S03E05
Нет ничего тайного, что не сделалось бы явным. Проблемы со звездами.

Интерлюдия. Пламя ненависти.

И пусть весь мир горит!

http://www.youtube.com/watch?v=au46vv9v9Wc

Ну вот и завершился путь некогда явившегося в сей прекрасный новый мир фиолетово-оранжевым взрывом покрытого шрамами земного пони. Бессмысленно и беспощадно. Наконец-то.

— Мы требуем немедленно прекратить буйство! – ударила копытом о раскисшую от жара землю Рэрити. – Оно и так уже всю округу оповестило о местоположении…

— В атаку! – неожиданно рявкнул задыхающийся монстр, с рычанием выхватывая из глубокой выжженной ямы совершенно целый и даже не закоптившийся белоснежный шар. – Немедленно!

— Пардон? – опешила единорожка.

— Либо ты трубишь подъем, — дыхнуло на них горячим воздухом чудовище, — либо я тебя уничтожу. ЛЕНТУС!

— Я здесь, ваше…- стоявший чуть в стороне дырявый аликорн схватился за горло.

— Ты спрашивал о судьбе той твари? – Создатель притянул подчиненного к себе и ударил рогом ему в лоб. – Ну так получай!

Несколько мгновений ничего не происходило, а затем из глаз адъютанта брызнули слезы.

— Да, именно так, — враг всего живого бросил жертву на землю, — и пусть мучил Диану владыка тварей, но лишил ее надежды забывший при виде Принцессы все свои клятвы о вечной любви предатель. И кровь ее теперь на вас и на детях ваших. Кстати о жеребятах, — когтистая лапа схватила черного жеребца за лицо. – Хотел оставить это на потом и сперва рассказать Луне, но думаю нынче моему заместителю самое время узнать, на что таки пошли те несколько сотен мелких горожан с рефеловым сыночком во главе…

Главарь перевертышей взвыл и рухнул на выжженную землю.

Дракоаликорн с явно видимым наслаждением втянул носом воздух и раскрыл крылья, на глазах покрываясь ярко-багровыми трещинами. Пылающий взгляд вновь устремился на эквестрийцев:

— Готовы вы или нет, а я больше ждать не могу, — он стрелой рванул в небо и уже с приличной высоты до оставшихся внизу донесся страстный рык, — СМЕРТЬ ВСЕМ!

А сразу за тем зверь исчез, однако донесшийся спустя пару минут со стороны врат громоподобный взрыв не оставлял сомнений касательно места его приземления:

— И ДАРОМ! – сумасшедший хохот.

— Что ж, видимо у нас и правда нет выбора – основное орудие выстрелило раньше времени, — приложила копыто к лицу единорожка. – Боевая тревога. Уже организовавшиеся пусть сразу идут в атаку. Остальные – по мере готовности.

— Есть! – хором ответили столпившееся за их спинами командиры и заторопились к своим подразделениям.

— Вайс! – перед ней появился черный адикорн, всё это время пытавшийся убедить Магистрессу уйти от «крайне нестабильного» Создателя Чудовищ. – Что с ним? – копыто на корчащегося адъютанта.

— Боль, — не глядя отозвался полковник. – Очень, очень много боли.

— Поднять и привести в порядок, — четко произнесла красавица. – В случае невозможности – возглавить силы Семьи лично. Это приказ.

-
Они наконец вырвались на открытое пространство.

Хотя видит Твайлайт – увидев, чего там творится, Фрути искренне захотел вернуться в лес. Всюду сколько ни хватало глаз кипела яростная сеча и если гибнущих пони с тварями понивилльцу видеть в общем-то привычно, то вот «тартаровцы» в полной мере оправдывали свое название – на некоторых и глядеть-то больно, не то что…

Перекрывающий шум битвы резкий свист – и поистине ужасающий грохот, сопровождающийся небольшим землетрясением и разлетающимися во все стороны чудовищами. Одно такое существо шлепнулось у самых ног пехотинца и представляло собой частично обугленное месиво из десятка конечностей со слизистой впадиной посередине. Он поспешил его добить.

