Banished / Изгнанники

Я путешествовал по этому миру десятилетиями. И не видел никаких признаков разумной жизни кроме хищников выслеживавших своих жертв. Я нашёл себе дом среди зубчатых вершин почти мёртвой пустоши. Но однажды, тяжело раненое существо свалилось на меня с неба. Она звала себя Кризалис. Она была последней из своего рода. Или она только так думала.

Принцесса Селестия Принцесса Луна Человеки Кризалис

Антропология

Всю свою жизнь Лира посвятила поиску любых свидетельств существования людей, и это стало ее одержимостью, поводом для беспокойства и жалости со стороны остальных пони. Но, что если она права? Права во всем.

Твайлайт Спаркл Лира Бон-Бон Человеки

Искра на ветру

Столетие спустя, с тяжелым сердцем Принцесса Магии Твайлайт Спаркл возвращается в Понивиль, встречает старого друга и замыкает давно начатый круг.

Твайлайт Спаркл Пинки Пай Дискорд

Fallout: Два мира.

Два мира. Таких разных, но в чем-то похожих... Ведь война, она не меняется... Где бы она не происходила...

Другие пони ОС - пони Человеки

Фабрика облаков

Пегасы не способны управлять земной погодой. Впрочем, Циррус Висп, кажется, нашла способ в земном стиле - она построила свою собственную "Фабрику облаков".

ОС - пони

Эквестрия Герлз. Посвящение выпускникам.

Действия фанфика происходит с января 2017 года до выпускного в параллельном мире Эквестрийских людей...

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Принцесса Селестия Принцесса Луна Трикси, Великая и Могучая Биг Макинтош Грэнни Смит Диамонд Тиара Сильвер Спун Твист Снипс Снейлз Черили Фото Финиш Спитфайр Дерпи Хувз Лира Бон-Бон DJ PON-3 Карамель Октавия Крэнки Дудль Человеки Сестра Рэдхарт Мод Пай

Час пегаса

Рейнбоу Дэш хотелось увлекательных приключений, как в книжках. Что ж, она их получила.

Рэйнбоу Дэш Дерпи Хувз

Склеп

Я не знаю, откуда появилась, не знаю, откуда пришла... Откуда взялась эта комната? Что было до неё? Что было до самой бесконечности? Я не знаю... Всё, что мне известно - моё имя. Меня зовут Номер Ноль, и я просто существую... Этот Кристалл по ту сторону зеркала - единственный собеседник, который научил меня изменять нить реальности, лишь стоит вообразить... Только потому я ещё не умерла тут со скуки... И эта книга... Она мне очень дорога... Стены комнаты холодны, но они всё, что у меня есть...

Другие пони ОС - пони

Сила двух Сердец. Часть 1.

Эпплджек встречает странную пони.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Человеки

Восхождение героя - Сансет Шиммер

Что случится, если Сансет Шиммер будет для Селестии не просто ученицей, но дочерью?

Принцесса Селестия Другие пони ОС - пони Человеки Сансет Шиммер

Автор рисунка: Stinkehund
Глава 1 Так не бывает. Глава 3 Завтрак туриста.

Глава 2 Один шаг до горизонта

Я проснулся в непонятном месте, какой- то комнате с евро ремонтом и откровенно дурацким китайским телевизором «SAMSUKA».

Встал, размялся, — Стоп, почему я в камуфле, а на тумбочке рядом лежит пистолет. Рюкзак какой- то…

Короче через тридцать минут, я вспомнил всё: и про звонок, и про рыбина, и про Зону.

Как там он говорил? В 10:30?

Я схватил рюкзак, сунул в него пистолет, и вышел из номера.

Внизу, в баре уже сидели мои друзья, а ныне соперники, все трое, и снова о чем- то оживлённо спорили.

— Да ну нафиг, я вообще не умею обращаться с оружием…

-Ага, ты только чужие помпы взламывать можешь!

— Да иди ты!

Дэн с Серёгой снова на ножах, привычная картина!

Будто и не случилось ничего…

Заказав в баре, по совместительству и кафе, яичницу с беконом за эпические двести рублей (совсем забыл, в кейсе еще и деньги были, две тысячи, так, что с голоду не помрёшь).

