Автор рисунка: BonesWolbach
Файл № 3: "Дороги в будущее"

Файл №4:"Infernum"(Часть 1)

От автора: Даже этот кусок мне было крайне трудно писать в связи с крайне тяжёлым материальным положением и балансированием на грани становления бомжом. Тем не менее, я выкладываю полглавы после праздников, и если смогу хоть что-то заработать — то продолжу писать дальше. Если кто-то захочет хоть чуть-чуть поддержать автора — пишите в личку — пофиг, морально или материально.
Всех с прошедшими праздниками и наступившим Новым Годом. Пусть вам повезёт в Новом Году больше, чем автору, которому не повезло ОЧЕНЬ.

Как всегда — линки)
первый:
https://www.youtube.com/watch?v=Gs6L6IcH5Tk
и второй:
https://www.youtube.com/watch?v=JXih5Ms9ny0

"Имя нам — Легион. Крови нашей — Океан. Не отступим и не сдадимся, когда приказ нам дан. Мы не титаны и не герои. Каждый здесь — простой солдат. Мы не умираем — мы отправляемся на перегруппировку в Ад."

Комиссар Яррик

о Имперской Гвардии

год 1944, Москва, Лубянка, дом 2, время — 21.00 Московское, 30 июля.

— Выйди, я один поговорю, — после бесхитростного рассказа Эпплджек и Рэрити — Берия решил, что переводчик, на деле выполнявший функции телохранителя — для дальнейшего разговора ему не нужен — существа, которые живут мирно в застывшей натуральной сказке — вряд ли способны пойти на убийство.

— Уж простите — но вы знаете, что такое — "Война"??? — взгляд человека стал практически невыносимым. Берия снял пенсне и медленно протирал их платком, перейдя в разговоре на неплохой английский, после того, как хлопнула дверь за переводчиком.

— Последняя из войн была почти триста лет назад и шла всего две недели — с мощью лично сражающейся принцессы Селестии грифоны справится не смогли и с тех пор — ни одной войны мы не знаем вот уже целое поколение, — пегаска с необычным именем недовольно смотрела в ледяные глаза.

Человек встал из-за стола и подошёл к пришелицам. Опустившись на корточки, он снова посмотрел Рэйнбоу прямо в глаза. И грустно сказал: — А знаете ли вы — что такое — война на выживание??? Когда тебя готовы убить только за то, что ты говоришь на другом языке? Когда миллионы мирных жителей зверски пытают, насилуют и убивают за это вот уже четвёртый год???

— Что??? Как такое вообще возможно??? — на лицах трёх пони застыл ужас. Обернувшись к Берии, троица застыла изваяниями на местах.

— Как? Природа людей ужасна — они поверили безумному каннибалу... Министр встал, подошёл к селектору, и произнёс: — Василий, принеси улики по делу Гитлера. И фильмоскоп прихвати вместе с плёнкою. Как какие? Фото, киносъёмку — сколько один унесёшь и без цензуры выбирай!!! — Лаврентий Павлович тяжело сел в кресло и, смотря на военные карты на одной из стен кабинета, сказал: — Сейчас принесут фильмы и фотографии, сделанные врагами моего государства — они даже не скрывают своих преступлений и гордятся ими — впрочем, сейчас всё увидите сами. А сейчас — советую побыстрее допить свой кофе — боюсь, аппетит от просмотра этого — пропадёт.

Спустя несколько минут, нарушаемых лишь хрустом печенья в повисшей гнетущей тишине, в кабинет вошёл военный с большой картонной коробкой. Он поставил на стол кинопроектор, развернул на стене белую простынь, и вышел, вставив плёнку в проектор. Берия встал, подошёл к проектору, и нажав кнопку перемотки плёнки, произнёс: — Сейчас вы увидите, что творили те, кто схватил Эпплджек, если я правильно произнёс имя, — быстрый взгляд в сторону оранжевой пони, — до того, как мы их пленили. А сейчас — прошу внимания на проектор.


год 2028, Санкт-Петербург, пятизвёздочный отель Four Seasons Hotel Lion Palace St. Petersburg(1), время — 18.37 Пулковское, 5 июня.

У стойки портье Гленни сдавал ключ от люкса, пока девушка, которую он решил считать своеобразным проводником — собирала его багаж. В этот момент двери холла открылись и в зал вошла крайне колоритная компания: леди в строгом деловом костюме с повязкою на глазу, девушка в странной полувоенной униформе с огромным рюкзаком за спиной, и мужчина в английском костюме-тройке, почему-то сходу ухмыльнувшийся Норвуду. Они подошли к стойке, и леди на идеальном британском английском с лёгким налётом иронии поприветствовала его проводницу: "Hello, Miss Medusa, your costume is georgeus today".

