Автор рисунка: Siansaar
Глава 2. С людьми не всё в порядке.

Глава 1. С людьми что-то не так

Зрение ещё не вернулось после яркой вспышки, сопровождающей телепортацию, а мой желудок уже пожелал вывернуться наизнанку. Я сделала глубокий вдох, сухой воздух обжег горло, вызвав удушливый кашель. Все четыре ноги охватила крупная дрожь, они подогнулись, и я плюхнулась на живот. При попытке подняться у меня закружилась голова, в глазах потемнело, и я повалилась обратно. Класс! Вот только этого мне не хватало! Нет, ну а чего собственно я хотела? День полный волнений и беспокойств, вечеринка по поводу Празднования Летнего Солнцестояния с незнакомыми мне пони, тревожный разговор с принцессой Кейденс, часов двенадцать длительного бессонного ожидания и, как апофеоз перенапряжения, телепортация в соседний мир. Соседний мир! С ума сойти, я находилась в месте недосягаемом обычными способами перемещения.

Одна эта мысль моментально поставила меня на ноги, и я во все глаза стала осматриваться вокруг. Впрочем, меня ждало разочарование, тут были точно такие же руины из крупных потрескавшихся каменных блоков, как и со стороны Эквестрии, ну может быть, ещё более заброшенные и заросшие, если это вообще возможно. А ещё лес – редкий, хвойный, явно малообитаемый, в нем не должно водиться хищников. Зато должны водиться люди, хотя бы уже потому, что деревья рядом с руинами Предтеч аккуратно спилены. Я бы сразу же отправилась на поиски этой удивительной цивилизации, создавшей восхитительные струны, найденные на раскопе, но усталость, усиленная наступлением в этом мире вечера, буквально раскатывала меня, лишая сил и слепляя веки. Подыскивая подходящее места для ночлега, я обошла три полуразрушенные стены, образовывавшие некогда величественный храм, но всё тщетно: холодные гладкие камни, влажная и прелая трава, желтая колючая хвоя, нападавшая на землю за долгие годы. Пожалуй, хвоя была бы лучшим вариантом, но я заметила невдалеке на опушке чем-то неуловимо знакомые кусты. Подойдя ближе, я расплылась в торжествующей улыбке: передо мной толстым пучком двухметровых мягких темно-зеленых метёлочек росла спаржа. Просто замечательно! Мой рог засверкал и тут же погас – телепортация отняла у меня почти все силы, мне требовался отдых и, чем скорее, тем лучше. Пришлось ломать побеги копытами, а потом откусывать, иногда сплевывая горчащий уже сок растения. Зато прямо здесь же я отыскала и молодые побеги, которые объела все. Бескультурно, не так вкусно, как тушёные, но не самый плохой ужин, если задуматься.

Оттащив приличный пучок спаржи в руины, я собрала импровизированную лежанку, достала из седельной сумки теплый плед, а саму сумку положила в изголовье и, ухмыльнувшись, прыгнула на мою новую кровать. Как же это было чудесно! Мягкая подстилка забавно пружинила и пахла свежестью, плед из овечьей шерсти согревал и успокаивал своим уютным теплом, а уставшие мышцы приятно ныли, принося удовольствие, как после отлично проделанной любимой работы. И хотя засыпать на закате считалось не самой лучшей для здорового сна идеей, для меня, не спавшей более суток, это было единственным разумным решением. Я закрыла глаза, шепнула себе «Спокойной ночи, Лира» и провалилась в небытие сна.

Первые лучи солнышка, проникшие сквозь дыру от вывороченного каменного блока, защекотали мне нос и нежно пробудили ото сна. Я перевернулась на спину и вытянулась как струнка. Сладкие утренние потягушки! Что может быть более приятным? Я открыла глаза и улыбнулась. Солнце всегда напоминало мне, как заботливо и нежно принцесса Селестия обнимала ещё маленькую тогда Твайлайт Спаркл. Вот только сейчас я находилась в таком месте, где солнце вставало и садилось само. Необычно и очень интересно.

