Автор рисунка: aJVL
Глава

Пролог

-Ну вот, значица, наша ферма с братом. Не шибко большая, но ничё так, на картошку-моркошку хватает. Признаться, работаю-то в основном токмо я. Брат так – не пришей, не пристегни кобыле х…хвост. Дебил он. Не, не в том смысле, шо он там всякие энтигралы не знает…Енто я тожа не знаю. Он с рожденья долбанутый. Ему уж, почитай, третий десяток, старше меня, а ведёт ся как пятилетний. Вона, на медни говорю ему – поди, грядки вскопай! Залыбился, язык от радости выпустил, схватил лопату и смылся. Через час вернулся, грит, усё, Эми, закончил я. А Эми, это, значица, я. Эмэйзин Грэйс звать. Ну, вы знаете уже. А братана моего Грэйт Майнд. Ну и вот. Иду, смотрю – а он замест грядок яму двух метров выкопал! Я обозлилась, кричу на него – ты чё, дебил, творишь? Нешто грядок прежде не копал?! Я ж тебе, дураку, сколько раз говорила, как надо! А он ухи прижал, съёжился весь, в угол забился, скулит чё-то, мычит…Да ещё и обмочился, паразит. Ну, видать перестаралась я. Родители ещё, когда живы были, говорили – ты с братаном полегше, не обижай его. Усё ко врачу его везти хотели, в Кэнтерлот этот ваш. Да сами-то еле-еле концы с концами сводили, какой уж там дохтур…Мамка-то всё плакала по ночам, слыхала я. Всё говорила отцу – и почто двоих-то заделали? На Эми остановиться надо было, а то и вовсе рожать не надо!

Ну, я на неё за то не серчаю, особливо теперь, когда её уж не стало. И голодали мы всегда, и всё такое…К ихней чести, они нас никогда не бросали. Завсегда нас с братом оберегали, как могли. Батя мне всегда перед сном говорил – вырастишь, Эмка, большая, встретишь жеребца – самого красивого, самого сильного, доброго и умного. Грэйт всегда встревал, спрашивал – как я, умного-то? Отец смеялся, по башке его трепал и говорил – ага, сынок, как ты. Я тогда всё думала – ну на кой ляд мне такой же умник? Токмо никогда чё-то я так и не встречала этого жеребца. Хех, видать, повывелись. В Кэнтерлот перебрались. Клеились тут, с соседних ферм…Да либо страшные, как моя жизнь, либо чуть умнее Грэйта. Ну, я им всем от ворот поворот…

А у братана моего жизнь-то не лучше складывалась всегда. Его и в детстве постоянно тыркали, и когда старше стал. Он здоровый, но сдачи дать не может, то ли трусит, то ли ещё чего…Либо лыбится и мычит чё-то, либо плачет и мочится, извиняйте за подробности. А накостылять не может. Я уж скоко раз за него вступалась, говнюков с соседних ферм за него дубасила. Я-то чай не кэнтерлотская фифа, ежели чё – и в морду дам, не побрезгую. Вооот…Чё вам ещё рассказать-то?

Два джентльпони довольно переглянулись и коротко кивнули друг другу. Первым был Даймонд Платинум, белый единорог с зализанной назад голубой гривой и короткими острыми усиками. Вторым оказался всеэквестрийски известный врач Хенгст фон Хуфманн, так же единорог, пепельной масти. Прожив на земле шесть десятков лет, гриву имел на голове седую, но был по-прежнему крепок, бодр и ничуть не стеснялся улыбаться, демонстрируя ряд ровных крепких зубов. То и дело поправляя копытом монокль, на протяжении всего рассказа он делал какие-то пометки в своём блокноте. На маленькой бедной ферме «Фэйрмаунт Хилл» эти представители кэнтерлотской знати оказались совершенно случайно. В экспрессе до Мэйнхеттена произошло чрезвычайное происшествие – кто-то во время проезда через тёмный тоннель похитил шляпку самой Сапфир Шорз, из-за чего пришлось экстренно остановить поезд в Эпплузе для разбирательств. Возмущённые, разгневанные сливки эквестрийского общества ворча выходили из прохладных вагонов под палящее южное солнце. Теперь великосветским особам оставалось лишь прохаживаться из стороны в сторону и жаловаться друг другу на нынешние нравы и полное отсутствие порядка.

Окинув однообразные Эпплузовские пейзажи пресытившимися, перевидавшими многое взглядами Платинум и Хуфманн приняли единогласное решение прогуляться в надежде найти хоть что-то, что отвлечёт их от несусветной тоски, от которой они пытались сбежать на этом экспрессе. Потому эта заминка даже вселила в их сердца искру надежды на «хоть что-то интересное», как выразился Платинум.

-Какой ужасный место!, — с восхищением воскликнул Хуфманн, оглядывая старую железнодорожную станцию, зданию которой ремонт требовался уже лет десять. На станции в уголок жались несколько местных, с благоговейным трепетом взиравших на знать. Знать же в большинстве своём взирала на местных либо с презрением, либо вообще не взирала.

-И это только станция, дорогой Хенгст!, — звонко ответил Даймонд Платинум, -Хоть какой-то отголосок цивилизации. Воображаю, какая дикость там, дальше.

-Я слышит, что в дэтот место орудует банда бизоны!, — с налётом тревоги сказал Хуфманн, поправив монокль. –Они пускайт поезда с рельсен и грабят пони!

