Великая и Могучая

Маленькое стихотворение о Трикси, покинувшей Понивилль.

Трикси, Великая и Могучая

Новая жизнь

Твистер. Кто он? Всего лишь обычный пони, брошенный на произвол судьбы и вынужденный искать новую жизнь в таком городке, как Понивилль, или удивительный герой, приезжающий на белой колеснице, спасающий всю Эквестрию и красиво уезжающий в закат? Своей судьбой каждый вправе управлять сам, но что, если это не просто судьба? Что если это предназначение? Тогда герой уже не строит сам свою судьбу. Он лишь прокладывает для нее путь.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Луна Дерпи Хувз Другие пони ОС - пони

Всё очень плохо

Каждый день в одиннадцать часов утра одинокая пони включает радио, чтобы услышать новости. Но все новости умещаются всего в трёх словах.

ОС - пони

Тени

Ночь, зеленый свет радара и чужие тени за облаками.

Скуталу Спитфайр Дерпи Хувз

Никогда

Ненависть и любовь причудливо мешаются в душе Луны, заставляя её превратиться в ту, что не знает пощады и хочет ввергнуть всю Эквестрию в вечный мрак – Найтмер Мун.

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Кузнечик Криззи

К счастью ведут разные пути; чтобы пройти один, может не хватить душевных сил; для преодоления другого потребуется потрудиться, а для третьего - просто подождать и принять результат.

Свиток маленького дракона

Свиток дракона. Маленького. Очень маленького дракона.

ОС - пони

My Little Assuming Control, или Шаловливые ручонки Шепарда

Великая Галактическая Война, о ней мы все наслышаны. Порой, ради победы надо отдать все, в том числе и жизнь. Но вот что если Предвестник таки не обманул героя и все же честно даровал ему возможность исправить ситуацию? Увы, даже при всей честности великого разрушителя, как это зачастую бывает, без проблем было не обойтись. Жнецы и органики в растерянности, ибо Предвестник с Шепардом пропали... Где же находятся столь волевые личности, и кто будет насильно втянут в столь жуткий водоворот событий?

Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Биг Макинтош Другие пони Человеки

На вершине

Что значит быть Селестией? Что значит быть «на вершине»? Селестия знает. А вскоре узнает и Твайлайт.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия

Посланник в Эквестрии

Молодой учёный отправляется в мир добра и процветания - Эквестрию. С целью убежать от серой повседневности, а так же найти своё место в жизни. Но находит намного большее, чем простое человеческое счастье.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони Человеки

Автор рисунка: BonesWolbach
Гл 2 Искра во мраке

Гл 1 Вечный Сумрак

Глава 1
Сны. Всем снятся сны. Иногда кажется, что реальность — тоже сон.

Плохой, дурацкий сон.

Каждую ночь мне снится один и тот же странный сон. Будто я стою в большой комнате, без стен и потолка. Под ногами свежая, изумрудно-зеленая трава. Ветер колышет мою гриву, приятно обдувая тело. Вокруг светло, будто горят тысячи светильников. И я бегу.

Но я не убегаю, не пытаюсь скрыться, в страхе оглядываясь по сторонам, нет. Я бегу вперед, наслаждаюсь этим бегом, скоростью, ветром и светом. На моем лице улыбка. Похоже я счастлива. Я бегу, наклонив голову, а грива свободно развевается на ветру.

Свободно...

И я просыпаюсь.

Свобода? Чушь. Счастье? Привилегия знати. Улыбка? Разве что злобный оскал. Это всего лишь сны. Реальность гораздо более сурова. Ты тот , кто ты есть, и изменить себя или свою судьбу ты не в силах. Мы получаем эти знания с молоком матери. Свободы не существует. Надежды не существует.

Это наша жизнь.

Мы — кошмары.