Уплетая свой завтрак и слушая спорщиков, я между делом уговорил официантку наполнить мою флягу горячей водой, бросив во фляжку, сразу пять пакетиков чая, я откомандировал её в рюкзак.

И тут в бар вошел человек ничем не примечательный мужик лет двадцати пяти, он тут же направился к нашему столику.

— Эй, здоров, народ! Это вас мне надо до колючки докинуть?

Через час мы уже тряслись в «Бобике» по раздолбанной грунтовке по направлению к полосе отчуждения.

А спор и не думал утихать…

-Какое оружие! Я вообще под это не подписывался, я пацифист! Не унимался Серёга.

-Да? А, если война? Кто за Россию матушку постоит?

— Пусть кто – нибудь другой за неё кровь проливает, меня это не касается!

— Ты че блин родину не любишь, гад?

— Я космополит! Гражданин мира, у меня нет родины!

Я не мог не вмешаться.

 — Дэн, забей блин!

Но какой там…

— Нахрен блин! Попадись ты мне в зоне Серый, я тебе устрою в небо в алмазах! – Ты у меня будешь, как миленький гимн России петь и дедушку Ленина восхвалять!

В общем, так, под интелегентный диалог своих товарищей мы и ехали до первой остановки, которая была моей.

Я вылез из машины, взял рюкзак и двинул к лесополосе за которой, судя по карте, была узкоколейка, первая точка моего маршрута.

…Я лежал в траве на обочине и ждал, узкоколейка была позади, она была как бы гранью, переступив которую простой «заблудившийся турист» становился опасным преступником, как пояснил водила.

Военные преступников не щадили. Зачем возиться с протоколами о задержании и депортацией нарушителя, если его можно просто пристрелить и забрать приз в виде его вещей, а командованию сказать, мол, оказал сопротивление при задержании…

Когда я подходил к дороге, от которой всего пятьсот метров до ограждения периметра, я уловил урчание, совсем на грани слышимости, и по этому, рухнул на землю как подкошенный.

Через пару секунд урчание переросло во вполне привычный гул двигателя, как и следовало ожидать, дорога патрулировалась.

Когда звук уже был совсем близко, я понял: патрульный джип мчится по дороге не меньше сорока км.

Промчавшийся мимо «Хаммер», а это был именно «Хаммер», любезно окатил меня холодной, застоявшейся водой из лужи.

— Так, приключения начинаются,… Проворчал я, стирая с лица грязь. – Добро пожаловать в Зону!

Шаг первый — добраться до насыпи. Есть.

Полежав так еще три минуты, я как заправский спортсмен — олимпиец рванул с низкого старта через дорогу, по направлению к периметру.

Пробежав на пределе своей скорости, бог знает сколько, я встал как вкопанный. Передо мной был Он периметр Зоны, трёх метровый сеточный забор простирался на границе чистого поля, он был, казалось бы, нерушимой границей миров, мира привычного и мира совершенно иного, мира Зоны, всё было в точности, как я себе представлял.

Ну, или почти, столбы, на которых держался забор, венчали небольшие башенки с парой стволов, над которыми возвышался шар размером с футбольный мяч.

Это было ни что иное, как автоматические турели, благо они стоят не копейки и на всю обозримую длину забора я насчитал только две, причем одна из них гордо задрала стволы вверх, демонстрируя свою неисправность.

Если прямо сейчас проделать дыру в заборе и ломануть через поле, то турель изрешетит меня двадцати миллиметровыми пулями быстрее чем я пробегу пять метров, надо что – то решать…

Решение нашлось быстро, забравшись по сетке на забор (хвала русской халатности, что не под током) я подобрался к турели сзади, так чтобы та меня не засекла, достал ту самую шапку ЦСКА, и нахлобучил её на шар (блок камер) как на голову, тем самым перекрыл ей обзор.

На проделку кусачками отверстия в заборе ушло чуть более пяти минут.

В итоге, я с рюкзаком, снова что было сил, бежал через поле к лесу, который на моей карте был помечен как первый привал.

