Семь невест для семи чейнджлингов

Желая рассорить Элементы гармонии, прежде чем они снова помешают ей захватить Эквестрию, королева Кризалис придумывает гениальнейший план, как сделать это наверняка. Поскольку все они незамужние кобылы, ей нужно лишь заставить их соперничать за жеребца! И этот её план, может быть, и сработал бы… продумай она его до конца.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Другие пони Кризалис

Восхождение к вершине

Что случается с теми, кто погиб? А хрен его знает. Существуют ли души? Если да, то как они выглядят? В этой истории поговорим об личности, которая погибла на поле боя, а теперь ищет смысл в новом теле и окружении, при этом забыв себя прошлого.

Флаттершай Зекора ОС - пони Найтмэр Мун

Друзья - не нужны

После путешествия по альтернативным реальностям Твайлайт серьёзно задумалась о своей жизни, друзьях и магии. Проверив возникшие подозрения, она приходит к неожиданному выводу. А ещё здесь есть ченджлинги.

Твайлайт Спаркл Лира Чейнджлинги

Buck to the future: Chronicles of Equestria

Задумывались ли вы, что будет попади остатки Делореан в Эквестрию?

Скуталу Совелий Доктор Хувз

Полынь

Голден Харвест расслабляется у себя дома, но может ли она назвать жилище своё полностью безопасным?

Дерпи Хувз Кэррот Топ

Охотник и жертва / The Hunter and The Prey

О читатель, не хочешь ли услышать скорбную повесть об Эпплджек и Пинкамине Диане Пай, живущих в мире, где проклятье — не сон, но явь, разъедающая умы? О, сколь безумен, сколь трагичен, сколь терзает он сердце! Ибо даже «бездонная чёрная бездна» — лишь самое ничтожное из слов, коим можно выразить горестный сказ о двух старых друзьях, охотнике и жертве.

Пинки Пай Эплджек

Шесть королевств

Когда-то давно (а может быть и в прошлый четверг? О_о) кланы Эквестрии воевали друг с другом за господство на территории всех шести королевств…

Другие пони ОС - пони Дискорд

Отдых

Селестия отдыхает.

Принцесса Селестия Кэррот Топ

Four of a kind

Что может быть хуже срыва важных переговоров на государственном уровне? Только ситуация, когда этим переговорам угрожают жуткие существа из древних легенд с записями мрачных предзнаменований. Элементам Гармонии и их помощникам придется ввязаться в расследование, результат которого может оказаться весьма неожиданным…

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Луна ОС - пони

А было ли вторжение?

Итак, теперь, наконец, завершён рассказ, в основном написанный в конце 2012 года и являющийся по сути "пробой пера". В те уже довольно далёкие времена затевался целый цикл очерков в стиле "гонзо-журналистики" от лица моего собственного ОСа, имя которому Vigorous "Vim" Stringer (stringer - внештатный журналист (англ, жарг.)). ОС - весь из себя аристократ, оппозиционер и журналист от скуки - со всеми вытекающими последствиями. Действие происходит во вполне каноничной, но всё же слегка альтернативной Эквестрии, подобной, скажем, маркесовской Колумбии, где имеются свои "тёмные стороны". Впрочем, затеянный цикл не имел продолжения, ибо я потихоньку занялся романом. Иллюстрации: http://photo.rock.ru/img/O7WlJ.jpg (OC by Ren) http://photo.rock.ru/img/jtSkM.jpg (By Black Snooty)

Другие пони ОС - пони

Автор рисунка: Devinian
Глава IX. По следу Глава XI. На 55,5% больше Хранителей

Глава X. Последний рывок

Самая унылая глава из всех: почти пересказ глав "ВК", описывающих путь хоббитов и Арагорна до Ривенделла, только с ними еще идет Эпплджек.

Как только Том Бомбадил скрылся из виду, Эпплджек набросилась на хоббитов с расспросами: как они встретились с Пинки Пай да почему расстались? Мерри и Пиппин принялись расписывать, как она героически отвлекла на себя черного всадника, а Пин при этом еще и всхлипывал. Фродо тем временем расспрашивал Странника о Гэндальфе, но их разговор пони слушала вполуха – теперь ее больше заботила судьба Пинки.

– Как ты думаешь, она жива? – спросила Эпплджек у Странника.

