Автор рисунка: aJVL
Глава 2. Мы ждём перемен

Глава 1. Заголовки вчерашних газет

Начнём! Взлёты и падения, сорванные эксперименты, зависть — или нечто большее?

Словно острый клинок нас отсёк друг от друга,

Мы кричим в лабиринте замкнутого круга,

Одержимые снами…

1. «Заголовки вчерашних газет».

— Ничего себе посадочка, сахарок!

Рэйнбоу Дэш застонала: под её сомкнутыми веками мир, взорвавшийся сверхновой, теперь кружился хороводом ярких красок. Попытка открыть глаза принесла за собой волну удушливой боли. В неясной дымке полузабытья показалось лицо Эпплджек, выражавшее смесь сочувствия и досады. Приходя в себя, Дэш ощутила влажную грязь просёлочной дороги и лёгкое прикосновение капель моросящего дождика.

— Эй-Джей? – пробормотала Рэйнбоу, и пони-фермер облегчённо вздохнула, помогая пегасу подняться с земли.

— И что же, окромя яблочек, ты пыталась вытворить на этот раз? – гневно спросила Эпплджек.

— Упражнение семь-двадцать, вспышка из «штопора», — ответила Дэш, и хотя её голос дрожал, а непослушные ноги так и норовили подогнуться, в её словах вновь зазвучали хвастливые нотки. Ведь новый трюк в коллекции – это вам не шутки! Рэйнбоу дотронулась копытом до шишки на лбу размером с яйцо и поморщилась от боли. К счастью, до крови дело не дошло, и она вздохнула с облегчением.

— Эмм, и что случилось? – продолжала Эпплджек, выжидающе подняв бровь.

— Забей. Ничего не вышло.

— Похоже на то. – Эй-Джей решила сменить тему. – Пошли ко мне, тебе надо привести себя в порядок. Если дойдёшь, конечно.

Дэш с благодарностью опёрлась на плечо подруги, и они не спеша направились к ферме «Сладкое Яблочко». Пегас за всю дорогу не проронила ни слова, сменив прежнюю разговорчивость на подавленное молчание. Раз за разом она прогоняла в голове последние минуты тренировки, пытаясь понять свою ошибку. Вот она набирает скорость, вращаясь вокруг своей оси, безукоризненно выполняет основную часть трюка и вдруг мыслями снова возвращается к событиям сегодняшнего утра. Статья в газете. Сердце сжимается в груди и словно сходит с ума. Стоило ей отвлечься – и встречный поток ветра сбивает летунью с курса, не давая ей возможность сгруппироваться перед ударом. Последние воспоминания – земля, радостно несущаяся навстречу, крылья, беспомощно бьющие по воздуху, тошнотворный звук глухого удара – и всепоглощающая темнота

Дэш замерла, уставившись в одну точку, и вздрогнула, когда Эпплджек похлопала её по плечу.

— Всё в порядке, солнце?

«Скажи ей, просто расскажи ей всё!» — еле слышно взмолился внутренний голос, но и без того уязвлённая гордость заглушила его.

— Со мной? Конечно же, — усмехнулась Рэйнбоу. – Я и не в такие аварии попадала!

— Не знаю, ты словно… Отключилась, – не отставала Эпплджек.

— Говорю же, всё в порядке! – огрызнулась Дэш и вздрогнула, сама удивляясь своему тону.

— Ладно, ладно! Тише, как скажешь.

— Прости, Эй-Джей, — пегасочка виновато опустила глаза. – Я не хотела накричать на тебя. Голова просто раскалывается.

Если ты – Элемент Честности, то это даёт некоторые неоспоримые преимущества. Эпплджек чувствовала ложь за версту – очевидно, Дэш что-то скрывала от неё, но пони-фермер решила оставить Рэйнбоу в покое, особенно сейчас, когда пегас так слаба. Но именно эта слабость и настораживала Эй-Джей: куда более серьёзные травмы Дэш переносила, чуть ли не смеясь, а сейчас над ней словно повисла плотная пелена неловкого молчания. К счастью, совсем скоро за придорожными деревьями показалась крыша фермы, и спустя несколько минут подруги уже стояли на её пороге.

— Прости, что отвлекаю тебя от работы, — чуть слышно произнесла Рэйнбоу. – Я приведу себя в порядок и тотчас же уйду.

— Ничего, — отмахнулась Эпплджек. – Что бы c тобой не произошло, главное – поскорей добраться до душа!

— Спасибо, Эй-Джей. – Дэш впервые за этот день абсолютно искренне улыбнулась и обняла подругу.