Я открываю глаза. Потолок давит на меня, вжимая в грубый матрац. Встав с койки, я протираю глаза, и бросаю взгляд на свою комнату. Узкая пещерка, кое-как укрепленная балками из древогриба, грубая измятая койка , стол в углу комнаты. Я вздыхаю и поворачиваю голову к моему сегодняшнему завтраку. Он стоит на столе. Грибной салат в глиняной миске, серый, как моя пещера. Я потягиваюсь, подхожу к столу , все еще полусонная, и вяло начинаю жевать. Пресно и скудно, зато сытно. Жуя, я оглядываюсь на кровать. Спать охота, да и салата мне все же не хватило. Но пора уходить, чтобы заработать еще хотя бы на один завтрак. Сталкиваю миску на пол, и пинком загоняю ее в другой угол. Миска разбивается на черепки а я лезу под кровать за своим инвентарем. Один ботинок очень далеко закатился. Ворча, залезаю под кровать глубже. Вдоволь наглотавшись пыли , вылезаю с ботинком в зубах. Натягиваю обувь и надеваю сумку, мимолетно проверив состояние оных. Сумка выглядит сносно, без дырок, а вот сапоги уже разносились и истрепались. Хоть босиком ходи.

Я выхожу из своей комнаты и закрываю за собой дверь. Могла бы и не закрывать, брать у меня все равно нечего. В зале жилища уже собираются кошмары. Такие же как я: усталые, пыльные, голодные, они бродят по залу, сбиваются в кучки, тихо обсуждают планы на день. Похоже все спокойно, и сегодняшний день обойдется без драки за место работы, потому что огня ни у кого не видно. А без драки обходится редко, потому что все вечно чем-то недовольны или раздражены, конфликт может вспыхнуть на пустом месте. И тогда быть пожару. Туши потом. Недовольно кривлюсь. Нравы… Я ищу своих знакомых в этой практически одинаковой толпе. А вот и они: Старый Хейст и Хард Стоун стоят у дальней стены, о чем то беседуя. Этих двоих я знаю давно. Хейст меня даже пытался воспитывать после того как мамы не… Все равно, сильной привязанности они ко мне не испытывали. Хейст просто занимался тем, чем ему хотелось заниматься, а Стоун общался со мной исключительно со скуки. Однако лучше так, чем вообще ничего. А где же Дип Лайт?... А Дип Лайт возникает у меня перед глазами.

— Сансет! — я взрагиваю от звука его голоса у меня над ухом.

— Дип, ты можешь не подкрадываться? — я укоризненно смотрю на Дипа.

— Извини , — хитро смотрит он на меня — Привычка.

-Вечно ты так, — строю недовольную морду.

Дип Лайт — вор. Его уже пару раз ловили, но всегда по мелочи, и потому он всегда выходил сухим из воды. По крупному он не попадался. Как вор он обладал неплохой смекалкой и хитростью, но порой он ускользал лишь чудом. А удача — штука капризная. Из всех моих знакомых Дип живет лучше всех а у его комнаты есть самая настоящая дверь, хотя позволить ее может разве что ремесленник. Уж больно это дорогое удовольствие. Впрочем, у него талант.

— Ты сегодня куда? — Дим садится справа от меня. — В Горн или в штольню? Или еще куда?

— Горн. — я вздыхаю и смотрю на выход. Выбор небольшой , а это самый лучший вариант. В Лес всех подряд не пускают. — А ты? — смотрю в глаза Дипу.

— Туда же. — отвечает он, слегка улыбнувшись. Дип — довольно симпатичный жеребец, но уж больно много кобылок на нем виснут, поэтому я даже не пытаюсь с ним заигрывать.

— Что ты так смотришь? -прерывает он мои мысли, и я ловлю себя на том, чтол разглядываю его.

— Ничего. — равнодушно отвечаю я и он пожимает плечами и встает.

— Погоди, — говорю я. — Хард Стоун...

