Автор рисунка: Devinian
Пролог Глава 2. Долгий путь

Глава I. Земля неизведанная

«Terra incognita…»

Глубокомысленное заявление одного поляка.

Космос... Безликий и бескрайний, несущий в своем лоне бесконечность миров. Мириады звезд одновременно зажигаются и гаснут, неся новую жизнь, или разрушая старую... Бесконечная череда, нескончаемый цикл и противоборство.

В непроглядном мраке медленно движется планета. Сине-зеленый шарик величественно вращается вокруг своей оси, выставляя напоказ то один континент, то другой. Сквозь пелену облаков можно разглядеть салатовые равнины и заснеженные горы, ледяную тундру на полюсах и громадную пустыню...

Поразительный вид... Но не тысячу лет подряд!

О, как она был зла, как она был зла! Этот странный мир, эти неправильные смертные, эта глупая принцесска!

Когда её — архидемона! — призвали в подлунный мир, она обрадовалась. Ведь так давно не было никого, кто бы осмелился это сделать! Она даже хотела исполнить желание того дерзеца... Прежде чем поработить и сделать своей игрушкой.

Когда призыв осуществился архидемон обрадовалась пуще прежнего — круг вызова был нарисован из рук вон плохо. Но радость тут же утихла, лишь стоило кинуть один единственный взгляд на ауру демонолога-недоучки. Настолько сильная и яркая, что, казалось, это сам небожитель Арисс спустился на бренную землю. Впрочем, это были не все диковинки, повстречавшиеся ей, нет, это было лишь начало. Когда эта... эта Луна попросила силы — у нее! — она едва не расхохоталась ей в лицо. Но она согласилась... Да, она решила подточить её изнутри, разжигая все самое злое, самое дрянное и болезненное.

Злость превратилась в темную ярость.

Обида стала кровавой местью.

Зависть же перевоплотилась в нестерпимую жажду крови.

Глупые смертные просили ее о пощаде, но она была неумолима! Она, она! Она совратила такого сильного противника... Такого сильного... и такого наивного. Видано ли — демонам верить!

Еще немного, еще чуть-чуть и авантюра бы удалась!.. И надо было ей вмешаться! Поганая, гнусная Светлая! Она до последнего не хотела сражаться, не понимая, что её сестра уже давным-давно одержима демоном!

Она ничем не рисковала. Когда Светлая активировала странные артефакты поразительной мощи, она только приготовилась к развоплощению. Она бы просто сбежала в свой дом. А за собой бы привела войско демонов, готовое убивать и жрать, безостановочно жрать души и плоть... Но она не думала, что эта мерзкая кобыла подложит ей такую кучу дерьма!

Во имя пресвятых когтей Шарашшукку, как же она был зла!...

Тысячу лет томиться на этом жалком камне, гордо именуемым Луной!

Скоро... Очень скоро она вырвется наружу... Не будь она Схаррсс — Повелительница Ночи!

Еще секунду назад спокойно лежащая фигура встрепенулась и поднялась. Все тело её напряглось в каком-то странном ожидании... Глаза аликорна, способные видеть на многие лиги вперед, выхватили странный провал, хорошо видный на фоне мягкого сияния планеты. А из черной арки вывалился...
"Ангел?!"


За всю свою жизнь я испытал немало неприятных вещей... Лютый холод зимой, когда на тебе за одежду можно посчитать только оберег, висящий на шее. Голод, который выедает нутро получше иных зверей. Огонь, который сжигает тебя заживо, поджаривая мышцы до хрустящей корочки. Когти и яд архидемона, выпивающие жизнь и саму душу... Мешанина плоти Нъярлатхотепа, через которую пришлось идти напролом.

Плохое настроение Креола Разрушителя тоже...

Без всякого лишнего сомнения к спискам моих бед теперь можно причислить и пребывание в безвоздушном пространстве.

Две Личные Защиты тут же распылились, выигрывая драгоценное время. С меча сорвалось заклятие Силового Кокона, покрывшее мое тело с головы до пят тонкой пленкой.

С шипением из глотки начал выходить воздух, слюна на языке закипела, а в глазах потемнело от чудовищного перепада давления.

Замкнуть пальцы в кольцо. Кулак, треугольник, снова кулак, разжать ладонь, оттопырить мизинец и безымянный палец. И сделать козу, выставив мизинец и указательный наподобие рогов.

Заклятие держалось из последних сил, разум затухал, но фигура Магии Жеста так и не разомкнулась. Надрывный писк начал постепенно затихать, и дурнота медленно прошла.

