Автор рисунка: Siansaar
Глава 17. Кровь за кровь

Глава 18. Я хочу всё

Queen — I Want It All

От переводчиков: на этом месте мы бы очень хотели увидеть большую и жирную точку в этой истории. Большинство сюжетных линий логично завершены, в том числе и история прихода Фарсайта к вершине. К сожалению, автор в прологе намекнул на иную концовку, и история продолжилась. Кажется, на пятом акте история изрядно утомила создателя, и все, что было раньше — много интриг, хитрый сюжет, внезапные повороты — после 18-й вылетает в трубу и заменяется на довольно унылый и шаблонный боевик. Увы и ах. С 19-й главы и далее читайте на свой страх и риск.

«Доброе утро, дорогие слушатели, добро пожаловать на новый час музыки и развлечений на вашем любимом Радио Нью-Пегасус! Я, Мистер Нью-Пегасус, вновь веду вас сквозь тёмную ночь в утро нового дня. Этот день может быть прекрасен, может статься, что он окажется лучшим в вашей жизни — всё зависит только от вас! Что же до музыки, которая только что звучала, то это живая классика в исполнении фаворитки Новой Эквестрии, Вельвет Ремеди! Буду честен: она уже не так молода, как раньше, но её музыкальное мастерство от этого только выигрывает. Слушать Вельвет и устать от этого решительно невозможно!

Но пора бы нам прерваться на новости. Конфликт на улицах Нью-Пегасуса и Фридом Филда наконец-то затихает. Хвала богиням! Осталось ещё несколько горячих точек вокруг казино «Клопс», где всё ещё стреляют, но большая часть Стрипа под контролем робопони Фулл... То есть уже робопони Фарсайта. Прошу прощения, но я всё ещё не привык к новому положению вещей в городе. Не так-то просто привыкнуть к тому, что «Платиновой подковой» больше не управляет Фулл Хаус.

По просьбам слушателей мы попытались приподнять завесу тайны, окружающую нового владельца «Подковы» — и, похоже, теперь ещё хозяина и «Клопс». Честно говоря, много нового мы не узнали. Он впервые появился во Фридом Филде несколько месяцев назад, был советником будущего мэра и, вероятно, имеет связи в НЭР. Два месяца назад с помощью посольства Республики он купил гражданство города и с тех пор обитает в Нью-Пегасусе. Что он делал до появления во Фридом Филде — никому не известно.

И раз уж я помянул Фридом Филд, хаос и жестокость последних событий закончились после атаки на местный штаб Ферратура. Так сообщают нам свидетели событий по ту сторону стен. Наследник Семьи, Верразано Ферратура, был убит, а его войска остались деморализованы и без плана действий. Это всё, что нам пока доподлинно известно, вся остальная информация в лучшем случае обрывочна. Ходят слухи об участии Стальных Рейнджеров в конфликте, но последний раз они появлялись в Нейваде года два назад. Ещё поступала информация о спецотряде из кобылки и зебры, но все сообщения о них противоречат друг другу.

Что же до событий за пределами двух городов, то давно ожидаемое прибытие Новой Эквестрийской Республики до сих пор не состоялось. Мы не знаем, что стало причиной задержки их продвижения, но остаётся только восхвалить богинь за то, что у нас есть немного времени разобраться с внутренними делами прежде, чем они прибудут. По крайней мере положение дел в городе успокоилось достаточно, чтобы постараться убедить НЭР в отсутствии необходимости помощи извне... Хоть я и не дипломат, но надеюсь и верю, что городской совет сможет разобраться с ситуацией. Хотя, кстати говоря, где совет сейчас, когда нам нужны наши лидеры?

Я начинаю думать, что Нью-Пегасус слишком доверился своим лидерам. Много лет наши руководители были теми, кто не сдавался в самые трудные времена и был способен принять правильное решение в правильный момент. От этого мы стали слишком расслабленными, слишком доверчивыми, и когда к власти пришли гораздо худшие политики, мы не обратили внимания на их некомпетентность, чтобы отстранить их. Теперь НЭР стучится в наши двери, и остановить будто бы их некому. Дамы и господа, мы, по правде говоря, этого заслуживаем.

Да уж... Я слишком вдаюсь в политику, и лучше бы переключиться обратно на музыку. Давайте-ка поглядим что тут есть... Ага, это вам точно понравится! У меня есть короткая запись экспериментальных сессий Винил Скрэтч, абсолютно уникальная пластинка, которую щедрый торговец отдал мне за пару крышек. Он не знал, какое сокровище лежит у него в сумках, но теперь его находкой могу насладиться все желающие! И помните: вы слушаете Радио Нью-Пегасуса, и я, ваш ведущий Мистер Нью-Пегасус, вещаю на волнах вашей души...»

Наконец-то боль исчезла.

Я чувствовал себя так, будто плаваю в океане вязкой жидкости, медленно дрейфую в каком-то неизвестном направлении, а мысли в голове прокручивают все события моей жизни. Я не знал, где я, но меня это не интересовало. Это была не Пустошь, где шаг не в ту сторону чреват болью, смертью или разрушением, это был не Нью-Пегасус — гнездо радскорпионов, по ошибке названное оазисом цивилизации. Чем бы ни было это место, в нём было приятно, и мне не хотелось нарушать обретённый покой.

Во время атаки на «Бриллианты» я совсем потерял голову. Окажись Надир хоть на шаг дальше, пуля, разорвавшая мою ногу, пробила бы мне голову, и о Фарсайте остались бы одни воспоминания. А если бы не стал злорадствовать и просто выстрелил Верразано в затылок, вообще ничего не случилось бы, я был бы жив, здоров, а дела шли бы как по маслу.

Но нет, теперь это невозможно. Выстрел превратил мою заднюю ногу в кровавую кашу, разорвал шерсть, раздробил кость в порошок, а мясо превратилось в опаленные клочья. Даже если боль уймётся, ходить я уже не смогу. Завышенное самомнение сделало меня инвалидом, и хоть в лепёшку расшибись, никакая победа над Ферратура не спасёт меня от постоянного осознания своей слабости при каждом моём шаге. Хотелось рычать от гнева, но я вновь чувствовал себя не в своём теле.

Ощущение было немного забавным, и его осознание сбило меня с мыслей о злости и сожалениях. Но откуда же такое чувство полной депривации? Лечащая магия или побочный эффект какой-то химической дряни, которая держала меня под наркозом? Тут мне в голову пришла странная мысль: а что, если я умер? Потеря крови могла быть слишком велика, рана оказалась смертельной, а это ощущение лежало по ту сторону бытия?

Хотя... Верить в это у меня оснований не было. Чувства всё-таки были, хотя казались очень далёкими. Изначальное ощущение того, что я будто бы плыву в чём-то вязком, взялись не просто так: спиной я чувствовал что-то мягкое, но плотное. Может, кровать? Матрас? Помню, как Ампера приказала Надиру отнести меня в Форт... Может, я как раз в нём?

Это открытие как будто переключило что-то у меня в голове, и я наконец начал чувствовать окружающий мир отчётливее. Послышались чьи-то голоса, слегка приглушенные расстоянием, стук копыт по покрытому пылью полу. Постепенно и не без страха я возвращался в реальность. Но боли не было. Я помнил, какой сильной она была, как она впечаталась в мою память калёным железом, и теперь она должна была снова меня донимать, но нет, ничего подобного.

— Кажется, он просыпается, — послышался знакомый голос. — Сукин сын крепче, чем нам казалось.

— Говорила же, что сработает, — ответила ему кобыла. Ампера, что ли?

— Честно говоря, я такой операции ещё никогда не проводил. Ваша помощь неоценима, мэм.

— Наш орден был создан, чтобы помогать, — это точно была Ампера. — Некоторые позабыли об этом на полпути.

— Вы знаете, что... — медленно выговорил я, — что я вас слышу?

— О Богини! — другой голос, похоже, принадлежал Миксеру. Это акцент ни с чем не перепутаешь. — Наконец-то ты проснулся, чувак! Добро пожаловать обратно, мы уже думали, что потеряем тебя!

Я слегка разлепил глаза и, дав немного привыкнуть к свету, открыл их и увидел перед собой подгнивающую физиономию Миксера не далее, чем в копыте от своего лица. К счастью, обоняние пока ещё не вернулось ко мне.

— Миксер, из всех пони, которых я хотел бы увидеть после пробуждения, ты — последний, — произнёс я. — Но я не могу описать словами, насколько рад тебя видеть прямо сейчас.

— Сочту это за комплимент, чувак, — Миксер ухмыльнулся во весь свой беззубый рот. — А ты быстро оклемался. Кажись, дел у тебя хватает.

— Да, покой нам только снится, — я иронично усмехнулся. — Но вряд ли моя нога позволит мне ими заняться.

— А, да, твоя нога, — гуль замялся. — Рана была очень серьёзная. Кости практически разнесло в пыль, а коленному суставу уже вообще невозможно было помочь никакими зельями или магией.

— Догадываюсь, — я скрипнул зубами.

— Да расслабься, эта прекрасная леди нашла выход.