А затем раздался смех – сладострастный, торжествующий – и из эпицентра взрыва ввысь понесся сгусток багрового пламени, оставляющий за собой шлейф раскаленного пепла.

— Чего встал!? – заорали в ухо засмотревшемуся земному и копыта сами понесли неудавшегося революционера за ушедшим довольно далеко первым рядом. – Луной!

Панцирники не сбавляя темпа начали выстраиваться полумесяцем.

— За Принцесс!

«…и Спасительницу» — по привычке мысленно добавил Фрути, как и все переходя на таранный.

Пятнадцать шагов, одиннадцать.

Порождения ночных кошмаров заметили вышедших из леса новых противников и пытаются развернуть строй, если у них вообще есть такое понятие.

Семь.

Вспышка света – и резкая боль справа от подбородка. На глаз брызнуло кровью. Но это не важно.

Четыре.

Позади противников взметнулось пламя – видно артиллерия наконец вышла на позиции.

Прыжок.

Длинная и тонкая фигура попыталась отскочить, но задние ряды не дали – копыта бронированного пони легко смяли грудную клетку, а меч пробил череп, без передышки вновь вздымаясь на нечто вроде рыжего пня с лиловыми буркалами, лишь на пару секунд пережившего своего товарища.

И закипела та самая бессмысленная и беспощадная сеча, что так часто снилась ему в кошмарах – хорошо хоть дождя нет и народу тут всё же не один Понивилль.

Удар, взмах, пинок, поворот, вогнать, сломался меч – схватить с земли, прыжок…

Время потеряло всякое значение, как и стала чем-то вроде отдаленного философского понятия боль. Только враги, только выживание, только движение вперед.

В какой-то момент Фрути воткнул обломок пики в грудь мелкому и тощему дракону, ходящему на задних лапах и носящему тут же выхваченное из ослабевшей лапы оружие, и уже рванул к следующей цели, как позади раздался взрыв и воздушная волна бросила его в наседающего на товарища здоровенного огнедышащего кота в шипастом ошейнике. Звуки исчезли, сменившись неясным гулом, а голову будто бы сунули под пресс, но ему всё же удалось перед потерей сознания воткнуть сжимаемую в зубах хреновину твари в горло…

— Живой! – раздалось над ухом одновременно с новым толчком и жеребца рванули вверх, суя в рот нечто скользкое и солоноватое. – Стой!

Вух. Дело не так плохо, как могло показаться – рванувшая слева волна собачек буквально выгрызла в рядах чудищ глубокую просеку, маги наконец начали полноценную бомбардировку вражьего тыла, а прямо над ними завис порченный дракон, поливая лезущего с трех сторон противника пламенем, как раз чтобы не подставится под которое его и придержали.

Слава Преподобной, что он ничего не чует.

Глаза нашли еще такое далекое жерло пещеры, из которой сплошным потоком лезли новые уроды. А затем почти сразу — яркий и явно недобро светящий фиолетовый фонарь.

Багровый клуб пламени оказался совсем рядом и сейчас вновь со смехом рванул ввысь…

— УБИЙЦА! — наверное на всё поле боя прокричал женский голос и в Создателя Чудовищ ударила льдисто-синяя фигура, примчавшаяся со стороны их позиций. – ЗА НЕЕ!

Зеленая волна бросила гигантский уголек об землю, а затем в место его падения ударил столб света…

— Не спи! – снова заорали ему на ухо, сопроводив слова ощутимым толчком в сторону временно дезориентированных чудищ.

И вновь разгон-прицеливание-прыжок, хотя в этот раз всё прошло далеко не так гладко – Фрути неслабо пропороло бок острым гребнем. Хорошо хоть углубиться во вражьи ряды не успел. Жеребец тут же рванул назад.

На месте медицинского поста гудело ярко-желтое пламя, а висящий над ним искаженный звероящер, корчась и хрипя, поливал огнем всё вокруг себя…

-
— Просто поверь мне! – снова раздался голос из-за стены. – Освободи!

