История Лаки

Я родился в Кантерлоте, в последний день зимнего периода. Мои родители назвали меня Лаки Клаудом, что означает облако удачи, видимо, кто-то из них думал, что если назвать жеребёнка Лаки, то его жизнь будет просто переполнена удачей. Они ошиблись...

Другие пони ОС - пони

Извилистый путь

История происхождения змеи по имени Ламия и её желания уничтожить существующий порядок вещей в Эквестрии.

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Король Сомбра

История болезни дворцового стражника

Порой даже верноподданные стражники принцессы Селестии не в силах хранить свою верноподданность. Понификация рассказа А. Т. Аверченко "История болезни Иванова".

Принцесса Селестия Стража Дворца

Хобби Эпплджек

У каждого пони в Эквестрии есть своё хобби. Пинки с увлечением собирает разнообразные и прекрасные камни вместе со своей сестрой Мод, Флаттершай любит простое спокойное удовольствие, которое дарит хорошая книга и так далее. И ещё есть Эпплджек, чьё хобби впервые появилось через несколько месяцев после того, как Твайлайт приехала в Понивилль...

Эплджек Эплблум Грэнни Смит Другие пони ОС - пони

Офицер в стране чудес

Опасное это дело, боец, в лес ходить. Думаешь самое страшное, что тебя ждёт в походе - это злобная мошкара, мозоли от снаряги и воодушевляющие люли от непосредственного командования? Как бы не так. Ты можешь попасть в такую задницу, что чистка туалетов за потерянный аккумулятор от казённой рации покажется курортом. Всё начнётся с того, что ты найдёшь самую обычную на вид землянку, а дальше... Что? Ты уже слышал эту историю? Не бойся, в этот раз всё будет совсем по другому...

ОС - пони Человеки

Опус №8 "Мелодический"

Октавия попадает в рассказ, написанный о ней же одержимым ею брони-фанатом. Ей предстоит сохранить собственное "я" и попытаться отыскать дорогу домой.

Октавия Человеки

Пифия Эквестрии

Твайлайт Спаркл неожиданно приобрела новые способности.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони Кризалис Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор

Самая ужасная ночь Блюблада

GGG с точки зрения Блюблада

Рэрити Принц Блюблад

...Прощай

Гирси Вилс не так часто сталкивается с глобальными проблемами, требующими её непосредственного участия. Она никогда не спасала Эквестрию, не предотвращала войны и не вмешивалась в ход времени. Все беды теперь остались в далёком прошлом её родной процветающей страны. Для чего же тогда призвала Гирси магическая карта?

Твайлайт Спаркл ОС - пони

Умойся!

От Эпплджек стало попахивать. И Рэрити полна решимости исправить эту ситуацию, с согласия Эпплджек или же без оного.

Рэйнбоу Дэш Рэрити Эплджек

Автор рисунка: Devinian

Fallout : New Canterlot

Глава 16

Глава 16

Второй день пути, солнце не перестаёт светить на больную землю сквозь толстый массив ядовитых облаков. Группа продолжает своё путешествие вдоль железнодорожного полотна, тянущегося в бесконечность, грозясь никогда не закончиться. За всё время пути группа не встретила ни одного здания, в котором можно было бы передохнуть, так что привалы устраивались то в воронках от заклинаний, то просто на пустом месте. На счету отряда уже числилось несколько нападений радмуравьёв, диких кролькодилов и даже малочисленная группа беженцев из Нового Кантерлота, вздумавших искать себе пропитание путём банального разбоя. Но в остальном это был долгий и нудный путь, который надоедал всей четвёрке с каждым новым шагом. Тано и Фреш держали недовольство внутри себя, иногда выпуская его на случайно подвернувшемся камушке или черепушке. Фенита перестала каждое утро накладывать на себя тонны косметики и задиралась к каждому, кто был настолько неосторожен, чтобы обратиться к нервной пегаске. Панацея же, отказавшаяся с какой либо помощи со стороны, тихо плелась за остальными, стараясь не упасть носом в песок, шагая на двух ногах. Однажды Фреш-Де-Лайт, хотевшая было предложить ей помощь, была быстро заткнута Тано, который пытался ей донести что-то про излишнюю гордость и пинок в челюсть. Последний же член отряда, покоившийся в ПИП-ПОН-И, уже довольно долго не подавал признаков жизни, не реагируя ни на какие попытки его добудиться, так что все просто забыли о нём на время, стараясь не заморачиваться понапрасну.

