Скука

Щелчок там, щелчок тут - простая арифметика случайного порядка, называемого со всей серьёзностью - Хаосом. И неважно, что за этой великой субстанцией кроется лишь озорство и шалость. Ведь шалость дурашливого божка гораздо приятней, чем больная скука всемогущего духа. По крайней мере, ему самому так это казалось.

Дискорд

Последний чейнджлинг: угроза Эквестрии

Чуть ранее Армор и Кризи подверглись беспощадному шиппингу. И вот, после небольшой передышки, продолжаем тему.

Другие пони ОС - пони Кризалис Шайнинг Армор

О печенье и единорогах

О жизни семейства Спарклов, о Твайлайт...

Твайлайт Спаркл Другие пони Шайнинг Армор

Вознесение падшего

Продолжение рассказа "Тень падших".

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Пинки Пай Принцесса Селестия Принцесса Луна Найтмэр Мун Человеки Кризалис Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор

Радужные яблочки

Эпплджэк попадает в больницу и сходит с ума.. а дальше гримдарк во все края =)

Рэйнбоу Дэш Эплджек

Монструм, или Попаданца описание

Эквестрийский бестиарий хранит в себе записи о самых жутких чудовищах, как о давно вымерших, так и о живущих по сей день. Но есть одна запись, старая как мир, которая вызывает трепет даже у прожжёных охотников, встречавшихся нос к носу с такими опасными тварями, как мантикоры, королевские виверны и аримаспы. Хотите почитать?

Другие пони Человеки

Копытун

Журналист Арчи Четыре Крыла, городок Копытун и древняя легенда...как-то так:)

ОС - пони

Заражение 3

Блеск клыков при лунном свете, страх и смятение. Нечто ужасное притаилось в темноте, а всё виной то же любопытство, которое было безрассудно проявлено в прошлом некой Твайлайт Спаркл

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Биг Макинтош Другие пони

Fallout:Equestria: Виват, Литтлпип!

С разрешения Kkat. ...Давным-давно, в волшебной стране Эквестрии... Выпущенное зебрами пламя мегазаклятий почти полностью уничтожило расу пони. Лишь через двести лет юная кобылка, вышедшая из Стойла Два, смогла объединить вокруг себя тех, кому суждено было стать новыми Хранителями Элементов Гармонии - и изменить жестокую и кровавую Эквестринскую Пустошь. Но ничего ещё не закончилось, потому что Литтлпип предстоит новое испытание. И судьба страны пони снова оказывается на кончике её рога...

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Найтмэр Мун

На вершине

Что значит быть Селестией? Что значит быть «на вершине»? Селестия знает. А вскоре узнает и Твайлайт.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия

Автор рисунка: Siansaar
Глава 10. Nothing else Metter Глава 12. Wind of changes

Глава 11. Прогулки по воде

Глава 11. Прогулки по воде.

С самого утра я проснулся не с той ноги, моё настроение было не самым лучшим. Мы шли уже второй день и к сегодняшнему вечеру должны были дойти до Бартертауна. Я остановился на секунду для того, что бы в очередной раз вытряхнуть песок из гривы.

— Как же я ненавижу пустыни, – зло, пиная песчаного обидчика, фыркнул я.

— Ой, посмотрите-ка, у нас тут неженка, – Ватер язвительно похихикала, а затем хмыкнула. – Хотя я с тобой соглашусь, песок это не круто.

— А мне больше снег по душе, – мечтательно протянула Алу, проходя мимо меня. – Тут жарко.

— Да, я бы сейчас тоже не отказался от небольшого снегопада, – я мечтательно посмотрел на небо. – Но на небе ни тучки, шанс, что это произойдёт всё равно, что в меня ударит молния.

— Не зарекайся, – Джонни хохотнул. – Ты никогда не слышал песню про дурака и молнию?

— Ну, дурак у нас уже есть, – Ватер хихикнула, толкнув меня в плечо. – А вот молнию не надо.

— Очень смешно, – я покачал головой и продолжил ход.

— Эта песня, кстати, появилась не так уж и давно.

— Ты живёшь уже, наверное, лет сто, так что для тебя недавно, для нас пять лет назад, – я многозначительно посмотрел на Джонни.

— Ну, она действительно появилась, наверное, лет так десять назад – он слегка улыбнулся и пожал копытами.

— Бл… — я воткнулся в зад Ватер и отпрянул назад, недовольно посмотрев на вставшую, на месте пегаску.

А затем и я встал, как вкопанный. Перед нами была самая настоящая снежная буря. Глыбы льда возвышались из песка и достигали десятиметровой высоты, но одна, центральная глыба, была самой большой, нет, это было не глыба, это была… башня? Целая башня изо льда в пустыне?! Чё, серьёзно? Я опасливо посмотрел на небо, в ожидании молний, к счастью, пока в меня ничего не летело.

— Что за чертовщина, – пробормотала себе под нос Ватер, удивлённо смотря на свои передние копыта.

Это было удивительно, наблюдать, как она стоит задними копытами в песках, а передними на льду.

— Джонни, что за хрень? – я недоумевающе посмотрел на пегаса, тот лишь грустно посмотрел на башню изо льда. – Ты что-то знаешь о внезапно появившемся ледяном королевстве посреди пустыни?

Он кивнул и прошел мимо Ватер, которая продолжала удивлённо таращится на лёд и песок.

— Это мираж, это просто мираж, – повторяла она. – Тут нет никакого льда…

В следующий момент я залепил в неё снежком. Она помотала головой, а затем недовольно посмотрела на меня. Я улыбнулся.

— Чего? – она взглянула на снег у неё в копыте, а затем ухмыльнулась. – НУ, ИДИ СЮДА! ПЕРВЫЙ НАЧАЛ!

Она взлетела в воздух и, набрав с верхушек глыб побольше снега, она начала метаться в меня кучами снежков, я же постоянно уклонялся или воздвигал щит, предотвращая попадания в меня.

— Не честно! Это просто не честно! – зло топтала снег под своими ногами Ватер. – У тебя рог! Это просто нечестно!

— У тебя крылья, – я пожал копытами. – Всё честно.

С этими словами я отправил в неё шестой снежок, который достиг своей цели, и пегаска с недовольной миной махнула на меня крылом.

— Всё, сдаюсь.

— Быстро ты, а где же непобедимая Ватер? – я злорадствовал, как мог, наблюдая за выражением лица пегаски. – Или всё, уже нет непобедимой Ватер Шарк?

По её внешнему виду можно было сказать, что сейчас она растопит лёд своей злостью.

— Когда-нибудь, я запихаю твой рог тебе в зад, – она зло отвернулась и пошла за Джонни в башню.

Я хмыкнул и посмотрел на Алу, которая радостно валялась в снеге. Вскоре, когда она сочла это занятие скучным, мы отправились в башню, вслед за Джонни и Ватер. Пегаска до сих пор не смотрела на меня, я всегда знал, что поражения даются Ватер очень тяжело, но не настолько же?

— Джонни, что это за место? – я осторожно подошел к пегасу, осматривая ледяные своды башни.

Он недовольно на меня посмотрел и покачал головой, а затем просто молча начал подниматься по винтовой лестнице, которая обвивала башню.

— Что произошло? – я недоумевающе посмотрел на него. – Что я не так сделал?

— Лучше помолчи, – шикнул он и отвернулся. – Это не место для веселья.

Я остановился на месте и растерянно посмотрел на него.

— И ты туда же? – я зло посмотрел на него. – Все пегасы такие обидчивые?

Он хмыкнул, но ничего не сказал. Ватер же просто прошла мимо меня, хлестанув по щеке своим хвостом.

— Ау, – я потёр щёку и гневно посмотрел на обидчицу. – За что?

— Просто так, – она бросила мне злобный взгляд и начала подниматься по лестнице.

— Что с вами такое? – пробормотал я и оглядел башню.