-Ну, в таком случае, дорогой друг, этих разбойников ждёт разочарование, — рассмеялся Платинум, глядя на театрально причитавшую Шорз, -тут всё уже украдено до нас!

С такими досужими разговорами два единорога удалялись от станции всё дальше и дальше, обсуждая ужасный зной, невероятно безвкусные запонки шурина главного архитектора Кэнтерлота и, конечно же, сетуя на беспросветную скуку. Джентльпони и не заметили, как подошли к крохотной ферме, покосившаяся табличка у входа на которую гласила «Фэйрмаунт Хилл». За невысоким забором стоял одноэтажный старых дощатый дом, ещё более «убитый», чем станция, с кое-где треснутыми стёклами и худой крышей. Рядом стоял жуткого вида сарай, от которого у единорогов пробежали мурашки по телу. Однако участок был. На удивление ухоженным. Маленькие, ровные грядки зеленели всходами без намёка на сорняки. Возле одной из грядок сидел большой и по женским меркам привлекательный жеребец серо-голубой масти с книгой на крупе. Увлечённо высунув язык, он лепил из земли куличики, ознаменовывая каждый новый куличик радостным смехом и цоканьем передними копытами.

-Любезный!, — окликнул его Даймонд Платинум, но реакции не последовало. Единорог подошёл ближе и позвал громче, -Эй, уважаемый!

Земнопони напугано встрепенулся, охнул и неуклюже помчался в дом, смяв несколько всходов на грядках. Единороги непонимающе переглянулись, но тут же услышали раздражённую речь в доме. Кажется, это был женский голос. Через секунду на крыльцо вышла и обладательница голоса – бежевой масти кобылка с чёрными волосами, собранными в хвост. Кобылка была молодой и свежей, однако гриву её кое-где уже подёрнули пара седых прядей. Джентльпони переглянулись и удовлетворённо кивнули – кажется, эта селянка пришлась им по вкусу. Хозяйка фермы была стройна и очень миловидна. Даже странно было, как такая изящная кобылка может держать ферму…

Уверенно, жёстко ставя копыта, как капитан стражи, насупившись, она подошла ограде, встав лицом к лицу к гостям.

-Чё надо?, — резко спросила она.

Даймонд Платинум, включил всё своё обаяние, улыбнулся и заговорил бархатным голосом:

-Мила леди, прошу простить наш внезапный визит. Надеюсь, мы не причинили вам…

-Я грю, чё надо?, — не меняя тона повторила вопрос кобылка.

-Не слишком ли грубый, молодой кобылка?, — возмущённо поправив монокль, воскликнул Хуфманн.

-Хенгст, прошу вас, всё в порядке, — урезонил Даймонд своего компаньона, -Миледи, позвольте представиться. Я – Даймонд Платинум, а это мой друг – доктор Хенгст фон Хуфманн. Мы ехали из Кэнтерлота по делам, но наш поезд совершил вынужденную остановку…Вот мы и набрели в ожидании на вашу чудесную ферму. Просим прощения за беспокойство.

Кажется, хозяйка смягчилась. Фраза «чудесная ферма» подействовала.

-Ну уж прям чудесная…Чё вы прям, я не знаю…, — усмехнулась девушка, заметно смущаясь, -Ну вы это, заходите, чё ли. Так и будете тут стоять? Звиняйте, угощать особо не получится. Самим жрать неча, — говорила кобылка, увлекая за собой единорогов.

В доме было сумрачно и прохладно, пахло старостью, но всё же чувствовалось женское копыто – было прибрано и чисто. Единороги элегантно сели в предложенные старые потрёпанные кресла, плохо скрыв неприязнь. Из противоположного угла комнаты на гостей с интересом и страхом смотрели два больших глаза, принадлежавших тому жеребцу.

-Сударь, ну что же вы! Не робейте, это же ваш дом!, — усмехаясь, сказал Даймонд, отчего глаза в миг спрятались под большим пыльным покрывалом.

-Это брат мой, Грэйт. Он дебил. Ничё не добьётесь от него. С детства такой, припудренный, — ответила на незаданный вопрос кобылка.

-Прафда?, — заинтересованно спросил Хуфманн, -Мне кажется, дэто уже по моей часть!

-Дорогая хозяюшка, а как же вас зовут?, — поинтересовался Даймонд у кобылки, готовившей какие-то простые закуски и чай.

-А чё, не представилась? Вот етить, башка дырявая…, — не отрываясь от дел, отвечала хозяйка, -Эми я. Эмэйзин Грэйс.

Не отрываясь от точёной фигуры кобылки, Даймонд криво улыбнулся и тихо проговорил.

-Да. Имя тебе идёт.

Когда чай был готов, закуски состоявшие из простой выпечки, стояли на столе, а трое пони сидели за небольшим столом в центра комнаты, Даймонд, отхлебнув чай, спросил:

-Эми. Не сочтите за наглость, расскажите о себе? Как вы тут живёте?, — на слово «тут» Даймонд сделал особый упор, — Фактически, одна, принимая во внимание состояние вашего брата…

Эми помялась немного, но отказывать знатным пони не решилась. К тому же последний раз она разговаривала с кем-то около двух месяцев назад.

-Ну вот, значица, наша ферма с братом. Не шибко большая, но ничё так, на картошку-моркошку хватает, — начала кобылка тихим голосом свой рассказ.