Оригинальный персонаж

Исповедь неизвестного лицемера, который, тем не менее, вернул в Эквестрию порох.

Другие пони ОС - пони

Алая Луна. Богиня Демикорнов

Один день из жизни существа, подарившего жизнь целой расе, сложившей свою жизнь ради будущего Эквестрии. Порой, обладание огромной силы и безграничной магии, уже само по себе является тюрьмой и оковами для своего носителя. Смысл иметь силу, которой нет предела, если каждый миг жизни превратится в попытку избавиться от неё. Хотя бы на немного, если не на совсем. Так ли хороша власть и мощь, когда не будет возможности насладиться простыми радостями жизни?

ОС - пони

Стардаст

Разлученная с друзьями и плененная посреди войны, Твайлайт должна справиться с кошмарами своего пребывания на "Земле", а также с угрозами, которые несут ее обитатели, видящие в ней врага. Сможет ли она преодолеть свои страхи и страхи своих пленителей? Будет ли помощь своенравной единорожки для "людей" благом или проклятием? И, самое главное, отыщет ли она дорогу домой?

Твайлайт Спаркл Человеки

Обман

Принцесса Селестия присылает Твайлайт старинную книгу и просит свою бывшую верную ученицу - ныне принцессу Дружбы - незамедлительно приступить к переводу и изучению древнего фолианта. Твайлайт придётся узнать немало тайн и открыть для себя другую историю Кристальной Империи и место Сомбры в ней.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Король Сомбра

Слова покинули её

В мире, наполненном магией, даже самые обычные слова могут представлять большую опасность. Можно пасть жертвой неизвестной магии лишь прочитав надпись на указателе! И когда такие случаи начинают стремительно множиться, у Твайлайт остаётся единственный выход, чтобы обезопасить себя и выиграть время для поиска источника эпидемии. Вот только как искать, не имея возможности почерпнуть информацию во всегда выручавших её книгах?

Твайлайт Спаркл Спайк

MLP: Fan Season

Эта история почти не связана с каноном. Она начинается с того, как король Сомбра и его верный помощник находят «таинственный» подарок от Лиандреллы Росакроун — умершей жены Сомбры...

Другие пони ОС - пони Кризалис Король Сомбра

Луч света или как важно быть брони.

Рассказ об одном брони,посвятившем свою жизнь фэндому.

Человеки

Дружба это бюрократия: брачные законы

Кризалис была выброшена из Кантерлота любовью Шайнинг Армора и Кейденс друг к другу. Но она еще не проиграла - у нее есть секретное оружие против них. Оружие, которое доступно лишь древнему, пожирающему любовь существу с живым умом и армией шпионов...

Принцесса Селестия Кризалис Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор

Горячий дождь

Детектив в альтернативной Эквестрии. Твайлайт не аликорн. Пока что.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Другие пони ОС - пони

Страшная ночь

Нечто зловещее пугает ночью Твайлайт...

Твайлайт Спаркл

Автор рисунка: Stinkehund
Глава 7. Незапланированная фигура высшего пилотажа Глава 9. Путь поэта

Глава 8. Давайте разделимся

Эта глава получается несколько сумбурной и беспорядочной, но пока как-то так. Следующую за этой главу можно будет смело назвать началом новой сюжетной арки. Я надеюсь, впрочем, что смелость моя будет не пустой самонадеянностью...

Посадочная башня “Болото Вендиго” представляла собой унылое, если не сказать страшное зрелище. В винтовой лестнице многие ступеньки отсутствовали — часто приходилось прыгать через две, а то и три. Банджо пару раз чуть не полетел кубарем вниз, если бы Хило и Трикси его не ловили. Стены башни во многих местах обвалились, открывая зияющие дыры, сквозь которые друзей обдавало тёплым вечерним воздухом, а румяный свет закатного солнца ясно давал понять, что ночь не за горами. Стоит ли говорить, что никто с ними больше не сошёл, и дирижабль отправился сразу же как только они покинули борт. Никто так же не встречал их и не садился в дирижабль.

Наконец кончилась винтовая лестница.

— Знаете, такое чувство, что эту башню как поставили в начале истории воздухоплавания, так она здесь и стоит нетронутая никем и ничем, кроме времени, ветра и дождя, — выдохнул Банджо.

— К сож-ж-жалению у В-вас прав-вильн-ной чувст-тво… — с грустной иронией ответил Авдакс.

— Ну что куда нам? — осведомилась Трикси.

— Так ты что тоже тут в первый раз? — удивлённо спросил поэт.

— Д-да, — ответил за неё Авдакс. — Тр-рикс-си здесь т-тоже в первый раз. В первый раз она переб-бралась в Уздц-цы пешком, а не на дирижаб-бле, так что эту дорог-гу она не знает-т. А н-нам на закат-тное Солнце. На зап-пад.