Она казалась гигантской, сколько времени мы будем только подниматься по ней? И с какой целью? Почему Ватер так слепо следует за Джонни, который даже не может объяснить, что это за чертовщина? Посмотрев вниз, я обомлел. Пустыни не было, была лишь вечная вьюга, которая плотным слоем закрыла мне обзор. Алу жалась ко мне, испуганно смотря на эту бурю.

— Что это такое? – шепотом спросила она, поежившись от холода.

«ТЫ МЕНЯ ПРЕДАЛ!» — резкий отголосок заставил меня навострить уши и посмотреть наверх.

— Ты это слышала? – продолжая смотреть вперёд, спросил я.

— Что? – Алу недоумевающе посмотрела на меня.

«ТЫ… ТУПАЯ ДЕРЕВЕНЩИНА!» — теперь я узнал этот голос.

— Лазури? – одновременно удивлённо и радостно крикнул я. – Это ты?

«Блэк, я надеюсь на тебя, не дай…» — пробежав вперёд, я услышал голос отца.

— Что? – я остановился и посмотрел на вьюгу. – Это галлюцинаций?

« Ты мне больше не друг!» — резкий голос Тий раздался у меня в ушах.

— Тия? — мой взгляд устремился вверх.

Голоса продолжали отвлекать меня и чем дальше я поднимался, тем отчётливей и чаще я их слышал, до тех пор, пока они не слились в один непонятный для меня поток информации.

— Заткнитесь! – проорал я, падая к земле, закрывая уши копытами. – Уйдите, прочь!

Раздался щелчок и голоса, как будто послушавшись меня, смолкли. Я удивлённо поднялся на ноги и посмотрел вниз. Вьюги больше не было, а я был уже почти у верхушки этой башни. Дождавшись Алу, мы поднялись наверх. Джонни и Ватер стояли рядом с… глыбой льда, в которой был заморожен пони, внешне он очень сильно походил на какого-то рыцаря из древних сказок, только кирка рядом с глыбой льда портила всю эпичность данной картины.

— Кто это? – шепотом спросил я, подходя к Джонни.

— Рыцарь изо льда, – хриплым голосом ответил пегас. – Помнишь историю о золотом сердце?

Я едва заметно кивнул, удивлённо наблюдая за тем, как рыцарь в глыбе безутешно рыдал, его слёзы почти сразу застывали, продолжая укреплять глыбу.

— Это тот самый шахтёр, закончив свои скитания тут, он так и не смог найти золотое сердце. Он сдался и… — Джонни вздохнул и лёгким движением погладил лёд. – Начав плакать, он заморозил самого себя своими же слезами.

— Но… тут же была пустыня! – я недоумевающе посмотрел на пегаса.

Чёрт с ней с пустыней, пони не может столько выплакать! Да тут просто куча факторов!

— Мы уже далеко не там, – Джонни покачал головой. – Это место называется переходом.

— Но между чем и чем?

— Отель Корнифорния и наш мир.

Я сглотнул и посмотрел себе за спину.

— Как мы сюда попали?

— Время от времени судьба посылает нам такие намеки и мы не вправе отказываться, там портал, – Джонни ткнул копытом в арку, проход которой светился фиолетовыми огнями. – Куда он нас приведёт, я не знаю, это всё зависит от судьбы.

— Судьба никогда ничего не решает, – глухо оборвала его Ватер. – Всё достигается трудом, потом и кровью, иногда не твоей.

Пегас покачал головой.

— Всё, что с нами происходит, происходит по воле судьбы, мы не можем это предотвратить.

Я встал между ними и топнул копытом.

— Судьба-хуюдьба! К чёрту это дерьмо, нет времени на разглагольствования, – стукнув обоим по лбу, сказал я, а затем повернулся к пегасу. – Ты уже был тут? Что это были за голоса?

— Отголоски прошлого, – недовольно потирая лоб, ответил Джонни. – Я тут был и не раз, каждый раз, воскрешаясь в очередной раз, я оказываюсь тут.

— Куда выведет этот портал?

— А мне почём знать? – Джонни хмыкнул. – Он приведёт туда, куда укажет судьба, иначе башня не появилась бы перед нами.

Я кивнул, а затем посмотрел на Ватер. Пегаска, надув губы, отвернулась от меня и недовольно смотрела на портал. Погладив её по гриве, я ласково чмокнул её в щёку и приобнял.

— Не дуйся.

— Не дуюсь, – она демонстративно надула щёки.

Покачав головой, я отошел от неё и подошел к порталу.

— Ну, что? – повернув голову на своих спутников, я обошел их взглядом.

Ватер перестала изображать мыльный пузырь, Алу смотрела прямо на рыцаря во льду, а Джонни грустно водил копытом по снегу.

— Стало быть, я первый, – пожав копытами, сказал я, и встал перед порталом.

Фиолетовое сияние слегка пугало, где-то под моей шкурой маленький холодок говорил мне, что не надо идти в портал, но я отбросил его в самые жаркие места моего тела. Помотав головой, я сбросил наваждение и сделал шаг вперёд.


Детский плач. Чёрт, ненавижу жеребят, пока они настолько маленькие, от них столько ору…

— Кто это у нас тут плачет? А ну-ка, Шарко, смотри, что у меня… — я открыл глаза и увидел лежащую передо мной кобылку, которой едва ли исполнилось полгода.

Шарко? Это что, прошлое?

— БЛЭК?! – резкий голос Лазури ввёл меня в ещё большое заблуждение.

— Что, опять галлюцинаций? – устало вздохнул я.

В меня кто-то влетел и пригвоздил к полу. Я удивлённо посмотрел на плакавшую золотистую пегаску.

— Стоп, что? – теперь я ещё больше запутался. – Это что, какая-то смесь прошлого, настоящего и будущего?

Лазури, продолжая меня обнимать, удивлённо посмотрела на меня своими заплаканными глазами.

— Что? – тоненьким, чуть ли не сорвавшимся, голоском спросила она. – О чём ты говоришь? Стоп, ТЫ СНОВА ЖЕРЕБЕЦ!

— Это… да, – я поднялся на ноги и растерянно почесал затылок. – Долгая история.

Теперь я смог рассмотреть кобылку поближе. Она была пегасом.

— Что за… — я недоумевающе посмотрел на Лазури. – Шарко? Шарко не была пегасом…

Лазури с грустной улыбкой посмотрела на меня.

— Та Шарко не была, а наша дочка стала.

В моём горле пересохло, а ноги подкосились.

— Ч… чего? – только и смог выдавить из себя я. – Ты шутишь, ведь так?

Лазури покачала головой.

— Нет, Блек, она твоя дочь, – с серьёзным видом, смахивая слёзы со щеки, сказала золотистая пегаска.

— Твою… — в этот момент с потолка на меня свалилась Ватер, Джонни, а за ними и Алу…


Пока я с Джонни рассказывал Лазури о том, почему Джонни жив и где мы были, Ватер уныло смотрела за тем, как Лазури держала в копытах маленькую Шарко Тайм. Золотистую, как её мать, пегаску с чёрной, как моя, гривой. Не слишком хорошее сочетание, как по мне.

— У неё глаза красные, – с улыбкой заметила Алу. – Прямо, как у Ватер.

Я подавился чаем, а Ватер ударилась головой об пол, закрывая себя копытами. Лазури удивлённо посмотрела на малышку.

— Да, я и не замечала, – растерянно сказала золотистая пегаска.

— Как это возможно? – краснея у всех на виду, спросила Ватер. – Я имею в виду не глаза, а саму… Шарко.

— Ну, Блэк не воспользовался самым главным правилом жеребца, – подтолкнув меня в бок, хохотнул Джонни. – А уж как это стало возможным, ты и сама знаешь.

— Главным правилом? – удивлённо спросили Ватер, Лазури и я.

— Ага, – он кивнул, а затем подмигнул мне. – Главное вовремя вытащить, а остальное не так важно.

Я сделал фейсхув, теперь уже мне пришлось прятаться под копытами от стыда.

