да, Софти достаточно симпатичная и вполне может стать победительницей, учитывая, что я не участвую в конкурсе».
— Да.
— Тогда пройдем с нами. Теперь ты не одинокий айсберг в океане фарса, а одна из мрачных воронов этой земли.
«Айсберг? Так звали нашего учителя... Или автора какой-то книги. Но он старый и не похож на меня!»
— Я вообще-то Кентаврина, но пойдемте, — скромно ответила пони.
— Дитя, — пони в цилиндре пафосно выставил копыто, символизируя отрицание, — не надо имен. Мы все инкогнито; без имен и званий.
Они отделились от празднующих и углубились в парк со статуями.
— Не надо имен? Ну да, сегодня никто не произносит свое имя, на той стороне, — произнесла юная леди.
— Она права, Мрачный Пленник — в ужасе выдохнула одна из одетых в черное поняшек.
Лидер задумался и кивнул.
— Да. Молодец Кентаврина! Ты углядела в этой сети лицемерия то, что ускользнуло от моего усталого взора. Пусть стадо прячется под масками, а мы разоблачим себя сегодня. Мое настоящее имя Ферстстар.
Он протянул ей копыто, она стукнула об него свое. Также поступили и остальные участники, монотонно назвав свои настоящие имена. Это навело лазурную пони на кое-какие выводы.
— А, я поняла! Вы просто все наоборот делаете. Как клуб перевертышей в нашей академии.
— Мы делаем не наоборот, а так, как нам хочется, не равняясь на инстинкты серых масс. Мы ЭГО, — единорог произнес это так, словно, это должно было произвести впечатление.
«Эго? — мозги Кентаврины уже кипели от постоянной работы, — Нам что-то говорили про этот термин. Вроде бы на том же предмете, где что-то было и про инстинкты... Или нет»
— Здорово. А что это?
— Ты задаешь верные вопросы и не хватаешься за поверхностный смысл так, словно он единственно верный. Эго, это не просто внутреннее я, это аббревиатура нашего клуба — Элитное Готическое Общество Кентерлота. Здесь лишь сливки темного мира. Нас уже около трех десятков, но мы не одна куча, мы много единиц. И ты можешь отколоться от массы и стать еще одной единицей. Среди нулей.
«Математика. Какие же вы скучные... С другой стороны лучше это, чем торчать дома с утра до вечера»
— Я согласна — кивнула Кентаврина.
— Но пусть приведет себя в порядок и переоденется. На ней слишком много ярких цветов, — добавила хмурая готесса, назвавшая себя Свиттаил.
— С чего бы это? Я одеваюсь в то, во что мне хочется — с вызовом прошипела поняша и сощурила глазки. Не стоило им задевать тему одежды.
— Ты права, — прервал их начавшуюся было перепалку Ферстстар, — Ты сама вольна выбирать свой стиль. Но, думаю, вскоре ты сама поймешь, что в мире есть только один цвет, а остальные — лишь его жалкие пародии.
— Вряд ли... А чем занимается ваше элитное общество?
— Созерцаем, как тонет в невежестве мир вокруг нас, и не даем утонуть нашим товарищам
«Эм...».
— Нет, я не про плавание, а про то, чем вы занимаетесь.
— Не даешь запутать себя двоякими эпитетами? — гот снял с себя цилиндр, — Браво, ты поставила меня в тупик. Вообще мы периодически собираемся вместе и рассуждаем на тему жизни. Порой вступаем в дискуссии с другими слоями социума. Иногда участвуем в магических ритуалах наподобие...
—Глядите! — перебила его Кентаврина, указывая на небо.
В темноте на землю медленно спускалась черная тень. Все взоры резко повернулись в её сторону. Нельзя сказать что «это», было таким уж пугающим, просто окружающая обстановка ¬— грозные статуи врагов Эквестрии, значительно усиливала производимое впечатление.
«Это» оказалось какой-то пони, с крыльями летучей мыши. Приземлившись, она сбросила с себя черную накидку, которая с шипением растворилась в воздухе. На ней было длинное черное платье и сапожки на высокой металлической платформе, которая возвышала её над остальными. По земле шлейфом растелились фиолетовые волосы, ниспадающие у нее с гривы и хвоста. Лицо скрывала грубовато сделанная круглая металлическая маска, с одними лишь прорезями для глаз. Она держала её силой своего рога, который почему-то находился не в центре лба, а с сильным смещением влево. Да и походил скорее на козий, а не на единорожий. Секунду она смотрела на собравшихся, сверкая в темноте алыми зрачками, но потом потеряла к ним интерес и зашагала дальше. Незнакомка сразу понравилась Кентаврине.