Бывают такие моменты, которые обычно окрашивают совершенно серый день в яркую краску, независимо от цвета и способа её нанесения. Это может быть как хорошее, так и плохое событие, но интереснее всего — это неожиданный поворот, случающийся как будто без причины. Именно таким днём и не стал первый день их пути. Он был пройден группой на автомате, промелькнув в пустоту, не оставив с собой ничего. Зато на второй день, ближе к ночи, когда пони устроили привал около насыпи щебня, случилось то самое, интересное событие.

Группа только–только поела и готовилась улечься спать, прижавшись друг к другу, а Панацея устроилась на возвышенности, чтобы наблюдать за окрестностями. Как вдруг из-за горизонта, точно в их направлении, вынырнул силуэт, летящий по небу. Синяя пони вначале решила, что это птица, но когда силуэт подлетел ближе – ей пришлось резко поменять мнение. Это был пегас, причём целенаправленно движущийся в их сторону.

Группа, только что вылезшая из ложбинки в песке, где они улеглись, укрывшись пустынной сеткой, приготовилась встречать гостя. Тано нацелил на пегаса свою винтовку, но после секундного взгляда сложил её обратно.

— Что ты делаешь? – удивлённо спросила Фенита, ожидавшая увидеть в небе фонтан крови.

— Сейчас узнаешь.

И действительно, как только пегас приземлился, вся группа немного расслабилась. Это бы курьер Пустынного Экспресса. Он был в форменном пыльнике песчаного цвета поверх лёгкого чёрного жилета, застёгнутого на серебряные пуговицы. На голове у него красовалась чёрная шляпа с длинными краями, на одном из которых висел брелок в форме когтя, а лицо закрывала газовая маска, задача которой была предохранять его от отравления ядовитыми облаками во время перелёта. Оружием ему служила пара пистолетов – пулемётов, зафиксированных на передних ногах, приводимые в действие спусковыми кнопками. Это был очень интересный подход к вооружению, так как стволы поливают цель свинцом по принципу выключателя, то есть до того момента, пока кнопки не будут нажаты повторно. По положению пушек на ногах курьера, можно было с уверенностью сказать, что перед стрельбой он просто бьёт одно оружие о другое и так же его вырубает. Что ж, во всяком случае смотрится красиво, хоть и можно ненароком пристрелить случайно подвернувшегося пони.

— Эммм… так чем обязаны? – первым спросила Панацея, перестав изучать гостя, которому похоже нравилось оказываться в центре внимания.

— Бухухммм.

— Чего?

— Вам посылка, говорю! – ответил курьер, наконец содрав плотно прилегающую маску с лица.

Курьер оказался довольно молодым пегасом бурой масти с глазами болотного цвета. Вся его грива была спрятана под шляпой, которая держалась за его шею при помощи ремешка, чтобы не слететь в воздухе, но по его чёрному, видно, недавно опалённому с конца хвосту, можно было додумать её цвет. Сей понь производил вполне приятное впечатление, которое даже не портил слабый запах алкоголя от его одежды, так что Фреш-Де-Лайт без особой опаски приняла от него плотный бумажный свёрток, на котором был написан адресат « Группа из четырёх пони у железной дороги, рядом с щебневыми полями. Группа состоит из пони без передних ног, белогривого единорога, однокрылого пегаса и зебры. Передать лично в копыта». Единорожка прочла адрес и с удивлением посмотрела на курьера, ожидая услышать от него какие-нибудь пояснения.

— Не смотри на меня так, моё дело только доставить, да и вообще, я удивлён не меньше вашего.

— Интересно, кто мог послать нам этот конверт? – спросила Фенита, вынимая свёрток из ног Фреш – похоже, будто за нами следят.

— Вот уж не знаю, но ваше местонахождение они написали поразительно точно, особенно учитывая, что пришла эта хрень дня четыре назад.

— Ладно, раз уж на нас вдруг свалилось такое счастье, думаю, стоит посмотреть, что внутри – вздохнула Фенита, приложив свёрток к уху, стараясь различить хоть какие-нибудь настораживающие звуки.

Всё было чисто. Она хотела было развернуть свёрток, как многозначительное «Хммм» от Тано привело её в чувство. Рядом с ней до сих пор стоял любопытный курьер, которому, видно, как и всем не терпелось узнать, что же такое может хранить этот свёрток.

— Эммм, извини милый, но думаю тебе пора нести следующую посылку – промурлыкала ему пегаска, убирая ногу от посылки.

— Да не, у меня сейчас прорва времени, так что я никуда не тороплюсь – ответил курьер, бывший либо очень глупым, что вряд ли, либо просто наглым донельзя.