Как я того не боялся, но пока я ставил рекорды по бегу, в спину мне никто не стрелял.

В лес моё тело вошло эффектно, с треском, кто ж знал, что там овраг такой глубины.

Приземление было жестким, я рухнул на дно оврага как мешок с песком, а камни и ветки добавили массажного эффекта.

Лёжа на каменистом дне оврага, в диком лесу Зоны, я истинно радовался тому, как складывается мой день: я в зоне.

Я цел, и при снаряге.

Достав флягу и сделав из неё глоток, я прикрыл глаза от удовольствия, тёплый и крепкий чай, медленно стекал по промёрзшему от лежания на ледяной земле, пищеводу, оставляя за собой след тепла и уюта.

Но жестокая реальность проломилась сквозь уют, болью в зашибленных рёбрах, осенним холодом и болоной вонью, которую источала лужа на дне оврага.

Теперь мне надо было добраться до деревни, помеченной на карте, и найти там торгаша по прозвищу Сидорович, он снабдит меня инструкциями по выполнению заданий и даст работу.

Работа — это деньги, деньги – это еда, снаряжение и патроны, а патроны в Зоне – Это жизнь, а мне она ох как дорога!

Так, лёжа на спине, попивая чаёк и планируя свои дальнейшие действия, я не заметил своего соседа, он был тих и не заметен, наверное, потому что был мёртв.

Труп свисал с дерева на стропах изорванного парашюта запутавшегося в кроне, его лицо давно истлело, и превратились в засохшую маску с чернеющими провалами глаз.

Увидав такое чучело, я перебрал в слух, весь свой богатый словарный запас в области мата, и заодно произвёл на свет пару кирпичей, ещё бы, раньше мне не приходилось видеть труп, да ещё и не первой свежести.

На смену страху пришло любопытство, на животе мертвяка висел внушительный рюкзак, достав нож, я полез на дерево запятнывать себя грехом мародёрства, но оно того стоило!

Обрезав лямки рюкзака горе – парашютиста, я принялся изучать его содержимое, и о боже, что это было за содержимое! В основном, там лежали какие – то коробки с маркировкой БЧ – 512, но в коробках, были лишь серебристые цилиндрики сантиметров пяти в длину, и двух в диаметре, бесполезная хрень отправилась в лужу. За ней просроченные продукты, и отсыревшее бельё, а вот что действительно порадовало, так это обрез ружья БМ – 16 и горстка патронов к нему, больше интересного в рюкзаке не было ровным счетом, ничего.

Пристроив обрез за лямку рюкзака, как это делают герои боевиков, я принялся делать в лямке трофейного рюкзака продольные отверстия в два ряда, а когда закончил, вставил в каждую прорезь по одному патрону, — Ну вот теперь патроны всегда будут под рукой.

Выбравшись из оврага, я пошагал на север в сторону лагеря, и теперь у меня было хоть слабое, но все, же вооружение. Радуясь этому факту, я начал напевать себе под нос старые солдатские песни, что окончательно развеселило меня.

Так шагая через поле и напевая «комбата», я совершил роковую ошибку.

Абсолютно потеряв бдительность, расслабленный иллюзией безопасности, я, было, сделал шаг, но тут раздался хлопок, земля резко ушла из-под моих ног, и уже в полёте, проклиная себя за раздолбайство и моля бога о мягкой посадке, я понял, в чем было дело: «трамплин».

В общем, то слабая но противная аномалия за то и называется трамплином, что запускает попавшие в неё предметы в любом направлении с приличным ускорением, мне повезло «мой» трамплин оказался направлен вверх…

Несколько мгновений «наслаждения» полётом закончились жесткими объятиями полевой травы. От удара я потерял сознание.

Несколько минут, (часов? Дней?) я был выключен из этого мира, и моим сознанием овладела пустота…

Реальность вновь проявила себя болью в спине, плече и тяжести в груди, будто кирпичей на грудную клетку наложили. Сознание неохотно со скрипом, но начинало помаленьку фурычить, а котелок соображать. Первая мысль:

— Жив, цел, орёл! – хотя наверняка, мой полёт был далёк от орлиного.