— Она тоже из ЭГО? — благоговейно прошептала юная леди.
— Нет, просто позерша. Решила пощеголять в готическом наряде на праздничке. Не обращай внимания, она ¬— часть стада, раз спешит на карнавал.
— Она, наверное, из тех пони, которые служат принцессе Луне. Видели перепонки на крыльях?
Кентаврина потеряла интерес к своим новым знакомым и последовала за новоприбывшей. Пони готы, хотели того или нет, потопали за ней.
— Сомневаюсь — высказал свое мнение другой единорог, с длинной черной челкой скрывающей половину лица, — У неё рог светился, значит, она единорог. Просто наколдовала себе крылья вот и всё. С какой стати представительница их полумифической расы станет появляться на маскараде?
Между тем странная гостья присоединилась к празднующим, игнорируя все оклики и приветствия. Всех кто стоял у неё на пути она вежливо, но настойчиво отодвигала в сторонку. Её целью оказалась принцесса Селестия, которая еще на подходе увидела незнакомку и, что-то сказав докучающим ей единорогам, вышла ей навстречу. Не привлекая лишнего внимания, кроме того что уже было приковано к ним, Богиня и пони зашли в помещение замка и прикрыли за собой дверь.
— Или не просто...

Дверь захлопнулась, после чего наступила гробовая тишина, которую тревожило лишь мирное посапывание стражников. Принцесса нарочно усыпила их, чтобы никто не подслушал их разговор. Света не было. Все свечи заблаговременно потушили, все-таки официальные визиты на сегодня закончились, а значит и главная галерея и тронный зал, могли спокойно отдыхать во тьме. Звук цокота копыт многократно отражался от стен и гулял по потолку. Селестия молчала.
Ария хорошо подготовилась к этой встрече. Перед тем как войти в город она долго приводила себя в порядок и, хоть прекрасно понимала, что видеть её никто не должен, старалась выглядеть так, как должна была выглядеть каждая леди на этом празднике. Только сегодня она могла позволить себе столь бесцеремонное вторжение. Обычно ей приходилось, как минимум, принимать чужой облик, чтобы пройти мимо стражи, но в этот день её даже никто не остановил. Сегодня отовсюду стекались пары и семьи одетые так, что ими можно было пугать жеребят. Главное чтобы ваше лицо было спрятано под маской. Но это все уже позади, а теперь можно было расслабиться и позволить маске безвольно повиснуть на шее.
Принцесса ждала, когда Ария начнет говорить, но ведьма принципиально не собиралась открывать рта первой. Её интересовало, работают ли её защитные чары, которыми она закрыла свою голову от чтения мыслей. Судя по тому, как хмурилась принцесса, она либо не могла пробить барьер, либо уже все узнала.
«Ну, говори уже!» — мысленно поторопила её ведьма.
— Как продвигается исследование Мира Мертвых, моя дорогая ученица? — наконец спросила она.
— Более чем удачно, ваше величество, — промурлыкала нежить. — Я нашла средство препятствующее воздействию губительной среды этого мира, но я не собираюсь останавливаться на достигнутом и у меня уже есть теория, каким образом можно добиться стойкого иммунитета к нему.
— И что же это? — с каменным лицом поинтересовалась Селестия.
— Жизнь. Вернее жизненная энергия. Организм активно её теряет в том мире, а вот восстанавливается она с большим трудом. Я еще не знаю, что именно нужно использовать, но это будет либо глухой барьер, не имеющий срока износа, либо некая эссенция, потребление которой будет с избытком насыщать ею организм. Я обязательно смогу в этом разобраться, не переживайте.
— А как ты пришла к таким выводам?
— Путем сравнений и экспериментов конечно!
— Экспериментов на ком?
— На животных естественно! Я же писала вам уже об этом в своих письмах. Мыши,

белки, зайцы иногда пернатые или насекомые. Не больше чем необходимо, но достаточно чтобы быть уверенной в своих выводах.
Для пущей убедительности Ария еще попыталась беззаботно улыбнуться, обнажив клыки. Принцесса никак не это не отреагировала, продолжая неспешно переставлять ноги.
«Она точно все уже знает. Наверное, только сильнее разозлилась, когда я попыталась прикрыться от неё бумажным листком защитных заклятий. Или же просто пытается у меня что-то выведать, делая вид, что ей все известно».
— Моя дорогая Ария — медленно, с расстановкой, начала принцесса свое повествование. — У моей нынешней первой ученицы есть замечательный друг. Она очень трудолюбивая и отзывчивая земнопони, которая держит на своих плечах целую ферму и успевает при этом следить и за пожилой бабушкой и за младшей сестрой. Так вот, несмотря на все её положительные качества, её основная сила заключается в честности. Она настолько открыта и прямолинейна, что только её силы хватает на то, чтобы быть ключиком к мощнейшему оружию нашего мира. Полагаю, ты знаешь, о чем я.
