Помощник коваля

Повесть о человеке - помощнике коваля в Понивилле.

Твайлайт Спаркл Спайк Принцесса Селестия

Пони в поисках правды

Принцессу Селестию похищают. Все думают что она просто в отпуске. Но только три пони думают по другому. Узнав кто вор. Главный вопрос почему? Это то и предстоит им узнать...

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна

Aloha, kahuna!

Утомившись от политических интриг и постоянных неудач в мире доклассической эры, Луна убегает в самое лучшее место, которое ей только удаётся найти. Ну, и берёт с собой Селестию.

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Навёрстывая упущенное

Насколько притягательной для двух друзей жеребячества, чьи дороги давно разошлись, окажется мысль вернуть всё назад?

Другие пони

То, что просто сон

Найтмэр Мун проникает в сны Твайлайт и подменивает юного аликорна, оборачивая против друг-друга пятерых друзей... Чем это обернется для Понивилля, а может и всей Эквестрии? (Рассказ закончен!)

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Луна Найтмэр Мун

Доктор Джекилл и мистер Хайд

Однажды Доктору Хувзу пришло письмо от его давнего коллеги и лучшего друга детства в одном лице - Доктора Генри Джекилла. После прочтения Хувзу стало ясно, что Джекилл был одержим одной гениальнейшей и в то же время опаснейшей идеей. Для рода понячьего Доктор Генри хотел сделать только лучше, но получился мистер Эдвард Хайд.

ОС - пони Доктор Хувз

Дорога мне

Твайлайт давит в себе эгоистичное желание оставить Темпест рядом. Понимает, что та слишком любит свободу. Темпест понимает, что, возможно, есть нечто важнее свободы.

Твайлайт Спаркл Темпест Шэдоу

Five Nights at Pinkie's. 10 лет спустя.

Не каждый понец бывает хорошим...

ОС - пони

Самолюбие Флаттершай

Бизнесшай, Флаттергот и Хипстершай возвращаются! Но не ради мести. На этот раз они просто решили расслабиться втроём, на фоне винтажных интерьеров избушки Флаттершай.

Флаттершай

Кровавый изумруд 3

Хуманизация знакомых персонажей "Кровавого изумруда"

Пинки Пай Трикси, Великая и Могучая Другие пони ОС - пони Вандерболты Мод Пай

Автор рисунка: MurDareik

Fallout:Equestria. Под светом солнца

Глава 11. Подземный город.

Глава 11. Подземный город.

Лифт спускался около пяти минут, все это время в кабинке мы стояли, плотно прислонившись боками, друг к другу. Я оказался зажат между жеребцом и кобылой, а вот Рок как-то пристроился, там с краю, у панели управления лифта, и ему было явно лучше, чем мне. Кобыла и жеребец были погружены в свои мысли и их лица выражали абсолютное безразличие к нашему столь тесному контакту. Или быть может, наличие толстой брони их не смущало.

«Вот только пернуть тут не хватало» — мелькнула у меня мысль в голове.

Но на панели загорелась цифра «15» и лифт, наконец, остановился.

— Мы на глубине минус пятнадцатого этажа. – сказал Рок, когда я выбрался из лифта.

— Да понял, не дурак. – буркнул я, разминая мышцы. – А насколько глубоко уходит комплекс.

— Ну… — Рок задумался. – Где-то около пяти километров, плюс-минус. Учитывая еще и подземные ангары.

Мы подошли к пропускному пункту, возле которого дежурило два пони. Оба пони были единорогами и оба были вооружены пистолетами-пулеметами. Стекла в оконных рамах КПП было необычайно толстым, скорее всего даже было пуленепробиваемым, с бойницами из которых можно было вести огонь. В случае прорыва, коридор за нашими спинами, стал бы настоящей братской могилой, учитывая, что он прямой как кишка.

— Сержант. – кивнул один из дежурных Року.

— Это со мной. – сказал Рок указывая на меня.

— Я так и понял. – ответил тот. – Но прошу, в этот раз сделай, как положено. Пусть он сдаст оружие. Иначе кэп с меня три шкуры сдерет.

Рок почесал затылок.

— Ну, прошлый раз…

Дежурный пони угрюмо посмотрел на Рока, а кобыла позади меня тихонько фыркнула.

— Хорошо, сделаю, как положено. – Рок повернулся ко мне. – Айрон, сдай им все оружие.

Второй единорог выдвинул вперед глубокий лоток, а позади него я увидел несколько пронумерованных шкафчиков, с кодовыми замками.

— Лишь оружие? – спросил я его.

— Также патроны и взрывчатые вещества. – ответил он.

С большой неохотой я поставил дробовик на предохранитель и положил в лоток. Следом отправились пулевые и дробовые патроны из карманов разгрузки, револьвер и несколько заранее снаряженных барабанов к нему, что намного быстрее смены патронов внутри старого. Так же к остальному оружию отправилось и ружье. Пару ножей, обычный и отданный мне Эпплкейк, я успел припрятать под самой разгрузкой и думаю, Рок знал об этом, но промолчал. Жеребец и кобыла, что сопровождали нас, остались на посту, а единорог быстро осмотрел меня и кивнул.

Меня пропустили в Каламат. Конечно, я думал что осматривать меня будут более тщательно, все таки чужак и тем более с поверхности. Но видимо то что я пришел вместе с Роком прикрыло мою задницу от более тщательного осмотра. В прямом и переносном смысле.

Я и Рок тем временем, свернув в еще один коридор, вышли к лестнице на пять пролетов вниз.

— Почему мы не прошли через основной ход? – спросил я Рока, когда мы прошли на еще два этажа вниз.

— Там сейчас и яблоку упасть негде. – ответил он. — Прибыли караваны с Мейнбурга, так что второй и третий уровни теперь один сплошной базар. Лучше как мы сейчас, по-тихому. Тем более, пройди мы через главный вход, пришлось бы тебе пропуск выписывать, а это знаешь ли та еще волокита.

Рок чему-то усмехнулся и наконец мы оказались у еще одной герметичной двери с круглым затвором. Рок крутанул его мы вышли в широкий зал, высотой с два этажа, по которому прогуливались пони. Кто-то о чем-то болтал, жеребята лавируя между другими пони бегали друг за дружкой, а пони постарше сидели на скамейках или за столиками на которых лежали доски с фигурками или разноцветными кругляшками. По всей видимости это были какие-то игры, потому что все кто сидели за столиками, да и случайные зрители были необычайно напряжены и каждый последующий свой ход они обдумывали по несколько минут.

— Пятый уровень. Площадь. -усмехнулся Рок.

— Площадь чего? – переспросил я, отрываясь от одной из этих “игр”. Мне понравились фигурки из белого и черного материала, что стояли на клетчатой доске.

— Просто площадь. Площадь нашего города, как-то устоялось это название. – Рок пожал плечами.

Мы шли сквозь толпу, многие пони вежливо здоровались с Роком и уступали ему дорогу, я же загривком чувствовал на себе взгляды. Вот бывает же такое чувство, подсознательное или еще какое, когда ты знаешь что на тебя смотрят. Чувствуешь это своей шкурой, аурой, называйте как хотите. Но на меня смотрели с любопытством, быть может из-за слегка грязной шкуры или одежды, хоть я и часто чищусь. Правда вывести пятна крови с моего похода в Дэпплшор, я так и не смог, довоенные порошки их не брали. И я был рад, что только лишь с любопытством.

— А первый и четвертый уровни? – спросил я.

— Оборона. Хотя можно сказать, что и все четыре уровня это оборона.

Я округлил глаза, четыре уровня и сплошь вооруженные до зубов пони. Это весомый аргумент, учитывая что увиденные мной коридоры прямые как кишка. Поставил в конце одного из них пулемет и все, быстрая отправка на тот свет врагов гарантированна. А если здесь еще и автоматические турели водятся, то можно даже личным составом не рисковать.

Свернув у одной из колонн, которую наверное не смогли бы обхватить и три здоровых жеребца, мы вышли к еще одной лестнице вниз. Чуть поодаль были еще и два лифта, но Рок двинул именно к лестницам. Спустившись еще на этаж вниз, мы оказались в длинном коридоре со множеством вертикальных дверей. Они так же были стальными, толщиной где-то сантиметра три или четыре. Открывались они поднимаясь вверх, при помощи кнопок на панели справа от двери. На самой же панели было что-то вроде интеркома, в который можно было говорить.

— Шестой, седьмой, восьмой и девятый уровни — жилые. Около двух тысяч жилых комнат с расчетом на семью из трех пони. – сказал Рок, когда мы прошли мимо нескольких комнат. Большинство из них были закрыты, другие открыты и из них доносились голоса. – Уровни поделены на четыре блока A, B, C и D. Каждая комната пронумерована. Что еще, душевые дальше по коридору. Удобства там же.

Мы остановились на перекрестке четырех коридоров и Рок указал копытом в сторону того, что вел к блоку D.

— Не волнуйся запах оттуда не доходит.

— А почему это я должен волноваться?

Рок хитро улыбнулся.

— Потому что твоя комната в блоке D, номер триста пятьдесят три. Вот магнитная карта. – Рок вынул из нагрудного кармана, что-то похожее на карточку.

Зубами. И мне предстояло взять у него ее из рта. От одной мысли что мне придется соприкасаться губами с другим жеребцом, по спине пробежали мурашки, а к горлу подкатил комок. От унижения меня спасло то, что карточка была довольно длинной и я быстро выхватил ее у Рока из зубов и спрятал в свой нагрудный карман.

— Постой… Моя комната?

— Да, я подумал что тебе надо будет где-то заночевать или еще что, а гостиниц у нас нет. Пользуйся.

— Но когда ты успел?

— Ну… Это моя комната, вернее была когда-то.

— А где же ты теперь живешь?

— В казарме. Она на десятом уровне.

— Зачем жить в казарме, когда у тебя есть собственная комната?