Я повернул голову и увидел бледно-голубое лицо Амперы с вежливой улыбкой на устах. Без рейнджерской брони она выглядела куда менее эффектно, но и без неё внушала уважение.

— Увидев, в каком состоянии твоя нога, я задумалась о механическом решении, чтобы рана тебя не беспокоила. Знаешь, когда стальной рейнджер получает раны на поле боя, он должен продолжать, пока битва на закончится. Помимо, собственно, отражения урона, броня действует как система поддержания жизни, усиливая повреждённую конечность, пока та не восстановится настолько, чтобы беспрепятственно ею пользоваться.

— Именно так, — кивнул Миксер. — Ампера решила, что подобная функция применима и в твоей ситуации. Твоя нога после такого урона неизлечима. Если оставить ситуацию как есть, тебе нужна будет помощь при простых передвижениях, а уж про бег, прыжки и драки можно забыть напрочь. Но с кое-какими улучшениями эта проблема становится решаемой.

— Посмотри на свои задние ноги, Фарсайт, — закончила Ампера.

Я повернул голову, чтобы увидеть заднюю часть туловища и увидел то, отчего у меня перехватило дыхание. Обе мои задние ноги больше не были мягкими и и покрытыми шерстью, а сверкали холодным металлом, хоть и похожим на цвет моей шкуры, но не полностью. Выглядело стильно: пластины-шестигранники как чешуйки складывались в узор, который спускался от моего крупа к копытам.

— Что... Что вы сделали с моими ногами? — возопил я.

— Ничего не сделали! — успокоил Миксер. — Ноги со всеми костями, мышцами и прочим на месте просто покрыты имплантами.

— Мне больше нравится термин «аугментации», — поправила Ампера. — Технически это не импланты, поскольку живая конечность всё ещё на месте. Мы переплели кости стальным каркасом, а сочленения приводятся в движение серводвигателями, которые работают совместно с матрицей заклинаний, разработанной специально для того, чтобы отвести напряжение от конечностей и придать им дополнительное усилие в случае необходимости.

— Но ведь одна нога была в полном порядке... Зачем её надо было аугментировать?

— Установка устройства только в одну ногу нарушила бы баланс. Получилось бы так, будто твоя здоровая нога атрофировалась и ослабла. В итоге вреда было бы больше, чем пользы. А с улучшением обеих конечностей проблема разбалансировки решается.

— А баланс между передом и задом туловища?

— Думаю, это уже не проблема. Задние ноги всегда сильнее передних. Природа заложила в них возможность лягаться в случае опасности. Так что чуть больше силы в них проблем не вызовет. Но если это будет причинять дискомфорт, зайди ко мне, и я постараюсь придумать что-нибудь и для этой проблемы.

Я вздохнул, осознав, сколько всего экс-рейнджер сделала для меня в последнее время. От нее зависел успех миссии, а теперь она дала мне второй шанс, починив мое изрядно потрепанное тело. Несмотря на не самое удачное начало знакомства, я понял, что очень ценю Амперу. Она была преисполнена благородства, хотя мир вокруг неё к нему не всегда располагал.

— Спасибо тебе, Ампера. Ты меня с того света вытащила.

— Не за что, — Ампера махнула копытом. — В конце концов, это именно ты дал Фридом Филду возможность расти и развиваться. Считай это благодарностью за твои старания.

— Ну, раз так, то ладно. Ампера, а откуда ты взяла расходные материалы?

— Когда я покинула орден, я постаралась сделать так, чтобы они пожалели, что выгнали меня, — хихикнула Ампера. — Утащила что могла со склада снабжения местного контингента рейнджеров, а остальное разгромила, оставив их на растерзание рейдерам. Думаю, они сумели протянуть... ну, где-то с неделю.

— Напомни мне никогда не выводить тебя из себя.

— Если ты достаточно умён, ты не станешь, — бывшая рейнджер мотнула головой. — Что ж, раз ты уже пришёл в себя, я отправлюсь на починку Тесла Бара. Идиоты из армии Ферратура во время своего пребывания там вели себя не самым лучшим образом.

Она вышла из палатки, напевая какую-то мелодию, а Миксер пошёл проверить графики и показатели. Затем повернулся и присвистнул.

— Хороша кобылка, а, чувак? — промямлил Миксер. — Надо сказать, что когда она заявилась с этими железяками, в которые мы завернули твою ногу, меня терзали смутные сомнения, но она и слушать не стала. А в итоге все вышло пучком.

— Надеюсь...

— Надежда — всё, что у нас есть, чувак. А остальное так, ерунда. А теперь подними-ка свой ленивый хвост и спусти копыта на землю. Пора проверить твоё чудо техники в деле!

Я кивнул и осторожно сполз с кровати, с любопытством уставившись на копыта. Сработают механизмы или же я повалюсь лицом в пол? Боли не было, и да, возможно, это был эффект матрицы заклинаний, но я всё ещё опасался, что сломанная нога не выдержит веса всего тела даже с помощью аугментаций.

— Да ладно тебе! — подбодрил Миксер. — Поверь, всё нормально!

Я вздохнул и оторвался от кровати... и обнаружил, что твёрдо стою на всех четырёх конечностях! Механизмы Амперы работали как надо, и сломанная нога не вызывала проблем. Я аккуратно прошёлся взад-вперёд, почувствовал, что держусь крепко и не устоял перед соблазном слегка подпрыгнуть.

— Твою мать, это просто фантастика! — восторженно воскликнул я.

— Так и есть, — кивнул гуль. — Но без фанатизма вроде прыжков с крыши.

— Я что, похож на идиота? — усмехнулся я, скептически приподняв бровь.

— Просто предупреждаю, чувак. Я дури на своём веку повидал выше крыши.

— Да уж, — улыбнулся я. — Слушай, Миксер, сколько я был в отключке?

— Хм, дня два. Да, около того.

— Два дня? Что случилось с НЭР? Они здесь?

— Нет, пока что. Это странно, — Миксер почесал подбородок, и из его гнилой кожи посыпалась пыль. — Если верить радио, они должны были быть ещё вчера. Без понятия, что с ними могло статься.

— Ясно. Спасибо, Миксер, — я взял свой костюм и быстро натянул на себя. — Думаю, дальше сам справлюсь.

— Ага, удачи тебе, Фарсайт, хотя её у тебя и так навалом.

***

— ФАРСАЙТ!!!

То, что я морально подготовился, не отменяло внезапности. Роуз налетела на меня и заключила в объятья, как только я вышел из палатки. Потёки на её лице наводили на мысль, что она совсем недавно плакала, и скорее всего не от радости. Я обнял её и похлопал по спине, пытаясь успокоить. Сколько всего с ней могло произойти, пока я был без сознания?

— Фарсайт, ты в порядке... — всхлипнула кобылка.

— Меня немного потрепало, но в целом я в норме, — прошептал я.

— Но твоя нога... Я думала, ты больше не сможешь ходить.

— Я тоже. Но мы забыли принять во внимание конструкторские способности Амперы, — улыбнулся я. — Именно она сумела меня подлатать.

— Подлатать? — Роуз удивилась. — Как подлатать?

— Посмотри на мои ноги, Роуз. Видишь кое-что новое?

— Нет, они... СЕЛЕСТИЯ! — взвизгнула Роуз. — Что с ними?

— Они никуда не делись. Ампера установила набор аугментаций под управлением общей матрицы заклинаний. Что-то похожее на то, что используется в броне Стальных Рейнджеров. Эти аугментации поддерживают меня и помогают стоять и ходить.

— Круто! — Роуз обошла меня кругом и посмотрела внимательнее. — Такие блестящие и мощные...

— Спасибо Ампере, что покрасила их в голубой. На первый взгляд они незаметны.

— Они чуточку светлее твоей шерсти, любой, у кого всё в порядке со зрением, заметит разницу.

— Ну и ладно. Я не хочу выглядеть так, будто стесняюсь.

— Конечно, — улыбнулась Роуз. — Как ты в целом?

— Пришлось нелегко, но уже нормально. Медики свою работу сделали, а теперь пора заняться своими делами. Отдохнуть мы сможем ещё нескоро.

— О, опять в голове вертятся хитрые планы? Только что чуть инвалидом не стал, и вот снова!

— Да, знаю... — согласился я. — Но кое-кто склонен к пониманию гораздо меньше тебя.

— Фарсайт, пони из НЭР ещё не прибыли, а Ферратура загнаны в «Клопс», — укоризненно произнесла Роуз. — Дела под контролем, а ты уже вернулся к нам и вместе мы сможем разгрести эту кучу. Может, передохнёшь хоть чуть-чуть?

— Ух, ладно, — сдался я. — Как ты тут? Мне очень стыдно, что я не спросил тебя об этом сразу, извини.

— Ну, ты хотя бы признаёшь это, — улыбнулась кобылка. — Бывали и лучшие времена, я за тебя очень волновалась, а Миксер поначалу был ни в чём не уверен. Ты был в таком плохом состоянии, что он долго ломал голову над тем, что делать с твоей ногой. Потом пришла Ампера, и они скрылись в операционной палатке. Меня внутрь не пустили, так что пришлось сидеть у входа всю ночь, пока они не сказали, что твоё состояние стабилизировалось.

