Автор рисунка: Devinian
Аптечная пони Суд разума

Маленькая Дафна

Хочу также поблагодарить своего друга
Dopkens за нарисованный арт, для главы. Спасибо бро, ты лучший!

История эта началась, когда Дафна пошла в магазин за молоком. На улице уже стемнело, но пони этим не остановить; она нацепила на себя майку, шорты и старый халат. Тапочки на задних ногах шуршали о пол супермаркета “Все по десять битсов”. Желтая пони обходила стеллажи с разным хламом в поисках отдела молочных продуктов. Найдя желаемое, Дафна стала выбирать лучшее.

“Хм… Милкивэй или Молочную Сказку? Или же вот это?” ― Дафна взяла пакет с изображенной на нем кобылой-невольницей. ― Натуральное, выдоено из лучших рабынь страны оленей. Пфф… бред. А вот это? ― кобылка выудила из корзины розовую упаковку со стертым сроком годности, осмотрела и, оглядевшись по сторонам, открыла и засунула морду внутрь.


Через несколько минут она, с каменным выражением лица, даже не вытерев молочные усы с морды, расплачивалась на кассе.

― Принцесса Селестия, как проходят поиски пропавшей принцессы? ― доносился голос из радиоприемника.

― Вы знаете, мы уже давно оставили попытки найти ее. Я лишь надеюсь, что она образумится и вернется к нам, ― отвечала Селестия.

Но Дафне был неинтересен этот разговор, она уже была на пути к дому. Закрыв калитку, отделяющую ее территорию от города порока, пройдясь по вымощенной камнем дорожке, она вставила ключ, провернула его пару раз, открыла двери и зашла в коридор. Включив свет, кобылка сделала пару шагов вперед и остановилась. Она почувствовала что-то неладное и, обернувшись, увидела зебру, стоящую у выключателя. Не дав ей и пикнуть, чья-то когтистая лапа схватила кобылку и потащила прямо по коридору в туалет.

― Где бабки, Дафна!? Где ебаные бабки!? ― орал грифон, макая кобылу в толчке.

― Мэни сказал, что ты богачка! Где битсы!? ― он снова окунул ее в туалет. ― Где ебаные битсы, сука!

― Они… это... там… где-то там, внизу, дай-ка еще раз гляну. ― Еще одно погружение.

― Не умничай, блядь. ― Грифон отпустил ее, и Дафна отползла прочь от унитаза. ― Твой муж задолжал Тони Трахору, значит и ты должна Тони Трахору.

― Вот смотри, что бывает за упрямство. ― Дафна увидела здоровенный член зебры, который мочился на ее ковер.

― Ну? Нравится, Дафна? Это только начало.

― Вы, блядь, обознались, я не та, кто вам нужна.

Грифон показал на нее пальцем: ― Ты Дафна? Дафна, твой муж Мэни...

― Мой муж? Мэни? Ты видишь у меня обручальное кольцо!? ― Дафна показала копыто. ― И мой дом на берлогу замужней женщины похож!? Видишь, сиденье опущено и картины с кошками повсюду! ― закончила она и полезла в унитаз за очками.

Грифон немного поразмыслил и обратился к своему напарнику:

― Вул?

― Да!? ― ответил полосатый.

― Она же вроде миллионер? ― Тут до обоих дошло. ― Что скажешь?

― Похожа на обычную блядь!

― Я то хоть ссу в толчок, ― отозвалась Дафна.

Бандиты развернулись.

― Блядь, только зря время потратили, ― буркнул полосатый.

― Ну удружила, сука! ― грифон хлопнул дверью.


Отель постепенно расширялся. Скупив соседние здания, отель перестроил их, открыв тренажерный зал, бассейн и боулинг-клуб. В котором часто зависала Дафна с друзьями, эта пони не любила спорт, но боулинг ей нравился; где еще можно катать шары, сидеть на скамейке, пить алкоголь и при этом гордо заявлять, что занимаешься спортом?

Моби стоял на дорожке номер девять, готовясь к броску. Жеребец смотрел на две кегли на противоположных концах дорожки. Наконец он разбежался и катнул шар, который съехал на край дорожки и продолжил идти к цели, сбив кеглю так, что она отскочила прямехонько во вторую.

― Ууу! ― радостно воскликнул Моби, возвращаясь к столику, где сидели Дафна и Сибси. ― Иду на рекорд, вот увидишь, Дафна.