— Хард Стоун идет в штольни вместе со стариком. — Дип криво усмехнулся. Штольни — самая незавидная работа. И не просто так. Обвал, нападение хищников, или случайный пробой дна лавового озера не раз уносили жизни неудачливым шахтерам. В Горне все куда безопаснее. Но у некоторых попросту не остается выбора. Я смотрю на Стоуна и старика. В глазах Хейста странная обреченность. Хотя , эта обреченность есть во всех нас. Мы – кошмары, в конце концов. Еще вчера старик повредил ногу, случайно опрокинув литейный котел. Теперь в Горн ему дорога заказана. Ну а Хард Стоун пойдет с отцом.

— Старик может не выдержать, — вспоминая его вчерашнее состояние, отмечаю я, и иду за Дипом.

— Больше его никуда не пускают. — говорит Дип, и я понимаю , что разговор исчерпан.

Мы выходим из жилища в душный воздух улицы. Квартал бедноты. Тесный, узкий, темный и ... опасный. Вдоль улочки тянутся глиняные жилища, зияя проломами и подпалинами, по дороге уже идут на заработки кошмары, пошатываясь ,кто от сна, кто от выпитого уже с утра. Кислый запах грибного эля витает в воздухе , непрошено забираясь в ноздри. Мы идем по улочке вдоль баров, где отчаявшиеся заливают бесконечное горе гадким пойлом. И я… их даже понимаю. Хочется закрыть глаза, и представить , что меня нет. Но что то внутри заставляет вставать, и зарабатывать себе еще день жизни.

Я морщу нос от запаха улиц. Во сне пахло гораздо приятнее. Вроде бы и привыкнуть к вони пора, но...

Дип Лайт идет впереди, но бросив мимолетный взгляд , усмехается и ехидно произносит:

— Ты чего это , как графиня нос морщишь?

— Может чихнуть хочу, — резко отвечаю я. Его ироничный тон меня задевает. Кажется я начинаю просыпаться.

-А чего же не чихаешь? –он снова поворачивается ко мне. Ох уж эта его ухмылочка.

-Уже не хочу,- обиженно бурчу я.

— Ааа. — немногословно, но от ворамоногого ожидать не приходится. Такие, как он вообще обычно молчат. А ты потом оказываешься без монет в сумке. Однако Дип «своих» не грабит, поэтому бедняки могут спать спокойно. Нет, не могут ,конечно, у нас хватает менее сознательных и не менее сильных кошмаров. Как те трое, что свернули за угол, вслед за одним из кошмаров. Я опускаю голову. А что я смогу сделать? Ничего. Отвлекшись, я едва ли не замечаю , как подхожу к выходу из района. Честно, определила по запаху.

Выход из бедняцкого района обозначен железной пятиметровой аркой. Непонятно порой, зачем она тут? Стражи стоят на входе, лениво полируя броню. Даже алебарды стоят за стойками арки. Потрясающе, хотя … Кого им охранять? Или от кого. Невольно смотрю на потолок пещеры, весь потрескавшийся, давно не укрепленный. ,Если он ухнет вниз, никто плакать не будет. Стражи – тому подтверждение. Когда мы проходим мимо них, на нас даже не смотрят, продолжая заниматься своими делами. Просто два обычных кошмара идут на работу.

И вот наконец, ремесленный район. Бурлящее сердце Андерхуфа. Шум мастерских, не смолкающих ни на секунду, вечно куда то спешащие кошмары, всплохи лавовых светильников на улицах и конечно же запах, куда более приятный, чем там, за аркой. Я наконец вдыхаю полной грудью. Посередине всего района находится спиральная платформа, опускающаяся на триста метров к лавовому озеру, посреди которого находится Горн — великая литейная мастерская. Башня , настолько высокая что выглядывает из ямы на несколько десятков метров. Ремесленники живут вдоль платформы. Их дома — действительно дома. Не отдельные комнаты в пыльных жилищах, а двух , а то и трехкомнатные дома с окнами из которых виден Горн, с отделкой, красивые и недоступные нам, беднякам. Говорят в Высоком районе дома еще красивее, но я склонна верить только тому, что вижу. Я там не была. От Горна к платформе отходят множество мостов, и мы с Дипом идем к сорок седьмому. Всего мостов семьдесят, и чем ближе к первому, тем лучше условия. Однако выше тридцатого пускают только ремесленников. Но жаловаться не приходится. О нашем с Дипом месте многие только мечтают. Мосты выглядят внушительно: черные от чада, с массивными перилами ,украшенными стальными шипами, направленными вверх.