— Пожалуй, да, – Ватер, оценив шутку, улыбнулась. – Блек, сам виноват.

— Хм, подруга, а ты что-то толстеть начала, – Джонни, прищурившись, ткнул Ватер в живот.

— ЧТО!? – Ватер резко взлетела в воздух, осматривая себя. – НЕТ, НЕТ, НЕТ, НЕТ!

Джонни упал на землю и начал смеяться.

— Повелась, – смахивая слезу, катался по полу пегас. – Всё с тобой нормально, вроде.

Ватер опустилась рядом с ним и дала ему подзатыльник.

— Идиот! – облегчённо выдохнув, сказала она. – Я могла поседеть от такой шутки!

С одной стороны мне было весело, а с другой страшно. Что если и Ватер тоже… я одного жеребёнка боюсь, а с двумя, а что если у Ватер двойня будет, чёрт…

— Что-то у тебя вид какой-то болезненный, – прикладывая копыто к моему лбу, сказала Лазури. – Ты не болен?

Я покачал головой.

— Нет, просто это всё так неожиданно свалилось и… я отец? Чёрт, всю свою жизнь я боялся этой фразы.

Лазури скупо улыбнулась, приподняв бровь.

— Тем не менее, ты теперь отец, надеюсь, ты не собираешься убегать от своих обязанностей и… бросать нас? – её голос дрогнул и она с надеждой посмотрела на меня.

— Я… нет, я не хочу вас бросать, но… Лазури, – я с болью посмотрел на пегаску. – Ты ведь знаешь, что…

— Да, спасать мир и так далее, – она вздохнула, посмотрев грустным взглядом на маленькую пегасочку, которая мирно посапывала в копытах у своей мамы. – Просто, я надеюсь, что это всё закончится, и мы просто станем обычной семьёй, как я всегда мечтала.

Ватер продолжала осматривать себя со всех сторон.

— Эээ, Лазури, сколько дней прошло, прежде чем ты поняла, что беременна?

— А ты, я вижу, очень волнуешься по этому поводу, – хихикнула Лазури.

Ватер медленно кивнула и сглотнула. Лазури, положив малышку в кроватку, подошла к переминающейся с одного копыта на другое пегаске.

— Ну, где-то через месяц я поняла, что со мной что-то не так и, о, да, точно, – она подошла к Ватер и посмотрела на неё с довольной улыбкой. – Это очень больно.

Слово очень она специально растянула на пять слогов.

— Наверное, даже больнее, чем, прямое попадание стрелы в горло, да, чёрт возьми, даже если тебя дракон спалит, будет не так больно!

Ватер остекленевшим взглядом посмотрела на золотистую пегаску, а затем упала на землю.

— У неё… обморок?! – удивлённо спросил я, хватая пегаску.

— Упс, перестаралась, – приложив копыто ко рту, хихикнула Лазури.

Я недовольно на неё посмотрел, но, в душе, я посмеялся вместе с ней, хоть чего-то Ватер боится по-настоящему…


Всё это время Лазури жила в небольшом поселении на окраинах королевства клана Змеи, самым забавным было то, что эта деревня даже на карте не была отмечена, от силы в этом поселении набралось бы с двадцаток пони, можно даже сказать, что это место скорей походило на монастырь или какую-то деревню отшельников-аутистов, которым захотелось жить вдалеке от цивилизации. Однако именно в этой деревне Лазури помогли с её… затруднительным положением, оказывается она некоторое время пыталась искать меня, но когда живот стал слишком мешать, ей пришлось задуматься о том, где рожать и растить нашу дочь, она металась от одного города к другому, но никто не хотел брать помогать и уж тем более брать на работу незнакомую, беременную и одинокую кобылу. Все показывали ей на дверь и гнали взашей. В конце концов, она набрела на эту деревню, обессилевшая, голодная, жалкая и абсолютно беззащитная. По её словам её досюда довёл караван, а потом уже тут ей помогла старая кобыла по имени Шарлота, совершенно безвозмездно. Местный лекарь, Мира, помогла ей с родами, она же, первое время, помогала ей освоиться в деревеньке.

Я, Лазури и Шарко сидели у небольшого озера и смотрели на то, как окраины джунглей медленно превращаются в обычный лес. Я держал у себя в копытах малышку и с лёгкой улыбкой смотрел на неё, пока она игралась с моей гривой.

— Она такая хорошенькая, – наблюдая за нами, прокомментировала пегаска. – Как давно я мечтала увидеть вас вместе.

Медленно кивнув, я отдал Шарко её маме, отчего маленькая пегасочка стала ещё более радостной.

— Что ты будешь дальше делать с ней? – грустно спросил я, отвернувшись от мамы и дочки.

— В смысле? – она удивлённо посмотрела на меня. – Воспитывать и растить, конечно.

— Ты останешься тут?

Она нахмурилась.

— Да, я никуда не понесу Шарко отсюда, тут хорошее место с хорошими пони.

— Наверное, ты права, – я посмотрел на небо. – Просто… я не знаю, что мне сейчас делать, что нам всем сейчас делать.

— Ты о чём?

— Ну, Ватер сейчас в сильнейшей депрессии, я, честно сказать, тоже. Раньше у меня была одна цель, спасти мир, а сейчас я просто не могу оставить вас с Шарко одних.

Она положила Шарко в корзинку и обняла меня крыльями, притянув к себе.

— Всё в порядке, я и Шарко не так важны, как мир.

— Нет, – я медленно поглаживал её щёку. – Для меня вы важней всех остальных. Я не хочу оставлять вас одних, просто не хочу.

— Если тебе станет спокойней, то я научилась пользоваться оружием, – слегка покраснев, сказала Лазури. – Мне пришлось.

— Вот как, – я слегка усмехнулся, а затем ухмылка слезла с моего лица. – Даже самому сильному войну не одолеть самого слабого Дрази. Не думаю, что ты сможешь защититься от них.

— Да, наверное, не смогу, – она вздохнула. – Но я пожертвую всем, ради Шарко, даже если придётся отдать свою жизнь.

Я с грустью посмотрел на неё, а затем и на саму малышку, которая смотрела на нас тоскливыми глазами с явным желанием заплакать.

— Не думаю, что это спасёт её.

Лазури ещё раз вздохнула и взяла малышку в копыта.

— Давай просто будем верить в хорошее будущее, ладно?

— Никогда не делай хороших прогнозов на будущее, потом будет больнее принимать плохие исходы, – покачав головой, процитировал своего отца, я. – Но я всё равно буду надеяться на то, что когда приду сюда вновь, увижу вас в целости и сохранности.

Лазури улыбнулась и мы обнялись, я, золотистая пегаска и ещё одна золотистая пегасочка с чёрной гривой. В этот момент я понял, как хорошо может быть с семьёй, а ещё я понял, что мне этого будет не хватать…


— Прячьтесь! Клан Бури наступает! – в следующий момент гонец, прибывший из вновь отстроенного Бедленда, получил стрелу в горло.

С воздуха, прямо на площадь, опустился отряд грифонов, во главе с большим чёрным грифоном, тело которого было украшено огромным количеством шрамов. Он грозно смотрел на попрятавшихся кто куда пони, а затем на меня с Лазури. Я вышел вперёд, закрывая пегаску.

— Эта деревня объявляется владениями клана Бури, – проревела пегаска в золотых доспехах, опустившись перед грифоном. – Все несогласные могут выразить своё недовольство прямо сейчас!

Я нахмурился.

— Кто дал вам право на это? – громко спросил я.

— Король Лайт лично возглавил поход на Бедленд, – грифон отстранил пегаску и прищурился, глядя на меня. – Кто ты такой?

— Тот, кто надерёт тебе зад, – Ватер, резко спикировав на грифона, воткнула ему в шею кинжал, после чего вдарила копытом по животу и разрезала глотку вторым кинжалом, достав его из ножен.

