Вспонить все

Наука... Никогда не меняется.

Флаттершай Твайлайт Спаркл ОС - пони

Джей

Краткая зарисовка о лошадке, застрявшей с человеком.

Другие пони Человеки

Легальная ненормальность

Приехав в Кантерлот ради кое-каких исследований, Твайлайт находит покрытую пылью книгу под названием «Безумные эдикты: история права Эквестрии». Вроде бы вполне безобидная на первый взгляд книжка, но когда Твайлайт её открывает, то обнаруживает, что Селестия намного эксцентричнее, чем ей хотелось бы верить.

Твайлайт Спаркл Спайк Принцесса Селестия

Два глупых (или не очень) брата

Все знают Брони-Музыкантов? А WoodenToaster и dBPony (CookieSoup)? Конечно знаете. А теперь допустим, что они братья. Что они делают каждый день? Играют на музыкальных инструментах? Создают всё больше и больше всеми долгожданных песен? Может, их преследуют вечные ссоры между собой? Так давайте же заглянем поглубже в их историю...

ОС - пони

Ничто так не портит Пламя, как его фанаты

Быть капитаном Вандерболтом вообще непросто. А когда каждый жеребец смотрит на тебя, как на живое воплощение скорости и еще чего-то, но не видит в тебе пони - это очень неприятно...

Спитфайр Сорен ОС - пони

Твайлайт Спаркл и Фантастическая библиотека

На окраине Понивилля внезапно появляется ещё одна библиотека. Неужели кто-то хочет составить конкуренцию самой принцессе Твайлайт Спаркл?

Твайлайт Спаркл ОС - пони

Дом — это для слабаков

Селестия и Скуталу вместе бомжуют в одном из переулков Понивилля. Они любят поговорить о разных вещах. Вот о чем они говорят.

Скуталу Принцесса Селестия

Pinkie Pie Sucks A Hundred Dicks

У Пинки Пай возникла идея для "вечеринки", которая должна осчастливить кучу пони... а особенно - её! Но по ходу дела всё пошло не совсем так, как она планировала. И Пинки начинает подумывать: во что же она себя втянула?...

Рэйнбоу Дэш Пинки Пай Эплджек

Me and Ditzy

Дитзи попала. В мир людей.

Дерпи Хувз Человеки

Затруднительное положение одного пиромана

Когда два оружия, сделанных в альтернативной вселенной, столкнулись друг с другом, Пироман красной команды из чудной вселенной игры "Team Fortress 2" попал в не менее чудную вселенную "My Little Pony", где был обнаружен Лирой, давшей ему приют в своем доме. Прятать его в таком маленьком городке оказывается не таким уж легким занятием. Ведь приходится постоянно следить, чтобы он ничего не поджег, объяснять, что тележка, проезжающая мимо, еще не повод для тревоги, и наставлять, что пони с синими шкурками тоже имеют право на существование. А тем временем приближается Ночь Кошмаров. Принцесса Луна чувствует, что на праздник может заглянуть кто-то намного более зловещий, кто пришел в этот мир прямо по следам Пиро. А именно - первый человек, побывавший в Эквестрии тысячу лет назад...

Принцесса Селестия Принцесса Луна Лира Найтмэр Мун Человеки

Автор рисунка: Siansaar

Радуга после дождя

Радуга после дождя

Цок-цок… Копытца по мостовой. Непривычно. Неудобно. Глупо. Я всегда предпочитала летать, даже когда спускалась сюда, в Понивилль. А теперь… Бабуля Смит и та передвигается быстрее. Я, Рэйнбоу Дэш, которая на 20% круче, чем все пегасы Клаудсдэйла, теперь вынуждена передвигаться пешком. Как по-дурацки все получилось…

Я в который раз репетировала свою воздушную программу. Уж на сей-то раз Вандерболты меня заметят и примут в свои ряды!

