Автор рисунка: Devinian
Глава 35 Глава 37

Глава 36

Глава, в которой происходит большая битва

План Файеркнайф был столь же простым, сколь и чудовищным, потому как изначально предусматривал в себе большие потери личного состава. Причем результатом этого «жертвоприношения» – как метко выразилась Линк, во время очередного жаркого спора – являлось вовсе не спасение Эквестрии и не разгром армии грифонов, а всего лишь шанс того, что Тсаган Бар, почувствовав легкую победу, погонится за отступающими войсками в подземелья, где лишится своего дарованного природой преимущества. Однако Файеркнайф невозможно было переубедить. Как ни противилась алогривая пегаска, но утром пятого дня четыре больших отряда общим числом пять тысяч голов, отправились встречать неприятеля на поверхность. Грифоны до сих пор были уверены в том, что численность пони не изменилась с момента их последнего боя с пауками, а потому именно такую армию они ожидали увидеть против себя, и именно столько пони намерена была выдать им Файеркнайф на растерзание для того, чтобы заманить их в ловушку.

– Файер, ты же знаешь, что я не боюсь, – снова заговорила Мерилайн, подойдя к лидеру мятежного войска, – Просто я не хочу тупо стоять там и ловить пули. Я хочу сражаться!

Рыжая пегаска на секунду задержала на ней взгляд, но потом вновь переключила свое внимание на большой свиток со схемой тоннелей, руководствуясь которым, она бродила по ним и внимательно следила за подготовкой к предстоящему бою.

– У меня есть магия! Я – Великий Огненный Маг Новой Эквестрии. Я могу в одиночку сжечь целый полк! И я не шучу, ведь когда они окажутся в замкнутом пространстве ничто не спасет их от моего огня, ты же знаешь.

– Мхм… – пропустив мимо себя нескольких строителей, несущих камни к «ложному коридору», Файер вернулась к записям, – Тут у нас может не хватить ребят… Может соединить этот тоннель с соседним?.. – она повернулась к Мери и, глядя сквозь неё, крикнула, – Грамб, мы можем продолбить здесь где-нибудь проход, без риска обрушения?

– Чего?! – какой-то долговязый алмазный пёс в старой поношенной куртке подошел поближе, – Проход? Да без проблем! Тут вековечная порода, она всё выдержит! Но я бы посоветовал не задирать его сильно вверх, а идти прямо по образованию. Вот тут, – коготь чужеземца указал на идущий по диагонали слой горной породы.

– Сами сделаете? – поинтересовалась Файеркнайф.

– Хах, это зависит от того, сколько вы нам заплатите, – с ухмылкой ответил пёс.

В копыте у лидера мятежников появились несколько монет и, как только они перекочевали в лапу алмазного пса, он свистнул своим друзьям и те, схватив инструмент, поспешили в тоннель. Файеркнайф же, проводив их взглядом, отправилась дальше.

– Файер, ну какой смысл мне там находиться?! – устав от безответности, возмутилась единорожка, – Я принесу куда больше пользы здесь, с вами! Ты вообще меня слушаешь?!

Проигнорировать её слова и на этот раз пегаска уже не могла, а потому, повернувшись к ней, пони нахмурилась и произнесла:

– Потому что Линк так сказала. Понимаешь? Я поручила ей заниматься распределением войск, и раз Линк решила, что на поверхность отправятся армии с первой по четвёртую, то так тому и быть.

– Но это глупо! – отряд закованных в тяжелую броню земных протопал мимо, скрежетом своим заглушив все другие звуки. С аргументами пришлось повременить. Следом за ними, кряхтя от натуги, тащились обслуживающие их орудия поняшки с наполненными снарядами и порохом бочонками, – Туда вообще нужно было одних новичков засунуть. Ну, какой от них толк? Они даже стрелять толком не умеют.

– Новички поддадутся панике, – покачала головой пегаска, – Мы не можем рассчитывать на дилетантов в ключевой фазе боя.

– Ну, тогда сделайте перестановку! – не унималась Мери, – Передайте мой отряд кому-то еще на период боя, а я одна постою.

– Линк сказала, что никаких перестановок не будет.

– Но…

– Так. Ты слышишь, что я тебе говорю? – рассердилась Файеркнайф, – Распределением войск занимается Линк. Дуй к ней и оставь меня в покое. Не видишь, что я занята?