Я удивлённо посмотрел на бледно-синею пегаску.

— Зачем?

— Нет времени объяснять, это враги! – выкрикнула Ватер Шарк и снова взлетела в воздух, взяв свой верный арбалет и оставив грифона в тяжелораненном состоянии из которого он вряд ли смог бы выбраться без посторонней помощи.

Мой рог засветился и пегасы, которые попытались взлететь вслед за Ватер, вдруг осознали, что из копыта приморожены к земле, после чего в меня влетела командирша. Я почувствовал укол где-то в районе живота и сжал зубы от боли. Мой рог вновь засветился и голову пегаски протаранило ледяной стрелой. Спихнув с себя обмякший труп, я медленно поднялся и посмотрел на рану. Она была небольшой, меня всего лишь слегка проткнули коротким мечом.

— Ты как? – испуганно спросила Лазури, осматривая мою рану.

— Всё в порядке, уходи с Шарко в дом и собирайте вещи, если мы с Ватер не вернёмся в течение часа, уходите из города и желательно в сторону клана Стали, не суйтесь в клан Бури и уж тем более в клан Змеи.

— Но…

— Никаких «но», — я заткнул её рот своим копытом. – Ты меня поняла? Уходите и действуйте быстро!

Она кивнула и я вновь вернул ей возможность говорить.

— Идите! – мой рог засветился и за моей спиной возник щит, который принял атаку от гвардейца клана Бури.

Его алебарда врезалась в невидимый заслон, он отпрыгнул назад. В следующий момент его тело объяло пламенем и он испуганно начал кататься по земле, сбрасывая с себя доспехи. Сверху передо мной упал пегас с болтом в шее. Снаряд, выпущенный из знакомого мне арбалета, вошел прямо между доспехами и шлемом, хотя там была очень маленькая щель. Точность Ватер точно не пострадала за всё это время. Внезапно дом Миры начал пылать огнём и я увидел мёртвое тело единорожки, которое лежало у колодца.

« Может ты, может я» — пронеслось у меня в голове, мой рог засветился чёрно-красным сиянием. На дом местного лекаря пролилась целое озеро воды, после чего огонь потух, хотя и не полностью. Заметив опасность краем глаза, я отпрыгнул в сторону, уклоняясь от атаки. Молодой пегас неуклюже упал на землю. Фальчион вывалился из его рта и он испуганно посмотрел на меня.

— Может ты, может я, кто умрёт, не знаю даже я, – прошептал я и, выхватив меч из ножен, снёс голову юнцу.

Услышав крик Ватер я обернулся и увидел, как большой коричнево-белый грифон прижимает её к земле. После чего я незамедлительно метнул в него ледяное копьё. Он вскрикнул, копьё пробило его доспех и пронзило его насквозь. Ватер оттолкнула его от себя и, схватив арбалет, взлетела в воздух. Почувствовав резкую боль в боку, я обернулся. Прямо в мою кьютимарку был всажен арбалетный болт. Увидев стрелка, я метнул в него огненный шар, но он с лёгкостью смог уклонится он него. А вот от выстрела Ватер Шарк ему уйти не удалось. Пегас с пробитым крылом начал падать на землю, упав он, кажется, сломал себе шею. Дом Пита, местного кузнеца, начал дымиться, а сам Пит сражался с грифоном у входа в дом. Пробив молотом шлем вместе с черепом, Пит метнулся в сторону входа, но его остановил спикировавший на него сверху пегас. Воткнув в спину Пита свой топор, пегас вновь поднялся в воздух. Пит что-то прошептал и умер, так и не добежав до своей семьи.

— Получай! – я обернулся и увидел, как Ватер всаживает свой последний арбалетный болт в гнавшегося за ней пегаса с копьём.

Снаряд попал в грудь, но не смог толком нанести повреждения гвардейцу и тот влетел в Ватер, вскользь ударив её копьём. Пегаска вскрикнула и начала терять высоту. Мой рог зажегся, в гвардейца прилетела молния, после чего он потерял сознание и начал падать. Увидев атаку, я возвёл щит, так как двигаться мне было не слишком приятно. Пегас ударился о невидимый заслон и удивлённо посмотрел на воздух перед собой. В следующий момент ледяное копьё пробило его защиту, и он, издав последний вздох, упал на землю. С каждой новой жертвой меня начинало всё больше пробирать холодом. Что мы делаем? Нам грозит вымирание и смерть, а мы продолжаем убивать друг друга? Зачем? Ради какого-то клочка территорий? Ради власти и денег? Какой в этом толк?

— Блек, сзади! – крик Ватер выбил меня из моих рассуждений и я обернулся.

Слишком поздно, молот ударил меня в бок и я отлетел к стенке. Больно ударившись об неё, я сполз на землю, хрипя из последних сил. Крупный пегас, хмыкнув, замахнулся ещё для одной атаки. Когда я уже готов был попрощаться с жизнью, его голова упала на землю, за ним, держа меч во рту, стоял Джонни. Пегас выглядел паршиво, куча порезов и ран говорило о том, что он тоже вступил в бой.

— Это… последний, – тяжело дыша, сказал музыкант и упал на землю.

Я облегчённо выдохнул и вскоре тоже потерял сознание…


Очнулся я уже на кровати в чьём-то доме. Лазури нервно укачивала плакавшую Шарко, Ватер смотрела в окно, а Джонни грустно уткнулся в пол. Шарлота, по-видимому, хозяйка этого дома, металась туда-сюда.

— Что произошло?

Все взгляды моментально устремились ко мне.

— Ты потерял сознание, мы ждали, пока ты придёшь в себя, что бы выдвинуться.

— Куда?

— На прогулку по воде, – хихикнула Шарлота, натягивая на себя свои сумки.

Все, кроме Лазури, тащили минимум по две сумки, ещё две лежало около моей кровати.

— Нет времени объяснять, – поморщилась Лазури, поднимаясь на ноги. – Нам действительно пора, пока подкрепление клана Бури не пришло.

Я кивнул и без лишних слов поднялся на ноги и взвалил на себя сумки.

— Сколько я провалялся?

— Часа два.

— Могли бы и пораньше разбудить, – я хмыкнул, грустно рассматривая сгоревшие останки деревни.

Лазури закатила глаза, а Ватер фыркнула, вскоре мы подошли к входу в какую-то пещеру, откуда доносилось журчание воды. Вместе с нами шло ещё пять пони, два жеребца и 3 кобылы, все земные.

— Куда мы идём? – задал вопрос я.

— Это пещера прямой проход до города клана Стали, – коротко ответила Ватер.

— Не только проход, – дала её подзатыльник Шарлота. – Это память!

Ватер зло на неё посмотрела и отвернулась.

— Память? – я удивлённо посмотрел на старушку.

Она кивнула и ткнула копытом на соседний холм. А над ним возвышался крест.

— Это памятник героям войны, во время атаки клана Бури на клан Стали наша деревня вытаскивала раненых из самого пекла, а затем выхаживала и помогала встать на ноги.

Старушка гордо посмотрела на крест.

— Видишь, там, на горе стоит крест?

Я кивнул.

— Под ним с десяток солдат, которые помогали беженцам и раненым на войне, там похоронен и мой отец тоже. С тех самых пор ходьба по этой пещере называется прогулками по воде.

— А почему по воде? – я приподнял бровь.

— Сейчас всё поймёшь, – она ухмыльнулась и, взяв факел, зашла в пещеру.

Вслед за ней отправился и я, а уже за мной и все остальные. Почти сразу мне всё стало ясно, вода стекала со сводов пещеры и образовывала небольшой ручей, своего рода подземную реку, которая стекала по пещере вниз.

— Гулять по воде, гулять по воде со мной! – старуха начала петь и плескаться в воде.