С земли за мной наблюдали подруги. Блеск их глаз, полуиспуганный, полувосхищенный, придавал мне сил и будоражил еще сильнее, заставляя кровь течь по венам мощными толчками. В полете я вытянулась в струну, так, что превратилась в одну прямую линию от кончика носа до кончика хвоста. Быстрее, еще быстрее… Встречный ветер вышибает слезы из глаз… Выхожу на предельную скорость, и … вот оно – позади меня расцветает спектр Радужного взрыва. С некоторых пор он дается мне особенно легко.

Я – самое быстрое существо во всей Эквестрии. Да что там – во всем мире! Я – молния. Вы не успеете моргнуть глазом, как я пронесусь мимо вас и исчезну за горизонтом.

Вот только об одном я совсем позабыла — молнии часто попадают в деревья…

В общем, я не успела вовремя выйти из пике. Я видела, как на бешеной скорости приближается земля, слышала крики подруг – но ничего не могла сделать. Меня со всего размаха швырнуло оземь.

Я успела услышать наимерзопакостнейший хруст – хруст моих собственных костей.

Небо. Бесконечное и бескрайнее. Оно разбилось на осколки и осыпалось на меня, впиваясь в мое распластанное на траве тело. За что, небо? Ведь я любила тебя больше жизни…

А потом надо мной сомкнулась тьма.


Не знаю, сколько времени я провела в отключке. Но, когда сознание начало ко мне возвращаться, я была твердо уверена, что задремала на полуденном солнце где-то на ветке или на облаке. Голова болела немилосердно. Точно. Я заснула на самом солнцепеке, вот мне и напекло затылок…

Но тут я услышала звуки, которых никак не должно было быть, если спишь на облаке.

— Она очнется? Доктор, скажите, что она будет жить! Дэши, не лети на свет! Ни в коем случае не лети на свет!

— Пинки, прекрати! Ты её разбудишь…

— Прости, Твайлайт… эммм… я, конечно, могу ошибаться, но, по-моему, я только что видела, что у нее… вроде как дрогнули веки…

— Она просыпается! Сахарок, ты нас слышишь? Как ты себя чувствуешь?

— Ну и напугала же ты нас, дорогуша!

Я приоткрыла один глаз и тут же снова зажмурилась. Свет снаружи оказался нестерпимо ярким… А первые мои слова оказались содержательными до полной гениальности.

— Г-где… Ааауч! – произнесла я, попробовав пошевелиться. Все тело болело просто адски.

— Ты в больнице, сахарок, — наклонилась ко мне Эпплджек. – Ты что, ничего не помнишь?

Она тревожно посмотрела на пони-врача, который стоял по другую сторону кровати. Тот едва заметно кивнул.

— Нет-нет. Я помню. Я все помню.

То, что мне пришлось пережить, вернулось ко мне в виде воспоминаний. Я поспешно закрыла глаза… Мне хотелось плакать, ужасно, от страха и пронзительной боли – особенно невыносимой она была в области крыльев. Что теперь со мной будет? А вдруг я никогда больше…

В палату вошла медсестра со шприцем и ловко сделала мне какой-то укол – я даже охнуть не успела.

— Это твое болеутоляющее, оно же снотворное. Постарайся ни о чем не думать и побыстрее заснуть, — улыбнулась мне медсестра. – А вас, дорогие посетители, я прошу покинуть помещение. Вашей подруге сейчас нужен отдых. Через день-другой станет ясно, как часто вы сможете ее навещать, — обратилась она к девочкам.

— Выздоравливай, Дэши, дорогуша, быстрее вставай на ноги, сахарок, мы все очень тебя ждем, — попрощались со мной подруги нестройным хором и вышли из палаты. Только неугомонная Твайлайт задержалась, чтобы о чем-то переговорить с врачом. Они стояли за ширмой, свет падал так, что я видела их обоих – две фигурки из театра теней.

— Доктор, Рэйнбоу – спортсменка, каких поискать. Скажите, она сможет снова летать? – Твай в своем репертуаре, сразу задает вопросы по делу. Она старалась говорить как можно тише, и я сразу насторожила уши.

