Тени огней: Орден Затмения

Небольшой рассказ о приключениях земного пони Хёфа Вормфаера и единорога Шадоуфира.

Другие пони

Подкроватных монстров не существует

Эти глаза в темноте. Они — лишь игра воображения. Или нет?

Твайлайт Спаркл

Охотник и жертва / The Hunter and The Prey

О читатель, не хочешь ли услышать скорбную повесть об Эпплджек и Пинкамине Диане Пай, живущих в мире, где проклятье — не сон, но явь, разъедающая умы? О, сколь безумен, сколь трагичен, сколь терзает он сердце! Ибо даже «бездонная чёрная бездна» — лишь самое ничтожное из слов, коим можно выразить горестный сказ о двух старых друзьях, охотнике и жертве.

Пинки Пай Эплджек

Бремя жизни

Что остаётся делать, если все чем ты дорожил, наверно исчезло и от безумия один шаг? Пытаться опровергнуть страхи и сомнения смело идти вперед, дабы не окунуться в безысходность.

Твайлайт Спаркл Пинки Пай ОС - пони

Сочинения малютки Кросс

Есть одна милая маленькая пегасочка. Её зовут Ред Кросс, она учится в Клаудсдейле. У неё чудесная мама, у неё все отлично, и она не испытывает никаких проблем в своей жизни. Вообще. Совсем-совсем никаких.

Другие пони

Сопровождающая пони

Твайлайт Спаркл никогда не замечала Лиру Хартстрингс. Даже не помнила её имя. В Кантерлоте они были друзьями и даже учились в одном классе. Но всё же Твайлайт не заметила, что Лира переехала в Понивилль в один с ней день. Более того, она не заметила даже, как та появилась во время её приветственной вечеринки. И никогда не замечала, когда та проходила мимо. Бывали дни, когда она смотрела прямо на Лиру и даже не осознавала, что они знакомы. Лира не очень заметная пони. И она приложила к этому немало усилий.

Твайлайт Спаркл Лира Бон-Бон

Шторм

Флаттершай и Рейнбоу Дэш оказались в ловушке сильного шторма в Вечнодиком Лесу. Стараясь добраться до укрытия, Флаттершай едва не погибает, и Рейнбоу, несмотря на собственные раны, превозмогает себя, заботясь о самой дорогой ей пони.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай

Подарок на День Матери

Твайлайт — ученая душа, а ученая душа — занятая душа, и занятая душа, возможно, забыла, что в ближайшие выходные будет День Матери. К счастью, Селестия приходит ей на помощь.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия

"Cold War, Hot War, Galaxy War"

После прочтения "Сияния Скверны" я не удержался... И решил попытаться продолжить... Внимание - пони появятся далеко не сразу! Кроссовер трёх вселенных, сдобренный бредом автора.) Это мой первый фик - можете кидаться тапками.) Автор приемлет любую конструктивную и адекватную критику в свой адрес. Отдельное спасибо за перевод "Сияния" замечательному переводчику - Многорукому Удаву и автору Каразору за невероятный кроссовер.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна Лира Другие пони Человеки Кризалис

The Land of Cozy Glow

Кози Глоу умеет манипулировать пони. Настолько хорошо, что однажды она была близка к тому, чтобы вся Эквестрия оказалась у её копыт. Но пара ошибок и случайное стечение обстоятельств обратили её из без двух минут императрицы в пленницу Тартара. И кто теперь знает, что бы случилось, если бы Кози смогла довести свой план до конца? Чем бы стала Эквестрия под её началом? Приняли бы её пони? Нет другого способа это выяснить, нежели направить историю по слегка другому руслу…

Другие пони

Автор рисунка: BonesWolbach
Глава 9. New Kid in Town Глава 11. Прогулки по воде

Глава 10. Nothing else Metter

Глава 10. Nothing else Metter

Я сидел около костра, который мы развели сразу после того как покинули дом с логовом упырей.

— Я просто не могу поверить! – я зло топнул копытом. – Как такое возможно?!

Джонни сидел напротив меня и вяло ворошил костёр своим мечом.

— Ну, пони, у которого нет души, вынужден бесконечно скитаться по этому миру, – он усмехнулся. – Когда-то мою душу поглотил отель Корнифорния, а девиз отеля ты и сам знаешь.

«Вы можете освободить номера, но вы никогда не сможете покинуть отель».

— Мне удалось его покинуть, но это удалось только оболочке, моя душа всё ещё находится где-то там.

— Но… как ты можешь жить без души? Что она вообще из себя представляет?

— Это ты настоящий, без души ты теряешь интерес к жизни, а так же перестаёшь чувствовать, иначе говоря ты потихоньку превращаешься в ходячий мешок мяса и костей.

Я сглотнул. Вот уж чего мне никогда не хотелось, так это терять душу, это, наверное, страшно, осознавать, что больше никогда не сможешь искренне чувствовать.

— Но ты ведь улыбаешься и смеешься.

— Это скорей привычка, – он фыркнул. – Как если бы ты начал отбиваться от того, что причиняет тебе боль.

У меня в голове появился ещё один вопрос.

— Почему ты появился именно тут?

— Хм, обычно, после смерти, я появляюсь в месте, с которым у меня были связаны яркие воспоминания.

— И как ты связан с тем домом?

— Там… я потерял свою Дилью, – он вздохнул. – Тогда-то я и начал искать способ её воскресить и нашел мага, который рассказал мне об отеле Корнифорния. Он был в этом городе по воле судьбы или же из-за счастливого стечения обстоятельств, но тогда мне было по боку, этот маг пообещал мне, что воссоединит нас с Дильей, если я соглашусь заковать наши с ней души в отеле. Я не раздумывая согласился. Но это было не то, чего я ожидал. Поначалу в отеле было действительно хорошо. Даже слишком. Однако каждый день повторялся. Ты всегда знал, что будет завтра, а так же ты знаешь, что будет через год. Ничего не менялось, изо дня в день ты просыпался с чувством скуки и тоски.

Я понимающе кивнул, учесть, что я провел в отеле всего три ночи и меня уже тогда начало склонять к суициду, боюсь представить каково это, жить там, на протяжении… вечности.

— Я начал пытаться найти выход из отеля. Хотя тот маг меня предупреждал о том, что выхода нет.

— И что ты сделал?

— Каждый день я пытался уйти из отеля. Я ходил на все четыре стороны, я даже пытался перелететь море. Но отель был беспощаден. Каждый раз я просто падал без сознания, умирал, засыпал, но всегда просыпался в своей кровати в своём номере рядом с Дильей, которая так же пыталась найти выход.

— И? – я с нетерпением ждал продолжения, он ведь тут передо мной, значит, выход всё же есть.

— Однажды, наверное, день так на 1042, я набрёл на пещеру, сейчас я уже даже не вспомню, где я её нашел, я просто шел в какую-то сторону, даже не глядя себе под ноги, а в пещере было зеркало, я просто заглянул в него и увидел… себя.

ДА ЛАДНО!? Я скривил рожу, серьезно? В зеркале увидеть себя?

— Только это был не совсем я. Это была моя душа. Я видел, как её терзают, но кто это делает, я не знал, я попытался дотронуться до зеркала, и очутился в Бедленде. А дальше я начал всё с начала.

Я задумчиво почесал подбородок.

— По факту ты бессмертен, так?

— Да.

— Почему ты так боялся волков тогда, когда мы тебя встретили?

Он вздрогнул.

— Ты думаешь постоянно умирать это весело? – он прищурился и начал таранить меня взглядом. – Это больно, даже если ты знаешь, что через год ты воскреснешь, то умирать это всё равно больно. К тому же этот год ты проведёшь в отеле.

Мне стало ещё больше не по себе. Никому не пожелаю такого бессмертия, оно слишком дорого стоит…


— Чего мы ждём? – Джонни скучающе пинал камни, пока мы в очередной раз мотали круги вокруг кладбища.

— Того, кто нападает на пони ночью и высасывает из них кровь.

Джонни скептически на меня посмотрел.

— Ты веришь в эти сказки про вампиров?

— Конечно, нет! Но нападения то происходят, а это значит, что кто-то нападает на пони ночью.

Мы сделали ещё пару кругов и решили остановиться на небольшой перерыв, Джонни разжёг костёр, пока я шарился у себя в сумке в поисках съестного.

— Слушай, я всё хотел спросить, – он прилёг и блаженно растянулся на земле. – А где все остальные? Ватер, Лазури, Шарко и Рейнбоу?

Видимо на моём лице появилась слишком грустная гримаса, потому что Джонни поёжился от моего взгляда.

— Рейнбоу покинула нас вскоре, после твоей смерти, Ватер и Лазури были со мной до тех пор, пока… не случился один случай. Я уже около года их не видел.

— А Шарко?

Я с болью посмотрел на него, а затем вздохнул. Он лишь понимающе кивнул.

— Это я виноват в её смерти, если бы я был чуть быстрее и расторопней, то смог бы её спасти.

— Что произошло, пока меня не было?

Чёрт, а ведь Джонни даже не знает ничего о Дрази…


За то время пока я рассказывал своему старому новому спутнику об ужасной угрозе, вдалеке начал проявляться рассвет. Песок в пустыне из чёрно-синего оттенка начал перекрашиваться в алый цвет. Вскоре солнце уже было над нами, и мы направлялись в сторону салуна, где я оставил Алу. Джонни, как всегда, напевал себе под нос мелодию.

«Я жил в горах.

Я был в песках.

Я искал тебя.

Ты всю жизнь дразнило меня.

Я был в Бедленде,

Я был в Тарч Сенде.

Но я не мог найти тебя.

Ты всегда обманывало меня»

Он достал свою старую потёртую лютню и начал играть в полёте.

«Я должен жить!

Я должен дарить!

Я как охотник за золотом.

Мечта моя завладеть сердцем.

Я давно уже стал стар.

Но в сердце моём по-прежнему жар.

О, золотое сердце!

Я ищу тебя, и поискам моим нет конца!

Ты будешь моим,

Я не смогу умереть,

Пока не завладею им.

Я давно угодил в его сеть»

Каждый звук наполнял моё сердце болью. Я не знал что это за золотое сердце, но я прекрасно понимал чувства того, кто ищет его. Искать то, не знаешь что. Искать там, не зная где. Моей целью были элементы гармоний, а целью героя песни золотое сердце, интересно, почему он так его ищет?

«Я был шахтёром.

Шахту нашу взяли мором.

Ты ушла, но я не смог уйти за тобой.

Оно утащило меня за собой.

И с тех пор я ищу тебя.

Нет, я ищу золотое сердце.

О, прости меня»

Слова закончились. Остались лишь звуки лютни, эта песня занимала меня всё больше.

