Ponies meets Bydlo

Наш герой обычный обыватель своего мирка. А героиня не самый лучший представитель Эквестрии. Пони, человек. Их встреча и недоверие между ними. Данная зарисовка повествует о событиях лишь одной ночи, которые приводят к не совсем ожиданным результатам.

Принцесса Селестия Другие пони Человеки

Предательство

Кроссовер warhammer и пони, опять.

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Спящий рай

"Больше живых в этом мире нет, Док."

Астроном

Принцесса Селестия рассказывает маленькой Твайлайт Спаркл историю жизни пони, по имени Скролл Стар...

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия ОС - пони

Дело №147

То, что пони цветные и милые, ещё не значит, что они не могут быть жестокими. Принцесса Селестия даёт принцессе Твайлайт книгу как раз о таких.

Принцесса Луна ОС - пони Найтмэр Мун

Машина сломалась

Что случится, когда бывалый солдат, вдруг, вернувшись с работы, услышит крик о помощи... и ответит на него?

Рэйнбоу Дэш Принцесса Селестия Человеки

Одинокие зимние ночи

"Я смогу совладать с холодом. Я пегас. Пегасы способны противостоять морозам. Конечно, у большинства из них есть утепленный, пушистый облачный дом и приятная теплая кровать... и это самая холодная зима, которую я переживала... но я крепкая. Все будет хорошо... это всего то малость холодная погода..."

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Скуталу Другие пони

Ограбление по-понивильски

Много лет назад Понивиль был ещё меньше, чем сейчас. Но всё же он был не настолько мал, чтобы в нём не могло произойти первое в его истории ограбление банка. В неповторимом понивильском стиле.

Другие пони ОС - пони

Музыка Хаоса

Дискорд был в восторге. Да, пожалуй, именно так стоит описать эту ситуацию, хотя «восторг» был довольно слабым словом, чтобы полностью выразить свои чувства.

Дискорд

Предание о Забытой Сказительнице

Есть одно поверье, что передаётся из поколения в поколение. Старая сказка о кошмарной кобыле, которой родители пугают непослушных жеребят. Но что, если я скажу вам, что предание о Забытой Сказительнице – на самом деле правда?

ОС - пони

Автор рисунка: aJVL
Глава 7. Старый дом. Часть 9. Луна.

Глава 8. Бессмертие.

Ну чтож... Бел Ван Сапка снова за клавиатурой и при вдохновение.

Прошло больше недели с тех пор, как Ван поручил Пэс покопаться в документах Школы и внимательно присмотреться к преподавателям с помощью ее особых талантов. Все это время аликорну пришлось скрываться от ночных пегасов за пределами столицы. Даже редкая переписка с Луной не поднимала настроение вороному. Наоборот, в письмах он начал чувствовать некую отстраненность своей возлюбленной. Не понимающий в чем дело, не способный как-нибудь повлиять на ход событий, он едва ли не выл по ночам, в снимаемом номере дешевой гостиницы. Одна часть его рвалась в Кантерлот, желая встретиться с Луной. Другая же, более рассудительная останавливала, ведь он аликорн, а значит должен найти пропавших. Сколько бы он не прятался от своей сути, ответственность за народ, похоже, присуща каждому аликорну. И сейчас он жертвовал любовью, ради блага.

 — Ох, какой же бред порою лезет в голову после бессонной ночи. – пробормотал пони. – Впрочем, что-то в этом есть.

Все это, а так же вынужденное бездействие, буквально разрывало вороного на части и весть о том, что Пэс что-то нашла заставила жеребца буквально прыгать от счастья, за что он и поплатился, больно стукнувшись рогом о низкую потолочную балку.

С чейнджлинг он встретился в не большом, но уютном ресторанчике, с лоджии которого открывался вид на одну из речек, что стекали в Кантерлот с вершины горы.

 — Ты плохо выглядишь. – вместо привычных колкостей выдала кремово-белая единорожка, коснувшись лба Вана копытом. Ван и в самом деле выглядел каким-то… помятым что ли?

 — Плохо спал. – Ван отмахнулся от подозрительно заботливой суккубы.

 — Не стоит мне врать. Не забывай о том кто я. И я прекрасно чувствую твои эмоции. — резко раздалось в ответ. – Опять эта принцесска тебя изводит.