Я растерянно смотрел на неё, я не понимал, смеяться мне или пугаться, но, судя по реакции Лазури, старушка вела себя так не в первый раз. Ватер и Джонни, так же как и я не понимали, что с ней не так, но вскоре Шарлота успокоилась и перестала петь. Мы шли по воде, постоянный «хлюп» под копытами слегка раздражал, пожалуй, нет лучше названия для похода по этой пещере, чем «прогулки по воде». Вскоре мы остановились на передышку и перекус. Я в одиночку умудрился умять больше, чем Ватер, Лазури и Джонни вместе взятые.

— Ого, кто-то давненько не ел, а? – Лазури улыбнулась и похлопала по моему животу.

— Ну, да, я проголодался, слегка, – я смущённо почесал затылок.

Внезапно перед нами раздалось хлюпанье, я резко поднялся на ноги и насторожился.

— Кто там? – прошептал я, оглядывая нашу группу. – Все тут? Это не из наших?

— Это духи, – Шарлота продолжала есть свою фруктовую кашу, не обращая внимания на звуки.

— Какие ещё духи? – я недоумевающе посмотрел на неё.

— Самые настоящие, – она хохотнула. – В этой пещере живут духи убитых солдат, нас они не тронут, мы же свои.

— А кого они считают врагом, – обеспокоенно спросила Ватер.

— Любого, кто принадлежит к клану Бури, – положив чашку на камень, ответила старуха.

Кажется, я слышал, как скрипнули зубы Ватер Шарк, она испуганно смотрела на проход впереди. Достав свой меч, я начал шептать себе под нос заклинание. Мой рог засветился, а меч объяло зелёным пламенем.

— Что ты творишь?! – Шарлота испуганно ахнула.

— Предохраняюсь, – отмахнулся от неё я. – Если это спрайты, то добра от них ждать не следует.

— Она же сказала, – Лазури положила копыто на моё плечо. – Они не причинят нам вреда.

— Нам нет, а вот Ватер могут, – я мотнул головой в сторону бледно-синей пегаски.

В свете факела она казалась не такой бледной, блики, отражающиеся от воды, гуляли по её мордочке, на которой так же гулял страх.

— Не смей вредить духам, – сердито гаркнула старуха. – Иначе не жди добра!

— Переживу, – с мрачной гримасой ответил я и пошел вперёд. – Эй, есть тут кто?

В ответ я услышал завывания, но атаки не последовало.

— Идём.

Я шел почти вплотную к Ватер, она жалась ко мне, опасливо оглядываясь по сторонам. Внезапно из стены вылезла нога и попыталась цапнуть Ватер за гриву. Одним движением я отсёк ногу своим мечом, громкий стон разошелся по всей пещере.

— Идиот! – проорала старуха. – Мы тут все поляжем из-за тебя!

— Встать в плотный круг! – скомандовал я. – Кобыл и детей в центр.

Ватер насмешливо на меня посмотрела, я поправил себя.

— Всех, кто неспособен сражаться в центр!

Поймав неодобрительный взгляд Лазури, я чертыхнулся.

— Вам не угодишь, – простонал я, а затем встал в круг.

Пройдя ещё час, мы вновь встали на привал, пока никто нас не атаковал и это меня радовало.

— Ты как? – Ватер выглядела бледной и слегка отстранённой.

— Плохо, – повернув на меня голову, ответила пегаска. – Я… не хочу, что бы из-за меня пострадал ты или кто-либо ещё.

Она вздохнула и улеглась под стену.

— Просто, я так давно не слышала о клане бури и обо всей этой белиберде про войну и честь, а тут на тебе, – она наглядно клопнула копытом по воде. – Сразу всё и целой кучей.

Я понимающе кивнул и присел рядом с ней.

— Кроме того, Блек, – она перешла на шепот. – Что мне теперь делать?

— В смысле? – я непонимающе посмотрел на неё.

— У тебя есть ребёнок, по факту вы уже семья, я никак не вписываюсь в неё, может мне просто уйти?

— Не надо, – я протестующе топнул ногой. – Ты нужна нам, ты нужна мне!

— Но нужна ли я Лазури и Шарко? – она с болью посмотрела на золотистую пегаску, которая лежала на земле, свернувшись калачиком.

Глядя на то, как эта пегаска сжимает Шарко в своих объятиях и пытается огородить её от всех бед в этом мире, у меня на лице невольно проскакивает улыбка.

— Как Шарко отреагирует на то, что её отец встречается сразу с двумя кобылами? – Ватер свесила голову и уткнулась взглядом в землю.

— Не думаю, что это будет играть для неё значения, – я поднял мордочку Ватер копытом, мы встретились взглядами. – Если ты будешь её любить, то зачем ей ещё что-то? Какая разница, почему? Если Лазури не против, будет ли её это волновать?

Честно сказать, я сам не верил в то, что говорил. Однако я знал, что нужно дать Ватер хоть какую-то надежду, на самом деле мне самому с трудом верилось в то, что мы сможем сохранить наши отношения, ведь с появлением жеребёнка я больше не смогу уделять время Ватер и Лазури в одинаковом объёме, если весь этот бред с Дрази закончится, то я едва ли смогу видеться с Ватер, вся моя жизнь превратится в сплошную рутину, работа с утра до вечера, а вечером посиделки с Шарко и Лазури. Ватер действительно сюда вписать просто некуда. Но пока я не готов был свыкнуться с мыслью, что мне придётся бросить это бледно-синее чудо, нет, только не сейчас.

— Выдвигаемся? – фиолетовый жеребец по имени Чак обладал довольно громким голосом, хотя говорил он шепотом, мне казалось, будто он пытается кричать.

Я кивнул и поднялся на ноги, помогая Ватер подняться. Бледно-синяя пегаска всё ещё выглядела плохо, надеюсь, что она не попытается убить себя, как это пыталась сделать когда-то Лазури. Алу всё это время тихо вела себя, словно мышь. Её ушки перманентно были опущены, видимо такие места волкам не по душе. Громкие завывания обрушились на нас, заставляя припасть к земле и закрыть уши копытами, а вдалеке, за поворотом, появилось зеленоватое сияние.

— Духи не знают усталости, – нахмурившись, запричитала Шарлота. – Они всех нас убьют.

— Молчи, – шикнул на неё я, а затем поднялся в полный рост.

Сияние за поворотом усилилось и начало двигаться в нашу сторону. Я левитировал свой меч и приготовился к прыжку. Из-за угла на нас вышел… жеребёнок. Он казался беззащитным и беспомощным, но что-то меня в нём настораживало, например, отсутствие зрачков. Жеребёнок зарычал и ринулся на нас. Мой рог засветился, ледяное копьё влетело в зеленоватую грудь жеребёнка, однако оно просто пролетело мимо и ударилось о стену. Когда жеребёнок оказался почти вплотную к нам, он испарился, вместе со свечением.

— Что… это… было? – испуганно спросила Лазури.

— Дух Тинкл-Тинкл, жеребёнка, который служил курьером во время войны, – Шарлота грустно смотрела на тающее ледяное копьё. – Он погиб, защищая туннель от клана Бури, теперь его дух не может найти покоя.

Я сглотнул и обернулся на группу.

— Пошлите?

Неохотно, но мы всё же выдвинулись дальше, к счастью, на нашем пути больше не попадались духи, но образовалась другая проблема.

— Что за хрень?! – я недоумевающе смотрел на тупик в конце длинного спуска. – Вы же говорили, что тут есть выход?

— Он тут был, – старуха кивнула. – Но видимо духи не хотят нас впускать.

— Чёрт, да в рот я… — я осёкся, посмотрев на Лазури, которая держала в копытах Шарко и осуждающе на меня смотрела. – Не важно, но что нам теперь делать?

— Просить духов о проходе, – пожав копытами, ответила Шарлота.

— Зачем мы вообще пошли этой дорогой? – Флю, оранжевый жеребец с желтой гривой недовольно ударил копытом стену.

— Потому что на поверхности нас мог остановить патруль клана Бури, например? – подняв бровь, ответила на его вопрос Лазури.

— Лучше уж с этими воздушными курицами, чем с мёртвыми призраками.