Но кобылки не отреагировали, они были заняты разговором поважнее.

― Хороший был ковер, ― грустно сказала Сибси. ― Вот жалость.

― Да, он задавал комнате стиль. ― Дафна достала шар из сумки и заплела волосы в хвост, чтобы они не мешали игре.

― Слушай, это ценная вещь…

― Что ты там говорила про стиль? ― встрял Моби.

― Ты что, не слушал ее? ― спросила Сибси, доставая из кармана юбки пачку сигарет.

― Что?

― Слышал о чем она рассказывала?

― Я играл, ― оправдался Моби.

― Это беспредметный разговор, Моби. Ты как жеребенок, появляешься в середине фильма и просишь…

― Сибси, Сибси, к чему ты клонишь? ― перебила Дафна.

― Мы не обязаны объяснять.

― Да, Сибси, о чем ты?

― Ааа… знаешь, пошла к дискорду! ― рявкнула Сибси, закурив. ― Мы говорим о неспровоцированной агрессии.

― О чем она трындит, Дафна?

― Не вякай, Моби! Тебе не понять…

― Да блин, Сибси. Ебаный зебра отлил на мой ковер, и счет ему не выставишь! Что тут, нахуй, рассусоливать!?

― Речь идет не о зебре, а о грани.

― Эта сука нассала мне на ковер!

― Нассал на Дафнин ковер?

― Не вякай, Моби! Дафна, речь не о зебре!

― А о ком? ― Дафна встала, чтобы сбить кегли.

― А о Дафне, другой, Дафне-миллионерше.

― Пиздец как интересно, ― Дафна стала прицеливаться.

― Естественно, денег у нее куры не клюют, а вот зачем ее мужу занимать их?

― Я могу помочь, ― снова влез Моби. ― У Дона есть...

― Не вякай, Моби! ― крикнула Сибси.

― Знаешь что? Я вот прямо сейчас пойду к этой Дафне номер два и потребую возместить мне ущерб за мой, блядь, ковер.

― Правильно! ― поддержала Сибси.

― Ее педик наделал долгов, а гадят на мой ковер. Пойду и потребую денег! Но сначала... ― Дафна взяла шар для боулинга и ласково облизнула.


Свити-Бэльские холмы. Названы в честь известной певицы и актрисы Свити Бэль, которая первая построила тут свой особняк. В дальнейшем многие звезды и богачи вслед за ней стали строить свои дома, так и появились, знаменитые на всю Эквестрию Свити-Бэльские холмы ― элитный район, где живут только известные и обеспеченные пони.

Туда и направлялась наша героиня. Ее тезка жила в одном из таких домов, договорившись о встрече, Дафна села в трамвай, который доставил ее прямо ко входу в этот городок роскоши и пафоса. Нужное строение оказалось огромным особняком, огороженным двухметровой бетонной оградой, украшенной множеством гаргулий. Подойдя к металлическим воротам, кобылка взяла трубку висевшего под козырьком домофона и, покрутив ручку, услышала легкий треск, а затем чей-то голос.

― Это Дафна, по поводу ковра.

― О да, конечно, входите, мисс Дафна. ― Ворота открылись автоматически, и желтенькая пони вошла.

Внутри ее встретил дворецкий ― молодой, возможно ее возраста, жеребец. Он поприветствовал гостью и отвел наверх в кабинет.

― Здесь награды за открытие школы для жеребят с нарушением зрения или слуха. А это за спонсорство олимпиаде среди бескрылых пегасов.

― Вау, я смотрю Дафна вся из себя миссис благодетель, ― буркнула Дафна номер один, рассматривая призы и награды своей тезки.

― Да, она не любит, когда кто-то в беде.

Двери кабинета распахнулись, и внутрь вошла кобыла-пегас в деловом костюме ростом чуть-чуть выше жеребенка.

― Так значит вы Дафна, меня тоже зовут Дафна, я думаю, мы все деловые пони, и наш разговор пройдет быстро. ― Она по ступенькам забралась в кожаное кресло.

Дафна села напротив, и дворецкий оставил их наедине.

― Значит так… у меня был ковер, и он был стрежнем интерьера, но…

Маленькая Дафна перебила ее:

― Вы говорили это по телефону. Что дальше?

― Ну короче… эти грифон и зебра искали вас.

― Я повторю, мне все это передали по телефону, что вы хотите?

― Так вы знали, что они пописали на мой ковер?

― Так, я мочилась на ваш ковер?