— Что такое золотое сердце?

Джонни спустился ко мне и печально посмотрел на меня.

— То, что сгубило богиню любви.

— Что?

— Это древняя легенда о жадности и боли, есть много песен об этом.

— Сможешь спеть ещё одну?

Он кивнул и, усевшись на камень, начал наигрывать ещё один грустный мотив.

«Я ранил себе сегодня,

Что бы понять, а способен ли я чувствовать?

Боль стала частью меня.

И мне уже давно не хочется кричать.

Игла вонзается в рану,

Старое доброе жало.

И неважно кем я стану.

Я знаю, что этого мало.

Чего я добился?

Мой дорогой друг,

Тот, кого я любил, убился.

Может у богов такой досуг?

В конце концов,

И ты сможешь унаследовать это.

Мою империю запретных плодов.

Но помни – там никогда нет лета»

— О ком эти песни? – дождавшись, пока Джонни закончит, спросил я.

— О шахтёре, который влюбился в богиню.

— Любовь была безответной?

— Не знаю точно. Это всего лишь легенда, есть разные её трактовки. Кто-то говорит, что богиня тоже любила его и даже спустилась в наш мир, что бы прожить с ним счастливую жизнь, – он убрал лютню себе за спину. – Кто-то утверждает, что она его любила, но не могла быть с ним, так как он был простым смертным. Так же есть версия о том, что она его не любила вообще.

Он вздохнул.

— Но все они заканчиваются на том, что демон подбрасывает шахтёру копыто Мифаса.

— Копыто Мифаса?

— Да, это мифический артефакт, который превращает в золото всё, до чего дотронется. Шахтёр решил подарить своей любви целый мир из золота, но он случайно задел её копытом.

— И? Она обратилась в золото?

— Не совсем, только её сердце. С тех самых пор её сердце было утеряно и когда-то добрая богиня милосердия стала злой демонессой хаоса.

— А шахтёр?

— Ты сам слышал в песне. Он страдал от того, что не мог вернуть свою любовь, поэтому он отправился на поиски золотого сердца, которое кто-то спрятал где-то среди шести королевств. Только вернув своей возлюбленной, золотое сердце шахтёр смог бы восстановить тот ущерб, который он нанёс.

— А копыто Мифаса?

— Было утеряно, как всегда происходит в легендах о нём.

— Печальная история.

Джонни кивнул, мы продолжили движение до салуна молча. Алу уже ждала нас на пороге.

— Привет, – она с ходу налетела на меня, облизывая мою щёку.

— Хм, говорящий волк? – Джонни, кажется, не был особо удивлён. – Давненько не видел ничего подобного.

— Это кто? – Алу смерила моего спутника недоверчивым взглядом.

— Друг, – коротко ответил я. – Как дела?

— Сегодня утром поймали вампиршу, сейчас все толпятся на главной площади и готовятся её казнить.

Мы с Джонни удивлённо переглянулись и без лишних слов рванули к площади, которая находилась перед ратушей. На ней, кажется, был весь город, а в центре города был довольно крупный Лазурный жеребец с кьютимаркой в виде пятиконечной железной звезды шерифа, рядом с ним стоял мэр, а под жеребцом, связанной на земле лежала пегаска с пугающе знакомой цветовой палитрой. Её крылья были связаны.

— Чёрт, – выдохнул я, мой рог засветился.

Я телепортировался прямо между мэром и шерифом.

— Остановитесь! – крикнул я, сталкивая с Ватер Шарк большого лазурного жеребца в белой шляпе.

— БЛЭК?! – воскликнула удивлённая Ватер, увидев меня.

— Ты знаком с этой убийцей?

Я помог пегасочке подняться, она почти сразу же прижалась ко мне. Поправочка, она со всей силы прижала меня к себе.

— Да… — еле как выдохнул я.

Давненько меня так не сжимали.

— Она убила три пони за последнюю неделю, – хмуро сказал Шериф Джо. – Ей придётся за это заплатить.

— Я только сегодня сюда прибыла! – протестующе огрызнулась Ватер.

— Тогда как ты объяснишь убийства и твою вампирскую форму? – в разговор вступил мэр, которого явно не устраивал такой расклад.

— Какую ещё вампирскую форму? – я удивлённо посмотрел на Ватер.

— Это… я потом объясню, – она отмахнулась от меня, а затем повернулась к мэру. – Я никак не связана с вашими убийствами, я даже кровь пони ни разу не пробовала!

— Кровь пони… — я нахмурился, – Ватер, что происходит?

-Тебе не понравится, — она подавленно опустила ушки.

-Объяснись!

Она вздохнула, после чего покорно кивнула и её объяло зелёным пламенем. Передо мной предстала… абсолютно другая Ватер Шарк. Вместо привычных пегасьих крыльев у неё были крылья летучей мыши, её уши так же приобрели новые формы, а зубы превратились в клыки. Даже её глаза из бледно красных превратились в… ярко красные.

— ЧТО ЗА?! – я отступил на пару шагов назад.

— ВАМПИР! – толпа начинала распаляться – НА КОЛ ЕЁ!

— Блек, я всё объясню! – её тело вновь объяло зелёным пламенем и передо мной снова была старая добрая Ватер. – Это проклятье, я тут не при чём!

Сейчас в моей голове происходил настоящий хаос, во мне бурлило чувство удивления, гнева, страха и непонимания. Как, когда и почему?

— Какое ещё проклятье? – я сделал ещё один шаг назад.

— Я обещаю, что потом тебе расскажу, сейчас… не совсем подходящее время для этого.

— Мэр, мне приводить приговор в исполнение? – Шериф уже нацелился в Ватер из своего карабина.

Мой взгляд остановился на мэре. Он явно колебался.

— Мэр?

-Блэк, пожалуйста, — Ватер посмотрела на меня жалобным взглядом, она была на грани того, что бы пролить слезу. — Поверь мне, я прошу…

Я перевёл своё внимание на Шерифа и встал перед Ватер, заслоняя её от выстрела.

— Я не знаю, как и почему, но я верю ей. Она мой друг, если хотите убить её, сначала вам придётся прикончить меня.

Ватер благодарно на меня посмотрела и обняла.

— Ты ручаешься за её действия? – со вздохом спросил мэр. – Что ты сделаешь, если она убьёт ещё одного пони из нашего города?

Я смерил Ватер печальным взглядом.

— Я убью её собственнокопытно.

Мэр кивнул и приказал опустить оружие. Шериф неохотно выполнил приказ. Мы всей группой поспешили покинуть главную площадь, нам предстоял долгий разговор по душам…


— Так ты говоришь, что спустилась в тот храм ночью и на следующее утро уже стала бэтпони?

Ватер кивнула, попутно высасывая из яблока все соки.

-Тогда я дотронулась до какой-то древней штуки и сразу после этого меня окутало зелёной пеленой, я потеряла сознание, а проснулась уже на утро, и вдалеке от храма.

— Как ты перевоплощаешься в старую Ватер?

Она пожала копытами, выбрасывая пустую оболочку на землю, притаптывая её копытом.

— Само собой, получается, хочу, превращаюсь, хочу, остаюсь такой.

Я кивнул и задумчиво присел на кровать рядом с Джонни, он наигрывал грустную мелодию. Алу, как обычно, спала где-то под кроватью.

— А что стало с тобой? Как ты снова стал жеребцом?

Джонни, отложив инструмент, удивлённо посмотрел на меня.

— Эээ, да. Я ещё не рассказывал ему об этом, – я, краснея, почесал затылок.

— И да… МАТЬ МОЯ КОБЫЛА, ДЖОННИ?!

— Долго же до тебя доходило, – пегас усмехнулся.

После продолжительного рассказа о том, как Джонни снова стоит перед нами, настала моя очередь рассказывать музыканту о своём неудачном опыте в теле кобылы.

— О, пресвятой, – он смеялся в голос. – Давно мне не было так весело.

— Тебе было весело, а я уживался в этом беспомощном теле.

— К слову, твоё тело и сейчас не намного сильнее моего, – Ватер подмигнула мне.

— Джонни, Алу, вы можете выйти? – со вздохом попросил я.

— Оу, тебе уже не терпится, а? – пегаска заигрывающе мурлыкнула, но я послал ей такой взгляд, что она моментально поняла, о чём нам придётся говорить.

И из-за этого её настроение заметно ухудшилось, а ушки поникли.

— Окей ковпонь, без проблем, – Джонни клопнул меня по плечу и вышел.

Алу молча вылезла из-под кровати и проследовала за пегасом.

— Извините, я как-то… — волчица с лёгкой улыбкой мотнула головой на дверь, Джонни непонимающе посмотрел на неё. – Не могли бы вы закрыть её?

— А, да-да, – пегас пропустил Алу вперёд и закрыл за ней дверь.

Когда дверь закрылась, я перевёл свой взгляд на Ватер. Она жалобно на меня посмотрела.

— Блек, прости, я не хотела, что бы с тобой такое произошло.

— Неужели тебе есть дело до того, что происходило со мной?

— Я понимаю, что раз ты оказался тут, то тебя изрядно помотало, ты фактически на другой части света оказался.

— Да? А ты знаешь, как я тут оказался?

Она отрицательно мотнула головой. Я поджал губы и хмыкнул.

— Рабство, – с отвращением сказал я. – Сексуальное.

Глаза Ватер расширились, она подошла ко мне.

— Нет, не подходи, – я оттолкнул её от себя. – Достаточно, я не хочу повторять своих ошибок.

— Блеки, пожалуйста, прости, – неужели она готова была заплакать?

— Прощаю, но на продолжение можешь не рассчитывать. Мы остаёмся просто друзьями.

Ещё минуту она смотрела на меня остекленевшим взглядом, после чего она отвернулась и, свернувшись калачиком, уткнулась в своё крыло. Я грустно взглянул на неё, после чего отвернулся.

— Прости, Ватер, но я не хочу больше этого. Это произошло уже дважды, дважды ты причинила мне боль, в первый раз я простил тебя, но теперь… не смогу, наверное.

Она молчала, я повернулся к ней.

— Ватер?

— Наверное, я это заслужила, – она всхлипнула. – Я ведь была такой сукой, да?

Я молча смотрел на неё, а она, с болью в глазах, смотрела на меня.

— Блек, – прошептала она. – Я ни дня не провела без раскаяний, каждую ночь я думала о том, как найти тебя. Я даже смирилась с тем, что ты стал кобылой, ведь пол не главное, да?

— Я… нет, наверное, не главное.