 — Не говори так о ней! – Ван крикнул это так громко, что пони с соседних столиков начали оборачиваться на парочку монохромных единорогов.

 — Как хочу, так и говорю, она заслужила это! – ничуть не тише пепельногривого ответила демонесса. Похоже, что чейнджлинг что-то по настоящему сильно задело. – Вместо того, что бы ответить тебе, влюбленный идиот, «да» или «нет», она тянет время и сомневается! Ты знаешь, на балу, который ты пропустил, она была с Сильверингом! – белое копытце опустилось на столик с такой силой, что ее, купленная лишь для вида, кружка с кофе расплескалась. – Смеялась его шуткам, пила с ним сок! И он официально пригласил ее на Гала! Да она не достойна и кусочка твоей гривы, вертихвостка!

Ван ошарашено отпрянул. Ушки вороного опустились вниз, а сам он как-то сгорбился. Он не хотел верить словам демонессы. Но приходилось. Письма Луны лишь подтверждали это.

 — Она согласилась? – как-то обреченно спросил Ван.

 — Она не отказала! – рассчитавшись, Пэс буквально силком вытащила шокированного аликорна на улицу. – Соберись, тряпка! У тебя есть дело, так расследуй его! Помоги тем пони!

Несколько крепких пощечин вывели перепончатокрылого из шока. Взгляд жеребца вновь стал осмысленным.

 — Ты писала, что что-то нашла?

Пэс удовлетворенно кивнула. Теперь, вместо смятенья, тоски и обиды, в своем аликорне она чувствовала мрачное упорство. А это гораздо лучше для дела. А с Луной она уже поговорит по свойски, после Гала. И плевать, что там скажет Селестия.

 — Да. Больше половины пропавших единорогов, приезжали для поступления в Школу. Знаешь, было не просто не попасться с чейнджлингской магией хождения сквозь стены, но мне это удалось! – в голосе Пэс прозвучала нескрываемая гордость. – Впрочем, это не архивы с магическими учебниками, а всего лишь бухгалтерия. К своему удивлению оказалось, что у каждого пони, что пропал членом приемной комиссии, был один и тот же преподаватель.

 — Сильвиринг?! – с надеждой воскликнул Ван, топая с чейнджлинг куда-то в сторону Школы.

 — Тебе твоя ревность совсем рассудок затуманила? – слова чейнджлинг сопровождались очередным подзатыльником. Она пришла к выводу, что такой способ воздействия неплохо прочищает мозги влюбленным идиотам. – Сильвиринг в городе чуть больше месяца, а пропадать пони начали гораздо раньше. Нет. Его зовут Мас Ирингори. Довольно известный в магическом сообществе теоретик. Меценат. Спонсор. Куратор школы для сирот. Живет неподалеку от Кантерлота в загородном поместье. Если бы не слова Дискорда — ничего подозрительного. Подключив кое-каких своих любовников, я смогла узнать, что в последнее время поставки продовольствия в поместье значительно возросли. И если это тебе не подозреваемый, то я Ми Аморе Каденза.

Ван кинув. Чтож, он называл себя детективом и охотником на зло. Пришло время доказать что его слова, не пустое бахвальство. Резко повернувшись, жеребец быстро зацокал копытами по мостовой.

 — Эй! Ты куда собрался?! – окрикнула догнавшая его суккуба.

 — К Тие. Только она может выдать орден на обыск такого пони. – деловым тоном ответил Ван. – Это не просто побегушки за нечистью или от нее, а политика.

 — Фух. – облегченно выдохнула Пэс, театрально стирая со лба воображаемый пот. – Я уж думала, что ты сейчас геройски рванешь спасать неизвестно кого, как тогда в Сердце Лабиринта.

 — Я стал немного умнее. – криво улыбнулся Ван, обнажив клык. Чейнджлинг же довольно кивнула. Она скучала по этой самую чуточку безумной улыбки, заставляющей нервничать даже не в чем неповинных пони. О да! Такой Ван ей нравился гораздо больше, чем раболепно ползающий у копыт Луны и вымаливающий ее любовь. Ха! Пускай принцесса теперь сама его добивается. Ну а если нет, так у охотника на нечисть всегда есть куда более верная спутница!