— Прости, Роуз, прости, — я почувствовал, как по моей шерсти стекает слеза. Только теперь я почувствовал, как стресс, через который мы прошли, отпускает меня.

— Ничего, Фарсайт, — Роуз снова обняла меня. — Ты в порядке, и это главное.

— Спасибо тебе, Роуз, — я тоже сжал её в объятиях. — Не знаю, что бы я делал без тебя.

— Да ладно, — улыбнулась она.

— Слушай, Роуз, а куда делась НЭР?

— Думаю, их отрезал от нас очередной шторм из Разлома. Им пришлось отойти в Нобак.

— Нам удалось выиграть немного времени.

— Фарсайт!

— Ой, извини.

— У меня есть идея. Пошли пообедаем, а потом уже обсудим всё, что тебе захочется. Только без твоих вечных интриг, пока не поедим!

— Идёт, — кивнул я.

Мы вышли из Форта и побрели по главной улице Фридом Филда к «ЛеГранд», ресторану, в котором мы с Ди и Метроном когда-то спланировали приход Струнников к власти. Теперь за столиками внутри сидели самые разные пони, кто с Пустоши, кто из Нью-Пегасуса, которые высыпали на улицу, чтобы отпраздновать победу. Вслед нам повернулось несколько голов, и не в последнюю очередь их внимание привлекли мои новые конечности.

— Я чувствую себя неловко, когда на меня все смотрят, — смутился я.

— Привыкнут, — беззаботно отозвалась Роуз. — Даже я — твоя подруга — обалдела, что уж говорить о незнакомых пони? Киборги тут не каждый день ходят.

— Да, пожалуй, — улыбнулась я. — Что возьмём?

— Не знаю. Ты тут уже бывал, выбирай.

— Ну тогда стейк из гекко. В тот раз он был неплох.

Роуз кивнула и позвала официанта, который принял заказ и удалился на кухню. Кобылка радостно смотрела на меня, но в её взгляде было что-то недетское. Я удивился тому, насколько она повзрослела с тех пор, как мы встретились. Да, скоро она станет кобылой что надо, такие друзья в Пустоши редко встречаются. Мне очень повезло с ней.

— Да уж, сколько всего мы пережили, а? — засмеялась она.

— Это точно... Прогулка выдалась не из лёгких, — согласился я. — Но, быв никем, мы стали всем.

— Ты был бродягой-мусорщиком, а я беззащитной кобылкой. Может, это судьба?

— Можешь звать это судьбой, — я прервался, когда официант принёс еду. — Можешь звать шансом. Удачей. Да весь этот город вырос на одной концепции шансов и удач. Не удивлюсь, если именно они вместе направляли нас.

— Да, наверное, — Роуз откусила кусочек стейка. — Но мне кажется, судьба здесь тоже замешана. Какая-нибудь высшая сила, которая направляет пони... Я от этого начинаю думать о всём, что произошло в моей жизни и причинах, которые за этим всем стоят... О цели, смысле.

— Мне вообще вся эта философия с судьбой не нравится, — я тоже сделал паузу, смакуя мясо. — С ней можно считать, что ты беспомощен перед всем, что происходит, особенно перед неприятностями. Мне что, было предначертано получить пинок под зад из Стойла? Или сделать все, что я делал после выхода на поверхность? Нет, это мне не нравится отсутствием свободы выбора. Конечно, есть законы мироздания, без которых мир не будет существовать, но остальное определяют наши мысли, поступки и немножечко случайностей.

— А тебе не кажется, что тогда жизнь становится бессмысленной?

— Бессмысленной? — улыбнулся я. — Нет, конечно. Смысл жизни в том, что ты с ней делаешь. Когда меня выгнали из Стойла, я мог бы плакать, кричать и стучаться обратно, мог лечь и помереть прямо в туннеле, но принял другое решение. Я мог бы уйти из Нью-Пегасуса и искать счастья в Пустоши, но решил остаться. Это мы делаем себя теми, кто мы есть, а не какая-то высшая сила!

— А вся боль тогда от чего? Тоже сами себе причиняем? Твоя нога, Штука... это всё твоя вина, получается?

— Я в какой-то мере несу ответственность, но это не целиком моя вина. Все совершают ошибки, и у многих ошибок есть последствия. Глядя на них, нужно учиться и не совершать этих же ошибок в будущем. А как насчёт Пустоши? Она так и была запланирована волей судьбы?

— Не знаю, — Роуз отвела взгляд.

— Роуз, я не осуждаю тебя и не собираюсь заставлять принять иную точку зрения. Просто думай сама за себя. Если хочешь верить в судьбу — верь, несмотря на то, что говорят другие.

— Я... Я не знаю, должно ли все было закончиться именно так, — неуверенно произнесла кобылка. — Но если это значит, что кто-то осознанно решил нажать на кнопку запуска, лучше бы это была судьба.

— Ты не принимаешь в рассчёт одну вещь, — я наконец расправился со стейком. — Мы предполагаем, что пони принимают решения полностью взвесив все варианты и понимая, какими будут последствия решений. На самом деле мы и понятия не имеем, куда нас заведёт та или иная тропинка. Думаю, пони и зебры мало понимали, какую силу они имеют. Поэтому... это тоже ошибка. Ужаснейшая ошибка с катастрофическими последствиями. А нам предстоит вынести что-то из главной ошибка старого мира и никогда больше такого не повторять.

— Я понимаю, — кивнула Роуз, — но...

— Так-так, кто это тут у нас! — из-за моей спины громыхнул голос Надира, отчего я аж подскочил на стуле.

— Твою мать, Надир, ты же знаешь, что я терпеть не могу, когда ко мне кто-то подкрадывается!

— Извиняй, бро! — Надир похлопал меня по спине, и я увидел вежливо улыбающуюся Ди позади него. — Рады видеть тебя на всех четырёх... А чё это такое вообще?

— Рецепт лечения больных ног от Амперы. Эти металлические штуки поддерживают меня. Вообще, с ними очень классно.

— И они, э-э-э, не болят, не чешутся и всё такое?

— Точно не в моём случае, — пожал плечами я. — Спасибо, что вытащил меня. Я крепко тебе задолжал.

Надир махнул копытом в ответ на это; Ди только неловко улыбнулась на такой уверенный ответ.

— Надир рассказал мне, что случилось в «Бриллиантах», — произнесла Ди, вместе с Надиром подсаживаясь к нам. — Я очень беспокоилась, особенно после того, что случилось с Метроном.

— Как она? — спросил я.

— Умерла прошлой ночью, — понурилась Ди. — Я сидела рядом с ней до самого утра и рыдала, как маленькая кобылка... Она была мне как сестра.

— Мне очень жаль, Ди, — склонил голову и я. — Правда жаль.

— Все что-то потеряли на этой войне, Фарсайт. Единственное, что радует — мы победили.

— Верразано мёртв, Дельвион и Новалис осаждены в «Клопс». Скоро всё будет кончено.

— Что с НЭР? — спросил Надир.

— Будут тут с минуты на минуту. Я хотела успеть чего-нибудь перекусить перед встречей с ними, но раз ты уже пришёл в сознание, я думаю, что нам лучше пойти вдвоём.

— Согласен, — кивнул я. — Нужно дать им понять, что мы действуем вместе и все старые распри закончились. Я надеюсь, что им будет этого достаточно, и они оставят нас в покое.

— Надеюсь. Давай не будем терять времени, — Ди повернулась к выходу. — Идем?

— Идём, — ответил я и вслед за Ди Клефф вышел из ресторана.

***

Новая Эквестрийская Республика любила продемонстрировать силу. Во всяком случае, по прибытии в Нью-Пегасус они устроили хорошее шоу. Большие фургоны с символикой армии НЭР, целый отряд элитных сил спецназа в тяжёлой броне, марширующих в такт, флаги и вымпелы с красно-бело-чёрной эмблемой Республики реяли в воздухе пустыни, а к вратам Фридом Филда приближалась масса, ощетинившаяся штыками и стволами. Встречали её лишь мы двое.

Отряды пехоты выстроились в три ряда, и из хвоста колонны подъехала роскошная повозка. Военные машины разъехались, окружив и нас, и солдат кругом. Из кареты выбралась персикового цвета кобыла в чёрном костюме с шевроном НЭР и кудрявой розово-голубой гривой. Она выглядела смутно знакомой. Позади неё с выражением крайнего презрения на лице двигался исполосованный шрамами жеребец в силовой броне. Этого я узнал сразу: Стоунтри.

— Похоже, НЭР любит покрасоваться своими войсками, — шепнула Ди.

— Это точно, — кивнул в ответ я. — С психологической точки зрения, это должно производить ошеломляющий эффект на противника, но мне как-то без разницы. У нас есть свои козыри в рукаве, правда?

— Есть, но не переоценивай наши силы. Мы не знаем, как они отреагируют.