— Thank you for your compliment(2), — c легчайшим южным акцентом ответ и ответный взгляд? Взгляд ли? За безоправными очками, отливающими сталью — не понять...

— Вы знакомы? — Норвуд обратился к леди, не скрывая своего изумления.

— Да, мы знакомы, и судя по всему — нам, возможно придётся работать вместе. Я так понимаю, что вы — янки? — тень недовольства за бликом круглых очков.

— Американец — это да, но уж никак не янки!!! — возмущённо ответил Норвуд. Хоть он и родился в Нью-Йорке, но родители были родом из Техаса, а в этом штате — "янки" — оскорбление со времён Гражданской войны(3).

— Ну что ж, если южане всё ещё такие, как в романах Маргарет Митчелл(4), то мы сработаемся, — недовольство сменилось умиротворением. Тут же — прощание в английском стиле — оброненное: — "До встречи"; поворот головы к портье, и без всяких прелюдий: "- Мне номер люкс, и стандарт на двоих для сопровождающих", произнесённое тоном, не терпящим возражений.

Гленни ничего не оставалось, кроме как последовать за сопровождающей, которая коротко бросив "Good bye", направилась к выходу.

— Кто эта леди? — сразу за дверями отеля Норвуд задал своей сопровождающей логичный вопрос.

— Рыцарь Круглого Стола сэр Интегра Фарбург Вингейтс ван Хеллсинг.

— Что? Мы же не в сказке про короля Артура? — На дворе двадцать первый век! — инфекционист удивлённо уставился на свою сопровождающую.

— Вы слышали такое русское выражение: "Мы рождены, чтоб сказку сделать былью"? — ответ девушки, даже не повернувшейся к нему и идущей к машине, словно автомат, размеренным шагом, был странным, — Так вот, поверьте ещё одному русскому выражению: — "Сказка — ложь, да в ней намёк, добрым молодцам урок". — Нам пора — садитесь, — и девушка легко, словно пушинки, закинула чемодан и сумку доктора в багажник.


год 900М41 по летосчислению Империума, флагманский крейсер флота Андерокусов "Свет Хартии" в составе посольского флота Администратума и Экклезиархии, орбита Л'уны./год 5 от объединения Сестёр, предпоследний день зимы, двадцать минут до полуночи; Машинное отделение, отсек стазис-капсул.

— Вы уверены в своих действиях, магос? — нервы инквизитора Маркуса, увязавшегося за магосом в последний момент, были уже на пределе, ведь только что Терсиард пропустил двух ксено в святая святых механикусов — храмовый комплекс Омниссии, что не лезло даже в ворота Императорского Дворца. — Ваши действия уже просто воняют ересью даже по меркам механикусов!

— А вам похоже, наплевать, что они обе понимают нас? И что одна из них — уже была тут при обстоятельствах куда более опасных и не отступилась от того, чтобы спасти сначала нас и моего Духа-Машину, а лишь потом — свою соотечественницу??? — на последнем слове обычно механически-равнодушный голос магоса, казалось, задребезжал от возмущения. — А вторая — даже я сталкиваюсь с таким результатом визита Вольного торговца к ксеносам впервые. — По собственной воле, будучи чуждым нам видом — начать поклоняться Богу-Императору в обеих его ипостасях, да ещё и утверждать, что это именно он — учил их правительниц??? — серворуки возмущённо прошелестели скрытыми в них механизмами. — Мы пришли. Вы, Лорд-Инквизитор, конечно, можете как-либо попробовать обезопасить наших гостий, но моё мнение — что от этого будет лишь хуже, чем если они смогут пользоваться своими силами. — А я тогда — умываю свои руки машинным маслом, — магос что-то нажал на дверях и зачем-то прислонил один из мехадендритов к панели с символом Омниссии у двери в отсек, после чего — демонстративно отошёл в сторону, протопав(5) несколько шагов так, что его топот, скорее грохот железа об мраморный пол — был, наверное слышен по всему комплексу механикусов.

— Позвольте мне решать, что делать, ведь глава посольства всё-таки я, и опыта общения с ксеносами у меня — не меньше вашего, даже если вы и старше меня в любом варианте! — недовольство инквизитора выплеснулось на магоса, и уже куда более любезно, он произнёс, повернувшись к пони: — Поскольку сейчас вы гости на нашем корабле, то я хотел бы выполнить предписание, обязательное для всех несанкционированных Инквизицией псайкеров при столкновении с силами Варпа — заблокировать ваши способности на время общения с заражённой. Вы не откажете мне в этой просьбе?