— Не за что, сахарок! – Откликнулась Эпплджек. Они ступили за порог дома, прошли кухню с её терракотовыми стенами, богато украшенными семейными реликвиями Эпплов, и груду деталей, в которой угадывался новый, пока ещё не собранный плуг Биг Макинтоша. И вот, в дальнем конце коридора показалась лестница, ведущая на второй этаж дома.

– Наверх, затем вторая дверь налево!.. — Подсказала Эпплджек, и, провожая Дэш взглядом, чуть слышно добавила:

— Что же за петрушка приключилась с этой пони?

*
Не прошло и получаса, а копыта лазоревой пегасочки, посвежевшей после душа, цокали по булыжной мостовой главной улицы Понивилля. Вопреки протестам смущённой Дэш, Эй-Джей угостила её на дорогу яблочным пирогом, а когда летунья ушла, земная пони ещё долго провожала её взглядом, полным заботы и тревоги.

Рэйнбоу понимала, что своим подавленным настроением весьма расстроила Эпплджек. Чувство стыда тяжким грузом легло на плечи – от того, что она не нашла в себе смелости рассказать подруге всю правду. Внутри неё бушевала настоящая буря, и стоило Дэш закрыть глаза, как в памяти эхом вновь зазвучали слова злополучной статьи, с которой издевательски ухмылялось его лицо.

«Она высмеяла бы меня. Как и все остальные»/
«Конечно же, нет, они же твои друзья».

«Они бы посчитали меня глупой и узколобой»

«А разве это не так? Почему это тебя так волнует?»

«Я не знаю…»

— Ты просто пустышка! – Дэш замерла как вкопанная. Её гневный голос эхом разлетелся по улице, отзываясь жжением в уголках глаз. Всё стихло. Оглядевшись по сторонам, Рэйнбоу к своему стыду поняла, что последнюю фразу, адресованную самой себе, она выкрикнула на всю улицу. Некоторые пони обернулись, полагая, что она обращается к одному из них. Дэш закрыла глаза, её щёки пылали. Шишка на голове немилосердно саднила, и пегасочка пожалела, что отказалась от повязки, предложенной Эпплджек.

— Всё в порядке, мисс? – раздался низкий голос. Пегий жеребец с густой гривой приближался к Дэш, не сводя с неё обеспокоенный взгляд. Рэйнбоу не удостоила его ответом и ускорила шаг. Её гордость, так бережно лелеемая, уже в третий раз за день попала под удар. Взмахнув крыльями, она взлетела в небо, растрепав гриву удивлённого прохожего.

Стоило ей подняться в небо, как головная боль взялась за Дэш с удвоенной силой, исторгнув стон из её груди.

«Мне нужно лекарство», сказала Рэйнбоу сама себе, раздражённо потирая шишку на голове. Прямо под ней, в центре города, расположилась библиотека, вокруг которой деловито сновали разноцветные точки – горожане спешили по своим делам. Наконец, она решила спуститься вниз. Возможно, решила Дэш, все, что ей нужно – лишь немного магии.

*
В библиотеке царил полумрак: шторы на окнах были плотно задёрнуты, не давая полуденному солнцу пробиться внутрь. На складном столике посреди главной комнаты сгрудились колбы, книги и прочие принадлежности адепта магических наук. Совелий удивлённо хлопал крыльями и ухал, глядя на беспорядок и радуясь наступлению сумерек средь бела дня. Сама же библиотекарь, не сводя глаз, смотрела на бурлящий в хрустальной мензурке раствор.

— Вот это уже другое дело, — пробормотала Твайлайт Спаркл, подняла в воздух карандаш и сделала пару отметок в своём блокноте, так же подхваченным заклинанием левитации. Затем, она огляделась по сторонам в поисках своего помощника.

— Спайк!

— Угу? – с готовностью отозвался малыш-дракон, появляясь из-за её спины.

— Эксперимент номер четыре удался. Теперь мне нужен неочищенный Радужный настой и бихромат калия.

— Не вопрос! – В полутьме раздался топот драконьих лапок, а затем – приглушенный треск и звон.

— Ой! – Послышался раздражённый голос. – Почему здесь так темно?

— Спайк, Ты же знаешь, насколько чувствительно к свету неочищенное Радужное сырьё. Вспомни наш последний эксперимент! И потом, драконы же могут жить в пещерах – значит, и твои глаза скоро привыкнут к темноте.

— Наверное. – Из кладовки ещё несколько секунд доносилось пыхтение и шорохи, а затем – торжествующий клич. – Нашёл! Вот и всё, — вскоре Спайк вприпрыжку вошёл в комнату, одной рукой удерживая гору пробирок и мензурок, чуть ли не больше его самого, а другой – сжимая ушибленный палец на задней лапе.