Кобыла с хмурым лицом подошла к нам. Мы вежливо ждали её в шаге от ворот. Такая сила против нас двоих обескураживала, даже при условии, что наше оружие было при нас.

— Добро пожаловать в Нью-Пегасус, — широко улыбнулся я, когда представительница НЭР подошла ближе. — Вам определённо удалось произвести на нас впечатление, и мне даже жаль, что эту встречу не видит никто, кроме нас. Если бы я знал, что вы проведёте такой парад, я бы организовал торжественную встречу на глазах у жителей города.

Стоунтри взорвался и в ярости подскочил ко мне.

— Ты, кусок говна! — взвыл он. — Я не потерплю такого неуважения!

Кобыла наградила его леденящим душу взглядом, от которого Стоунтри застыл на месте. Офицер отошёл к своему месту, но лицо его всё ещё было красным от негодования от моего обращения к таинственной кобыле.

— Временами Стоунтри несколько резок, — произнесла она высоким, мелодичным и преисполненным грации, хоть и не без определённой твёрдости голосом. — Он посвятил всю жизнь службе в армии и не имеет должной тактичности для таких переговоров. Здесь он выступает только в качестве моего телохранителя.

— Понял, спасибо, — мирно кивнул я. — Смею заверить, я не хотел обидеть кого-либо своим приветствием. Такая слаженность действий восхитила бы каждого. Но мне хотелось бы узнать, с кем имею честь разговаривать.

Кобыла ехидно усмехнулась и произнесла:

— Я — Пралине ди Бон-Бон, президент Новой Эквестрийской Республики. А вы?

— Это Ди Клефф, избранный мэр вольного города Фридом Филд, — Ди изящно кивнула. — А меня зовут Фарсайт, и я де-факто являюсь лидером Нью-Пегасуса.

— Ты — лидер Нью-Пегасуса? Хватит паясничать! — гавкнул Стоунтри.

Памятуя, как ко мне относится Стоунтри, а теперь учитывая и то, как Пралине пришлось его одёрнуть, я подумал, что его взрывы — это неплохая возможность дискредитировать его. Так мы отыграем ещё одно очко на переговорах.

— Капитан Стоунтри...

— Генерал! Теперь уже генерал Стоунтри! — перебил он. — Я начальник штаба армии НЭР, так что давай-ка побольше уважения, сукин ты сын.

— Стоунтри... — простонала Пралине.

— Хорошо, генерал Стоунтри, — иронично усмехнулся я. — Вы должны были заметить, что в последнее время многое изменилось, и мне кажется, что вы отстали от новостей Нейвады, иначе не отреагировали бы на мою новую должность таким образом.

— Должность, говоришь... Ты опять дуришь Республику, вот что, парень, — выплюнул Стоунтри.

— Похоже, вы уже успели провести немало времени в обществе друг друга, — вмешалась Пралине. — Не посвятите ли меня в подробности, Стоунтри?

— Мисс президент, сейчас неподходящее время, — замялся Стоунтри. — Я предоставлю вам полный отчёт по возвращении на базу.

— Я хочу узнать прямо сейчас, — тон Пралине не терпел возражений, но Стоунтри колебался.

— Прошу прощения, мэм, — я поспешил перехватить инициативу. — Подробностей там не много. Несколько месяцев назад я работал на НЭР как свободный агент и получал команды от вице-президента Харпсонг Хартстрингс, в результате которых мы провели несколько секретных операций на всей территории Нейвады. Во это время мы несколько раз встречались.

— И, кажется, не слишком-то поладили? — подняла бровь Пралине.

— Да, не очень. Полагаю, Стоунтри не одобрил теневой подход вице-президента к расширению территорий. Правда, тут я не многое могу сказать, в то время я занимался тем, для чего меня наняли.

— Понятно. Что ж, как я уже сказала, Стоунтри недостаёт такта для подобных ситуаций. Зато в силовых операциях он непревзойдён, но это уже совсем другое.

— Не могу с вами не согласиться, мисс президент.

— Мисс Клефф, — Пралине обратилась к Ди, — поздравляю вас с недавним вступлением в должность лидера города.

— Благодарю, президент, — холодно отозвалась Ди.

— Всегда к вашим услугам, — Пралине изобразила вежливую улыбку. — Раз уж с приветствиями закончили, давайте перейдём ближе к делу.

— Да, конечно, — поддержал я.

— Думаю, вы догадываетесь, почему мы здесь, — Пралине смерила меня холодным взглядом.

— Конечно, ситуация с нашим конфликтом весьма печальная. Но я исключительно рад сообщить, что он закончен. Осталось ещё несколько очагов сопротивления, но большая часть боевиков уничтожена либо сдалась в плен. Скоро жизнь в городе вернётся в мирное русло.

— Это приятное известие, но собственность Республики пострадала во время боёв. Наш верховный владыка не потерпит таких нарушений.

— Верховный владыка? — прищурился я. — Я думал, президент — вы.

— Президент — я, но я отвечаю перед высшей властью. Я являюсь главой правительства НЭР, но главой государства считается владыка.

— И что ваш владыка думает о независимости Нью-Пегасуса?

— Наш владыка не занимается такими земными вопросами. Для это существует моя должность. Однако, если благосостояние Республики находится под угрозой, владыка реагирует быстро.

— В таком случае передайте владыке мои глубочайшие извинения и заверения в том, что власти Нью-Пегасуса работают над проблемой. Во внешнем вмешательстве нет никакой нужды.

— Так считаете вы, но не владыка, — заметила Пралине.

— А как считаете вы, мисс Президент? Вы можете думать за себя, или же ваш верховный владыка диктует вам свою волю? — спросил я, несколько разозлившись на её неуёмный фанатизм.

— Конечно, у меня есть определённые мысли на этот счёт, — улыбнулась она. — Однако субординации никто не отменял, и я всецело ей подчиняюсь.

— Президент Пралине, ваши потери уже отмщены. Остатки сил Ферратура загнаны в угол. Посольство НЭР находится под особой охраной, и все его работники, в том числе и посол Мерри Филдс, целы и невредимы.

— Тогда почему она не здесь? — поинтересовалась Пралине.

— Мисс президент, — мягко вмешалась Ди, — посол, как и большая часть остальных пони в городе, занята восстановлением после нападения. Обстановка в городе безопасная, но всем нужно оценить ущерб и заняться его устранением.

— Республика не может в полной мере доверять городу, который заявляет о своей цивилизованности, а затем превращается в гнездо хаоса и анархии. Владыка требует, чтобы НЭР взяла на себя ответственность за поддержание общественной безопасности в Нью-Пегасусе и Фридом Филде.

— Вам известно, что на это мы не пойдём. Наша независимость для нас превыше всего, и вы в соглашениях о сотрудничестве подтвердили это.

— Я не забыла о соглашениях, но обстановка изменилась, — нахмурилась Пралине. — Агрессия против НЭР не может остаться безнаказанной.

— Безнаказанной? — спросил я с неподдельным удивлением. — Как мы уже говорили, все причастные к нападению на Республику были устранены или находятся под стражей.

— Это нисколько не умаляет наше желание действовать, — Пралине, похоже, не была настроена торговаться.

Я обдумывал варианты. В рамках переговоров ещё было место для манёвра. Пралине говорила как фанатик, и её можно было подтолкнуть к чему-нибудь нужному. Кем бы ни был этот владыка, он… или она… влиял на подчинённых аки божество и превращал их в стрёмных марионеток. Неужели НЭР на деле была теократией, в которой любое мнение должно совпадать со мнением владыки? Нет, вряд ли. Что-то тут неладно. Да и если бы все граждане Республики знали о владыке, то почему до сих пор ни разу не упомянули?

Правда, кем бы этот владыка ни был, это не отменяло факта того, что перед нами была развёрнута готовая к действию армия. НЭР твёрдо решила либо принудить нас к согласию, либо установить его силой. Войны с таким мощным противником мы не могли себе позволить, особенно после недавнего потрясения. Что ж, рискованно, но оставалось только попробовать блёф.

— Лучше бы вам ещё раз серьёзно всё обдумать, — холодно произнёс я. — Мы можем доставить вам больше хлопот, чем вы себе представляете.

— Серьёзно? — натянуто улыбнулась Пралине. — Думаете, я поверю этой браваде? У вас же ничего нет, кроме полуразрушенного города, который ещё отстраивать и отстраивать, а вы угрожаете Республике? Вы на армию нашу посмотрите! И это только авангард, основные силы ждут у Разлома. Одно моё слово — и ваше время резко станет короче.

— Вы так в этом уверены? — я придал голосу спокойствие. — Да, конечно, военная мощь на вашей стороне, но ваши интересы за пределами Нейвады и дамбы Хуфера я прекрасно помню. Начнёте войну — на ваши караваны начнётся охота и грабёж.

— Мы всё равно вас уничтожим, — президент стиснула челюсти.

— Да, наверное. Зато ваши отряды в дальних уголках Пустоши будут страдать от нехватки пищи и боеприпасов. Умрут сотни. Вы готовы обменять их жизни на наши, президент Пралине? Найдёте оправдание напрасной жертве ваших граждан?