Рок пожал плечами.

— Не спрашивай, все время что живу, сам себе такие вопросы задаю. – затем он хлопнул меня по плечу. – Осмотрись там, а мне надо еще кое-что сделать. Экскурсию продолжим чуть позже.

Рок направился к лифтам, а я огляделся по сторонам. Из-за одной из открытых дверей за мной следил жеребенок. Кобылка, земная пони, лет пять может чуть больше. Она уставилась на меня своими большими зелеными глазами и казалось что вот-вот пробуравит во мне дырку. Я улыбнулся ей, а жеребенок моргнул и спрятался за косяком двери.

Оставив жеребенка, я направился к указанной комнате. Шедоу говорил, что в Каламате многие чуть ли не на головах друг у друга живут, а по факту оказалось, что жилья предостаточно. Ну или это от первого впечатления. Но в блоке D, было сто комнат, это я понял по плану пожарной эвакуации, что висела в начале коридора к блоку. Четыре этажа, в каждом четыре блока, в блоке по сотне комнат, итого тысяча шестьсот комнат. Плюс еще казармы. Жилого пространства предостаточно.

Помучившись с дверным замком, карточка никак не хотела реагировать и я уж было подумал, что меня примут за какого-нибудь вора, но дверь послушно поднялась вверх и я наконец смог оценить свой ночлег. Небольшая комната, шесть на семь метров, кровать, которая занимала чуть ли не половину этой комнаты, комод, стол с одиноким стулом, под потолком странный агрегат видимо для вентиляции и все. Выглядело это вполне неплохо если бы не одно но, вернее даже несколько но. Бутылки. Пустые бутылки из-под виски, пива, водки и запах который исходил от кровати. Бутылки устилали пол ковром, некоторые были разбиты и под моими копытами неприятно захрустело стекло. А от кровати отчетливо доносился запах мочи, словно кто-то использовал ее в качестве туалета.

Открыв входную дверь на распашку, пришлось долго повозиться с пультом управления дверью, я попытался включить вентиляционный агрегат, но в ответ получил лишь странный скрежет. Выругавшись, я легонько врезал по нему копытом, агрегат фыркнул и начал тихо гудеть, а в комнате стало возможно легко дышать.

— Здравствуйте. – раздалось позади меня.

На пороге стояла серая единорожка, в рабочем комбинезоне. В поле своего телекинеза она удерживала ведро и швабру. А позади нее стояло что-то вроде тележки с химией и прочими вещами.

— Здравствуйте. – ответил я.

— Вы видимо новый жилец?

— Что-то вроде того.

— Не могли бы вы выйти ненадолго, я приберусь.

Я огляделся по сторонам.

— Думаю это будет титанический труд.

Единорожка усмехнулась.

— Поверьте, бывало и хуже. Спасибо, что хоть вентиляцию починили, а то техников иногда хрен дождешься.

Я усмехнулся, “починкой” это было сложно назвать. Выйдя из комнаты я прошелся к душевым и туалету, где вымыл лицо от песка. Затем заглянул и в остальные блоки. Комнаты в блоках A и B были намного больше и некоторые вроде бы были двойными. А вот в C были такие же одиночные как и в D. Жители блоков по всей видимости, начали возвращаться или с работ, а быть может и с рынка, так как в коридорах стало заметно больше пони. Появились и жеребята, которые бегали друг за дружкой или игрались прямо на полу. Жилой уровень и в самом деле стал живым, гомон голосов, чей-то смех, ну и любопытные взгляды на мне.

— Можете возвращаться. – позади меня вновь возникла серая единорожка. В гомоне пони я не услышал даже как она подошла ко мне.

— Спасибо вам.

— Не за что. – вздохнула она и покатила свою тележку дальше.

Все вежливо здоровались с ней и уступали дорогу ее тележке, а единорожка катила ее напевая себе под нос какую-то песенку.

Комната словно преобразилась, бутылки исчезли, как и жуткий запах мочи. Постель на кровати была заменена на другую и от нее приятно пахло. Я даже на всякий случай проверил ее, обнюхав от ножек до изголовья, но не было и следа неприятного запаха. Так же на кровати лежал пакет с одеждой. Несколько футболок и белая рубашка. Так же на полке возле двери появилась пачка мыла и белое полотенце. Даже свет от ламп под потолком, казалось, светил ярче. Лишь вентиляция начала вновь скрежетать. Сняв разгрузку, я вынул обычный нож, второй бросил вместе с разгрузкой на кровать, и орудуя им как отверткой снял внешнюю решетку вентиляции. За ней оказалась еще одна более запыленная и лопасти самого вентилятора, которые постоянно стучались о зажатую между двумя пластинами решетки батарейку.

— Кто тебя сюда засунул. – проворчал я вынимая ее.

Батарейка как батарейка, ничего особенного. Но кто-то же засунул ее в вентиляцию. Я снял вторую решетку вместе с вентилятором и заглянул глубже в шахту вентиляции. В дальнем углу шахты виднелась кучка из таких же батареек. Кто и зачем их там свалил, оставалось загадкой, да и протиснуться в узкий ход вентиляции мне было сложно, потому я бросил батарейку к остальным и вернув составляющие вентиляции на место, включил ее и в комнате вновь возобновилась циркуляция воздуха. Правда надолго ли, вдруг порыв воздуха еще одну батарейку притянет. Устроившись на кровати я попытался настроиться на радиостанцию Волка, но ничего не вышло. Я хлопнул себя по лбу, я нахожусь под землей конечно сигнал досюда не доходит. Пощелкав еще несколько вкладок в Пип-Баке, я открыл карту. Приборчик успел составить ее за то время что я и Рок прошлись по комплексу. Вернее пятый и шестой этаж. Запасной ход, через который мы зашли он отнес в отдельную вкладку. Но карта пятого и шестого этажа уже сразу была с пометками, что и куда ведет. Каким образом он это делал, оставалось загадкой. Как и остальное большинство его функций.

— Вижу ты уже успел освоиться? – в дверном проеме, показалась голова Рока.

— Угу. – я поднял на него взгляд. – Пошли дальше?

— Пошли.

— Одиннадцатый – кухня и кафетерии. Весь уровень. Двенадцатый – бойлерная и технические помещения. И уже оттуда начинаются пещеры. Мы называем их попросту нижними уровнями, их всего четыре. Первый нижний там находятся ангары с материалами и станки.

Я спустился с Роком на девятый уровень, здесь помимо жилой зоны была так же школа и музей. Так по крайней мере объяснял мне Рок. Мы прошли уже большую половину девятого уровня и даже мимо классной комнаты, где пони-учительница что-то рассказывала жеребятам сидевшим полукругом вокруг нее. Теперь мы, по всей видимости попали в музей. Так как много вещей лежало за стеклянными полками и выглядели они старовато. На стенах же висели потертые временем знамена с геральдическими луной и солнцем. Геральдические… Хм, откуда я знаю это слово.

— Второй нижний парники. – продолжил Рок. — Большинство наших продуктов выращено там. Четвертый нижний депо, именно там и находится заветная дверка.

— А третий нижний?

Рок вздохнул и остановился у одной из стеклянных полок.

— Трущобы. По-другому это не назовешь…

— И каким образом они там образовались?

— Раньше там так же находились склады с материалами, но со временем мы их заметно по-истратили, а нас самих прибавилось. Комнату в жилых зонах могли себе позволить лишь те, кто действительно работал на благо города. А дармоедов во все времена хватало, так что пустое пространство начало быстро заполняться. А из-за того, что третьим и четвертым нижними уровнями никто не пользовался, они начали чувствовать себя вольготно. Так и появились трущобы в подземном городе. Из-за этого многие считают, что мы тут на головах друг у друга сидим.

— Все иначе?

— На момент первого контакта с поверхностью, нас и в самом деле было многовато. После же постройки Клаудфолла и налаживания контактов с поверхностью стало меньше. Сейчас же количество жителей сравнялось с тем, что было после запечатывания комплекса. Даже чуть меньше.

— А трущобы?

— А что они.

— Разве им не захотелось выйти на более свободные Пустоши?

— Где куча бандитов, рейдеры, мутанты. – Рок слабо улыбнулся. – А тут спокойно и мухи не кусают. Конечно были и те, кто вышел на поверхность, лишь для того что бы вернуться назад и создать в трущобах черный рынок.

Я почесал затылок.

— Постой, а как же вы тогда допустили такое? Вы же военные в конце концов!

— Они все в доле. – вздохнул Рок указывая вниз. – Изредка ловят кого-то, но это так для видимости.

— Ничего понять не могу.

— И не старайся. – махнул он копытом. – Это одна из причин по которой я хочу выбраться на поверхность…

— Но при этом просишь меня открыть подземный ход.

— Ага.

Рок печально посмотрел на то, что лежало за стеклом, я поравнялся с ним. На специальной полочке лежал пистолет. Под самой стеклянной витриной была табличка с надписью “Наградной пистолет капитана Броукена”.

— Моего отца. В награду за то, что смог наладить торговые отношения с “Торговцами смертью” и Мейнбурном. Хотя после этого, он назад в город и не вернулся.

— Потому ты и стремишься на Пустоши?

Рок пожал плечами.

— Возможно. Ладно, что-то она застряла…

— Кто? – не понял я.

Рок осмотрелся по сторонам и затем гаркнул.

— Пангея!

Кто-то ойкнул, затем послышался грохот падающих книг, на него мы быстро и вышли. Среди двух стеллажей с книгами, заваленная оными потирала ушибленный круп маленькая единорожка. Она именно была маленькая, миниатюрная, словно навсегда застряла в своем жеребячьем возрасте. Левитируя сразу несколько книг и очки, она встала и отряхнулась.

— Сержант вы как всегда… — единорожка увидела меня и вновь ойкнула. – Здравствуйте.