— Элементы Гармонии, — ответила ведьма, памятуя о древнем артефакте.
— Совершенно верно, — кивнула принцесса и продолжила. — Так вот, стоит ей всего один раз солгать в опасный для Эквестрии момент, стоит хоть раз утаить что-нибудь от своих друзей и Элементы Гармонии не сработают, что приведет к страшным бедам, а может и к гибели всей Эквестрии. Ты можешь себе представить такую цену лжи?
— Хм... Да, я думаю это печально.
— Так хорошо ли лгать, моя дорогая ученица?
«К чему бы это, хотя разве не ясно?»
— В некоторых случаях лучше все-таки говорить правду... Я полагаю.
Принцесса дошла до трона и, взойдя по ступеням, остановилась на вершине, после чего развернулась и задала новый вопрос.
— А знаешь ли ты, что такая ситуация уже имела место быть?
— Но с Эквестрией то все в порядке, разве нет? — изогнула бровь зеленая пони.
— Совершенно верно. Все дело в том, что она нашла в себе силы исправиться, как и другие носители Элементов. И во второй раз оружие сработало, избавив Эквестрию от новой эпохи Хаоса. У каждого есть возможность исправиться. Ты понимаешь, о чем я говорю?
«Вы, наверное, прямо сейчас в моей голове и копаетесь, правда принцесса? — мысленно, скривилась ведьма, — да, я прекрасно понимаю, о чем вы, и все такое!»
— Ну да, я пренебрегла запретом и закинула в Мир Мертвых поня! Это ужасно и я обещаю исправиться, ибо нет мне прощения. Но ведь с ним все в порядке!
— Разве это важно? — сурово, но с примесью какой-то тоски спросила Богиня. — Ты рисковала его жизнью. Его, а не своей, как красочно расписывала мне в письме. А если бы он умер или остался бы калекой?
— Все было под контролем!
— Неужели?
— Эм... Ну не все, конечно. Но, между прочим, я спасла его от смерти в лесу, — ведьма опять начала хмуриться, а губы её вытянулись в тонкую полосочку.
— И это дало тебе право распоряжаться его жизнью?
— Он сам согласился на эксперимент и заключил сделку!
— И что? — продолжала давить Селестия. — Ни в одной сделке жизнь пони не ставится на кон.
— Ну, ваше величество, это ведь всего лишь Норд! — уцепилась нежить за последний имеющийся у неё аргумент.
— Всего лишь Норд? Ты считаешь, что лучше его, но при этом уже успела трижды обмануть меня, унизить моего подданного и едва не совершила пониубийство; снова, если мне не изменяет память. И вообще твои мысли ужасны, не знаю, что с вами делают по ту сторону жизни, но если это результат ИХ стараний, то я лично займусь тем, чтобы очистить Мир Мертвых от скверны в самые короткие сроки.
— Да, это все они. Они меня мучили, — ведьма повернулась в сторону и опустила ушки, изображая крайнюю степень расстройства. Все-таки пока что она еще была пони и могла пользоваться этими преимуществами.
Когда Селестия несколько смягчила взор, Ария перестала играть жертву и продолжила:
— Кстати, насчет очистки мира мертвых, вы уже придумали, кого мы используем для военных действий?
— Думаю, моей гвардии будет достаточно — пожала плечами принцесса.
— Этих что ли? — поняша усмехнулась и кивнула в сторону стража у трона, который сладко сопел и дергал во сне ножкой. — Я ни разу не проверяла, насколько сильны кошмары в бою, но почему-то уверена, что ни одна армия мира не имеет более недееспособного войска, чем Эквестрианская стража. К тому же их не особо много.
— Может у тебя есть варианты?
— Вроде бы рыцари Стены Единорога неплохо сражались, будь их хотя бы несколько тысяч... Но насколько мне известно они остались в прошлом и такого войскового соединения больше нет. Поэтому лучше всего будет поискать какую-нибудь воинственную расу, как то бизоны или драконы.
— Драконы воспользуются любой возможностью, чтобы предать меня, а и бизоны далеко не так воинственны, как тебе хотелось бы. Один способный к магии командир стражи легко будет гонять их по саванне.
— А пауки?
— Я все еще переживаю, что между нами начнется война. На самом деле они — жестокая раса, просто не знают об этом. В любом случае я полагаю, что это не твоя забота. Мы обязательно вернемся к этой теме в свое время. А пока тебе нужно продолжать свою деятельность. Сколько помощников тебе требуется?
