Автор рисунка: Siansaar
Глава 5 Глава 7

Глава 6

Дом, милый дом

ГЛАВА 6 «Дом, милый дом»

Стоя на балконе, Гриша наблюдал за ночной жизнью столицы. В небе никто не летал, да и в саду, что внизу, никто не шастал. Тихо и спокойно, даже умиротворённо. Город спал, впрочем, как и вся Эквестрия.

Техник вернулся в свои покои. Муки совести не позволяли ему расслабиться. Из-за своей расторопности, Селестия затаила на него обиду, с которой, Гриша не мог и не хотел смириться. Подойдя к зеркалу, он поиграл лицевой мимикой, проверил дыхание и даже причесался золотым гребешком, что лежал на тумбочке. Затем, парень вышел из комнаты и потопал в направлении королевских покоев. На входе в блок королевских персон, его остановили ночные стражи. Гриша пытался втолковать им свои благие помыслы, распинался как мог, но гвардейцы непоколебимо стояли на месте, не позволяя Грише пройти мимо поста. Человек хотел было силой прорваться, но сообразив, что только усугубит своё положение, сразу отказался от глупой затеи.

— Гриша? Это ты шумишь? Что ты здесь делаешь? – в коридоре показалась принцесса Каденция.

— Я пришёл… — начал парень.

— Поняла, — улыбнулась розовая, перебив техника.

Каденция подошла чуть ближе. Гриша заметил её несколько взъерошенную гриву и крайне усталые глаза.

— Прошу прощения, что прервал ваш сон, принцесса, — извинился парень.

Розовая добро улыбнулась.

— Стража, пропустите его, — скомандовала она.

Гвардейцы тут же освободили проход, дав технику беспрепятственно пройти в один из самых закрытых, охраняемых корпусов замка.

— Иди за мной, — тихо сказала розовая.

Гриша пошёл следом за принцессой, попутно рассматривая изысканную обстановку. Под ногами распростёрся красный бархатный ковёр, стены имели деревянные ставки, что придавало особый уют. Под потолком находились магические светильника, освещающие коридор мягким белым светом, наподобие ламп дневного света, только интенсивность свечения была в разы слабее. Этакий, ночной вариант – и не слепит, и придаёт видимость обстановке. Дойдя до конца коридора, принцесса указала копытом на массивную железную дверь арочного типа, с красивыми узорами на ней. Техник сразу догадался, кто находится в том помещении, и почувствовал капли пота, стекающие со лба.

— Ступай и ничего не бойся. У неё доброе сердце, она всё поймёт, — нежно прошептала розовая и пошла в обратную сторону.

Цокот удаляющихся копыт, звук закрывающейся двери, тишина. Техник стоял один перед железной дверью, преграждающей путь к правительнице замка. Несколько минут он подбирал слова, поправлял одежду и даже продумывал, с каким тембром лучше постучать в дверь. В голове царил хаос мыслей, отрезающий всякую надежду на правильную концентрацию. Сердце выдавало бешенный ритм такой силы, что пульс отдавался даже в висках. Понимая, что ещё чуть-чуть и паники не избежать, парень неожиданно для себя, постучал в дверь. Тишина. Подождав несколько секунд, он собрался было уходить…

— Войдите, — раздался приглушённый голос.

Щелчок и дверь самостоятельно немного приоткрылась. Гриша, дрожа ногами и руками, неуверенно открыл дверь и вошёл в тёмное помещение. Комната оказалась довольно большой, с изящным потушенным камином и удивительной мебелью. Принцессы в покоях не было. Техник заметил арку с другой открытой дверью, за которой виднелся край кровати. Гриша вспотел как лягушонок. Ковыляя ногами, он медленно вошёл в комнату, у дальней стены которой, стояла широкая кровать. Без особого труда, парень разглядел на ней фигуру белоснежного аликорна. Половина её тела находилась под одеялом. Пронзительный взгляд Селестии был прикован к Грише, от чего тому совсем стало плохо. Подойдя к краю кровати, он застыл.