Окраса она была, темно зеленого, грива серо-стального цвета была уложена в несколько косичек с вплетенными в них ленточками цветной ткани. Надев очки обратно, она несколько минут буравила меня взглядом, почти как тот жеребенок в жилом блоке.

— Здравствуйте, Пангея. – наконец сказал я.

— Вы знаете как меня зовут? – удивилась она.

— Это было сложно не услышать. – усмехнулся Рок. – Представился хотя бы.

— А да… Мое имя Биг Айрон, рад знакомству. – я слегка наклонил голову.

— Пангея Ультима. – кивнула она.

— Красивое имя.

— Спасибо. – единорожка густо покраснела и скорее принялась расставлять книги по полкам.

— Это реакция у нее на каждого незнакомца. Не обольщайся. – шепнул Рок.

Пангея наконец закончила с расстановкой книг и поправив очки, спросила:

— Так это он?

— Да, тот о ком я тебе говорил. – Рок кивнул мне. – Кепи с собой?

— Ну да. – я вынул кепку из кармана разгрузки.

Взгляд Пангеи и без того удивленный теперь загорелся каким-то странным огоньком. А увидев на моей кепке заветную звезду она чуть не вырвала ее у меня из копыт.

— Один в один. Ваша правда слегка потертая, но это скорее из-за специфики вашей жизни… — она бесцеремонно, отодрала ее от кепки и вернула головной убор мне обратно. – Гравировка…

Пангея скрылась за стеллажами, Року и мне оставалось лишь последовать за ней. Пангея отправилась к ее по всей видимости рабочему столу, который был выполнен из натурального дерева. Большой и широкий, на котором мог бы уместиться и я. Лак на нем местами истерся и полки которые судорожно открывала единорог скрипели, но стол не потерял своей визуальной мощи. Вынув из одной из полок странный прибор, который она надела на голову, Пангея включила настольную лампу и повертела кокарду перед собой. Прибор был чем-то вроде увеличительного стекла, как я понял. Через пару секунд Пангея выдохнула.

— Подлинник.

— Я и не сомневался. – усмехнулся Рок.

— Хотел убедиться?

Рок пожал плечами.

— На всякий случай… Ладно. Гея, ты должно быть и не обедала еще?

— А…да. – Пангея вернула мне кокарду. Вернуть ее на место было делом сложным, мой ферокинез не мог захватить ее. А само кепи я мог передвигать за счет стальной застежки и заклепок, что пришлось поставить на место дырок от пуль.

— Ну и я с Айроном еще ничего не ели. Потому, давайте спустимся на одиннадцатый и закажем чего поесть?

— Я нешротив. – пробормотал я пытаясь приделать кокарду обратно, зубами.

Пангея помогла поставить кокарду на место и мы спустились на одиннадцатый уровень. Размером он был почти что с площадь, только вместо скамеек всюду были различные кафе и бары. Мы зашли в одно из кафе и заняв места, сделали заказ. Впрочем заказывали лишь Пангея и Рок. Обед состоял из огромной пиалы салата, жареного сена и яблочного пирога а так же нескольких кружек сидра. Пангее хватило всего одного глотка, единорожка быстро охмелела и отправилась спать, а я и Рок еще остались побеседовать. Рок так же принес собой копии схем. Да и у меня было множество вопросов к нему.

— Неужели у вас не нашлось техника, который смог бы открыть эту дверь? – спросил я.

— Не нашлось. – ответил он. — Да у нас куча инженеров и техников которые скорее всего сообразительнее и лучше тебя. Но никто и никогда не имел дело со Стойл-тековскими технологиями.

Я состроил кислую мину. Угу, будь они лучше меня, то ты бы не рвал жопу в поисках помощи извне.

— А разве Стойл-тек не строило весь этот комплекс?

— Частично.

Допив сидр и поставив кружку на край стола, я пододвинул к себе копии схем, что принес Рок. Они ничуть не отличались от тех, что показывал мне Рок в мотеле Мэлона. Но на сей раз, я мог их тщательней изучить. На первый взгляд все просто, любой толковый инженер-электронщик смог бы вскрыть, эти чертовы замки. Но… Что-то мне казалось в них неправильным.

— Что тогда мешало изучить эти замки за все два столетия? – спросил я оторвавшись от бумаг.

— Во-первых, не было схем этих самых замков, во-вторых, нам это было не нужно, в-третьих... Я не доверяю некоторым из наших инженеров.

— От чего же?

Рок вздохнул и оглянулся. Мы были одни, кто хотел отобедать уже ушли, а официанты видимо сами решили перекусить. Даже бармена не было.

— Кое-кто очень сильно старался подпортить мне всю эту операцию с открытием двери. Кто не знаю, но он многих подкупил или запугал, а это значит что этот кто-то весьма влиятельный.

Я откинулся на спинку кресла.

— Но зачем? Ты сам сказал, что эта линия, позволит вам обустроить еще больше теплиц и парников.

Рок развел копытами.

— Именно. И это ударит по бизнесу всех торговцев жратвой, да и бандам с нижних уровней это подпортит жизнь. Ведь до этого, мы их не трогали.

— И ради этого они угрожают или подкупаю не один десяток пони?

— Инженеров и техников, которые могли бы вскрыть эту дверь, от силы пони восемь-девять. Их можно легко обработать.

Я фыркнул.

— На все двухтысячное население комплекса всего девять техников?

— Нет, больше конечно! Я назвал тех, кто более-менее мог бы мне помочь. Но видимо не хотят. А может и в самом деле не могут.

— А половник и майор?

— А что они?

— Они тебе не оказывают никакого содействия?

— Нет.

— Но, блядь, это, же поможет твоему дому. Больше места для жилья, ну или еды.

— Майор давно ратует за выход на поверхность. Полковник... У него и так много проблем, но да, он отчасти помогал мне... до того как я нашел схемы.

— От чего же?

— Я так понял, что ко всей моей затее он относился весьма скептически. А тут на те — удача! Да еще и ты! Тот, кто хоть, что-то понимает в этих схемах. Он явно думал, что я зубы об эту дверь пообломаю и успокоюсь. Но как видишь, вышло иначе.

После этого мы разошлись по своим делам. Вернее Рок вновь по своим, а я отправился в свою уже комнату спать. Поздно еще не было, но от сытого обеда и кружки хорошего сидра поспать не мешало.

… Пробиваться через джунгли острова было сложно. Да доносившийся с побережья запах кипящего моря крови чувствовался и здесь. Слабее чем у самого берега, но… Я продолжал идти несмотря ни на что. Зачем я шел вперед, что ждало меня там?

— Ответы? – спросил голос.

— Сомневаюсь… — буркнул я.

— Тогда зачем же ты идешь?

— Потому что могу.

Джунгли казалось становились все гуще и гуще. Да и окружавшая меня зелень, мне она была до оскомины знакома, но в своей жизни я не видел ни одного зеленого растения. Особенно в таких количествах. Джунгли резко закончились и я выскочил на широкое поле, полностью покрытое пожелтевшей травой. Она такой могла стать лишь от сильной засухи, что вместе с полными зеленью джунглями казалось весьма странным. Оглядевшись, я заметил вдалеке столб черного дыма.

— Неужели…

Прибавив шагу, я быстро добрался до конца поля. Вдалеке за небольшими холмами полыхало пламя огня и доносились отголоски выстрелов.

— Круто… – усмехнулся я.

— О чем это ты? – спросил голос.

— Ты решил совместить сны. Там горит поселение, сожженное мной.

Голос молчал несколько минут, а затем сказал.

— Ты думаешь что это был сон?

Кто-то стучался в мою дверь. Долго, где-то с минуту. Сползя с кровати, я нажал на кнопку открытия. На пороге стоял земной пони, одетый в военную форму и с нашивками ефрейтора.

— Мистер Айрон? – спросил он.

— Да. – ответил я, почесав подбородок.

— Сержант Рок, ждет вас на четвертом нижнем уровне. Я должен вас сопроводить.

— Хорошо, сейчас… — я натянул разгрузку и последовал за ефрейтором.

Откуда-то я знал что значат все их нашивки. Что вон тот — капрал, что та пони – прапорщик. Знал и все, как в случае с пулеметами у “Торговцев смертью”. Я и ефрейтор зашли в кабину лифта и воспользовавшись минуткой того, что не надо никуда самому идти, я, прислонившись к стенке лифта, прикрыл глаза.

— Сэр. – ефрейтор толкнул меня в бок.

— Угу. – я разлепил глаза и зевая вышел из кабины лифта.

Рок объяснял что на нижних уровнях есть пещеры в гранитовой породе, но он, мать его не сказал, что само это депо и находится в пещерах. Огромной пещере, с острыми хреновинами как на верху так и снизу. И мало того с огромным грузовым краном который когда-то ездил по проложенным рельсам. В пещере так же было несколько пустых грузовых контейнеров, а так же множество строительного мусора сваленного в кучи. Под потолком пещеры, так же были установлены несколько кранов, но уже поменьше и их функции было угадать сложно. В такой пещере думаю можно и дракона спрятать…

Рок и единорог стояли у перрона. Депо ничем не отличалось от того что могло быть на поверхности, тот же перрон, те же рельсы, даже несколько грузовых вагонов было, двери которых полностью отсутствовали, а внутри их самих были какие-то ящики. Второй же вещью была огромная круглая дверь, которая закрывала собой проход в тоннели. Она была чуть ли не в половину всей пещеры или может быть мне просто так казалось. Дверь удерживалась пятью креплениями и если судить по схемам, то они были лишь внешней защитой. Под ними самими еще были какие-то крепления или замки… Это мне предстояло еще узнать.

Ефрейтор отрапортовал о прибытии, Рок поблагодарил и отпустил земного пони восвояси, и махнул мне копытом, что бы я подошел ближе. Рядом с ним стоял высокий единорог одетый в рабочий комбинезон и с весьма длинным рогом, другие видимо ему завидовали, да я бы даже позавидовал…

— Айрон, это Вренч, он будет помогать тебе чем может.