— И всё-таки, тебе стоит уйти – настояла уже Панацея, которую такой подход курьера к делу начал потихоньку напрягать.

— Ой, да ладно вам, я же пёр сюда эту штуку около трёх часов, могу я посмотреть, ради чего рисковал жизнью в этих опаснейших воздушных просторах, рискуя словить ракетой земля-пегас от какого-нибудь отморозка?

— Да забейте вы на него, открываю! – не выдержала единорожка, отбирая свёрток у Фениты.

Развернув бумажную оболочку, вся группа, в придачу с настырным курьером, начала разглядывать то, что было внутри. Это оказался маленький сейф из магического металла, закрытый на кодовый замок из шести цифр, вокруг которого был обмотан пожелтевший пергамент с посланием. Так как магический металл сломать просто нереально, она обратилась к другой составляющей посылки. Решив было, что на пергаменте написана комбинация от карманного сейфа, Фреш раскрыла его и начала читать.

« Приходите, как только достигнете Понипалиса, в самое высокое здание. Есть работа с щедрой наградой, до этого момента сохраните с собой минихранилище. При встрече всё объясню ».

— Что там написано? – Поинтересовался Тано, перестав вертеть в ногах маленькое хранилище с неизвестным содержимым.

— Сами почитайте – ответила единорожка, передавая послание остальным.

— Ого, звучит интересно, я бы согласился – ответил курьер, до которого неизвестно какими путями и передачами дошёл пергамент.

— Ты всё ещё здесь? – недовольно поинтересовалась Фенита, оглядываясь на настырного гостя.

— Всё-всё, улетаю – ответил курьер, взмыв в воздух, надевая по пути маску на лицо.

— Как странно – произнесла Фенита, шедшая рядом с Тано и Фреш – откуда кому-то знать, где мы можем находиться?

— Вот уж не знаю, как вариант – этот кто-то мог заметить, как мы выдвинулись из Саедла по рельсам, а потом просто рассчитать наш путь – предложил Тано, не особо веря в эту версию.

— Ага, а письмо отправили заранее, за пару дней до этого – съязвила пегаска, вспоминая слова курьера о том, что свёрток пришёл к ним четыре дня назад.

— Я и не говорил, что моя теория правильна.

— Так, народ, хватит спорить. Придём, там и разберёмся – ответила Панацея, которой надоело слышать эти разговоры ещё со вчерашнего дня, набирающие всё более и более бредовые версии.

— А может она воспользовалась какой-нибудь магией и узнала, где мы будем через четыре дня? – предложила свою версию единорожка.

— Ох, мелкая, какая же ты наивная ещё…

— А что такого? Я же могу колдовать некоторые заклинания, да и те психи из Нового Кантерлота тоже…

— Это невозможно.

— Почему?

— А потому, что после войны почти не осталось магии, единственно, какие-то крохи сохранили единороги, да и то их магической силы сейчас хватает лишь чтобы поднять стакан с полки.

— Как это так?

— Твою ж назад, тебя чему в убежище учили? – вконец удивилась Панацея, которая получила образование в убежище, считавшем, что пони должен быть умён во всём.

— Ну… вообще-то меня с десяти лет только и учили, что готовить и отличать свежую еду от той, что перележала в холодильнике…

— Погодь, неужто у вас до сих пор эта нелепая система теста, определяющая твою дальнейшую судьбу?

— Ааа… у вас не так?

— Нет, конечно. Как только главным смотрителем стала Микола Ред Харт, она тут же отменила эту систему тестов, объявив, что этот способ совсем неэффективен и вообще не направлен на благо пони. Она заявила, что хватит работать на МУЛ-ТЕК, пора ему работать на нас и так слово за словом, дело за делом, мы вернули классическую форму образования, где каждый мог свободно проявить свой талант и заниматься тем, что у него действительно получается. А самое главное – больше ни у кого не было искусственных меток, которые ставились штампом, а не самой природой.

— Ого – удивилась Фреш – то есть твоя метка настоящая? Тебе её не выводили какой-то бандурой в тёмной комнате?

— Нет.

— Моя тоже родная – подключилась Фенита.

— Аналогично – продолжил Тано.

Не стоит и говорить, что после такого заявления Фреш почувствовала себя, как дешёвая подделка, случайно затесавшаяся на одну полку с дизайнерскими шмотками.

— Ну ладно – пересилила себя единорожка – ты, вроде, что-то говорила про войну?