Блеснул далекий луч, и щеку обожгло словно раскаленным железом.

— Кальцха!!! — выкрикнув слово-активатор заклинания Ледяного Щита, я сразу почувствовал облегчение — яростный свет успел пропечь лицо до кости.

Повернув мече к себе плашмей я дотронулся клинком до головы. Вместе с этим два последних заклинания Исцеления исчезли из моей меча, дарую облегчение.


Прямо передо мной сиял шарик планеты. Безусловно она была пригодна для жизни — синие океаны и зелень на континентах недвусмысленно намекали об этом.

Совсем не это было удивительным, о нет!

Толстая полупрозрачная нить тянулась от планеты к звезде; она переплеталась с более тонкими, постоянно вспыхивала и переливалась золотом. Завороженно проследив путь эфира я взглянул на солнце этого мира. Довольно маленькое, но светило оно не хуже своих больших братьев. Это-то я почувствовал на своей собственной шкуре...

Удивительное явление... которое движется вокруг планеты!

Тем временем золотой канал явственно приблизился ко мне. Солнце было практически за спиной, а тонкие нити эфира блуждали в каких-то жалких метрах от меня.

Амулет, предупреждающий об опасности, ощутимо нагрелся; а когда золотая нить пронеслась настолько близко, что её можно было коснуться — невероятно раскалился, подпалил шелковую рубашку и оставил болезненный ожог.

Нити опутали все видимое пространство вокруг, заключив меня в подобие сияющего лукошка.

Оберег был перманентно обжигающе-горячим, тревожа рану на груди.

Приходилось показывать чудеса воли, чтобы верно направить свое тело, дабы на задеть золотых преград. Пока мне везло, но, как известно, везение не может длиться вечно.

Желто-золотая прядь прошла сквозь ногу и... Ничего не произошло. Амулет стал холодным — словно и не обжигал кожу секунду назад.

Через некоторое время сквозь меня прошло еще несколько нитей, но оберег никак на это не отреагировал.

Эфир, пройдя некоторое расстояние, отделил от себя несколько нитей-волосинок, и эти нити, загоревшись багровым, устремились к океанам планеты.

Я был далеко не выдающимся ясновидцем. Точнее, совершенно никаким — ни прошлое, ни будущее не открывало мне свои секреты. Но не нужно быть пророком, чтобы понять — дело принимает скверный оборот.

Багровые плети уплотненного эфира натянулись и лопнули. Эфирный отголосок резанул по ушам высоким, скрежущим звуком... Секунду-другую все было тихо.

А потом мой амулет расплавился.

Зашипев, я попытался стряхнуть эту расплавленную лужу, но потерпел сокрушительно поражение — пятно меди быстро застыло, вплавившись в плоть.

— Чтоб вас всех Шабб-Ниггурат... — грязное ругательство, готовое сорваться с моих губ, оборвалось на полуслове.

Прямо на меня летело два сгустка плазмы. Два преогромных огненных шара.

Нет-нет, обычным огненным шаром не впечатлить даже студиозиса. А практикующий пиромант лишь презрительно фыркнет и создаст пламенную сферу небрежным щелчком пальцев.

Но не в этом случае. Было достаточно взгляда, чтобы понять — на меня летит квинтэссенция огня, способное испарить в мгновение ока что угодно.

— Инанна, Пречистая Дева, спаси и сохрани душу мою, — пересохшие губы сами прошептали краткую молитву. Неприятный холодок прошелся по хребту, во рту стало кисло.

Сперва я попытался развеять смертоносные снаряды. Все же пиромант из меня был достаточно хороший. Однако из этой затеи ничего не вышло — они лишь на секунду замедлили свой бег.

Выдохнув сквозь до боли сжатые зубы, я приготовился использовать Его. Могущественное магическое действие, которое передал учитель мне, как его ученику.

— Удирающий маг!!!

Заклинание выстрелило мной, словно ядром из пушки. Но, уклонившись от первого огненного шара, я не смог разминуться со вторым: правое крыло чиркнуло по бурлящей плазме. В ту же секунду огненные жгуты опутали конечность, едва не выдирая крыло из сустава и Ледяной Щит угрожающе замерцал, готовясь в любой момент рассыпаться.

