Сломанная Игрушка

Мир будущего с огромными Гигаполисами и таким же огромным населением, в котором генная инженерия дошла до возможности конструировать существ, вписывать им память и программу, омолаживать и модифицировать тела. Так в будущем обрели новую жизнь мультсериалы, фильмы и игры, когда корпорации стали выпускать "живые игрушки". Теперь не редкость увидеть фурри, покемонов, пони и других сказочных существ в жестоком людском мире, где все они считаются лишь собственностью без прав, которую люди, по своей неслыханной доброте, то и дело используют как рабов, игрушек для детей и целей для своей богатой и больной фантазии Здесь нет магии – только наука. Нет Эквестрии – только мир людей. Пороки и жестокость, безразличие и алчность – вот что переполняет тот (а фактически наш) мир. Но одно всегда и во всех мирах остается неизменным: дружба. Могущественная сила, способная повергнуть любое зло. * * * The English translation of the story is being done with the author's permission and may be found here: http://v-korneev.net/brokentoy/ * * * Большое оглавление по всему понячьему творчеству: https://docs.google.com/document/d/1ai-GmBVtds6XjAdyC3IzeeIvsuJv7WJT2jtP8BG0B7Y/edit

Рэйнбоу Дэш Скуталу Лира Другие пони Человеки

Sine ira, sine dubio.

Рассказ был частично написан для RPWR- 55. Сейчас, наконец написав основную часть и подправив примечания с пунктуацией выкладываю его на суд читателей.

Принцесса Селестия ОС - пони

Пинки И.

Пинки неожиданно не приходит на встречу с Дэши, пропадая на пару дней неизвестно где, а по возвращении отказывается говорить на эту тему. В чём же дело? Подруги решают найти ответ на этот вопрос…

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк ОС - пони

Твой самый злейший враг

Принцесса Твайлайт и Рэрити встречаются. Другая Рэрити в жизни Твайлайт не вполне уверена, как к этому относиться.

Твайлайт Спаркл Рэрити

Меткоискатели и Древний Храм

Меткоискатели находят странный столб в глубине Вечнодикого Леса, после чего собирают экспедицию и вместе с Лирой и Рэйнбоу Дэш отправляются к нему, но что же они там найдут?

Рэйнбоу Дэш Эплблум Скуталу Свити Белл Лира

Собственная теория

Есть много теорий появления жизни на земле. Вот еще одна.

Принцесса Селестия

Неудачный эксперимент

Однажды Твайлайт Спаркл получает письмо от своего друга по переписке. Она просит о помощи.

Твайлайт Спаркл Найт Глайдер Пати Фэйфо Шугар Бэлль Старлайт Глиммер

Вперёд и ввысь

Валерий Павлович Чкалов - герой Советского Союза, лётчик-испытатель и просто хороший человек получает предложение отправится в командировку на полтора года в недавно открытую Эквестрию.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Человеки Стража Дворца

Светлячки

Что будет, если у вас отнимут все, кроме светлячков?

Рэйнбоу Дэш

Поколение Хе. Про Зебрику. Часть третья

Как же смотрят подданные на деяния царственной четы? То есть те подданные, которым дозволено что-то знать и понимать.

Автор рисунка: Noben
Глава 3. Саламандра в маске

Глава 4. Очаровательный грубиян (Часть 1)

Давным-давно (двенадцать столетий тому назад, если точнее), когда еще не было Кантерлота, сестры-принцессы в мире и гармонии правили волшебной страной Эквестрией. Сестры жили в таинственной и неизведанной части Эквестрии — Вечнодиком лесу, в каменной крепости, построенной ими же. Правда, для обители Их Величества Богинь крепость была маловата, но ее грозный вид отлично отпугивал чересчур любопытную живность, в том числе и пони. Только нескольким Избранным было позволено служить принцессам в этом крепком бастионе в качестве поваров и немногочисленных стражников, отгоняющих желающих поболтать со священными божествами горожан. В отличие от будущего Кантерлотского замка, эта бастилия была сооружена из простых каменных кирпичей (на поверку чистых как небо того дня, в который их изготовили, и очень крепких, крепче даже алмазов) и являлась только небольшой частью будущего кантерлотского великолепия.

Однажды Селестия и Луна отдыхали на верхнем балконе после тяжелого рабочего дня. Вечером они должны будут присутствовать на слушании еще нескольких судебных дел, требующих спешного разрешения, и что-то по этому поводу решать.