— Спасибо, Спайк! Ты – лучший помощник на свете!

Спайк с облегчением поставил на стол бутыль с мутной маслянистой жидкостью – Радужным настоем, и собирался уже избавиться и от неудобной мензурки, как одна из штор, закрывавшая окно на дальней стене, оказалась отдёрнутой. Свет заполнил комнату, выхватывая из темноты фиал Радуги.

В наступившей тишине вздох Твайлайт казался исполненным самоиронии и смирения.

— Восхитительно…

В следующий миг свет сделал то, что и должен был – быстро и неотвратимо. Жидкость в колбе взорвалась брызгами насыщенных красок, разбив свою темницу и разлетевшись по комнате лучами всех цветов радуги. Твайлайт не сразу удалось собраться с силами посреди радужного хаоса, но вот призрачное свечение охватило её рог. Сложное заклинание Исчезновения, отбрасывая алые искры на лоб Твайлайт, в одночасье заставило сгинуть без следа и радугу, и осколки битого стекла, и канонаду радужных лучей, оставив после себя лишь эхо и еле заметный пурпурный дымок.

В комнате снова воцарилась тишина. Спайк лежал на спине, по струнке вытянув хвост; на его мордочке застыла маска безграничного удивления. Сердце Твайлайт стучало, словно кузнечный молот. Пылкая обвинительная речь была готова сорваться с её губ, когда она повернулась к открытому окну и увидела понурую фигуру небесно-голубой виновницы происшествия. Несмотря на причинённый ущерб, не говоря уже о стоимости неочищенной Радуги, гнев Твайлайт угасал на глазах. На озорную и стремительную Рэйнбоу Дэш нельзя было злиться дольше нескольких секунд. «Всё дело в этой её игривой расцветке», решила Твайлайт.

— Смотрите-ка, ещё одна Радужная Катастрофа! – едко заметила Твайлайт. – Беда не приходит одна. И тем более, не пользуется дверьми.

— Эм-м, прости, Твай! – ответила Дэш, стараясь не смотреть подруге в глаза. Её извинения были искренни – как и краска стыда, залившая лицо, и Твайлайт почувствовала, что дело не только в срыве эксперимента. Тем временем, зрачки Спайка приняли прежний размер, и он поднялся на ноги, приходя в себя. По очереди отдёрнув шторы с каждого окна, дракончик прогнал из комнаты ставший уже ненужным полумрак. Совелий вернулся на свою жердочку, глядя на Твайлайт так, словно она собственнокопытно подстроила для него какой-то дурацкий розыгрыш.

— Ничего страшного. Это исследование не представляло особой ценности, — приободрила гостью Твайлайт, понимая, что за неожиданным появлением Дэш стоит нечто большее, чем визит вежливости, а случайное слово может ранить посильнее клинка. – Всё в полном порядке!

Но, даже не смотря на примирительный голос Твайлайт, Рэйнбоу так и не решилась поднять глаза.

— Что-то случилось, Дэш?

— А? О, нет, всё в порядке.

— Хм-м, — Твайлайт хорошо понимала, что это не так.

— Просто я немного повздорила с землёй, — Дэш потерла шишку на голове, заставив Твайлайт не на шутку испугаться

— Погоди, ты что, ударилась головой? – воскликнула она. – Когда? Ты как?

— Где-то с час тому назад. Эй-Джей помогла мне привести себя в порядок и всё такое. Я подумала, не знаешь ли ты какое-нибудь обезболивающее заклинание?

— Разумеется! – ответила Твайлайт, перебирая в уме известные ей целительные чары. – Ещё где-нибудь болит?

— Не-а, не думаю, — покачала головой Рэйнбоу. – Слушай, Твай, можно войти?

Единорог удивлённо моргнула, только сейчас заметив, что всё это время Дэш так и стояла на подоконнике.

— Ой, прости! – выдохнула она. – Конечно, заходи! Ну и хозяйка из меня – так задумалась, что забыла пригласить тебя войти, и я… — Твайлайт осеклась, поняв, что несёт бессмыслицу, и Дэш тихо хихикнула, свесившись с подоконника, словно с насеста.

— Ничего, — сказала она, ловко скользнув в комнату. Затем Рэйнбоу вздохнула. – Знаешь, я… — Её голос дрогнул. Лавандовая пони-единорог с участием посмотрела на Дэш.

— Да? – Не зная, что за душой у пегаса, Твайлайт решила немного помочь ей раскрыться.