Единорог протянул копыто, я пожал его и кивнул.

— Я когда-то пытался вскрыть эту малышку. – усмехнулся он. – В одиночку, но думаю вдвоем мы справимся.

— Думаю тоже.

Рок еще долго о чем-то беседовал с Вренчем, я же тем временем обошел депо. Работать нам предстояло в диспетчерской почти в самом конце перрона, из нее был отличный обзор на дверь и тоннель в который она вела и я почти уверен, что несколько мониторов были соединены с камерами, что были за дверью. Сейчас же они конечно не работали. Нашей первичной проблемой был мусор, который скопился в ней. Это был как и тот же строительный мусор снаружи, так и старая аппаратура. Не знаю для чего они раньше служили, но каждая из них походила на внушительных размеров металлический шкаф, внутренности аппаратуры были выдраны и лишь оголенные провода свидетельствовали о том, что туда что-то подключалось. Закончив осмотр диспетчерской я вышел к самой двери. Вблизи, она казалась еще больше, я даже и не представлял какие ресурсы понадобились на ее создание и установку туда.

— Впечатляет? – спросил Рок.

— Ну да. Можешь сказать для чего на самом деле ты хочешь ее открыть?

Рок подошел к двери поближе, слегка пнул ее и усмехнулся.

— Нет. Думаю если все получится ты и сам это поймешь. – Рок передал мне тубус со схемами. – Вторая копия есть у Вренча.

— Кстати, на счет него…

— Его прислал полковник.

— Начальство вновь заинтересовалось твоей деятельностью?

Рок покачал головой.

— Это уже мои проблемы. А так, ты помогаешь мне открыть ее, — Рок кивнул на дверь, — а я в свою очередь ищу информацию по Механику.

Настоящая работа началась после того как я и Вренч, не привели все в порядок. Нужно было убрать весь строительный мусор и ненужную аппаратуру. А весила она не менее сотни килограмм. Благо у некоторых из них были колесики и мы быстро их выкатили. Но и толкание туда-сюда бандур весом с центнер занятие не из легких. Закончив с аппаратурой мы, принялись и за строительный мусор. Целые куски бетона с оставшимися в них арматурами мы, загрузили в один из “гробов на колесиках” и точно так же выкатили наружу. Наконец диспетчерская была свободна, можно было передохнуть и осмотреть поле последующей деятельности.

— Ну-с с чего начнем? – спросил Вренч.

Промочив горло Спаркл-колой, единорог принес ее с собой, випить так сказать за знакомство, я обошел пульт с разных сторон.

— С самого простого, что мы можем. Разобрать его, осмотреть и по очереди подключать элемент за элементом.

Вренч почесал затылок, и покачал головой.

— Толково.

Разложив листы со схемами на полу, я снял панель с пульта и уставился на перипетии проводов и платы нужных мне схем.

— Уверен, что пульт не запитан?

— Да. Мы даже когда меняли проводку ветку на него и не кидали. – Вренч, тем временем раскладывал свой инструментарий, а так же светил мне фонариком в глубь пульта. Телекинез все-таки крутая штука.

— Окей. — отодвинув толстый кабель проводов, я вынул все четыре платы и положил каждую рядом со схемой, соответствующую ей. Затем принялся за кабели и проводку.

Самой главной проблемой стали пауки. Многоногие твари устроили самое настоящее царство внутри пульта, расположив свои коконы в самых укромных местах, в которые могли пробраться. Техник дал мне несколько щеток и непонятный агрегат.

— Что это? — спросил я, слегка пнув округлый прибор со шлангом. — Насос?

— Ну, почти. – усмехнулся Вренч. — Это пылесос, до войны им порядок в домах наводили. Щас мы быстро их оттуда выдуем!

Прибор загудел и техник, направив шланг внутрь пульта, струей воздуха выдувал всех пауков и их паутину, а затем переключив всего одну кнопку начал их наоборот засасывать.

— Ух, прикольно.

Когда очистка пульта завершилась, я, наконец, смог продолжить вынимать внутренности прибора. А Вренч, потихоньку очищал их от налета многовековой пыли и складывал у соответствующего чертежа. А так же сам понемногу изучал их. Наконец последняя плата была расположена у своего чертежа и я отошел на несколько шагов в сторону и окинул их взглядом.

— Ну вот... Осталось понять, в чем проблема. Вы как-то пытались ее открыть до этого?

— Пытались. – вздохнул Вренч. — Но видимо в самой схеме какой-то сбой, так как пульт совершенно не реагирует на запросы. Полезли внутрь, внешне все как надо все работает и все на месте, даже не рабочих элементов нет. Но эта ебола так и не запустилась.

Несколько часов мы изучали схемы, проверяли элементы и сверялись со схемами.

— Тут триггера нет...

— Не ту схему смотришь. Вот, все на месте.

— А, понял... Но нахуя он тут?

— Если бы я знал.

Внешне и в самом деле все было на месте и все работало. Сделав перерыв на сэндвич с сеном, мы принялись ко второй фазе нашего плана. Мы ставили каждую плату по очереди и смотрели на реакцию пульта. Если отсутствовала какая-то плата, он оповещал нас тремя короткими сигналами похожими на писк. Плат не было совсем — долгий протяжный писк. Поставили все платы — он не работал совсем и даже никакого звукового сигнала не подавал.

— Даже отсутствие результата – это хоть какой-то, но результат. – вздохнул Вренч.

Двое суток я и Вренч работали над тем, что бы пульт хоть как-то заработал. Вренч был готов даже перепаять все схемы заново.

— Окей, только где ты найдешь новый ферритовый стержень? Реле то не проблема, а вот феррита у вас тут что хоть жопой жуй?

— Найдется, не волнуйся!

И так я работал два дня. Каждый из них я спускался на нижний уровень где встречался с Вренчем и мы принимались за муторную проверку остальных пультов. Все по стандартной схеме: вынуть, почистить, поставить обратно, выяснить работает или нет. В большинстве своем все не работало, было несколько, которые работали например те что отвечали за камеры на обратной стороне двери. Подключив и настроив их, Вренч попытался вывести картинку на один из мониторов, но он показывал лишь помехи. Среди рабочих пультов было несколько по освещению, мы смогли запустить несколько ламп, так что в пещере стало заметно светлее.

Мало того мне и зарплату выдавали, в отличие от Пустоши где деньгами были бутылочные крышки в Каламате деньгами были карточки. На них собственно и покупалось питание. Хороший обед на одиннадцатом уровне стоил пять карточек, а зарплата моя была около пятнадцати карточек за час работы. Так что я не бедствовал, да и по довольной роже Вренча было понятно, что заработок то неплохой.

К тому же я заглянул и к цирюльнику, благо карточки позволяли и из моего ирокеза сделали более удобный могавк. Ну так по крайней мере эта прическа называлась. Контакта с поверхностью не было, караваны что пришли два дня назад для торговли успели покинуть город в одно из окон в буре и теперь Каламат был полностью закрыт. А я хотел бы поговорить с Эпплкейк. Ну может и не только поговорить…

Зато Пангея пригласила меня на обед. Я весьма удивился, когда получил от дежурного пони возле своей комнаты записку, внутри как, оказалось, было, послание от единорожки которая приглашала меня отобедать на одиннадцатом уровне. Столик был заказан на нас двоих и Пангея ждала меня там, мне стоило лишь явиться вовремя, то есть к четырем часам. После тяжелого рабочего дня с Вренчем, мы меняли проводку в диспетчерской, пришлось двигать все пульты и терминалы. Мне хотелось лишь завалиться на кушетку и проспать часов десять, а еще лучше принять перед этим душ, так как пахло от меня не очень хорошо.

Но отказываться от предложения пони было весьма грубо, тем более на халяву пожрать, никогда не помешает. И я сразу же направился к душевой, что находилась в конце коридора. После холодного душа, который убил во мне сонливость, я забросил разгрузку на кровать и, порывшись в выделенном мне пакете с одеждой, нашел там вполне приличную серую футболку. Я заметил, что в Каламате почти все носили одежду, в основном конечно военную форму со знаками отличия, или же рабочие комбинезоны. Но были и те, кто носил или рубашки, или футболки по типу той, что на мне, “голыми” были лишь жеребята. Да и на Пустоши были те, кто носил одежду, я например. И не только броню для защиты, но и обыденную одежду, как куртки или шляпы. Хотя можно ли считать шляпу одеждой, это все-таки головной убор…

Заведение, где ждала меня Пангея, было почти что пустым, исключение составляли парочки пони, что сидели за дальними столиками и о чем-то щебетали. Казалось, что Пангея пригласила меня на свидание, потому что в воздухе витал некий дух любви, если можно так сказать. Атмосферу романтики этому месту придавало то, что играла тихая музыка, а освещение было сплошь из свечей. Влюбилась она что ли! Однако в полутьме еще нужно было найти ее.

— Мистер Айрон! – помахала мне Пангея.

Столик находился вдалеке от входа по правой стороне, вокруг было много свободных мест, так что посторонних ушей не могло быть. Сев рядом с ней я тут же получил меню от официанта-единорога, который на то время пока мы обдумывали что заказать удалился.

— И для чего ты меня сюда пригласила?

— Вам что-то не нравится? – она оторвалась от меню.

— Нет, что ты! Просто… это походит на какое-то свидание.

Пангея тихонечко засмеялась.

— Извините, я как-то даже не задумалась об этом. Попросту здесь самый вкусный омлет. И я подумала, что он вам тоже понравится…

Пангея, кажется, покраснела до кончика своего рога, и ее практически стало невидно из-за книжки меню.

— Но пригласила ты меня не за этим.

— Да я хотела спросить вас о поверхности.

— О Пустошах? Разве Рок тебе…

— Нет, ничего не рассказывал. Да и я сама редко выхожу из библиотеки, что бы с кем-либо с поверхности общаться. И некоторые из них страшно выглядят. – Пангея смущенно улыбнулась.