– Линк слишком «пафосная» для этого – скривившись, ответила Мери, – Она и слушать меня не захочет. Сразу подумает, что я трусиха. Еще и лекцию прочитает, на тему доблести и самопожертвования.

– А ты попробуй. Вот она, кстати, к нам идет.

Повернув голову, единорожка увидела направлявшуюся к ним алогривую рыцаршу, появление которой здесь было неожиданным, но на удивление своевременным.

Вид у неё при этом был грозный, суровый Она постоянно ходила сердитая, в последнее время, но сейчас, кажется, её особенно сильно прижало. Настолько, что она не замечала снующих там и тут рабочих и частенько натыкалась на них, что для последних заканчивалось достаточно болезненно. Испепеляющий взгляд, казалось, нацелился прямо на неё. Просить её о чем-то в таком состоянии не очень хотелось, но Мери собиралась лишь показать Файеркнайф твердолобость позиции их «полевого командира», а потому улыбнулась и заговорила с ней:

– Привет, Линк, я… – даже не дослушав, пегаска подошла к ней вплотную и со всей силы двинула головой по лицу. Да так, что из глаз посыпались искры, а нос и рот наполнились густой, красной кровью, – Ты… – В голове загудело. Нос и губы словно бы онемели, после столкновения с черепом пегаски. Мери не сразу смогла придти в себя, после такого удара, – Ты что делаешь?! – только и сумела выговорить она.

– Это ты что делаешь, гадина?! А?! – появившаяся, было, в голове мысль о том, что Линк просто заподозрила её в малодушии, исчезла, как только пегаска продолжила кричать на неё, – Ты какого Дискорда убиваешь мирных жителей, дрянь!?

Мерилайн хотела, было, отойти в сторону, но пегаска, рост которой, почему-то, стал казаться ей еще огромней, толкнула её металлическим тараном, вновь поставив перед собой.

– Я тебя спрашиваю! Кто дал тебе право убивать мирных жителей!?

– Сама себе дала, а тебе какое… – не успела единорожка договорить, как её снова болезненно ткнули тараном, заставив замолкнуть.

Вокруг них начали собираться удивленные пони, но в перепалку никто не вмешивался. Даже Файер стояла и просто смотрела на них.

– Сама себе?! – всё больше злилась пегаска, – Да кто ты такая, вообще?! Нацепила на себя медали и всё? Думаешь всё можно, да?! – каждый её вопрос сопровождался новым болезненным тычком, но ответа, определённо, не требовал, – Убийца! Мелочь поганая! Бессовестная дрянь! Небось, и трофеи эти себе повесила за их смерти, да?! Очки, кольца, цепочки… И как я сразу не догадалась что к чему… С мертвых тел сняла, Да?! Постой-ка, так это получается, ты еще и гордишься своими убийствами?! – подняв её за ворот накидки, она еще раз откинула её от себя, – Так получается?! Гордишься, да?! Ну-ка, иди сюда…

Подойдя к ней вплотную озверевшая от гнева пегаска подцепила копытом несколько трофеев, одним рывком сорвала их и швырнула на землю. Такой наглости Мерилайн терпеть не собиралась. Не для того она их вешала, чтобы какая-то кобыла лапала их своими копытами. Они слишком многое для неё значили, ведь только так она могла напомнить себе, что убийцы её родственников несут заслуженное наказание. Воспользовавшись временной заминкой, единорожка отскочила подальше и, активировав рог, крикнула:

– Ну всё, ты меня достала! Прощайся с жизнью!

Заклинание было простым и вместе с тем эффективным. Огонь распространялся прямо внутри жертвы и сжигал её изнутри, позволяя ей не заморчиваться с прицеливанием и расчетом траектории. У жертвы не было никаких шансов на спасение. Вот только в этот раз жертва определённо не собиралась стоять и ждать возгорания. Уже через мгновение Линк оказалась сбоку от неё, и одним пинком, направленным вниз живота, заставила единорожку с болезненным стоном повалиться на землю. Церемониться с ней пегаска не собиралась и била так, чтобы причинить ей максимальные увечья.

