Автор рисунка: Stinkehund
Книга третья. Глава I "Новая жизнь" Глава III "Заговор"

Глава II "Посол"

Внимание толпы приковала к себе персона важного вида грифона и сопровождающей его свиты. Он быстрой и в то же время грациозной походкой, не уступая в этом искусстве императорам, приближался к Кристальному замку. С момента восхождения Сомбры на престол в городе не видели ни одного представителя этой древней воинственной расы. И вот теперь лапа грифона вновь ступала по улицам кристального города. Ни один горожанин не сомневался, что его появление не сулило ничего хорошего, но даже в своих самых смелых догадках не подобрался близко к истине.


Генерал Эдмон Тарик направлялся в свои покои. Он всегда перемещался по замку вместе с охраной, даже в тех случаях, когда требовалось пройти всего пару коридоров. В народе ходило немало слухов, и далеко не все они восхваляли храбрость нового генерала. Тарик признавал, что меры предосторожности иногда и ему кажутся слишком строгими, однако сразу же напоминал об их необходимости. Из всех троих — кто прожил почти год в изгнании — он стал самым подозрительным и не доверял почти никому из нового императорского совета. Впрочем, заявлять об этом открыто он не собирался и о большинстве своих подозрений не делился даже с новоиспечённым королём.

Тарик в последнее время часто погружался в думы, частично абстрагируясь от окружающего мира. Вот и сейчас он шёл и машинально поворачивал, смотря вперёд, но ничего не видя.

— Ваше превосходительство, — послышался тихий голос одного из стражников.

— Что случилось? — вернулся Тарик в реальность и моментально получил ответ на поставленный вопрос.

К нему приближалась группа грифонов. Четыре из них ничем не выделялись и, по-видимому, являлись лишь охранниками. Но пятый — грифон в богатых красных кожаных доспехах, с блестящими ножнами и тремя чёрными крестами с серебристой серединой — стоил внимания. «Где же я тебя видел? — не понимал Тарик, как вдруг увидел шрам под его правым глазом. — Левасёр! Подлая ты крыса! Зачем ты здесь?»

— Приветствую вас, генерал Тарик, — поклонился грифон. — Рад видеть вас в добром здравии.

«Сколько же в тебе притворства и лицемерия! Уверен, будь у тебя возможность, ты вонзил бы меч мне в сердце!»

— Что привело вас в Кристальную Империю, господин посол? — поинтересовался генерал, стараясь скрывать истинные эмоции; судя по тону грифона, ему это удалось.

— Я прошу аудиенции у короля Сомбры. У меня послание для него от императора Паламира.

«Ох, чует моё сердце, что-то здесь неладное», — подумал Тарик и после некоторого молчания ответил:

— Я сообщу ему о вашем визите. Можете пока подождать возле тронного зала.

— Благодарю, — поклонился посол и направился в предложенном направлении.

«Скользкая тварь, — сказал про себя генерал, провожая грифона взглядом. — Надеюсь, Сомбра у себя».


Дрисс аккуратно приоткрыл дверь, одним глазом заглядывая в покои короля. Сомбра стоял на балконе. Он частенько любил смотреть на город, думая о его будущем. Завтрак уже остывал, так что слуга поспешил. Он открыл дверь и внёс поднос с едой.

— Доброе утро, Сомбра, — поприветствовал он друга. — Как…

Только сейчас он заметил на кровати сладко спящую Хоуп. Она прижимала к себе красную мантию короля, словно мягкую игрушку. Улыбка застыла в уголках её рта.

«Я не вовремя», — заключил Дрисс и, поставив поднос на стол, поспешил к выходу.

— Куда ты? — донёсся голос Сомбры.

Друг вернулся в комнату, бесшумно закрыв за собой стеклянные двери. Таким счастливым и жизнерадостным Дрисс не видел его со времён последнего месяца пребывания в Мэйнхэттэне. Удивительно, но именно в изгнании Сомбра нашёл истинное счастье.

— Я не вовремя, завтрак на столе, — добавил он с улыбкой. — В час обсуждение поставок унобтаниевой руды, не забудь.

— Тише ты. — Сомбра взглянул на Хоуп. Она немного поёрзала и что-то пробубнила во сне, но так и не проснулась. — Я помню.

— Я рад за вас, — добавил Дрисс напоследок.

Друг ничего не ответил. Всё его внимание поглотила эта трогательная и милая сцена.