Я вдруг вспомнил, с каким отвращением я думал о том, что было бы, если бы капитаном корабля был жеребец и я попал бы к нему в плен. Как отвратно мне было думать о связи с другими жеребцами, если Ватер испытывала то же самое…

— Ватер, я…

Я колебался. Я действительно только сейчас это понял? Какой же я эгоист...

— Прости, я должен был раньше понять, каково было тебе.

Она удивлённо посмотрела на меня. Должно быть, она и вправду страдала, раз даже сменила свою ориентацию ради меня. Смог бы я сделать это, стань она вдруг жеребцом? Чёрт, что бы было, если бы не я стал кобылой, а она жеребцом? Разве тогда я бы не оттолкнул бы её от себя? Каким же я был идиотом…

— Ватер, – я встал с кровати и прижался к ней. – Прости.

— Но… за что? – она продолжала удивлённо смотреть на меня, с её щёк продолжали стекать слёзы. — Мне казалось, что это я провинилась, а не ты.

— Я был эгоистом, как всегда, – с лёгкой улыбкой сказал я и чмокнул её в щёку.

Во рту сразу почувствовался солёный привкус слёз.

— Я должен был поставить себя на твоё место и только потом уже принимать решение. Вместо этого я поступил, как идиот, все, что со мной произошло, это моя вина, не твоя.

Она помотала головой.

— Нет, это не так, если бы я…

— Если бы я не испортил то заклинание, то ничего бы не было. Это я виноват, Ватер, – я смущённо погладил её по щеке. – Ты меня простишь?

На её лице появилась знакомая улыбка.

— Думаю, что ты можешь исправиться.

— Как же быстро ты умеешь переменяться.

Я закатил глаза, в этом вся Ватер, извращённая кобыла. Но сегодня мы вновь были вместе, а всё остальное было не важно…


Как же давно мне этого не хватало. Нет, не секса, а простых объятий с той, кого я любил всем сердцем. Ну, может первой половиной сердца. Вторая половина принадлежала другой пегаске.

— Где Лазури? – мы теснились в обнимку на одноместной кровати, Ватер изредка поглаживала мою гриву, пока я кусал её за ухо.

— Мы с ней разминулись в тот же день, что и с тобой, – со вздохом ответила пегаска. – Она обвиняла меня в том, что ты ушел, в тот день я узнала, что Лазури умеет материться.

Я слегка усмехнулся, хотя на душе была тревога. Что с ней стало? Куда она пошла? Стала ли она искать меня, как это делала Ватер. Может Лазури уже умерла? Или нашла себе другого жеребца? Освоилась в каком-нибудь городке, и живёт припеваючи, и не нужен ей вовсе никакой Блек?

— Я знаю, о чём ты думаешь, – сказала Ватер, водя копытцем по моей груди. – Жива ли она, не забыла ли она вообще нас.

— Как ты думаешь, она сможет простить меня за мой уход?

Ватер с удивлением подняла на меня глаза.

— Не знаю, но думаю, что она простит тебя даже, если ты отрежешь ей крылья.

Пегаска усмехнулась, а я погрузился в ещё более глубокие раздумья. Теперь, помимо элементов гармоний и артефактов, мне предстояло найти эту маленькую золотистую пегасочку в этом большом мире. Как же это будет сложно. Особенно, если она уже умерла. Нет, о чём я думаю? Лазури не сможет просто так умереть! Она будет бороться до конца. Она осядет где-нибудь. Устроится работать учителем. Ну, или лекарем станет, у неё это хорошо получалось. Закончив свои раздумья, я поднялся и накинул на себя сумку.

— Что собираешься делать? – разложившись на кровати и блаженно подняв свои крылья к потолку, спросила Ватер.

— У нас есть ещё незаконченное дело в этом городе, – я слегка призадумался. – Даже два дела.

Она лениво повернула ко мне голову.

— Какие ещё дела?

— Ну, во-первых нам необходимо найти убийцу, что бы оправдать тебя.

Она фыркнула, но ничего не сказала.

— А во-вторых, гнездо под заброшенным домом до сих пор угрожает жителям этого поселения.

— Скоро им будет угрожать нечто пострашней и ты это знаешь.

Я лишь вздохнул, я не мог не согласиться с ней. Эти упыри были лишь небольшой угрозой для такой маленькой деревеньки, пожиратели миров были куда большей проблемой, причём не только образно. Собравшись, я вышел из комнаты и направился прямо к мэру. И плевал я на его сиесту, хотя, сколько сейчас было времени?

— Ох, а мы долго резвились, – со слабой улыбкой сказал я, глядя на часы.

Полшестого, причём зашли мы в комнату где-то в полдень. Когда я спустился вниз, Джонни смеялся, находясь в компании барпони и Десперадо Джо.

— Джонни, когда ты к нам в следующий раз? – спросил рядом стоящий с ним синий жеребец в привычной для него шляпе. – Ты хоть на несколько дней приезжай, а то тут совсем скучно.

— Так я сам не ожидал, что меня сюда занесёт, – музыкант растерянно почесал затылок. – Сам знаешь, никогда нельзя быть уверенным в том, куда заведёт тебя дорога.

— Агась, ну, может, хоть сегодня вечерком посидим?

Джонни вопросительно посмотрел на меня. Я утвердительно кивнул. Всё равно сегодня есть чем заняться, а Джонни не боец, я это понял ещё давно, он вряд ли сможет помочь мне с упырями. А Ватер… стоит ли рисковать её жизнью?

— Привет… — я даже не заметил эту волчицу, лежащую под столом.

— М? А, да, привет, – я поздоровался с ней и вышел из салуна.

Она пошла за мной.

— Куда идём?

— К мэру.

Она кивнула и не стала утомлять меня вопросами. Хм, иногда мне кажется, что она в разы умнее большинства пони. Ну, или по крайней мере, она не такая любопытная. Мы молча прошли до здания ратуши и я попросил Алу подождать меня у входа. Она покорно улеглась перед лесенкой и принялась рассматривать тот самый дом, дверь которого снова была заколочена. Мэр был в своём кабинете, по разбросанным повсюду бумагам можно было понять, что он не в духе.

— Извините? – я осторожно постучался в открытую дверь.

— А? – он стоял спиной ко мне и смотрел в окно, после чего развернулся в мою сторону. – Войдите, чего вам?

— Хотел поинтересоваться, как давно у вас живут упыри в том заброшенном доме?

— Мы не знали о них, – он смерил меня усталым взглядом и вздохнул. – Совсем недавно Кейси услышал шаги и завывания из дома, именно тогда мы вызвали охотника на демонов.

— Как-то он не особо помог, – с лёгкой ухмылкой позлорадствовал я. – Что делать будете?

— Ждать нового.

— Может, я смогу вам помочь?

— Вы можете провести обряд изгнания демонов? – он удивлённо поднял брови.

— Я знаю, что если сжечь их дотла, то они вряд ли поднимутся.

— Вы слишком самоуверенны, там сокрыт настоящий источник зла.

— Почему вы так думаете?

— Потому что раньше там жил некромант, – сквозь зубы процедил мутно-красного окраса жеребец в шляпе-цилиндре.

Я сузил глаза и хмуро посмотрел на него.

— Некромант? Откуда вы это знаете?

— Когда-то он был мэром, ещё до меня и до моего предшественника.

— И?

— Во времена его правления город процветал, тут жило не пару десятков пони, а сотни, может даже тысяча шахтёров, старателей, рабочих. Во времена его правления пони часто исчезали и появлялись потом в качестве ходячих трупов. Это сыграло не на копыто нашему городку и народ начал уезжать отсюда ещё тогда, а когда обрушилась шахта, то оставаться тут вообще не было никакого смысла. Шахта была тут главным ремеслом. С тех самых пор мы увядаем. Хотя, всё же главной причиной увядания была не шахта.

Я задумчиво почесал подбородок.

— И что было потом?

— Его раскрыли, тех, кого можно было спасти, спасли, а всех других, включая самого Горша…

— Горша?

— Это имя того мэра, Горш Тёмный, – он слегка призадумался, а затем продолжил. – Всех остальных заперли там, предварительно наложив на то место печать света. Со временем охотники на демонов сообщили, что там больше ничего нет, поэтому все просто забыли об этом, но никто не осмелился поселиться в том доме, они просто заколотили его.

— А потом что-то пошло не так и там появились упыри, – я хмыкнул. – В общем, как обычно.

— Вы сможете очистить его от нежити?

— Ну, я попытаюсь.

— Спасибо, это всё?

— А награда?

Он смерил меня недовольным взглядом.

— Четыре сотни, не больше.

— Оки доки локи, – я улыбнулся и направился к выходу.

— Удачи, – не оборачиваясь, бросил мне вдогонку мэр.

Выйдя на улицу, я подобрал Алу и мы направились в Салун. Как только мы зашли внутрь, я сразу понял, что сегодняшний вечер будет крайне весёлым. Джонни и Джо уже распевали песни и, по всей видимости, это было только начало. Ох, и достанется же бару этой ночью, кажется, Билли опять не выспится. Я оставил пьяную парочку дальше распевать свои гимны и направился на второй этаж. Алу решила подождать меня снизу. Интересно, а каково её отношение к Ватер и Джонни? Что она о них думает? С этими мыслями я зашел в комнату. Пегаска мирно посапывала, лежа на кровати. Чёрт, может, всё же без неё попытаться зачистить логово. А, к чёрту, не думаю, что упыри будут такой уж большой опасностью! Аккуратно выйдя назад, я прикрыл дверь и, пожелав Ватер счастливых сновидений, я спустился вниз.

— Алу, – я опустился рядом с волчицей. – Проследи за Джонни и Ватер, пожалуйста.

— Хорошо, а ты куда?

— Я буду в том доме.

Её глаза округлились и она испуганно посмотрела на меня.

— Не думай меня отговаривать, возможно, это эти упыри нападают на пони и убивают их. Я не смогу покинуть этот городок, пока не сделаю его хоть немного безопасным для тех кобылок и его жителей.

Алу лишь понимающе кивнула.

— Будь осторожен.

— Буду, – я улыбнулся и вышел из салуна.

Уже начинало темнеть, наверное, идти ночью в логово упырей не самая умная затея, но времени у меня итак мало. Надо поскорее закончить здесь и направляться в Бартертаун. Я медленно подошел к заброшенному дому и заглянул через щель между досками. Темнота, как я и ожидал. Неожиданный шорох заставил меня вздрогнуть, а сердце сжаться от страха. Мой рог засветился и шар света озарил комнату внутри. Раздался дикий вопль и существо, которое не имело ни то, что шкуры, оно не имело даже кожи, ускакало в подвал.

— Что, света боимся, а? – я ухмыльнулся и телепортировался внутрь.