— Ах, ничто другое не расслабляет столь хорошо как лучи Нашего солнца. Что скажешь, сестра? — сказала Селестия, медленно растягивая слова, как и положено знати того времени.

— Да не слетит же с губ Наших несогласий, сестра, твое небесное светило и впрямь прогоняет Нашу усталость как нельзя приятнее. — Луна, чуть поерзав на своем золотом троне, повернулась к Селестии — О сестра, могу я спросить тебя, известно ли тебе что-нибудь о том, где находится Дискорд, бог раздора?

Принцесса ночи была примерно такого же роста как и ее сестра. Но даже с первого взгляда можно было точно сказать, что Селестия старше.

— Нет, моя дорогая сестра, Мы уже давно его не видели. Наверняка у него проблемы на работе. — Они тихонько захихикали, вспомнив про ливень шоколадного молока льющегося из облаков сахарной ваты.

Тут они внезапно замолчали. Две служанки-пегасихи (никак не умевшие чувствовать магию) удивленно переглянулись между собой, глядя как Принцессы тихонько поднялись на копыта и уставились на самую северную башню замка. Они будто что-то почувствовали.

Но всё было тихо. Сестры поглядели друг на друга и уже собирались снова вернуться к ничего-не-деланью, когда...

— Карко-КАААМ! Ах... Черт возьми... — заорали в библиотеке прямо за их спинами. Принцессы тут же кинулись в конец зала и ворвались в наполненную дымом комнату, где когда-то хранились несомненно ОЧЕНЬ важные книги.

— Внемлите! Что здесь случилось? — возмутилась Селестия.

— "Внемлить"? Всё, хватит с меня, Радиган, хватит с меня и твоих экспериментов и тебя самого.

Принцессы совсем не ожидали встретить такого гостя: это был человек ( хотя сами они тогда подумали, что это был выцветший Алмазный Пес, пробравшийся в замок). Пришелец был одет в длинное черное пальто, — распространенную одежду мужчин середины 18 века, — черные брюки и черные ботинки. Чужак с ног до головы был покрыт сажей и пылью. Сняв с головы что-то вроде защитных очков, он принялся лохматить серые волосы на своей плешивой макушке, сбивая осевшую пыль, и по ходу дела пытался осмотреться: из-за взрыва в "Инструментах и боеприпасах" — магазинчика Радигана Конагера — пепел попал ему прямо в глаза, так что сейчас чужак усердно их тер.

— Ну я тебя поздравляю: не каждый день тебе удается угробить мой костюм, ослепить меня самого, и выставить идиотом. Сегодня ты всё это сделал разом.

Он так усердно тёр свои старческие глаза, что не заметил двух аликорнов перед собой, со страхом глядящих на пришельца. Он даже не понимал, что больше не находится в Америке 1840 года.

Шагнув мимо замерших принцесс, чужак (к ужасу горничных, разбежавшихся, едва его завидев) уселся на одно из королевских лож и продолжил осторожно растирать глаза.

Луна с Селестией в полной тишине стояли по обе стороны двери библиотеки. Какого сена это было? Пришлый не казался таким уж опасным, и еще, похоже, он сам не понимал, как очутился в личных покоях сестер. Селестия выпрямилась, расправила свои сияющие крылья и подошла к чужаку. А каким правителем она бы была, если бы не наладила первый контакт с представителем неизвестной организации? Отстойным, вот каким.

Принцесса нависла над пожилым мужчиной.

— Внемли, странное существо, зачем ты пришел к Нам?

Мужчина прекратил тереть глаза и посмотрел на обратившееся к нему существо. Перед глазами незнакомца всё расплывалось, а в ушах всё звенело, так что он разобрал только вопросительную интонацию и женский голос.

— Элизабет...

— Держи язык свой под замком, путник, дабы не навлек он неприятностей на душу твою! — Селестия ещё больше расправила крылья. В голосе принцессы появилось раздражительность. — Посмотри на ту, кого ты осмелился назвать "Элизабет"! — Рог разгневанной принцессы вспыхнул ярким желтым светом. Пелена с глаз чужака тут же исчезла.

Селестия мигом подобралась и вновь заговорила привычным голосом:

— Теперь ты вновь зришь, странник. Так взгляни же ты...