― Стойте, нет…в смысле, мочились ли вы лично? ― напряжение нарастало.

― Я повторюсь, я мочилась на ковер!?

― Нет, но та зебра…

― Слушайте, мисс Дафна, я, по-вашему, должна выплачивать миллионы за каждый обоссаный ковер? Я знаю, кто вы. Вы ― любительница халявы, вам обоссали ковер и вы такая: “О, я ведь за это могу деньги получить.”

А вот хер вам, понятно!? Знаете, сколько мне стоило все это!? Знаете, сколько трудов я вложила!?

― Ясно, я поняла ваш намек… Хуй с ним, ― Дафна встала и направилась к выходу.

― Хуй с ним? Да, это ваше кредо, ваш ответ на все! Наколите его себе на лбу. Ваш запал иссяк, Дафна!

Желтенькая кобылка закрыла дверь. Навстречу ей уже шел дворецкий.

― Что сказала миссис Дафна?

― Она сказала взять любой понравившийся мне ковер.


― Вот и вся история, ― закончила Дафна, стоя у барной стойки Сибси.

― Ха-ха… здорово ты их обдурила, и что, они тебе ничего не сделали? Не позвонили в полицию или еще что-то?

― Нет, вроде были звонки, но я не обращала на них внимания. Эй, а почему ты складываешь свои вещи? Тебя что, увольняют?

― Да нет, просто в боулинге открылась вакансия бармена, и я попросила о переводе.

― Туда? Зачем? Чем тебе наше казино не нравится?

― Ты говоришь так, как будто я из отеля увольняюсь. Мне просто надоело: надоела эта ебаная попсовая музыка с танцпола. Эти развратные бляди, которые охмуряют вусмерть пьяных жеребцов. Все эти драки. Надоело, что каждое ночное дежурство пьяный жеребец должен предложить мне анальный секс, но перед этим он захочет залить мне содержимое бутылки вина в жопу.

Понимаешь? Заебало меня все это, понимаешь? Боулинг ― подходящее место, там тусуются пони куда спокойнее, которые не желают затолкать свой член тебе по гланды.

― Не думала, что услышу от тебя такое.

― Мы взрослеем, Дафна, порой я хочу променять жизнь в этом городе на тихую деревеньку у радужных водопадов.


Лежа на своем ковре, Дафна слушала музыку через наушники, громко подпевая, и потому не услышала, как хлопнула входная дверь. Она поняла, что в доме не одна, когда сотрясающие пол шаги приблизились. Открыв глаза, кобылка увидела трех жеребцов: двое из них здоровые как минотавры, а третий среднего телосложения, песочного цвета и с огненно-красной гривой, довольно симпатичный. Он кивнул одному из качков, и тот заехал копытом по лицу Дафны так, что у той посыпались искры из глаз.

Будучи в нокауте, она летела над Лас-Пегасусом и любовалась пейзажем, пока не увидела того песочного жеребца, пролетающего на ее ковре. Дафна стала бултыхать ногами в воздухе, пытаясь доплыть до жеребца, она уже была близка, но на ее копыте появился шар для боулинга, который потянул кобылку вниз.

― Ух... блядь! ― кобылка очнулась, лежа на холодном полу без ковра. Она осмотрелась, но больше ничего не пропало. Тут зазвонил телефон. Подняв трубку, она услышала знакомый голос дворецкого.

― Мисс Дафна. Вас желает видеть госпожа Дафна.


Дафна прибыла так быстро, как могла, пылая праведной яростью. Дворецкий отвел ее в кабинет; маленькая Дафна сидела у камина в кожаном кресле, большая без всяких прелюдий начала катить бочку.

― Так, слушай! Я знаю, у тебя денег хоть жопой ешь, посылать за мной верзил, чтобы отобрать сраный ковер это уже высший предел жадности, не думаешь? У меня друзья есть, и ты…

― Я не посылала никого за вашим ковром, мисс Дафна, мне вообще насрать на него, ― спокойно ответствовала маленькая пони, наблюдая за игрой языков пламени и прихлебывая виски.

Большая Дафна заткнулась.

― Я всю жизнь работала, карабкалась наверх, разбивала конкурентов, преодолевала преграды. Я живу в достатке, как вы говорите: “Аналом деньги жую?” Я достигла большего, чем остальные.

― Можно закурить? ― Дафна достала сигарету.

― Мэни. Он мне дороже жизни, ― всхлипнула кобылка. ― Сегодня я получила вот это письмо.