Я незамедлительно направился в подвал. Если где-то и есть источник зла, то только там. Я аккуратно начал спускаться по длинной лесенке, то и дело, поглядывая на потолок. Он был тут довольно высоким, а помня тот факт, что упыри умеют по стенам карабкаться, я готов был отправить огненный шар в малейший шорох над собой.

Спустившись вниз, я осмотрелся. Запах гнили и гноя заполонил все помещения в подвале, но самым противным было то, что под моими копытами что-то хлюпало. Я даже не хотел спрашивать, что это такое, поэтому я просто зажег свет и тут меня как будто обдало ведром холодной воды. Около десятка глаз уставились на меня. У некоторых из них не было ног, глаз и прочих частей тела. У некоторых упырей даже остались куски кожи с не выдранной шерстью. Мне потребовалось всего пару секунд для того чтобы наполнить помещение заклинанием феникса. Огонь бурным потоком сжигал на своём пути каждого упыря. Те, кто тщетно пытался подобраться ко мне, становились первой целью в списке заклинания. Комната наполнилась завыванием и стонами, казалось, что их было слышно даже в салуне. Спустя пару минут я стоял посреди комнаты, в которой не было ничего, кроме кучи пепла. Появился характерный запах жареного мяса и палёной шерсти, я поворотил носом и прошел в следующую комнату. Повторять ошибки я не стал, вместо заклинания света я использовал заклинание кошачьего зрения. К счастью тут не было ничего кроме всякого хлама. Бочки, ящики, сломанная кухонная утварь и прочая ненужная ерунда.

— Что же, задание выполнено, – я облегчённо вздохнул.

Ветерок резко подул на меня и часть пепла осыпалось с моей гривы.

— Надо бы помыться, – хмуро заметил я, а затем чуть не подпрыгнул от неожиданного открытия. – Ветер?! Но откуда?

Вскоре, сломав пару ящиков, я нашел дыру, из которой разило ужасной вонью. Я поморщился и сбросил камень в дыру, а затем прислушался. Удар, а затем камень покатился куда-то. Может, стоит позвать Ватер? Я помотал головой.

— Сам справлюсь, – прошептал я и аккуратно левитировал себя в дыру.

Когда мои копыта встали на землю, я отпустил себя и покатился. Это напоминало трубу, мне вдруг представилось, что я преодолеваю чей-то кишечник. Я поморщился и постарался не думать об этом, я, конечно, иногда бывают последним дерьмом, но быть им в прямом значении... Наконец, меня вынесло в какую-то пещеру. Я использовал заклинание света и пожалел об этом. Огромное количество кристаллов в пещере начали отражать свет мне прямо в глаза, я зажмурился. Красные точки начали скакать у меня перед глазами и я отменил заклинание.

— КТО?! – резкий хриплый голос заставил меня вжаться в пол, а моё сердце ёкнуло.

Что за хрень? Говорящий упырь? Когда я смог нормально различать хотя бы свои копыта, я активировал заклинание кошачьего зрения и мне стало не по себе. Это был не упырь, но это существо и на пони не очень походило. Старик с ужасно лохматой гривой стоял вполоборота ко мне и принюхивался. Что-то в нём мне не нравилось, но что?

— Ох… — вырвалось у меня, когда я понял, что в нём было не так.

Кто-то, довольно давно, выгрыз ему нос. Вместо целого носа у него было лишь две дырки, помимо этого у него не было зрачков, его глаза… в них были только бельма, он слепой? Да, очевидно, иначе он бы уже увидел меня. Он повернулся на мой вздох и прищурился. Меня чуть не стошнило, когда я увидел его лицо целиком. Второй части его лица просто не было!

— Я знаю, что ты тут, – он ухмыльнулся.

У него было около 7 чёрных, как сама темнота, зубов. Что-то в нём мне казалось знакомым, но что? Нет, знакомым мне казался не он, а что-то, что было в этой пещере. Чёрт, точно… этот запах, это же аура разложения! Такие бывают только около особо тёмных спрайтов… чёрт, кто он такой?! Хотя, если вспомнить, что мне рассказывал Флай, то может быть это просто страница, которые Флай просил меня уничтожить?

— Еда сама пришла ко мне, – он облизнулся, отчего мне стало действительно плохо, мой желудок долго не продержится.

Его язык вылез откуда-то из района щеки, со стороны, где лицо отсутствовало, а были лишь небольшие остатки плоти и кости, он тянулся от щеки и до носа. Внешне этот старик вызывал у меня разве что отвращение, он не казался сильным, напротив, казалось, что достаточно толкнуть его и он рассыплется, но что-то подсказывало мне, что всё не так просто. Вдруг он остановил свой взгляд на мне и его морда расплылась в самой отвратной и ужасной ухмылке, что я видел. Мне показалось, что он меня увидел, но ведь он слепой, не так ли?

— Попался! – резкий рывок показал мне, что я был прав и он действительно меня заметил.

Его челюсти сомкнулись на моей шее, я от неожиданности даже повалился на бок, хотя, что бы меня уронить потребовалось бы три таких же, как он. Мой рог засветился и в черепушку этого полу зомби влетела магическая стрела. Он что-то выкрикнул, я оттолкнул его от себя. Он отлетел к стене и сильно приложился головой об кристалл. Я послал в него ещё одну стрелу, контрольную. Она врезалась в его грудь, проламывая грудную клетку и вбилась в кристалл. Только после этого я достал из сумки бинты и целебную мазь. Наскоро наложив повязку, я поднялся на ноги, и прошел чуть дальше в пещеру, благо она была небольшая, но то, что я увидел в её конце, меня не порадовало, верней меня всё же стошнило.

— Чёрт, – вытирая щеку ногой, прошептал я. – Животное…

Трупы нескольких пони в расчленённом состоянии лежали около давно потухшего костра. Кишки были разбросаны по всему лагерю этого… у меня даже нет подходящего слова, лучший вариант, как по мне, это назвать его уродом. В лагере этого урода было, по меньшей мере, пять разных пони, чёрт, да он даже упырей жрал! Это же гнилая плоть… чёрт, мать вашу, да что с этим миром не так?! Откуда появляются такие, как он? Я подошел к столу и осторожно посмотрел на него, увидев его содержимое, я облегчённо выдохнул. На нём лежал простой свёрток, я взял его и тут меня торкнуло. Что-то произошло, будто… часть меня вернулась ко мне.

— МОЯ ПРЕЛЕСТЬ! – в мой бок кто-то вцепился и я вновь словил себя на мысли, что ещё немного, и я точно схвачу инфаркт.

С ужасом я смотрел на то, как то существо с проломленной грудной клеткой пыталось прокусить мою сумку. Я лягнул его и он отлетел к стене, мой рог загорелся, а вместе с ним загорелась эта сволочь, меня вновь ослепило. Кристаллы начали отражать свет от огня, я инстинктивно зажмурился и лёг на землю, уткнувшись в ноги.


— О чём ты думал?! – Ватер негодующе смотрела на меня, пока доктор Роу Хайд осматривал мою рану на шее.

— Возможно, о том, как буду выслушивать лекции по самосохранению от самой без башенной пегаски во всех шести королевствах.

Ватер возмущённо посмотрела на меня и фыркнула.

— Вам повезло, – осмотрев меня, заключил доктор. – Если бы укус был чуть выше, то всё могло быть в разы хуже, вы могли бы просто погибнуть от потери крови.

На дворе была ночь. Все спали, кроме меня, Ватер и доктора. Как рассказала мне Ватер, она начала меня искать, когда не обнаружила меня ни в комнате и ни в салуне, после расспросов, она узнала от Алу, что я отправился в старый заброшенный дом, где живут упыри. К моменту, когда она подошла к дому, я уже выползал из подвала, обливаясь кровью. Я помнил лишь то, как увидел чей-то силуэт перед собой.

— Спасибо, – я поблагодарил доктора и мы с Ватер направились к салуну.

— Ты мог бы попросить меня помочь, – надув губы, пробубнила Ватер. – Я давно не веселилась.

— Я не хотел подвергать тебя опасности…

— Идиот! – она оскорблённо влепила мне пощёчину. – Я не из тех кобыл, что ждут, пока их спасут! Я скорей сама надеру тебе зад! Забыл?

— Эй, это моя фраза, – я усмехнулся, погладив свою щёку. – Извини, просто я… мы только-только встретились, я не хочу лишний раз рисковать тобой. Если я потеряю тебя ещё раз, то меня может не хватить.

— А ты не думал, что мне тоже будет не легко, если ты погибнешь? – она нахмурилась. – Ты хоть представляешь, как я испугалась, когда проснулась, а тебя нигде нет?

— Наверное, сильно.

— Не то слово! – она топнула копытом. – Никогда не уходи вот так! Оставь хоть записку, а если есть какая-то заварушка, то зови меня с собой.

— Ладно-ладно, – проворчал я, отмахиваясь от неё. – В следующий раз я позову тебя с собой.

— Это другой разговор! – она обняла меня и чмокнула в щёку, которая ещё совсем недавно потерпела от неё пощёчину.

Мы достигли Салуна, я без лишних слов забрался в кровать и просто уснул, уткнувшись мордой в подушку, я даже не почувствовал, как Ватер легла рядом со мной и, накрыв меня своим крылом, заснула рядом со мной…


Я проснулся от приятного запаха в комнате, что-то буквально тянуло меня с кровати. Я открыл глаза и огляделся. В комнате никого не было, но на полу рядом с кроватью лежало пару морковных пирожков, они были ещё тепленькими. Я с удовольствием левитировал их себе в рот и принялся жевать. Как давно я ел что-то действительно вкусное? Наверное, давно. Когда я закончил с ними, то мне сильно захотелось ещё. Откуда они тут? Я поднялся с кровати и осмотрел поднос, на котором они лежали. Ничего, ни записки, ничего. Кто мог их сюда принести? Ватер? Не, она с кастрюлей общается на «Что это за штука?». Джонни? Не уверен, что он умеет готовить настолько хорошо. Алу? Кто пустит волчицу на кухню? Тогда, кто? Хилл Билл? У него в салуне даже кухни нет. Теперь мне стало даже немного страшно, а что если они были отравлены? Помотав головой, я сбросил наваждение и успокоился. Кто мог хотеть моей смерти в этом городке? Накинув на себя сумки, я поднял поднос и вышел из комнаты. Спустившись вниз, я положил его на стойку перед барпони, который сидел на стуле, потирая свои виски.

— С добрым утром.

Он хмуро посмотрел на меня.

— С добрым, – проворчал он.

— Весёлая ночка, а?

Его голова едва заметно кивнула, кажется, он прошептал что-то про Джонни и Джо, но что именно я не услышал.

— Твоя работа? – я мотнул головой на поднос.