— Матерь божья! Это же... — человек вскочил на ноги и принялся оглядывать окружающий замок лес. — СРАБОТАЛО! ХА-ХА-ХА! Радиган, мы наконец-то можем проходить сквозь пространство, только лишь нажав на кнопку! Мы наконец-то можем... Боже мой, на кой черт ты впустил сюда этих кляч? — Он оглядел белую лошадь, соображая, за сколько времени шкура той стала такой белой. Или ее грива, которая... будто... развевалась без ветра... — Вот это...

Оторви на момент взгляд своих лавандовых глаз от чужака, Селестия решила бы, что тот владеет искусством телепортации. Он в мгновение ока подскочил к ее правому боку и принялся изучать ее развевающийся хвост. Помахав рукой через него, человек попытался его схватить, но, поскольку Селестия давным-давно пожелала, чтобы никто не смог посягнуть на ее сокровище, хвост принцессы будто искрящийся, радужный дымок скользил по пальцам незнакомца.

— Как интересно! А это что? Знак солнца? Как странно! — не переставая удивляться, человек перевел внимание на кьютимарку Селестии: большое золотое солнце. Сперва он подумал, что это работа психованного хозяина бедной клячи, красителем намалевавшего это клеймо у нее на боку. Но, присмотревшись, человек заметил, что по краям метки ее золотой цвет становится белее, пока не превращается в абсолютно белоснежный цвет всей шкуры.

Незнакомец уже начал ощупывать метку, раздвигая мех, чтобы и дальше изучить такую интересную находку, когда так и не начавшиеся переговоры полностью прервались.

— Невоспитанный, криворукий оборванец! Не будь Мы в этих священных залах, Мы бы... УНИЧТОЖИЛИ ТЕБЯ НА МЕСТЕ! — прошипела принцесса с покрасневшей физиономией.

Испуганный человек начал медленно пятиться к каменным перилам балкона. Эта лошадь говорит на человеческом языке! А ее рог направлен прямо ему в лоб! Ему нужно что-то сказать. ОСТОРОЖНО сказать!

— Ох, Я... м-м-м... э-э... Я... ох...

Не самый остроумный ответ, на который он рассчитывал.

— Охрана! — Два единорога в сияющей золотой броне вдруг возникли по обе стороны от человека. Цепи тут же скрутили его руки и ноги. — Отправить эту глупую обезьяну в подземелье!

— Будет исполнено! — в унисон ответили стражники. Они тут же телепортировали растерянного мужчину на самый нижний уровень огромного подземелья замка.

Луна, осмелившись подойти к сестре, наконец смогла успокоиться и перевести дыхание.

— Какое страшное происшествие, скажите на милость! Кто же был этот ужасный зверь?

— Мы не знаем, наидражайшая сестра, но кабы он пришел сюда с недобрыми намерениями, то по прибытию он предъявил бы Нам свой геральдический знак.

Луна поглядела на свои копыта, облаченные в золотые латы.

— В твоих словах есть смысл. Но всё же, у Нас такое чувство, что с ним Нам предстоит еще много работы и веселья.

__________________________________________________________

— Невероятно, я, должно быть, сплю. Вот что произошло: взрыв в лаборатории УБИЛ меня, и всё это — мой лимб, с которым постоянно носится мой брат... Ох-х, ну, Сайлас, что ты сейчас будешь делать?

Сайлас Манн, сооснователь Манн-Ко., мастер-изобреталь... висел подвешенный за щиколотку под самым потолком темницы. Прямо под ним лежало, как он считал, то, что осталось от прежнего заключенного. Он уже перестал пытаться сорвать с себя магические цепи и решил снова привлечь внимание стражников, которые занимались чем угодно, но не отвечали на его вопросы.

— Прошу прощения, великодушные сэры, не будете ли вы так добры сказать, ПОЧЕМУ меня заперли в этом Богом забытом месте?

— Ты осмелился прикоснуться к Ее Величеству, презренный. — рявкнул сердитый стражник-пегас.

Служба в подземелье представляла собой то же наказание: полы были липкими, света было мало, вопли заключенных вызывали мигрень, а запах... вообще-то стражники могли закрыть глаза на все остальное. Но только не на запах. Селестия знает, что они только не пробовали: всё, от масок до ароматических свеч. Но ничего из этого не могло остановить едкое, заставляющее слезиться глаза зловоние. Естественно, что каждый день терпящие такие муки стражники были в плохом настроении.

Сайлас вздохнул:

— Ну хорошо, если вы меня не отпустите, я выйду отсюда сам.