– Сжечь меня захотела – а, дрянь? Как других? А вот хрен тебе! – не дожидаясь, когда она встанет, Линк вновь подошла к ней вплотную и сделала захват, лишив её возможности двигаться, – Сейчас я тебе посжигаю. Сейчас я тебе твой рог отвинчу и знаешь, куда засуну? – так и не договорив, Линк вцепилась зубами в её рог и потянула его на излом, и только когда Мери закричала от боли, собравшиеся вокруг них жеребцы и кобылки, наконец, поняли, что пегаска вовсе не шутит. Она не собиралась просто «проучить» своего оппонента. Она хотела забить её до смерти. Словно очнувшись от оцепенения, они подбежали к дерущимся и кое-как оттащили рассвирепевшую пегаску от её жертвы.

– Достаточно! – послышался откуда-то издалека резкий голос Файеркнайф.

Сыплющую оскорблениями и отчаянно сопротивляющуюся Линк силой увели куда-то в сторону. К Мерилайн тоже подошли и помогли ей подняться на ноги.

– Ты в порядке? – негромко спросила подошедшая к ней пони с бездонными красными глазами. Она всегда ходила за своим командиром, но в этот раз решила-таки остаться здесь и помочь единорожке.

– Я убью её, – с ненавистью глядя туда, куда увели Линк, пообещала единорожка, едва переведя дыхание, – Я сожгу эту тварь.

– Не думаю, что у тебя получится, – с легкой улыбкой ответила ей кобылка, после чего, убедившись, что помощь Мерилайн более не требуется, поспешила к выходу.

Всё еще пошатываясь и морщась от неприятных болевых ощущений, Мерилайн посмотрела по сторонам. Строители вернулись к своим делам. Солдаты, негромко переговариваясь, занимали позиции и готовили оружие к бою, а пегасы, вооружившись простенькими табличками, расставляли их на проходах и перекрёстках, отмечая необходимые маршруты. Всё вернулось на круги своя, если не считать синяков и знания того, что где-то там – на поверхности, – есть одна пони, которая желает убить её из-за такого пустяка, как несколько загубленных жизней.

Файеркнайф как назло уже куда-то пропала.

– Эй, ты что там устроила?

Рыжая пегаска отодвинула полог, закрывающий вход в шатер и подошла к своей бывшей боевой подруге из летного звена.

– То, что должна была, – сказала Линк, не разжимая зубы, – Ты хоть знаешь, что она натворила?

– Да, я слышала об этом… – уклончиво ответила Файеркнайф, сев рядом с ней на коврик.

– Тогда почему ты её до сих пор не выгнала?! – вскинулась на неё пегаска, – Хотя такую не выгонять, её казнить надо было, за такие вещи!

– Успокойся, Линк. Я взвесила все «за» и «против» и решила, что Мерилайн нужна нам.

– Вот как? – рассердилась пони, – Теперь тебе не претит находиться бок о бок с убийцей? Тогда я сама её прикончу!

– Не вздумай.

– Но почему?! – Линк удивленно уставилась на собеседницу – Файер, она убивала мирных жителей! Ты понимаешь это? Пауков, зебр, грифонов, даже пони! Безоружных! Просто потому, что ей так захотелось! Она не солдат, она – психопатка! Такие как она не должны находиться в наших войсках, а тем более возглавлять их. Это позор для всех нас! Позор для Эквестрии!

– И, тем не менее, пони идут за ней, – заметила рыжая кобылица, – Любят её и почитают не меньше тебя, Линк. У неё полно сторонников. Твоё счастье, что драка произошла под землей, а не здесь – на поверхности, – иначе уже через секунду нашелся бы не один десяток тех, кто встал бы на её защиту.

– Плевать.

– А вот мне не плевать. Сейчас не время и не место для выяснения отношений. Завтра сюда прилетают грифоны и разделение на два враждующих лагеря – последнее, что нам сейчас нужно.

– И всё равно её преступления не могут оставаться безнаказанными!

– Не спорю, – без промедления согласилась с ней Файеркнайф, – Но чего ты добьешься этим «наказанием», если пони поубивают друг друга? Завтра мы проиграем битву, потом потеряем Ньюпони таун… Во имя чего? Во имя удовлетворения твоих амбиций? Поверь мне, мы обязательно накажем Мери за совершенные преступления. Ничего не будет забыто. Но не сейчас. Сейчас в Эквестрии полыхает пожар. А что нам надо делать во время пожара, Линк?