— Горн... — Дип Лайт резко остановился перед мостом. — Ты на выплавку, или на пресс?

Я снова думала посторонние мысли, поэтому пройдя лишний шаг, останавливаюсь, не в состоянии ответить сразу.

— А , да , что? А ты куда?

— Да где свободно будет, — Кошмар машет копытом. Мимо проходит группка девушек, бросающих откровенные взгляды на Дипа. Он подмигивает им и машет копытом в приветствии . Кому-то из них сегодня возможно повезет. Я строю недовольную гримасу и радуюсь, что Дип отвернулся. Дип – завидный жеребец, однако мне он просто друг, что пожалуй и к лучшему. Не хочу это портить … лишними чувствами. Почему только он так часто ходит со мной, а не в компании девушек?

Мы с Дипом подружились в прошлом году. Это было в штольнях, в день ремонтных работ в Горне. Я помню, как вытаскивала его из под завала, под который чуть не попала сама. Дипа я знала еще раньше, но общаться с ним не тянуло. Однако потом все как то само образовалось, и теперь мы часто ходим вдвоем на работу и за покупками. И ведь что интересно, он ни разу не лез ко мне с непристойностями . Встряхиваю головой и прогоняю задумчивость.

— Пойдем уже, — толкаю я жеребца. – Время не ждет.

— По тише, так ведь и напугать недолго ,- Дип как то странно на меня посмотрел. С улыбкой, как на дуру, но вроде бы даже... приятно. — Ведешь себя, будто мы уже несколько лет, как женаты.

Я краснею. Вот сволочь! Чтобы я еще перед ним краснела? Да будь я его женой, я б его убила давно, за такие взгляды на баб! А он пока живой. Смущенная и разозленная, я иду к воротам в Горн. Сзади слышится легкий смешок Дип Лайта. Он еще и смеется... И почему он так?

Я подхожу к регистратору. Он сидит за невысокой деревянной стойкой, на которой лежит книга учета. Черно-красный кошмар , одетый в асбестовую серую униформу Горна оглядывает меня равнодушным взглядом, и берет в копыто стальное перо.

— Имя.

— Сансет Шэдоу. — я тряхнула головой, чтобы убрать челку с глаз. Моя прическа меня когда нибудь доконает.

— Бедняцкий район? — я не знаю как голос может стать еще равнодушнее, но у регистратора это получилось. Да и вопрос был больше похож на утверждение.

— Да, — кошмар выискал глазами мое имя в списках и кивнул.

— Двенадцать флеймов за десять часов работы. Можете получить форму.- он кивает на вход. — Следующий.

Двенадцать флеймов. Вчера я была на пятьдесят втором мосту и получала всего десять. Спасибо Дипу, он как то вытащил меня выше. Он умеет добиваться своего. Я улыбаюсь и оглядываюсь на него. Он стоит около стойки регистратора и пытается завязать с ним разговор, явно раздражая очередь. И , похоже, ему это нравится.

Нет, все таки он просто болван. Но очень милый болван. Снова отворачиваюсь и поднимаю глаза на врата Горна. Две огромных монолитных каменных створки, открываемых механизмами внутри стен, украшенные по бокам и внизу барельефами сюжетов, связанных с работой, а наверху , во главе всего, изображена наша королевская чета. Королева Кризмон Дарк и король Террор Скрим. По правде говоря, мало кто видел их вживую. Они слишком далеки от нас. Врата распахнуты, и я вхожу медленным шагом под своды Горна.