«Да говори уже!» — подгоняла сама себя Рэйнбоу.

«Она подумает, что я слабачка…»

«Да ты и есть слабачка – даже слова сказать не можешь!»

«Ладно, ладно».

— Мне надо кое в чём признаться, — начала Дэш, не отрывая глаз от пола.

— Тебя что-то беспокоит? – осторожно спросила Твайлайт.

— Да… Я не смогла рассказать Эй-Джей, думала, она решит, что это глупости. Наверное, и ты так подумаешь, но может быть, хотя бы поможешь мне во всём разобраться.

— Ты знаешь, что я на всё готова ради тебя. Как и все мы.

— Я знаю, Твай. Спасибо, для меня это так много значит! – в голосе Дэш скользнула неожиданная искренность и теплота. Твайлайт ободряюще улыбнулась в ответ.

— Ну, что стряслось?

Дэш глубоко вздохнула, собираясь с силами.

— Знаешь что? Я лучше тебе всё покажу!

— Не поняла, — озадаченно промолвила Твайлайт.

— У тебя есть архив газет?

Твайлайт не скрывала удивления. Что в её архивах могло так взволновать Рэйнбоу? Куда делась самоуверенная, болтливая Дэш, которую все так хорошо знали? Неужели газеты распустили про неё какие-то грязные слухи? Одна мысль об этом заставила Твайлайт задрожать от ярости.

— Конечно… Архив там, в подвале, — чуть отойдя от удивления, произнесла она. – Но не лучше ли нам сначала заняться твоим лечением?

— Не-а, — Дэш покачала головой, слегка поморщившись от боли. – Хочу разделаться с этим раз и навсегда. Ещё чуть-чуть – и у меня снова не хватит духу.

Дэш уверенно направилась к лестнице, ведущей вниз, и Твайлайт последовала за ней.

Темноту круглой комнаты подвала рассеивал лишь призрачный свет нескольких свечей, поддерживаемых силой магии. Твайлайт уверенно шла вперёд, словно не замечая жутковатую обстановку. Дэш, напротив, с каждым шагом чувствовала себя всё больше и больше не в своей тарелке. Ей и в голову не приходило, что под библиотекой могло быть нечто похожее на этот подвал. Она замерла на ступеньках, заметив в его центре разнообразные установки, в том числе и ту, что напоминала перевёрнутое блюдце с множеством мигающих лампочек и проводов. Очевидно, это устройство должно было крепиться к голове пони. Дэш нервно хихикнула.

— Это что, Твай? Машина для чистки мозгов?

Твайлайт отвлеклась от содержимого картотеки, в которой она хранила старые газеты.

— Что-то вроде того. Но после исследований Пинки-чувства эта машина стала работать из рук вон плохо.

— Ещё бы, — поддакнула Дэш. Твайлайт вернулась к ящикам, и Рэйнбоу вскоре присоединилась к ней.

— Итак, что мы ищем?

Дэш задумалась на мгновение.

— «Клаудсдейлский Вестник», если он, конечно, у тебя есть. Тот выпуск вышел пару недель тому назад, хотя я и добралась до него только этим утром. – Она качнула гривой. – Не знаю, зачем я тебе это показываю – это такая ерунда.

— Нет, ты не права, — настаивала Твайлайт. – Я должна знать причину твоего расстройства, какой бы она не была. Так, так… «Вестники»? Вот они. Наверное, этот. Нет, этот…

Твайлайт выдвинула один из ящиков картотеки, в котором ровными рядами лежали выпуски газет, пожелтевших от времени. Дэш придвинулась ближе – но её ушки тотчас же печально повисли, стоило ей увидеть тот объём газет, в которых им предстояло найти одну единственную нужную. Раньше ей не приходилось сталкиваться с такой работой.

— Просто здорово, — в её голосе прозвучала неуверенность. – Эта газета где-то здесь. Где-то…

С этими словами она начала просматривать номера по первым страницам.

— Они не по порядку! – раздражённо воскликнула Дэш.

— Извини, — Твайлайт возвела очи горе. – Больше никогда не доверю Спайку сортировать архивы поздней ночью.

— Могло быть и хуже, — голос Дэш казался приглушённым, так как её голова наполовину исчезла в ящике.

— Знаешь, Дэш, никогда бы не подумала, что ты из тех, кто читает газеты.

— Что тут скажешь? Мне нравится быть в курсе событий, как и многим другим пони. То, что я не знаю все сонеты Шетландспира наизусть, не значит, что я не умею читать!

— Ты права. Но всё-таки чтение – это немного… не спортивно.