— Летать? Милая мисс, об этом крайне преждевременно говорить, — ответил док, тоже понизив голос. — Мы собирали ее крылья по кусочкам, как разбитую вазу. Кроме того, у нее сотрясение мозга, сломана пара ребер и сильно повреждена правая передняя нога. Об ушибах и ссадинах я вообще молчу… Только время сможет дать ответ на ваш вопрос.

Прогноз неутешительный, что и говорить. Но во мне взыграло мое природное упрямство. Я — Рэйнбоу Дэш, и я клянусь, что снова поднимусь в небо, сколько бы времени мне не пришлось потратить на это.

Тут, очевидно, начало действовать лекарство. Боль постепенно уходила, мне захотелось спать, спать, подушка казалась самым мягким и уютным облаком из всех, на которых мне доводилось дремать. Подумаю об этом потом, решила я, зарываясь в нее носом.


Каждая из моих подруг старалась как-то скрасить мое больничное существование. Эпплджек решила, что мне необходимо здоровое питание, и каждый день присылала корзинку свежих, только что с дерева, яблок. Рэрити и Флаттершай являлись вместе (как выяснилось, Флатти с жеребячества боялась больниц). Они чувствовали себя несколько скованно и уходили быстро. Пинки Пай попробовала закатить вечеринку прямо в больничной палате. Она не учла, что я почти целиком в гипсе и никак не могу не то что танцевать, но и даже играть в “пришпиль пони хвостик”. В конце концов примчался разъяренный врач и выставил розовую пони вон, невзирая на вопли о том, что смех полезнее для здоровья, чем все вместе взятые лекарства.

Твайлайт принесла мне целую кипу книг про бесстрашную авантюристку Дэринг Ду. Подмигнув, сказала, что мне понравится. Сначала я отнеслась к этой затее с опаской. Ведь всем известно, что чтение – только для таких заумных умников, как Твай. Но, открыв первую страницу, сама не заметила, как втянулась. Мы с Дэринг оказались чем-то похожи – я часто узнавала в ней себя. Тем более что в одной из книг отчаянная пегаска тоже повредила крыло и лишилась возможности летать, но это нисколько ей не помешало!

Но – книги книгами, а больница, скажу я вам, совсем не подходящее место для длительного проживания. Отвратительная еда, всякие процедуры, спать ложиться по расписанию, не шуметь, не мешать соседям по палате и еще сотня всяких “не”.

Меня выписали только через пару месяцев. Точнее не могу сказать – мне они показались годами. Выписали лишь потому, что я оказалась крайне неудобным пациентом – так выразился мой лечащий врач. Наверное, он был прав – стоило мне почувствовать себя чуть получше, и я всеми силами принялась нарушать больничную дисциплину. Тот, кто был в схожей ситуации, меня поймет: валяться в постели и болеть – это же так скучно!

В общем, по всей вероятности, все врачи и медсестры были рады, что наконец-то смогли от меня избавиться.

Уже на пороге больницы меня встречали подруги с огромным тортом, воздушными шарами и красочным плакатом: “С выздоровлением, Рэйнбоу”. Это, разумеется, Пинки постаралась – только она может додуматься устроить праздник на больничном крыльце. Да и о каком выздоровлении могла идти речь, если мои крылья все еще были в гипсе и привязаны к телу так плотно, что я вообще не чувствовала себя пегасом? Но все равно я была очень рада – и импровизированной вечеринке, и своим подругам, искренне пытавшимся меня развеселить, а самое главное – тому, что я наконец-то покидаю это унылое заведение. Бр-р-р! От всей души надеюсь больше сюда не попасть.

Что касается гипса – мне предстояло носить его еще несколько недель, пока все кости окончательно не срастутся. А потом некоторое время потребуется для того, чтобы отросли новые перья взамен сломанных… В общем, наверх, в Клаудсдейл, мне не попасть еще дискордову прорву времени.

Тут же встал вопрос – у кого из моих подруг мне временно остановиться.

у Эпплджек на ее ферме настала горячая пора сбора урожая – у нее не было возможности содержать выздоравливающую подругу, да и получить при этом лишний рот в придачу. Возможно, звучит несколько… грубовато, но в этом вся Эпплджек – всегда предпочитает сразу честно отказать, чем долго юлить и уходить от ответа.