– Бороться с огнем, – хмуро закончила Линк фразу, которую им частенько повторял Айронхед в своё время.

– Вот именно! – довольно улыбнулась рыжая пегаска, – Сначала следует потушить пламя, а уж потом разбираться, кто, где и в чем провинился. Сначала мы закончим эту войну, а потом уже будем решать какое наказание использовать для таких как она. И, да, ты зря думаешь, что Мери единственная, кто успел запятнать себя на этой войне. Я бы даже иначе сказала – ты единственная, кто этого еще не сделал. Сакредмейн, например, присвоил себе чужую славу. Найтмун занимался грабежом, пока я его не вернула. Даже твой любимый Хаммерхуф и тот уже успел «отличиться».

– А он-то что натворил?

Файеркнайф усмехнулась:

– Просто пообещай мне, что не тронешь Мерилайн до тех пор, пока это всё не закончится. Ради общего дела.

– Обещаю, – подумав, нехотя согласилась пегаска, – Но и ты пообещай мне, что не забудешь о том, что она натворила.

– Обязательно, Линк.

Удовлетворённо кивнув, Файеркнайф стукнула своим копытом об её, а затем попрощалась с пегаской и вышла на улицу. Несмотря на то, что время уже было далеко за полночь, солдаты продолжали готовить подземелья к бою с грифонами, а потому её работа здесь не заканчивалась.

Первые лучи солнца едва лишь успели осветить землю, а воины Новой Эквестрии уже выстроились лицом к своему врагу. Утро выдалось морозным. Ветряным. Белые попоны хлопали по ногам и задирались вверх, влекомые холодными потоками ветра. Большие белые знамена трепыхались, грозя опрокинуть тех, кто держал их в своих копытах.

– А кто-то сейчас в тепле сидит, копыта греет, – зябко поежившись, заметил какой-то солдат с длинным копьем на боку.

Недовольные ранним подъемом и скверной погодой пони, вполголоса роптали, но, несмотря на это, копья и пушки они держали крепко, готовые к встрече с крылатым врагом.

– Выше нос, боец! – улыбнулась Линк, повернув к нему голову, – Сейчас грифоны прилетят, отстреляешься и тоже в тепло пойдешь. Недолго ждать осталось.

– Скорее бы, – мечтательно произнёс жеребчик.

Слова этого пони здорово позабавили стоявшую поблизости Мерилайн. Поторапливать момент собственной гибели… Хотя, что с него взять, если он, как и другие солдаты, не имел никакого представления о том, что их ждет. Им объявили боевую задачу: дождаться грифонов, сделать залп, а затем отступить под своды пещер. Они даже не представляли, что кроется под всем этим. Об этом знало лишь командование. Хотя, судя по обреченным лицам некоторых пони, часть из них догадывалась, для чего это войско оставили за пределами спасительных тоннелей.

Несколько пегасов-разведчиков пролетели над их головами и скрылись в небесах. Загудели трубы. Этот условный сигнал означал, что грифоны вот-вот будут здесь. Солдаты напряглись. На горизонте появилась большая черная туча.

– Проверьте боезапас, пока у вас еще есть такая возможность, – приказала Линк, – Я хочу, чтобы каждая пушка сегодня выстрелила и вдоволь накормила этих пташек эквестрийской картечью!

Бойцы поддержали её шутку довольным гудением. Как только началась деятельность, жалобы на погоду прекратились сами собой. Вид грифоньей армии и ожидание боя заставили кровь быстрее течь по венам, согревая озябшие тела.

А между тем тёмная туча с каждой минутой становилась всё больше и всё меньше напоминала она безвольное облако. Тысячи черных точек вдруг начали рассредоточиваться, прямо в небе выстраиваясь в боевые порядки. Грифоны заметили их.

– Орудия наизготовку! Щиты поднять! Копейщики, держите крепче ваши копья, они вам обязательно пригодятся!

Линк говорила один приказ за другим, отдавая распоряжения всему войску сразу, а не только своей тысяче. Мерилайн, как и расположенная по правую сторону от Линк единорожка Стаффли предпочли не оспаривать её приказания и просто стояли. В конце концов, пегаске лучше было знать, когда и как солдатам готовиться к стрельбе.