Зайдя внутрь ,я получаю униформу. Высокие потолки Горна мне нравятся. Не то что моя каморка. Чувствуется... простор. Надев асбестовую серую робу, я вхожу в плавильню. Глазами ищу свободное место. Никто тут не выбирает работу, хватай, что есть. Сейчас я задаюсь задачей найти место для себя и Дипа. И снова я обращаю внимание, как часто мы все делаем вместе. Но это просто дружба! Ага, вот и свободный литейный котел. Осталось только дождаться Дипа. Я стою, держа взглядом котел, и переминаюсь с ноги на ногу. Тот не заставил себя ждать. В серой униформе, он подошел как всегда неслышно и наклонился к моему уху.

— Я здесь.

— Вон тот котел, — я киваю на свободное место.

— Двинули, — Дип толкает меня крупом и подмигивает мне. Я снова краснею и стараюсь как можно скорее дойти до котла. Да что это со мной такое?

Подойдя наконец к котлу, мы даем сигнал наверх , что готовы принять работу. Расплавленный металл начинает литься из желоба в наш котел, наполняя его почти до краев. Дальше идет уже наша работа. Наклоняя котел, мы наполняем подносимые формы расплавленным железом, а уже от нас их уносят на обработку в кузни или же на пресс. Работа помогает отвлечься от ненужных мыслей. Казалось, Горн выжигает все сомнения, страхи, чувства, оставляя лишь золотисто-красный кипящий металл. Мы работаем слаженно, без разговоров, которых все равно не услышали бы за звуками Горна. Такое чувство , будто я снова погружаюсь в сон. Шипение металла, звон молотов звучит убаюкивающе.

Пару раз котел накреняется неравномерно и оба раза по моей вине. Однако Дип зорко за всем следит, и ни капли не падает на каменные плиты пола. Порой ловлю его укоризненный, и вместе с тем покровительственный взгляд. Мне становится стыдно за мою мечтательность. Но я ничего не могу с собой поделать. Я такая с детства. Практичные кошмары считают меня больной.

Гулкий удар колокола возвращает меня в реальность, извещая об обеденном перерыве. Усталые кошмары отходят от своих мест и плетутся в центр башни. Время прошло так быстро… Я отпускаю ручку котла и опускаюсь на все четыре копыта. Ууух! Задние ноги жутко затекли, и я стараюсь как то их размять, пока отхожу от своего места. Дип выглядит не лучше, и я снова ловлю себя на том, что улыбаюсь, глядя на него. Мы идем бок о бок до обеденного зала. Я ловлю его взгляд на себя. Он смотрит на меня как то... нежно что ли? Бред. Я чувствую, как снова краснею. Нет, это не дело. Он же бабник, жеребец. А я простая пыльная кобылка. И он мой друг. Не больше.

Но... приятно.

Обеденный зал — большое круглое помещение в центре башни. Каменные столы расходятся кругами от центра, а в центре находится кухня, от которой тянутся запахи, во многом приятные. Мой живот яростно урчит, требуя еду. Я иду брать поднос и становлюсь в очередь. Очередь конечно немаленькая, но меньше чем на этажах ниже. В разы. Кошмары вокруг переговариваются вполголоса, рассказывают истории, приключившиеся с ними на работе. Одному на ногу капнуло раскаленное олово, и застыло в виде смешной загогулины, другой перестарался и вместо того , чтобы раскалить заготовку своим дыханием, расплавил ее вовсе, третий задремал и упал в котел... Со мной редко что случается. Мне попадаются хорошие напарники. Хард Стоун , Дип Лайт, еще пару раз приходилось работать с незнакомцами ,но и те оказались не промах. А вот я вечно думаю не о том.

Железо — странная штука. Прочнее чем даже наши копыта, оно может плавиться от нашего дыхания. Прочная непрочность, так старик Хейст выражался?