Разгорался спор, половина готова была пойти обратно, однако я был не на их стороне.

— Лазури и Шарко не выдержат такой путь обратно, – прервав споры, проорал я.

Все смолкли, а Лазури печально на меня посмотрела.

— Блек, мы сможем…

— Нет, я вижу, что не сможете, все мы устали и хотим уже выйти на поверхность, но нам нельзя отступать.

Я подошел к стене и зло посмотрел на неё, как будто она была живой.

— Чего вам надо? – проорал я, продолжая смотреть на стену.

Ответа не было, только капли воды продолжали тарабанить по водной глади.

— Тогда я вхожу! – с этими словами мой рог зажегся и земле передо мной начала отодвигаться вбок.

Прокопав примерно метров десять, я понял, что это всё бессмысленно. Вычеркнув этот вариант, я перешел к ещё одному варианту. Наложив на себя заклинание, которое позволяет видеть духов и демонов, я осмотрелся. Зелёное свечение заполонило туннель, оно исходило отовсюду, тут везде были духи и призраки. Обратив внимание на стену, я чертыхнулся. То, что я прокопал, уже вновь было завалено. Фиолетовая дымка вокруг моих глаз, по всей видимости, слегка пугала всех остальных.

— Всё в порядке, – я подошел к стене и погладил её. – Интересно, а каковы духи на прочность?

Мой меч объяло зелёным свечением и я ударил им по стене, раздавшийся вой заставил меня отшатнуться на пару шагов назад. Стена исчезла, открыв перед нами проход дальше. Издав победный клич, я прошел дальше.

— Блек! Осторожней!

Но было уже поздно, зелёное копыто схватило меня за заднюю ногу и начало утягивать в землю. Выкрикнув что-то про его призрачную мамашу, я ударил призрачный отросток и отпрыгнул в сторону.

— Давайте в открытый бой! Хватит этих крысиных игр! – тяжело дыша, проорал я.

Внезапно крики смолкли, а факела в копытах Ватер и в копытах Шарлоты погасли. Зелёное свечение объяло группу.

— Не смей! – проорал я и телепортировался в центр группы, закрыв всех в щит.

Копыта начали царапать поверхность щита, постоянно издавая свои завывания. В какой-то момент, когда я уже почувствовал, что щит сейчас треснет, они исчезли, а вдалеке, с другой стороны туннеля, раздались голоса, а вскоре появился и луч света.


Я совсем не так представлял себе шахтёрские городки. Для меня они всегда представлялись, как целая сеть подземных туннелей и катакомб. Тут же город был полностью на поверхности и лишь несколько спусков под землю, где не было даже домов. Клан Стали принял нас не слишком гостеприимно, но всё же он не выгонял нас за порог и на том спасибо. Я, Ватер, Лазури, Шарко и Джонни сидели у костра около одного из входов в шахту, наши палатки не вмещали в себя сразу всех, поэтому нам приходилось разделять время сна на всех. Естественно, Лазури и Шарко спали в одной палатке, и их никто не трогал, речь шла только обо мне Ватер и Джонни. Кто-то из нас постоянно оставался около костра. Когда очередь дошла до меня, я без лишних разговоров вышел из палатки и улёгся возле костра вместе с Алу, которая просто спала около него. Огонь игриво прыгал и танцевал передо мной, постоянно норовя выйти за свои пределы. Тут был сплошной песок, не такой как в пустыне или на пляже, тут был влажный и твёрдый песок, лежать на нём было очень неприятно. Когда мне наскучило смотреть на костёр, я развернул перед собой карту и начал подбирать путь до столицы клана Стали, Майнтауна, но ничего короче одной недели я не нашел, поэтому, отложив карту, я вновь начал залипать на огонь до тех пор, пока все не проснулись. Как только я убедился, что всё в порядке, мы свернули наш лагерь и разделились. Ватер вместе с Лазури и Алу должны были пополнить наши запасы провизий, Джонни отходил по своим делам, а мне нужно было найти проводника. На самом деле, я бы с удовольствием поменялся с Ватер местами, однако доверять поиск нужных пони Ватер было ещё более глупым поступком, чем совать копыто в пасть тигру, она скорей нашла бы приключений на свой круп, чем нужного нам пони. Договорившись, встретится на месте нашего лагеря, мы разошлись. Я пошел в центр города. Воздух здесь был грязным, во рту постоянно чувствовался привкус гари, не самое приятное место для того, что бы жить тут.

— Извините, не подскажите, где тут можно найти таверну, – я подошел к красному земнопони с густой чёрной бородой и наковальней на боку.

— Вперёд по дороге, а затем направо, – рявкнул он, даже не поворачивая на меня голову.

Я растерянно поблагодарил его и отправился вперёд по дороге. Повернув в нужном месте, я уткнулся в небольшое деревянное здание с каменной лесенкой у входа. Поднявшись по ней, я потянулся для того, что бы открыть дверь, но она открылась сама и в меня влетел рыжий пегас с большим количеством синяков на лице.

— Вали отсюда, курица! – проорал кто-то из таверны.

Пегас хромая поднялся на ноги и нервно посмотрел на меня одним глазом. Второй у него просто не открывался.

— Простите, вам нужна помощь? – у него был тонкий писклявый голос. – Я могу делать всё, что вы скажите, просто за еду.

Я оценивающе посмотрел на него и помотал головой. Сложно было сказать, на что он был способен. Его кости проглядывались через кожу, а обильное количество синяков и ссадин закрывали его кьютимарку на рыжей шкуре. Такого можно было разве что в гонцы отправлять, хотя он мне напомнил одного пони, который когда-то даже единорогом не был.

— Извини, но нет, – я обошел его, левитировав золотую монету ему в копыто. – Вот, возьми, купи себе хоть чего-то поесть.

Разница между ним и мной была лишь в том, что я жил в травянистой местности, я всегда мог подкрепиться травой, в этом регионе я скорей поставлю на то, что трава сама тебя съест, со временем. Вместо привычного зелёного цвета, трава тут была чёрно-зелёной, вся та грязь, что выходила из плавилен и мастерских, коих тут было бесчисленное количество, со временем оседала на этой самой траве, постепенно отравляя землю. Не хотел бы я провести своё детство тут.

— Спасибо вам! – пегас радостно вспорхнул и улетел куда-то.

Я кивнул и зашел в таверну. Куча недовольных взглядов сразу же устремилась на меня, буквально спустя минуту я понял почему. Все пони в этом заведений не имели ни рога, ни крыльев. Неужели того пегаса так побили лишь из-за его расы? Что за зверство?

— Здравствуйте, можно поинтересоваться? – аккуратно обходя каждого в этой таверне, я подошел к барпони.

К моему удивлению барпони оказалась… гончая. Большой каменношкурый зверь смотрел на меня своими спокойными зелёными глазами и методично протирал стакан. Это у всех барпони такая привычка? Хотя, какой же это барпони, это скорее бар…пёс?

— Чего вам нужно? – он отложил стакан и взял новый, продолжая протирать его довольно грязной тряпкой.

— Проводник, до Майнтауна.

— Цена?

— Ну, двести-триста золотых, – я смущённо отвёл взгляд и невольно посмотрел на пару жеребцов, которые пили что-то крепкое за соседним столиком.

— Мало для проводника, вы не думали проехать на понках?

— На чём? – я недоумевающе посмотрел на пса.

Он лишь покачал головой и тяжело вздохнул.

— Транспорт такой, как карета, только под землёй, очень быстро и относительно дешево.

— Хм, а сколько стоит?

— По 150 золотых на одного пони.

— А для жеребят?

— Не знаю, я не езжу там, только цену на обычного пони слышал от кого-то.

— Ладно, спасибо, – я оставил на столе перед ним золотую монету и направился к выходу.