Твайлайт глубоко задумалась. Отказаться от единственого своего преимущества перед лицом неизвестной опасности, среди пришельцев, которые могли обрушить на Эквестрию невероятную мощь своих звёздных кораблей-городов? Она нерешительно скосила глаз на Лиру, но та лишь чуть заметно кивнула, и, произнеся: "В чужой монастырь со своим уставом не ходят", подошла к инквизитору, легонько постукивая парящим посохом по полу.

— Сэр Маркус, я не смогу воспользоваться своим посохом в таком случае. Поскольку вы это предложили — не соблаговолите ли хранить мой посох до тех пор, пока я смогу им пользоваться снова? Доверие за доверие? — огромные золотые глаза, казалось, проникали в душу Арригануса.

— Хм, — "И снова — неожиданная просьба и странное согласие; ксено, добровольно фактически отдающая себя на волю Инквизитора?" — Лорд-Инквизитор был снова ошарашен таким невероятным поворотом. Ведь даже джокаэро оставались с инквизиторами лишь пока им что-то было от людей нужно. А здесь — всё, что она попросила — сохранить резной ясеневый посох, изукрашенный аквилами, с навершием в виде крылатого двуликого черепа в ободке-шестерёнке. Даже на свой сверхпридирчивый взгляд, он не мог найти подвоха, тем более, что Саррекеус — подтвердил, что скверны они не несут.

— Это символ, или оружие? — встречный вопрос инквизитора, однако не застал единорожку врасплох.

— Символ моей Веры в то, что Великий Волшебник, как его называет принцесса Луна — был и нашим учителем. И оружие — против исчадий Тартара, что люди называют — Имматериумом.

— Вы всерьёз так считаете? Тогда, пожалуй, я сохраню ваш посох, — рука инквизитора протянулась в облако золотистой ауры, окутывающей посох. Маркус ожидал чего угодно от прикосновения к чуждой магии, но — всего лишь словно по руке скользнул кусок отличнейшего натурального офелианского шёлка. Стоило ему взять посох, и свечение чуждой магии исчезло.

— Я готова, лорд Маркус, — снова взгляд прямо в лицо, в глазах ксено читалась просто невероятная смесь эмоций: радость, опасение, любопытство и... инквизитор не хотел верить своему чутью, но... в них читалась Вера.

— Негоже Принцессе боятся утери таланта — я теряла его дважды и при худших обстоятельствах, можно и третий — раздался голос Твайлайт, протягивающей в поле фиолетовой ауры небольшую изящную корону Инквизитору.

— В таком случае, — ваша корона — это символ или что-то большее? — снова вопрос и почти мгновенный ответ:

— Всего лишь символ, я не люблю показное могущество и роскошь. Если бы это была просто поездка в гости, а не дипломатический приём — то корону я бы забыла дома, если вы понимаете, о чём я. Но она дорога мне, как подарок от учительницы.

-Хорошо, Принцесса Твайлайт Спаркл, я сохраню вашу корону, — и снова по руке словно бы прошуршал кусок благородного терранского вельвета(6), прежде чем корона попала в руку Арригануса.

— Вы готовы, леди?

— Да, мы готовы! — кивок и взмах двух цветных грив.

— Тогда... Брат Саррекеус, подойдите.

К пони подошёл библиарий, неся в руке два ошейника чернёного серебра с жутким символом на нём — череп и скрещённые кости с литерою "I" поверх символа.

Надевая на послов ошейники, космодесантник произнёс: — Это блокираторы псайкерских способностей, в них заключена частица плоти живого парии, если это вам о чём-нибудь говорит. У вас могут быть неприятные ощущения вплоть до острого чувства отчаяния. Если такое произойдёт — немедленно говорите мне. А символ — это символ Караула Смерти, что означает, что вы находитесь на территории Империума с позволения Золотого Трона и предохранит вас от излишне впечатлительных членов экипажа. Думаю, вы знаете, что отношение людей к ксеносам давно и безвозвратно испорчено, и отнюдь не по вине людей. так что — без этого ошейника на вас могут и броситься простые люди на мирах Империума.

— Мы не хотим быть причиною конфликтов, мы наоборот, хотим доказать вам, что в Галактике ещё осталась хотя бы одна раса, способная хранить верность однажды найденной дружбе!!! — прямой взгляд глаз цвета лаванды, в которых просто полыхало море псайкерской энергии; в визоры шлема.

— И мы не оставляем друзей в беде!!! — синхронно добавили обе ксено.