Селестия приняла детектива незамедлительно. Она уже продумывала, как бы получше отчитать непутевого жеребенка за ссору с ночной стражей, но слова пепельногривого оказались куда важнее глупых ссор. Выслушав Вана и Пэс, все это время неподвижно сидящая в своем кресле принцесса встала.

 — Возьми отряд дневной стражи и отряд ночной. Не спорь. – с мягкой твердость, словно знающая как будет лучше мать, произнесла Селестия. – Если возьмешь только дневную, то преумножишь обиду ночной, а если одних ночных, они тебе не подчинятся. С ночными я договорюсь сама, а ты иди к моим. Вот это даст тебе полномочия. – несколько строк на пергаменте, оттиск печати и солнечная принцесса вручила аликорну документы.

Ван сосредоточенно кивнул. Сейчас уже было не до игр или капризов. Но прежде всего надо было прихватить кое-что еще. Кое-что из заклинательного покоя.

Вернувшись, Ван направился к зданию дневной стражи. Разумеется за ним следовала парочка ночных пегасов в гражданском, привязавшихся еще с посещения чердака, но вороному не сейчас было до этого никакого дела. К несчастью Кильберита не было в этот день в участке и Ван, потрясая грозной бумагой подписанной самой Селестией лишь за полчаса получил в распоряжение полноценный отряд дневной стражи. Ночные же пегасы уже дожидались Вана в тени от одной из башен дворца.

 — За мной. – коротко бросил Ван с боку которого пристроилась незнакомая ему единорожка, в броне ночной стражи. Если бы Ван своими глазами не видел, как Пэс приняла этот облик, он бы ни за что не признал, в идущей рядом пони, чейнджлинга.

По дороге Ван в вкратце обрисовал ситуацию, скрыв лишь участие Дискорда и Пэс во всей этой истории, заменив их «достоверными агентурными данными». Вороной даже приостановился, после того как отряды покинули Кантерлот. Повернувшись к командующему ночными пегасами стражу, аликорн предложил решить все конфликты здесь и сейчас, а не ставить друг другу палки в колеса. Ночные затихли, переглядываясь между собой. Разумеется… Следящие за своей богиней днем и ночью, уж они то знали о том, что вороной ухаживает за Луной. И это не нравилось им. Но они были стражей. То один, то другой из перепончатокрылых начали кивать своему командиру, словно продолжая какой-то разговор. Все это время Ван стоял неподвижно. Лишь грива и хвост свободно развивались из-под плаща. Наконец командир бетпони подошел Вану и с улыбкой протянул копыто. Мимоходом Вана посетила интересная мысль – а уж не посчитали ли ночные пегасы его куда более приемлемым вариантом, чем Сильверинга? И лишь тихая, yслышанная только аликорном фраза командира прервала эту идиллию: «Не смей обижать ЕЁ».

Чтож… Разобравшись с одной из проблем, Ван почувствовал облегчение. Все-таки слишком много он взвалил на себя. Хорошо хоть Пэс всегда была рядом. И пусть дальше называет Вана партнером, пепельногривый и Селестия догадывались о том, что скрывает чейнджлинги даже от себя.

Послеобеденное солнце изрядно припекало. Вдоль дороги, шедшей в сторону особняка, росли великолепные покосы и теперь душистый, томный аромат трав, наполненный жаром горячей земли, заполнял все вокруг. Один из ночных стражей даже расчихался, но единорог из дневных, видимо врач, быстро соорудил бедняге повязку на нос. Впрочем, не стоило забывать, что это с виду бы сельский пейзаж раскинулся всего лишь в часе ходьбы от Кантерлота. На перекрестках стояли постоялые дворы, порою разросшиеся в небольшие хутора, а со стороны гор порою доносился приглушенный гудок поезда.

Поля, перемежаемые редкими рощами, не кончались и вот уже с одного из холмов стражники рассмотрели загородное поместье. Расположенное в уютной ложбине меж холмов, защищенное от ветра, оно могло бы показаться игрушкой, если бы необычайно высокий каменный забор. Не то что бы он был преградой для пегасов, но сам факт был настораживающим. Весь внутренний двор утопал в зелени сада. То тут то там меж ветвей деревьев можно было рассмотреть какие-то каменные дорожки, но в любом случае сад утопал в зелени.