Дафна всмотрелась в лист бумаги, где вырезанными из журнала буквами были выложены слова:

“Мэни у нас. Принесите двести тысяч битсов. У заброшенной закусочной в восемь вечера, без глупостей.”

― Херня какая-то. Это розыгрыш?

Маленькая пегаска вздохнула. ― Брант, объясни ей все.

Дворецкий подхватил земнопони под копыто и вывел из кабинета.

― Госпожа Дафна хочет, чтобы вы, за щедрое вознаграждение, доставили деньги похитителям.

― Почему я?

― Нам нужна неприметная пони, которая не имеет никаких связей с нами, мы решили, что вы идеальный кандидат, Дафна.


Дафна, Моби и Лирика вместе с Сибси отмечали ее первый день на новой работе. Сидя за столиком в боулинг-баре, компания друзей попивала сарсапарелу.

― Ну, за тебя, Сибси, ― произнесла тост Лирика, и все чокнулись бутылками.

― Ну как работенка? ― поинтересовалась Дафна.

― Это кайф, сегодня ко мне подошел пожилой жеребец и сказал, что я похожа на его жену в молодости, мол он видел столь красивую кобылу только один раз, когда встретил ее. В казино мне никогда такого не говорили, только обсуждали мою задницу и сколько дюймов войдет. А как твоя ковровая проблема?

― Все просто классно, мне дадут тридцать тысяч битсов и новый ковер, если я передам чемодан с выкупом.

― Вау, классно, Дафна, ― восхитился Моби. ― Я думал использовать свои связи, чтобы нашли похитителей и тех оболтусов, что нассали на твой ковер.

― Ай... не надо, мне нужно лишь отдать деньги и все уладится.


После долгого отдыха Дафна, надев наряд горничной, вновь взялась за работу. Она с тележкой разъезжала по номерам, меняя белье; остановившись у комнаты четыреста два, кобылка на автомате взяла нужное количество белья и постучалась, крикнув: “обслуживание номеров”, но всему спокойствию пришел конец, когда дверь ей открыл песочный жеребец.

― Ты! ― яростно прошипела кобылка, отшвыривая белье.

― Вы!? Как вы нашли меня!?

Дафна достала свой ножик. ― Где мой ковер, сука!? Какого хера вы, суки, вламываетесь в мой дом, бьете меня по роже и пиздите мой ковер!?

Жеребец быстро поборол удивление. ― Во-первых, не ваш, вы его украли у моей матери.

― Матери?

― Дафна ― моя мать, а ковер, который вы взяли, был подарком моего покойного отца, простите, ничего личного.

Желтая пони утихомирила свой пыл. ― Ты сын маленькой Дафны? Какого хера ты живешь тут?

― Я нечасто общаюсь с матерью, прибыл сюда недавно, по делам. Она сообщила, что хочет отдать крупную сумму каким-то похитителям ее мужа, а еще какая-то кобыла украла ковер. Так что без обид. ― Он посмотрел на нее. ― Про деньги. Не отдавайте их похитителям.

― Это почему же? ― недоуменно спросила Дафна.

― Вот, ― жеребец протянул ей эротический журнал. ― Мэни, “муж” моей мамы, работает на Тони Трахора, он занимается порноиндустрией. Мэни красуется у него в журналах и в порнофильмах.

Дафна смотрела на синего жеребца-пегаса, одетого в форму водопроводчика.

― Он задолжал этому Тони бабло, а меня макают головой в туалет и мочатся на ковер? И как это должно убедить меня не давать денег?

― Я просто рассказываю про Мэни, а деньги требуют его друзья нигилисты. Мэни уехал из города на несколько дней, а они решили воспользоваться этим.

Дафна обдумывала полученную информацию.

― То есть маленькую Дафну надули?

― Так и есть. ― Жеребец посмотрел на лицо Дафны, левая часть после удара немного опухла и кобылке, временами, приходилось ходить с платком у носа. ― Джейкоб сильно вас огрел?

― Да, вы могли бы все объяснить насчет ковра, а не пиздить меня по лицу.

― Я знаю одного доктора, он осмотрит вас.

― Хорошо, как, кстати, вас зовут?

― Мо.

― Хорошо, Мо, а меня Дафна.


Врач осматривал уши Дафны, пока она читала журнал пятидесятилетней давности.

― Приспустите трусы, мисс Дафна, ― вежливо обратился он к кобылке.