– Скорее всего, – ответил тот и пробормотал: – Да как бы жизнь ее не стала хуже смерти. Впрочем, я толком не знаю, на что вы, пони, способны. Среди людей лишь немногим хватает смелости противостоять назгулам, но мне, да и им неведомо, какая магия таится в вас.

Закончив все полагающиеся случаю разговоры, пони, следопыт и хоббиты двинулись в путь – перебежали торную дорогу и углубились в густой пролесок. Погода стояла такая чудная: мягкое солнце пригревало, но не жарило, лес был еще весь в пышной многоцветной листве, – что, как ни переживала Эпплджек за подругу, на ее лицо наползала невольная улыбка. «Это ж Пинки! – ободряла себя пони. – С заколдованными Найтмер Мун деревьями она справилась, с параспрайтами разобралась – шо ей какие-то там всадники?»

Довольно быстро Эпплджек сошлась с Сэмом Гэмджи: у двух садоводов нашлось немало общих тем. Особый восторг у хоббита вызвал рассказ о вольт-яблоках.

– И чего только нет на свете! – восклицал он. – Мой папаша Хэмфаст ни за что бы не поверил.

Странник уверенно вел их запутанными тропами, и на третий день они вышли к Комариным Топям. Под ногами чавкало, следы наполнялись мутной водой, острая осока так и норовила оцарапать босые хоббичьи ноги. Воздух звенел от мошкары. Привычному ко всему Страннику и ловко отгоняющим гнус хвостами Эпплджек и Биллу это было нипочем, а вот хоббитам приходилось несладко.

– Это не Комариные, а Кошмариные Топи, – причитал Пиппин.

– Октябрь давно на дворе, а они все летают, – бурчал Мерри.

– А вот ежели хоббита рядом нет, что они тогда едят? – философски вопрошал Сэм, ожесточенно хлеща себя ладонями по лбу и шее.

Фродо страдал молча.

Когда трясина осталась, наконец, позади, начался еле заметный, но долгий и утомительный подъем. На востоке вздымались крутые безлесные холмы, правый, самый высокий, стоял поодаль от прочих, а на его плоской вершине виднелись руины каменной башни.

– Это Заветрь, – сказал Странник, – хорошее место, чтобы передохнуть и осмотреться.

– До этого места еще топать и топать, – вздохнул Мерри.

К исходу дня они взобрались на Заветрь, и Странник оставил хоббитов и пони устраиваться на ночлег, а сам пошел обходить окрестности дозором. Эпплджек развьючила Билла, и Сэм с Мерри принялись раскладывать на земле припасы: остатки хлеба, что дал в дорогу Бомбадил, и собранные накануне горсти болотной клюквы. Пин слонялся туда-сюда, Фродо смотрел вдаль, на пламенеющий закатом запад.

– Смотрите-ка, – позвал товарищей Пиппин, – тут камень странный. На нем палочки и точки какие-то.

– Это руна «Г», – сказал подошедший Фродо, и его хмурое лицо на миг озарилось улыбкой: – Гэндальф был здесь, это его знак.

Когда солнце полностью скрылось за горизонтом, вернулся Странник.

– Плохо дело, – сказал он, – в овраге у восточного склона засели пятеро назулов. Видно, искали нас, да обогнали, потому что ехали прямым путем, и теперь дожидаются ночи. Они пока не знают, что мы здесь, но скоро учуют.

– Удирать надо, – засуетился было Пиппин, собирая разложенный на земле провиант.

– Бежать теперь уже поздно, – возразил Фродо. – Тронемся с места – нас сразу увидят. Да и куда мы от них ночью убежим с одним… двумя пони на пятерых?

– Верно, – кивнул Странник. – Останемся здесь и затаимся, авось, пронесет.

Эпплджек переводила взгляд с хоббитов на Странника, но никто так и не высказал предложения, которое ей казалось очевидным:

– Давайте нападем на них и отобьем Пинки Пай!

– Прости, Эпплджек, но это слишком опасно, – следопыт опустился перед ней на колено и потрепал холку, – ты теперь знаешь, что за вещь несут хоббиты, и почему нам нельзя рисковать. К тому же, назгулов всего девять, и Пинки вполне может оказаться не здесь, а с остальными четырьмя.

Пони фыркнула и отошла в сторону. Двуногие уселись вокруг костра и вполголоса повели речь об эльфах.