Рэрити была с головой погружена в подготовку к очередному супер-пупер-важному показу своей новой коллекции и нервно огрызалась на всех. Ее я даже спрашивать не стала.

Флаттершай была бы рада принять меня и проследить за тем, чтобы я правильно выполняла все рекомендации врача. Как-никак, у нее есть врачебный опыт, ей же постоянно приходится лечить какую-нибудь приболевшую зверушку… Но и здесь было одно препятствие. Мне до жути не хотелось жить в зверинце, который представлял собой домик Флаттершай. К тому же еще и ее кролик в придачу. Энджел. Я терпеть его не могу. Он меня, кажется, тоже.

В “Сахарном уголке” все было перевернуто с ног на голову в связи с рождением близнецов у супругов Кейков.

Оставалась только Твайлайт с ее библиотекой. Сиреневая единорожка нисколько не возражала против моего заселения. Ну что ж, библиотека так библиотека. Кроме того, все книги о Дэринг Ду под боком…


Мысли о полетах не оставляли меня ни днем, ни ночью. По ночам я парила над облаками, мягкими, как свежевыпавший снег, наяву же составила для себя график тренировок. Мои мышцы сильно ослабли за время бездействия, поэтому для начала я принялась бегать по Понивиллю трусцой.

Передняя поврежденная нога ныла, я гнала себя вперед, превозмогая боль. Крылья, примотанные к телу, сбивали меня с толку, нарушали естественный баланс. Из-за этого меня то и дело подмывало завалиться на бок. День за днем, пробежки становились все длиннее, нога больше не болела, ко мне возвращалась былая сила. И я надеялась, что там уж и до полетов недалеко…

Я уже начинала скучать по своему облачному дому, когда гипс наконец сняли окончательно. Врач строго сказал мне, что мои крылья еще не окрепли, и что нагрузку надо дозировать. И в самом деле, они ослабели настолько, что едва могли поднять меня в воздух. Или это я виновата – чересчур много внимания уделяла все это время кулинарному искусству Спайка?

Я уже предвкушала момент, когда наконец-то смогу вернуться к моему привычному образу жизни. Но не тут-то было…

Это был первый раз, когда я вновь отважилась взлететь настолько высоко, чтобы увидеть сверху весь Понивилль. Но произошло что-то странное. В какой-то момент я почувствовала, что у меня кружится голова. Потом меня охватил жуткий приступ страха, и я вспомнила, как падала тогда с неба на землю. Это было давно, но чувство падения, как выяснилось, никуда не исчезло.

Я не помню, как, но каким-то образом все-таки смогла приземлиться благополучно. С меня градом лил пот, в ушах свистело, а ноги подгибались. Встревоженной Твайлайт, которая следила за мной все это время с балкона библиотеки, я сказала, что, видимо, переоценила свои силы. Мои крылья еще недостаточно окрепли. Сердце же грызла тревога – неужели я теперь не смогу летать никогда? И не потому, что крылья не срослись, а потому, что я теперь боюсь высоты?

Я попробовала подняться в небо еще несколько раз, когда никто на меня не смотрел. И все эти несколько раз я ощущала такой дикий, необъяснимый страх, что крылья, казалось, были готовы сложиться прямо в воздухе. Тогда я неминуемо упала бы снова… только не это!

Оставалось признать лишь одно. Отныне Рэйнбоу Дэш больше не встанет на крыло, потому что – ха-ха! — боится летать. Смысла в жизни я больше не видела и все глубже впадала в странное оцепенелое состояние. Я все чаще валялась у Твай в библиотеке с очередной книгой или уходила за пределы Понивилля, где устраивалась где-нибудь под деревом и лежала там часами, глядя на облака. О том, что на земле меня удерживает страх, я так никому не рассказала. И не раскрыла бы эту позорную тайну даже под угрозой смерти.


— Рэйнбоу Дэш, так больше не может продолжаться!