Он удивлённо уставился на него, а затем фыркнул.

— Я не изготавливаю подносы.

— Шутник, – хмыкнул я. – Морковные пирожки, твоих копыт дело?

— Мои копыта готовы только мешать напитки, я не повар, спроси у кого другого.

Я кивнул и отошел от стойки. Выйдя на улицу, я увидел, как Алу сидела около заброшенного дома и таращилась на вновь забитую досками дверь.

— Привет, – поздоровался с ней я, подойдя поближе.

— А? Да, с добрым утром.

Сев рядом с ней, я проследил за её взглядом.

— Что там?

— Ничего, того сквозняка больше нет, я больше не боюсь этого места, что там было?

При воспоминаниях о том месте, мне вновь стало нехорошо, те пирожки попросились обратно.

— Ничего хорошего, – мрачно ответил я, отворачиваясь от дома. – Тебе лучше не знать.

Она кивнула.

— Это ты сделала? – я показал ей поднос, она лишь недоумевающе посмотрела на него. – Кто-то с утра подложил мне поднос с пирожками под кровать.

— Они были вкусными?

— Ну, да.

— Значит не я, – она слегка улыбнулась. – Я никогда не пыталась готовить, да и как ты себе это представляешь?

— Ну, не знаю, – я смущённо почесал затылок. – Ладно, пойду ещё у Ватер спрошу.

Алу кивнула и, не сдвигаясь с места, продолжила смотреть на дом. А вот где сейчас была Ватер, это большой вопрос, поэтому я просто вернулся в салун, и, найдя Джонни, поставил перед ним поднос.

— Ну как вчера повеселились?

Он, откладывая свой инструмент в сторону, взял поднос и повертел его.

— Нормально, что это?

— С утра кто-то подложил мне пирожки с этим подносом, не знаешь кто?

— Не, – он отложил поднос и вновь принялся играть на лютне. – Я не в курсах.

— Ладно, – я со вздохом положил поднос обратно в сумку. – Где Ватер?

— Не видел её с самого утра, – пожав копытами, ответил Джонни.

— Хорошо, спасибо.

Я вышел из салуна и огляделся. Десперадо Джо, который жил в доме напротив, помахал мне ногой. Я подошел к нему, он тягал целую телегу с кучей разного рода материалов к своей мастерской.

— Помочь? – предложил я, мотнув головой на телегу.

— Да, будь так добр, – он слегка улыбнулся.

Мой рог засветился и телега оказалась прямо у входа в его дом. Он сплюнул на пол.

— И почему я не единорог? – завистливо поглядывая на телегу, спросил он.

— Потому что ты земной пони? – предположил я.

Он смерил меня недовольным взглядом.

— Ты не знаешь где Ватер?

— А? Кто это?

— Пегаска, ну, её ещё за вампира приняли вчера.

— А, эта…

— Где она?

— Ну, видел, как она с самого утра вертелась где-то около твоей комнаты. Постоянно заходила и уходила.

— Странно, – я задумчиво почесал подбородок. – Ты не знаешь, чьё это?

Я достал поднос, Джо удивлённо взял его из моих копыт.

— Моё, как ни странно.

— Оп-па, — я растерянно улыбнулся. – На этом подносе лежало пару морковных пирогов, мне кто-то подложил их под кровать.

— Хм, – Джо, убрав поднос на телегу, присел на лавку рядом с домом. – Говоришь морковные пироги?

— Ну, да.

— Люсиль хорошо умеет готовить, она частенько делает их по выходным.

— Сегодня суббота, но как они оказались у меня под кроватью?

— Хороший вопрос, – Джо поднялся, и зашел в дом.

Я остался ждать на улице. Как у них в городке может вообще ничего не происходить? Сейчас на улице был только я, Алу и доктор Роу Хайд, который ремонтировал дверь своего дома.

— Что произошло? – я скучающе подошел к нему.

— Ты не помнишь? – он хмыкнул. – Помнится, кто-то сегодня ночью, вломившись ко мне в дом, принёс тебя в бессознательном состоянии.

— Да? – я растерянно улыбнулся глядя на хмурое лицо доктора. – Я не помню. Простите за это, Ватер не из тех, кто стучится, перед тем как войти.

— Я заметил, – он смерил меня недовольным взглядом и, вздохнув, продолжил ремонт.

Ещё раз извинившись, я вернулся к телеге Джо, хозяин которой уже выходил обратно на улицу вместе с Милой, кобылка смущённо смотрела на меня.

— Это она сделала тебе подарок за то, что ты спас их.

— Оу, спасибо, – я растерянно улыбнулся кобылке. – Они были вкусными.

Она что-то пискнула и уставилась в пол, жутко краснея. Ещё раз, поблагодарив её, я отправился в ратушу, навестить мэра. К счастью, до сиесты ещё оставался час. Пройдя мимо жены Джо, Люсиль, я поздоровался с ней и направился к кабинету мэра. Йодль сидел за столом и читал листок бумаги. Я постучался, и заглянул внутрь.

— Войдите, – он отложил лист и посмотрел на меня.

— Я по поводу награды.

— Вам всё же удалось зачистить логово?

Сев на стул перед ним, я утвердительно кивнул.

— Это было не слишком сложно.

— Что же, тогда вот ваша награда, – он достал из ящика мешок с золотом и положил передо мной на стол.

— Спасибо, – поблагодарил его я, левитируя мешок в сумку.

— Всегда, пожалуйста, а теперь, не могли бы вы оставить меня одного?

Я кивнул и, встав из-за стола, направился к выходу. Процедура не заняла лишнего времени и уже к полудню я снова был в салуне, где Джонни сидел за одним столом с барпони. Последний был не слишком доволен.

— Как давно вы знакомы? – я подсел к ним, задавая вопрос.

— С рождения, – мрачно ответил барпони.

— В смысле?

— Мы братья, ты не знал? – усмехнулся пегас-музыкант.

— Чё?! – я удивлённо перевёл взгляд с одного на другого.

— Да, это так, моё настоящее имя Хилли Дэш, – барпони хмуро смотрел куда-то в сторону двери.

— Зачем ты поменял имя? – я недоумевающе уставился на него.

— Что бы никто ни задавал вопросов по типу «Дэш? Это ты тот самый музыкант?», — со вздохом произнёс коричневого цвета жеребец.

Джонни лишь улыбнулся и покачал головой.

— Да, слава бежит впереди меня.

— Не то слово.

— Ватер не появлялась?

— Не-а, – протянул Джонни, доставая свою лютню.

— Ладно, пойду, пройдусь по городу, может, найду её, – я вышел из-за стола и направился к выходу.

Стоп, а как… его брат тоже был в отеле? В смысле, если он его брат, а Джонни живет уже… сколько сотен лет? Я вновь обратил внимание на братьев, похоже, что Хилл тоже был в отеле, ибо ему нельзя было дать больше тридцати.

Остаток дня прошел скучно. Я то и дело ходил до кладбища и обратно. Тут было скучно, даже слишком и как они тут живут? Никаких развлечений, остаётся только пить и играть по вечерам в понёрку. Конечно, налёты пустынников и таинственные исчезновения пони разбавляли однообразную атмосферу жизни в этом городке, но не делали её лучше. В конце концов, я просто отправился в комнату. Поднимаясь по лесенке, я услышал глухой стук и шепот, который доносился из моей комнаты. Кто там может быть? Я припал к стене и начал двигаться вдоль стены к двери своей комнаты. Когда я оказался около неё, она открылась, и знакомый силуэт Ватер предстал передо мной.

— Ой, привет, – она испуганно дёрнулась и остановилась в дверях.

— Привет, – хмуро поздоровался с ней я. – Что ты там делаешь?

— Н… ничего, – заикаясь, она пыталась не дать мне зайти в комнату – Не надо туда идти.

— Почему?

— Там… убираются.

— Кто? – я приподнял бровь. – Тут нет уборки комнат, как в Бедленде, Ватер, что ты мне не…

Она резко приблизилась ко мне и поцеловала. Я удивлённо уставился на неё, она потащила меня куда-то в сторону подсобки.

— Не… сейчас! – я отодвинулся от неё. – Что ты там прячешь?!

Пегаска нервно посмотрела по сторонам.

— Эээ…

Развернувшись, я пошел в сторону комнаты.

— Блэк? – она поравнялась со мной. – Может, пойдем, поиграем в… эээ… мяч?

Я недоумевающе посмотрел на неё.

— Что ты от меня скрываешь, – я резко остановился, мои ноги задрожали. – Ватер, если это повторится опять… ох, чёрт.

Я рванул к двери и, забежав в комнату, я запнулся об чью-то сумку, после чего полетел вперёд. Врезавшись во что-то мягкое, я упал на пол.

— Чёрт! – раздосадованный голос Милы ввёл меня в ещё большее недопонимание.

И только когда я огляделся, я понял, что тут происходило. Наверное, со стороны это было забавно. На моей гриве сейчас был довольно толстый слой глазури от торта, кон стоял на столе посередине комнаты, которая была украшена всевозможными поделками и гирляндами.

 — Что тут происходит? – спросил я, поднимаясь, и смахивая языком часть торта со щеки.

— Подготовка к твоему дню рождения, болван! – гневно залетев в комнату, проорала Ватер. – Ну, почему ты такой идиот!?

— Моему… дню рождения? – я удивлённо посмотрел на неё. – Он что, сегодня?

— ДА! ПРЕДСТАВЬ СЕБЕ, ОН СЕГОДНЯ!

Я мысленно прикинул у себя в голове календарь и клопнул себя по лбу.

— Я думал, что оно в следующем месяце, пока я был в рабстве, мне было не того, какой сейчас месяц.

— А я так старалась печь этот торт… — чуть ли не плача сказала Мила, глядя на ошмётки торта.

— Я… простите меня, – мне стало ужасно стыдно.

Они так старались ради меня, а я, из-за своей паранойи, испортил им всё.

— Мне очень жаль, – я приобнял Милу. – Ты такая молодец, торт очень вкусный.

Она посмотрела на меня своими зелёными заплаканными глазёнками и улыбнулась.

— Правда?

— Да, очень вкусно.

— Меня Люсиль учила, она сказала, что у меня талант.

— Это правда, – я улыбнулся и ещё раз обнял её.

— Ой, с днём рождения, кстати, – она растерянно почесала затылок. – Только у меня нет подарка, извините меня, пожалуйста.

— Те пирожки уже можно считать подарком, – я погладил её по гриве.

— Да?

Я кивнул, она просто засияла от счастья.

— Пожалуй, я… пойду тогда, – она косо посмотрела на Ватер, которая уже сверлила нас злым взглядом.

— Да, иди, мы тут приберёмся.