Я подошла к повару. Повар озабоченно раскладывал порции и постоянно вертелся, стараясь обслужить всех побыстрее. На мой поднос становится миска с жареными кореньями и пучок сушеных грибов. Я разворачиваюсь с подносом в зубах и иду к свободному месту за столом. Примостившись я занимаю рядом с собой место еще и Дипу, просто положив на него поднос, предварительно сняв с него тарелку. Грибы оказываются на удивление пряными, а коренья пахнут дымом. Редко завтрак оказывается хуже обеда. Я жую свою порцию и снова не замечаю, как Дип оказывается рядом.

— Вкусно? -спрашивает он, глядя как я ем. Заметив поднос, он сталкивает его и садится рядом.

— Как ни странно, но да, -улыбаюсь я. — Впервые такое ем.

— Ты теперь на сорок седьмом мосту. — Дип Лайт довольно улыбается, будто сам этот мост строил. – Тут всегда так готовят.

Простые удовольствия — еда и сон. Нам доступны пожалуй только они. О… посторонних я молчу. Выпивки я избегаю, равно как и межполовых отношений. Теперь моя еда стала вкуснее, и на одну радость в жизни стало больше. Еще бы кровать помягче... Ну это вообще роскошь. Мечты чужды кошмарам. Кошмар должен быть практиком. Я утыкаюсь носом в миску, чтобы скрыть свое лицо. Улыбка на лице кошмара из бедного района выглядит неестественно. А я улыбаюсь. Улыбаюсь своим мечтам. Дожила...

Покончив с обедом, все вновь возвращаются к работе. И вновь металл льется из ковшей в желоба и формы. Сегодня странный день. Он отличается от других как этот металл от серого камня. Я работаю не покладая копыт, стараясь ощутить этот день глубже, чтобы в копытах осталось ощущение этого дня. Я знаю, завтра все будет как вчера, серые будни, унылая работа, сон. Как всегда.

Но сегодня... Я не замечаю течения времени. Даже простое поворачивание котла не выглядит для меня монотонным. Все вокруг обретает смысл. Я украдкой смотрю на Дип Лайта. Он сосредоточен, как всегда, а вот я... Моя рассеянность ему явно мешает. То чуть котел не переверну, то толкну желоб, и металл польется не туда , куда надо. Однако он не делает замечаний а молча выполняет еще и часть моей работы. Странный он. Мне надо перестать так усердствовать, и подстроиться под него наконец.

К нам приносят формы алебард. Похоже , грядет новый набор. Интересно почему? Может , где то нашли следы псовьей деятельности? Или улей подземных хищников? Смотрю на Дипа вопросительным взглядом. Ему ,похоже, все равно, что является конечным продуктом. Он ловит мой взгляд и хмуро мотает головой на котел, мол не отвлекайся. А я ведь обижусь…

И вновь колокол. Конец смены. Я даже не чувствую усталости, мне смешно видеть Дипа, разминающего ноги после работы, интересно смотреть, как забирают последнюю заполненную форму. Я прячу лицо за челкой и направляюсь на выход. Все таки не зря я ее себе отрастила. Удобная штука.

Сдаю униформу кошмару в входном помещении, получаю номер и отмечаюсь у все того же равнодушного кошмара на входе. К нему добавились еще и четверо охранников, а так же сундук с флеймами. Охрана совсем не похожа на тех полировальшиков на выходе из района. Эти собранны, лица злые, взгляды цепкие. Но это необходимая мера. Регистратор сверяется с номером , данным мне при сдаче униформы, и в мою сумку летят заработанные флеймы. Получив свои монеты, я жду Дипа. Кошмары выходят один за другим, устало получая свою плату, и на лицах некоторых сквозь усталость проступает удовлетворение. А вот и мой напарник. Выходит из ворот Горна, весь в саже и копоти, как и я. Заполучив свою плату, он немного утомленной походкой подходит ко мне и увлекает меня в сторону торговой улицы.