Я почесал затылок. Что я мог рассказать, что я видел такого, что могло ее заинтересовать? Быть может только про свои веселые похождения в Дэпплшоре. И больше ничего…

— Видишь ли, Гея, у меня амнезия. Я ничего не помню о своем прошлом, ни единой вещи.

— Я знаю, сержант меня предупредил. Ведь ради того что бы восстановить хоть часть воспоминаний вам нужен дневник майора.

— Ну, да… Хотя я так и не понял как он мне поможет. Рок говорит, что кто-то из сослуживцев майора может быть моим дальним предком, в чем я сомневаюсь…

— От чего же?

— Глупо это как-то. Несвязно. Думаю, проще было бы обратиться к какому-нибудь доктору. Ну, по мозговым делам.

Пангея долго смотрела на салфетки, что лежали перед ней, а затем сказала:

— Однако же, есть вещи, которые вы можете делать непроизвольно. Что-то что сознательно вы не смогли бы сделать.

— Есть. – кивнул я.

— Так и ваши воспоминания, их никто не стирал, они остались там в глубине вашего сознания. И через некоторые образы или события, они будут постепенно возвращаться.

Наконец принесли омлет, и две порции салата, а так же по кружке сидра. Я в очередной раз подивился тому, сколько еды было у Каламатцев, на Пустошах за такой пир перерезали бы горло. Потому что все было свежее и самое главное не фонило, о чем свидетельствовал молчавший Пип-Бак. Лучше места что бы жить и не придумаешь. Еда, вода, тепло и сухо, даже мошки не кусают. Никто не норовит подстрелить и ограбить тебя, не приходится сражаться за банку двухсотлетних консерв. Живи себе и радуйся. А они, они хотят увидеть поверхность, хотят вдохнуть свежего воздуха, увидеть солнце. Ха, и еще раз ха! Солнца нет, воздух может и свежий но местами радиоактивный, а Пустошь не то место что бы прохлаждаться, несмотря на то что наш закуток пустоши еще весьма мирный. Хотя не такой уж и мирный теперь, раздор среди Черепов открыл дорогу работорговцам с юга, а так же прочей швали которую они держали в узде.

— Вам порезать? – спросил единорог-официант, выводя меня из задумчивости.

— Нет. Я сам. – я подхватил феррокинезом вилку и нож.

Это вызвало легкий шок у официанта и удивление у Пангеи. И если лишь пожал плечами и ушел, то Пангея еще долго на меня смотрела.

— А как вы… — нарушила неловкое молчание Пангея.

— Что? А как я держу их. Это феррокинетический модуль.

— Имплант?

— Ну да. – я наклонил к ней голову. – Небольшие рожки, видишь.

Пангея долго изучала мою голову, а затем спросила:

— И как они работают?

— Как твой телекинез, только на некоторые металлические предметы. Некоторые… Например кокарду я не могу двигать, а вот гильзы да, хоть на обычный магнит они не магнитятся.

Пангея закусила губу.

— А откуда он у вас?

— Если бы я знал…

Пангея задавала мне много вопросов. Порою глупые, о том: “Как же брамины принимают решение куда идти если у них две головы?”, а порою весьма серьезные.

— Вы убивали? – спросила она.

— Да.

Пангея несколько минут помолчала и затем вновь спросила:

— Это сложно?

— Нажать на спусковой крючок не так уж сложно. А вот уже когда бой лицом к лицу или в копытную, то да. Убить сложно.

— Я имела ввиду эмоционально…

— А, ну… Не знаю. Нет, мне не особо сложно.

— И как это в первый раз?

Я усмехнулся.

— А я и не помню как убил впервые…

Почему же, помнил. Земной пони на перегрузочной станции, я перерезал ему горло новоприобретенным ножом. Но был ли это первый раз? Я совершенно не чувствую раскаяния или сожаления о убитых мной. Ни о тех кого я убил на станции, ни гулей, ни обезумевших рейнджеров. Я убиваю потому что, иначе убьют меня и плевать кто это будет. Жеребец или кобыла, земной пони, единорог или пегас… Для меня нет разницы.

Видимо я молчал слишком долго потому Пангея, тактично откашлялась и сказала:

— Давайте сменим тему.

— Давай.

Вернулись мы к прежней теме, моей амнезии и дневнике майора.

— А какой резон тогда Року помогать мне в этом?

— Вы встретились при весьма странных обстоятельствах, да и как оказалось ваше сотрудничество продолжается намного дольше. Вот и сержант, наверное, считает, что это провидение свыше. Он очень религиозен.

— Что судьба, ниспослала ему меня?!

— Не совсем судьба. Принцессы.

— Глупость. – фыркнул я.

Пангея кивнула.

— Я тоже так считаю. Верить в богов, это антинаучно.

Видимо ей сидр ударил в голову. После обеда, я проводил ее до дома. Жила она там же где и работала, в музее.

— По сути тут так же и библиотека. – усмехнулась Пангея. – Книжек не очень то и много, часть пришлось закупать.

— А часть принесли Эпплкейк с Джо-Джимом. – я прошелся между стеллажей.

— Вы знаете Эпплкейк?

— Ну, да. Сержант тебе не говорил?

— Нет. – Пангея поправила очки. – Как она?

Я пожал плечами.

— Как только будет очередной выход на поверхность, я у нее спрошу. Она в Клаудфолле.

Глаза Пангеи округлились.

— И она не навестила меня! Как же так!

Я усмехнулся.

— Думаю, что она навестит тебя. Просто мне и Року еще нужно было проскочить в окно между бурями.

Пангея согласно кивнула головой.

— Раз уж зашли, давайте я вам дневник майора дам.

Пангея скрылась за стеллажами и долго не появлялась.

— У нас так же остались и его сферы памяти, но вы к сожалению не единорог, так что они для тебя бесполезны. – донесся до меня ее голос. – На этот случай он и вел дневник. Что кому-то будет интересно его прошлое, но он не единорог.

Она появилась с книжкой в твердом переплете.

— Это конечно копия. Оригинал был к сожалению утерян, но бывшая смотрительница музея успела сделать три копии. Она самолично переписала все слово в слово.

— Спасибо. – я взял книжку на копыто. Вот только засунуть ее было некуда, я же был без разгрузки. Придется в зубах нести.

Попрощавшись с Пангеей, я отправился на свой этаж. Книга в зубах часто пыталась выскользнуть, от чего я сжал ее сильнее. В комнате же я выплюнул книгу на кровать, небольшой след от зубов на ней остался, но думаю со временем пройдет. А Пангея простит мне столь небольшое надругательство над дневником майора.

Хотя взяться за его прочтение я смог лишь на следующий день. Вренч задался идеей, перепаять большинство схем и весь наш рабочий день сводился к тому что мы сидели за схемами с паяльником. Запах канифоли мне не противен, но после вот уже двух часов от него начинает тошнить. Да и работы был непочатый край. Да и сам Вренч был не рад этому, потому мы решили взять перерыв на пару дней. И лишь тогда я смог взяться за дневник майора Лэмона.

Я выискивал лишь нужную мне информацию, да и по самой истории Каламата слегка пробежался.
"Никогда не вел дневник, считал это прерогативой кобыл и творческих личностей, которым делать нечего кроме как марать бумагу, а за военного пони всю его жизнь расскажет личное дело. Но, даже такому как я, однажды захотелось изложить свои мысли и переживания на бумаге.

Мое имя, Спайси Лэмон, я майор четвертого мотострелкового полка, ныне уже не существующей страны Эквестрии. Ровно год назад, нашей страны не стало. И ровно год, как мы живем здесь, внутри военного комплекса Сиера Каламат.

Судный день. Конец войны, конец Эквестрии, конец всего. Мою душу разрывают чувства, и я даже сейчас пишу с трудом. Каждая строчка, дается мне большим трудом, потому что я хочу описать каждый момент конца нашей страны. Моей родины. Хотя, что я видел. Судный день я встретил здесь, под землей, окруженный кипой бумаг, которые должен был заверить, проверить и так далее. Сейчас этими бумагами можно лишь, подтереться. Когда подняли тревогу, я посчитал ее очередной учебной, но когда хлынул поток беженцев из города, мне стало страшно.

Комплекс был рассчитан не на одно столетие жизни, но вот просторности в нем явно не хватало. Нам пришлось полностью разломать весь офисный сектор, к чему он собственно теперь, и обустроили там еще несколько жилых комнат.

Другим моим делом, было так же занять всех праздных гуляк, которые были не задействованы в строительстве и хозяйстве. Пришлось вновь запускать оружейные станки, только в более мирных целях.

Важной проблемой стали так же и тела. Многие не смогли принять того, что прежней жизни больше не будет и покончили с собой. И вот когда жизнь более-менее наладилась, стала проблема тел. Морг был полон до отказа и холодильники уже справлялись с трудом. Перерабатывать в удобрения? Капеллан не позволит. Хоронить? Так негде, на нижних уровнях земли нет, один гранит. Кремация, была единственным верным решением, даже нашлось историческое оправдание такого решения. Да и пепел, хранить проще. Или хоронить...”
Я пропустил несколько страниц, нужно или значимой для меня информации там не было. Лишь описание жизни подземного города. Борьба с теми кто хотел выйти в первые же дни, налаживание внутреннего распорядка и множество различных вещей. Единственное что меня привлекло это вот эта строчка:
“Я и Дасти, единственные кто был внутри комплекса из старшего командного состава. Ни генералы, ни кто-либо еще не появился. Даже их семьи. Не успели? Сомневаюсь. Дасти, же молчал и отнекивался. А после и я перестал спрашивать, не до того стало."
И ни одного упоминания про четвертый подземный уровень. Вообще ни единого.