― О нет… они ударили меня сюда, ― Дафна показала на лицо.

― Я понимаю, приспустите трусы.


Дафна собиралась на встречу. Узнав от Мо все, что нужно, кобыла решила внести кое-какие изменения. Она набила пустую сумку бельем постояльцев, а чемодан с деньгами спрятала в своем шкафчике и вышла из отеля.

Сев на трамвай, она поехала к месту встречи ― заброшенной закусочной посреди пустыря. Там стояло три худощавых жеребца, одетых во все черное.

― Так это ты наш курьер? ― спросил самый высокий.

― Ну тип того, ― ответила кобылка.

― Деньги у тебя?

― Нет, блядь, дома! Сумку не видишь? ― Дафна сделала пару шагов вперед, положила сумку и отошла.

Мелкий жеребец схватил ее, закинул на спину, они развернулись и стали уходить.

― А как же Мэни? ― крикнула вслед Дафна.

― Он вернется, скоро, ― бросил высокий.

С чувством выполненного долга Дафна вернулась в отель, чтобы сообщить Мо о прошедшей сделке. Кобылка постучалась в дверь, и Мо открыл ей.

― Я сделала все, как ты про…

Мо затащил Дафну в номер.


Весь последующий час они занимались сексом; Дафна, задрав зад, отдалась жеребцу, а он, оперевшись передними ногами, трахал ее.

― Мо, а откуда у твоей мамы такие деньги?

― *Ых* Это не ее деньги, а деньги фонда помощи жеребятам. Он принадлежал моему отцу, и когда тот умер, управление перешло ко мне.

― Вот как? А она так хвастается, говорит, что все сама заработала, живет в особняке, со слугами и…

― Я выделил ей хорошее содержание, она, можно так сказать, получает карманные расходы, на самом деле она почти ничем не занимается, только когда мы открываем новую школу для бедных пони, она там выступает от лица фонда. Вот и все, ее хвастовство ― слабость, простое тщеславие.

Дафна задумалась над тем, что сказал ей Мо.

― Я сейчас кончу, ― предупредил он и увеличил темп.

― Ну конечно! ― воскликнула Дафна и взбрыкнула, отбросив жеребца на кровать, где он кончил на простыни.

― Ты что делаешь!?

― Я все поняла! ― Дафна выбежала из номера и через несколько минут вернулась с чемоданом, который должна была отдать, открыв его перед Мо. Там оказались лишь телефонные справочники. ― Теперь ты понял?

Мо непонимающе помахал головой.

― Поехали к Дафне, по дороге все объясню.

Пони вышли из отеля, поймали такси и отправились к Свити-Бэльским холмам.

― Ну рассказывай, что ты поняла?

― Зачем она поручила это мне? Ведь, по ее мнению, я просто распиздяйка без запала? Просто она не хочет возвращать мужа, хлебнула досыта, больше от него не тащится. А горе напускное… А-ха-ха! Понятно, в кейсе не было денег, она хотела, чтобы педика убили! А деньги, снятые с фонда, взяла бы себе. Я заменила одну фальшивку на другую.

― Теперь я понимаю… а когда его убьют, она скажет тебе, что сделка недействительна и не даст ни битса.

― Да ей нужен был козел отпущения, и это я!

Прибыв в особняк, Дафна и Мо ворвались в комнату маленькой Дафны.

― Итак! ― угрожающе начала Дафна.

― Он сам вернулся, ― ответила ее тезка. ― Я вам ничего не должна.

― Где, блядь, деньги, Дафна!

― Погоди, Дафна, ― успокоил ее Мо. ― Мама, ты ведь понимаешь, что это деньги фонда?

― Это мои деньги, я не знаю, о чем ты.

― Ты поверила, что Мэни похитили, и свистнула фондовские деньги, а Дафна появилась как раз вовремя, чтобы у тебя был лох, на которого можно все повесить.

― А что не так? Посмотри на нее, сынок, она как будто с помойки, за нее никто не заступится, в жизни она ничего не достигла, куда ей до нас.

― Знаешь что, мама, ― Мо приобнял Дафну крылом. ― Может она и простая пони, но в ней есть что то внеземное, она смотрит на мир по-другому, это делает ее особенной.

― У нее кьютимарка в виде кошки, она сдохнет в одиночестве с четырьмя десятками кошек!

― Я пришлю своего адвоката, мама, уж он то знает, как вернуть украденные тобой деньги. Пойдем, Дафна, ― пегас подхватил земнопони и потащил ее прочь.