— Простите, и это всё? То есть никакой тропинки или ориентира? — прищурился исследователь.

— Ну ещ-щё ест-ть комп-пас, — беззаботно ответил Кобылфильд, чуть-чуть пожонглировал упомянутым аппаратом и чуть не утопил его в жиже.


Стоило отойти всего метров на сто от посадочной башни, для постройки которой около века назад была расчищена поляна, очевидно, иногда кем-то расчищаемая и поныне, как непроницаемые для алого света заката кроны деревьев сомкнулись на путниками. Такое чувство, что для этого места было всё равно — день сейчас или ночь — всё одно — непроглядная тьма.

— Ниежа не видно! — воскликнул Банджо.

— След-дуйт-те за мн-ной, мист-тер Скриптор, копыт-то в копыто! Тут оч-чень глубоко. Хватайтесь за деревья. Кажд-дый шаг! Эт-то ваш-ше спас-сение и под-страховка.

— Смотри не упади Скрипка! Мне будет трудно тебя вытащить. — усмехнулась Великая и Могучая, как сама провалилась в трясину всей передней ногой.

— Аай!

— Держись! — воскликнул Инсепт. Он быстро подпрыгнул к фокуснице и подтащил её к себе за плащ достаточно, чтобы она успела обхватить дерево другой передней ногой.

— Спасибо! — улыбнулась она, хотя это и невозможно было увидеть. — Ты мне сразу понравился. Очевидно, я не ошиблась.

— Давай помолчим и сосредоточимся. Если ты ошибёшься сейчас, я могу не успеть тебя подхватить снова, — предложил ординатор.

Через некоторое время сосредоточенного труда и игры в перепрыгивания с кочки на кочку, друзья догадались отломать себе по палке, чтобы использовать как шест.

Относительную тишину, заполненную злорадным стрекотом кузнечиков и мерным чавканьем копыт в вязкой жиже, прервал Авдакс.

— Дискорд-дов Веч-чносвоб-бодный л-лес! — оскалился он.

— Простите, почему Вы так назвали это болото? Вечносвободый лес остался далеко позади у Понивилля.

— Мистер Инсепт, — ответила Трикси, — Вечносвободный лес огромен. Он простирается от Севера до Юга и пронизывает всю Эквестрию. Просто в Понивилле он ближе всего подходит к цивилизации. Если не считать Малых Уздцов, разумеется.

— Копыто-в-копыто, копыто-в-копыто, — повторял про себя Банджо. Он очень не хотел оступиться, а потому молчал.


— Мистер Кобылфильд, помнится Вы говорили о семи километрах? Я не хочу показаться занудой, нытиком или паникёром, но мы идём уже как полтора часа, а я уже изрядно хочу спать, — сонно пробормотал Банджо.

— Держит-тесь, мист-тер Скрип-птор, зд-десь нельз-зя засып-пать! Это дейст-твие оказыв-вает не т-только ноч-чное время сут-ток, но и сам-мо болот-то, заснёт-те здесь — не проснёт-тесь — он потряс копытом Банджо и по-дружески похлопал по плечу, — скоро мы дойдём и можно будет отдохнуть. В гостиной или одной из комнат Тёплого Приюта для вас уже расстелена мягкая постель, а пока нельзя сдаваться!

— Авдакс он прав! Спать уже изрядно хочется, — зевнула Трикси, — хоть я и бодрствую больше ночью, чем днём, уже как полгода, на меня это тоже действует!

— Можно мы на секунду остановимся? — попросил Хило.

Чавкание прекратилось и троица замерла в ожидании, закрепившись на деревьях.

— Банджо, выпей четверть этого, — протянул ему Инсепт флакончик с жидкостью.

— Что это? — зевнув спросил он.

— Это природный стимулятор — экстракт мелодиума. Продержишься ещё около часа или двух. На утро поболит голова немного, давление подскочит, но зато переживём эту ночь. Остальные пусть тоже выпьют по четверти флакона. Кстати ни у кого нет гипертонии?

— У мен-ня ес-сть тольк-ко комп-пас, — недоуменно произнёс Авдакс.

— Я о болезни, но раз у Вас есть только компас, то никаких опасностей нет, — сыронизировал он.

— Какая же дрянь, уух! — подскочил Скриптор.

— То-то же, — улыбнулся Инсепт.

И в этот момент копыто Трикси соскользнуло с дерева, за которое она уцепилась, а шест отлетел в сторону, и она навзничь рухнула в воду.

— На помощь! буль.. — успела она сказать.

У Банджо от страха расширились глаза, но он не растерялся, так как лекарство уже ударило в голову. Он кинул в воду банджо, быстро отцепив один край ремня и взяв его в зубы, а другой оставил на инструменте. Трикси инстинктивно схвотилась всеми четырьмя копытами за него, окончательно довершив, то что не смогла сделать турбулентость в дирижабле. Банджо дёрнул за ремень изо всех сил, и подтащил Трикси к менее топкому месту, на котором стоял сам.