— Я слушаю, — медленно прошептала мудрейшая.

Гриша заметил её магическую гриву, занявшую чуть ли не половину кровати. Мордашка принцессы была сонная, но особой усталостью не отдавала. В лунном свете, Селестия выглядела необычайно привлекательно, что ещё больше смутило техника. Он смотрел на неё и никак не мог поверить, что белоснежному созданию уже свыше тысячи лет, а она по-прежнему молода и красива. Принцесса внимательно смотрела на лицо техника, изредка встречаясь с ним тяжёлым взглядом.

— Принцесса Селестия, простите меня… — коротко извинился парень, напрочь позабыв громоздкую речь, что так усердно заучивал.

Аликорн немного приподнялась. Её уста озарились нежной улыбкой, а глаза наполнились добротой.

— Сложно было? – спросила она.

— Не понял, — ответил техник.

— Сложно было вот так взять и придти ко мне ночью? – пояснила светлая.

Гриша неуверенно кивнул.

— Человек, ну конечно я тебя прощаю. Отрадно, что ты пришёл ко мне. Ты начинаешь учиться, — шептала правительница.

От необычайной красоты аликорна, у техника голова пошла кругом, но вспомнив о Рэйнбоу Дэш, он несколько пришёл в себя, изгнав из головы шальные мысли. Селестия загадочно улыбнулась, словно узрела канитель бурных мыслей, царящих в голове парня, от чего Гриша снова засмущался.

— Присядь, не бойся, — произнесла Селестия.

Гриша неуверенно сел на край кровати, где ощутил мягкость волшебной гривы, нежно касающейся его руки. Селестия смотрела на техника выразительным, но странным взглядом, с загадочным блеском в очах.

— Ты понимаешь, что твоё поведение было оскорбительно? Ты понимаешь, что ты меня обидел, как кобылицу? Я знаю, у тебя доброе сердце и ты не желал моего унижения, но почему? Почему ты так делал? – спрашивала светлая.

— Ваша Крылатость, всё просто. Я совсем не думал головой… Понимаете, я не из тех, кто живёт по правилам и такая жизнь меня вполне устраивает. В вашем случае, я обещаю, что больше не доставлю вам неприятностей, — заверял Гриша.

— Правила важны, человек, но отчасти, я тебя понимаю. Моя сестра тоже не ярая блюстительница правил, что породило в ней дух авантюризма. Гриша, правила тоже с умом нужно уметь нарушать. Надеюсь, ты понял меня, — улыбнулась правительница.

Техник одобрительно кивнул и почувствовал, как его руки коснулось королевское копыто. Оно было на удивление мягким и тёплым. Даже горячим. Селестия вновь загадочно улыбнулась и внезапно, её глаза наполнились грустью и глубоким одиночеством. Грива Селестии оживилась и начала изящный танец под дуновение невидимого магического ветра. Гриша видел, как тяжело дышит принцесса, что подтвердило одело, равномерно поднимающееся то вверх, то вниз. Посмотрев на её царскую мордашку, техник заметил нарастающую, загадочную улыбку и слегка приоткрытый ротик, словно Селестия собиралась что-то сказать, но не могла. Принцесса пошевелила копытом, и техник обхватил его рукой. Ему показалось, что Селестия как-то магически сжала его руку, причём, весьма приятно… Внезапно, Аликорн отвела взгляд.

— Ступай, человек. Тебе нужно выспаться, у Каденции на тебя большие виды. Она всем способна помочь в плане любви… почти всем. Тебе необходимо выспаться, — расстроено произнесла светлая, убирая с его руки копыто.

Тоска и одиночество Селестии проникли в самое сердце парня, что его разум совершенно не мог объяснить. Техник понимал сложнейшее состояние принцессы, что вызвало у него сочувствие.

— Принцесса, если хотите, я могу ненадолго остаться, — произнёс парень, предлагая ей сгладить ночное одиночество.

Принцесса снова посмотрела на парня, блеснув загадочным огоньком в глазах, который медленно растворился в глубине её взгляда.