Зато я нашел то, что меня интересовало. История Сиона и сослуживцев майора.
"Когда-то я был причислен к миротворческому корпусу. Мы пытались навести на приграничных островах и землях относительный порядок. Охотились на зебринских пиратов и на залетных грифонов-наемников. И Сион, куда меня командировали, был таким местом. Остров находился в нейтральных водах, не принадлежавших ни нам, ни зебрам. Там даже и населения не было, но с началом войны, на острове образовалось несколько зебринских поселений. Мирных, как нам говорили.

Однако же эти “мирные” зебры, каким-то образом совершали пиратские набеги на суда Эквестрии, которые проходили через нейтральные воды.

На остров мы прибыли с рассветом. Под нами проносилось бескрайнее зеленое море зебринских джунглей с редкими поселениями. Казалось, что война обошла стороной этот кусочек суши. Ни отголосков выстрелов, ни джунглей объятых пламенем напалма, ничего. Однако эта тишина была лишь обманом.

Война пришла с ночью. Удар по нам нанесли сразу с двух направлений, зебры закидывали нас своими газовыми бомбами и заливали шквальным огнем. Определить во мраке джунглей, откуда идет огонь, можно было по редким вспышкам выстрелов, но так, же был и велик шанс того, что попадешь в своего. Битва закончилась с рассветом, среди нас не было серьезных потерь, но вот среди зебр... Мы не нашли ни одного тела, ни стреляных гильз, ни следов крови, словно зебры пришли с ночью и с ней же растворились, словно призраки.

Мы отправились в рейд на поселения, в надежде там найти хоть какие-то ответы. Но ничего, деревни почти пусты, лишь жеребята да старики. Держать оружие они были не способны. Под подозрения конечно же попали и кобылы, что были в поселении. Но командование решило оставить их в покое.

Но откуда, же тогда у зебр было подкрепление!? Рейд за рейдом мы прочесывали остров, надеясь найти хоть кого-то, но в какое поселение мы не входили, там были лишь кобылы, жеребята да старики. Кто-то начал поговаривать а не они ли, и стреляют по нам."
Майор описал каждый свой день пережитый на Сионе, а так же и смерти тех с кем смог подружиться.
“Это становилось какой-то мясорубкой. День ото дня, к нам прибывало подкрепление и ночью все мы попадали под шквальный огонь зебр. Но днях прибыл сто сороковой Сталионградский инженерный полк, а вместе с ними и несколько бронетранспортеров и зениток. Вот против стальных монстров зебры ничего не могли противопоставить и впервые за долгое время, ночь была относительно тихой. Но недолго, инженеров перебросили на другой конец острова, а наши ночные гости тут же этим и воспользовались. Лишь чудом мы не дали им захватить наш форпост. И мы впервые увидели их тела. Пять зебр, два жеребца и три кобылы, но не из тех поселений в джунглях. Все с метками пиратов. Как им удавалось скрываться от нас оставалось загадкой.”
Я пропустил несколько страниц о вылазках майора, вернее тогда еще лейтенанта, в джунгли на поиски пиратов. И нашел то что было мне нужно.
"Роковой день в истории Сиона, настал пятого августа. К зебрам, которые донимали нас ночными вылазками, прибыло серьезное подкрепление. Дракон. Целый, мать его дракон! Размах крыльев, которого доходил до трехсот метров. И мало того, с собой он нес, что-то вроде десантного транспорта, в котором была тьма тьмущая зебр. Кровь в нас кипела. Мы рвались в бой с уже осознаваемым противником, а не с тьмой джунглей. Однако силы были неравны, зебры превосходили нас не только числом но у них была и поддержка дракона с воздуха. Мы потеряли свой форпост и отступили к военному лагерю у побережья. Там мы должны были прикрывать отступающие части. Но зебры знали и об этом, и бой перешел так же и на море. Мы были зажаты как на суше так и на воде. Помощи было ждать неоткуда. Инженерный полк был отрезан от нас, высаженным зебринским десантом. И как показывали радио доклады мы потеряли две зенитки, которые бы смогли управиться с драконами. А с континента войска добирались бы не один час, а наше сражение шло на минуты. Помощь пришла, казалось неоткуда. Из джунглей по зебрам ударил плотный минометный огонь, а вслед за этим появились и они, наши доблестные инженеры. Впрочем, это после я узнал, что это был отряд, ушедший в самовольное прочесывание джунглей. Но именно они спасли нам жизни. Они смогли даже дракона убить. Прикатили какую-то чудовищную, я даже не представляю как они пробирались через джунгли, пушку и за два залпа превратили его в дымящиеся останки. И казалось бы победа за нами, но зебр было все еще слишком много. А в довершение всего, где-то в джунглях прогремел взрыв… Я не помню подробностей, так как взрывной волной меня сильно приложило о стену. Пришел в себя я уже внутри здания штаба миротворческих сил, куда меня оттащили выжившие из моего и инженерного взводов. Сион превратился в пылающий пламенем Тартара клочок земли. Джунгли горели долгое время, даже после того как мы эвакуировались. Я даже не мог себе представить что именно могло так взорваться.

Мы вернулись героями. Я даже и не знал за что… За то что мы попросту выжили? Нас даже наградили. По мне лишь инженеры заслуживали эти награды. Мы все были обязаны им жизнями, не наплюй они тогда на приказы, то мы бы лежали там с остальными. И хоть из их отряда осталось лишь пяток пони, они были настоящими героями. Нас тоже было мало, пони шесть или семь. Война растянула нас всех по фронту, а кого-то и забрала с собой, либо подарила инвалидность до конца жизни. Но мы старались общаться, разные пони, с разными мыслями в голове, но мы стали словно родственники.”
“Нас осталось всего ничего, да и то мы держимся на таблетках и алкоголе. Тех, кто выбрался с острова. Кто-то спился, кто-то попросту не смог больше держать оружие, а кого-то война поглотила с головой, забрав как душу, так и жизнь. Торчлайт, с его высшим инженерским образованием, подался в МВТ. Литиум, получив инвалидность по зрению, открыл свою лавку в Мейнбурге. Лишь Эсель Криг, как и я продолжал сражаться за нашу родину, хотя, я уже видел приказ о своей демобилизации. Да, Сион начал сказываться, полученные ранения давали о себе знать все чаще и чаще. Уж слишком стар, я стал."
Глаза слипались и читать становилось все сложнее, решив наконец что насиловать свои и без того уставшие глаза хватит, я осторожно закрыл книгу и улегся спать.

Даже после прочтения дневника мне все не давало покоя, каким образом мне поможет дневник этого майора?! Или же Рок попросту тянет время. Я понимаю что найти по Механику информацию очень сложно, но он мог и напрямую мне об этом сказать. Я потерпел бы. Или же… Солнечная кокарда. Версия Рока о том, что я потомок одного из бойцов, что выжили при Сионе, вполне может оказаться правдой. Однако же, эта блестящая штуковина, могла ко мне попасть, как и Пип-Бак с тела настоящего потомка.

Однако же, имена что я прочел в дневнике майора, мне явно были знакомы. Одно так точно… Торчлайт.

— Торчлайт. – повторил я про себя. Имя казалось безумно знакомым, словно я знал этого пони не один десяток лет, словно… Словно мы были друзьями. Именно друзьями, не родственниками, если бы он был моим предком, а именно друзьями. Подсознание или душа, не знаю, но что-то во мне отзывалось на Торчлайта как на друга.

На остальные же имена, я никак не реагировал. Что и поставило под сомнение теорию о том, являюсь ли я потомком одного из офицеров. Однако же, я мог быть и приемышем. Хотя прошло вот уже две сотни лет, вполне могло оказаться так, что я слышал о своем предке от родителей кое-что вскользь, и оно должным образом не отложилось в моей голове.

Значит Торчлайт. И из дневника майора выходит, так что он был приписан к Стойлу за номером 174 где-то рядом с Дэтротом. Но добрался ли он до него, остается загадкой. Местоположение хотя бы было известно, Пип-Бак сразу же сделал пометку на карте.

Да и сам порядковый номер Стойла заставил задуматься. Если он конечно был порядковым, неизвестно какая там у них была маркировка. Сотня с лишним Стойл было построено, дабы спасти население Эквестрии, скорее всего они рассчитывали после Судного дня начать все с начала, построить новую страну или же возродить из пепла старую. А в итоге, даже если половина из них и открылась, а нынешнее население это потомки выходцев из стойл. Хм, веселое будущее они построили.

Вренч и я смогли перепаять где-то больше половины схем и завтра мы собирались устроить проверочный запуск. Пока же мы перепаивали оставшиеся схемы.

— Эй, Айрон! А как сержант уговорил тебя помогать ему?

— Ну, как-то так вышло… — в истинные причины Рока, я был не посвящен. — Рок говорил, что ветка это будущее вашего города.

Вренч усмехнулся.

— Ну, да. Если его теория верна, мы тут ТАКОЕ можем устроить.

— Теория? – удивился я, поставив паяльник на подставку.

— Ага, он тебе не рассказывал? – Вренч поступил так же.

— Не.

Он облизал губы и полушепотом сказал.

— Буровая машина.

— Что?

— Буровая машина. — кивнул он. — Огромная махина, разработанная МВТ, способная прогрызть весь этот гранит и построить новые и новые тоннели.

— И как она там оказалась?

— Ветка метро была же не достроена, а дверь все это время была законсервирована. Машинка там и скорее всего в вполне рабочем состоянии.

Похоже на правду, но в дневнике Лэмона ничего о буровой машине не было. Или быть может майор и не задавался этим вопросом. Покончив с работой на сегодня мы разошлись кто куда.

Жутко хотелось мяса. Не знаю от чего. На Пустошах, я наоборот радовался тому, что удавалось перекусить овощами или сеном, да даже довоенными консервами на худой конец. Мясо я не жаловал, даже порою брезговал и ел, только когда выбора не было. А тут аж от одной мысли о стейке из геккона, слюни потекли. И как я понял, в Каламате, мясом никто не торговал и не производил, так как я обошел весь одиннадцатый уровень в поисках хоть чего-то мясного. В одном из ресторанов на меня посмотрели как на сумасшедшего, а администратор вдогонку даже крикнул “Дикарь”.