— Мисс президент... — подал голос Стоунтри.

— Что, Стоунтри?

— Разрешите высказаться, — генерал выглядел обеспокоенным. — Как бы Фарсайт ни был мне противен, он прав в вопросе наших путей снабжения в Нейваде. Они могут легко перехватить наши караваны.

— И что это должно значить, Стоунтри?

— Будет неразумно начинать войну, обеспечивая себе практически неотвратимую потерю снабжения армий. Если мы нападём на Нью-Пегасус, все караваны придётся пустить на север, через горы.

— Через горы?! — рявкнула Пралине. — Вы знаете, как это далеко от Разлома? И перевалы там смертельно опасные!

— Поэтому мы пользуемся Разломом. Однако конфликт с городом сделает наш текущий маршрут ещё опаснее.

— Мисс Пралине, если позволите... — улыбнулся я. Агрессивный подход лишил их уверенности. А теперь посмотрим, что будет, если спрятать большую дубинку и просто говорить мягко. — Не вижу смысла начинать конфликт, от которого что-то потеряют все. Нам нужна независимость, а вы хотите безопасности ваших путей снабжения. Текущий статус-кво всё это обеспечивает. Зачем что-то менять?

— Никто не смеет просто так брать и нападать на Республику! — опять заорала Пралине.

— Вновь заверяю вас, мисс президент, что пони, стоявшие за этим достойным презрения актом агрессии, потерпели поражение. Мы клянёмся уважать республиканские делегации на нашей территории, а также обеспечивать безопасность караванов вокруг стен города. Взамен просим вас не вмешиваться и также поддерживать достигнутое равновесие. Вас это устраивает?

Пралине колебалась. Неуёмный фанатизм мешал ей увидеть, что лучшим выходом будет повернуться и уйти, оставив всё как есть. Зато Стоунтри осознавал зыбкость положения своей армии в Нейваде, но ему нужно было пересилить вражду ко мне и успокоить вышедшую из себя главу правительства.

— Мисс президент, при всей своей нелюбви к Фарсайту я считаю, что его предложение лучше всего соответствует интересам Республики. Предлагаю отвести войска и продолжать наблюдение за городом. Вместе с этим можно поискать другие маршруты снабжения войск.

— Поняла вас, — раздражённо ответила Пралине. — Пока что отходим. Помните: мы будем следить за вами.

— Войска, отходим! — гаркнул Стоунтри.

Военная машина НЭР вновь пришла в движение, но уже в противоположном направлении. Войско уходили от ворот города. Пралине и Стоунтри обменялись несколькими фразами, которые я не разобрал. Когда знамёна, солдаты и техника стали уменьшаться и исчезать вдали, я позволил себе перевести дыхание.

— Это было близко, — произнесла Ди.

— Да, — ответил я. — Не могу поверить, что нам удалось их переубедить. Хотя ещё сложнее поверить, что во главе НЭР стоит такая упрямая кобыла.

— Этот её владыка. Это что-то из области религии?

— Без понятия, — я пожал плечами. — Но похоже на то. Тогда Республика выглядит ещё опаснее. Нужно быть ещё более осторожными с ними. Есть одна идея.

— Ну давай.

— Нам лучше быть вместе, чтобы все видели, что мы готовы дать достойный отпор всем, кто посягнёт на город. Предлагаю снести внутреннюю стену.

— Серьёзно? А как оба города будут жить без чёткой границы?

— Не будет двух городов. Сделаем объединённую метрополию Нью-Пегасуса и Фридом Филда.

— Любишь же ты пафосные названия... — улыбнулась Ди. — Как ты это провернёшь? Сразу говорю, что если хочешь сместить меня, я не позволю. Я хочу свою долю власти.

— Я знаю, что хочешь. Думаю, нам стоит сменить состав городского совета. Я, ты, Роуз, Надир, Сэддл и Ампера. Вшестером справимся со всеми потенциальными угрозами.

— А ты, значит, будешь главным, так? — усиехнулась Ди.

— Это нужно будет обсудить. Я не люблю привлекать к себе лишнего внимания и стоять на витрине. Эту роль лучше взять на себя Роуз, она очень харизматична и наверняка всем полюбится. Как думаешь?

— Я ещё с детства мечтала жить в Нью-Пегасусе. Конечно, за долгие годы я успела понять, как выжить и добиться успеха и во Фридом Филде, но всё равно идея стать полноценным гражданином города очень соблазнительна...

— Поверь, у меня те же чувства. Я столько смотрел на эти огни снаружи, что хочу покончить с этой несправедливостью. Сейчас у меня появилась возможность это сделать. Ты согласна?

— Согласна. После всего, через что мы прошли, я не думаю, что ты настолько обнаглел или отупел, чтобы меня дурачить. По копытам.

— Шикарно, — улыбнулся я. — Пойдём-ка внутрь. Неуютно торчать посреди пустоши без привычного снаряжения. Кто его знает, кто к нам ещё может пожаловать.

***

Новости об отходе НЭР уже расползлись по городу как пожар. Все высыпали на улицы праздновать исчезновение угрозы оккупации Республикой. Конечно, никто ещё не знал, чьими стараниями это было обеспечено, но очень скоро наши с Ди имена будут на слуху у каждого. К этому моменту я надеялся разобраться со всеми вопросами в «Клопс».

Несмотря на это, я всё равно направился в свой кабинет на вершине Шпиля. Во-первых, мне нужен был отдых после напряжённых переговоров. Во-вторых, проще всего узнать, как обстоят дела, можно было с помощью мониторной сети Фулл Хауса. Выведя на экран позиции роботов, я узнаю, как идёт осада казино Ферратура, и приму дальнейшие решения.

В «Платиновой подкове» я первым делом принял душ и сменил одежду. Если повезёт, у Фулл Хауса размер одежды будет тот же, что и у меня, а если нет — придётся отнести всё это к портному и перешить. Наконец-то эти горы одежды перестанут пылиться в шкафах. Но когда я вошёл в гостиную, меня чуть кондратий не хватил.

У окна стоял старый жеребец. Его лицо было покрыто морщинами, а глаза выдавали усталость от груза, возложенного судьбой на его плечи. Серый плащ поверх бежевого костюма — одет стильно. Одежда идеально сочеталась с гривой тёмно-зелёного цвета с белыми полосками. На спине у жеребца была смонтирована система, которая поддерживала его тросточками, если ноги ослабевали.

— Знаешь, всегда было интересно посмотреть, какой мир с высоты этой башни, — произнёс он, будто бы находясь не в своём уме, хотя он знал, что я внимательно слушаю.

— Кто вы и как попали в мой офис? — спросил я.

— Сынок, на входе не было никого, так что я просто открыл двери и вошёл, — он слегка пожал плечами, насколько ему позволяли силы. — Если озабочен сохранностью своей личной жизни, потрудись в следующий раз дверь запереть. А первый вопрос... Да ты и сам догадаешься.

— Новалис Ферратура, верно?

— Верно, сынок, — кивнул он.

— Как вы выбрались из «Клопс»? — удивился я.

— А кто сказал, что я вообще там был? — засмеялся он. — Ты же не видел меня вместе с Верразано и Дельвионом?

— Нет, не видел.

— Ты и не мог. Меня там не было. Я выселился из казино в тот же день, в который передал дела своим наследникам. А с тех пор предпочитаю жить инкогнито.

— Понятно. Что привело вас сюда, Новалис? Вы хотите отомстить за сына?

— Друг мой молодой, разве я похож на пони, который ещё в состоянии за что-то мстить? — спокойно улыбнулся он. — Наверное, твои хитрые планы довели тебя до паранойи больше, чем я того ожидал, Фарсайт.

— Осторожность никогда не помешает, особенно в неспокойное время.

— Да, сынок, это аксиома жизни в этом городе, — согласился Новалис. — Не думай, что я пришёл сюда мстить. Мой сын Верразано сделал свой выбор и заплатил сполна. Мир жесток, и сколько бы овечьих шкур ни натягивали, всё равно все вокруг — голодные волки. Я пытался научить его быть осторожным и не полагаться на силу, но не смог пробиться через его толстую башку.

— Горько звучит.

— Горько и есть. Верразано опозорил всю семью. Я посвятил всю жизнь мирному сосуществованию, а он при первых признаках угрозы развязал настоящую войну, которая перекинулась на Фридом Филд и чуть не позволила НЭР проглотить нас. Если это произойдёт...

— Не произойдёт. Он мёртв, а Республика отводит войска к Разлому.

— Знаю. Слышал по радио. Поздравляю с победой на переговорах. Не знаю, что ты им говорил, но ты сумел сохранить Нью-Пегасус таким, каким мы его знали.

— Надеюсь, по радио не сильно много разболтали?

— Нет, будь спокоен, — засмеялся Новалис. — У меня просто есть свои источники, и они, как и ты, стараются не подставляться.

— Неожиданность это сильное преимущество, вы знаете это, Новалис.

— Естественно.