― Верно! Давай, возись с этой неотесанной шлюхой! Долгих вам лет в браке!


Вернувшись домой к Дафне, парочка решила продолжить незаконченное.

― Вот это было потрясно, ― довольно сказала Дафна, лежа на груди жеребца; он гладил ее волосы. ― Знаешь, как долго у меня не было секса с жеребцом?

― Сколько?

― Где-то два года. ― Он передвинулся и стал делать ей массаж, приподняв филейную часть немного выше. ― Вы часто так собачитесь? Ну я имею в виду, ты и мама.

― Да, это у нас очень давно, она вечно недолюбливала меня, лишь отец меня поддерживал, мы постоянно уходили от матери на рыбалку или в поход. А ты? Какие у тебя отношения с родителями?

― Они живут в Мэинхеттане, когда я переехала сюда, я не общалась с ними, пока они сами не попали сюда. Как бы я их не стеснялась, я люблю их... Эта йога, что ты мне сейчас делаешь...

― Повышает вероятность зачатия.

Дафна скинула его с кровати, пнув ногами.

― За… за… зачатия!

― Ну да, а ты думала мы блудом занимаемся?

― Нет! Нет! Нет! ― Дафна побежала в ванну, искать противозачаточные. ― Какого хуя ты решил оплодотворить меня? Мы с тобой даже неженаты, и я знаю тебя всего два дня! Ублюдок! ― Она нашла упаковку с таблетками.

― Стой! Я могу все объяснить, только не делай этого… прошу, положи таблетки и присядь, я объясню тебе суть дела, а потом ты решишь, как быть дальше.

Дафна послушно положила упаковку и села на унитаз.

― Эх… как бы тебе сказать. Я женат.

― Еще круче, так ты еще изменяешь.

― Погоди, мы… с Карелайн уже пять лет пытаемся завести детей, и все никак… мы ходили к врачам, шаманам, колдунам: все бесполезно. Мы подумывали найти суррогатную мать, но хотели, чтобы жеребенок был похож на нас, и искали кобылу той же масти, что и моя жена. Ты очень на нее похожа.

― Ну… и все? То есть только потому, что я подхожу мастью, я должна вынашивать для вас жеребенка? Вы видели мой характер и образ жизни, что если он будет таким… как я? А вы… ты такой образованный, культурный.

― Поверь, у нас в семье много скелетов в шкафу, не думаю, что он будет сильно выделятся. И мы в любом случае будем любить его. Я предлагаю тебе сделку, ты вынашиваешь его и никому не говоришь о нашем соглашении. До родов ты подписываешь документ, что отказываешься от жеребенка и не претендуешь на его воспитание, опекунство и другие аспекты. После родов ты нас больше не увидишь, мы с женой живем в Филлидельфии ― это другой конец Эквестрии. За это я готов отчислить из фонда более двух сотен тысяч битсов и... ковер моего отца останется у тебя, я даже могу выписать первые пятьдесят тысяч в качестве аванса.

Выбор за тобой, Дафна, ты можешь прямо сейчас выпить таблетку и продолжить жить обычной жизнью. Или же...


― Какая прелесть, Дафна! Неужто... ― Сибси радостно скакала и обнимала Дафну. ― ... я буду тетей Сибси, это уже мило звучит. Если что, можешь оставлять его у меня... Дафна, я так рада за тебя!

― Да… да, спасибо, Сибс, ― нервно поблагодарила Дафна.

― По какому поводу радуемся? ― к парочке подошла Лирика.

― Дафна беременна! ― радостно объявила Сибси.

― ААА! Какая прелесть! ― завизжав, Лирика тоже кинулась обнимать Дафну. ― Уверена, ты будешь лучшей мамой.

― А какой срок? Кто отец? ― поинтересовалась лиловая единорожка.

― Вот уже третья неделя пошла. А отец... я познакомилась с одним симпатичным жеребчиком в парке, он сказал, что любит боулинг, а я ответила, что тоже люблю его, и предложила сыграть в боулинг в моем доме.

― И больше ты его не видела?

― Нет.

― Вот подлец! Ну зато он не будет мешать тебе воспитывать, ― резонно заметила Сибси. ― Ах, что будет, когда Моби узнает.


― Ладно, куда ты меня ведешь!? ― спросила Дафна, топая куда-то с завязанными глазами. ― Моби, если ты меня напугать решил, то помни, я на шестом месяце, и это может вредно на мне сказаться.