Попытался открыть глаза, это далось с трудом, в небольшую щелочку я узрел чистое, голубе небо. – Я умер? – Я в раю? – Нет, боль есть, а если больно — значит жив.

В моих глазах все расплывалось, сотрясение мозга я себе точно заработал.… И долго ж я провалялся! Когда шел небо, было пасмурное, а теперь…

И тут на фоне этого неба, моим глазам предстала радуга, ну или просто кусок чего- то разноцветного, свисающий откуда – то сверху. А вот это уже непорядок!

Никакой радуги сейчас в принципе быть не могло, дождя – то не было! Но я в Зоне…

А раз я в Зоне, значит, это вполне может быть аномалия.

И тут на фоне неба, чуть ниже радуги, внезапно выросли два больших черных круга…

А вот это уже совсем не порядок!!! Мне стало страшно. В слепой надежде на спасение я наотмашь нанёс удар рукой перед собой, и кулак к моему величайшему удивлению врезался во что – то мягкое и теплое, тяжесть с груди мгновенно пропала как и «небо».

Уйдя перекатом в сторону, я встал на одно колено, в глазах всё плыло, но уже различимы были линия горизонта, деревья и что — то синее копошащееся впереди.

Наконец «наведя на резкость» я оценил обстановку трезво, и вот что мы имели:

Я сидел на одном колене посреди поляны, а передо мной мерах в семи, припав к земле, подобно кошке перед прыжком, стояло невнятное существо: Размером оно было не больше средней собаки, синее тело, большая голова, на которой были взлохмачены волосы всех цветов спектра (та самая радуга) хвост того же цвета, и небольшие крылья расставленные в обе стороны, существо злобно прищурившись смотрело на меня, а прямо за ним лежал мой рюкзак.

Я сам не заметил, как вытащил из кармана ТТ.

Прицелиться было тяжело, но что бы промазать с такого расстояния, надо быть совсем ушибленным.

Поднял руку, выставил пистолет прямо перед собой, взвёл курок, совместил мушку с головой неведомой зверушки… — Ну стреляй!

И я выстрелил, но поздно, за долю секунды до нажатия курка, существо, взмахнув крыльями, сорвалось с места, и полетело! Прямо на меня!

Увернуться я не успел, неведомый зверь на полной скорости врезался в меня, сбив с ног и лишив оружия, от удара я выронил пистолет.

Встал, огляделся, удар был довольно сильным, но все, же терпимым, за моей спиной, в прежней позиции «наизготовку» стоял лютый агрессор.

Но у меня появился шанс, призрачный, но все, же шанс. Дорога к рюкзаку была свободна, и я побежал, шатало меня будто пьяного. Шестым чувством, почуяв опасность, я отмахнулся рукой, при этом еще и умудрился зацепить наглую зверюгу, та издав что – то вроде всхлипа пролетела в считанных сантиметрах надо мной, и по лицу хлестнул её хвост. Странно, но я почему — то решил, что он должен был быть жесткий, и с каким – нибудь мерзким эффектом от касания, типа ожога, как ржавые волосы, но нет, он оказался мягким и шелковистым.

Но это было уже неважно, ведь я добрался до рюкзака, в котором дожидался своего часа трофейный обрез.

Тварюжка тем временем очухалась, и готовилась к новой атаке.

Ну и пусть атакует! Теперь у меня есть обрез, и этим всё сказано!

Поймав в прицел, мчащийся на меня комок ярости, я вдавил курок.

Щелк! Садистским тоном сказал обрез.

Второй ствол был солидарен с первым (что ж я патроны не проверил – то!)

Ну а мой оппонент, на полном ходу нёсся на меня.

Зависнув всего в полуметре передо мной, он, развернувшись, зарядил задними ногами, в моё удивлённое лицо, за секунду до удара я увидел облако, из которого била трёхцветная молния, а потом из глаз посыпали искры. Удар был такой силы, что я отлетел на пару метров назад.

Обрез кстати не выронил, и продолжал трясущимися руками перезаряжать свой единственный шанс на спасение. В голове мелькнула рациональная мысль: — А может просто убежать?