— Да уж... — я улыбнулся. Новалис действительно был обаятелен. Как и говорил Брасс Бэдж, он был истинным джентльпони, как будто выдернутым из старого цивилизованного мира. — Могу предложить что-нибудь выпить?

— Нет, не беспокойся. Я пришёл поговорить, а потом уйду.

— Хорошо. Давайте говорить, — я смотрел ему в глаза. — Что вы хотите узнать?

— Мне интересно, какие у тебя планы, Фарсайт.

— Какие планы? — я засмеялся. — Не слишком-то умно будет раскрывать их врагу, правда?

— Нет-нет, я имею в виду не твои сиюминутные планы. Я знаю, что мой сын обречён на поражение, а городом править будешь ты. Я, как предыдущий правитель, хочу узнать, как ты планируешь распорядиться судьбой города и пони, в нём живущих. 

— М-м-м... Естественно, мне нужно, чтобы город рос и дальше. Снаружи есть силы, которые с радостью прибрали бы нас к копытам, и я постараюсь любой ценой сохранить независимость.

— Любой ценой? — спросил Новалис. — Даже если это будет стоить жизни его гражданам?

— Это решать уже самим гражданам. Но сама ситуация, в которой нужно выбирать между городом и жителями, выглядит как серьёзная ошибка.

— Удивлён, Фарсайт, — улыбнулся Ферратура. — Я-то думал, что ты очередно жадный до власти эгоист, но всё-таки тебя интересует что-то, кроме своей персоны.

— Нет, Новалис, я действительно эгоистичен и проделал всё это для своего же блага. Но ни один правитель не продержиться долго без поддержки народа.

— Что ж, очень честно с твоей стороны.

— Не вижу смысла что-то утаивать. Как вы сказали, правитель теперь я. Не будем тратить время на ненужные выдумки, да и мне кажется, что при наших с вами способностях это ещё и просто глупо.

— Не слишком-то политкорректно, — усмехнулся Новалис. — Хотя меня в твоём возрасте политкорректность тоже не волновала.

— Я не всегда такой, — пожал плечам я. — Смотря к кому, когда и где обращаюсь. Пару раз мне крепко досталось, и после этого я понял, что иногда лучше прикусить свой длинный язык и подумать, прежде чем что-то ляпнуть.

Новалис кивнул.

— Я никогда не думал с такой позиции, но в целом ты, пожалуй, прав. Фарсайт, ты мне нравишься. Ты похож на разумного и осторожного пони, но с чёткими целями и большим запасом решительности, и не раз это доказал. Я знаю, что с тобой сделали Верразано и Дельвион, но ты сумел обратить ситуацию в свою пользу и прикончить одного, загнав другого в угол. Если ты дальше будешь держаться своих принципов, станешь хорошим лидером.

— Спасибо на добром слове, Новалис. Честно говоря, от вас я ждал гораздо большей неприязни.

— Да что там, какая неприязнь... к тебе, по крайней мере. Если кого и стоит винить за гибель семьи Ферратура, так это моих детишек. Ты только поставил их на место, да еще и увидел, что Фулл Хаус умеет только блефовать.

— Если смотреть на это с такой стороны, то да. Мы все были за одним столом, а мне лишь попались хорошие карты. Но к чему это всё? Я сомневаюсь, что вы пришли сюда просто поболтать со своим преемником.

— Хотел убедиться, что город в надёжных копытах, — во взгляде Новалиса мелькнула грусть. — Для меня Нью-Пегасус как ребёнок, которого я вырастил и которому помог найти себя в этом мире. Я чувствую себя лично ответственным за его благополучие, и главное моё желание — остаться в памяти потомков как пони, который отдал душу за то, чтобы жители были в безопасности и благоденствии.

— Почему вы так говорите?

— Потому что теперь всё кончено, ты захватываешь «Клопс» и уничтожаешь остатки моей семьи. Мне пора уйти в прошлое и получить заслуженную пулю в лоб за все грехи моего клана.

— Чего? — удивился я. — Это бред, Новалис. Вы — пони слова, и я хотел бы дать вам шанс дожить свой век вместе с нами. Не стоит забывать всё, что вы сделали для города, и я не хочу отбирать у вас ваше наследие. Пожалуйста, не поступайте опрометчиво. 

— Всю остальную семью Ферратура ты не щадишь. Почему же мне стоит принять твоё предложение?

— Новалис, вы говорите об ошибках. Ошибках Верразано и Дельвиона, за которые они заплатили. У семьи была надежда, но, к сожалению, она погибла.

— Надежда? — настал черёд Новалиса удивляться.

— Сандмаунд, — объяснил я. — Он должен был стать главой и продолжить ваше дело, и у него не было пороков отца и дяди.

— О, мы всё-таки добрались до этой темы, — вздохнул Ферратура. — До моего павшего трагической смертью внука. Уже знаешь, чей это был заказ?

— Нет, но планирую.

— Откуда такой интерес, а, Фарсайт?

— Я чувствую, что это что-то да значит для города... Честность, доброту и невинность, которых не хватает Пустоши. Не знаю почему, но Сандмаунд был похож на возможность изменить мир к лучшему. Но возможность была упущена.

— Изменить к лучшему, говоришь... Фарсайт, это я заказал его убийство.

— ЧТО??? — я чуть не подпрыгнул на месте. — Как так, Новалис?

— Да, он был и честным, и благородным, но беспросветно глупым. У него вообще не было понимания, кому стоит доверять, а кому — нет. Он просто натыкался на кого-нибудь и пытался с ним подружиться. Что я, что Делвио пытались его образумить, научить терпению и осторожности, но это все равно что со стенкой говорить.

— И поэтому вы его убили?

— Нет. Его пришлось убрать из-за того, что он начал заигрывать с НЭР. По его мнению, лучшим выбором для Нью-Пегасуса было присоединиться к Республике, и поэтому у меня не было выбора.

— Серьёзно? А нельзя было его дискредитировать или отменить решение?

— Моё слово — самое ценное, что у меня есть. Я не могу забрать его обратно, — покачал головой Новалис. — Каким я могу быть джентльпони, если постоянно буду менять решения из-за своих прихотей?

— Никакие это не прихоти, — возразил я. — И вообще, если парень был таким дураком и об этом все знали, почему бы не вмешаться публично, исправить его и оставить дискредитированным?

— Это было бы вредно для семьи, — Новалис протестующе топнул копытом. — Вредить семье — худшее, что можно придумать в этой ситуации!

— Понятно, — потупился я. — Похоже, у меня немного идеалистический взгляд на события, так что не мне судить ваши поступки. Но моего предложения это не отменяет. Я бы хотел, чтобы вы пережили этот конфликт, а Нью-Пегасус запомнил вас таким, каким вы были, а не за то, что ваши сыновья сделали с вашим наследством.

— Нет, ни в коем случае я не хочу выглядеть предателем. Ты — враг семьи, и пришёл я сюда только для того, чтобы признать поражение и принять смерть с честью.

— Принять смерть с честью? Мне что, теперь нужно ещё и убить вас? — я опешил. — Я не могу этого сделать, Новалис. Никакой чести это не сделает.

— А какая честь в то, чтобы убежать как крыса?

— Ну-у-у... Честь — высокое понятие, с которым нужно быть аккуратным. Умереть с честью нельзя. Можно просто умереть — и всё тут. Ни чести, ни благородства... Разве что может быть какая-то цель, намерение, но точно не это. Пожалуйста, послушайте меня, позвольте сохранить вам жизнь или вывести за пределы Нейвады. Может, за Разломом вы сможете дожить остаток своих дней...

— Фарсайт, прекрати. Мне очень лестно, что ты ценишь мою жизнь, но я долго и тщательно всё обдумывал и принял решение. Я не стану менять его в последний момент.

Новалис магией левитировал карманный пистолет из пиджака и прежде, чем я успел что-либо сделать, приставил себе к виску. Я знал, что он хочет сделать, и порывался остановить, но почему-то не смог сдвинуться с места. Что-то глубоко во мне подсказывало, что ничего хорошего не выйдет, если я и дальше буду пытаться заставить его жить дальше. Я вздохнул и посмотрел ему в глаза.

— Новалис, не стоит этого делать...

— Нет, Фарсайт, здесь ты неправ, — сказал он напоследок. — Моя честь побуждает меня. Успехов тебе. Веди Нью-Пегасус в светлое будущее.

БАХ!

Пуля вошла в голову Новалиса и застряла там. Мёртвый глава семьи пошатнулся и упал на бок, сломав одну из своих тросточек. По полированному полу полилась кровь. Я чувствовал себя отвратительно, даже зная, что Новалис был моим врагом и пытался меня убить. Такова ли цена победы? Почему пони, которые мне симпатичны, должны умирать, чтобы я и дальше поднимался по лестнице?

***

После того как роботы убрали тело старшего Ферратура и вытерли натёкшую кровь, я обратился мыслями к последнему шагу к свержению вражеского клана. Мои войска держали оставшиеся силы противника в «Клопс», а я ждал на улице подкрепления. Роботы отлично справлялись с простыми задачами и не давали никому выйти из здания, но чтобы штурмовать здание, нужны были живые мозги.