– Целься! – гаркнула Линк.

А вот дальше началось страшное. Летевшее по небу войско грифонов на несколько секунд замерло, окутав себя облачками пороховых газов. Первое время ничего не происходило, но вдруг прогремел гром, а спустя мгновение сотни закутанных в белые одежды бойцов полегли на землю. Не помогли ни щиты, ни доспехи. Целый шквал маленьких свинцовых снарядов свистел вокруг них, глубоко врезаясь в ничем не защищенные тела бойцов Новой Эквестрии. Белый снег окрасился кровью. Солдаты дрогнули.

– Не робей, бойцы! Сейчас мы им ответим! Целься!

Отзвучал второй залп, урон от которого оказался ничуть не меньше. Таких потерь в первые же секунды боя никто из них не ожидал. Слышались громкие стоны тех, кто получил ранения, и всхлипывания тех, кто вынужден был держать позицию, ожидая смерти.

Сердце Мери бешено колотилось в груди. Ей очень хотелось использовать своё заклинание и превратиться в сноп искр, особенно, когда пули пролетали буквально в метре от неё, но пользоваться магией в нынешней ситуации, было сродни самоубийству – грифоны прекрасно увидели бы колдунью с высоты птичьего полета и следующим же залпом отправили бы её на тот свет. Файеркнайф заранее предупредила их об этом и посоветовала просто держаться подальше от центра войска и искренне верить в свою удачу.

Третий залп. Пока что удача не подвела единорожку и ни одна пуля её даже не ранила, чего нельзя было сказать о тех, кто стоял справа и слева от неё. Судя по количеству тел вокруг, они уже потеряли половину личного состава, но из-за разделяющей их дистанции всё еще ничем не могли ответить грифонам.

И вот, наконец, зазвучало спасительное слово:

– Огонь!

Оставшиеся в их распоряжении пушки выстрелили, отправив несколько десятков грифонов к праотцам. Их тела грузно полетели на землю. Урон оказался более чем скромным, но это мало кого волновало, потому что едва лишь отзвучали последние выстрелы, как Линк скомандовала отступление и пони, позволив инстинктам взять над собой верх, со всех ног понеслись туда, где располагались входы в тоннели.

Заметив, что враг отступает, грифоны устремились вперед. На смену залпам пришла хаотичная стрельба. Продолжились крики, продолжились смерти. Ошибкой бегущих здесь было то, что они собирались в слишком большие толпы, силясь обогнать друг друга, из-за чего становились куда более вероятной мишенью для стрелков. Мерилайн знала об этом, однако, как и другие, ничего не могла с собой поделать. Страх смерти запрещал ей останавливаться.

Опустив взор, Мери случайно наткнулась на застывшее в сугробе знакомое тело. Широко распахнув глаза от удивления, там лежала её старая знакомая, которую она в голове продолжала называть «лимонной пони» из-за соответствующего цвета шерстки и белой пушистой гривы. «Хорошо, что я так и не узнала, как тебя зовут» – подумала единорожка, мысленно прощаясь с ней. Терять малознакомых пони оказалось куда легче, чем своих друзей. Именно поэтому она наотрез отказалась заводить их в своё время.

– Рассредоточьтесь! Так вы себя только губите! – истошно кричала Линк, но окончательно поддавшиеся панике пони уже не могли выполнить её приказ.

Голос пегаски прозвучал совсем рядом. Повернув голову, Мерилайн увидела её позади себя. По лицу пегаски текли слезы, однако явно не страх смерти стал причиной их появления.