— Я знаю, что вас предало множество других рас, когда людей постигла беда, и они предавали и били в спину, но мы — не такие, и докажем это!!! — взгляд золотистых глаз, в которых пылала... Вера?!! Саррекеус был неимоверно доволен тем, что он в шлеме — своё изумление библиарий не смог скрыть — ксено, добровольно отказавшиеся от всех своих сил, только потому, что считали страж-командора своею подругою? Или даже — всех людей, верных Его воле? Не зря брат-капитан сказал — что ему стоит отправиться с этим сумасбродным инквизитором, которого чуть не сбила система обороны тайной цитадели(7). И вообще — такой документ, как у этого Инквизитора — он видел впервые — двенадцать печатей, в том числе — Экклезиарха, Лорда-Инквизитора совета Терры и самого Константина Вальдора с прямым указанием — не чинить препятствий, а всемерно помочь, несмотря на просьбу, которая была немыслима для его Ордена. И он сменил свой доспех, став чёрным щитом на время этой миссии. Лишь сам инквизитор знал, к какому Ордену на самом деле принадлежит брат Саррекеус и его взвод. Что ж, если он лично увидит то, о чём говорил ему инквизитор, то значит — ещё есть в Галактике силы, что хотят победы Империума, кроме людей.

Две пони в сопровождении людей и магоса вошли в стазис-отсек, следуя за магосом, всё ещё недовольно чем-то скрежетавшим.


год 5 от объединения Сестёр, последняя ночь зимы, полтора часа ночи, юго-восток Эквестрии, болотистые леса южнее Балтимэйра, Гнездовье.

Мозг спящей Королевы пронзил сигнал-приказ, столь мощный и чёткий, что стало ясно — это её хозяева! И приказ гласил: "Начинайте жатву!!!". Вскоре растревоженное волей Кризалис Гнездовье строилось боевыми колоннами. "Вот и настал Мой час!!!" — с победною ухмылкой скалилась Королева Роя, даже не представляющая, что призвала на Эквус Прайм...

— Наступаем! Первая цель — Понивилль!!! Я отомщу этой заумной выскочке — она станет отличным источником магии в моём троне!!! — орды чейнджлингов, затмив солнце, поднялись в воздух, взяв курс на северо-запад и избегая крупных поселений. У них был приказ — всех встречных без задержек — уничтожать или сразу — выпивать все их силы досуха...(8)


год 1944, Москва, Лубянка, дом 2, время — 23.00 Московское, 30 июля.

На простыне сменялись фотографии и отрезки трофейных кинохроник. Расстрелы, казни, повешения, горы истощённых трупов и измождённые пленные в концлагерях, изнасилования, убитые старики, дети, матери и младенцы... И — довольные люди в красивой униформе, чёрного или серого цветов, улыбающиеся и позирующие на фоне ужасающих сцен.

— Это просто не может быть — даже драконы и грифоны не столь жестоки!!! — всхлип Рэрити, утирающей слёзы первым, что подвернулось под копыта — своею гривой. — ЭйДжей, дорогуша, скажи, что это неправда???

— Нет, сахарок. Эти плёнки — правдивы, и Лаврентий Павлович нам не врёт, — грустный взгляд на Рэрити. Оранжевая кобыла сняла свою шляпу и, смотря на полотно проектора — вцепилась в шляпу так, как будто она могла избавить её от этого ужаса...

Всё это время Рэйнбоу, не двигаясь, молча и безотрывно смотрела на полотно. И лишь абсолютно каменное выражение на её лице давало понять подругам, что уровень гнева их подруги уже зашкалил за все мыслимые и немыслимые пределы. Когда пошли кадры военной и политической кинохроники с географическими картами — Рэйнбоу лишь яростней уставилась на полотнище.

Берия встал, и остановил показ в ответ на реплику Эпплджек.

— Теперь вы понимаете? — в стальных глазах в первый раз промелькнуло что-то, кроме смертного льда.

В этот момент Рэйнбоу молча встала и, подойдя к окну, стала открывать шпингалет.

— Дэш, ты это куда собралась, голова твоя садовая? — ковбойка не ожидала ничего подобного. Куда-то лететь в незнакомом мире? Где в небе летают жуткие "Samolyotyi", расстреливающие всё и вся из автоматических пушек??? Но, Рэйнбоу, не обращая внимания, открывала окно. И лишь услышав за спиной шаги человека, она обернулась и ответила: — Я? — Выбивать дурь из этого полоумного маньяка!!! — Рэйнбоу наконец-то справилась с обеими рамами и, вскочив на подоконник, уже распахнула крылья.

— Рэйнбоу, остановись — послушай, давай сначала договорим!!!

— О чём? В Тартаре лучше, чем там, где властвует этот... — по гневному лицу пегаски было видно, что достойного эпитета Гитлеру она найти не может.

— Ну, к примеру, о том, что с вами очень хотел бы познакомиться глава нашего государства, и о том, что если вы погибнете не на своей войне — то как на то, что мы не уберегли вас — отреагируют ваши правительницы? — Берия отнюдь не строил иллюзий по поводу бессмертных существ, силой мысли управляющих небесными телами и подозревал, что их ярость будет просто неописуемой.