― Уверяю, это тебе понравится, мы у тебя дома. Сейчас мы подойдем к двери и готово!

Дафна сняла повязку. ― Это дверь в заброшенную комнату, которую я не использую.

― Не использовала, а теперь открой ее.

Дафна пнула ногой дверцу, и та открылась; старая пыльная комната с ветхим роялем и кучей книг превратилась в яркую, полную света детскую, отремонтированные полы устелены мягкими коврами, старые обои заменены на новые, пестрящие цветами и украшенные улыбающимися пчелками, в углу лежали мягкие игрушки, рядом стояла маленькая кроватка, над которой крутилось несколько погремушек, а напротив нее кресло-качалка с пеленальным столиком.

― Это детская, пришлось постараться, чтобы у малыша была своя комната уютная и безопасная. Смотри, тут даже есть затычки на розетках, чтобы малыш… Дафна, ты плачешь?

― Да... но не переживай, это слезы счастья, ничего такого.

― Дафна? ― Она обняла его и разрыдалась.


Громкий стук в дверь разбудил Дафну, она поднялась и пошла проверить кто это, но дойти не успела. Дверь сломалась, и в дом зашли ее старые знакомые: зебра и грифон.

― Где деньги, Дафна!? ― заорал грифон.

― Какие деньги, я же говорила, что вы меня с другой Дафной перепутали.

― Она дала тебе денег, чтобы ты заплатила выкуп. ― Бандиты стали переворачивать все вверх дном. ― Где они!?

― Нет их у меня! Ящик был липовый! Та Дафна присвоила деньги себе, а я просто отдала сумку с нижним бельем.

Грифон припер ее к стенке. ― Уж лучше бы это было правдой! Потому что... ― Он легонько провел пальчиком по ее животу. ― ...боюсь кое-кто может не дожить до своего дня рождения.

― У нее ничего нету! ― прокричал зебра.

Грифон оттолкнул кобылку. ― Еще увидимся, Дафна! ― Они ушли, хлопнув сломанной дверью.

Трясясь от страха, Дафна подошла к телефону и набрала на диске номер.

― Алло... Моби? Можешь приехать? Да, я плачу… приезжай, я все объясню.


Дафна убирала свой дом, расставляя по местам раскиданные книги и фоторамки.

― Эй, Дафи, ― в коридоре появился Моби. ― Как ты?

― Нормально, уже успокоилась, ну что?

― Можешь выйти на улицу?

― Да, конечно, ― она вышла вслед за Моби на задний двор; из-за моста никто не мог увидеть, что там происходит.

А было там два пони средних лет, это были капореджиме Дона, а с ними несколько их верных солдат, так называли пони, которые выполняли мелкие делишки для капореджиме и были боевой силой в войне семей. Рядом с солдатами на земле лежали связанные грифон и зебра. Моби подошел к грифону и, схватив его за голову, поднял; у бандитов был не лучший вид: синяки, вырванные шерсть и перья, опухшие глаза и кровь из носа и рта.

― Это они? ― спросил Моби, показывая пленников.

― Угу, ― подтвердила Дафна.

― Значит вы хотели сделать ей больно!? ― Дафна никогда раньше не видела Моби таким свирепым, он был страшен. ― Хотели навредить матери и ее еще не родившемуся ребенку?

― Мы… мы не хотели, ― из последних сил говорил грифон. ― Мы лишь хотели припугнуть ее… Это все Тони. ― Моби отпустил грифона, и тот упал на землю.

― Ну а ты? ― жеребец поднял зебру, но он лишь посмотрел и плюнул Моби в лицо окровавленной слюной.

― Да… хотел! ― с презрением сказал зебра. И стал получать сильные удары от Моби, когда жеребец закончил, зебра едва дышал.

― А теперь извинились перед ней. Вы, блядь, оглохли?! Извинились!

― Прости нас, ― кое-как произнесли бывшие налетчики.

― Хорошо… грузите их, парни, прокатитесь с ними до леса, там есть болото. А я навещу нашего мистера Тони. Давно хотел поговорить с ним.

На задний двор вбежали худощавые пони в черном.

― Гони монету, Дафна! ― выкрикнул высокий жеребец.

― Да! Ты нам подсунула мешок белья! ― выкрикнул самый худощавый.

Но увидев группу пони с пистолетами и двух избитых, они приутихли.

