S03E05
Глава 3. Обжигающий Лёд Воспоминаний Глава 5. Всё так незнакомо…

Глава 4. Всё, о чём я молчала

Итак, новая глава. И снова в глаз что-то попало. Даже в оба.
Эта глава — о том, что иногда надо просто идти вперёд, несмотря ни на что. И следовать лишь зову своего сердца. Приятного прочтения!

Возьми меня за руку,

Убей – иль спаси,

На острове, за морем,

Вся жизнь впереди.

4. «Всё, о чём я молчала».

Утро следующего дня выдалось на редкость мрачным, и дождь нетерпеливо барабанил в окна библиотеки. Но ни шум дождя, ни далёкие раскаты грома были не в силах разбудить Твайлайт, мирно посапывающую в своей постели – эта ночь совершенно измотала бедняжку. Рядом с кроватью высились две пирамиды из книг – в той, что поменьше, были книги по психологии, что покрупнее, – труды, посвящённые физиологии пегасов и аэродинамике. На столе в другом углу комнаты были разбросаны диаграммы и листки с расчётами, скрупулёзно проведёнными Твайлайт этой ночью. На стене над столом повисли ещё две схемы: первая – строения крыла пегаса, вторая – птичьего крыла. Обе схемы были дочерна исписаны мелким почерком дополнений и расчётов.

Со стороны входной двери раздался шорох – в комнату вошёл Спайк. Он замер на пороге, удивляясь радикальной и неожиданной перепланировке, глядя на листы пергамента, развешанные на стенах и стопки книг у кровати. Годы, проведённые рядом с Твайлайт, позволили ему привыкнуть к порой чудаковатому поведению пони-библиотекаря, создав вокруг дракончика непробиваемую стену из юмора и здравого смысла. Поэтому он просто пожал плечами, пробираясь сквозь завалы книг, подошёл к кровати и нежно потрепал спящую пони по плечу.

— Твайлайт! – тихо позвал он, боясь спросонья напугать её. Единорожка пробормотала нечто нечленораздельное, но так и не проснулась. – Твайлайт? Уже почти десять утра, — повторил он чуть громче. Она, наконец, пошевелилась и открыла один глаз.

— Радуга… – пробормотала она спросонья. Даже верный помощник Спайк не сразу понял, что имела в виду Твайлайт.

— Не беспокойся! Я имел смелость заказать новую партию Радужного сырья, взамен того, что было уничтожено нашей общей знакомой. Его доставят через пару дней!

Твайлайт проснулась окончательно, покраснев от того, что снова разговаривала во сне. Вспомнила она и пригрезившуюся ей радугу,– разумеется, это был не дорогостоящий реагент, а густые локоны одной пони-пегаса, столь же ранимой и уязвимой, как и Радужный настой. Однако слова Спайка позволяли ей успешно выпутаться из щекотливой ситуации, не вдаваясь в лишние объяснения.

— Спасибо, Спайк! – она слабо улыбнулась. – Уж извини за беспорядок!

В ответ дракончик оглядел комнату, изогнув бровь.

— А что, подвала уже недостаточно? Думаю, надо издать закон о том, что безумный учёный должен занимать не более одной комнаты в доме.

— Точно, — пробормотала Твайлайт. Её нельзя было назвать жаворонком, и поэтому каждое движение давалось её с трудом. – Кофе, берегись! Я уже иду!

— И всё-таки, зачем тебе это? – Спайк обвёл лапкой убранство комнаты.

— Мой новый проект, — Твайлайт, прищурившись, ещё раз пробежала взглядом по результатам вчерашних расчётов. – Долго не могла заснуть, и после того, как разобралась с одним делом, — она посмотрела на горку учебников по психологии. – Решила уделить пару часиков и ему.

— Значит, этот проект как-то связан с пегасами? – Спайк коготком постучал по схематическому рисунку крыла, лежавшего у его лапы.