Он вытянул руку, и тут же из его рукава прямо в ладонь Сайласу выпал маленький золотой ключик. С мастерством умелого фокусника Сайлас на животе поднялся к обвивавшей его ногу цепи, нащупал замочную скважину, вставил туда ключ и начал его вертеть. В конце концов в скважине что-то щелкнуло.

— Ха! Да! Теперь я моААААААЙ! Ох...

Уши обоих стражников оживились: гвардейцы отлично услышали крик Сайласа, забывшего, что он висит в двадцати футах над полом. Они тут же вскочили и понеслись к клетке непоседливого узника... А по прибытию приняли на свои черепушки удар тяжелой железной цепью, секундами ранее сковывавшей человека.

Сайлас осторожно просунул голову через прутья решетки и огляделся. Никого поблизости не было... (пони, по крайней мере: тараканы и другие паразиты там просто кишели). Освободившийся человек поспешил к каменной винтовой лестнице. Взобравшись, он очутился перед входом в подземную тюрьму. Тут Сайлас занервничал: он совсем не знал, куда ведет эта дверь, ведь сюда его телепортировали те единороги. Человек снова оглянулся по сторонам. Никого. Решившись, он приоткрыл дверь и почувствовал тепло солнечного света, лившегося из огромных окон напротив Сайласа и громадного стеклянного купола на потолке зала.

Еще раз оглянувшись, мужчина заметил, что солнце почти скрылось за горизонтом. С момента его случайного прибытия сюда прошло уже очень много времени.

И прежде всего ему нужно было сообщить Радигану о том, что он здесь увидел.

— Надо выяснить, что осталось от моего телепорта.

__________________________________________________________

-...и таким образом я завершаю свой отчет о событиях, имевших место на Западных Лугах, моя госпожа.

Здания суда заполнилось ржанием, кликами "Ура!" и топотом копыт. Пожилой пони-генерал сел на свое место рядом с другими уважаемыми членами Кабинета Сестер. По требованию службы безопасности их шкуры и гривы были выкрашены в цвета определенные юрисдикцией: белый и синий для пегасов, темно-серый и белый для единорогов, и угольно-фиолетовый-как-крылья-и-грива-летучей-мыши для Секретной Службы Охраны Луны. Такое правило не было бы введено еще несколько сотен лет, кабы из-за бунтов в Кантерлоте стражники одной конторы не избивали и не кидали в кутузку стражников другой, никак друг друга не различая.

— Увы, эти так называемые "Алмазные псы" в достаточной степени вредны для всех нас. Если мы оставим их в покое, то через какое-то время они восстановят свою мощь. Короче говоря, мы должны нанести по ним удар прежде, чем они соберутся с силами! — объявил командир Херикейн со своего облачного кресла.

Зал суда разделялся на три кольца: на самом верхнем восседали пегасы, среднее предназначалось единорогам и самим Сестрам, места для которых выделили в самом центре кольца. На самом нижнем ряду разместились земные пони. Такая необычная палата парламента Эквестрии находилась в восточной башне замка, откуда открывался изумительный вид на Вечнодикий лес (или, по крайней мере, маленькую полоску его деревьев). Потолком зала являлся огромный стеклянный купол. Его большие окна были открыты, чтобы пегасы легко могли влетать и вылетать. А еще чтобы зал наполнялся естественным светом луны и солнца, не говоря уже о доступе свежего воздуха, охлаждавшего разгоряченных спорщиков, которые частенько вспыхивали, и из-за которых еще одно важное слушание приходилось отодвигать на следующее собрание. А потом, из-за очередного неизбежного спора, — снова на следующее, и так далее. Чтобы избежать такого, Селестия и Луна разделили зал суда на три ряда, дабы представитель каждого вида пони был рядом с собратом, в то же время будучи в состоянии услышать и поговорить с представителем другого вида.

Такое расположение стало доводом многих споров сторон: единороги считали, что Сестры симпатизируют прежде всего им, пегасы гордились свои "высоким" расположением и были уверены в своем "возвышении" над остальными, а земные пони, находившиеся в самом низу, думали, что их совсем не ценят. К счастью, во время того вечера эти вопросы не поднимались, поскольку в этот раз Селестия не предоставила тайм-аутов, намереваясь закончить слушание раз и навсегда, так что у заседателей не оставалось времени на дискуссии.

Следующим заявлением принцесса планировала завершить свой отчет.