Ну, уж нет! Эта дрянь, слишком быстро движется, не уже говоря о том, что летает как заправский МИГ.

Да и вообще, сбежав от такого мелкого и вроде не очень опасного гада, мне пришлось бы сделать себе харакири ложкой, что бы хоть как – то смягчить позор, так что отступать нельзя!

Согнувшись в позе зародыша, терпя удары всех конечностей этого монстра, я хладнокровно делал свое дело, и только перезарядил обрез, как очередной мощный удар задних ног пришелся мне по почкам. Боль пронзила меня от почек до мозгокостей и, казалось бы, в этой драке пора уже поставить жирную точку в виде кровавого фаталити, но не тут – то было!

Ослепленная успехом гадина, продолжала меня мордовать, совсем не подозревая о приготовленном мною сюрпризе.

Оттолкнув её, я встал во весь рост и выстрелил.

Но не попал.

Оглушенная и ошарашенная синяя бестия откатилась от меня и принялась потешно барахтаться на земле, не давая мне, как следует прицелиться. Но успокоившись, вновь изготовилась к атаке.

Синяя, черноглазая башка, маячила точно между стволов, вот и всё, победа!

 — Что же ты паскуда, злобная такая.… В общем – то я ни к кому конкретно не обращался, но то, что я услышал, повергло меня в шок!

— Я злобная? Ты же первый драться начал!

Вот теперь я, по — настоящему охренел!

От неожиданности я начал тупить не по — детски.

— Я?

— Ну не я же! Я только сдачи дала!

А ну да, верно, я виноват, первым двинул ни в чем ни повинную зверушку.

— Ну, нифига себе сдача! Я чуть коньки не отбросил!

Мордашка, твари сразу преобразилась. – Ещё хочешь?

Я демонстративно потряс обрезом. – Ты хоть приблизительно знаешь что это?

— Догадываюсь…

— Ну, молодец! – Давай кое — что разъясним: ты хочешь меня съесть?

— Нет.

— Ты хочешь меня убить?

— Нет. Просто проучить.

— Считай, поручила. Я стёр кровь, капавшую из разбитого носа. — То есть мир?

— Посмотрим.… Ухмыльнулась зверюга.

— Ну ладно…

Стоп! Что я делаю? Почему не стреляю? Зачем развожу тёрки, с фиг знает чем, которое только что пыталось меня «проучить»?

Надо стрелять, но что – то меня останавливало, и вот что именно: когда всё было вроде бы решено, я завладел обрезом и был готов нанести смертельный удар своему врагу, Но, на смену страху с обрезом наперевес, пришло любопытство в профессорских очках. Меня мучил один вопрос: — Что это за тварь?

Она не была похожа, на привычных мне, созданий Зоны, уродливых и гротескных. Она не была уродливой или пугающей, необычной, непривычной взгляду, да, но ни в коем случае не уродливой.

Было в ней даже какое – то своё очарование…

— Ответь мне на один вопрос, кто или что ты такое?

Помявшись, зверушка все же ответила.

— Я пони, пегас!

Едрит твою двадцать! Тогда я Пётр первый, блин!

НО приглядевшись к ней, я всё таки, смог уловить в ней некоторые черты схожие с пони, но только схожие. По сути пони – это недолошадь, выведенная селекционерами для того чтобы детишек катать, а пегасы так те вообще что – то из области древней мифологии!

Но всё равно не скажи этот пегас, что он именно пегас, а не пепелац с планеты Плюк, я бы в жизни не догадался что это такое.

Хотя для пони она (а встреченное мной существо позиционировало себя, как особь женского пола) мелковата, её сородичи, которых я видел в городском парке, были ну от силы метр холке, а тут примерно с собаку, да и не бывает в природе лошадей небесно-голубого цвета в принципе, пегасов – тоже нет.

Но все эти мелочи меркли по сравнению с тем, что сей феномен ещё и разговаривал, но не так как попугаи, с трудом, и коверкая слова заученные ими наизусть, а вот так запросто, как мы с вами каждый божий день. Её тонкий, слегка охрипший от холодной осенней погоды, голосок доносил до меня вполне осмысленные и членораздельные слова и фразы русского языка.