Наконец-то достигший цели удар и долгожданный болезненный всплеск из головы предательской твари.

Страшила перевернулся и лягнул в выигрышном направлении обоими копытами – враждебное присутствие вовсе исчезло из ощутимого ареала.

Но лишившее его обычных чувств заклятье и не собиралось спадать.

Какие-то убогие твари всё время лезли под его лезвия и тут же получали просимое, но рано или поздно кто-то догадается просто расстрелять ослепшего дракоаликорна издали.

Создатель Чудовищ зарычал и рванул вперед, уже не разбирая ни куда идет, ни кто под режущими сталь как масло крыльями.

Кризалис вот-вот вернется и…

— Я могу провести тебя! – застучал в барьер Силина. Резкий удар в бок, едва не бросивший Создателя Чудовищ на земле. Ответный взмах. – Ты убьешь нас обоих!

— Заманчивая перспектива, — прорычал монстр, выдыхая пламя в темноту и снова с яростью ощущая пустоту там, где должна быть боль, ужас и отчаянье.

Еще несколько наполненных постным сражением колеблющихся минут – и стена внутри разума рассыпалась. Высвободившийся из глубин, но всё еще связанный Силин без проволочек создал указующую путь к Спасительнице нить.

Враг всего живого резко развернулся и понесся к своей истинной цели, кромсая и сжигая всё, попадающееся на пути.

— Ты не уйдешь! – в спину вошло ледяное лезвие.

— Пошла вон! – рявкнул дракоаликорн, смахивая предательницу хвостом и опуская копыто на место ее падения. Они вошли во что-то мягкое и вроде бы он ощутил-таки боль…

Но спустя миг всё пропало – тварь опять сбежала.

Плевать.

Уставший, израненный и распадающийся владыка чудовищ сконцентрировался и выстрелил самим собой по указанной линии, как обычно используя в качестве тарана выставленный вперед проклятый шар. Пройдя сквозь наверное несколько тысяч тел он наконец уперся в нечто, способное не только выдержать его напор, но еще и отбросить монстра в кучу тут же попытавшихся разделать якобы беспомощного слепца безумцев.

Несколько мгновений – и испепеляющее всё вокруг себя страшилище вновь устремилось к ощущаемому как нечто колючее и склизкое цели.

— Позволь мне стать тебе зрением.

Секундное колебание, кивок, передача новых функций – и мир вновь расцвел красками. А также множеством линий, пятен и нитей, ибо ныне владыка смотрел на него глазами крохотного симбионта.

— Мы – одно целое, — ответил на невысказанный вопрос Силин, подключая и множество других населяющих дракоаликорна существ к их сознанию.

Враг всего живого презрительно хмыкнул и вернул внимание всё более четко осознаваемому объекту перед глазами. Здоровенный сгусток чужой, всем своим существом противящейся Коллективу силы, в центре которой сияет маленький алмазик – пятнадцать лет назад отмеченная Достойной убийца Отца.

— Наконец-то! – выдохнул Страшила и ударил в окружающий Твайлайт щит Хозяином. Как будто сама ткань реальности порвалась в момент их соприкосновения и природа сошла с ума, порождая и мгновенно унося в небытие сотни крохотных существ…

Он жал сколько мог, но в итоге Тартар смог-таки отбросить повелителя от своей избранницы. В этот раз его никто не встречал – взрывная волна очистила всё вокруг далеко за границы нынешнего убогого мироощущения Создателя Чудовищ, не оставив ни костей, ни почвы. Задыхающееся страшилище вновь с яростным рыком устремилось в атаку – и опять оказалось не в силах достать свою цель.

— Тебе не справится…

— Заткнись! – рявкнул дракоаликорн, концентрируясь. – Я уничтожу ее. Об отступлении речи нет. Только смерть – пусть даже и в двух экземплярах.