«Надеюсь, у них всё получится, — размышлял Дрисс, спуская по лестнице. — Не припомню таких законов, которые запрещали бы жениться королям и простым пони. Да даже если и есть такой закон, Сомбру он вряд ли остановит». Снизу послышался быстро нарастающий цокот копыт. Дрисс остановился, решив предупредить, что короля не стоит беспокоить по пустякам.

— Генерал, — слегка поразился слуга, — вы к королю?

— Да, у меня для него срочное сообщение, — пояснил Тарик, ускоряя шаг.

— Я могу передать?

— Нет, но ты пойдёшь со мной.

Дрисс лишь мысленно пожал плечами и поспешил за другом. Угнаться за ним оказалось не так уж и просто. В какой-то момент их разделял добрый десяток ступеней. «Надо бы ему сказать о Хоуп», — решил пони, но не успел.

Тарик буквально ворвался в покои короля.

— Ваше величество… — начал он своим громогласным голосом.

— Тише! — процедил Сомбра сквозь зубы.

Только теперь Тарик, как в своё время и Дрисс, заметил спящую кобылку на ложе друга. Она укуталась в мантию короля и отвернулась от назойливых голосов.

— Ваше величество, прибыл посол от Империи Грифонов, — сообщил Тарик вполголоса.

Вся радость мигом исчезла с лица Сомбры, и он надел маску серьёзности, в которой проводил все важные собрания и совещания. Новость, видимо, его шокировала, так что ответ последовал не сразу.

— Где он? — раздался твёрдый голос короля.

— Ждёт у тронного зала.

— Иди к нему и жди меня там, я присоединюсь к вам через пару минут.

Верноподданные поклонились королю и покинули его покои. Дрисс решил пойти с Тариком, хотя сам не понимал, зачем это делает, — тот не возражал.


Сомбра приближался к тронному залу. Его сопровождали четыре гвардейца-призрака, так что непосвящённым казалось, будто король шёл без охраны; это, к слову, возвышало его в лице других. Однако сейчас в его голове не было ни мысли о каком-либо превосходстве. Более того, несмотря на каменное выражение лица, король сильно волновался. Он и приближённые к трону пони понимали, что молчание грифонов не может длиться вечно. Великая империя обдумывала свой ответ относительно нового правителя Кристальной Империи и её дальнейшей судьбы в целом. Никто не сомневался в том, что грифонам смена власти пришлась не по вкусу, и в признании ими Сомбры как короля мало кто верил. Вот только ещё меньшее число пони понимало, чего стоит от них ожидать.

Наконец Сомбра дошёл до тронного зала. Два стражника раскрыли перед королём двери, и он величественной походкой вошёл. Посол, в котором он сразу узнал Левасёра, разглядывал один из витражей. Подле трона стояла группа пони, куда входили Тарик, Дрисс и Бонеций; других членов императорского совета почему-то не оказалось, хотя Сомбра рассчитывал на их присутствие.

— Ваше величество, — поклонился посол. — Рад, что вы уделили мне время.

— Как дела в империи? — с присущей королю грацией спросил тот, направляясь к трону.

— Превосходно, ваше величество. Города процветают, население уважает власть, а наша армия сильна как никогда, — ответил посол после нескольких секунд молчания.

Этот момент не ушёл от Сомбры. Он прекрасно понимал, что грифоны переживают непростые времена: междоусобные войны ослабили империю, и она находилась на грани распада. Однако об этом не говорилось не только за пределами страны, но и внутри неё — Сомбра обладал достоверной информацией благодаря шпионам и подкупу ряда важных лиц в столице Империи Грифонов, Грифонстоуне.

Король занял своё законное место на троне, после чего спросил:

— Что за послание у вас для меня?

— Император поздравляет вас с восхождением на престол. Он полагает, что вы станете замечательным правителем и поднимете страну с колен. В этом наша империя готова оказать вам посильную помощь.

«Оставь свои сладкие речи для таких же продажных блудниц, как и ты, собака! — говорил Сомбра про себя, сохраняя при этом прежнюю невозмутимость. — Никогда не поверю, что грифоны признают меня как короля так просто, задаром».

— К сожалению, ваше величество, три дня назад в Грифонстоун прибыл необычный кристальный пони. Он попросил аудиенции у императора, заявив, что имеет законное право на престол Кристальной Империи…

— Что за вздор? — неожиданно для всех, и самого себя в частности, сорвался Сомбра.