Неспешно начали тлеть маховые перья, пух скукожился и почернел, кости начали пульсировать болью, грозясь вот-вот разломаться.
"Черный пепел!"
Меч окутался непроницаемо-черным дымом, а я, не раздумываю понапрасну, кинул его в свои путы. Клинок прошел сквозь них, отрезая щупальца, удерживающие меня на месте, а левитация отбросила меня подальше от опасности.

Осталось потерпеть лишь несколько минут и я окажусь в небесах этого мира.

Вытянув руку, я призвал свой артефакт, но не услышал никакого отклика. Невидимая связь, которая всегда присутствовала между артефактом и тем, кто его создал, была прервана.

Потрепанный Ледяной Щит начал тревожно мигать, когда трение увеличилось настолько, что окружающий меня воздух запылал.

И именно в этот момент мироздание решило напомнить мне о том, что я смертный.

Мана закончилась.


Черная фигура аликорна расхаживала по лунной поверхности, поднимая тучи пыли серебристыми башмачками.

Не то что бы Схаррсс мучало праздное любопытство; вообще-то любопытные демоны долго не живут.

Архидемон маялась от недостатка информации. А в том, что информация — залог твоей жизни она убедилась давным-давно.

В этот мир из окна портала пришел небожитель... Или нет? В точности пришельца она не смогла рассмотреть, а Истинное Зрение сдерживал проклятый барьер. Но одну вещь она смогла усмотреть. Белые крылья. Визитная карточка Рая, одного из самых сильных Светлых миров. С одной стороны это могла быть обычная, можно сказать статистическая, ошибка в телепортации.

Но вдруг это полноценная экспансия? Вдруг Рай посчитал этот мирок перспективным?

Схаррсс скривилась: придется все узнавать самой.

В конце-то концов один ангел не сможет ничего сделать целому архидемону! Здесь нужен чин повыше...

Владычица Ночи тонко улыбнулась. Кто знает, может он даже примет её сторону?..
"БАБАХ!!!"
Схаррсс едва не взвизгнула как распоследний суккуб от такой неожиданности.

Недалеко от нее, на лунной поверхности, образовался новый кратер. Шаг за шагом, демон осторожно подошла к оплавленному грунту и увидела... Меч.

Довольно длинный, явно двуручный, с навершием в виде драгоценного камня. Рукоять, по всей видимости, была частично покрыта золотом, но сейчас желтый металл свисал уродливыми сосульками с гарды.

Примерившись, она осторожно обхватила рукоять телекинезом и потихоньку вытянула его из оплавленного камня.

Сиреневый металл таинственно блеснул, отражая предвкушающую улыбку демона.


Принцесса Селестия устало вздохнула. Этот день сильно утомил Солнцеликую правительницу всея Эквестрии,

Смежив веки она подставила лицо прохладному ветру, который, словно игривый котенок, трепал её многоцветную гриву, унося на своих крыльях все печали и заботы.

Последние лучи заходящего солнца стекали по стене древнего замка. Вот они прошли по кладке, лизнули стрельчатые окна, пробежались занавескам и остановились — Принцесса Селестия захотела насладиться закатом.

Еще немного постояв с широко открытыми глазами, она придала ускорение небесному телу. Солнечный свет тут же исчез, спрятавшись за горизонтом.

На небосводе начали загораться первые звезды. Все они были безымянными, так повелось с тех пор как Принцесса Тьмы меняла их расположение каждую ночь.

Воспоминание, терзавшее её, нахлынули вновь.

Крики ужаса и боли, стоны и мольбы раненых, причитания душ убитых.

Пони не созданы для войн. Времена, когда они должны были защищать свои земли с оружием в копытах давно прошли. Но Луна, её сестра, презрела это правило. Ровно тысячелетие назад разразилась гражданская война, унесшая бессчетное количество жизней.

Но историю пишут победители. Теперь уже никто не помнит о том ужасном конфликте. Лишь предания, легенды и сказки несут в себе частичку истины.

Вдалеке замерцала звезда. Еще слабая, но с каждой секундой набиравшая все больше сил, она неровно пульсировала.

Мгновением позже она обзавелась диковинным, ярко-красным, хвостом, который, словно заправдашний птичий хвост, вихлял из стороны в сторону.

Вдруг, резко вспыхнув, падающая звезда оставила за собой белые концентрические круги.
"Как-будто пегас сделал Рывок", — рассеянно подумала Солнцеликая.

Несколько томительных секунд и неровного света звезды как не бывало. Устало смежив веки, Принцесса мысленно сделала себе заметку разобраться в этом природном явлении. Завтра.


Старый Эпл был стар.