Когда они поравнялись, в голову Мери пришла непрошеная мысль: «А не сама ли судьба предоставила мне шанс расквитаться с этой слонихой?» – подумала она. Ведь что могло было быть проще, чем подставить ей подножку, а потом просто свалить всё на грифонов. Кто будет разбираться в причине её гибели? «Вот только такой, попробуй, поставь. Скорее уж ногу мне сломает, чем споткнется. С другой стороны огненную атаку она наверняка не сможет заблокировать…». Идея казалась ей всё более и более интересной. Настолько, что даже свистящие вокруг пули её почти перестали интересовать. Единственное, что останавливало единорожку, это отсутствие в её арсенале заклинаний мгновенного действия. Одно за другим они пролетали в её голове, но всякий раз она натыкалась на то, что пегаска находится слишком близко и сможет незамедлительно отреагировать на предательскую атаку. Взгляд её снова прошелся по бегущей рядом с ней Линк. «И кто тебя просил тулиться так близко. Хотя постой-ка! – взгляды двух пони на мгновение пересеклись, – Да она же сама собирается меня прибить!». Мысль эта показалась ей настолько реальной, что создалось впечатление, будто она вот-вот собирается её толкнуть. Любое движение алогривой пони стало казаться ей началом атаки. Гордость не позволяла молодой единорожке отойти, но страх заставлял её каждую секунду оборачиваться и смотреть на бегущую с ней рядом кобылицу. «И как я могла быть столь беспечна!» – обреченно подумала Мерилайн.

Несколько свинцовых пуль со звоном впечатались в броню кобылки, выбив сноп искр и повредив сложенное на спине крыло. Линк выругалась, но не замедлила ход. А жаль.

Гонка продолжалась. Когда первые грифоны достигли земли – на другом краю поля – здесь, первые пони сумели, наконец, добраться до входа в тоннели. Интенсивность огня возросла. В какой-то момент, пули начали лететь в них по прямой, оставляя еще меньше шансов на спасение для тех, кто, как и Мерилайн, замыкал колонну отступающих. Но удача вновь решила смилостивиться над ней. Внезапно где-то в середине их армии появилось яркое синее свечение и пули, словно загипнотизированные, начали хаотично менять свою траекторию, врезаясь в деревья, в камни, в снежную корку, но только не в пони. Очевидно, Стаффли не выдержала и использовала свои способности.

– Скорее! Я их задержу! – раздался её тонкий, но властный голосок.

– Умрешь же… – едва слышно прошипела пегаска.

Времени высказывать ей благодарности не было. Если она решила принести себя в жертву, значит, так тому и быть. Пробежав оставшиеся три сотни метров и Линк, и Мерилайн оказались под сводами пещер, и в этот момент раздался громкий крик. Свечение пропало. Прокляв безрассудство синей колдуньи, Линк, окончательно убедив Мери в том, что совершенно не планирует сводить с ней счеты, развернулась на сто восемьдесят градусов и, расталкивая бегущих навстречу солдат, выскочила наружу. Мери же, под напором спешащей в убежище толпы продолжила скакать в том же направлении.

Здесь, в окружении стен, она наконец-то смогла почувствовать себя спокойней. Останавливаться и даже замедлять ход никто не собирался. Они продолжали, задыхаясь, со всех ног нестись по тоннелю до тех пор, пока не увидели перед собой свет фонарей и первый, выставленный здесь заранее, кордон.

– Крайний правый проход! Крайний правый… – раз за разом повторяла стоявшая там пони-офицер, и словом и жестами указывая обезумевшей от страха толпе, куда им надо бежать. Для убедительности, стоящие рядом с ней солдаты также показывали направление, иногда тычками корректируя маршрут бегущих. Их вели словно безмозглый скот, хотя, сейчас именно им они и являлись. Оглядевшись, Мери заметила, что стены также были покрыты табличками указывающими путь. Эта часть их отступления была неплохо организована.

Следом за первым кордоном их встретил второй, третий. На каждом перекрестке, на каждой развилке их встречал кто-то, кто указывал им куда идти дальше. На более поздних этапах она уже замечала не просто нескольких «проводников», но и внушительного вида оборонительные позиции. Этим бойцам предстояло в скором времени вступить в бой, а вот они уже своё отсражались.

– Эй, Мерилайн! – кто-то в толпе окликнул её и протиснулся ближе.

Говорила та самая кобылка, которая не так давно помогала разнимать их с Линк. Сара или Лайла… Она не запоминала её имени. Серая шкурка кобылки сверкала от капель пота, а кремовые длинные волосы налипли на лицо. Бежать им пришлось порядочно, а с учетом наличия на её теле тяжелой шипастой брони кустарного производства становилось понятно, почему она так запыхалась.

– Я не могу найти Линк, ты не видела её? – обеспокоенно спросила она.

– Понятия не имею где она, – на бегу ответила пони.

– Она рядом с тобой была, разве нет?

– Только первое время.

– А потом? – не унималась собеседница.