Я подняла глаза вверх, на подругу, нехотя отрываясь от чтения очередной книги про Дэринг Ду. Почему бы всему этому не продолжаться и дальше? Мне совсем не хотелось менять свой теперешний образ жизни… Все равно в небо мне больше не подняться… При этой мысли на душе заскребли кошки.

Твайлайт стояла напротив меня и, видимо, отчаянно пыталась собрать в копыта всю свою решимость.

— Мне кажется, твои крылья уже вполне окрепли и…

— Тебе кажется, — я с показным равнодушием опустила мордочку вниз и перелистнула носом страницу.

— Но ты пегас! Вспомни, ты и минуты не могла прожить без неба!

— Не могла. Слушай, Твай, если я тебе надоела, так и скажи…

— Нет, что ты. Ты не доставляешь нам со Спайком никаких неудобств.

Проходивший мимо дракончик хихикнул:

— Еще бы, ведь она не врезается в потолок и стеллажи…

Твайлайт строго зыркнула на своего помощника и пристукнула передним копытом:

— Я хочу вернуть тебя к нормальной жизни. Ты сама на себя не похожа, Рэйнбоу.


Короче, невзирая на мои яростные протесты, Твай потащила меня для начала обратно в больницу. "Ничего не понимаю", растерянно выдал врач, рассматривая мои снимки, вертя их и так и сяк, он их чуть ли на зуб не попробовал.

— Зекора обязательно тебе поможет, — уверенно заявила Твай, когда мы вышли на крыльцо ненавистного лечебного заведения. – Там, где сдается традиционная медицина, народные средства творят чудеса!

— Ты же сама не верила во все эти народные штучки! – фыркнула я. – И потом, может быть, это ты с Зекорой такие классные подружки, ходите друг к другу чай пить и болтать о магии, а меня просто оставьте в покое! Я вам не научный эксперимент и не подопытный кролик!

Я хотела было улизнуть – ноги-то меня не подводили, слава Селестии! – но Твай ухватила меня за хвост, а потом и вовсе пригвоздила меня к месту своей проклятой магией.

— Рэйнбоу, не заставляй меня тащить тебя туда силой, — вздохнула волшебница.

"А ты давай попробуй!" – хотела было сказать я, но в глазах сиреневой единорожки уже разгорался магический огонь. Чем Дискорд не шутит – возьмет да и использует на мне какое-нибудь заклинание типа мгновенного перемещения, после которого всегда жутко мутит и болит голова. Я вздохнула и подчинилась.


До хижины Зекоры мы добрались без приключений. В ней совершенно ничего не изменилось с тех пор, как я побывала там в первый и единственный раз. Огромный котел посередине, полки с какими-то загадочными баночками-скляночками, страховидные маски, которые так нас тогда напугали… В воздухе витал такой пряный аромат неизвестных трав, что я сморщилась и чихнула.

Сама хозяйка хижины, едва выслушав до тягомотины подробный рассказ Твай, заставила меня расправить крылья в стороны и зачем-то поводила вокруг них своим посохом с этими странными побрякушками. Глаза зебры расширились в изумлении:

Не знаю, что врачи вам говорят,

Но с крыльями порядок, на мой взгляд,

сообщила она. Стихами, как и всегда. И подозрительно на меня посмотрела.

— Врачи тоже ничего не находят, — поспешно ответила Твайлайт. – Но тогда…

Зебра кинула в котел пучок трав, дождалась, пока отвар не закипит, и подтолкнула меня к котлу, чтобы я туда заглянула. Я и заглянула. Ничего особенного. Все та же я. Да еще пара голов по бокам от моей – Твай и Зекора тоже уставились на булькающее варево, словно в раскрытую книгу.

Присядь, подумай лучше, не спеши

И загляни на дно своей души… -

нараспев произнесла колдунья.

— Не понимаю я этот твой шурум-бурум, — я встала и обиженно дернула хвостом. – Можешь как-нибудь понятней объяснить?

Зебра нахмурилась и ответила строгим тоном:

Ну что же, твой вопрос вполне оправдан.

Названье этому отвару – зелье правды.

Тому, кто честен, нечего бояться -
Ведь в нем, как в зеркале, все тайны отразятся.