Не то чтобы это заявление несло какой-то философский или сакральный смысл, но пожилому земнопони нравилось подчеркивать свой возраст. Еще больше ему нравилось выделять свои заслуги.

А как же! Уникальный случай — гвардеец Селестии не кто иной, как земнопони! Да еще из рода Эпплов!..

В молодости Эпл прошел через множество испытаний, чтобы стать Капитаном Стражи Её Высочества Принцессы Селестии.

А еще Эпл любил говорить правду в глаза.

Собственно, он так и сказал под конец службы своему приемнику:
"Я слишком стар для этого дерьма, сынок"
Однозначно, бумажную волокиту земнопони считал первосортным дерьмом.

И пока никто не оправился от столь резкого снятия полномочий, земнопони удалился на окраину Эквестрии — Эпплузу. Выбор, по его мнению, был преотличнейший: кости погреть можно, да и родня рядом. А где Эпловская родня, там и веселые собрания, и яблоки, и первоклассный сидр.

Тихо затрещала трубка. Огонек-лучинка резко выделился на фоне звездного неба. Ароматный дым повис бесформенной тучкой над пони в кресле-качалке и тут же был подхвачен ветром-шалопаем.

— Жить хорошо, — тихо пробормотал изрядно захмелевший старик. Собравшись с мыслями, он продолжил: — А хорошо жить — еще лучше! Да-а-а...

Скрипнула половица, еле слышно зашуршал песок. Стылый воздух заставил земнопони поежится и пожалеть о том, что не захватил с собой плед.

Запрокинув голову, старик сполна насладился видом ночного неба. Счастливая улыбка украсила его чело, и Эпл отсалютовал трубкой небу:

— За вас, Принцесса! За мир и покой!

На черном полотне мелькнула красная вспышка, нарушая гармонию звезд.

— Что за... Кха! — озадаченно прохрипел старик, от неожиданности пустив дым не в то горло.

Высоко над ним распустились снежно-белые кольца.

— Рыво... — восхищенно начал земнопони, но договорить не успел — чудовищная волна воздуха прижала его к террасе.

Не успел он приподняться после неожиданного падения, как в полукилометре от города раздался глухой, но все же достаточно сильный удар.


— Пресвятое Солнце...

Эпл стоял возле кромки кратера. Под копытами бывшего стража хрустел спекшийся песок. Шажок за шажком по стекловидной массе он спустился на дно ямы.

В самой середине лежал... лежало... Что-то, что было живым существом. Может это был Клаудсдельский пегас — Рывок Эпл видел своими глазами, — теперь уже не скажешь. Тело неудачника полностью обгорело, правое крыло было сожжено до основания, левому повезло больше — пострадала лишь парочка маховых перьев.

Эпл обладал более чем живой фантазией поэтому, содрогнувшись, он чуть сощурился, пристальнее изучая задние ноги пегаса, которые были, ко всему прочему, сломаны. На это указывало их неестественное положение по отношению к телу.

Осторожно обойдя тело, земнопони подошел ближе и перевернул пегаса набок.

Существо, которое находилось на земле, было кем угодно, но только не пегасом. Плоское лицо с крохотным носом, маленькие глаза. Шерсти у пришельца практически не было: клочки на голове и чудом не сгоревшие усы с бородой. Несильно ткнув пришельца в плечо, бывший страж тут же отдернул копыто — из запекшегося тела потекла алая кровь. Гулко сглотнув, Эпл едва не полетел кубарем, когда налитый кровью глаз уставился прямо на него. Желтая радужка напоминала о грифонах, но в контрасте с полностью красным белком...

— [Цензура]!!! — ругнувшись, Эпл отскочил от чужака, быстро выкарабкался из котлована и побежал к дому знахарки.


"Бам-бам-бам-бам!" — сотрясалась от ударов прочная дубовая дверь.

В доме послышалась ругань, дребезжание посуды и звуки падения чего-то хрупкого.

— Во имя всего святого, Эпл! Ты хоть знаешь который час?!

Перед старым воякой стояла растрепанная земнопони серого окраса. Непокорная кислотно-зеленая грива была наспех стянута лентой.

— Алхемия, тут такое дело... — не зная с чего лучше начать бывший капитан смущенно почесал нос копытом. — Тут на окраине упал... Упал кто-то. И он нуждается в помощи.

— Пегас что ли? Или грифон?.. — проворчала Алхемия, проворно собирая нужные вещи в седельные сумки.

— Да я в темноте не разглядел, — обтекаемо ответил жеребец.