— Я рассчитываю на двенадцать! Лучше, чтоб это были преимущественно единороги. Желательно инженеры, врачи, химики...
— Но ты должна учесть, что официально я не смогу тебе помочь, поэтому поиском подходящих кандидатур тебе придется заняться самой. Я лишь помогу тебе и соберу их в одном месте.
— Соберете их на праздник эм... тридцать-три-дня-до-праздника-сбора-первого-урожая?
— Скорее семьдесят-вторая-годовщина-поражения-Гидры, или что-нибудь в этом духе. Пойми, мы будем собирать тех, кто вероятнее всего присоединится к тебе, а это всевозможные культы и секты. На самом деле их полно на территории Эквестрии.
— И как вы думаете их созвать?
— Через своих соглядатаев, которые контролируют каждый их шаг, — как само собой разумеющееся, ответила принцесса.
— Дауж, странное решение проблем — улыбнулась уголком рта колдунья. — Может, проще было бы сразу от них избавляться, пока они не натворили бед?
— Зачем? Когда они под наблюдением они безвредны. Все-таки не садить же в тюрьму пони, которому самой судьбой уготовано быть злодеем, не так ли? — принцесса подмигнула своей ученице.
— Мхм — ответила Ария, вспомнив о собственных речах на суде.
Принцесса поднялась с места и также медленно направилась к выходу.
— Ну, моя дорогая ученица, есть ли еще что-нибудь, о чем ты хочешь меня попросить? Все-таки ты многого достигла и если ты желаешь какой-нибудь награды за свои труды просто попроси.
— Да, — ведьма достаточно долго обдумывала, как бы подойти к этой щепетильной теме, но вот, принцесса сама предложила ей высказаться. — Не могли бы вы освободить меня от этого?
Пони подергала себя магией за намордник. Принцесса промолчала, очевидно, в ожидании аргументов, которые ведьма и собиралась ей предоставить.
— Эта штука уродует меня и мне стыдно показываться среди пони в таком виде. Все-таки я не цепной пес, а дама.
— Ты ведь знаешь, что это была вынужденная мера, а не наказание — негромко произнесла принцесса, — я лишь помогаю тебе бороться с твоим недугом.
— Да, я знаю, но со мной все в порядке. Я вполне могу побороть свой голод, и мне не нужна пища, — попыталась уверить её поняша.
— Я в этом не уверена...
— Просто эта штука буквально заставляет меня лезть на стену. Мне приходится питаться червями и насекомыми, вы можете себе это представить?! Как я могу уважать себя, если имею такой рацион, который к тому же совершенно не помогает насытиться.
— Ну, вот видишь — покачала головой Селестия — ты все же намерена перейти на что-то покрупнее насекомых, а я не могу тебе этого позволить.
— Только грызуны, ваше величество! — взмолилась Ария.
— Я не против того, чтобы разрешить тебе питаться грызунами, как любой хищник этой земли, но где гарантия того, что в один прекрасный день ты не проглотишь кого-нибудь из своих учеников или того же Норда?
— Хм, — ведьма замолчала на некоторое время, чтобы собраться с мыслями. — Я думаю, что смогу себя контролировать.
— Как когда-то с пауками?
— Это не лучший пример. Просто их вкус был восхитителен, — отвела взор нежить.
— Ты помнишь, что два года назад мы с тобой вплотную занимались твоей жаждой? Ты сама говорила мне о том, что можешь обходиться и без этой подпитки, а чем больше ты съедаешь, тем больше тебе хочется и теоретически ты способна проглотить хоть всю Эквестрию. Я обещала себе, что не оставлю тебя, потому как то, что происходит с тобой это и моя вина тоже, но если ты съешь хоть одного пони мне придется избавить этот мир от твоего присутствия. Разве я могу сама подталкивать тебя к этому преступлению?
— Вы не подтолкнете меня к преступлению, а лишь покажите, что доверяете мне. Это не одно и то же.
— Если честно, Ария, мне жаль даже насекомых, которые отправляются в бездонную пропасть твоего горла...
— А меня вам не жаль!? — ведьма попыталась всплакнуть, но к сожалению мертвое тело не позволяло ей такой роскоши.
Принцесса промолчала.
— Ясно. Тогда могу я хотя бы рассчитывать на то, что избавлюсь от этой штуки в будущем? Что мне сделать, чтобы заслужить это?
Снова молчание, да и выход уже был прямо перед ними. Кивнув и прошептав себе под нос что-то оскорбительное, Ария открыла дверь и покинула замок. Она, конечно, не особо рассчитывала на то, что Богиня освободит её от намордника, но как говорили уже не раз — надежда умирает последней. К утру, она вылетела из Кентерлота.