— Бессмысленная, — прокомментировал предшественник, загораживая обзор. – И что станет с Семьей, когда ее владыка погибнет? Неужели ты не слышишь их воплей и мольбы?

— Плевать! – рывок.

Враг всего живого растекся по барьеру.

— Освободи меня! – снова появился перед мысленным взором опутанный цепями дух. – Вместе мы сможем пробить стену! Доверься мне!

С трудом собравшийся обратно монстр фыркнул и нащупал выроненный шар. Нацелился на расплывающуюся мишень…

— Ладно! – оковы исчезли и в Страшилу хлынула разноцветная мощь вставшего рядом раба. – Вперед!

Хозяин вновь впился в сгусток иномировой силы, с грохотом и искрами начав медленно входить внутрь. Щит сгустился в точке касания, бил дракоаликорна плетьми, превращал камень под ним в желе и удалял воздух – но всё равно не смог справиться сразу с двумя Создателя Чудовищ, громоподобным хлопком оповестив мир о провале своей миссии и пропуская к хранимому сокровищу ее убийцу.

Враг всего живого наконец смог видеть своими глазами – учиненное ими буйство магии содрало все наложенные на него проклятья, заодно со значимой частью чешуи. Но это не важно – ибо цель перед ним.

Преподобная Твайлайт Спаркл, Спасительница Эквестрии, Убийца Силина, Призывающая Бурю. Такие громкие титулы – и столь жалкое зрелище. Всего-навсего небольшая тощая единорожка, висящая в переливающемся множеством красок полупрозрачном яйце. Глаза горят, ноги тянуться ввысь, а на губах – слабая улыбка существа, которое вот-вот завершит тяжкий и долгий путь.

— Это сифон! – царящая внутри первой оболочки какофония прорвалась и в их общую голову. – Они что-то высасывают из нее…

Владыка тварей не обратил на слова пленника внимания – его захватила волна разочарования.

Проклятые тартаровцы всё-таки сделали это – подсунули ему вместо настоящей личности ничего не чувствующую управляемую куклу. Несправедливость мира в который раз явила себя во всей красе.

Впрочем, через какое-то время враг всего живого справился с собой. Вновь собрался с мыслями и остатками сил. Один удар – и эта дурацкая сказка о спящей красавице завершиться, а Эквестрия достанется ему на растерзание.

В конце концов, много малоинтересных смертей наверняка смогут заменить украденный триумф. Очень, очень много.

А там и до шара доберусь.

Страшила набрал воздуха в грудь…

…но назначенного ей приговором потока пламени из пасти не вышло.

Ноги без его приказа пошли вперед.

Объяснение нашлось быстро.

— Предатель! – он ринулся на перехватившего управление телом негодяя.

И тут же оказался опален волной золотистого пламени, унесшего уже видимо бывшего хозяина сознания в глубь.

-
Силин застыл перед волшебной клеткой и глубоко вздохнул, сосредотачиваясь в попытке отрешиться от всего лишнего и обрести внутренний покой. Вслушиваясь в ободряющие его голоса.

Итак, он здесь. У цели. Наконец-то.

И что же бич Эквестрии намеревается делать?

Объяснять про судьбу? Про предназначение?

Рассказать о не случившемся, но задуманном величии?

Показать, каков был бы ее мир, если бы в него не пришла Семья?

Пустое.

— Родные гордились тобой.

Тень внутри шелохнулась.

Убийца встал вплотную.

— Селестия верила в тебя.

Конечности, давно переставшие быть просто копытами, с шипением вошли в упругую стенку.

Дикая боль. Хорошо, что теперь тело может ее просто отключить.

— Друзья надеются на твое возвращение.

Вот только сейчас страдает отнюдь не одна лишь плоть.

— Они все любили Твайлайт Спаркл. Ждали ее.

Ноги со стекающими по ним каплям брони сомкнулись вокруг висящей фигуры.

— И я…

Дракоаликорн запнулся, поколебался мгновение и молча потянул на себя.