— Раздери тебя Дискорд! Эпл, как я должна лечить ЭТО?! — возмущению эликсироведа не было предела. — Он вообще жив?

— Я чуть кучу не навалил, когда он на меня своими буркалами уставился, — неохотно ответил земнопони и с сомнением добавил: — Так что должен быть жив.

— Великолепно, — язвительно отбрила Алхемия. — Не знала, что в капитаны гвардии берут трусишек.

— Да ты сама-то, — обиженно проговорил себе под нос Эпл.

— Ладно, чего уж там, — махнула копытом кобылка. — Разожми ему челюсть.

Сглотнув, земнопони приблизился к пришельцу и осторожно разжал ему зубы.

— Святая Селестия, у него клыки... — прошептал Эпл. — Поспеши, дорогая, я не хочу знать, что будет, если он захочет перекусить. Свою пику я оставил дома...

— Да-да.

В глотку пострадавшему начала вливаться алая, словно сама кровь, жидкость. Опустошив флакон, Алхемия откупорила сразу два — желтый и синий.

— Так-с, теперь ты должен его сильно держать.

— Принято.

Янтараное и аквамариновое зелья смешались и были проглочены непонятным существом.

— А зачем держать-то? — полюбопытствовал жеребец.

— Ему будет очень больно, — ответила Алхемия, отряхивая сумки от песка. — Эликсиры приведут его в чувство, но не вылечат до конца. Однако это позволит его транспортировать. Отправим в Кантерлот скорым поездом. Вместе с тобой.

— Да ты...

Что хотел сказать Эпл кобылка так и не узнала. Неведомая сила отшвырнула его к противоположной стороне кратера и вдавила в песчаную стенку.

— Только не говорите, что...

— Это маг!!! — страж был уже на ногах.

Медленно, шаг за шагом знахарка начала отходить от существа. Тот в свою очередь следил за ней глазами полными бешеной, первобытной ярости.

— Все хорошо... Во-о-от так, — тихо приговаривала она, пытаясь успокоить пришельца. — Я ухожу.

— Girra... — с шипением вырвалось слово из потрескавшихся уст. — Hintu Girra, titalis... GIRRA SABATU!!![1]
С ревом вокруг взметнулось яростное пламя. Оно полностью пожрало лежащее существо, но, как ни странно, не причинило ему никакого вреда.

Клочки шерсти преобразились, став язычками голубоватого огня, глаза светились нестерпимым светом, а уцелевшее крыло сияло ярче солнца.

— Бежим! — схватил остолбеневшую кобыку Эпл.

Пара пони очень своевременно покинули яму, а через пару секунд оттуда послышался яростный рев:

— GIBIL!!!

Пурпурный язык огня взметнулся вверх, к самым небесам, на мгновение стало светло, как будто настал яркий день, и волна жара прокатилась до самой деревни.

А потом все стихло.

— Во имя всего святого, что это было?! — прохрипел Эпл, поднимаясь с зельеварки, которую он прикрыл своим телом.

— Это был маг, — невозмутимо ответила кобылка, подымаясь на ноги. Подумав, добавила: — Довольно сильный маг.

— Ох, не беспокойся, милочка, — желчно сказал Эпл, — я хоть и стар, но не совсем выжил из ума.

Проигнорировав реплику Алхемия двинулась по направлению к тому, что когда-то было приличной рытвиной в земле.

— Подожди меня, окаянная!

Маг все еще был там. Лежал только в другой позе — неловко подломил переднюю конечность и, уткнувшись носом в стекло, тяжело дышал. Запекшаяся корка потрескалась и из нее телки алые струйки крови.

Немного поколебавшись, парочка пони вновь подошла к существу. Эпл подхватил справа, Алхемия слева... И тут пришелец отколол еще один номер.

Первым это заметил Эпл, когда пятипалая конечность начала срастаться, медленно превращаясь в белоснежное копыто.

— Да ты издеваешься?! — этот вопрос военный на пенсии адресовал небесам.

Через минуту метаморфозы затронули голову, сделав её совсем как у пони, но когда дело дошло до спины... Тело чужака выгнуло дугой, рот раскрылся в немом крике, передние копыта конвульсивно задергались. Глаза его закатились, и он обмяк уже в ипостаси довольно крупного пегаса. Практически здорового, не считая правого крыла, пегаса.

-[Цензура], — мрачно подытожил Эпл.

[1](шум.) Гирра... Пламя Гирры, подобен огню... Объят огнем!