– Отстань от меня!

Через некоторое время стало совсем темно. Ни факелы, ни фонари более не освещали их путь, кроме тех нескольких огней, что несли в зубах проводники. Остались лишь громкое дыхание и цокот множества копыт. А потом откуда-то наверху послышались залпы. Мятежники преступили ко второй фазе битвы. Той, когда грифоны должны были получить своё. Земля тряслась, а со всех сторон до них начали доноситься отзвуки голосов и грохот снарядов. Взрывы и сотрясение горных пород. С каждой секундой интенсивность огня всё возрастала.

Кордоны стали попадаться значительно реже. Сюда, по мнению тех, кто распределял войска по подземелью, грифоны уже никак не могли дойти, однако даже сейчас, они нет-нет да выбегали на участки, где далеко внизу, в параллельном коридоре, вовсю шла битва, и в отсветах пушечных залпов виднелись тени погибающих грифонов. В огне этого боя рождались новые герои, совершались новые подвиги. Им же сегодня не нашлось более применения.

Перейдя на рысцу, выжившие после боя на поверхности пони продолжили пробираться по тёмным тоннелям, слушая всё отдаляющиеся от них звуки сражения. Впервые за долгое время пони позволили себе негромкие беседы, оправившись от пережитого. Тихо, словно бы опасаясь, что их жизнь вновь окажется под угрозой, они делились впечатлениями и даже пытались провести подобие переклички. Мерилайн предпочла не открывать рта.

Последней остановкой для них, по задумке Файеркнайф, оказался развернутый глубоко под землей полевой госпиталь, где одетые в военную форму пони-медики оказали первую помощь всем нуждающимся и накормили их обедом. Там, под отзвуки канонады, они и просидели до конца боя.

– Три с половиной тысячи погибших, столько же раненых… – Файеркнайф прохаживалась по снегу в окружении своих ближайших сторонников, – Соотношение потерь почти шесть к одному!

– Пять к одному, – поправил её идущий рядом единорог в белой офицерской форме, – примерно.

Помимо них на самом кровопролитном месте сегодняшней битвы бродили медики, а также сотни пегасов в сине-золотой военной форме Клаудсдейла, которые помогали им с поиском раненых. Их, к слову, было нетрудно отыскать, потому как тела погибших давно исчезли, оставив после себя лишь окровавленные белые попоны с черной геральдической лилией на боку, а раненые, в свою очередь, продолжали оставаться на своих местах до тех пор, пока в них теплилась хоть какая-то жизнь. Чаще они сами же звали на помощь, но некоторые уже не в состоянии были этого сделать.

– В любом случае это прекрасный результат, я считаю, – уверенно заявила Файеркнайф, посмотрев на пробитое не одним десятком пуль знамя третьей тысячи. Знамена окружало больше всего останков бойцов, – Тем более что речь идет о полном разгроме. Ну, может, не прямо двадцать тысяч. Десяток-другой, скорее всего, заблудились в тоннелях, вырвавшись из окружения, ну и пару сотен втихаря выпустили клаудсдельцы, когда прилетели нам на помощь. А в остальном всё – чистая победа.

– С пауками вышло лучше, – улыбнувшись уголком рта, ответила Мерилайн, – Там мы едва ли не сто к одному сразились.

– Ха. Ну, у пауков и уязвимых мест было побольше, согласись? – резонно заметила командир.

– Возможно…

– И вообще: в следующий раз будешь сама разрабатывать план действий, раз такая умная.

К идущим подбежала одна из пони-медиков, с большими карими глазами и типичной для северян длинной, пушистой шерсткой. Она очень волновалась и испуганно переводила взгляд с одного командира, на другого, не зная к кому теперь обращаться:

– Мэм, кажется, мы нашли её!

Прекратив беседу, Файеркнайф, вместе с остальными офицерами, поспешила за ней. Долго бежать не пришлось. У изувеченного выстрелами голого дерева, в куче припорошенной снегом сухой листвы, словно брошенное грозное орудие, одиноко лежала пробитая в нескольких местах тяжелая броня рыцаря Стены Единорога. Даже сейчас было видно, что Линк до последнего пыталась прикрыть кого-то своим телом, но не сумела спасти ни себя, ни её.

В этот день мятежники потеряли нечто большее, чем славного командира.