— Господа, у Нас неприятные новости: немногим ранее, когда вон те колокольни пробили полдень, Нам случилось встретиться с пришельцем, — в зале тут же повисла тишина, нарушаемая треском спешно закрывающихся копытами отвисших челюстей, — но тот пришелец был схвачен и теперь находится в тюрьме сей крепости как узник.

— Что это было за существо? Чьего оно было рода, Миледи? — раздался голос из толпы. За ним сию же секунду последовал бубнеж из таких же вопросов.

Луна не дала своей сестре ответить:

— По правде говоря, Мы не знаем. Мы никогда никого подобного ему здесь не видели, но не смейте беспокоиться, Мы абсолютно уверены, что его не нужно...

Пегас-охранник с бешеным взглядом ворвался в зал через огромную деревенную дверь, нарушая тишину, повисший страх, а вместе тем — опрокинув столик с закусками и парой чашек.

— Мои Госпожи, зверь выбрался из клетки и теперь ходит где-то по этим священным залам!

Дальше все происходило будто по заготовленному сценарию: все пони посмотрели друг на друга, потом снова на задыхающегося стражника. Опять переглянулись. А затем с диким боевым кличем поскакали/полетели из зала в поисках сбежавшего пришельца.

-...его не нужно бояться. Дерьмо... — грязно выругалась себе под нос Луна. Хорошим это не кончится.

Аликорны мягко слетели со своих кресел и понеслись за толпой разъяренных высокопоставленных господ, быстро их нагнав и принявшись успокаивать.

Тут Луна со своим превосходным слухом расслышала звон металла и звук шагов где-то в фойе. Чуть отойдя влево, она отделилась от толпы. Теперь, когда ночь уже как несколько часов назад опустилась на Эквестрию, темно-синяя шкурка Луны делала ее обладательницу почти невидимой в слабо освещенных залах замка. И только один полумесяц, качаясь, бродил по темным коридорам.

Кобыла остановилась перед дверьми в фойе и осторожно заглянула.

Это было поразительно! Всего лишь за несколько часов пришелец сумел затащить сюда невероятно тяжелую телепортационную машину, уволочив ее из охраняемого хранилища, и почти завершить ее починку. Кроме того, чужак соорудил несколько моделек и подручных приспособлений, лежавших рядом на полу, из которых Луна узнала только пилу и молоток. Пришлый иногда записывая что-то в лежащий рядом блокнот.

Луна приоткрыла дверь еще больше, чтобы получше разглядеть.

— Можешь перестать прятаться, я знаю, что ты там. Почему бы просто не подойти и не посмотреть, м-м? — слишком спокойным для его положения голосом сказал пришелец, даже не оторвавшись от работы.

— Мы... Мы не понимаем... Как ты?..

— Ха, — Сайлас улыбнулся Богине Ночи, осторожно подходившей к освещенному грубыми свечками месту его работы, — у меня есть двое очень недалеких племянничков, которые часто остаются в моей усадьбе, так что иметь глаза на затылке чуть ли не обязательно. — Сайлас застонал при одной только мысли о Рэдмонде и Блутархе. Эти идиоты дрались в прямом смысле за ВСЁ, что попадалось им в руки, с самого их рождения.

Луна подошла к нему, все еще удерживая дистанцию, и поглядела на чудные устройства, с которыми тот возился.

— Что это за устройства, скажите на милость? — Она подобрала какую-то штучку синего цвета и поднесла его ближе к свече. И хотя для нее это было странной диковинкой, любой человек безошибочно бы сказал, что это — обычная заводная игрушка. Сайлас протянул было руку, чтоб показать принцессе, как это работает, но Луна тут же раскрыла свои темные сапфировые крылья и зло поглядела на наглеца. Сайлас мысленно хлопнул себя ладонью по лицу: ну конечно, сначала он устроил взрыв в ее библиотеке, потом сбежал из подземелья. Она же всё ещё не знает, опасен ли он или нет. Не говоря уже о том, что если нынешняя эпоха этого мира похожа на средневековье Земли, то прикосновение к королевской знати здесь должно караться смертью.

Сайлас отдернул руку. Потом чуть поклонился и откашлялся:

— Ваше высочество, если вы только позволите...

Луна снова оглядела незнакомца, а потом сложила крылья и поставила вещицу перед ним.

— Что ж, сие будет чудно.