Воронка почувствовала движение своей жертвы и перенацелилась на пытающегося отнять у нее пищу вторженца. Будто сотни раскаленных когтей впились в душу и разум, стремясь вырвать их из крылатой туши и затянуть в энергетический водоворот, не дающий Вратам закрыться.

Но Силин не собирался ее отпускать, упрямо продолжая вытаскивать свою погибель из созданной ей самой ловушки и ощущая, как самое его существо капля за каплей исчезает в воплощенной жажде свободы.

И тут в него вонзились еще и клыки:

— Эта бестия убила миллионы и сам мир лишила будущего – а ты хочешь спасти ее?!– зарычал пламенный дух, начиная рвать его «плоть». — Такой же слабохарактерный идиот, как и твой заместитель! В тебе вообще осталось хоть одно свое желание? Ваши «пленницы» вертят вами как хотят…

Былой повелитель тварей отбросил его:

— По законам земным и небесным – она должна умереть! – рявкнул Страшила, вновь бросаясь в атаку.

Ему преградила дорогу стена душ.

Отец не просил их, да и не посмел бы – но его жертвы пришли сами.

И сколько не ярился несчастный монстр, сил на прорыв у него не осталось.

Однако он, как всегда, нашел другую тактику – самим своим невозможным бытием попытавшись если не перехватить контроль над телом, то хотя бы не дать управлять им Силину, ударив в максимально удаленную от целей былого раба точку и «растягивая» их внутреннее пространство.

— Остановись! – с трудом удерживая свой бесценный груз возгласил дракоаликорн. – Ты убьешь нас всех!

Безумный хохот и не оставляющий сомнений ответ, а за ним – вопль удивления.

И ужаса.

Глава Семьи с трудом поверил своим ощущением – тело само просто взяло и…выкинуло его.

Точнее не просто тело. Остаток разума. Спящий, растекшийся, стоящий на грани, но тем не менее еще чего-то осознающий…

Отбросив сие отвлекающее размышление в сторону, Силин потянулся к едва держащемуся за плотскую оболочку яростному духу, в которого уже вцепились когти воронки.

— Я не намерен существовать в мире, где нет справедливости даже таким преступникам, — с совершенно нехарактерной для него холодной ожесточенности произнес Страшила, отбиваясь от тянущих его в погибель конечностей. – Оставь Твайлайт ею же подписанному приговору — и спасешь меня.

— Ты же понимаешь, что это невозможно! – с испугом ответил бывший враг всего живого, не ощутив шутки или блефа.

— Некогда мой пленник сказал, будто предпочтет подчиниться монстру, нежели допустить его смерть, — со всё той же серьезность и каменной уверенностью заявило страдающее чудовище. – Ныне тебе пришло время доказать это: отдай убийцу Семьи палачам.

— Нет! – Отец освободил сколько возможно сил и попытался схватить соскальзывающую душу.

— Предатель, — уже даже почти злобы констатировал Принц и сам оттолкнулся от тела прежде, чем нити смогли до него дотянуться, на краткий миг зависнув близ оставленного им убежища и устремив взгляд на использовавшего его Создателя Чудовищ.

Контакт длился лишь несколько мгновений, после чего когти очнулись и вновь вцепились в оказавшую им услугу жертву. Дракоаликорн также предпринял отчаянную попытку схватить гибнущего пленителя, но тот лишь усмехнулся и сам рванул к уже будто бы облизывающейся воронке.

— Я никогда не сдамся, — дух объяло пламя. – УМРИ!

-
Фрути жадно втянул воздух и на всякий случай еще раз ударил чуть не задушившую его твари обломком меча в горло.

Битва окончательно превратилась в безобразную свалку, в которой все воевали против всех и только эквестрийцы еще каким-то невероятным образом не поддались безумию. Впрочем, судя по голосам в голове – им тоже осталось недолго.

Когда же наконец всё это кончиться…

Мир ответил ему новым, воистину ужасающим взрывом, отправившим сражавшегося за полмили от пещеры жеребца в полет.

И уже находясь на краю обморока, он услышал далекий, быстро прервавшийся смех.