— Л-ладно, давайте — только потом не жалуйтесь, что мы вам не помогли!!! — после недолгого раздумья крайне сердитая Рэйнбоу всё-таки соскочила с подоконника и, недовольно махнув хвостом, с разгону влетела в своё кресло.


год 2028, Санкт-Петербург, Исаакиевский собор, катакомбы, время — 21.00 Пулковское, 5 июня.

Гленни Норвуд сидел в удобном кресле и пил чай с овсяным печеньем, который ему любезно предложил уже виденный им агент, представившийся, как: "Просто Директор, никаких имён, поверьте — так и вам и нам будет куда как спокойнее". Небольшая комната, обставленная в стиле, который на западе называли "сталинский ампир" — массивный строгий стол, обтянутый зелёным сукном, чёрные кожаные кресла, бронзовая лампа с неизменно зелёным абажуром, стены, обшитые деревянными панелями. Не вписывались в обстановку лишь современный кондиционер и ноутбук на столе рядом с вполне антуражной массивной пепельницей, в которой ещё дымилась чья-то явно дорогая сигарилла. Норвуда мучала неопределённость, он раздумывал над тем, ради чего русским потребовался именно он. Хотя... Тут он вспомнил свой доклад в Гарвардском университете несколько лет назад о опасностях, связанных с внеземным происхождением некоторых вирусов и бактерий, столь подробный и точный, что ему рукоплескали все врачи на той международной конференции... Именно тогда он и попал в поле зрения русских спецслужб; как раз тогда же ему после конференции предложили высокооплачиваемую работу на правительство США.

Он был настолько погружён в свои раздумья, что не заметил, как открылась дверь в кабинет. В комнату вошла та самая британка — платиновые волосы, резкие черты лица, повязка на глаз и круглые очки. Вместе с ней зашёл высокий шатен в синем костюме-тройке с молодой девушкой, тоже блондинкой, только пшеничной, и в полувоенной униформе.

— Добрый вечер, вот мы и увиделись снова. Что ж, поскольку нам теперь работать вместе — позвольте, я введу вас в курс дела, вы ведь не против? — британка села в кресло напротив, бесцеремонно закурив сигариллу.

— Не против, вот только — давайте уже познакомимся? Я Глен Норвуд, врач-инфекционист, доктор Гарвардского университета.

— Сэр Интегра Хеллсинг, глава ордена Протестантских Рыцарей Его Величества, — и клуб дыма, поползший в сторону вытяжки.- А это — мои дворецкий и телохранитель.

— Эта девочка — телохранитель? — удивился врач, — Но это же смешно!

— Селес!!! — в ответ на приказ леди девушка оскалилась, в её рту он увидел огромные нечеловеческие клыки, а её левая рука превратилась в нечто неописуемое, мгновенно схватив Норвуда за рубашку.

— Познакомьтесь, доктор Норвуд, — дракулина Селес Виктория, моя слуга-по-крови. Вы ведь помните вторжение девяносто девятого года в Лондоне, не так ли? Мы были теми, кто его остановил. В Америке оно тоже было, но нам удалось замаскировать наиболее вопиющие случаи — так, скандал с импичментом Билла Клинтона на самом деле прикрыл заражение многих высоких чинов вирусом "вампиризма", несомненно, знакомым вам, как вирус H1CSR23. Мы те, кто борется с потусторонними и необычными угрозами, как бы это не звучало. И именно потому, что вы работали на один тайный проект, связанный с нечеловеческими вирусами и болезнями — я предложила вас, как врача, хорошо разбирающегося в нечеловеческой микробиологии.

— Предположим, что это так, да и-внешний вид вашей... телохранительницы... вполне убедителен, — недовольно поправляя рубашку, Норвуд посмотрел в глаза Интегре, и спросил: — так зачем вам понадобился врач-инфекционист, специализирующийся на внеземных микроорганизмах?

— Затем, что нами был обнаружен портал, ведущий в неизвестный мир. И нам позарез нужен микробиолог высочайшего класса, а вы — были тем человеком, кого мы могли обнаружить и заинтересовать относительно быстро. Потому что завтра мы планируем высадку через портал, находящийся в Москве. Можете познакомиться с остальною командой — дворецкий леди Интегры Тимур Зинчев, капитан ФСБ Медуза Кефалинис, и ещё два человека из девятого отдела, с которыми мы познакомимся по прибытии на место. Оборудование для исследований мы вам предоставим, — в кабинет незаметно вошёл Директор.

— И я буду первым, кто сможет исследовать новые внеземные микроорганизмы?