Сайлас понял это как "да". Он взял в руки заводную мышку, вытащил маленький ключ из своего лежащего позади пиджака и вставил его в заднюю часть игрушки. После нескольких оборотов он убрал ключ в карман, а мышку положил на каменный пол. Мышка принялась крутиться вокруг Сайласа и... только что находившейся тут же Луны.

Изобретатель огляделся в поисках темной пони, пока заводная мышка всё нарезала двухфутовые круги по полу. Она телепортировалась? Она может становиться невидимой? Она... о, вот она. Мистер Манн посмотрел на Принцессу Луну, соправительницу земли Эквестрии и Богиню, ответственную за ночное небесное светило, крепко обхватившую одну из опорных колонн фойе, проиграв в этой неравной борьбе за свою бесценную жизнь. Сайлас, не сдержавшись, захохотал, подобрав игрушку.

— Простите меня, я не смеялся уже очень долгое время... — хихикая, поведал он спускающейся с колонны Луне, которая благодарила свои счастливые звезды, что темная шкурка надежно скрывала ее пылающие щеки.

Потом они, кажется, часами разговаривали о разного рода изобретениях и разного рода магии. Когда остальные пони наконец нашли их, Луна вышла вперед и убедила их позволить Сайласу остаться до тех пор, пока тот не починит свой телепорт (в будущем такой сорт "убеждения" стал называться Королевским Голосом Кантерлота. Помогало всегда).

__________________________________________________________

Таким образом Сайласу Манну позволили остаться в замке под всевидящим взором Королевской Охраны. Во время его пребывания там, Сайлас поделился своими знаниями о новом времени: он рассказал о воздушных шарах, поездах, сельскохозяйственной технике, обычной манере общения (с помощью которой разговаривать с местными обитателями ему стало гораздо удобнее) и водопроводе. Это, в частности, принесло ему множество медалей и наград в области социальных наук (особенно после того, как он, собственно, ввел эту самую область социальных наук).

Но, к сожалению изобретателя, работа над восстановлением телепорта велась медленно и утомительно, поскольку Сайласу приходилось трижды перепроверять все части телепортационной машины, прежде чем пытаться ее включить: деталей на руках у мистера Манна (и копытах ученых, иногда присылаемых ему в помощь Луной) было мало.

И как-то раз, во время очередной неудавшейся попытки настроить телепорт, Селестия научила Сайласа одному трюку. Трюку, который сделал бы его невообразимо богатым. Понадобились бы только...

— Ключи? — Селестия прикрыла мордочку копытом, стараясь не вдыхать извергающийся из снова поломанного телепорта дым.

Сайлас как раз объяснял Богине Солнца, чем он на самом деле занимался в Манн Ко., перед тем как телепорт снова был объят огнем. Изобретателю пришлось пожертвовать частью своего любимого (и единственного) пальто, чтобы унять пламя. Чуть отдышавшись и потушив обугленный рукав, Сайлас повернулся к аликорну.

— Да, Принцесса, ключи. Видите ли, Манн Ко. заключили один рекламный контракт, по которому нашим клиентам в случайном порядке совершенно бесплатно доставляются закрытые на замок ящики.

Селестия наклонила голову и подняла брови, пытаясь разобрать этот экономический ход компании. Никакой выгоды для Манн Ко. в этом случае она не видела.

— Ага, такой и была моя первая реакция на эту авантюру. В каждом ящике хранится случайный предмет из нашего магазина: всё что угодно, начиная от недельных журналов, освещающих сорта сыра, заканчивая великими и могущественными шляпами.

Селестия вздохнула:

— Ох, Сайлас, я никогда не пойму твоей чудной одержимости этими шляпами... — она захихикала, вспомнив как во время ливня она подарила ему шляпу из ее личного гардероба. Сайлас от радости подпрыгнул выше, чем это мог сделать любой пони-не-пегас.

Человек закашлялся от все еще поднимающегося из поломанного телепорта смога.

— Я вам уже рассказывал, Принцесса: на протяжении всей истории нашего рода, люди носили шляпы, чтобы показать свое превосходство над другими. "Купи шляпу," — говорит человек со шляпой, подразумевая: "Я лучше чем ты". Короче говоря, у каждого клиента Манн Ко. есть хотя бы один из этих ящиков. А большинство из решивших присоединиться к нашими премиум-сервисам останавливали свой выбор на этом... — встав на колени, он вытащил из засыпанного сажей кармана своего потрепанного пиджака сияющий золотой ключик. На одной его стороне была эмблема Манн Ко. — И тут возникает проблема: один такой ключ, предоставляемый премиум-клиентам нашим магазином может открыть сколько угодно наших запатентованных, неломающихся замков. Нам нужно было постоянно менять замки каждого ящика.