 — За дело, дамы и господа. И да пребудет с нами благословение венценосных сестер. – за неимение вдохновляющей речи, произнес Ван, подходя к воротам поместья. – Пегасы, летная группа ночных, контролируйте воздух.

Заметив откровенно скептические взгляды, синхронно брошенные на детектива командирами отрядов, аликорн лишь обреченно махнул копытом.

 — Вы сами знаете что делать. Стража Принцесс! Открывайте немедленно!

 — Скачек магии! — Едва успел выкрикнуть один из единорогов, как что-то отбросило стоящих у ворот пони в стороны. Розоватый пузырь накрыл поместья за несколько секунд до того, как ошалевшие летуны рванули к поместью.

 — Дискорд. – ругнулся Ван, но это было лишь началом.

 — На одиннадцать часов! – прокричал один из единорогов, выстреливая лучом из рога куда-то в сторону.

Нет! Это невозможно. Ван своим нутром ощутил присутствие умертвий. Но ведь до этого все было чисто! Или нет? Неужели, отвлеченный своими амурными проблемами, Ван не обратил внимания на слабые отклики своего чутья?!

Стражники, один за другим испуганно вскрикивали, обнажая бесполезные в таком бою копья. Они были отнюдь не лучшими войнами или храбрецами. Обычные стражники. И вид мертвых костей пугал даже ночных пегасов. Ван наконец сумел рассмотреть противника. К счастью обычные костяки. Желтые кости были лишены всякого намека на плоти, удерживались вместе лишь магией смерти. Крикнув стражникам, что бы те расступились, вороной понесся навстречу поднимающимся из-под земли мертвецам. Наполненные звонкой, веселой злостью, слова изгнания разнеслись по долине меж холмов, успокаивая немертвых.

 — Такое я беру на себя. Работайте! – пони вновь сосредоточились на деле. Пока они взламывали защитный барьер, Ван оставленный со своими мыслями, отчаянно надеялся, что сейчас он не упокаивал оставшееся от пропавших пони. Только не это! Только не столько смертей!

— Есть! – крикнул командир дневной стражи. Что-то просвистело мимо его уха и врезалось в землю у ног помянувшего Дискорда стражника.

Это был большой камень, скорее всего кусочек брусчатки. А с неба летели все новые и новые снаряды, бросаемые навесом кем-то из сада. Укрыться можно было, только прижавшись к ограде, за что и поплатился один из единорогов, получив ожог каким-то наложенным на камень ограды заклинанием. И это были не единственные раненые. Пара летунов не успела подняться высоко и оказалась сбитыми на землю, где теперь вместе с не летающими товарищами пытались не попасть под обстрел и не прижаться к ограде.

 — Я должен знать, с чем мы имеем дело! – крикнул вороной и пара земных пони, переглянувшись между собой начала собирать что-то похожее на таран из частей, лежавших в их сумках. Единороги немедленно бросились к воротам. Пара минут, еще один ожог от неосторожно снятого заклинания и ворота оказались выбиты.

 — Там стоит статуя минотавра с шестью руками! Это она кидает камни.

Ван резко скривился. Снова затхлое ощущение нежити. В этот раз сильнее.

Кто-то прокричал, что новые лезут из сада. И судят по чувствам Вана с этими простым экзорцизмом не справиться. Ван сбросил седельные сумки на траву у ограды с тал рыться в ней.

 — Мне нужно время. Не меньше пяти минут! Вот! Смажте этим оружие! Так хоть какой-то толк от копий будет.

Что было дальше аликорн не видел, сосредоточившись на начертание круга призыва. Кто-то кричал, кто-то плакал совсем рядом. Сверкали лучи единорогов и слышались удары камней о железо. Держитесь… Еще не много! Поправить юго-западный угол! Вану приходилось чертить небольшим кинжалом прямо по земле, прорезая им дерн и рисунок выходил слегка кособоким. Но должно сработать. Так, теперь немного своей крови. Печати. Договор. Имя. Призыв.