— Ах, точно – продолжила синяя пони – Раньше пони жили в согласии и ни с кем не воевали, магия была обычным для них явлением, которому можно было просто научиться, если ты единорог. Но спустя какое-то время, единороги стали замечать, что вся магия постепенно улетучивается из воздуха. Самые простые заклинания стали забирать огромное количество сил, а сверхмощные и вовсе способны убить пользователя, осушив его подчистую. Долгое время пони не могли понять, в чём же дело, но всё-таки нашли виновных…

— И кто это был?

— Не кто, а что. Это были машины.

— Машины? – не поверила Фреш-Де-Лайт.

— Слушай, давай я сперва дорасскажу, а потом уже перебивай сколько угодно, договорились?

— Всё, молчу.

— Прекрасно, тогда я ещё заберусь на тебя, а то идти и разговаривать в моём положении напряжно – заявила Панацея, забравшись на спину к единорожке.

— Так вот, как оказалось на практике – машины, любые, от обычного автополивальщика газонов до камеры контролируемого хаоса, потребляли в качестве топлива магическую энергию, высасывая её прямо из воздуха…

— Так отключить бы их и всё – не выдержала и встряла Фреш.

— Легко сказать, отключить – продолжила Панацея, прощая её на этот раз – многие пони уже окончательно перешли на машины заместо магических фокусов, не желая уступать тем, кто полагался на магию. Таким образом, пони разделились на два лагеря, одни остались верны старым традициям и хорошим заклинаниям, а другие с головой ушли в технологии, изобретая всё более и более продвинутые устройства. Однако, остались и те, кто не решил встать ни на чью сторону, так как понимал, что глупая вражда может принести больше вреда, чем пользы. Именно такими нейтралами и стали МУЛ-ТЕК, сумевшие объединить магию и технологии в одну форму. Они смогли хорошо зарабатывать на конфликтах этих сторон, так как одним продавали оружие, а другим консервированную магию в бутылочках. Вскоре они занялись созданием убежищ по всей Эквестрии, каждое из которых могло собирать данные для их главного компьютера, ставя различные эксперименты на пони в обмен на их безопасность.

Через какое-то время, обе стороны были отлично вооружены и готовы к бою, нужен был лишь повод. Любой…

— А принцессы что? Не пытались их остановить? – ещё раз встряла Фреш-Де-Лайт.

— Хм… — снова сдержалась синяя пони, лишь потому, что та несла её на себе – принцессы пытались их остановить, но вскоре выяснилось, что и они разделяются во мнениях по этому вопросу. Принцесса Селестия хотела сохранить всё, как было, то есть фактически встала на сторону магов, а Луна, наоборот, настаивала, что будущее за технологиями, которые к тому моменту уже могли поднимать солнце при помощи машин. Однажды, когда сёстры сильно повздорили, в порыве чувств они разругались королевскими голосами, которые услышал каждый пони, а те, кто не успел зажать уши, находясь в опасной близости от дворца и вовсе – лишились слуха. Это и стало сигналом. Обе стороны, отстаивая правоту своей принцессы, схлестнулись в бою. В ход шло всё. Со стороны магов по всей Эквестрии сыпались неконтролируемые лучи всевозможных заклинаний, скашивая как ряды техников, так и мирных жителей. С обратной стороны били ракеты, бомбы и снаряды, заправленные магической отравой, смертоносными вирусами, взрывчаткой и прочей дребеденью. В результате войны многие пони бежали в убежища, так любезно предоставленные МУЛ-ТЕК, но хоть мест на всех и не хватило, многие смогли спастись от финала этого противостояния.

— А что случилось?

— А случилось то, что обе стороны, с разных концов Эквестрии, запустили по самому большому заряду, каким только располагали. Со стороны магов это был огромный шар разлагающей энергии, действующий примерно, как те заклинания, что пользовали придурки в Юнисанте, как они его назвали теперь. Со стороны техников в полёт отправилась Гранд-Бомба, начинённая таким количеством смертоносных испарений, ядов и взрывчатки, что хватило бы для уничтожения целой страны.

— И что дальше?

— А дальше эти заряды встретились в воздухе, соединились между собой и грохнулись точно на Старый Кантерлот, от которого зараза волной разошлась по миру, уничтожая или искажая всё, чего коснётся, создав ту самую пустошь, которую мы сейчас с тобой наблюдаем. Всё.

— А почему тогда нас не могли найти магией, если те единороги в Новом Кантерлоте шмаляли такими забубенными заклинаниями?