― Эти тоже мне угрожали, ― сдала их с потрохами Дафна.

Наутро Дафна спустилась на кухню, включила радио и принялась готовить завтрак.

“Сегодня порнобизнес получил сильный удар. Старый портовый склад, оборудованный под порностудию сгорел дотла, по предварительным данным в пожаре погибло трое жеребцов. Комментируя произошедшее, владелец студии Тони Трахер сообщил, что сегодня утром в своей постели обнаружил отрубленную голову одной из своих порнозвезд Асины Маллу.”


Несколько часов назад у Дафны отошли воды, она поспешила отправится в больницу и предупредила Мо об этом.

Роды оказались нелегкие, Дафну оставили одну в родильной комнате, кобыла должна быть одна и делать все сама, только в экстренных случаях медики могут вмешаться.

Но все закончилось хорошо, ребенок родился. Дафна успела увидеть лишь желтенькое тело пегаса, его тут же подхватили, отрезав пуповину, и унесли.


― Спасибо тебе, Дафна, ― благодарил ее Мо, пока Дафна лежала в палате.

― Ты вроде говорил, что после родов, я вас больше не увижу… так какого вы тут делаете?

― Я пришел поблагодарить тебя, мы так об этом мечтали, спасибо. ― Дафна ничего не ответила, она отвернулась от пегаса и смотрела в окно.

Он больше ничего не сказал и вышел из палаты.

Через час прибыли ее друзья.

― Ну что, где малыш? ― Сибси вприпрыжку заскочила в палату и принялась оглядывать ее.

― Это жеребец или кобыла? ― спросила Лирика, зайдя следом.

Моби ничего не сказал, он тихо вошел в палату, ища взглядом заветную люльку с малышом. Хотя это был не его ребенок, жеребец проникся отцовской любовью к еще не родившемуся малышу и рассчитывал, что после родов Дафна позволит его подержать и будет относиться к нему, как к настоящему отцу. Но жеребенка не было в палате, была лишь Дафна, сдерживающая слезы и грызущая копыто.

― Дафна, что произошло? ― обеспокоенно спросила Сибси. ― Что-то не так с малышом?

― Все… все нормально... теперь…

― Что значит “теперь”? ― нахмурилась Лирика.

― Он… он родился мертвым. Врачи уже не могли ничего сделать.

― Как мертвым? Все же было нормально, мы… мы все следили... я водил тебя на узи, мы видели, как бьется его сердце. ― Моби был шокирован этой новостью, он делал все, чтобы Дафна и плод были в безопасности, водил ее к лучшим врачам, за ее домом было установлено наблюдение, чтобы никакой маньяк или грабитель туда не забрался. ― Все же было хорошо.

― Было… но… я… я не знаю, что пошло не так.

― Это все врачи виноваты, я знаю! Какого сена ты пошла в эту дешевую больницу? Если бы ты сообщила раньше, я бы… отвез тебя в “Святое Сердце”! ― Моби сорвался на крик, его лицо превратилось в застывшую маску боли.

― Я сказала, ТАК ПОЛУЧИЛОСЬ! ― рявкнула Дафна. Моби развернулся и вышел, громко хлопнув дверью.

― Это не смешно, Дафна! ― обозлилась Сибси.

― Я, по-твоему, смеюсь? Я ребенка потеряла, а ты мне про шутки.

― Это все из-за тебя: бухала, курила траву, вот и получила, пойдем, Лирика, ― и они ушли.

Дафна не хотела ничего говорить вслед, разжигать скандал или трепать нервы, особенно после пережитого на родах.


Через пару часов ее выписали, и кобылка направилась домой, одна. Дома ее встретил конверт с подписью: “Мо”, в гостиной она увидела ровно разложенный посреди комнаты ковер.

― Ну что ж, ты получила, что хотела, Дафна. ― Кобыла закрылась на ключ и пошла на кухню. Открыв дверь, она достала бутылку водки, которая давно там лежала и ждала своего часа, задымив очередной сигаретой, пони прошлась вдоль гостиной, рассматривая ковер в разных ракурсах. Докурив, она выкинула бычок в окно и легла на ковер, уставившись в потолок, наблюдая за работой потолочного вентилятора.

Что-то свербило в ее груди, рвалось наружу и вскоре вышло в виде громкого рева и плача. Повернувшись на бок, она обняла саму себя, пытаясь скрутиться как можно более компактным клубком.

Только сейчас Дафна осознала, что она натворила.