Самоубийство Новалиса меня очень неожиданно поразило до глубины души. Смерть с честью, как сказал он, но где эта честь в простреливании башки в знак капитуляции? Смерть может иметь значение, даже цель, но честь? Что за исковерканные понятия были у престарелого Ферратура? Я хотел дать ему возможность дожить свой век в мире и согласии, но он отказался. Нет, это я решительно не мог понять.

Его нельзя было винить в грехах Верразано и Дельвиона. Оба были взрослыми пони и сами отвечали за себя. Понятно, что их отец был, мягко говоря, не рад видеть, как его наследство разлетелось карточным домиком из-за неосмотрительности сыновей. Можно было понять, если бы Нонно хотел отомстить. Но никакое понимание и умение слушать не объяснит того, что он молча пустил пулю в лоб за тех, кто разрушил его работу.

Как бы то ни было, лучше выбросить это из головы. Мертвецы ушли в мир иной, а живым остаётся продолжать бороться в этом. Образно говоря, я поставил на стол очень много фишек, оставались лишь считанные минуты — и я загребу всё, что осталось. Спасовать сейчас было бы тупейшей ошибкой.

— Фарсайт! — Роуз ждала меня у «Клопс». — Я тут!

— Роуз, что ты здесь делаешь? — спросил я. — Одной здесь небезопасно.

— Слушай, я понимаю, что ты обо мне заботишься и всё такое, но ты же знаешь, что я могу за себя постоять, — она уверенно махнула копытом. — А бойцы Ферратура уже довольно давно не высовывались в окна, чтобы пострелять. Роботы их отлично подавляют.

— Ну, если они уже не пытаются вырваться, то битва должна закончиться скоро...

— Фарсайт, ты выглядишь очень взволнованным, — Роуз тронула копытом мою ногу. — Что случилось? Это очень на тебя не похоже.

— В Шпиле я встретился с Новалисом Ферратура. Он ждал меня.

— Новалис? — ахнула Роуз. — Как... Как он сумел туда?..

— Оказалось, что он жил не в «Клопс», а отдельно от семьи, — мрачно усмехнулся я. — И таким образом мог ходить где угодно, не привлекая внимания.

— Не привлекая внимания? Да его весь Нью-Пегасус должен знать в лицо!

— Да, но вспомни, что произошло за последнее время. Бой на улицах вынудил всех отсиживаться по домам, а когда он утих, все высыпали праздновать. Одинокого пони никто бы не заметил.

— А ты прав, — согласилась кобылка. — Чего он хотел? Напасть на тебя?

— Нет, наоборот, — покачал головой я. — Он пришёл совсем не за этим. Можно сказать, он формально сдался и принял поражение.

— Неожиданно, — вновь удивилась Роуз. — Такие манеры и старомодность трудно представить, вспоминая его сыновей.

— Вспомни, что говорил Брасс Бэдж. Он говорил, что Новалис — истинный джентльпони, что-то совершенно не из Пустоши, и очень гордится тем, что может вести дела именно так. Оказалось, весь мир сговорился разрушить его замыслы, образно выражаясь.

— О, заговоры! — рассмеялась Роуз. — Заговор был только один — твой.

— Я имел в виду, что время разрушило все его труды. Сыновья оказались слишком самонадеянны и плюнули на его понятия о чести, а внук, наоборот, был слишком наивен и доверчив, чтобы возглавлять Нью-Пегасус.

— Сандмаунд? Брасс Бэдж говорил, что он такой же благородный, как и дед.

— А дед сказал, что он не дружил со здравым смыслом. Если верить Новалису, он пытался сдружиться со всеми, даже с теми, кто предал бы его при первой же возможности. Он открыто разговаривал с Фулл Хаусом и даже с НЭР. Представляешь, он хотел присоединиться к Республике.

— Кто это сказал? — подозрительно поинтересовалась Роуз.

— Новалис. Ему нечего было терять, так что я бы ему поверил.

— Нечего терять? В смысле?

— Роуз, он достал пистолет и застрелился у меня на глазах.

— Почему? — глаза моей подруги от удивления округлились. — Зачем он так сделал?

— Он сказал, что честь призывает поступить именно так. Он потерпел поражение и не мог жить дальше, видя, как его наследство обращается в прах. Правда, перед этим он хотел увидеть, каким будет новый лидер. Поэтому зашёл познакомиться.

— Почему ты его не остановил?

— А смысл? — покачал головой я. — Ему уже незачем было жить, и кто я, чтобы ему мешать? Он действительно был стар и прожил долгую и яркую жизнь.

— Да... Жаль, что она кончилась именно так.

— Мне тоже, — вздохнул я.

Мы с Роуз посмотрели друг на друга, а затем одновременно повернулись к «Клопс». Конец нашего долгого пути был внутри, оставалась лишь пара шагов. Правда, в одиночку соваться внутрь мне все равно не хотелось: кто его знает, сколько там Ферратура попряталось. А получать очередную пулю в круп очень уж не хотелось. И сколько нам придется ждать?..

— Чё, чувак, не терпится? — сзади к нам подошёл Надир с отрядом хорошо вооружённых пони. — Извиняй за задержку, надо было нарыть снаряги получше, прежде чем соваться сюда. А леди фон Ом та ещё копуха.

— Эй, зебра, полегче, — по улице пророкотал искажённый голос Амперы. Она замыкала группу, её блестящий металлический костюм возвышался над остальными.

— Да ладно, я ж не хотел обидеть, — Надир с важным видом отвесил поклон. — Но ты ж знаешь, в эту железяку забираться надо не пять минут.

— Терпение есть благодетель, Надир. Твой друг прекрасно это знает.

— Вообще-то ты мне только что устроила хороший урок. И пока мы тут болтаем, я стану настоящим мастером терпения, — ухмыльнулся полузебра. — Погнали уже, а?

— Конечно, — кивнул я. — Все готовы?

Ответом мне было звучное «Да!!!» и звук щёлкающих предохранителей. Бой переносился на территорию врага, и мне нравилось это чувство. Очень нравилось.

***

Огромная игровая зала превратилась в средоточие хаотичных выстрелов и взрывов, перевернутые столы служили укрытиями, а сверху стреляли войска семьи, не давая не только двигаться дальше, но и просто поднять головы. Кто-то уже пал жертвой шквального огня, а ещё нескольких ранило. Роуз уже работала над ними, а я старался выделять цели для Амперы. Её подавляющая огневая мощь была нашим самым действенным оружием.

— Враги на верхнем этаже! — крикнула она. — Фарсайт, обозначь позиции!

— Пятьдесят пять метров, на три часа! — проорал в ответ я, сиганув за стол. — Вынеси их, пока они не разнесли наши укрытия!

Время было бесценно, поскольку столы трещали и покрывались дырами, угрожая оставить нас без хрупкой защиты перед огнём врагов.

— Вижу! — отозвалась Ампера и послала в указанную мною точку длинную очередь из миниганов. С моего Л.У.М.а исчезли три красные точки, и я рискнул высунунуться из-за стола снова.

— Вот это разрушения, — усмехнулся я. — Куча денег уйдёт на то, чтобы всё здесь потом починить.

— Ты знаешь, что я не снайпер, — послышался смешок Амперы. — Могу постараться быть поаккуратнее, но не обещаю.

— Не волнуйся, Ампера. Главное — решить проблему с Ферратура, а потом уже будем считать урон и думать, как это восстановить.

— Это уже сам. Мне бы своё имущество починить, — Ампера попыталась пожать плечами, но её броня позволила сделать только слегка двинуть ногами.

— Эй, бро! — Надир подошёл к нам, не забывая поглядывать по сторонам в поисках врагов. — Дальше что?

— Сначала хочу узнать, что нашли отряды, которые я послал на разведку. Потом прорвемся прямо к кабинету Ферратура. Дельвион должен был засесть там.

— Согласна, — кивнула Ампера, Надир на это молча улыбнулся. — Если он не сбежал — а надеюсь, у него этой возможности не было — то там он будет загнан в угол. 

— Сэр! — с противоположного конца комнаты окликнул меня один из бойцов. — В ресторане всё чисто. Все войска Ферратура уничтожены, ресторан под нашим контролем.

— Отлично. Нашли следы Дельвиона? — похвалил я.

— Нет, сэр. Только обычные рядовые наёмники, мы не смогли захватить никого для допроса.

— Да, могу понять почему, — кивнул я. — Вряд ли они просто так посдаются. А что у второй команды?

— Скоро вернутся. Они пошли зачищать крыло с борделем...

— Фарсайт, сэр! — в дверях появился ещё один пони. — Бордель зачищен. Там много кобыл, но никого из важных для Ферратура пони. Дальше искать?

— Нет, не надо, — махнул копытом я. — Дамы и господа, пришло время финального сражения!

— УРА!!! — взревели бойцы.