Явившееся на зов демонологог существо походило на грубо слепленного изо льда пони. Трава внутри круга призыва мгновенно покрылась инеем. Лишь голубоватые огни в глазах да на месте гривы с хвостом говорили о том, что перед Ваном не просто ледяная скульптура.

 — Пони в доспехах – не вредить! Мертвые пони и статуя бросающая камни – разрушить.

Хруст трещащего льда. Призванная сущность двигалась на удивление быстро для своих габаритов. Ван же пытался отдышаться, зажимая плащом рану на ноге. Скоро должно зарасти.

 — Ледяной за нас! – опомнившись закричал Ван, спешно заковыляв к воротам. Впрочем, стражники и сами догадались. Когда пытающийся добраться до вашего горла вурдалак, пришпиливается к дереву ледяной сосулькой, тут будешь рад любой помощи. Ван как раз успел к финалу битвы за двор.

Шестрирукая статуя сосредоточила огонь на ледяном пони. Постепенно отступая назад, что бы дотянуться до новых участков разбираемой им брусчатки. От ледяного откалывались кусочки льда, его отбрасывало назад, но существо все равно вставало и с голубым пламенем в глазницах все равно начинало бежать к врагу. Да… противники стояли друг друга. Ледяная сосулька, что летела в статую, была разбита метким броском, а покрывшаяся коварно-скользкой коркой льда земля просто разбита ногой. Только вот брусчатка заканчивалась. Ван улыбнулся, обнажая клыки. Исход был предрешен. И сейчас было самое время перегруппировать изрядно помятых стражников.

 — Всех летунов в небо! Если кто-то захочет уйти тайнам ходом, пока мы тут будем штурмовать вы должны его поймать! Пэс — туда же! Если ходы ведут далеко, до какого-нибудь городка, то летуны не помогу. Ищите! Раненые и отрядные медики – отступить на холм. Если мы не вернемся через пол часа или не пошлем весточку соберайте летунов и бегом к Селестии, что бы рассказать о случившемся! Остальные – за мной. Дорогу нам расчистят. Надеюсь, никто не боится простыть?

Спустя пару минут раздался каменный хруст. Это стихалий разбил в гранитную крошку своего противника. Приказав призванному идти вперед, аликорн и остатки стражников последовали в поместье. Теперь Ван знал что искать. Некромантия, к чему еще может быть чувствительнее чутье охотника на нечисть. Ну а ледяного пони совсем не волновали такие мелочи как стены или потайные панели. Вместо поиска скрытых дверей он просто выламывал стены в том направление, куда указывал его наниматель. Спустившись вниз, через довольно широкий скрытый проход в стене, пони оказались в подвале, где на отряд вновь напали вурдалаки. Здесь, скрытые от солнечного света, в узки проходах, они могли бы быть воистину опасными противниками. Ловкие, быстрые, прекрасно видящие в темноте. Способные затаиться под потолком или в груде рухляди. Но Ван знал, кого призывать. Слова способные если не уничтожить вурдалака, то хотя бы заставить биться того в конвульсиях никак не действовали на ледяного. Ну а стражники уже наловчились обезвреживать оглушенную Ваном нежить. В одном из коридоров, что ответвлялись от основного прохода послышались какие-то крики. Свернувший туда отряд обнаружил длинную вереницу камер, в которых сидели слегка измученные, но все-таки живые пони. Все-таки живы! И число примерно сходится.

 — Выводите их отсюда. – приказал Ван. Затем, повернувшись к стихалию, произнес. – Всех стоящих здесь — сопровождать и охранять. А я пошел, дочищу нежить.

Нутро Вана чувствовало еще одно гнездо нежити, дальше по основному коридору. Правда, спустя несколько поворотов аликорн понял, что ошибся. Это была лаборатория. Она настолько пропиталась магией смерти, что походила на рассадник немертвых. Принеси сюда череп, скорее всего он оживет и начнет вещать про старые добрые деньки. Только вот пепельногривый был здесь не один. В дальнем от входа крае лаборатории стоял массивный, явно очень дорогой стол заваленный бумагой. За ним сидел пожилой единорог с длинной, голубой в тон шерстке, бородой. Он устало тер свой рог копытом, смотря на какой-то свиток…

 — Зачем? – устало спросил тот, подняв взгляд на Вана.

 — Профессор Мас Ирингори? – вопросом на вопрос ответил пепельногривый.