Сидя на более менее твёрдой поляне, трое друзей грелись у костра, разведённого Инсептом. Это было очень трудно сделать. Почти не было сухих веток и без магии, у него бы не было ни единого шанса. Промозглая, сырая ночь начинала выводить из себя ординатора... Никакой дороги и полная беспомощность его перед болезнью пони, который тщетно ждёт его где-то там за болотом...

— Проклятый фокусник! Если бы он не заблудился, мы бы уже были там, — подумал Хило.

— Селестия, Луна, дайте мне силы пережить всё это! — прошептал он про себя.

Трикси заботливо погладила Скриптора по спине.

— Жалеешь свой инструмент? — участливо спросила она.

— Да нет, — грустно ответил Банджомин. Было видно, что врёт.

— Пусть банджо утонула, зато я нет. Спасибо тебе, Скрипка, — она впервые позволила себе аккуратно обнять его.

Банджо попытался отстраниться, но кажется стимулятор переставал действовать, и это было трудно сделать. Он вновь хотел спать, и его разум вновь начинал вязнуть в болотной жиже. Но было нельзя засыпать. Можно было не проснуться.

— Это всё что мне досталось от папы, — грустно улыбнулся он, — но ты права. То, что ты осталась в живых это намного важнее.

— Я наш-шёл п-путь, — раздался крик Кобылфильда откуда-то из темноты.

Когда трое друзей подбежали туда, а их глаза привыкли к темноте, они поняли, что путь был не один.

— Я т-точно п-помню, что од-дин из этих ч-четрёх путей приведёт к Малым Узд-цам. Но ког-гда я уход-дил позав-вчера из лаз-зарета, мне ск-казали, что Эгомани продержится максимум до сегодняшней ночи. Поэтому нам оч-чень нуж-но спеш-шить.

— И какие же предложения, мистер Проводник? — устало произнёс Инсепт, начиная чувствовать уже некоторое отвращение к лидерству фокусника с логоневрозом. Сонливость повысила критичность восприятия и теперь каждое заикание Авдакса страшно раздражало медика, больно отдаваясь в его голове жуткой шершавостью.

— Дав-вайте разд-делимся.

— А смысл? Побыстрее погибнуть? — перешёл в наступление кантерлотец.

— Пож-жал-луйста успок-койтесь, прош-шу Вас, — успокаивающе мягко проговорил Авдакс так, что Инсепт тут же перестал злиться на него.

— Мы разд-делим-мся, пройд-дём мет-тров пятьсот-семьсот и верн-нёмся на мест-то встреч-чи. То есть, сюд-да. Ес-сли Вы, мистер Инсепт дойдёте до городка — не возвращайтесь, а сразу бегите к Тёплому Приюту на водяную мельницу. Там Вас очень ждут. Мы поймём, что Вы пришли на место по тому, что Вы не вернулись к месту сбора и пойдём по Вашему пути.

— Отличный план. Но в нём есть прокол. Что если один из нас утонет в болоте? — ядовито задал медик довольно непраздный вопрос.

— А В-вы не тонит-те! — строго сказал фокусник. — У В-вас сейч-час нет на это ник-какого мор-рального прав-ва. Если Вы утонит-те, я Вас убью, — лаконично закончил он свою тираду, решив разрядить атмосферу шуткой. Трикси и Банджо устало усмехнулись.

— Да прибуд-дет с Вами благослов-вение богинь! Да прибудет оно со всеми нам-ми!

— Воистину! — отозвался Хило.

— Воистину! — синхронно произнесли Трикси и Банджо. Они с улыбкой переглянулись.

— Простите меня за всё это, — вдруг сказал Хило.

— За что? Ты один из самых терпимых, добрых и адекватных пони из всех кого я когда либо встречал, — отозвался Банджо. — Просто все мы немного хотим спать, и ты тоже. Мы обязательно увидимся ещё! Ты мой первый единомышленник за многие годы, а потому не надо никаких прощаний. Я не намерен потерять такого друга как ты, только познакомившись с тобой. Всё будет хорошо.

— Обязательно, — хихикнул Инсепт, так и не поняв в полусонном состоянии, какие редкие для себя слова сейчас произнёс его неуклюжий друг.

— Джеронимо! — прыгнула Трикси в темноту первой чавкающей тропинки.

— Эм… Ну ладно. С благословением сестёр! — вступил на начало своего пути Инсепт.

— В доб-брый путь! — крикнул Авдакс и скрылся на третьей тропинке.

— Пусть всем нам повезёт, — тихо отозвался, оставшийся в одиночестве поэт и с этими словами вошёл в неизвестность.