-Надо купить завтрак и ужин, — говорит он, будто я сама не знаю. — Теперь ты можешь позволить себе больше чем пресный салат, верно? — он мне подмигивает.

Я и раньше могла позволить себе больше. Но я экономлю. У меня есть цель, желание, мечта – зовите как угодно. Однажды мои дети будут жить в ремесленном районе. Или внуки. Неважно. Я экономлю на то, чтобы выбраться из затхлости серых улиц бедняцкого района. Но надо действительно брать что-нибудь получше. Если заметят, что с ростом дохода, я живу как жила, то поймут, что я где-то прячу деньги и тогда плакала моя мечта о лучшей жизни. Можно конечно сослаться на сторонние траты, но мне едва ли поверят. Кивнув своим мыслям, я вхожу в магазин, обогнав Дипа. Тот фыркает, вызывая у меня усмешку. Знать будет. Теперь я беру жареные глубинные грибы. Две порции стоят на флейм дороже. Доход все равно растет.

Дип странно на меня посмотрел. Он позволяет себе гораздо больше. Говорят, что у него есть настоящее кресло в доме. Однако никто его не видел. Ну а про еду я вообще молчу. И в этот раз он взял сушеные водоросли с грибным салатом. Водоросли дорогие, но его это похоже не волнует. Привык жить на широкую ногу, что тут поделаешь. Я ему не мать, чтобы его учить жизни. Я жду его у входа.

— Сансет, — он выходит из магазина, складывая покупки в сумку. — куда ты тратишь остальное? Пять флеймов, верно? Могла бы чего получше прикупить.

Заметил, глазастый.

— Хожу кое-куда развеяться.- легкомысленно отвечаю я. Он недоверчиво смотрит на меня. Хммм.

— А куда?

— В бар. — "признаюсь" я, поднимая глаза вверх и поджимая губы . Брови Дипа изгибаются.- А что?

— Не знал , что ты ходишь по барам. Особенно, судя по тому, как ты морщишь нос. – щурит глаза кошмар.

Прокол!

— После пары кружек запаха уже не чуешь. — вру я дальше. Нет, он мне совершенно не поверил. Идем вместе по улице. Перезвон молотков постепенно остается позади. Вокруг входа в район дома заброшены. Будто смрад кислого эля и прочей дряни отгоняет жителей высоких районов. Мы уже почти подошли ко входу в бедняцкий квартал, как вдруг он сворачивает направо.

— Я по делам. Увидимся. — бросает он и растворился в полумраке улиц.

Я даже ничего сказать не успеваю. Пожав плечами, я продолжаю идти. Мне его уход был только на копыто. Не нужно, чтобы меня видели. Даже друзья. Стражи снова не обращают на меня внимания. Один квартал, второй, третий... Поворот налево. Никак не могу избавиться от ощущения чужого присутствия. Поминутно оглядываюсь, испуганно обводя взглядом очередной переулок. Но каждый раз не вижу ни души. Дохожу до старого прохода шахты. Тайник. Не самое лучшее место, знаю. Но в комнате прятать деньги может только полная дура. Убедившись еще раз, что вокруг ни души, я отодвигаю несколько камней из завала. В ямке поблескивают флеймы. Уже около двух сотен. Две сотни. Заработанные тяжким трудом, недоеданием, недосыпанием, это деньги на лучшую жизнь. Деньги покрытые пылью и сажей.

Я кладу пять флеймов в яму и закрываю ее камнями. Пора возвращаться. Постоянное чувство , что кто-то за мной следит, не покидает меня. Иду обратно знакомым путем, чувствуя предательскую дрожь в коленях. Вдруг я слышу оклик спереди. Только не это… Дорогу мне перегораживают трое кошмаров. Лица у них улыбающиеся, но явно недружелюбные. Кажется, я их уже видела. Они стоят напротив меня, нагло ухмыляясь, и окидывая меня хищными взглядами. Вперед выходит темно-синий кошмар, и отвесив деланный поклон начинает неизбежную беседу:

— Что, мадама, здрасте, — начинает он , кривляясь, изображая воспитание Верхнего города. Отвратительно получилось. — С работы идем-с? Заработали небось мно-ого.