— Чтобы люди покупали новые ключи, открывали замки и доставали то, что находится внутри своих ящиков. — догадалась Селестия, цокая копытом по полу.

Сайлас кивнул:

— Именно, моя дорогая Миледи. Но тогда у нас снова возникает проблема: со временем у каждого будут ключи от всех замков. Люди перестанут покупать ключи и компания потеряет деньги. Это и есть... БЫЛО моей работой — я должен был изобретать новые штифты для тех же замков.

Сайлас небрежно бросил ключ в сторону. Звон ударившегося о пол металла был громче, чем думал изобретатель. Он извинился перед Селестией и вернулся к никак не желавшему работать телепорту.

— В конце концов, зачем нужен ключ, когда все замки уже открыты?

Мерцающий рог Селестии засиял, она магией подобрала ключ и осмотрела. Принцесса повертела его перед собой еще несколько раз, пока вдруг на ее мордочке не появилась улыбка. Ключик озарился светом, который через мгновение стал меньше, будто войдя в этот маленький кусочек золотого металла. Принцесса, довольная своей работой, повернулась к Сайласу (который пытался понять, какую часть телепорта раскорежило на этот раз) и поднесла ключ к человеку. Взяв его в руку, Сайлас почувствовал, будто что-то изменилось: ключ стал легче.

Мистер Манн вытащил из другого кармана большой навесной замок, вставил ключ в бронзовую замочную скважину и повернул. Как всегда, штифты щелкнули и дужка замка поддалась. Сайлас уже собирался одарить пони саркастическим взглядом, когда ключ в его руке треснул и упал на пол, рассыпавшись на части, словно трехмерный паззл.

Изобретатель все пялился на золотую пыль, оставшуюся на ботинках, а в его голове уже начинали щелкать свои штифты. С огромными глазами он повернулся к Богине Солнца, нацепив такую широкую улыбку, на какую только было способно лицо человека. Принцесса не дала ему выступить:

— Да, я могу показать тебе как делать все ключи такими без применения магии. — сказала она мягким, но в то же время командирским голосом.

Сайласу пришлось отказаться от желания обнять принцессу, поскольку охрана скрутила бы его на месте, так что пока ему пришлось ограничиться подпрыгиваниями.

— Хе-хе-хе-хе-хе, Йа-ХУУУУУУ!!!

__________________________________________________________

Несколько недель спустя, Сайласу больше не нужно было возиться с телепортом: двое приписанных к нему ученых случайно выяснили, что если два аликорньих рога ударить друг о друга (а Сестры часто устраивали такие фехтовальные поединки из-за скуки), то получившиеся искры могут наделить телепорт энергией. Вкупе с усовершенствованными телепортационными заклинаниями Селестии и Луны, Сайлас смог точно вывести, где он окажется после использования телепорта, чтобы больше не беспокоиться о попадании в очередную альтернативную вселенную или в какое-нибудь еще место бескрайней реальности.

И вот мерцающий фиолетовый портал с треском появился посреди зала, закручиваясь в спиральную слезу из пространства и времени. Изобретатель оглянулся и посмотрел на чудесных созданий, научивших старика многому, что касалось дружбы. Сайлас сказал, что однажды вернется в Эквестрию повидаться с приобретенными здесь друзьями. После этих слов изобретатель шагнул в портал и в вспышке исчез вместе с самой телепортационной машиной.

Луна не могла не плакать. Расставаться с друзьями всегда трудно, а ей с сестрой как бессмертным богиням всегда приходилось мириться с грустью и тоской по тем, кем они дорожили долгие годы. Но преодолеть это Луна никогда бы не смогла.

Принцесса почувствовала, как знакомое крыло укутывает ее. Посмотрев вверх, Луна увидела теплую улыбку Богини Солнца. Ни одной слезинке не было на ее безупречном лице, ставшем причиной лютой зависти тысяч и тысяч кобыл по всей Эквестрии. Луна собралась было спросить сестру, как та может быть так безразлична, когда внезапно поняла сама: Сайлас Манн пообещал однажды вернуться. А им остается только ждать.

Проходили века...