— Тебе нельзя, Гриша. Так нельзя. Прошу, ступай спать, — совсем расстроилась белоснежная, стараясь отвести взгляд.

Грише ещё никогда не доводилось смотреть на Селестию, как… на живое существо. Всегда с гордой осанкой и маской мудрого правителя, Селестия постоянно представала на публике, но не как сейчас – полностью расслабленная, позволившая своей шикарной гриве хаотично раскинуться на кровати и чувственно, душевно общаясь с техником, понимающим каждое её слово. Она живая… в прямом смысле этого слова.

Гриша тоже понимал, что ему не следует оставаться. Селестия права, так нельзя. Встав с кровати, парень подошёл к открытой двери. Обернувшись, он посмотрел на аликорна, смотрящую пустыми глазами в широкое окно, из которого струился лунный свет, красочно подсвечивающий её мордашку.

Гриша вышел из комнаты и тут же раздался громкий стук во входную дверь, которая тут же магически открылась. В покои вбежал ошарашенный гвардеец… точнее, капитан стражи, и едва не снеся парня, ломанулся в комнату принцессы. Гриша проследовал за ним. Селестия вскочила с кровати и подошла к солдату.

— Армор, что случилось? – удивилась принцесса.

То, что поведал капитан, повергло в шок Григория, а Селестия… вовсе упала в обморок, но к счастью, на мягкую кровать. Техник впервые увидел, как у аликорна грива перестала магически извиваться. Она замерла. Весь мир замер…

=====================

Вспышка перед глазами и я пришёл в себя. Подняв веки, я увидел ночное небо, густо затянутое облаками. Поднявшись на ноги и возрадовавшись хорошему самочувствию, я сразу же вошёл в бар, боясь не увидеть там Сумеречную принцессу. Но увидел и картина меня совсем не обрадовала. Среди многочисленных пустых бутылок и не только из-под ликёра, восседала синяя принцесса. Её окружило несколько пьянчуг, бормочущих своими пьяными языками что-то непонятное. Впрочем, Луна не сильно от них отличалась… Королевская персона, равномерно покачиваясь на высокой табуретке, что-то оживлённо рассказывала, при этом, магически подливая собутыльникам горючей жидкости.

— Луна!? – удивился я.

Алканавка никак не отреагировала.

— Пошли в подсобку, я научу тебя… ик… дружбе, — подкатывал к ней небритый товарищ.

— А ты разбираешься в дружбе? – невнятно пробормотала синяя.

— В очень тесной дружбе! В жаркой дружбе… — продолжал кавалер.

— Мы согласны. Мы хотим. Дружить, — заплетаясь языком, согласилась синяя и грациозно свалилась с табуретки.

Собутыльник раскинул руки, пытаясь поймать девушку, но промахнулся этак на метр, после чего, потеряв равновесие, приземлился на аликорна.

— А ты мягкая цыпа, только не понятно, что есть где… — пробормотал он, безбожно распуская руки.

— Эй, оставь её! – я стащил с неё мужика, который продолжил обниматься сам с собой.

Взгромоздим алконавку на руки, я вынес её на свежий воздух. Ну и тяжёлая засранка…

— Артур, ты ли нас на руках носишь? Только не говори, что мы обвенчались, а то сестра психанёт, что без неё, — бормотала синяя.

— Ну надо же было так нахрюкаться! – я приземлил аликорна на землю, та к счастью, удержалась на ногах.

— Мы только попробовали, а там понеслось… — вздохнула Сумеречная принцесса.

— Всё всегда начинается с малого. Луна, не ожидал от тебя такого, — говорил я.

— Человек, дай даме повеселиться! Ты как сестра моя. Расслабься! – пробормотала пьяная.

Неувереной походкой, Луна быстро куда-то поковыляла, я же едва поспевая, побежал за ней.

— Куда намылилась, принцесса? – крикнул я.