 — Вы правы, но все же зачем? — голос жеребца рассеянно перебиравшего бумаги, ничуть не изменился. – Вы же не знаете, чего я почти добился, да?

 — Добились некромантией. – фыркнул вороной принимая правила игры единорога. Ван внимательно следил за каждым движением вероятного противника, но тот пока не сделал ничего настораживающего.

 — Да, молодой единорог, вы совершенно правы, в том числе и кое чем из некромантии. – пони пренебрежительно фыркнул. – Я искал бессмертия. Банально, правда? Я стар и мне хочется прожить побольше. Только вот некромантия его не дает. Скорее долгую смерть. И не волнуйтесь. Материал был украден с кладбищ. Я конечно готов пойти на многое, но не убивать пони. Молодой единорог, у всего есть своя цена и порою, награда не стоит того. Поэтому гекатомбы жертв меня тоже не устроили. Но я не перестал искать.

Ван промолчал, давая возможность единорогу выговориться. Он осторожно, шаг за шагом приближался к столу единорога.

 — О! Вы крадетесь ко мне. – с улыбкой произнес Мас. – Как мило и наивно. Ваши копыта слишком громко цокают о камень, что бы не обратить на это внимание. Но вернемся к нашему делу. Я все-таки нашел ключ к бессмертию. – пони сделал театральную паузу. – Это аликорны!

Удивленный Ван, застыл как вкопанный, лихорадочно размышляя, уж не засада ли это на него.

 — Принцессы обладают даром бессмертия! Значит надо стать кем-то вроде них! Я долго готовился. Изучал с начала волосы Селестии, потом Кейдес и Луны. Я даже достал волос Найтмер Мун, что поверьте мне, молодой единорог, было почти невозможно. Живучесть земного пони, полет пегаса, магия единорога, это все есть в них. И ключ к бессмертию!

Вдохновленный, пони даже приподнялся, опершись копытами о стол.

 — Я выбирал самых талантливых, целеустремленных, энергичных! Да, я лишал их свободы, но слив земного пони, пегаса и единорога они бы стали бессмертны! К чему я веду этот разговор, молодой единорог, задумайтесь о своем бедующем. Однажды вы станете столь же старым, как и я. Но если поможете мне сейчас, вы станете аликорном. Ведь обновленным телом станет управлять лишь самая сильная личность, а это чаще единороги.

— А что же с остальными личностями? – Ван уже все решил. Возможно, будь на его месте не аликорн, обещаниями бессмертия можно было бы соблазниться, но, как бы цинично это не звучало, у Вана все это итак было.

 — Не волнуйтесь, они останутся живы и будут помогать вам из подсознания. Сейчас я прошу вас дать мне сбежать, и я вы сразу после меня пройдете возвышение, когда я закончу расчеты и эксперименты. Вы своими глазами убедитесь и если не захотите. Я не собираюсь прятать свое изобретение! Все смогут получить бессмертие и стать равным эти дискордовым принцессам!

Ван тихо засмеялся. Губы черного жеребца раздвинулись, обнажив вначале клыки, а потом и необычные зубы пепельногриво.

 — Так вот в еще, в чем дело. Не только страх смерти, но и банальная зависть. – Ван с презрением посмотрел на строго единорога. — Ваши стремления не оправдывают похищения пони и эксперементов над ними.

 — Это для их же блага! Они бы стали аликорнами! – огрызнулся Мас. — Хорошо! Арестуйте меня. Только спасите записи! Они не должны попасть к аликорнам. Иначе те уничтожат их!

 — Извините Мас, но вы правда безумны. – театральным жестом, Ван наслаждался каждым моментом, аликорн расстегнул ремень сдерживающий крылья и, сбросив на пол седельные сумки, расправил перепонки. Да, это было глупо, но иначе поступить пепельногривый не мог. Слишком уж он любил театральные эффекты.

 — Будь вы прокляты! – ругнулся единорог, выстрелив в неизвестного ему аликорна лучом из рога.