Свернув плед, я собралась позавтракать и уже достала бутерброды с маслом и ромашкой, завернутые в плотную бумагу, как вспомнила, что термос с кофе остался в Эквестрии. Что ж, придётся жевать всухомятку. Ромашка подвяла, а хлеб подсох, но всё равно завтрак получился вполне недурственным. Звонко процокав копытцами, я вышла из-под полуразвалившегося строения и увидела на полянке забавных существ. Я не сильно разбираюсь в грызунах, но эти были больше всего похожи на короткоухих кроликов. Увидев меня, они замерли, навострили свои круглые пушистые ушки и зашевелили длинными белыми усами, похожими на кошачьи.

– Какие же вы милые! – сказала я, подняла ближайшего зверька телекинезом и, поднеся его к себе, потёрлась щёчкой о его мохнатый бок.

Кролик при этом возмущенно урчал и забавно мяукал. Магия все ещё давалась мне с трудом, поэтому я поспешила положить зверька на землю, а он моментально задал деру. Все остальные его родственники последовали за ним. Я опять улыбнулась. Этот мир был почти таким же чудесным, как и Эквестрия, разве что воздух тут был сухим, заставляя моргать чаще.

Мне до сих пор не верилось, что я находилась в другом мире, казалось, что я всего лишь очутилась на соседнем материке. Интересно, а где физически находятся все эти параллельные миры? Где-то далеко в небе или принципиально в другом месте? Навряд ли кто-то вообще может сказать точно. В любом случае, моей самой первой целью являлся поиск воды и цивилизации этих удивительных двуногих существ. От принцессы Кейденс я знала, что где-то рядом с руинами находится город Виндховер, но в какой именно стороне, не знал никто. Рядом с ним должен жить маг Грегори Как-То-Там-Дальше Хэвэнсинг, который уже имел дело с пони и возможно мог помочь мне в секретном задании от самой принцессы Селестии. А скорее всего он ещё и знаком с технологией производства превосходных струн, которые полностью раскроют мой талант!

Воду я нашла быстро, просто услышала журчание и вышла к ручью. Проложивший себе путь сквозь лесную почву, он уже нес живительную влагу пышным кустам жимолости и огромным дубам, росшим по обе стороны от него. Ручей окаймляла полоса мягкого зелёного мха, в котором утопали мои копыта. Я не смогла отказать себе в желании тут же поваляться и посмотреть на небо сквозь небольшие просветы в кронах деревьев. Вода оказалась бодряще холодной и необычайно вкусной, её было очень приятно пить прямо из ручья. Я даже умылась, после чего пригладила непослушную чёлку. Ручей обязательно должен был впадать в реку или озеро, так что, отправившись вдоль него, я просто обязана была найти людей, а там и Виндховер. Но мне повезло ещё больше – я нашла дорогу пересекавшую ручей! Здраво рассудив, что люди, скорее всего, живут не в лесу, а на его окраинах, я отправилась в ту сторону, где деревья стояли реже, и света проникало больше. В одном месте вдоль дороги я нашла поляну земляники. Маленькие красные ягодки пахли лесом и сладостью так сильно, что мой рот моментально наполнился слюной. Я сглотнула и аккуратно сорвала пару штук телекинезом. У них почти не было вкуса, но аромат усилился так, что я зажмурились от удовольствия, наслаждаясь каждой секундой. Если бы я была сейчас в Эквестрии, то непременно собрала бы всю землянику, чтобы уже дома, посыпав сахаром, съесть её, закусывая ароматным свежим белым хлебом. Впрочем, даже и без всего этого ягода была превосходна.