Ты что-то же от нас скрываешь, верно?

Нам это зелье все покажет достоверно.

Чем каждый день юлить и отпираться,

Не проще ли себе во всем сознаться?

— Сознаться? В чем сознаться, Рэйнбоу? – Твай насторожила ушки, её пристальный взгляд неотступно следовал за моим, сколько бы я не отводила мордочку в сторону. Зекора молчала. Добилась-таки своего, проклятая ведьма!

— В том, что я… боюсь летать! Да! Я боюсь подняться в воздух! Я, одна из лучших летчиц Эквестрии! Ну что, теперь вы довольны?! – начав говорить тихо, в конце фразы я перешла на крик. Я готова была разреветься, как годовалый жеребенок.

После моего признания в хижине воцарилась тишина. Было только слышно, как булькает в котле не пригодившееся зелье.

— Вот оно что! Рэйнбоу, прости меня… — Твай осторожно приблизилась ко мне и потерлась мордочкой о мое плечо. – Я ведь даже представить себе не могла…

— Да. Не могла. Потому что ты никогда не летала. И не разбивалась. – Я зажмурилась, загоняя обратно непрошенные слезинки, и помотала головой. – Да ладно, проехали. Ничего страшного.

— Зекора, у тебя нет ничего подходящего, чтобы вернуть Рэйнбоу Дэш её прежнее бесстрашие? – спросила Твайлайт, осторожно косясь на меня. Я отошла в сторонку, делая вид, что рассматриваю прислоненные к стене маски.

Нет, дорогая, смелость не сварить,

Отвагу по сосудам не разлить.

И, как цветок в чащобе, не сорвать.

Ее в себе лишь можно отыскать,

немного грустно ответила зебра.

Надвигался ливень – здесь, в Вечнодиком лесу, погодные явления прогнозированию не поддавались, а у нас в Понивилле пегасы обещали проливной дождь с грозой во второй половине дня. Так что если мы не поторопимся, то рискуем попасть в полосу непогоды длиной во всю дорогу до дома.

Зекора предлагала остаться на ночь, но Твай вежливо отказалась. Мы быстро собрались в обратный путь, и Зекора вышла на крыльцо, чтобы проводить нас.

Не приговор – отчаянья темница.

Я верю – будешь снова ты летать, как птица,

тихо произнесла зебра мне вослед. Я не поняла и половины из того, что она сказала, — все-таки поэзия – это не мое, — но мне послышалось в этом что-то обнадеживающее.


Под ливень мы все-таки благополучно угодили. Слава Селестии, успели добежать до уличного кафе и спрятаться там под одним из зонтиков. Под соседним зонтиком так же, как и мы, пережидали непогоду пара земных пони – мать с жеребенком. Вид у матери был очень усталый, через спину у нее были перекинуты седельные сумки, битком набитые всякой всячиной с базара – из-под крышки сумки кокетливо свешивался зеленый морковный хвост, а судя по ее вздутым бокам, внутри полно было яблок. Энергии же в жеребенке, в противоположность матери, было хоть отбавляй.

— Хочу, чтобы закончился этот проклятый дождь! – упрямо твердил он.

— Нехорошо ругаться, милый, — рассеянно ответила мать, занятая одновременным удерживанием сумки на спине и своего чада – в пределах досягаемости.

— Мне надоело! Что хорошего в этом дожде! – продолжал свое её сын. Он был необычной масти – пятнистый, основной фон шкурки – белый, а по нему разбросаны кофейные пятна. Одно из пятен окружало глаз.

Я вспомнила его – видела на празднике Ночи Кошмаров. Кажется, его зовут Пипсквик.

— Но дождь нужен растениям. Ведь бывает так, что ты хочешь пить, верно? Вот и растениям тоже необходима вода… Кроме того, после дождя всегда бывает радуга.

Я вздрогнула и насторожила уши.

— Всегда-всегда? – переспросил малец.

— Всегда, — тряхнула гривой его мать. – Радугу для нас устраивают пегасы. Но настоящую радугу под силу создать только одной из них…

Малец слушал, не перебивая.