Ван, давно ждавший такого, распластался на полу, пропустив опасную магию над собой. Если старый волшебник начнет использовать сложные заклинания, а не просто гневные выбросы силы, перепончатокрылому придется туго. Тем временем единорог выстрелил вновь и вновь, заставив Вана метнуться к одной из экспериментальных установок… Он даже почти не заметил, рывка плаща зацепившегося за что-то. Застежка мгновенно вылетела с клочком ткани на ней. Похоже даже используя только такую простую магию, как лучи, Мас способен на многое. От укрытия перепончатокрылого сильно пахло потом пони, а двенадцать захватов для ног красноречиво вещали о том, где закреплялись троица подопытных.

Взбешенный же единорог не прекращал обстрела. Луч за лучом, вспыхивали над головой аликорна не давая даже посмотреть, где находится масс. Ван понял, что если продолжит отсиживаться, единорог обязательно придумает, как победить. Не похоже, что бы звание профессора он получил незаслуженно. Оглядевшись, Ван приметил несколько стеклянных колб. То что над! Схватив их магией, черный пони что есть сил ударил их о потолок и тут же бросился из-за укрытия. Невольно прикрывший ногой глаза единорог опомнился слишком быстро и вновь лучи магии заставили Вана укрыться за перевернутым столом. Несколько громких фраз и боковая дверь разлетелась на кусочки. Снова нежить! Троица вурдалаков бросилась к Вану, который едва успел сбить их с ног, врезав бежавшей бок о бок троице, большим медным баком. Не ждавший такого Мас прекратил обстрел, что стало ошибкой. Теперь Ван был близко к единорогу и ему оставался лишь финальный рывок. А драться вороной умел, спасибо арене. Да и торопиться следовало, вурдалаки уже поднимались на ноги. Удар книгой с полки по лицу, сбивающий выстрел из рога, всего лишь обугливший плечо пепельногривого. Как же больно! Вперед! Сбить начавший появляться защитный купол, метнув какую-то коробочку точно в рог. И как финал удар сзади по голове деревянным ящиком.

Разворот. Прыжок куда-то назад, в попытке увернуться от оскаленных пастей нежити. Ван споткнулся о стол Маса, перекатился через его угол, задев обожженное плечо, и упал на спину. Не лежать! Двигаться! В движение жизнь! Обтянутый безволосой, похожей на пергамент кожей, пасть промелькнула перед глазами. Один из немертвых перемахнул через сто в след за Ваном и теперь прижал его к полу, упав сверху. Укус в переднюю ногу стал следствием ошибки аликорна. Поджав под себя заднюю ногу, детектив резко разогнул ее, Отбрасывая вурдалака на его сородичей. Задыхаясь и глотая слова Ван читал изгнание нежити. Сейчас он соревновался в скорости с самой смертью, стоит ему промедлить – умрет, стоит ошибиться – умрет. Но он успел! В который уже раз. Лежа на спине, Ван не знал, везение ли это или мастерство, но он победил, а противник – нет.

Поднявшись Ван и на шаг не подошел к единорогу, настороженно переводя дыхание. Он ожидал любой подлянки от Маса, но тот вроде бы был без сознания. Ван достал из седельных сумок цепь, что ранее стягивала сундук в заклинательном покое. Та, извиваясь словно змея опутала единорога, не забыв заблокировать его рог. Аликорн корил себя за то, что сразу не достал ее, тогда бой мог бы быть куда проще. Но бой начался так внезапно, что у Вана не было и пары секуд, что бы добраться до своего оружия. Покосившись на горстки праха оставшиеся от нежити пепельногривый покачал головой. А ведь стражники довольно долго защищали его от этих созданий. За такое стоило их уважать. Ремень, плащ, что зацепился за один из столов в самом начале боя, седельные сумки. И арестованный. Морщась от боли в обожженном плече и прокушенной насквозь, хорошо хоть ничего серьезного, ноге, Ван взвалил на себя единорога и поковылял к выходу из подвалов. Резко остановившись, аликорн развернулся. На его мордочке вновь появилась скалящаяся улыбка. Достав магией, пузырек из седельной сумки аликорн вылил его содержимое на рабочий стол некроманта. Чуть отойдя, он бросил туда же снятую с подставки в стене свечу. Мгновенно разгоревшееся пламя за считанные секунды подожгло лабораторию, освещая измазанный пылью и поцарапанный стеклом круп детектива. Он считал, что так будет правильнее.