Но на этом приятные неожиданности закончились, я шла всё дальше, а следов людей не было вообще, к тому же вдоль дороги появился сплошным ковром папоротник, не дающий расти землянике. Свежий лесной воздух, насыщенный кислородом и запахом смолы наполнял меня энергией. Мне хотелось смеяться и играть на лире, но использование магии всё ещё вызывало неприятное онемение кожи около рога, особенно после сбора ягод. Что ж, хоть мой голос был при мне. Я начала напевать песню о весенней уборке снега, которой научила меня ещё моя мама, когда пыталась объяснить, почему в Понивилле не используют магию в начале весны. Где-то на куплете о пробуждении из спячки зверушек, я услышала за спиной какой-то странный звук возни. Обернулась и увидела их. Людей! Один из них пытался вытащить другого из кустов, где они, видимо, прятались от меня.

– Люди! – воскликнула я, опрометью бросившись в их сторону. – Наконец-то люди!

Двое человеков, одетые в странные потрепанные одежды из кожи тут же громко заорали и ломанулись прочь от меня в лес.

– Стойте! – закричала я им вслед. – Я вам не враг, я безобидна! Не убегайте так быстро!

– На дерево! На дерево! – скомандовал тот, что был потолще. – Оно не достанет нас на дереве, – он быстро перебирал всеми четырьмя конечностями, забавно цепляясь за ствол и сучки.

– Эй! Ну вы что, действительно меня испугались? – я укоризненно нахмурилась. – Или вы меня разыгрываете? Слезайте, я не кусаюсь, – я засмеялась детской шутке.

– Сгинь! Сгинь, нечистая сила! – крикнул полный; у него с ноги слетел башмак, и я увидела забавную заднюю ступню, оканчивающуюся маленькими пальчиками.

– Погоди, Гладкий, – сказал второй, который был более худым, и посмотрел на меня, всё ещё карабкаясь на дерево. – Ты же просто единорог, верно?

– Ага, – отозвалась я. – Пони-единорог, если быть точным. А вы – люди, таких как вы, я и ищу.

– Каких это таких? – обеспокоенно спросили они почти хором.

– Людей, которые знают, где находится Виндховер! – воскликнула я. – Вы же знаете где он?

– Так ты направляешься туда? – спросил меня полный. – Слу-у-ушай, у нас к тебе есть предложение...

Вот так я и оказалась в приятной компании двух товарищей, решивших показать мне, как добраться до Виндховера, в обмен на помощь в переноске некоторых их вещей и тяжелых кожаных мешочков. Я думала, что там находились монеты, но свёртки были уж слишком тяжелыми и совсем не звенели. Полный и худой попутчики представились как Гладкий и Мутный и называли себя авантюристами. Мне это слово ни о чём не говорило, но объяснять значение они мне отказались, пробурчав, что я и так всё пойму. В струнах и музыкальных инструментах они не разбирались, но где и за сколько я могу продать свою лиру, рассказали сразу. Вообще они сильно напоминали того единственного человека, которого мне посчастливилось видеть ещё в Эквестрии два года назад. Примерно такой же рост, цвета гривы, глаз и кожи. «Наверное, когда я поживу рядом с людьми подольше, – думала я, – то смогу их различать».

Даже неспешная дорога утомила меня за день, и это учитывая постоянные передыхи и привал на обед. Мои новые приятели явно торопились, а я, несмотря на мою медлительность, всё же неплохо увеличивала их скорость. В пути меня посетила замечательная догадка насчёт тяжёлых мешочков. Я сразу же спросила товарищей, а не золото ли они тащили. Люди опять переглянулись, видимо это был такой жест, и худой ответил, что я была права, это золотой песок, который они намыли в горных ручьях. Я рассказала им, что на моей родине золота не так много, и что человеки – просто молодцы, раз занимаются старательством.

