Дневник

Тяжесть грядущих лет

Смерть стоит того, чтоб жить,

А любовь стоит того, чтобы ждать...
(Виктор Цой — Легенда)

Это Эквестрия — самое доброе, самое дружелюбное место на планете, но когда-то так не было... Были только голод, холод, смерть и вечность...

В низинах Крутого Рога, что недалеко от Кантерлота, раскинулась ледяная пустыня. Белый снег да серый лед... Некогда здесь была процветающая деревушка, некогда здесь были плодородные поля, некогда здесь жили пони... Теперь там царит холод. Отсюда видно небольшой дом и у него разрушена стена. Давайте посмотрим, что там.

А там холод. Пара кресел, ковры. А вот и стол, а на нем книга. Обычный дневник в коричневой обложке лежит на обветшалом от времени письменном столике. Дом, в котором стоит тот стол, уже опробовал все радости и невзгоды этой несладкой жизни. Холодные ветра веками и тысячелетиями сохраняли старую, потрепанную деревеньку, что располагается в давно погибшей долине...

На всю деревню одна улица, оканчивающаяся, великолепной в прошлом, гостиницей с проломленной крышей, которая не сумела выдержать все эти года. Вспоминаются слова одного великого певца: "Крыши домов дрожат под тяжестью дней...". Деревня не была брошена, все жители погибли, а вот как нам ещё предстоит узнать...

Вернёмся к этой чудной книжечке, ведь она, в отличии от домов, погребов не выветрилась, не затерялась среди куч мусора, что стали вековыми надгробиями павших...

Давайте же откроем ее... На первой странице всё размыто, увы, мы так и не узнаем, чья же это вещь... Листаем дальше. Вот! Следующие страницы исписаны мелким детским почерком, установлены даты. Давайте мы прочтем...

Седьмая луна первых Морозов.

Дорогой дневничок, сегодня я получила от папы тебя и теперь буду вести тебя каждый день. Сегодня же мой день рождения! Сегодня хороший праздник, лучший день, что когда-либо был!

Восьмая луна первых Морозов.

Дорогой дневник, сегодня мы с папой ходили в поле, и работали там. Папа сказал, что будет очень отличный урожай, и мы наконец расплатимся с пегасами. И мы сможем вести хозяйство дальше. Дневничок, я хочу сказать, что пегасы — очень злые, ну вот почему мы все не можем объединиться и жить в мире? Ну да ладно, завтра будет хороший день, я верю в это!

Двенадцатая луна первых Морозов.

Дневник! Я нашла тебя! Я кучу времени искала тебя, а ты оказался там, где я меньше всего искала! Я так рада!

тут изображена яркая веселая рожица, нарисованная цветными карандашами.

Тринадцатая луна первых Морозов.

Сегодня тринадцатый день месяца морозов, у-у-у. Хи-хи. Сегодня начался день хорошо, яблоки выросли очень быстро в этом году! Теперь мы сможем смело встретить злую Морозу! Ну это когда холодно и на улице много белых пушинок. Мой друг — художник зарисовал нашу семью в виде небольшой картинки, сейчас я ее вклею в тебя, дневник. Ну а пока мне не о чем написать.
Фотографии нет, вместо неё лишь белоснежный потрескавшийся листок...

Двадцать седьмая луна первых Морозов.

Дорогой дневник, извини, что я так долго не писала, я с мамой и папой была занята, мы укрепляли дом к Морозе и собирали запасы. Я дико устала, поэтому я больше ничего не напишу. Прости.

Первая луна Белого.

Дорогой дневничок, случилось что-то хорошее и плохое... Давай с хорошего? В общем, выпали белые пушинки и стало так холодно. Ну и плохое. Сегодня папа вернулся грустный и мы с мамой пытались его развеселить, но он сказал, что всё кончено и то, что мы пропали. Я обняла его и сказала, что всё будет хорошо, он улыбнулся и сказал "да, доченька, будет!" — но я ему не очень поверила, он сказал это ну как-то... Неуверенно что ли...

Пара листов распростерлись в прах... Поэтому мы просто пропустим их...

Двадцатая луна Белого.

Дневник, мне страшно. Мой папа пропал! Он ушёл за дровами и не пришёл! Я просила маму, но она отказывается идти и меня пускать. Мне все равно, что на улице метель, я найду его! Как только смогу уйти... Папа...

Двадцать вторая луна Белого.

На улице стало холоднее, теперь камин слабее помогает прогреть наш домик. На улице постоянно метель, все дома занесло и мы не можем выйти, мы не можем попасть к друзьям! И папа не вернулся до сих пор!!!

Двадцать третья луна Белого.

Дневник. Мне кажется мы умрём. Мама так сказала. Мне очень страшно. У нас этой ночью провалилась крыша на складик с едой. Она промерзла, как и наш дом. У нас кончается еда. Холод не даёт спать. Мама пытается меня успокоить. Мы пропали! Пропали!!! ПРОПАЛИ!!!

Двадцать девятая луна Белого.

Дневник, мне очень плохо. У нас кончилась еда и доски, теперь мы с мамой топим камин книгами. Раньше нам служили книги в духовном деле, а теперь в физическом послужат, говорит мама. По-моему мы не доживем до маминого дня рождения. Ну почему так холодно?

Вторая луна сильных Морозов.

Сегодня моя мама умерла... Но у неё сегодня день рождения. Она так и будет лежать в гостиной...

Мама, папа...

Третья луна сильных Морозов.

Очень холодно, мне трудно писать. В гостиной обвалилась стена, я закрылась в своей комнате... Но мне всё равно так холодно...

Четвёртая луна сильных Морозов.
Почерк стал неразборчивым, поэтому мы всмотримся в то, что видно...

Мне так тепло, наверное это чудо. Но копыта плохо слушаются...

Я хочу спать...

Но тут такие завывания, мне страшно...

Мама?.. Это ты?

Спать, я пошла спать, положу тебя на стол и спать, пока, мой любимый дневн...
Текст обрывается...

Дикие ветра и снега обточили каменные стены домов... Развалины говорят о том, что здесь жили, просто жили и не загадывали на будущее, пони. Проломленные крыши зияют пустыми проемами. Всюду царит смерть и тишина...

В домике у гостиницы проломлена стена, а под этим завалом лежит далеко не юная кобылка, чье тело до сих пор хранит в сохранности неизменный житель этих мест — работяга Холод. А этажом выше у стола с коричневой книжкой покоится скелет юной пони, что так и не дожила до теплого лета...

А ничего не подозревающие археологи уже начали раскопки, и скоро им откроется тайна, что оказалась доступна нам, о мой дорогой читатель..

P.s.

Речь в произведении ведётся о времени, когда земные пони, единороги и пегасы враждовали, этот холод — те самые кони, что сеют мороз среди раздора.

Луна — мера времени, равная человеческому дню.

Месяца начала Морозов, Белого и сильных Морозов — месяца, аналогичные нашим: Ноябрь, Декабрь и Январь соответственно.