— …Её зовут Рэйнбоу Дэш. Она единственная и неповторимая в своем роде. Она может выполнить Радужный взрыв с закрытыми глазами…

Тут пони заметила меня и осеклась на полуслове. И без слов понятно было – весь Понивилль уже знает. О том, что знаменитая Рэйнбоу Дэш больше не может летать.

Я грустно усмехнулась. Вот я и стала народным героем, почти что легендой. Но почему это меня не радует?..

Твай давно уже смотрела на меня с подозрением. “Может, уйдем?” – шепнула она мне одними губами. Я отрицательно помотала головой.

— Где же Рэйнбоу Дэш? Дождь заканчивается…

— Она… пока не в состоянии выполнять свои обязанности, дорогой. Может быть, нам еще посчастливится увидеть ее за работой…

Пипсквик сморщил мордочку – по всему видать, готовился зареветь.

— Но я хочу увидеть НАСТОЯЩУЮ радугу!

Что-то внутри меня вздрогнуло. Какая глупая мечта – увидеть радугу. Неужели твоя короткая жеребячья жизнь столько потеряет без этой семицветной ленты в небесах?

— Пойдем, малыш, — подтолкнула его носом мать, опасливо посматривая на меня.

Но тот уперся в землю всеми четырьмя копытцами.

— Я хочу увидеть радугу! ХОЧУ! ХОЧУ! ХОЧУ! – при каждом своем “хочу” он, как мячик, подпрыгивал на месте.

Он почти наверняка не знал, что каждое его ХОЧУ впивалось мне в сердце, как шип. Его желание так идеально совпадало с моим, что…

— Рэйнбоу… — тревожно начала Твай.

Пипсквик больше всего на свете мечтает увидеть настоящую, фирменную радугу от Рэйнбоу Дэш. А я хочу всего лишь снова летать.

И исполнение двух желаний двух совершенно разных пони зависит только от меня…

Я выскочила под последние струи дождя, чувствуя, как прохладные капли сбегают вниз по шкурке. Расправила крылья. Я тренировалась все это время. Я сильная, я МОГУ летать. Все это время меня держал на земле мой страх.

Я глубоко вздохнула, распахнула крылья и взмахнула ими.

Мои копыта медленно оторвались от земли.

Только не смотреть вниз…

И не торопиться.

Я медленно набирала высоту, когда внезапно угодила в шальной воздушный поток. Меня закрутило и завертело.

Нет! Только не снова!

Но “снова” не будет. Будет так, как я захочу. Молния не бьёт дважды в одно и то же место…

Стиснув зубы, я вывернулась из этой круговерти и наконец позволила себе посмотреть вокруг. Тучи таяли прямо на глазах, среди них кое-где мелькали фигурки пегасов.

Небо. Как я скучала по тебе… Я иду к тебе, небо…

Я начала разгоняться. Медленно, постепенно наращивая скорость. После стольких дней бездействия нельзя приступать к работе резко…

Но на нужную скорость мне все же удалось выйти. Ветер заревел, завыл в ушах, и я поняла, что победила. Даже не оглядываясь, я знала, что сейчас за мной тянется разноцветный шлейф прекраснейшей в Эквестрии радуги.

Я не спустилась на землю сразу – наслаждалась чувством полета и никак не могла насладиться сполна. Так бывает, когда очень долго страдаешь от жажды и потом, добравшись до родника, пьешь, пьешь чистую, вкусную воду…

Но внизу меня ждала подруга… Я вздохнула и, сложив крылья, а затем раскрыв их у самой земли, плавно спикировала вниз.

Трот-трот – сначала задние копыта, а затем и передние звонко ударили о мостовую.

— Рэйнбоу Дэш! У тебя получилось! – подскочила ко мне Твай. – Но как ты…

Я немного помолчала.

Потом подмигнула Пипсквику, который смотрел, разинув рот, то на меня, то на небо, раскрашенное разноцветными полосами. И ответила:

— Просто, что бы ни случилось, после дождя всегда должна появляться радуга.