– Эпплждек, – позвал Сэм, – иди к нам, сейчас об эльфах очень даже неплохо послушать… Эпплджек?

Пони не слышала – она спускалась с Заветри, чтобы лично найти лагерь назгулов и попытаться спасти Пинки Пай, если она там. Довольно долго Эпплджек блуждала в темноте, пока не заслышала тихий конский всхрап. Она поспешила на звук и обнаружила заросший сухим кустарником овраг с пологими склонами, в котором стояли пять черных скакунов, но всадников поблизости не было.

– Тихо-тихо, сахарки, – приговаривала Эпплджек пробираясь между коней назгулов в поисках Пинки Пай.

Ее внимание привлек большой холщовый мешок, притороченный к седлу одного из животных – как раз размером с пони. Зубами Эпплджек отвязала мешок от седла и разорвала стягивавшую его веревку.

– Ох, Селестия! – в ужасе воскликнула Эпплджек.

Шерсть Пинки Пай стала тусклой, как в тот раз, когда ее и остальных пони заколдовал Дискорд, и, казалось, на глазах утрачивала остатки цвета, взгляд был затуманен, из приоткрытого рта слышалось болезненное сипение.

– Пинки, – погладила ее по щеке Эпплджек, – слышишь?

Взгляд раненной пони сфокусировался на лице подруги:

– Хорошо, что ты меня нашла, а то эти черные всадники вряд ли бы устроили на мои похороны такую вечеринку, как я хотела

– Пинки, шо ты несешь? – потрясла ее Эпплджек. – Ты выживешь, ясно? Идем, пока назгулов нет.

«Кстати, где они?» – подумала пони, и тут с вершины Заветри послышались крики: человеческие и другие, леденящие кровь, как визг сверла, – заметались огни факелов. Эпплджек и всадники каким-то чудом разминулись в темноте: пока она искала их стоянку, они пробирались к ее лагерю. Оранжевая пони взвалила мешок с Пинки Пай себе на спину и, не думая о том, что может сломать ноги в темноте в незнакомой местности, галопом помчалась к попавшим в беду товарищам.

Когда пони достигла подножия Заветри, раздался особенно жуткий и яростный крик назгула, и все резко стихло. Эпплджек удвоила скорость, и, наконец, взбежала на вершину. У костра лежал раненый Фродо, остальные склонились над ним, а кругом валялись горящие факелы и разодранные черные лохмотья.

– Огонь чтоб так и пылал, – распоряжался Странник, – держите Фродо в тепле.

Хоббиты засуетились, подбрасывая в костер сучьев, а следопыт обернулся и увидел пони:

– Эпплджек, где ты пропадала?

Пони без слов положила перед ним мешок с Пинки Пай. Странник склонился над жертвой назгулов, покачал головой и потащил ее к костру.

– Шо с Пинки? – не выдержала Эпплджек. – И с Фродо?

– Моргульские клинки, – сухо сказал Странник.

– И шо это значит? – настаивала пони.

– Это значит, что нет времени на разговоры… Сэм! Иди сюда, – хоббит с готовностью подбежал, и Странник продолжил: – Знаешь траву атэлас – по-другому, королевица? Спускайтесь с Эпплджек вниз и отыщите хоть пару листьев, лучше больше.

– А назгулы? – вздрогнул Сэм.

– Мы их надежно отпугнули, особенно – Фродо: давно этим тварям не приходилось отведать арнорской стали.



С рассветом они покнули Заветрь и пустились в путь со всей возможной скоростью: Странник и хоббиты поделили между собой поклажу и усадили на Билла раненого Фродо, Эпплджек тащила на себе Пинки Пай. Лечение Странника помогло розовой пони, и, хотя она была еще слишком слаба, чтобы идти, к ней вернулся дар речи и сознание.

– Если близок смерти час, принимайте атэлас, – пыталась она напевать заплетающимся языком.

Фродо все время порывался слезть с пони и идти самостоятельно, но ему не позволяли. С каждым днем хоббиту становилось хуже, и к тому моменту, когда они достигли Троллистой Пущи, он совсем перестал подавать признаки жизни. Да и Пинки снова начала чахнуть и сереть: ремиссия (умное слово, которое Эпплджек вспомнила из разговоров с Твайлайт) быстро прошла, началось ухудшение.