Утолить голод сэндвичем или доброй порцией салата я мог, но чем больше я старался не обращать внимания на потребность в мясе, тем сильнее его хотелось. Ну не собственные же копыта грызть! С этой проблемой я пошел к Року, так как думал, что решать мясные вопросы с Пангеей не лучшая мысль. Единорожку от одной мысли, что мы на поверхности едим кого-то, уже выворачивало. А узнай она что и я один из них, то наверное… Думаю ей было бы неприятно такое узнать. Выслушав меня и слегка усмехнувшись, Рок надел свою форму, взял револьвер и кивнул на дверь.

— Знаю одно местечко. Пошли.

Вначале я подумал, что Рок решил меня пристрелить, что тоже принял за дикаря или рейдера. Но нет, мы спустились на третий нижний уровень и, пройдя мимо прилавков со всевозможным хламом, свернули в какие-то технические помещения, за которыми крылся широкий коридор с множеством ответвлений. Это был мой первый визит в трущобы, я бы хотел осмотреть все поподробней, но Рок нехотел задерживаться. Его обеспокоенность я понимал, Вренч успел мне многое рассказать о том, кто там живет и что они могут с тобой сделать. Убить это еще цветочки, а могут глаз или почку вырезать, а то и обе. Хотя как по мне это были лишь слухи. Но слухи беспочвенными быть не могут. А без своего дробовика я чувствовал себя слегка беззащитным. Но видимо Рок был тут не в первый раз, он безошибочно ориентировался, сворачивая то в один, то в другой проход.

— Нож с собой? – спросил он, вынимая револьвер.

— Да. – ответил я.

— Шерши на хотове. – проговорил он, держа в зубах револьвер.

Коридор в который мы вышли был узким, так что приходилось идти один за другим, ни развернуться ни отскочить. Только назад. Напади кто на нас, я со своим ножом тут явно не боец. Но коридор резко перешел в широкий зал с множеством дверей. Возле одной из них мигала неоновая вывеска, “Золотой скарабей”. На всех остальных дверях виднелся шов от сварки.

Рок убрал револьвер в кобуру, огляделся по сторонам и три раза постучал в железную дверь с вывеской. За железной дверью что-то зашуршало, что-то в нее стукнуло в ответ и засовы отошли в сторону.

— Кого там принесло? – пробурчал тот, кто открыл дверь. – А, сержант! Какими судьбами?

За дверью оказался бородатый единорог, про такую бороду как он носил, говорили ,что она “лопатой”, но как по мне ничего схожего.

— Да, друга привел.

Бородатый зыркнул на меня и почесав копытом подбородок, кивнул.

— Ну, привел, так привел. Че уж… С поверхности поди? – он обратился ко мне.

— Да. – ответил я.

— Все мы с нее, поганки. – вздохнул он, закрывая за нами дверь.

Мы прошли вглубь, за порогом еще одной железной двери оказалось просторное помещение, где за несколькими столиками сидели грифоны, а за дальни и несколько пони. Под потолком горели трубки ламп дневного света, и самое главное здесь пахло мясом. Кто-то совсем недавно жарил хороший стейк. От запаха у меня во рту начался настоящий потоп.

Я и Рок заняли столик у самой стенки, что бы никому не мешать и принялись ждать. Официанта или официантки, но к нам долго никто не подходил.

— Тут, что самообслуживание? – спросил я, Рока.

— Нет, просто подожди слегка, хозяйка…

— Да это понятина! – заорал один из грифонов. – Я, блядь, что брамина от пони отличить не могу!

Грифон демонстративно перевернул миску с каким-то мясным блюдом и встал из-за стола.

— Я за это платить не буду.

После выкриков грифона повисла почти, что гробовая тишина. Никто ему не отвечал или же спорил с ним. Но с задних мест кто-то встал, прошел мимо нашего столика. Ростом около двух метров, с ног до головы одетый в черное и с маской противогаза на лице. Сильные лапы с грозными когтями протянулись вперед, и этот кто-то схватил грифона за грудки и одной лапой поднял над полом:

— Повтори еще раз! – голос казалось, совсем не глушился противогазом.

Второй грифон попытался помочь своему другу, но гигант снял с пояса нож-кукри и угрожающе наставил на второго грифона. Затем врезал грифону, что продолжал держать за грудки, головой по клюву и отбросил прочь. Бросок был точным, грифон своим телом сшиб лишь несколько стульев.

Гигант же тем временем склонился над бесчувственным грифоном и выгреб у него из карманов все что было: крышки, патроны, ингаляторы с Дэшем, сигареты. После посмотрел на второго грифона, который уже сам выгребал все что было у него в карманах на стол.

— Это, за ущерб. – прорычал гигант в противогазе. Затем своим кукри указал на выход. – Вон!

Второй грифон моментально схватил бесчувственного собрата и исчез в темноте прохода. Гигант повесил кукри обратно на пояс, потянулся, вернулся к своему месту и снял противогаз.

— Ник, неси чего пожрать! – прокричал он и почесал лапой чешую на морде.

Все чудесатее и чудесатее! Это был дракон, только я представлял себе их иначе. С крыльями и больше, намного больше. Повисшая тишина, развеялась спустя минуту, словно ничего и не было. На зов дракона из-за одной из дверей, ведущая скорее всего на кухню, появилась земная пони с глубокой тарелкой от которой тянулся шлейф из пара. Весьма ароматного. Поставив перед драконом тарелку, он тут же набросился с вилкой на кушанье, она вздохнула.

— Сам ушел?

— Нет...деньги... — он отдал ей мешочек с крышками, не отрываясь от еды.

Пони кивнула, забирая его и наконец, заметила нас. Вернее Рока.

— Рокфорд! Какими судьбами! – пони широко улыбнулась и подошла к нашему столику.

Рок улыбнулся в ответ и слегка обнял пони.

— Знакомься, это Никель, хозяйка этого заведения. А там сидит Кайман, он что-то вроде охранника.

Кобылка широко улыбнулась, а дракон что-то буркнул.

Никель и Рок долго болтали, а дракон покончив со своей едой, громко отрыгнул и выпустил из ноздрей клубы дыма.

— Кайман! – нахмурилась пони.

— Извини… — дракон быстро замахал перед собой лапами, прогоняя дым.

— Так что же привело тебя сюда? – спросила Никель у Рока.

— Он. – Рок кивнул в мою сторону. – У него возникла потребность в мясе.

— О! Это по моей части! – Никель подмигнула мне и удалилась на кухню.

Мы вновь остались одни. Я со своим бурчащим желудком, Рок и Кайман, который точил кукри.

— Как жизнь чешуйчатый? – спросил его Рок.

— Нормально. – буркнул он. – Как сам? Что-то парни с черного рынка говорят об вашей активности на четвертом. Решил открыть дверцу?

— Ты сам знаешь, я давно все решил.

Дракон хмыкнул и высек из своего кукри сноп искр.

— Ты знаешь мое мнение. – сказал дракон после минутного молчания и убрал кукри обратно.

Мы вновь сидели в полном молчании, лишь дракон сходил за водой и принес нам и себе по стакану.

— Как думаешь, от чего это у меня? – я пытался как-то отвлечься от бурчащего желудка. Ибо витавшие в воздухе запахи, вызывали очередной приступ выделения слюны.

— Такое бывает. Я разговаривал с одним ученым, дашитом, который долго изучал население Пустошей и он заметил небольшую тенденцию, у некоторых пони возникала потребность в белках. – Рок отпил из стакана. — Он грузил меня какими-то научными объяснениями, приводил формулы в которых я ничего не шарил, в общем выходило так что вся эта зависимость от мяса появлялась из-за микроба.

— Микроба?!

— Угу. Какая-то шняга которая образовывается внутри твоего желудка, вызывая почти что наркоманскую зависимость от белка. А мясо это почти что чистый белок.

— Походу отсюда и растет потребность гулей в понячьем мясе. – я почесал затылок.

— Вполне. Как и у рейдеров…

— Рейдеры сами по себе поехавшие и никакие микробы тут не причем. Их я на своем веку повидал. — вмешался в разговор дракон.

Рок усмехнулся.

— Угу, а кто тут хвастался тем, что еще вполне молодой дракон!? А то “на своем веку”, как старик уже говоришь.

— Семьдесят пять лет, нормальный возраст для дракона. – развел ящер лапами. – Переводя на ваш, где-то восемнадцать-двадцать.

Наконец появилась Никель, она несла на спинном подносе, тарелку почти что как и у Каймана, но меньше.

— Прошу, мясное рагу. – она поставила тарелку на стол. — Мясо брамина, если что. Понятины мы тут не подаем!

Брамин… Джо-Джим тоже брамин. Брамины разумны и это неправильно, нет… Но, этот запах. Я втянул в себя исходивший аромат от тарелки. Сдерживать громовое урчание моего желудка я больше не мог и проглотив большую часть слюней, я вооружился ложкой и принялся к поглощению рагу. Отправив первую порцию себе в рот, я пришел в эйфорию. Этот вкус, хорошо прожаренного мяса с острой подливкой… Но самое главное мяса! Мяса! Я даже и не заметил как за один присест проглотил все что было на тарелке.

— А можно еще? – спросил я, облизывая ложку.

— Всегда пожалуйста. – улыбнулась Никель и вновь удалилась на кухню.

Рок пододвинулся ко мне поближе.

— А деньги то у тебя есть? – шепнул он на ухо.

— Ну, ваши карточки только.

— Карточки тоже принимаем. – буркнул дракон. – Правда курс, две крышки это одна карточка.

— А сколько стоит тарелка рагу?

— Пятнадцать крышек.