— Совершенно верно, доктор Норвуд, совершенно верно, — протянул руку для рукопожатия неизвестно чему улыбающийся дворецкий.

— Думаю, это будет крайне интересная работа, вот только как вы объясните моему начальству фактическое моё похищение?

— С вашим начальством всё согласовано — как вы думаете, отпустили бы вас в страну, отношения с которой ещё недавно были на грани войны, в отпуск, если бы не наша срочная просьба? — и раздавленная сигарилла опустилась в пепельницу.


год 900М41 по летосчислению Империума, флагманский крейсер флота Андерокусов "Свет Хартии" в составе посольского флота Администратума и Экклезиархии, орбита Л'уны./год 5 от объединения Сестёр, последний день зимы, полночь; Машинное отделение, отсек стазис-капсул.

Перед людьми и двумя ксено открылись ряды пустых капсул. И лишь в конце ближайшего ряда, обвешанная печатями и перекрученная искрящимися молниями, словно бы под напряжением, ярко-белыми цепями; под охраною сразу взвода космодесанта и множества боевых сервиторов, во главе с капелланом, находилась единственная занятая капсула из полусотни. В капсуле находилась командор, со снятым в кои-то веки шлемом. И лишь открытые глаза, даже в стазис-поле, горели неестественным фиолетовым огнём, а само поле дрожало и мерцало так, что было ясно — не просто так здесь стоял сразу взвод Караульных, и десятки сервиторов с оружием, нацеленным на капсулу.

Пони, подходя всё ближе, ощутили, как нечто пытается пробиться сквозь ошейники... И это нечто было явно сильнее ошейников, потому что вдруг обе кобылки почувствовали сильнейшее желание...

Твайлайт сообразила первой: — Назад, все назад, оно пытается атаковать нас всех!!! Принцесса побежала назад, следом за нею — и Лира,благодарящая про себя Судьбу за то, что была в балахоне. Она видела, как с Твайлайт слетели сокрывающие чары, и было видно, что лишь воля могущественного аликорна удерживает принцессу от того, чтобы броситься на первое попавшееся, что напоминает член жеребца. Сама Лира чувствовала себя едва ли лучше, но она не успела и подойти столь близко к капсуле. И даже космодесантники и сервиторы, увидев почти паническое бегство двух ксено, остановившихся и переводящих дух у входа в отсек — тоже расширили живое кольцо вокруг капсулы.

— Лира, ты знаешь, что это за демон? Моих сил не хватит — он едва не сломал этот ошейник — промедли я ещё хоть мгновение — и он втянул бы меня в борьбу разумов, а я ещё не столь сильна, как Старшие Сёстры, — прерывисто произнесла Твайлайт, часто дыша, и убирая копытцем выступившую от резкого галопа пену у рта.

— Судя по тому, у-ф-ф, что этот, о-х-х, демон, пытался соблазнить нас, это демон Слаанеш, и при этом, судя по силе — не меньше, чем архидемон, потому что даже в чужом теле он сохраняет просто ужасающую мощь — находясь в стазис-поле — продолжать влиять на реальность вокруг!!! — Светло-салатовая кобылка пыталась отдышаться, привалившись к стенке отсека. Подняв глаза, она спросила: — Так что мы будем делать, Твайлайт? Она же не даёт нам даже приблизиться...

— Магос Терсиард, есть ли возможность доставить капсулу на Эквус? — Твайлайт требовательно смотрела на возвышающегося над нею механикуса, нисколько не смущаясь того, что её хвост свисал мокрою тряпкой, испачканный выделениями.

— Мы можем погрузить капсулу автоматами на "аквилу" лорда Арригануса. Вас это устроит? — проскрежетала внушительная фигура магоса.

— Вы окажете нам и командору Сэйрии просто неоценимую помощь, если её удастся доставить ко мне домой — там я вместе с друзьями попробую изгнать демона из её тела, не навредив её душе. Насчёт тела, правда, я не уверена... Но я зато попробую пробить вам доступ в закрытые архивы наших библиотек, если нам удастся спасти командора — вы ведь вряд ли откажетесь?

— Я окажу всю необходимую помощь, а сейчас советую вам зайти вот сюда, пока мы готовим капсулу к транспортировке, — магос указал на неприметную дверку, которую приоткрыл перед пони своею серворукой — за дверью обнаружилась душевая комната, впрочем, краны были достаточно низко, чтобы пони, привстав, смогли отрегулировать краны и наклон струй душевой третьим краном. Показав, как пользоваться душевой, Терсиард прикрыл дверь, сказав Твайлайт, что не закрывается, а за дверью их ждёт сопровождение, ему же пора приготовить капсулу к транспортировке, и по этой причине он оставляет их одних.