— Нет. У меня ничего нет, — Отступив на шаг, говорю я чистую правду. Ничего ЦЕННОГО у меня нет. Кроме еды конечно.

-Ну, не скромничайте, — продолжает темно-синий, а его дружки делают движение вперед. – Нам много ли надо? Мы скромные, — он оскалился а в глазах полыхнуло пламя.

-Но у меня правда ничего нет.- я отступаю еще на шаг. Может мне удастся их убедить?

-Кончай базар, ничтожество, — выдает здоровенный кошмар , кровавой масти. – Мы прекрасно видели, что ты из Горна. Гони деньги.

— Я все потратила!

— Это очень плохо, -произносит темно-синий , опустив голову.- Тогда ты развлечешь нас по-другому, — он облизнулся.

— И не мечтайте, — я наклоняюсь и начинаю рычать, – Вы от меня ничего не получите.

— Эт мы ща посмотрим. – рявкает громила, на полголовы выше меня, и быстрым шагом идет ко мне.

Драка! Злость разгоняет гровь в моих жилах, заставляя сердце биться быстрее. Моя грива и хвост вспыхивают пламенем. Их тоже. Похоже им нравится , что я не отдаю деньги по-хорошему. Садисты. Бугай быстро приближается. Я выдыхаю поток пламени ему навстречу, слепя ,и отскакиваю вбок. Там где я стояла секунду назад проносится ослепленный грабитель и начинает метаться из стороны в сторону. Два других бросаются ко мне. От деланной вежливости не остается ни следа. Только ненависть и жажда наживы. Развернувшись на передних копытах, я бью лидера с разворота по челюсти! Негодяй отлетает, но второй прыгает сверху и придавливает меня к земле. Вот это сила. Бугай продирает глаза и с ревом кидается ко мне. Ага, не ожидал! Лежа сильно не ударишь, но я сбиваю его копыто и он не успевает затормозить задними ногами и наваливается на сидящего на мне. Я слишком засмотрелась, как они рухнули, и вдруг почувствовала сильный удар по лицу. Лидер, гадина мстительная, поднялся и просто пнул меня. Он замахивается еще на один пинок. И... Вот так! Я отворачиваю голову от удара и кусаюего за ногу! Он отскакивает как ошпаренный, а я, пользуясь тем, что два других свалились с меня в попытке распутаться, срываюсь с места и направляюсь вдоль улицы. Лидер побежал было вслед, но повалился от боли. На языке чувствовалась кровь. Прокусила все таки. Улыбаюсь. Вкус чужой крови почему-то придает уверенности. Я бегу изо всех ног, но мешок с едой замедляет меня, а тот , от кого я еще ни слова не слышала, булатно-черный кошмар уже настигает меня. Поворот, еще поворот! Он не отстает! Петляю , что есть сил, но результат оказывается плачевным. Я внезапно для себя оказываюсь у входа в другую брошенную шахту. Сама себя в тупик загнала. Я разворачиваюсь в прыжке. Теперь мы стоим лицом к лицу.

— Попалась ... тварь,- тяжело дыша говорит он хриплым голосом. Сзади него уже бегут два других. Я пытаюсь его обойти , но безрезультатно. Времени нет! И я бегу в шахту, очертя голову. Моя пылающая грива освещает потрескавшиеся проходы и крошево камня на дощатом полу. Они остались у входа. Из этих шахт нет выхода, я это знаю. Все это знают. Но я так просто не сдамся. Я бегу дальше, что есть мочи, и эхо разносит дробный цокот копыт по ветхому тоннелю, но вдруг слышится хруст дерева, пол пропадает , и я лечу в пустоту. Сердце холодеет. Страшно! Всего пару секунд. Затем удар. Вспышка боли в голове. Все темнеет. Я теряю сознание.