— Мы хотим вечной ночи! Стоп, сейчас и так ночь... Ик! Мы захватим вас, человеки! Все самки будут служанками, а все самцы – нашими мужьями! Мы будем шить деревья! – синяя несла бред.

— Луна, двадцать раз тебя дери! – ругался я, отчаянно пытаясь догнать подругу.

Принцесса зигзагом вырулила на оживлённую трасу и начала кидаться на проезжающие машины, которые чудом успевали от неё уворачиваться.

— Склонитесь перед своей принцессой, презренные повозки и не смейте визжать! – кричала синяя.

Магически подхватив полицейский уазик, она раз пятнадцать прокрутила его в воздухе и поставила на место. Автомобиль, сверкая мигалками, тут же рванул вперёд и через секунду скрылся в потоке машин. Не знаю, что меня удивило больше, то что уазик продолжил движение или то, что он рванул с такой скоростью, что ему бы позавидовал самый прокаченный Ягуар. Затем, рядом резко остановилась одна легковушка и из неё выбежал мужик, который со всех ног помчался прочь. Далеко не убежал. Двумя прыжками, аликорн мгновенно его нагнала. Остановив бедолагу, она лизнула его нос и подтолкнула копытом, позволяя ему бежать дальше.

— Пока, сладенький! – засмеялась она.

Наконец, поймав гиперактивного аликорна, я увёл её с дороги и затащил в лесок.

— Луна, ты совсем чокнулась? – проорал я, прижимая её к земле.

— Агась, — звонко посмеялась она.

Не успел я и глазом моргнуть, как мы поменялись местами. Синяя уверено вдавливала меня в траву, попутно зубами разрывая мою рубашку…

— Ты… ты что делаешь!? – охрип я.

— Не брыкайся, а то больно будет. Или ты любишь боль? – Луна лукаво подмигнула бровью и окропила меня «приятным» дыханием.

Изорвав в клочья рубашку, она добралась до брюк… и благополучно их стащила, оставив меня в одних исподних.

— Мы предвкушаем, — странно посмеялась синяя.

Я отчаянно пытался её сбросить с себя, но она была гораздо сильнее.

— Мы готовы… — произнесла синяя и, издав пронзительный стон, повалилась на меня, ударив копытом в самое святое, что у меня было.

Я спихнул наглую алконавку в сторону. Она что-то пробормотала себе под нос и засопела. Как же я бы счастлив её отключке, словами не передать! Ещё чуть-чуть и… не хочу об этом думать. Я потеребил кобылицу за мордашку, но та никак не отреагировала.

«Принцесса Селестия меня убьёт» — пронеслась шальная мысль в голове, дав волю необузданному воображению.

Я представил, как Селестия каким-то образом узнаёт о пьяном происшествии и изгоняет меня из Эквестрии. А если Сумеречная скажет, что у нас было ЭТО, то Селестия непременно заставит меня на ней жениться! Твайлайт точно не обрадуется…

Выкинув дурные мысли из головы, я ещё раз посмотрел на безбашеннную принцесску. Алкоголь кого угодно с ума свести может. Протащив Луна подальше в лес, я соорудил из травы и листьев постельное ложе, куда и положил аликорна. Поправляя ей голову, она неожиданно начала лизать мою руку! Необычно так лизать, постанывать… и не совсем лизать… Резко отдёрнув руку, я перевалил Луну на другой бок и озабоченная принцесса вновь успокоилась. Нда, эту ночку я запомню надолго. Хотя нет, на всю жизнь точно.

Дыхание аликорна утихомирилось и стало совершенно спокойным. Наконец-то интоксикация её отпустила, позволяя бедняжке уйти в мир сновидений. Я только на одно надеялся – что не являлся частью её сна. Одев брюки и остатки рубашки, я пристроился к ней рядом. Я прижался к её горячей спине, ибо ночью было довольно прохладно. Надеюсь, она не надумает неожиданно повернуться, ещё обнимашек её не хватало, причём, с самым очевидным исходом. Под равномерное дыхание подруги, я тоже постепенно заснул.