— Потому что такую мощь нужно наращивать, причём долго, а этот, кто бы это ни был, вряд ли имел возможность сидеть около года, чтобы только послать нам письмо, а о преобразовании распада в магию я вообще молчу, это сейчас мало кто сделать может.

— Хм, я тут подумала – заявила Фенита – если эти заклинания нужно накапливать, то почему Кантерлот не отбивали сразу после того, как его захватили те психи? Они же явно накопить снова не успели ничего.

— Может и так – ответил ей Тано – но если они оставили сколько-нибудь мощи про запас, то при штурме просто выйдет кровавая баня с односторонними потерями, и все это знают.

— Все, кроме тебя, шлюшкина ты дочка – кинула камушек в пегаскин огород Панацея со спины единорожки.

— Молчи уж, энциклопедия походная – огрызнулась в ответ пегаска.

Пока пони препирались, в их сторону незаметно ползло что-то. Это была двухметровая тварь, полностью покрытая хитином, имевшая червеобразное тело с двумя бритвенно-острыми лезвиями, находящимися на отростках около рта этого мутанта. Тварь передвигалась под землёй, оставляя над песком лишь крохотный плавник, рассекающий его подобно акуле. Звалось это чудо магического искажения – песчанник.

Пони не успели отреагировать на него, когда мутант выпрыгнул из-под песка, подобно воздушному шарику, вырывающемуся из воды, и полетел в сторону Фреш, чья голова в этот момент была повёрнула на Панацею, собирающуюся что-то ответить Фените. Единорожка ничего не поняла, она лишь почувствовала, как тёплое лезвие проходит наискось её шею с правой стороны, почти доходя до позвоночного столба. Потом она почувствовала жгучую боль и тепло от собственной крови, рвущейся наружу с огромной скоростью из прорезанной сонной артерии.

После секундного замешательства Фенита привела в боевое положение свою накрыльную винтовку, а Тано быстро подскочил к Фреш-Де-Лайт, которая бледнела прямо на глазах, до сих пор не понимая, что случилось. Зебр оставил убийство червя на Фениту, а сам крепко прижал артерию чуть пониже пореза, чтоб остановить кровь. Панацея тоже не теряла времени даром и уже извлекла из сумки моток бинтов, жгут и большой платок с замотанным в него куском ваты. Вместе с зебром она наложила жгут на шею единорожке, положив со здоровой стороны подушку из ваты и платка, чтобы, опираясь на него, жгут не задушил пострадавшую. Тем временем Фенита уже расстреливала песчанника, не успевшего укрыться под землёй. Каждый выстрел отделял от него хороший кусок хитина, из-под которого фонтанами бил жёлтый ихор, оставляя на песке многочисленные кляксы. Всё закончилось тем, что червяк помер, наполовину погрузившись в песок, и теперь представлял из себя хорошо продырявленную сосиску, торчащую из земли. Перезарядив оружие, она обернулась к Фреш, кровь из раны которой была уже остановлена своевременной первой помощью. Теперь нельзя терять время, мелкой нужна срочная медицинская помощь, причём оказанная в течение максимум четырёх часов, иначе она может просто не дожить до следующего дня. Вся надежда оставалась лишь на то, что город, к которому они направляются, будет достаточно близко, чтобы успеть прооперировать единорожку до наступления летального исхода. Отряд быстро поднялся и двинулся дальше с максимальной скоростью, так как каждая секунда сейчас была на счету.

Для большей мобильности Панацея легла на спину Тано, а полуобморочную Фреш закинули на Фениту. Именно таким образом группа и продвигалась последний час, надеясь за следующим холмом увидеть город, который сейчас нужен был им как никогда. Наконец, поднявшись на очередную возвышенность, пони увидели озеро, посреди которого был Понипалис. Это поселение действительно находилось посреди озера на островке из холмика земли. С двух концов к нему вела дорога, так же, как и сам городок, построенная на песчаных насыпях, возвышающихся над гладью воды. Получалось, что эти искусственные песчаные возвышенности делили озеро пополам, что было бы даже красиво, если б не то обстоятельство, что сейчас вода в нём скорее напоминала болотную, нежели озёрную. Она приобрела мутный зеленоватый оттенок, где-то в одном из краёв этой большой лужи плавал мусор, иногда выносимый на берег, а побережье сейчас больше напоминало кладбище мутантов, нежели место, где пони могли спокойно искупаться. Но смотреть на этот ужас не было времени. Отряд сорвался с места и устремился по дороге в поселение, где просто обязан был оказаться врач, способный оказать должную медицинскую помощь.