Покинув это «гостеприимное» заведение, я выдвинулся к лагерю. Когда я пришел на место, там не было никого, поэтому мне пришлось подождать ещё пару часов, пока не подошли Ватер, Лазури и Шарко. Одного взгляда на Ватер мне хватило, что бы понять, что, что-то не так.

— Что произошло?

— Националисты, что б их за ногу, – сплюнула на землю Ватер. – Представляешь, потребовали с нас золото за то, что мы пегасы, просто за то, что у нас крылья есть.

Я покачал головой.

— Надеюсь, с Джонни всё будет в порядке, стоп, вы отдали деньги?

Насмешливый взгляд Ватер Шарк так и говорил «ты за кого меня держишь?».

— Единственное, что я им дала, так это пару хороших пинков под зад.

Улыбнувшись, я сделал фейсхув. В этом вся Ватер, задира задирой. Золотистая пегаска залилась кашлем, прикрывая свой рот копытом.

— Лазури, всё в порядке?

— Да, пожалуй, да, – её кашель не прекращался.

Я подошел и левитировал из её копыт Шарко, которая почти сразу же начала реветь.

— Тише-тише, – убаюкивающим тоном пропел малышке я, а затем левитировал её Ватер.

Бледно-синяя пегаска с издёвкой на меня посмотрела, но взяла малышку без лишних слов, я подошел к продолжающей кашлять Лазури и приложил копыто к её лбу, он был довольно горячим.

— Ты горишь, нам нужно к доктору.

Резкий плач заставил меня испуганно подпрыгнуть. Я недовольно посмотрел на Ватер, которая виновато пожала копытами и передала мне Шарко.

— Что? Я говорила, из меня никудышная мать, никогда не давай мне её, – Ватер виновато ковырялась в земле копытом, пытаясь оправдаться.

— Не всем это дано, – я вздохнул. – Надеюсь, что материнский инстинкт у тебя всё же имеется.

Она хмуро на меня посмотрела.

— Это ты к чему?

— Забудь, – я отмахнулся от неё и вновь переключился на Лазури. – Милая, нам нужно к доктору.

— Я… нормально всё, – хрипло ответила она, прекратив кашлять. – Просто тут… воздух грязный, мне тяжело дышать.

Я понимающе кивнул и передал малышку её маме.

— Ну-ну, мамочка тут, не надо плакать, – Лазури чмокнула Шарко в щёку и та почти сразу же смолкла, а вместо плача начал доносится смех.

— Как ты это делаешь? – Ватер с завистью посмотрела на золотистую пегаску.

— Ну, я тоже не понимаю, как можно так стрелять из арбалета, да ещё и в полёте, – Лазури слегка улыбнулась. – У каждого свои таланты.

— Тут ты права, – Ватер кивнула, после чего мы на время забыли про эту тему.

Вскоре мы дождались и Джонни, он со страстью обнимал свой новый инструмент.

— Ты поменял лютню на гитару? – Лазури удивлённо посмотрела на музыканта.

— Агась, – он кивнул. – Если что, я с самого начала играл на гитаре, просто в какой-то момент мне это надоело.

— Джонни, ты что-нибудь слышал о понках? – я вопросительно посмотрел на пегаса.

— Ну, это подземные кареты, грубо говоря, – он поморщился. – Катался я один раз на таких, мне не понравилось.

— Как быстро они движутся?

— Ну, довольно-таки быстро, – он почесал подбородок. – До Майнтауна доедем за день-два.

— Это… просто замечательно! – я радостно подпрыгнул. – То, что нам нужно! Остаётся вопрос с деньгами.

— Какой вопрос? – Джонни улыбнулся и достал из сумки целый мешок с золотом.

— Откуда столько? – я приподнял бровь и косо посмотрел на Джонни. – Ты кого-то обокрал?

— Не, это, своего рода, зарплата.

— Зарплата?

Он кивнул.

— За что?

— Давно, даже слишком давно, я проводил тут концерт, деньги с него я отдал своему другу, которому они нужны были для открытия дела, а сейчас он вернул мне их, с процентами.

— И что за друг?

— Не важно, – он фыркнул. – Тебе вряд ли он будет интересен.

— Чем он хотя бы занимается.

— Продаёт и покупает разного рода антиквариат, такое определение для тебя сойдёт? – пегас недовольно нахмурился.

— Что такое Антиквариат?

— Это старые вещи или какие-то артефакты, – в разговор вмешалась Лазури.

— И он разбирается в артефактах?

— Естественно, – Джонни хохотнул. – Он помешан на них.

— Можно с ним встретиться?

— Это ещё зачем? – музыкант нахмурился ещё пуще прежнего.

Я левитировал сверток из той самой пещеры.

— Я нашел это в очень… не хорошем месте, и пока не рискнул разворачивать его, но я почти уверен, что этот артефакт как-то связан с элементами гармоний, я это… почувствовал.

— В принципе, – Джонни почесал затылок, отчего его шляпа слегка съехала на лоб. – Я могу устроить встречу, но я сразу предупрежу тебя, он очень занятой пони.

— Да-да, я не думаю, что я задержу его надолго.

Джонни кивнул и выдвинулся в город, оставив Лазури с Шарко под защитой Ватер, я последовал за ним. Алу увязалась за нами.


— Хм, да, это очень похоже на уруми, которым пользовалась Сансет Мэджик во времена правления драконов.

Серый пони с аккуратной чёрной гривой в шляпе-цилиндре с моноклем (на этот раз набор был полным) и в официальных одеждах рассматривал мою находку.

— Откуда вы взяли это оружие? – он отвлёкся от артефакта и посмотрел на меня.

— В пещере, его охранял… упырь.

— Вот как? – он вздёрнул бровь. – Порой самые чистые вещи хранят самые грязные твари.

Он хмыкнул, отдав мне небольшую свернутую ленту.

— Ну, так что? – Джонни, кажется, слегка спешил.

— Не могу сказать точно, но это очень похоже на Уруми щедрости, именно им Сансет, первая правительница Атланты, наказывала своих врагов.

— Я так понимаю, что она наказывала их очень щедро, – я хохотнул, хотя, по всей видимости, только я и оценил свою же шутку.

— Думаю, что нам пора, – Джонни начал отходить к двери.

— Заглядывай почаще, я всегда рад тебя видеть, Джонни, – пони, чьего имени я так и не узнал, удалился из комнаты, а мы с Джонни вскоре вышли из его поместья.

Всю дорогу я разглядывал таинственный артефакт, если это действительно элемент гармоний, то мне остаётся только найти того, кто сможет его использовать. Щедрость, кто мог бы олицетворять элемент щедрости? Лазури? Вполне возможно. Ватер? Нет, только не она. Я задумчиво повернул голову. Стоп.

— Джонни, возьми его, – я протянул пегасу уруми.

— Что? Зачем? – он непонимающе посмотрел на меня, а затем рассмеялся. – Ох, ты думаешь, что я могу олицетворять элемент гармоний? Нет, только не я.

— Возьми, – я продолжал держать своё копыто перед ним.

Он недовольно поднял уруми и повертел его в копытах.

— Видишь? Я не тот пони, которого ты ищешь.

— Оставь его у себя, пока что.

— Зачем? Вдруг я его потеряю?

— Не потеряешь, я верю тебе, – я улыбнулся.

На лице Джонни смешалось чувство гордости, смущения и недопонимания.

— Зачем? – прошептал он, но всё же положил уруми в сумку, после чего снова начал причитать что-то по поводу элементов и своей роли в них.

Спустя какое-то время мы соединились со второй частью нашей группы и уже вышли непосредственно к месту, где садились на так называемые «Понки».


Чувство, которое у меня вызвала поездка на такой «Понке» можно было охарактеризовать, как «МАТЬМОЯКОБЫЛА». Я почувствовал себя пегасом, но вскоре понял, что не лечу, а всё же еду. Понка представляла из себя карету, которая двигалась по, как её тут называют, железной дороге.

«Держать оборону, нельзя отступать!

Шаг назад сделать, значит родину сдать!