И всё-таки лично вести отряд было очень приятно. Теперь я почувствовал, что действительно взял власть в свои копыта, а Дельвион загнан в угол и ждёт своей участи. Мы прошли по коридору, ведущему в кабинет, где, по нашему представлению, окопались Ферратура. Я приготовился к жаркому сражению. Врагу было некуда бежать, и нам должно было прийтись туго.

— Так, народ, — из-под брони послышался голос Амперы. — Не пытайтесь геройствовать, потому что здесь всё точно плохо кончится. Ожидается сильное сопротивление сразу же за дверью, поэтому не высовывайтесь из укрытий и обеспечьте максимальную огневую мощь. Понятно?

— Да, мэм.

— Открываю на счёт три! — Ампера встала у запертых дверей и приготовилась от души их лягнуть. Я присел за укрытием, покрепче сжал винтовку и глубоко вдохнул.

— Раз...

Повисшая тишина давила на нервы, ведь все уже приготовились к ураганному огню. Кто-то стал бормотать молитвы, кто-то проверил оружие, а кто-то просто насвистывал какую-то мелодию. Все нервничали, но кто остался бы абсолютно спокоен в таких обстоятельствах?

— Два...

Я выдохнул. Смерть или слава, всё или ничего. Победа — и мои планы увенчаются триумфальным успехом, даруя мне полный контроль над городом. Ну а поражение закончилось бы моей смертью и утратой всего достигнутого. Иного не дано, посему моя решительность была сильна как никогда. Если я дожил до этого момента, я проживу ещё и ещё один день, чтобы увидеть, как взойдут посеянные мной семена.

— ТРИ! — крикнула Ампера и что было сил ударила по дверям.

...

Тишина. Я несколько раз моргнул, затем посмотрел на Л.У.М., где не было ни одной вражеской метки на всю округу. В зале было пусто. Мы осторожно вошли, оглядываясь в поисках ловушек вроде растяжек или взведенных дробовиков, поскольку они сюда так и просились, но ничего подобного не нашли. Как будто в комнате уже давно не было ни души.

— Ну и где все? — спросил Надир. — Где этот Дельвион со своей охраной?

— На сканере чисто, — отозвалась Ампера. — Я не всегда доверяюсь ему в закрытых помещениях, но здесь он, кажется, прав.

— Отряд «А», на разведку! — скомандовал я. — Отряд «Б», обыщите комнату. Ищите тайники. Дельвион не мог проскользнуть через наши заслоны.

— Есть, сэр!

— Фарсайт, посмотри-ка! — Роуз позвала меня к массивному столу посреди комнаты. 

— Что там? — подошёл я.

— Ответы на твои вопросы.

Я посмотрел на находку Роуз. Маленький, в спешке исписанный кусочек бумаги лежал на столе, свидетельствуя о спешном бегстве. Я прочитал его от начала до конца и испустил разочарованный стон, долбанув копытом по полу от досады.

— Что происходит, Фарсайт? — подошла к нам Ампера.

— Вот что тут случилось, — ответил я и зачитал записку:

      Фарсайт,

      Я уверен, что атаки — это твоих копыт дело. С тех самых пор, как ты объявился со своим “признанием”, я понял что ты сведёшь нас в могилу. Верразано хотел пристрелить тебя на месте, но я убедил его позволить Фулл Хаусу сделать грязную работу. Да, мы послали наёмников убить тебя, но не рассчитывали, что они не справятся. Но я никогда бы не подумал, что ты сумеешь одолеть Фулл Хауса и повернуть его армии против нас. Теперь я вынужден бежать, чтобы сохранить свою жизнь, но запомни моё имя: я не забуду и уж точно не прощу этого.

— Дельвион Ферратура

— Он ушел? — выдохнул Надир. — Как?

— Сэр, мы нашли небольшой проход, ведущий к канализационному туннелю! — один пони из группы «А» подскочил к нам сзади. — Хотя его недавно завалили.

— Это значит, что мы не сможем проследовать за ним, — покачала головой Ампера.

— Где же он сейчас может быть? — спросила Роуз.

— Скорее всего, скачет в Пустошь, — вздохнул я.

— Вы пойдете за ним? — Надиру не сиделось на месте.

— Нет, как бы мне этого ни хотелось. Это пустая трата времени и пони. Он будет заметной целью внутри стен. А пока, я думаю, лучше сосредоточится на других вещах.

— На каких других вещах? — спросила Ампера.

— Например, требовать мой трон, — усмехнулся я. — Друзья мои! Братья мои! Битва окончена, и мы одержали победу! Пойдемте со мной, отпразднуем этот день как день перемен, день совершенствования, день, когда обычный житель Пустоши должен гордиться, что является частью гостеприимной общины. Кто со мной?

Пони, пришедшие со мной, всю дорогу кричали, радуясь, что они живы. Но вскоре они будут радоваться гораздо больше.

***

Сцену соорудили в мгновение ока, демонстрируя мастерство и качественную работу жителей Нью-Пегасуса. Установили микрофоны, освещение направили на место говорящего, а гирлянды и флаги с красными глазами на синем фоне развесили вдоль всего Стрипа. Когда я проходил за кулисы, на улице уже была давка.

Ампера и Ди поставили пони на каждую крышу, чтобы избежать возможной скрытой атаки, как той, что унесла жизнь Штуки на свадьбе в Фридом Филд. В это же время мои роботы тщательно патрулировали улицы и проверяли каждого на наличие спрятанного оружия. Ничего не должно помешать в этот раз. Ничего.

Я поднялся по лестнице и посмотрел на восхищенную аудиторию, которая, спасибо радио, знала, что война закончилась, а НЭР больше не была угрозой. И все это благодаря неизвестному пони по имени Фарсайт, который мастерски превзошёл Фулл Хауса и семью Ферратура и теперь возвышается на пике власти Нью-Пегасуса. Я должен признать, что тогда мое эго испугало меня, но все же почему я должен быть скромным, когда я на самой высокой из возможных вершин?

— Дамы и господа! — отважно отсалютовал я, а аудитория ответила бурными возгласами. — Граждане Нью-Пегасуса и Фридом Филда, мои друзья, мои коллеги… Сегодня я предстал перед вами, чтобы показать себя, показать, что мои копыта чисты и что я здесь на благо этого города, что мы гордимся, называя это место нашим домом!

Еще одно приветствие прервало меня, но я улыбнулся и дал ему стихнуть.

— Да, я здесь, чтобы вести Нью-Пегасус в эти тяжелые времена! Прошлые лидеры оказались слабыми и эгоистичными, неспособными справиться со своими жеребячьими ссорами, когда надвигалась большая угроза! И поверьте мне, я сейчас говорю не о рейдерах или гулях. Я говорю о гораздо более опасной и реальной угрозе — о Новой Эквестрийской Республике! 

Аудитория загудела при упоминании НЭР.

— Теперь давайте проанализируем ситуацию спокойно. Республика пришла сюда со словами доброй воли и дружбы, и я приветствую это! Никто в этом мире не имеет стольких друзей, если, конечно, им можно доверять! Республика защищает Нейваду и обеспечивает торговцам проход, принося нам прекрасные товары и позволяя нашей экономике процветать! Тем не менее они также показали свою более темную сторону… Не так давно я столкнулся с президентом НЭР Пралине, которая пришла занять город во имя принуждения к миру, но я сказал: нет! Мы сами куём свою судьбу! Наши души принадлежат только нам, и никакая Республика не будет говорить нам, что и как делать! Я буду готов выслушать любое предложение, но окончательное решение должно исходить от всего города!

Толпа снова взорвалась эмоциями.

— Теперь моя цель — увидеть единый Нью-Пегасус и заставить его шириться, возвращая территорию, которая была потеряна после войны! Мы уничтожим пустошь, а население Нью-Пегасуса будет свободно выбирать свою судьбу! Посему первое моё решение на пути к этой цели — снести позорную стену, отделяющую Нью-Пегасус от Фридом Филда, и пригласить в городской совет новых членов, моих соратников из обоих городов! Объединённый Нью-Пегасус, сильный и единый, выдержит испытание временем! И мы сделаем это... ВМЕСТЕ!!! 

Мое заключительное заявление заставило толпу взорваться криками и радостью. Мое имя прокатилось по Стрипу волной от начала и до конца, и я клянусь, что почувствовал, будто каждый в Пустоши услышал его. После всех страданий и боли, через которые мы прошли, несмотря на потери, я почувствовал настоящее счастье. Я закрыл глаза и сделал шаг назад с широкой улыбкой на лице... Я определенно буду наслаждаться этим моментом.

#

Заметка: Репутация изменилась

Нью-Пегасус: Обожаемый — Вы спаситель города, пони, который принес им мир и светлое будущее. Но будьте осторожны с тем, что вы будете делать дальше. 

Новая Эквестрийская Республика: Не доверяют — Вы стали настоящей угрозой для Республики, некоторые из ваших решений рассматриваются правителями фракции. Ожидайте чего угодно. 

Семья Ферратура: Заклятый враг — Последние остатки семьи бежали, но поклялись вернуться. Следите за ними. 

КОНЕЦ IV АКТА

Продолжение следует...

...