Я быстро посчитал все в уме. На одну тарелку карточек, у меня есть, а вот на вторую нет. И потому я жалобно посмотрел на Рока. Тот усмехнулся и похлопал себя по карманам.

— Кай, запишешь на мой счет? – наконец сказал он.

Дракон сложил лапы на груди.

— Если бы он был.

— Ну как же, помнишь два года назад…

Дракон выставил перед собой пятерню.

— Не при посторонних. – затем вздохнул. – Ладно так и быть, запишу.

Наевшись до отвала, мы покинули “скарабея”, Рок напоследок о чем-то переговорил с Кайманом.

— Он вырос здесь? – спросил я Рока, когда мы добрались до лифта.

Потому что всю дорогу нас вели два пони в каком-то рванье. Рок, впрочем как и я, не выпускал оружия из зубов. Но добравшись до лифта, мы смогли вздохнуть спокойно.

— Кайман? Нет он с Пустоши. Пришел лет двадцать назад, переговорил с начальством и остался жить здесь в трущобах. – Рок усмехнулся. – В жилом блоке соседство с двухметровым монстром никому не понравилось. Сам же Кайман жаловался на низкие потолки. Вот и сидит там, помогает Никель. Если бы не он, то обстановка в трущобах была бы еще хуже.

Рок проехался со мной до шестого уровня, ему нужно было к кому-то заглянуть.

— Я и Вренч собираемся завтра попробовать вскрыть малютку. – сказал я, когда мы подошли к моей двери.

— Да? Было бы здорово. – Рок почесал затылок.

— Слушай, а это правда про буровую машину?

— Тебе Вренч сказал?

— Угу.

— Миф. – состроил гримасу Рок. – Хотя весьма обоснованный. По документам машина там числится, но вот как ее сюда завозили… Грузовой лифт лишь до сорока тонн выдерживает. А машинка не из легких должна была быть.

— А сколько у вас в комплексе лифтов то? Я так понял кроме главного грузового, который на первых четырех и трех нижних лишь останавливается, есть до кучи остальных, более мелких?

— Да, всего около двадцати. Часть правда не работает. Для этого есть лестницы. А что?

— Просто интересно стало. В дневнике майор упоминал, что некоторые перекрыть пришлось.

— Из-за трущоб. В них редко кто спускается, так что до них оставили лишь три лифта.

Пожелав Року спокойной ночи, я закрыл за собой дверь и с сытым брюхом отправился спать. Что-то за время пребывания в Каламате, я то и делаю что жру. Все жру и жру, так и растолстеть можно. А на Пустошах это непростительно. Надо держать себя в форме. Все как покончу с этой дверью, так сразу же на поверхность! К Эпплкейк. А то, если честно, у меня в печенках сидит весь этот комплекс.

… Пепел как снег сыпался с неба. Поселение зебр теперь лишь тлело выпуская в воздух все новые и новые клубы пепла. Тела, его жителей все по-прежнему были согнуты в предсмертной агонии, их шкуры были покрыты ужасными ожогами, но они были живы. Я слышал их стоны и их мольбы о пощаде, несмотря на то, что я не знал их языка. Меня они волновали меньше всего, потому что возле расстрелянной почти что в упор зеброй стоял он. Единорог в кровоточащем противогазе. В поле телекинеза он держал винтовку с глушителем.

— Пользуешься моими снами? – спросил я его, подойдя ближе.

Единорог лишь отбросил винтовку прочь и повернулся ко мне. Из линз его противогаза как и из переговорной мембраны продолжала литься кровь.

— Что будешь вновь мне говорить о том, что бы я кому-то отомстил?

Единорог продолжал смотреть на меня пустыми линзами противогаза.

— Не буду. – наконец сказал он.

Голос показался мне знакомым. Очень знакомым… Этот голос звучал у меня в голове.

— И ты ошибаешься. – продолжил он. – Это не сны.

— Что же тогда? – я посмотрел на него исподлобья.

Единорог лишь засмеялся. Его хриплый смех, подхватили и тела зебр. От этого смеха у меня шерсть на загривке встала дыбом.

— Ну! Что же это тогда? И кто ты, мать твою такой?

Единорог перестал смеяться.

— Я – тот кто ответит на многие твои вопросы.

— И каким же это образом.

Единорог в один момент оказался перед моим лицом.

— Скоро узнаешь.

… Проснулся я весь в поту. Голова слегка кружилась и я словно наяву чувствовал запах гари. И в самом деле пахло чем-то паленым. Включив свет и осмотревшись, я обнаружил источник запаха. Из вентиляции тянулся небольшой столбик дыма. Выключив прибор, я открыл дверь, что бы вытянуло запах и принялся за починку. Провода питающие вентилятор закоротило. Поменяв их из того запаса, что остался в разгрузке после работы с Вренчем, я поставил все на место и вентиляция вновь исправно заработала. Как я успел заметить, кучка из батареек куда-то исчезла. Сам я ее не трогал, а значит кто-то в мое отсутствие ее забрал. Интересно, у кого кроме меня есть допуск к комнате.

Закончив с вентиляцией я решил уже досмотреть сон. Хотя в очередной раз увидеть этого кровавого единорога не хотелось. Тем более он говорил голосом, который звучал у меня в голове. Немыслимо! Либо я и в самом деле сумасшедший, либо… Либо не стоило есть столько мяса на ночь.

Но видимо он решил, что с меня достаточно и больше не появлялся, по крайней мере доспал я свой сон без каких либо кошмаров. Да и проснулся я необычайно легко, быть может подсознательно я подбадривал себя мыслью, что скоро покину Каламат. Кормили тут неплохо, да и постель была, но… Сидеть сиднем в четырех стенах, это не по мне. Мне хотелось вновь ощутить дуновение ветра, захотелось попасть под ливень, захотелось галопом пробежаться по Пустошам или же подстрелить парочку гекконов. Ну или не гекконов. Но вначале вернуть себе дробовик. Без него я словно был без копыт, словно кто-то отрезал мне одно из них и приделал туда палку.

Быстро приняв холодный душ, я отправился на третий нижний уровень. Сегодня, скорее всего, я и Вренч покончим с этой дверью и я смогу вернуться на поверхность. А Рок, выполнит свою часть уговора и выдаст мне все, что смог накопать на Механика.

Однако у диспетчерской депо меня ждал вовсе не Вренч. Рок и несколько пони, все они были одеты в костюмы химической защиты, стояли на перроне и вполголоса переговаривались.

— А где Вренч? – спросил я подойдя к ним.

— Тоже хотел спросить и у тебя. – сказал Рок.

— Он обычно приходит раньше меня…

Рок лишь пожал плечами.

— Один не справишься?

— Почему же…

Я зашел в диспетчерскую, все было на том же самом месте, когда я и Вренч уходили отсюда. Я даже на всякий случай проверил каждую плату в пульте управления. Все на месте и все должно работать. Именно, что должно. Подключив питание к пульту, я по-переключал несколько тумблеров и кнопок. Включилось дополнительное освещение на перроне, а так же загудела вентиляция. Дополнительные функции работали отлично, теперь же предстояло самое сложное. На пульте управления замками стоял круговой кодовый переключатель. И что бы открыть дверь, необходимо было ввести код.

— Код знаешь? – спросил я Рока.

— Да. Четыре, восемь, две девятки, ноль, две единицы.

Я набрал на круговом переключателе необходимую комбинацию и переключил тумблер. Загорелись аварийные огни, и откуда-то зазвучал протяжный гудок. Я выглянул из диспетчерской. Два крана, которые раньше покоились где-то в вышине пришли в движение и приближались к двери. Сама дверь так же, ожила. Пять магнитных замков один за другим, с громким щелчком открылись, и внешняя защита двери отошла в стороны, обнажив крепления для кранов. Они к тому моменту оказались на одном ярусе с дверью, своими крюками, подцепили створы огромной двери и начали разъезжать в стороны.

Дверь медленно поддавалась. Казалось, будто всех этих двух столетий сна ей было мало, и она все пыталась оттянуть свое пробуждение. Но краны неумолимо продолжали свое движение, и вскоре в двери появился проход, через который смог бы пройти пони. Рок отдал несколько приказов, пони сразу же засуетились, у двери оказался отряд в костюмах химзащиты и с боевыми седлами, на которые были монтированы много ваттные прожекторы. Рок же протянул мне мой дробовик и ружье, а так же противогаз.

— Это на всякий случай. – сказал он, передавая так же и патроны к ним.

Противогаз я повесил на шею за ремни, а дробовик и ружье, по-быстрому снарядил и пристегнул к разгрузке, ружье отправилось в чехол на спине. Теперь я чувствовал себя на много лучше и мне было начхать на всякие там случаи. Я был к ним готов.

Из-за двери тем временем, появился первый гость, белая дымка которая стелилась у ног и в воздухе жутко запахло тухлыми яйцами.

— Газы! — отдал команду Рок и все синхронно натянули противогазы. Даже я.

— Метан? — выдохнул кто-то в противогаз.

— Неизвестно. Но оружие не использовать, а, то еще превратимся тут в гриль.

— Прожекторы по идее тоже. — я поставил дробовик на предохранитель и прикрепил к нему нож. — Любая лишняя искра... 

— Я же сказал, что мы не знаем, метан ли это!

— А что же?

Группа пони в химзе, по одному проскользнули за дверь и изредка там мелькали лучи их прожекторов.

— Айрон, думаю, такого прохода нам хватит. Да и боязно мне, краны эти скрипят, словно вот-вот сорвутся.

Остановив краны, я вновь вышел из диспетчерской и направился к Року. К нам же уже спешил пони в химзе.

— Сержант...вам лучше это увидеть!

— В чем дело?

— Там, тела.

Мы переглянулись. Лицо Рока, хоть и скрывал противогаз, в миг стало серьезным, он словно постарел на несколько лет.

— Идем. – сказал он.