Держать оборону, нельзя отступать!

Шаг сделать назад, значит родину сдать!»

Песня, которую пели жеребцы, которые выступали в роли тащащей силы, внушала гордость, хотя я даже не принадлежал к их клану.

«Смотри мне в глаза, враг заклятый, смотри!

Решимость мою, стоять на смерть, узри!

Поклопал меня по плечу командир,

Сегодня не нам покидать этот мир!

Держать оборону, нельзя отступать!

Шаг сделать назад, значит родину сдать!

Смотри мне в глаза, враг заклятый, смотри!

Решимость мою, стоять на смерть узри!»

С каждым новым куплетом этой песни я чувствовал всё большую гордость, это был своего рода марш для того, что бы поддерживать боевой дух работников, но для чего? Они же не на войне? Хотя, может быть клан Бури напал не только на Бедленд? Но зачем им это? Война на два фронта в любом случае не будет для них правильным решением.

— Кажется, меня тошнит, опять? – Лазури, в который раз, отдала мне Шарко и пошла к краю Понки, для того что бы очистить желудок.

— Чем тебя тошнит? По-моему ты уже свой вчерашний завтра выблевала, не то, что сегодняшний? – Ватер хохотнула.

Сама бледно-синяя пегаска сидела на лавке и наслаждалась летящим в её мордочку ветром, который растрепал её гриву. Шарко радостно смеялась, видимо ей эта поездка очень даже нравилась, чего я не мог сказать о Лазури и Алу. Волчицу не тошнило, но вид у неё был довольно таки болезненный, она забилась под одну из лавок и, прикрыв свою голову лапами, пыталась не обращать внимания на скорость. Джонни реагировал на поездку нейтрально, он просто лежал на лавке, единственно, чем он был недоволен, так это тем, что во время поездки он не мог играть на своём новом инструменте. Ну, а для меня эта поездка оказалась серьёзным испытанием моего желудка, я никогда ещё не ходил и не летал с такой скоростью.

— Ох, чёрт, – я подбежал к бортику и выглянул наружу, после чего освободил свой желудок.


Если простые большие города клана стали не оправдали мои ожидания, то МайнТаун просто сломал мои представления об этом клане. Над городом в буквальном смысле висела тёмная завеса из дыма. Мне сразу же стало страшно за здоровье Лазури и Шарко. Я запретил им выходить из шахты, я пошел в одиночку. Дойдя до большого серого здания с надписью «Ратуша» я сделал глубокий вдох и, выдохнув, зашел вовнутрь. Тут всё было большим громоздким и ужасно неудобным, и как пони могут тут жить и работать? На кого вообще рассчитано это здание? На гигантов? Хотя, если учесть, что треть всего населения города составляли гончие, то вполне возможно, что отстраивали это здание именно для них. Дойдя до приёмной, я поздоровался с кобылой, которая сидела за стойкой и хмуро осматривала каждого, кто пытался пройти.

— Вам куда?

— Глава клана сейчас в городе?

— Вождь Айрон сейчас занят, кто вы и по какому вопросу?

— Я по очень важному вопросу, который касается всех кланов и всех королевств.

Думаю, что говорить о конце света было бы очень не разумно, тогда меня вполне могли принять за сумасшедшего. Розовая кобыла с зелёной гривой сощурилась.

— Кто вы такой?

Эх, была, не была.

— Я сын змеиного короля и законный наследник престола, прошу встречи с правителем королевства Стали.

В следующий момент я был готов поклясться, что она язык свой проглотила, а затем, попросив меня подождать, отошла. Прямо сейчас было два варианта развития событий, либо на меня врывается стража и я пробиваюсь силой, либо она просто проводит меня к главе клана. К счастью для меня, она пришла одна и без стражи.

— Вождь Айрон готов вас принять, я провожу вас.

Вскоре я оказался в огромной комнате, в которую поместился бы целый дракон, красная ковровая дорожка шла от входа и до большого золотого трона, на котором восседала серого цвета… гончая? Нет, это был жеребец! Он был размером с гончую, чёрт, сколько же он весит? Я вдруг почувствовал себя ужасно маленьким. У него была короткая чёрная грива и кьютимарка в виде камня, на котором виднелась корона. Он поднялся и начал спускаться ко мне, я пошел к нему навстречу, пытаясь выглядеть как можно более уверенным.

— Так ты и есть новый змеиный король? – он хмыкнул, оглядев меня. – Не впечатляет.

— Не все могут похвастаться горой мускул, иногда всё же нужно иметь хоть немного ума, – я парировал.

— Кажется, маленькая змейка умеет прыскаться ядом, а?

— Змейка хотя бы живая и двигаться может, чем может похвастаться сталь? Сидением на одном месте?

В этот момент я готов был поклясться, что слышал скрип его зубов.

— Да, ты однозначно его сын, твои слова настолько же пропитаны ядом, как и его, – он фыркнул. – Да и внешний вид тоже соответствует. Чего ты хотел?

— Даже не знаю, с чего начать, – я усмехнулся.

— Если это надолго, то предлагаю обсудить это за чашкой чая.

Я кивнул. Мы перешли в другую комнату…


Айрон Шак недоверчиво поглядывал на меня, пока допивал свой чай. Надо сказать, кружка у него была исполинских размеров, как и всё в этом городе.

— Так ты утверждаешь, что нашему миру грозит смертельная угроза? – он задумчиво отпил из своей кружки.

Я кивнул и тоже сделал глоток.

— Где доказательства?

— Разрушенного в хлам Бедленда тебе не достаточно?

Он хмыкнул.

— А я думал, что это всё эксперименты с магией, а это оказываются какие-то Дрази?

— Это не драконы, пойми, – я отложил чашку с чаем. – Это гораздо опасней, они больше и, в отличие от драконов, у них нет чувств жадности и алчности, они не будут грызться между собой. Нам необходимо объединится.

Он топнул ногой.

— Пока ты ещё не король, – зло сказал он. – Ты вообще в курсе, что происходит сейчас у тебя в королевстве?

Чёрт, а ведь он прав, я даже не знаю положение дел…

— Революция, – он поморщился. – Сторонники змеиного короля теряют свои силы, сейчас там правит некий Лансер, да ещё и война с кланом Бури. Если ты сейчас же не вернёшь себе трон, от клана змеи ничего не останется!

— Я не могу в одиночку вернуть его.

— Я помогу тебе с кланом Бури, но только, если у тебя будет своё войско, в одиночку воевать с кланом бури я не буду. Мы уже проходили через это, в прошлый раз они стёрли Сталионград с лица шести королевств, я не хочу повторять эту ошибку.

Я кивнул.

— Если то, что ты говоришь, правда, то нам просто жизненно необходимо вернуть тебе трон и вразумить этого ублюдка, Лайта. А уже потом стоит говорить с остальными кланами.

— Как можно попасть в Бедленд максимально коротким маршрутом?

— Ты маг, не я, – он улыбнулся. – Тебе лучше знать.

— Смешно, – я притворно улыбнулся. – Слушай, у вас есть место, где я мог бы оставить кобылу с жеребёнком.

— Наследнички, а? – он ухмыльнулся. – Да, конечно, есть.

— Только не в таких условиях.

— Каких ещё таких? – он непонимающе нахмурился.

— Не в условиях такой загрязнённости, – я мотнул головой в сторону потолка. – Для жеребёнка это может плохо сказаться, да и для матери тоже.

— Ладно-ладно, – он понимающе кивнул. – Будет вам такое место.

— Можно ещё один вопрос?

— Давай.

— Почему ты мне помогаешь?

Он застыл на месте, задумчиво теребя свою короткую бороду.

— Знаешь, когда-то давно, когда тебя ещё не было, мой отец оказался на грани смерти. Клан бури почти захватил наше королевство, но тогда вмешался твой отец. Сейчас, можно сказать, я отдаю эту дань, это мой долг, помочь тебе.

— Спасибо, я ценю это…


.