— Шутишь? Полёты – это ещё не всё. В курсе, сколько часов в сутки я могу проспать?

Твайлайт не нашлась, что ответить. С этим нельзя было поспорить – казалось, половину своей жизни Дэш проводит в бешеном ритме полётов, а другую – во сне в облаках. Всё – или ничего.

— Ага! Вот и он! – Покрытая библиотечной пылью, но довольная, Дэш зубами вытащила из ящика почти новую газету.

— Поздравляю, — улыбнулась Твайлайт.

— Отлично! Но не пора бы нам убраться отсюда? – пробормотала Дэш, не сводя глаз со странного аппарата. – От этого места у меня мурашки по коже.

*
Чуть позже Твайлайт и Рэйнбоу сидели в общей комнате библиотеки, разложив найденную газету на столе. Солнечные лучи пронизывали комнату, выхватывая из общего потока танцующие пылинки. На мгновение Твайлайт почувствовала профессиональный страх перед тем, что могут сделать прямые солнечные лучи с архивными материалами.

— Смотри, вот и та самая статья! – сказала Дэш, пробегаясь по заголовкам первой страницы. – Знаю, что глупо выгляжу, Твай, и я зря нагружаю тебя своими проблемами. Знать бы, почему эта статья меня так задела. Хотелось бы мне хоть иногда быть такой же умной, как и ты.

 — Мы во всём разберёмся, не переживай! – Твайлайт ободряюще улыбнулась Дэш, которая была почти на грани срыва. Затем она пробежалась глазами по заголовку, под которым была фотография белоснежного пегаса-жеребца с вьющейся золотистой гривой. Предчувствуя недоброе, Твайлайт начала читать.

НОВЫЙ РЕКОРД СКОРОСТИ

На этой неделе мы с вами стали свидетелем исторического момента – на очередном знаменитом Пятидесятимильном Забеге, устраиваемом Академией Нова, подающий надежды лётчик Лайтнинг Флэр официально преодолел отметку скорости в 1100 миль в час. Когда мы спросили Флэра о его планах на будущее, амбициозный ученик «Новы» заявил: «Попробую податься к «Вандерболтс. Если им повезёт, они согласятся». Выполняя свой коронный номер, Лайтнинг создал волну статического электричества, сопровождающую звуковой удар. Его поклонники, чьё число растёт не по дням, а по часам, уже окрестили этот маневр «Сверхзвуковым Громом».

Выдающееся достижение Флэра позволяет пегасу на голову обойти мисс Рэйнбоу Дэш, нашего предыдущего рекордсмена. Напомним, что именно она стала звездой прошлогоднего Конкурса Молодых Лётчиков, когда ей удалось спасти жизни нескольким членам команды «Вандерболтс» и её подруге, Рэйдиенс. Во время описываемых событий, как показал анализ экспертов, мисс Рэйнбоу удалось преодолеть отметку скорости в 900 миль в час. Именно такая скорость позволила ей стать первым пегасом в истории, преодолевшим звуковой барьер, а также создать её коронный номер, «Радужный Взрыв», который так и не удалось повторить ни одному из ныне живущих летунов. И, хотя это выступление надолго останется в нашей памяти, мне начинает казаться, что в небесах теперь новый чемпион. Ведь вы не сможете предсказать, куда ударит Молния в следующий раз?

Эксклюзивное интервью Лайтнинг Флэра читайте на странице 21.

Несколько мгновений Твайлайт не могла вымолвить ни слова, поглощённая волной досады, захлестнувшей её сердце. Она хорошо запомнила тот день, когда неделю спустя после Конкурса в её библиотеку влетела Рэйнбоу, размахивая письмом, в котором судейский комитет официально признавал её новый рекорд. Грандиозная вечеринка Пинки, устроенная по этому случаю, подняла планку праздников Понивилля на новый уровень. Твайлайт хорошо понимала чувства Дэш, чьё лучшее достижение жизни в одночасье оказалось втоптанным в грязь. В её глазах читалась мольба, и лишь сейчас Твайлайт поняла, почему пегасочка не хотела во всём признаваться своим друзьям.

Дело было не в том, что она чувствовала себя побеждённой этим жеребцом. Дэш побоялась, что многим её переживания могут показаться несерьёзными. Твайлайт хотела сказать, что поняла причину её беспокойств, и что она готова помочь Рэйнбоу пережить эту чёрную полосу в жизни, но не могла подобрать нужные слова. Пробежав глазами статью, она выпалила первое, что пришло ей в голову:

— Рэйдиенс? Они что, серьёзно?