— Мы? – Ватер возмущённо посмотрела на меня.

— Ну, я, – поправил себя я.

Кобылка убежала, закрыв за собой дверь.

— Что же, я так полагаю, что мне нужно извиниться и перед тобой.

Она, хмыкнув, улыбнулась.

— Да ладно, с днём рождения, – с этими словами она обняла меня и прижала к себе, после чего посмотрела злым взглядом. – Но прибираться будешь сам.

Я улыбнулся и мой рог загорелся. В мгновения ока комната стала такой же, какой была до этого казуса.

— Ненавижу единорогов за это, – вздохнула Ватер. – Вам всё так легко даётся.

— Ну, для этого надо очень много времени тренироваться.

Она прижала меня к себе ещё сильней и мы встретились взглядами.

— Ты созрел для моего подарка, а? – она мне подмигнула, по её пошлому выражению лица я прекрасно понял, что она имела в виду, я покачал головой.

— Ты неисправима, – с лёгкой улыбкой сказал я и впился в её губы. – На чём мы там остановились?


Я вяло ворошил костёр своим мечом и скучающе глядел на закат. Ватер лежала рядом со мной и храпела, как обычно, эта пегаска могла спать хоть 24 часа в сутки. Я вздохнул и улёгся рядом с ней. Она улыбнулась и накрыла меня своим перепончатым крылом бэтпони.

— Ватер?

Ответа не было, она или очень хорошо притворялась, что спит или же действительно спала, и это был некий… рефлекс? Интересно, а как сильно она всё же поменялась? На первый взгляд это была всё та же Ватер, которую я знал, ну, не включая во внимания её новый внешний вид, который всё больше начинал пугать меня. Я наклонился к ней и начал смотреть ей в рот. Она храпела, посмотрев на её клыки, я сглотнул. Помнится, во время наших с ней ночей она частенько хапала меня за гриву, почти всегда она умудрялась укусить меня за шею, просто от наслаждения, что будет, если она потеряет контроль и укусит меня этими клыками? Она говорила, что пока ещё не пробовала кровь других пони, но правда ли это? Она заворочалась и прикрыла рот, после чего сонно открыла глаза.

— Ч… чего ты так на меня смотришь? – она слегка покраснела – Что-то не так?

— Ты всегда перевоплощаешься в новую форму, пока спишь?

— Ох, чёрт, – её резко объяло пламенем и бэтпони превратилась в свою нормальную форму. – Я… стараюсь это контролировать, но когда я сплю или слишком отвлечена, я могу потерять контроль.

— Даже во время секса? – первый вопрос, который был для меня интересен в данном случае.

Если она потеряет форму и всё же случайно хапнет меня за шею…

— Н… не знаю, – она растерянно помотала головой. – Почему ты спрашиваешь?

— У тебя есть неприятная привычка кусаться в самом конце, – мрачно заметил я.

— О… правда? – она покраснела. – Я не замечаю этого, прости.

— Пока ты в нормальной форме это ничего, но перспектива быть укушенным твоими клыками мне не нравится.

Она понимающе кивнула.

— Но мы ведь уже трижды за последние два дня и ничего, правда? – она мне подмигнула. – Значит, я могу себя контролировать.

— Ничто не бывает вечно, – задумчиво сказал я.

«Старик, посмотри на мою жизнь.

Я стар, прямо как ты.

Старик, взгляни же на мою жизнь!

Во многом, я такой же, как ты!

Мне всего 23.

И столько всего ещё впереди!

Мысли мои говорят «Гори»!

Но сколько уже позади?»

Характерные звуки лютни заставили нас с Ватер отложить эту тему, уж Джонни точно не нужно знать таких подробностей о нашей личной жизни.

«Старик, посмотри на меня!
23 это так много.

Я молюсь на протяжении всего дня.

Что бы прожить ещё немного.

Старик, я так похож на тебя!

Я был и первым, и последним!

Чёрт, как время летит мимо меня.

Умру, и станет меньше понем одним.

Старик! Я стар, как ты!

Да, мне 23, но это так много!

Ох, чувствую, что скоро кранты.

Хочу прожить ещё немного»

Спустя пару минут появился и сам Джонни. Он был в хорошем расположении духа.

— Что, опять караулите?

— Ага, рано или поздно эта хрень должна объявиться.

Внезапно тьма окутала мир, это выглядело странно, как будто моргнув я пропустил сразу несколько часов и сейчас была глубокая ночь. Красные глаза стали мерцать вокруг нас, только костёр составлял небольшой островок из света посреди этой бесконечной ночи, вслед за тьмой появился туман.

— Что-то не так, – Джонни отложил лютню и достал меч.

Я с Ватер последовал его примеру.

— Смотрите, они хотят навредить нам, – ржание донеслось откуда-то из тьмы. – Простым оружием.

Раздался хохот и из темноты на нас начал смотреть чёрный, как сама тьма, жеребец с длинной чёрной гривой, которая была полностью выпрямлена.

— Кто ты? – я вышел вперёд, поравнявшись с этим пони.

— Мы дети ночи, – в следующий момент он обратился в бэтпони, а вслед за ним это сделали все остальные пони.

Кучи зелёных огоньков начали мерцать вокруг нас. Мой рог засветился и нас накрыло щитом.

— Хм, ты думаешь, что сможешь от нас защититься? – он ухмыльнулся. – Забавно.

— Кто ты такой? – я повторил свой вопрос.

Он ехидно улыбнулся.

— Можешь называть меня просто тенью.

— Это ты нападаешь на жителей этого городка? – я обошел оценивающим взглядом всех бэтпони, которые окружали нас.

— Да, это были мы, – продолжая улыбаться, кивнул он. – И что теперь? Малыш паладин накажет нас?

— Что вам нужно?

— Что нам нужно? – на секунду он посмотрел на меня, как на дебила, а затем зашелся громким хохотом. – Конечно, нам нужна еда! Ты знаешь, чем питаются вампиры?

— Настоящие вампиры? – прошептала Ватер, испуганно смотря на Тень.

— Кровью, надо полагать, – фыркнул я.

— Тогда, ты должен понимать, что вас ждёт, – он исчез, в следующий момент на мой щит обрушилось сразу около двадцати копыт.

Я стиснул зубы, щит дрогнул, но выстоял.

— А ты не плох, – его лицо вновь появилось во тьме, прежде чем снова исчезнуть

Мой рог загорелся.

— Скажи ка, тень, – я ухмыльнулся.

Его лицо вновь появилось перед щитом, который опять потерпел около десятка ударов.

— Как вампиры относятся к огненному шторму? – улыбка на моём лице приобрела совсем безумные черты.

Последнее что я увидел на его лице, это смесь удивления, страха и гнева. Мы с Ватер и Джонни уже стояли в ста метрах и наблюдали за огненной бурей, которая, смешавшись с поднявшимся песком, обращалась в стекло. Спустя минуту нас вновь начали окружать красные огоньки. Мой рог зажегся, заклинание света заставило вампиров отступить на пару шагов.

— Вам мало? – тяжело дышав, спросил я.

Огненный шторм это довольно сильное заклинание, для повторного использования придётся подождать около пяти минут, поэтому я достал меч, мы вступили в ближний бой. Тень появился передо мной, с длинным, но тонким клинком. Мой меч схлестнулся с его клинком и мы начали наши танцы. Отпрыгнув назад, я телепортировался в область над ним и попытался атаковать его сверху. Он умело поставил блок и отбросил меня в сторону, после чего растворился в темноте. Я приземлился на песок и огляделся. Ватер кружила с кем-то в воздухе, постоянно обмениваясь ударами, только бледно-синий силуэт пегаски был виден в небе, я не видел того, с кем сама пегаска дралась. Джонни не было видно, чёрт, надеюсь, что он выживет.

— Покажись, трус! – прокричал я, оглядываясь по сторонам.

Заметив красное мерцание сбоку от себя, я отскочил в сторону, а затем послал ему навстречу огненный шар. Тень прошипел и заорал, поймав шар своим телом. Уловив момент, я ринулся в атаку, телепортировавшись рядом с ним. Лезвие моего меча воткнулось в его шею и… сломалось. Я отскочил в сторону и недоумевающе посмотрел на обрубок своего меча.

— Ты действительно думал, что сможешь уничтожить нас с помощью простого оружия из стали? – он расхохотался. – Наивный глупец!

Ватер приземлилась около меня с точно таким же обрубком и выплюнула его на песок, после чего зло выругалась в сторону тени. Я заметил, по край ней мере, четыре раны на её шкурке.

— Где Джонни? – спросил я у неё, наблюдая за тем, как нас окружает всё больше красных огоньков.

Тень исчез из нашего поля зрения.

— Улетел за помощью, как только нас начали окружать.

— Он прорвался?

— Я не знаю, – она помотала головой и прижалась ко мне. – Не люблю это говорить, но нам нужно делать ноги или начинать рыть могилы.

— Рано сдаёшься, – я улыбнулся. – Ещё пока рановато. Чего боятся вампиры, кроме огня?

— Ммм, серебра? – она задумчиво почесала колено. – Да, вроде серебра.

— Принято, – я возвёл щит вокруг нас и сделал это как нельзя вовремя.

Пять туш врезалось в него и 10 красных точек начали вгрызаться в нас взглядом. Мой рог загорелся, и меня с Ватер окутало огнём.

— Честно, я проспал лекцию по метаморфозе с железом, серебром и прочими металлами, – краснея, смутился я.

Ватер приподняла бровь.

— О, так вот как ты хотел стать великим магом, а?

— Ну, в общем-то, да, – я глупо улыбнулся и снял щит. – Что, кто хочет немного Блэка?

Красные огоньки в страхе метались от нас, как только мы подходили к ним ближе.

— Надоели, – проорал я и топнул копытом. – Хотите драться, или убегать, как трусы?

Мой рог зажегся и новый огненный шторм окутал, по меньшей мере, ещё трёх вампиров. По масштабам он был меньше предыдущего, причём раза в два. Последнее, что я видел, это красную размывшуюся точку, которая стремительно удалялась от меня, я потерял сознание ещё в полёте, не успев даже приземлиться…


Первым, что я увидел, это ярко-синею гриву так горячо любимой мной пегаски. Её голова лежала на моём животе, она мирно похрапывала, находясь в своей новой форме бэтпони. После этого я вновь провалился в бессознательное положение…


Вновь я находился где-то посреди своего подсознания, подо мной не было ничего, была просто чёрная пустота, а вот вокруг меня летало просто куча разноцветных шариков и огромное количество подарочных коробок.

— О! Ты снова тут! – розовая кобылка со смешно прыгающей гривой приземлилась рядом со мной. – Я вижу, что ты всё же послушался меня, а не этого злюку-гадюку.