Да и вообще чему я удивляюсь, может, нет на самом деле никакой голубой пегасочки, а в кустах неподалёку сидит контролёр и тихо прется, поставляя мне отборнейшие глюки.

Хотя тоже нет, для глюка, зверушка неплохо дерётся.

— А ты кто? Взгляд у пегаски был еще тот, суровый, почти взгляд Свиборга!

— Я человек! Хомосапиенс, вот кто я!

— А хомосапиенс, это что имя такое?

И тут, друзья мои, меня пробило на ржаку, я так сто лет не смеялся, хотя ничего особенно смешного сказано не было.

Это всё из-за нервов, последние два дня выдались какими – то безумными и необъяснимыми, вот и вылилось всё напряжение в виде смеха, хорошо, что именно в виде смеха, а не в виде короткого движения указательного пальца на курке.

Было бы жаль, пристрелить эту маленькую, но совсем не беззащитную пегасочку даже не узнав её имени, а оно должно быть, как, же без него?

Пока я ржал, зверушка, смущённо опустила глаза и принялась ковырять передней ногой землю перед собой.

Наконец умерив смех, я пояснил смущенной пони:

— Нет хомосапиенс – это не имя, это – латынь, язык такой, официальный язык науки, а хомосапиенс с латыни переводится как, человек разумный.

— У тебя вот имя есть? Я был готов ко всему, но не к такому.

— Я Рэйнбоу дэш!

Однако такое имечко, с первого раза фиг произнесёшь, оно кажись как раз из раздела всяких там Карнифексов, Катерпилларов, и прочих имманаротов.

Но не представиться, было бы не вежливо, раз уж развёл дипломатию, пожалел патрона, то изволь быть вежлив, хотя бы чуть- чуть.

— Меня Олег зовут, но друзья кличут меня туристом. Не знаю, может мой голос прозвучал достаточно спокойно и расслабленно, или дипломатия и вправду работает, но мордашка пегасочки приняла более миролюбивый вид.

— Так ты уберешь своё ружьё, или нет?

— Где гарантии, что ты на меня снова не бросишься? Обычная подстраховка, никакой паранойи.

— Не бойся, я свою жажду мести уже уталила. Нечто вроде улыбки всплыло на её мордашке.

Ну, блин и наглость, говорить такие вещи, когда тебя держат на мушке, это надо какие нервы иметь!

Я опустил обрез, и принялся собирать рассыпанное по траве содержимое рюкзака, Рэйнбоу Дэш тем временем с опаской приблизилась ко мне.

— Стой! Она резко остановилась, и удивлённо посмотрела на меня.

— Что?! О этот взгляд, взгляд обиженной невинности, взгляд нашкодившего ребёнка, который будто бы не понимает, за что его ругают. Но меня не проведёшь.

— Стой, где стоишь, ладно. Я не знал, какой фортель может выкинуть эта тварь буквально пять минут назад метелевшая меня на этой лужайке, а теперь мирно беседующая со мной.

Собрав рюкзак, я пошел за пистолетом, он нашелся довольно быстро, черный металл блестел в пожухлой траве не далеко от места моего пробуждения, сунув его в рюкзак, я отправился собирать остатки снаряжения, и за тем, что бы задать еще пару вопросов своей новой знакомой.

— Я так понимаю, ты не из Зоны родом да?

— Нет, не из Зоны, я из Эквэстрии, точнее из Клаутсдэйла. Эти названия мне, честно говоря, ничего не сказали, но я сделал вид, что понимаю, о чем идет речь.

 — Тогда что ты делаешь здесь, за периметром?

Пегасочка помрачнела, на её большие глаза навернулись слёзы, она зажмурилась, чтобы не заплакать, это далось ей с большим трудом.

— Это… Она глубоко вдохнула, что бы совладать с эмоциями. – Это длинная история.

 — Ну, ничего, я послушаю, время есть.