Снова этот сон. Да сколько де можно? Я понимал, что сплю, но почему-то продолжал стоять на месте и слушать Призрачную Пони. Её удивительный, ни на что не похожий голос пробирал меня насквозь. Будучи на грани выхода из сна, я чётко услышал одну фразу: «мне, правда, жаль». Тут же проснувшись, я обрадовался, что запомнил её слова, но и ужаснулся. Призрачная Пони ещё ничего хорошего мне не говорила и это меня тревожило.

Солнечные лучи были в точности такие же, как в Эквестрии. В лесу щебетали птицы, ветер тихонько шебуршал листвой, но особенности природы меня не интересовали. Поднявшись, я сразу посмотрел на аликорна. Она лежала в той же позе, что я её оставил.

— Луна, — я потеребил принцессу.

Синяя повернулась ко мне и медленно открыла глаза.

— Артур, мне такой странный сон приснился, — прошептала Луна.

Аликорн попыталась подняться, но тут же легла обратно.

— Наша… Моя голова, — простонала она.

— Это дорогуша, похмелье, — усмехнулся я.

— Так я правда вчера плохо себя вела? Я почти ничего не помню, лишь обрывками, — шептала синяя, жмурясь от яркого света.

— Ты была очень плохой девочкой, — продолжал я злорадствовать.

— Артур, а что с твоей одеждой? На нас напали? – удивилась синяя.

— Ты разве не помнишь, как пыталась меня… ну…. изнасиловать? – недовольно произнёс я.

— Что!? Я!? – ужаснулась принцесса.

— Проехали, — махнул я рукой.

— У нас… между нами что-то было? – дрожа голосом, спросила синяя.

— К счастью, нет. Ты не успела. В самый последний момент ты просто потеряла сознание, — рассказал я.

— Хорошо! Точнее, плохо! Ой… Артур, молю, прости меня дурную, — простонала синяя.

— Будем считать, что это важный жизненный урок для тебя. Ты конечно напугала уйму людей, но к великой радости, никому не принесла вреда… по крайней мере, физического, — говорил я.

— Алкоголь зло! И чем я только думала! – разозлилась синяя.

Я хотел было «культурно» пояснить ей чем она думала, но промолчал. Луна всё же поднялась на ноги, и продолжая стонать, недовольно нахмурилась.

— Честно говоря, я не знал, что аликорны могут пьянеть, — сказал я.

— Сама в шоке… — прошептала синяя.

Луна попросила меня рассказать ей о её же ночных похождениях. Я всё любезно рассказал, после чего, подружка раскраснелась как спелое яблоко из сада Эпплов.

— Прошу, только сестре не рассказывай, — попросила Луна.

— И не собираюсь, — усмехнулся я, мне ведь тоже не нужны проблемы.

Синяя немного походила, потянулась, позевала, побрыкалась, покашляла, почесалась, повалялась, посмеялась, погрустила и подошла ко мне.

— Ты готов? – спросила она.

— К чему? – удивился я.

— Вернуться домой. Мне кажется, нам приключений хватит. Или ты так не думаешь? – молвила синяя.

— Да, готов! – я тут же согласился. – Но Луна, твоё состояние… ты сможешь нас переместить? – спросил я.

— Да запросто! — улыбнулась она.

— Может, отдохнёшь часик? – спросил я.

— Нет необходимости. Мои силы уже восстановлены, только мешает как его… похмелье. А так, всё готово, — произнесла она.

— В таком случае, в путь! – обрадовался я.

Луна ярко засветила рогом, поместила мой разум в полусонное состояние и началось… земля из под ног ушла и мы провалились в воронку времени. Падая во всех направлениях поочерёдно, мы неслись по бесконечному тоннелю, от которого голова шла кругом. Но неслись неуверенно и прерывисто, что меня здорово пугало. Лучше бы Луна отдохнула что ли… За одним из поворотов нарисовалась какая-то синяя полицейская будка. Видимо и меня глюки посетили… Но на этом не всё.