Вечером мы разбили лагерь, где собирались заночевать. Мутный разжег костер, а Гладкий, получивший своё прозвище из-за гладко выбритой головы, достал овощей и принялся их нарезать в котелок. Он добавил туда и вяленое мясо. Я никогда раньше не пробовала его, но знала, что люди постоянно употребляют животную пишу подобно хищникам. Похлебка благодаря мясу имела странноватый привкус и не самый приятный запах. Но я так оголодала, что была готова терпеть и это. Слава Доброте, что мои приятели положили мне в миску только репу и картошку. Пока мы ужинали, я получше рассмотрела моих попутчиков, их умилительные мордочки, когда они жевали, их странную одежду из грубой ткани и дублёной коровьей кожи, их снаряжение. Поев, я вызвалась сыграть на лире и спеть что-нибудь весёлое. Однако стоило моим приятелям только увидеть магию единорогов, как они напряглись, как будто бы заметили хищника. Я заверила их, что опасаться нечего, и начала играть. Честно говоря, зря я исполняла «Весеннюю уборку», песня их явно не впечатлила, хоть они и тактично не стали перебивать меня.

– А что-нибудь более интересное, чем разгребание снега ты знаешь?

– Э-м-м… – замялась я. – Ну, знаю песню про сбор урожая, гимн дружбы, солнечную сонату, ну и так, по мелочи.

– И ничего про героев и битвы? – на лице Мутного читалось разочарование.

– Ну-у-у, тогда про то, как уговорили дракона не есть овец, – мордашки людей стали ещё более разочарованными, и мне пришлось сдаться. – О том, как принц Сильварум разгромил армию грифонов.

Мои приятели тут же поддержали идею радостными гортанными возгласами. Я вздохнула, взяла в копыта лиру и начала играть, подпевая:

Вероломных грифонов большая орда

Из-за моря весною вторглась тогда.

Индре, подвиги древних героев воспев,

Закричал: «наглецы познают мой гнев!»

Словно в подтверждение этих слов, кто-то закричал, и в ствол дерева в нескольких метрах от меня воткнулась стрела. Я разинула рот от удивления. Это действительно была стрела, именно такими пользовались на охоте минотавры, и такие же использовались давным-давно в войнах. Я попыталась себя убедить, что это ошибка, что меня просто приняли за животное. И уже хотела крикнуть, что это не так, но мои приятели резко поднялись с места и выхватили из-за поясов длинные ножи.

– Лови разбойников! Вяжи их! Хватай! – послышался крик множества людей со всех сторон.

– Беги отсюда! – гаркнул на меня Гладкий.

Я хотела спросить у него, что происходит, но рефлексы оказались сильнее, и ноги сами понесли меня прочь от костра. Среди деревьев мелькали тени людей, послышался ещё один свист стрелы. Я прижала уши к голове и перешла на галоп, лавируя между деревьями. И внезапно выскочила прямо на человека в кожаных клёпаных одеждах с мечом в одной руке и факелом в другой. Я совершенно не представляла, что же мне делать, но останавливаться даже и не подумала. Увидев меня, человек застыл на месте, наверное, от удивления, поэтому я просто обогнула его как очередное дерево. Мы ещё около секунды провожали друг друга взглядами, и из-за этого я чуть не влетела в ствол старого ясеня. Заложила такой вираж, что свалилась на бок, тут же поднялась и побежала дальше.

Бежать в темноте было опасно, и даже свет от двух лун этого мира не сильно помогал мне, приходилось пользоваться магией. Не знаю, сколько времени я, спотыкаясь, пробежала, только чудом не вывихнув себе ноги, но мне на пути попалась недавняя вырубка. Голые пеньки спиленных деревьев напоминали кочки на болоте, и огибать их было сущим удовольствием по сравнению с бегом в лесу, полном сухих веток и засыпанных старой листвой впадин. Неожиданно передо мной оказался ручей, пересекающий вырубку, я не стала его перепрыгивать, а просто свернула и побежала вдоль него. Вырубка закончилась, начался густой лес. Я перешла на шаг, пытаясь отдышаться. Не знаю, сколько часов длился бег, но слабость и внезапно появившаяся сонливость подкашивали ноги. Я дождалась пока остыну, напилась из ручья и, найдя полянку из мха, свалилась спать.