— Уверяю вас, никто не поверил ему на слово. Император выслушал его и приказал провести тщательное расследование… — Посол сделал вид, будто замялся, хотя король думал иначе. — Как выяснилось, Мендата Фурин приходится двоюродным братом покойному Сэрвусу Аврелию…

— Этого не может быть! — вновь вмешался король.

— Мы думали так же, но расследование…

— Всего лишь уловка, как и вся эта история.

— Понимаю…

— Молчать, когда говорит король. — Левасёр потупил взгляд и то ли сознательно, то ли наоборот, подчинился. — Я бросил императору Сэрвусу Аврелию вызов, обвинив его в измене своей стране, народу и истории. Он принял этот вызов и в честном бою мне проиграл. По священным законам Кристальной Империи власть перешла в мои копыта, и никто не имеет права претендовать на престол.

«Позволь нам наказать его за дерзость», — раздался шёпот в голове Сомбры. «Нет!» — ответил он про себя. «Тогда сделай это сам…»

— Я официальный посол Империи Грифонов и прошу вас, ваше величество, относиться ко мне…

Левасёр неожиданно замолк, словно прикусил язык. Зрачок его единственного здорового глаза расширился до размеров роговицы. Клюв слегка приоткрылся, но крика так и не последовало.

Никто не понимал, что происходит. Все смотрели на посла — каждый со своими мыслями и чувствами, — но никто не обратил внимания на короля.

Посол медленно поднял правую лапу и уставился на неё, словно на ядовитую змею. Вдруг он резко ею взмахнул и вновь пару секунд с испугом смотрел на неё. Затем он повторил, ещё и ещё. С каждым новым взмахом тихий ужас, застывший на его лице, всё больше поражал окружающих. Они стояли на месте, точно парализованные, и понимали, что нужно действовать; вот только никто не знал, как помочь послу и от чего его спасать?

— Уберите его! — вырвался из уст грифона тихий крик.

Левасёр в отчаянии тряс лапой, будто пытался кого-то с неё стряхнуть. Однако окружающие видели лишь грифона, который словно сходил с ума. Он задрал голову вверх и с ужасом смотрел на своё плечо.

— Умри, тварь! — с этими словами он достал меч из ножен и замахнулся.

Стражники отреагировали моментально: они схватили грифона и его лапу. Каждый пытался образумить посла, но никакие уговоры на него не действовали; он продолжал брыкаться, прося «убить его!»

«Что же это такое?» — не понимал Дрисс и один из первых посмотрел на короля. Злобная и в то же время довольная улыбка застыла на его лице, а глаза пылали фиолетовым пламенем, как тогда, в Кристальных Копях.

— Сомбра! — вырвалось у Дрисса.

Король молча перевёл взгляд на слугу. Блеск красных глаз и их надменное, полное коварства выражение поразили пони до глубины души. Сотни голосов заполонили его голову, мешая трезво мыслить. В мгновение ока трон, Сомбра и всё вокруг вспыхнуло фиолетовым огнём. Адово пламя стремительно приближалось, собираясь поглотить несчастного, ошеломлённого и напуганного до потери пульса пони. Он не мог пошевелиться: копыта увязли в полу, словно в зыбкой почве. А геенна огненная уже была рядом. Дрисс чувствовал её дыхание — чудовищный жар, от которого он не мог укрыться. Шёрстка и грива дымились, а страшные волдыри один за другим вскакивали на лице, принося ужасную боль. Дрисс долгое время не мог закричать — страх парализовал его. Но настал тот момент, когда агония стала невыносимой, и немой крик наконец вырвался из его груди.

Неожиданно всё — огонь, боль и волдыри — исчезло. Остался лишь король. Его глаза более не пылали, и в них чувствовался испуг. Теперь уже тихий ужас застыл на лице Сомбры.

— Вон, — послышался шёпот короля.

Никто, как видимо, его не услышал.

— Все вон! — повторил король свой приказ.

Его повелительный тон не оставил верноподданным ни единого шанса. Пони поспешили к выходу. Дрисс, как и многие, пребывал в шоковом состоянии: он с трудом отдавал отчёт своим действиям. Однако тихий голос посла вернул его в реальность: он за это ответит! Дрисс обернулся и застал момент, пока закрывались двери. Серый единорог молча сидел на троне, виновато закрыв лицо копытом.