Она улыбнулась мне и встала на ноги.

«Кто ты?» — мой голос прозвучал, как я и ожидал, по всему пространству. Вновь я гуляю на задворках моего мироздания.

— Я? – она удивлённо моргнула, а затем рассмеялась. – Ох, глупыш, ты уже всё забыл? Я первая.

«Это я помню, но ты не поняла, кто ты?»

— Я что-то не догоняю, – она нахмурилась, а затем села на землю… пустоту… в общем, она села. – Ты спрашиваешь меня «Кто я?» хотя знаешь, что я первая.

Она обхватила свою голову копытами.

— Не понимаю.

«Ты ведь всё равно имеешь свой прообраз» я пытался перебрать всех кобыл, которых встречал в своей жизни. Она не была похожа ни на одну из них.

— Какой прообраз? – она недоумевающе хлопнула глазами.

« Ну, я же не сам тебя придумал, ты откуда-то появилась, ведь так? Может быть, ты даже состоишь из разных кобыл, которых я видел в своей жизни». Она ещё сильнее нахмурилась, а затем её грива распрямилась и перестала быть прыгучей. Её розовая шкурка начала принимать тёмные оттенки, а шарики вокруг полопались.

— Я… создана… из… разных… кобыл? – она по одному слову повторяла одно, и тоже предложение. – Я… не… я?

Из подарочных коробок вдруг начали ползти тени и окутывать когда-то весёлую и улыбающуюся кобылу, после чего они окутали и меня. Я ничего не мог сделать, лишь наблюдать.

«Прекрати! Стой!»…


Ватер уже не лежала на мне, я был в салуне, в своей комнате. Интересно, сколько с меня попросит брат Джонни? Чёрт, где сам Джонни?! Поднявшись на ноги, я слегка поморщился, голова болела, а область вокруг моего рога просто разрывалась от боли. Еле как, натянув сумку, я спустился на первый этаж, знакомый барпони с усами, как обычно, протирал стаканы своей старой тряпкой.

— Привет, – потирая виски, поздоровался с ним я.

Он кивнул и, нагнувшись куда-то вниз, положил на стол стакан.

— Будешь?

Я задумчиво почесал подбородок, а затем кивнул. Голова болела просто жуть, алкоголь, хоть и не лучший, но всё же вариант избавиться от неё, хоть на немного, естественно, я не подумал о том, что произойдёт завтра утром, но меня это не волновало. Хилл намешал мне что-то довольно приятное на вид, оно было ярко-янтарного цвета с лёгкой пеной.

— Что это?

— Не беспокойся, – он усмехнулся. – Это можно пить быстро, но желательно это смаковать, знаешь, не дешевое удовольствие.

Я кивнул и попытался левитировать его к себе, раздавшаяся в роге жуткая боль заставила меня сделать всё по-старому. Я взял стакан и сделал первый глоток. Приятное тёплое чувство прокатилось по моему желудку и я что-то блаженно промычал, после чего меня слегка разнесло. Почувствовав, как боль постепенно отступает, я поблагодарил барпони и спросил его о стоимости сего чудесного напитка.

— За счёт заведения, – он скупо улыбнулся. – Не люблю я подарки делать, но мало того, что у тебя вчера день рождения был, так ещё ты для города столько сделал! Поэтому пей, но помни, потом уже за отдельную плату.

— Сколько за один стакан?

— 100 золота, – слегка призадумавшись, ответил Хилл Дэш.

— Ого, всего за стакан? – я удивлённо посмотрел на то, что держу в копыте.

— Да, эта бутылка принадлежала ещё моему деду.

Я кивнул и сделал ещё один глоток. Чем больше я пил этот божественный напиток, тем больше мне хотелось купить ещё. Уйдя на крыльцо, я сел на кресло-качалку и, поставив стакан на пол, я начал напевать себе под нос песню про золотое сердце. Изредка поднимая стакан и делая глоток, я вспоминал текст других песен. Закат выглядел прекрасно, впервые за последний год я действительно отдыхал. Я чувствовал, как всё больше и больше пьянею всего с одного стакана, да, я никогда не отличался излишней выносливостью, хотя градус в подобном напитке должен был быть довольно большим. Не думаю, что меня унесёт так уж сильно, по край ней мере, я на это надеюсь. Боль исчезла полностью и вскоре, допив до конца, я отправился обратно в салун, на дворе уже была ночь. Но, несмотря на это, ни Ватер, ни Джонни не было видно.

— Где твой брат? – спросил я, подходя к Хиллу.

— Сказал, что вернётся через два дня.

— Что? – я недоумевающе посмотрел на него. – Куда он ушел?

— Мне откуда знать? – барпони пожал копытами. – Мне, собственно, плевать.

— А Ватер, Алу?

— Ушли с ним.

— Как давно они ушли?

— Вчера утром.

— Сколько я валялся в отключке, – я чувствовал, как мой язык всё больше и больше заплетался после каждого нового вопроса, но, тем не менее, продолжал спрашивать.

— Где-то три дня, – раздражённо ответил он.

— В какую сторону они пошли?

— Ты же не отправишься за ними в таком состояний, – он приподнял бровь.

— Нет, конечно, нет, – я хохотнул. –Просто мне интересно.

— В каньон смерти.

— Что это за место?

Он вздохнул, а затем, отложив стакан, достал карту.

— К югу отсюда, полдня пути туда, полдня пути обратно, пойдёшь сейчас, встретишь их утром, если они там не задержались и, если вы не пройдёте мимо друг друга, что, скорее всего и произойдёт.

Я хмыкнул и, сложив карту себе в сумку, я купил ещё один стакан того замечательного пойла, а затем, вылив его во флягу, я поблагодарил бар пони.

— Ладно, удачи тебе, – попрощался с ним я и, словив в ответ «будь осторожен» я вышел из салуна.

Вы когда-нибудь пытались идти по карте в пьяном состояний? Очень весело, особенно когда замечаешь себя валяющимся в песке на первых десяти метрах пути.

— Так, Блек, соберись, – я поднялся и помотал головой.

Сосредоточившись на нужном направлении, я выдвинулся в путь и только через два часа меня смутил один факт. У меня не было ни оружия, ни брони. Была только фляга с пойлом и три фляги с водой, ну и старый обед караванщика, который состоял из половины булки хлеба и парочки засохших овощей. Надеюсь, что по пути со мной ничего не случится, ведь магию я сейчас тоже не мог использовать, чем я вообще думал? Наверное, ничем. К счастью, за ночь я не наткнулся ни на что опасное и не потерялся в пустыне. Большой прогресс, учитывая моё состояние. Как только начало светать, я почувствовал возвращение боли в области рога, к тому же я понял, что мои глаза начинали ужасно болеть от солнечного света. Сделав пару глотков из фляги, я двинулся дальше. Каньон был прямо передо мной, но своих друзей я не видел. Может, мы действительно прошли мимо друг друга ночью? Ну, каньон всё равно нужно проверить. Остановившись около ущелья, я присвистнул. Каньон был поистине велик, наверное, что бы пройти его весь потребуется затратить ни один день. Надеюсь, что они не заходили слишком далеко. Я начал искать способ спуститься вниз и не нашел ничего лучше, чем просто скатиться туда. Поцарапав себе всю шкуру и получив пару ушибов, но с боевым кличем «Джеронимо» я всё же спустился вниз, не потратив и десяти минут на спуск. На трезвую голову я бы никогда так не сделал бы. Как только я оказался внизу, я начал идти в неизвестную мне сторону. Каньон был не слишком глубоким, скорей он был продолжительным. Даже слишком. Пройдя совсем немного, я нашел первый знак, это было синее пёрышко из крыла моей любимой Ватер, я прижал его к груди и положил в сумку, после чего продолжил путь. Дойдя до пещеры, я заглянул внутрь.

— Ку-ку! – хохотнув, позвал я.

Эхо прошлось по всей пещере, после чего наступила гробовая тишина.

— Ватер, Джонни, Алу, я иду, – похвалив себя за такую рифму, я начал спускаться в пещеру.

Молчание разбавлялось стуком падающих камней, которые не выдерживали моего веса, в след за ними упал и я. Плюхнувшись на каменную поверхность, я хихикнул.

— Ау, здесь кто-нибудь есть? – я начал идти дальше, не обращая внимания на свои ушибы, которых уже скопилось довольно таки много.

— Стоять! – красный огонёк появился во тьме, отчего я закрылся ногами.

 — СВЕТ, УБЕРИСЬ! – проорал я, махая в сторону недоумевающего и нервничавшего бэтпони.

— Что? Какой свет? – он был в паре шагов от меня. – Что за? Ты что, пьян?

— Ну, возможно, – привыкнув к его светящимся глазам, я перестал прятаться за своими ногами.

— Как тебя вообще сюда занесло, – растерянно прошептал он и вздохнул. – В любом случае, еда лишней не будет.

После этого он ухмыльнулся и начал подходить ко мне.

— Ты же кровью питаешься, – начал я, но, икнув, не смог продолжить.

— Да, а что? – он остановился в шаге от меня, подготовившись к атаке.

— Ты когда-нибудь бил кровь пьяного пони? – я сел на круп и, достав флягу, сделал ещё глоток.

— Ну, нет, к чему ты это? – он нервно огляделся.

— О, разве ты не знаешь, что после того, как в кровь попадает алкоголь её нельзя пить? Она о-т-р-а-в-л-е-н-а, – последнее слова я буквально провыл, махая перед собой ногами.

— Что за чушь ты несёшь? – он фыркнул. – Как это отравлена?

— Ну, если ты её выпьешь, то можешь повредить свой билярный аппарат, – я ещё раз икнул.

— Может вестибулярный? – он приподнял бровь.

— Не-не-не, – я помотал головой. – Билярный.

— Что это за аппарат такой?

— Ну, ты начнёшь жутко поносить, а ещё блевать, да-да, – я скорчил грустную рожу. – Кроме того, ик, меня ещё и скорпион недавно цапнул, наверное, яд уже наполовину заполнил мою кровь.

— А не пытаешься ли ты меня надуть, что бы я ни пил твою кровь? – он хмуро оглядел меня.

— Я? Обмануть тебя? Пфф, кусай, проверишь сам! – я попытался резко подойти к нему, но мои ноги заплелись и я упал. – Ой, ну же! Я же беспомощен, кусай!

— Ты… псих какой-то, – растерянно прошептал он, отходя на пару шагов.

— Где, ик, тень?

— Откуда ты знаешь тень? – он ещё больше удивился, когда я произнёс имя главного вампира.

— Не… важно, – я почувствовал, как голова начинала кружиться.