Первый долгий привал путники сделали в глубине Пущи, на полянке, в центре которой стояли три уродливых каменных изваяния. Вид этих громоздкий чудищ почему-то на время вырвал Фродо из лап призрачной болезни:

– Это же тролли, которых подловил Гэндальф, пока они спорили, как вкуснее приготовить тринадцать гномов и одного хоббита! – рассмеялся он и тут же зашелся сиплым кашлем, схватился за грудь – место, куда пришелся удар назгула.

– Острие моргульского клинка остается в ране, – объяснил Странник, – и движется к сердцу. Мне не под силу его извлечь, я могу лишь замедлить. Но Элронд из Ривенделла – искусный целитель, он поможет.

Эпплджек беспокойно посмотрела на забывшуюся тяжелым сном Пинки Пай: пони была ранена гораздо раньше хоббита; успеют ли они достичь Ривенделла до того, как станет слишком поздно?

Вдруг из чащи донеся стук копыт, и все, кто мог стоять на ногах, повскакали с мест.

– Назгулы догнали! – возопил Пиппин.

– Непохоже, – прислушался Странник. – Скачет кто-то один.

Через мгновение из бурелома на них вылетел белый конь с мерцающей самоцветами уздечкой. Его золотоволосый наездник в сером плаще спрыгнул наземь и поклонился:

– Аи на вэдуи Дунадан! Маэ гвэринниэн!

– Маэ гованнен, Глорфиндэл, – ответил ему Странник, и они начали беседу на непонятном языке.

– По-эльфийски говорят, – уважительно протянул Сэм.

Через несколько минут Странник обратился к спутникам:

– Это Глорфиндел из Ривенделла. Он говорит, что назгулы вновь обогнали нас и встали у переправы через Бруинен – единственного места, где можно перейти реку. Он поможет нам прорваться. Фродо, садись на его коня, он отнесет тебя в Ривенделл.

– Я вас не оставлю! – вскинулся хоббит.

– Если уж на то пошло, без тебя мы будем в большей безопасности. Вы ведь с друзьями решили, что ты должен быть единственным хранителем Кольца, и назгулам после Заветри это известно. За тобой они охотятся, а не за нами.

Фродо покорился, и Глорфиндел усадил его на своего коня.

– Эпплджек, бери Пинки Пай и следуй за ним, – сказал Странник, – и смотри, не отстань, а то заблудишься.

За дни их брийского знакомства он достаточно хорошо изучил Эпплджек и сейчас одной фразой пресек все ее возможные попытки остаться и помочь друзьям:

– Это я-то отстану? – встала она на дыбы. – Да я бы обогнала саму Рейнбоу Дэш, если б она не жульничала с крыльями.

– Норо лим, Асфалот, – шепнул эльф на ухо коню, и тот сорвался с места.

Эпплджек с Пинки на спине помчалась за ним.

Белый конь действительно был быстр, и Эпплждек боялась потерять его из виду: она не смотрела ни под ноги, ни по сторонам, – только на него, и колючие ветви больно хлестали ее по ушам и мордочке. «Да это посерьезнее Забега Осенних Листьев!» – отметила пони. В какой-то момент в красно-бурую пляску леса вклинился черный цвет: перед ними разлилась река, а на берегу выстроились в линию девятеро назгулов.

Алфалот встал на дыбы, а Фродо нашел в себе силы вытащить из ножен клинок и поднять над головой:

– Убирайтесь в Мордор! – воскликнул он ломающимся голосом. – Во имя Элберет!

– А не то ответите за то, шо сделали с моей подругой! – поддакнула Эпплджек, хотя и воплощала Элемент Честности: она прекрасно понимала, что они ничего не смогут сделать назгулам.

– Тебе конец, полурослик, и тебе, пони, – злобно прошипел предводитель всадников.

Он вскинул руку, и Фродо выронил кинжал, начал валиться с коня. Эпплджек подскочила, чтобы удержать его, а назгулы медленно двинулись к ним. «Вот и всё, – подумала Эпплджек, – прощай, Пинки, прощайте все пони, больше я не увижу Понивилль».

Но вдруг раздался оглушительный рев: из-за поворота реки вылетел яростный поток, влекущий груды валунов. Упивавшиеся своей победой назгулы поплатились за желание растянуть удовольствие: они не успели отойти далеко от реки, и поток настиг их. Эпплджек показалось, что среди бушующих волн мчатся белые кони с пышными пенными гривами и обрушиваются на назгулов, топча их копытами.