И она начала:

— Это было вчера утром, я, как обычно занималась разгоном облаков над Понивилем, и наткнулась на очень странное облако, оно было таким тёмным, как грозовое, ну я и решила его разбить, чтоб дождя не было, а оно давай от меня улететь, я к нему, а оно от меня! Ну, я и увлеклась погоней, так что не заметила как улетела совсем далеко от Понивиля. А когда я его догнала и вдарила по нему, оно вместо того что бы рассыпаться, втянуло меня. А потом чей – то голос, громкий такой, сказал мне, что мои друзья, в большой опасности, и что единственный, способ их спасти, это отправиться в какую – то Зону отчуждения, и найти кристалл, который местные называет монолитом…

— В Зоне, знаешь ли, опасно, да и монолит, не один десяток серьёзных мужиков искал, и все полегли! Мрачно сказал я.

— Да совсем забыла, голос еще говорил, что мне в поисках поможет напарник, человек, которого я встречу в Зоне.

Закончив свою историю, пегасочка посмотрела на меня с такой надеждой, что у простого человека сердце бы взорвалось от умиления, но я не простой человек, теперь я сталкер, а значит должен забыть о некоторых человеческих чувствах.

Я был готов, что она спросит это.

– Слушай, я тебя почти не знаю, и доверяю тебе не больше чем ты мне, но скажи, ты мне поможешь?

Нет, нет, нет, я на такое не подписывался, ни за что!

— Нет. Твёрдо ответил я. – Почему ты вообще решила, что я именно тот человек, что тебе нужен?

— Ну, просто ты первый человек с кем я смогла нормально поговорить, и мне просто некому больше довериться, и я здесь ничего толком не знаю!

— Нет, я сказал нет!

— Но, но почему?

— Э ну как тебе по мягче сказать, ты — отстой!

— И это говорит тот, кому я совсем недавно начистила репу.

— Агрх! Вот скажи мне, даже если нам с тобой по пути, какая от тебя мне польза? Что в тебе особого кроме выдающейся внешности?

— Я умею летать, и делаю это лучше всех! С этими словами пегасочка взмахнула крыльями, до этого аккуратно сложенными вдоль её боков, и взмыла в воздух, обдав меня лёгким ветерком, затем набрала высоту, и принялась выписывать в небе всевозможные вензеля и петли.

После «лётного шоу», она приземлилась прямо передо мной, широко расставив крылья.

— Ну как? Мордашка пони была весьма довольной, она ожидала результата.

— Слушай, всё это очень красиво, но в Зоне это бесполезно!

Пегасочка снова нахмурилась. – Это значит, нет?

— Это значит, нет.

-Ну, тогда будем по-плохому…

Маленькая бестия шустро порхнула к моему тощему рюкзаку, всё это время лежавшему на земле, схватила его лямку зубами, и умчалась вверх метров этак на десять, зависнув в воздух, она начала что – то мычать, но, поняв, что это бессмысленно, повесила рюкзак на ветку дерева.

— Слушай сюда предурок! Хочешь свой рюкзак назад, берёшь меня с собой, а нет, то милости просим, вали на все четыре стороны один, и без рюкзака!

— Ах ты, мелкая… Я в бессилии стукнул кулаком в ладонь, всё моё оружие, еда, медикаменты, всё в рюкзаке! Что делать?

А вот что!

— Ладно, уговорила! – Сказал я как можно более миролюбивым тоном. – Я беру тебя с собой как напарника, будем вместе к монолиту пробиваться! Да я хитрил, мой план был прост и жесток одновременно.

Наивная пегасочка, довольно улыбнувшись, сняла мой рюкзак с ветки, и спустила его к моим ногам.

— Вот и славно! Без обид, хорошо?

Я схватил рюкзак, вынул из него ТТ и наставил прямо в лоб маленькой дряни.

Она стояла, в каком то метре от меня, маленькая, взъерошенная, напуганная.

— Так меня достать! Заорал я и нажал на спуск.

Шум выстрела, спугнул вороньё с деревьев на опушке леса, подняв с земли рюкзак, я развернулся, и пошел на север, в сторону, посёлка сталкеров, впереди меня ждала Зона,

С её загадками, тайнами, открытиями.