— Зачем он тебе? – он отошел от меня ещё на шаг.

— Мои друзья где-то тут, где они?

— Это те пегасы-то? – он хмыкнул. – Сами пришли в наше логово, теперь висят в клетке над котлом.

— Ох, бля, – вырвалось у меня и, кстати, не только это вырвалось из меня.

— Фу, чёрт, прямо тут…

Его копыта залило моей рвотой и он брезгливо поднялся в воздух. Я почувствовал, как меня клонит в сон.

— Ооо, моя оборона, – выдавил из себя я, а затем расхохотался. – Как же мне хреново.

— Ты… ненормальный! Ты конченный! – бэтпони никак не мог унять своё негодование. – Как ты… да ты же даже без оружия! ЧТО ТЫ ТАКОЕ?!

— Пони, единорог, вроде ещё жеребец, – я потрогал себя, а затем удовлетворённо кивнул. – Да, пока ещё жеребец.

— ЧТО ЗНАЧИТ… — он вздохнул и опустился неподалёку от меня. – Вот уж выдался караул, почему на мою голову тебя принесло?

Я почувствовал, как он начинает меня оттаскивать куда-то в неизвестном мне направлений.

— Ты же не гуляешь по ту сторону амбара? — с лёгкой иронией спросил я.

— Ч… что?! – он покраснел. – Нет, конечно, нет!

— Тогда ладно, – последнее, что смог выдавить из себя я, прежде чем отключится.


— О темнейший, да он же пьян! – истерично хохоча на всю комнату орал Тень. – Эта тварь положила почти половину наших, а теперь он заявляется сюда в таком состояний?!

Ватер сидела в клетке и фесхуфила чуть ли не каждую секунду, Джонни лишь слегка шокировано смотрел на меня. Я открыл глаза. Жуткая боль. Просто адская боль терзала мою голову, как будто тысячи иголок обмакнули в спирт и теперь втыкали одну за другой мне в голову.

— Где моя фляга, – со стоном спросил я, когда не обнаружил на себе сумку.

— Тебе она уже больше не понадобится, – прошипел Тень. – Убить его! Пока он не пришел полностью в себя.

— НЕ ОРИ! – от его криков моя голова просто затрещала.

Он оскорблённо посмотрел на меня сверху вниз. Две красные точки уже подходили ко мне с разных сторон. В следующую секунду случился приступ боли. Я схватился за свою голову и, кажется, начал кричать, зажмурившись, я потерял сознание.


Я проснулся посреди полной разрухи. Голова уже не болела, стены пещеры были забрызганы кровью, к счастью, чужой. Клетка Ватер лежала на полу, а сама пегаска помогала Джонни выбраться из своей.

— Что это мать твою было!? – спросила она, когда заметила, как я прихожу в сознание.

— Ты у меня спрашиваешь? – я протёр виски.

Ничего не было. Не было ни боли в голове, не было ни ушибов на моём крупе. Казалось, что даже мой желудок очистился без дополнительной помощи.

— Что произошло, пока я был в отключке? – хрипло спросил я.

— Кстати, говоря… — Ватер подлетела ко мне и влепила мне самую сильную пощёчину из всех, что я когда-либо получал. – КАК ТЫ ПОСМЕЛ НАПИТЬСЯ… без меня.

Последнюю фразу она сказала скорей с грустью, чем с гневом. Зло, посмотрев на неё, я потёр свою щёку и поднялся на ноги.

— Прости, – растерянно извинилась Ватер.

— Пролетели, – отмахнулся от неё я и повернулся к пегасу. — Джонни, что вы тут забыли.

— Вообще то, мы шли за цветком для тебя и твоего рога.

— Чего? – я удивлённо посмотрел на него.

— Док сказал, что ты не сможешь использовать магию, у тебя случилось это… выгорание, вот! – Джонни грустно посмотрел на свою сломанную лютню и продолжил. – Он сказал, что если мы не найдём цветок брокка в каньоне, то ты можешь забыть о том, что ты единорог, как он выразился, твоим рогом можно будет только кобыл удовлетворять.

Я посмотрел на Ватер.

— Даже не думай об этом, – прошипел я, прикрывая свой рог.

— Он, конечно, длинный, но ты же понимаешь, что он острый! – она, краснея, начала мотать головой. – Это будет скорей больно, чем приятно.

— Давайте не будем обсуждать здесь такие вещи, хорошо? – Джонни слегка поморщился.

— И всё же, что произошло и почему тут всё разнесло? – я оглядел помещение.

Не сказал бы, что тут был особый порядок до неожиданного разноса, но сейчас тут творился чистый хаос.

— Это у тебя надо спросить, какого хрена ты взорвался? – спросила Ватер, рассматривая труп Тени.

— Я что? Взорвался? – я удивлённо посмотрел на неё. – Это как?

— Не знаю, ты просто крикнул ему не орать, а затем взорвался.

Задумчиво почесав подбородок, я хмыкнул.

— Не припомню ничего после того, как я обблевал того охранника.

— Чего-чего?

— Потом расскажу, – слегка улыбнувшись, пообещал я, а затем оглядел комнату. – Где Алу?

— Она не захотела заходить в пещеру, я пыталась её уговорить, но она напрочь отказалась, сказав, что лучше поищет цветок в каньоне.

— И вы отпустили её? Идиоты, – покачал головой я, а затем наскоро собрал всё полезное в этой комнате и проверил остальные

.
В одной комнате были кучи костей, а в другой куча всякого древнего хлама, который в основном был выполнен в довольно мрачном стиле, там были шкафы, статуи и прочие декораций, которые, неизвестно зачем, пылились в этой комнате.

— Стоп, а где мы? – я остановился прямо посреди коридора, когда понял, что не знаю куда идти, что бы выйти на свет, по ощущениям я мог бы сказать, что мы находились глубоко под землёй.

— Где-то под землёй, – медленно ответила мне Ватер. – Я не знаю, как глубоко они нас утащили, но по ощущениям где-то минут десять.

Я кивнул.

— У тебя… всё в порядке? – Ватер обошла меня и погладила по щеке. – Ты можешь использовать магию, как и раньше?

— Да.

— Прости за это, – она неуклюже улыбнулась. – Просто я так долго ждала, пока ты, наконец, напьёшься до нужной кондиции, а тут такое…

— Нужной кондиции? – я удивлённо на неё посмотрел.

— Ну, ещё до того, как мы с тобой начали встречаться, когда ещё вся наша команда была… жива.

Я мрачно на неё посмотрел, отчего она слегка поёжилась. Надо ли мне говорить, что я не хочу вспоминать о предательстве Бига и последних словах Стара?

— Тогда я просто мечтала тебя напоить и утащить в кровать, – она вздохнула. – Но ты никогда не напивался в хлам.

Взяв её за копыто, я улыбнулся.

— Я уже простил тебя, на самом деле, я думал, что эта пощёчина за то, что я так опрометчиво поступил.

— Ах, чёрт возьми, — в следующий момент мне прилетел подзатыльник. – Вот это за то, что ты напился в стельку в логове врага!

Она хихикнула, прикрывшись крылом, я лишь почесал затылок и проворчал что-то про самую без башенную пегаску во всех шести королевствах.

— Если я такая без башенная, то это не означает, что и ты должен быть таким, – она хохотнула. – Кто-то же должен меня из колодца на утро доставать, а если ты будешь со мной в колодце, то, как ты меня достанешь?

— Это всё замечательно, но не хотели бы вы начать двигаться в сторону выхода? – Джонни вежливо прервал нас.

— Да, пожалуй, пора, – согласился с ним я.

И мы вместе выдвинулись по длинным и тёмным катакомбам…


Наша четвёрка прощалась с жителями городка, проводить нас пришли все.

— Спасибо вам за всё, от лица нашего города, я вручаю вам этот подарок, – Йодль, как всегда, был опрятным и причёсанным, интересно, наутро он просыпается причёсанным или он всё же иногда берёт расчёску в копыта?

Я поблагодарил его и принял из его ног золотую статуэтку шахтёра.

— Это основатель города, – пояснил Джо, подойдя ко мне сбоку, рядом с ним были кобылки и его жена. – Он открыл залежи в шахте и построил первый дом.

Кивнув, я убрал статуэтку в сумку.

— Мистер Блек, – Мила и Кайла подошли ко мне, держа в зубах небольшой мешок. – Тут немного мятных лепёшек, надеюсь, что вам понравится.

— Спасибо, Мила, – я левитировал мешок к себе в сумку, предварительно достав одну лепёшку и закинув в рот.

И вновь меня поразило мастерство Милы в области выпекания, я медленно, растягивая каждую секунду, прожевал и проглотил лепёшку.

— Очень вкусно, спасибо, обязательно к вам потом заскочу, возьму добавки.

Ватер недовольно фыркнула, но я решил проигнорировать это, следующим был Билл Хилл Дэш, усатый барпони подошел ко мне и обнял.

— Спасибо за всё, береги моего братца, – он незаметно подсунул мне в сумку что-то довольно тяжелое, а затем прошептал на ухо. – Там литр, но смотри, береги, всё за раз не пей, такого больше нигде не найдёшь, разве что в личных запасах стального короля.

Я благодарно кивнул, хотя не особо хотел то, что было в той фляге, может, потом я и решусь вновь попробовать, но это будет очень не скоро. Последним был Десперадо Джо, он нервно теребил свою шляпу, держа во рту свёрток.

— Я очень надеюсь, что не прогадал.

В следующий момент он накинул мне на голову шляпу, почти как у него, с единственным «но». Она была сделана из странного материала, с виду напоминающего металл, но по весу она не отличалась от любой другой шляпы-десперадо.

— Это песчаная кожа, – он улыбнулся. – Моя собственная разработка, на одну шляпу нужен целый год работы, зато материал крепок, как железо и лёгок, как перышко, ну и само изделие такое же.

— Ты хочешь сказать, что это кожа? – я удивлённо левитировал шляпу и осмотрел её.

— Агась, – он кивнул. – Говорю же, я её год обрабатывал, хотел для себя сделать, но ты её заслужил больше, бери, пока я не передумал.

Он дружески толкнул меня в плечо.

— Удачи, ковпонь.

Ещё раз, попрощавшись со всеми я, Ватер, Джонни и Алу, которую мы нашли в пустыне, отбивающуюся от шакалов, выдвинулись в сторону Бартертауна. Больше нас здесь ничего не держало, все угрозы были устранены, а все припасы закуплены, у нас даже осталось немного денег. Солнышко светило в глаза, песок, как всегда, умудрялся забраться в самые труднодоступные места, но меня это не волновало. Сейчас я уже шел не один, я шел с друзьями, а остальное… не важно.