год 5 от объединения Сестёр, последняя ночь зимы, три часа ночи, юго-восток Эквестрии, дорога для пеших пони Балтимэйр — Понивилль, недалеко от Ужасного Ущелья.

По дороге ехала нарядная, ярко освещённая повозочка с ромбовидными шашечками — Тэкс Лайтинг любил свою работу междугороднего такси — он любил путешествовать, что было несколько необычно для земного пони. Впрочем, мнение окружающих его волновало мало — он был счастливым владельцем "королевской" лицензии, которая позволяла владельцу таксовать по всей Эквестрии и за её пределами, если владелец при этом не нарушал законов. Такие лицензии можно было получить лишь из копыт аликорна. Тэкс ездил медленно,но, благодаря своей выносливости — мог брать большой груз, ну или увозить сразу целый табунок земных пони. Хотя, при желании, ярко-жёлтый жеребец с чёрною гривою мог и неплохо наподдать, что доказывали несколько призовых медалей, выигранных на Осенних Забегах в Понивилле.

Семейка пони решила сэкономить силы и средства — пообещав Тэксу в качестве компенсации за скидку — пару банок знаменитого варенья из вольт-яблок семьи Эппл. Скидку же дать пришлось — младшенькая в семье была пегаскою-подростком и помогала тянуть повозку. Но земнопони решил, что оно того стоит — варенье от семьи Эппл не зря славилось на всю Эквестрию — лучше было бы только, если бы ему предложили их сидр. Ну а пока — пони зажгли фонарики на повозке, и, не торопясь, ехали по дороге — ведь скоро должен был показаться домик для путешественников. До Понивилля оставалось полтора дня пути...

Путники остановились у домика на ночёвку — в домике нашлись и вода, и печка, и дрова, заколдованные каким-то единорогом на долгое горение... Таксист и пассажиры расположились в домике, у весело потрескивающей парою дровин печки с закипающим чайником. Они не видели, как дорогу и звёзды позади них накрывала тьма, а треск дров и шипение чайника заглушили неровное жужжание множества перепончатых крыльев.

Неожиданно для путников дверь домика с грохотом сорванного засова распахнулась, и в проёме появилась высокая мрачная фигура. С шипением она произнесла: — Так-так-так, кто это тут у нас? Припозднившиес-с-ся пони! Взять их!!! — и из-за фигуры в комнату влетело множество чейнджлингов, тут же напавших на пони. И лишь кобылка-пегаска, воспользовавшись незапертым окном и цветом своей чёрной шкурки смогла улететь из домика незамеченной. Напрягая все свои силы, Блэк Сноу летела в Понивилль, к Аметистовому Замку — чтобы сообщить ближайшей из принцесс о надвигающейся беде.

Тем временем, оставшихся пони связали и выволокли на полянку перед домиком. Там уже прогуливалась Кризалис в окружении своих подданных. И с первыми лучами рассвета она подошла к связанным пони:

— Выбирайте — или вы станете такими, как мы, или... — недвусмысленный взмах ноги, — вы станете просто куском биомассы. И патриарх Роя расхохоталась...

А дорога, ещё недавно приветливая и окружённая деревьями — просто исчезла — лишь голые камни и горы оставляли чейнджлинги за собою, перерабатывая всё в биомассу(9). Даже атмосфера начинала вести себя неестественно, ведь и её, твари, ведомые инстинктом тиранид, стали собирать в огромные мешки, созданные из биомассы.


год 2028, Москва, главный корпус МГУ, время — 3.40 Московское, 6 июня.

К одному из служебных выходов подъехала неприметная "Газель". Из неё вышла крайне странная компания, которая, лишь мелькнув под московским небом, исчезла в хитросплетениях сталинской постройки. Поплутав по знаменитому комплексу следом за Директором, вся компания зашла в неприметную подсобку, ключ от которой был у русского агента. Внутренности подсобки оказались лифтом, доставившим их в подземелье к путям, на которых стоял старый дизельный паровозик. Около него дежурили два бойца в форме спецназа ФСБ.

— Добро пожаловать в систему "Метро-2", мы находимся на глубине сто двадцать метров на правительственной линии Кремль-Раменское-Кунцево(10). Знакомьтесь — это те бойцы, которые пойдут с нами — и просьба помолчать про то, что они — всего лишь люди, к вам, сэр Хеллсинг — это относится сильнее всего.

— Прапорщик Мутуза, — отданная честь.

— Сержант Голоднев, — ещё одна отданная честь, и почти безупречный британский английский акцент, так, что трудно было поверить — что говорили русские.

— А сейчас — прошу вас, — и Директор открыл дверь небольшого вагончика, — последняя поездка, и мы у портала.


год 1944, Москва, Кремль, 1 корпус(Сенат), время — 0.33 Московское, 31 июля.