— Луна, осторожно! – успел я прокричать, прежде чем мы смачно впечатались в будку.

Дверца приоткрылась и из неё выглянул… человек в плаще.

— Что? Что? Что??? – воскликнул он три раза.

Я приветливо помахал рукой, после чего, загадочный человек захлопнул дверь и будка растворилась в воздухе, тем самым, позволив нам лететь дальше. В конце концов, в боку тоннеля образовался вихрь, куда нас и втянуло.

Оказавшись в окрестностях Понивиля, я облегчённо вздохнул.

— Ну, Луна, ну шкодница! – покрутил я указательным пальцем.

— Я благодарна тебе, Артур. Спасибо, что слетал со мной и за то, что помог в трудную минуту. И прости за… ну… за страсть, — снова покраснела синяя.

— Замётано. Ну что, пошли со мной, Твайлайт навестим, — улыбнулся я.

— Нет, мне нужно в замок. Я обещала Селестии вернуться сразу же к ней. Но я зайду к вам попозже, — аликорн нежно меня обняла и расправив великолепные крылья, умчалась в небосвод, скрываясь в каплях дождя.

Удивительно насколько сильно шёл дождь. Всё небо покрыто тучами и не единого просвета. Никогда ещё подобно в Эквестрии не видел. Повсюду сверкали страшные молнии, от грохота которых, тряслась земля. Но, не смотря на всё это, я был рад вернуться в мир. Мой новый родной мир. Я уверенно пошёл по улице, звонко ступая по лужам. Прошёл всего один день, но я успел безумно соскучится по Твайлайт. По моей любимой кобылке. Я представил радость на её мордашке и ослепительную улыбку, которой она меня одарит. Я её нежно обниму, поцелую и скажу: «вот видишь, я вернулся, а ты переживала, моя маленькая трусишка», на что она безмолвно обнимет меня ещё крепче.

Улыбаясь, я свернул на следующую улочку, в конце которой уже показалась библиотека, очертания которой, были смазаны обильным ливнем. На пути мне попался незнакомый жеребец. Вид у него был подавленный, а когда он заметил меня, то совсем раскис и поклонился. За ним проследовало несколько кобылок. Они плакали. Одна из них, увидя меня, совсем разрыдалась. Очень странно… Я продолжал путь. Дойдя до библиотеки, я заметил большую толпу вокруг неё. Тут я насторожился, сомневаюсь, что все они пришли за книгами.

Подойдя к двери, несколько пони сорбяще на меня посмотрели, один их них, просто обнял меня и резко отпустил. На его глазах тоже были слёзы. Совсем ничего не понимаю.

Пройдя внутрь, я заметил ещё несколько незнакомых особ, они тихо между собой шептались. Заметив меня, все тут же замолкли. Удивлённый происходящим, я заметил, как в углу сидит Пинки Пай. Решив разобраться в чём дело, я подошёл к кудряшке.

— Пинки, что здесь делают все эти пони? – спросил я.

Кобылка задрала мордочку и я увидел её красные, заплаканные глазки. Её маленькие губки сильно дрожали и что-то прошептали, что я разобрать не смог. Затем, пони вовсе отвернулась в угол и на мои слова совершенно не реагировала.

— Артур? – кто-то меня окликнул.

Обернувшись, я увидел незнакомого гвардейца.

— Что происходит? Где Твайлайт? – спросил я.

Тот сочувственно посмотрел мне в глаза. Я же беглым взглядом осмотрел окружающее пространство. В моей голове зашевелились ужасные мысли…

— Твайлайт! – прокричал я.

Но все продолжали безмолвно на меня смотреть. В этот раз, тишина нарушалась частыми всхлипами.

— Бедный мальчик… — кто-то прошептал.

У меня задрожали коленки.

— Где Твайлайт? – переспросил я неуверенным голосом.

— Артур, я сочувствую вашей потери… — произнёс гвардеец и взглядом указал на противоположную стену, где, среди многочисленных цветов и свечек, в деревянной рамке стояла большая фотография фиолетовой волшебницы.