Ровно в полночь, под бой курантов Спасской башни, в Кремль въехал чёрный министерский "Паккард", с окнами, прикрытыми шторами. Спустя двадцать с лишним минут различных проверок документов и отправки посыльного к Самому, машине разрешили проезд. Лимузин остановился прямо напротив входа, и проход между машиною и дверями здания тут же был занавешен чёрной тканью. Три пони, уже не сильно удивляясь, прошествовали в здание, где по не очень удобным для них ступенькам пришлось подниматься на второй этаж. Вскоре они прошли по коридору, обитому дубовыми панелями. На втором этаже стоял стол, у которого Берия остановился. За столом сидел лысый человек, заполняющий какие-то бумаги.

— Александр Николаевич, извиняюсь, что отвлекаю вас, но товарищ Сталин свободен? — Берия постучал по столешнице костяшками пальцев.

— Да, Лаврентий Павлович. Меня предупредили о вашем внеочередном срочном визите. А это ещё что такое? — Поскрёбышев увидел троицу разноцветных пони, стоящих в дверях приёмной вместе с Константином.

— Товарищ Поскрёбышев, я не доверил эту информацию даже спецсвязи. Перед вами — сотрудник девятого отдела, первым из советских людей контактировавший с самыми настоящими инопланетянами, да-да, вы не ослышались, эти трое лошадок — вполне разумны, разговаривают на немного видоизменённом диалекте английского и являются самыми настоящими инопланетянами! Они согласились на аудиенцию у товарища Сталина, а я лично, пообщавшись с ними, гарантирую безопасность данной встречи.

— Вы уверены, товарищ нарком? — личный секретарь Сталина оторвал взгляд от пони, и внимательно посмотрел на Берию.

— Да, я уверен, — Берия снял пенсне, и в ответном взгляде промелькнула решительность поставившего всё на кон человека.

— Сейчас, тогда я извещу товарища Сталина, — думаю, он вас примет, невзирая на такие обстоятельства, — Поскрёбышев потянулся к кнопке селектора.


год 900М41 по летосчислению Империума, флагманский крейсер Андерокусов "Свет Хартии" в составе посольского флота Администратума и Экклезиархии, орбита Л'уны./год 5 от объединения Сестёр, последний день зимы, второй час ночи; капитанский мостик крейсера.

— Наш пилот доставит вашу "Аквилу" на место, раз вы решили лететь вместе с Лордом-Инквизитором и капсулою, — лицо Парсеона было мрачно, — Вы уверены, что сможете вернуть мне командора?

— Нет, но сделаем всё возможное для этого, — отмывшиеся и приведшие себя в порядок пони осматривали капитанский отсек.

— Тогда — прошу разделить с нами трапезу, пока готовят корабли. После — вас проводят на корабль, — торговец явно проявлял учтивость, поскольку Лира чуть заметно качнула головою.

— Мы будем вынуждены отказаться — ведь союз не подписан и многие не поймут вас, пригласивших за один стол с собою ксено, — Твайлайт грустно улыбнулась, — Но если мы сможем доказать, что не враги, но друзья — то непременно примем ваше приглашение, Парсеон. А сейчас — я попрошу вас доставить нас как можно быстрее на транспорт. Мне требуется переговорить с послом.

— Хорошо, Принцесса, вас сейчас проводят, я же — лечу с вами, как и магос Терсиард.


Продолжение главы следует...

Примечания к главе:
1) Реально существующий отель, лучший в 2015 году в Санкт-Петербурге.
2) — Здравствуйте, мисс Медуза, ваш костюм сегодня великолепен(англ.).

 — Благодарю вас за ваш комплимент(англ.).

Естественно, что между собой Интегра и Гленни говорят на английском(для простоты восприятия — не переводится).
3) В разговоре подразумевается не наша Гражданская война, а Гражданская война Севера и Юга в США(1861-1865 гг.).
4) "Унесённые ветром" — самый знаменитый американский роман
5) Магос явно взбешена, если демонстративно топает, — как вы помните — обычно она передвигается абсолютно бесшумно.
6) С тканями — отсылочка на Ниппон-Лиру из "Ксенофилии" и то, что вельвет — "Ткань королей", а Твайлайт — Принцесса.
7) И этот орден — ? Кому благословление Императора или дар богов Хаоса подарить???
8) Арт, честно найденный на просторах великой сети:

https://vk.com/rstarka?z=photo201899303_395573944%2Falbum201899303_202546905
9) Ещё один арт, так же найденный там же:

https://vk.com/rstarka?z=photo201899303_396677915%2Falbum201899303_202546905
10) Реально подтверждённая линия Метро-2 от Кремля до Ближней дачи Сталина.

Продолжение следует...