— Полностью, — кивнула Твайлайт. Она прочистила горло, и Спайк закатил глаза, узнавая Твайлайт, Читающую Лекцию. – Я дважды перепроверила расчёты, и все они абсолютно верны. Разумеется, мне ещё предстоит подтвердить мою теорию в эксперименте с живым пегасом, но уже на данном этапе я уверена в своей правоте. Видишь ли, на прошлом конкурсе Молодого Лётчика меня заинтересовало кое-что, касающееся пегасов. Стиль их полёта разительно отличается от того, как двигается большинство прочих летающих существ. Даже больше, некоторые маневры пегасов полностью противоречат основным законам…

Она оборвала речь на полуслове, разочарованно вздохнув: взгляд Спайка блуждал по стенам комнаты – дракончик не слышал и половины её объяснений. Твайлайт покачала головой, в очередной раз удивляясь непостоянству внимания своего помощника. Пытаясь развеять скуку, он уставился на схему строения крыла пегаса и подписи под ним.

— А правда, что у них полые кости? – скорее, из желания поддержать разговор с Твайлайт спросил он. Пони кивнула, и собралась было дать развёрнутый ответ, но внимание Спайка поглотил следующий пункт в описании характеристик крыла. – А что такое «эрогенная зона»? – уже с неподдельным интересом спросил дракончик.

— Это… Эм-м… Пошли, приготовим завтрак! – Воскликнула Твайлайт, выхватывая свиток из лап дракончика и надёжно сворачивая хрустящий пергамент. Есть вопросы, на которые лучше не отвечать столь ранним утром.

***

Никто в Отряде Погоды особо не обрадовался отсутствию Рэйнбоу Дэш на рабочем месте, особенно учитывая приближающийся к Понивиллю грозовой фронт. Признаться, Дэш выбросила из головы все свои обязанности, стоило злосчастной газете попасть в её копыта. По дороге к Твайлайт она натолкнулась на нескольких изрядно промокших пегасов из Отряда. Узнав про «аварийную посадку» Дэш прошлым утром, они припомнили и прочие неудачи пегасочки, не выказав ей должного сочувствия. Разве что Дитси Ду улыбнулась при встрече и протянула Рэйнбоу промокшую карточку с пожеланиями скорейшего выздоровления и загадочным посланием, гласившим: «Слоны не боятся клубники», наспех нацарапанным восковым карандашом. Что бы это не значило, Дэш тепло приняла такое проявление заботы.

Объяснив своё вчерашнее отсутствие «личными обстоятельствами», она отпросилась на несколько дней. Отряд нехотя согласился, и Дэш пришлось выслушать пару едких комментариев, стоило ей попрощаться с пегасами и взмыть в небо. И вот она уже летела над дождевыми облаками, думая, что заслужила подобное обращение. «Всё к лучшему – только вспомни вчерашний день!», сказала она сама себе.

Её сердце подскочило, когда она подлетала к библиотеке – совсем так же, как и перед участием в прошлогоднем конкурсе Молодых Лётчиков. Она страшно нервничала. «Перестань!», попыталась взбодриться она. «К чему нервы? Это же всего лишь Твайлайт! Ты видишь её почти каждый день, и сегодняшний день не лучше и не хуже остальных!»

А вот и нет. Вчерашнее признание Флаттершай помогло Дэш лучше разобраться в себе. И в Школе, и в более позднем возрасте, все её чувства к другим пони-девочкам были не более чем влюблённостью, мимолётными увлечениями. И если ей не отвечали взаимностью, ничто не мешало Дэш двигаться дальше. Но теперь всё было по-другому. Только теперь Рэйнбоу поняла, насколько важна была для неё Твайлайт. Боялась ли она потерять её дружбу в случае отказа?

Как бы то ни было, сердце Дэш стучало, словно кузнечный молот. До этого дня, в компании объектов своих увлечений Дэш неизменно чувствовала себя уверенно и решительно, но сейчас на кону было нечто большее, чем просто сиюминутный флирт. Судьба не лишена иронии. Ещё вчера она хотела быть не такой самоуверенной и жёсткой как раньше, и сегодня её желание исполнилось. «Где же твоя крутизна, Дэш?», спросила она себя.

В просвете облаков мелькнул шпиль библиотеки. Взмахнув крыльями, она заложила крутой вираж и пошла на снижение. Достигнув дождевого облака, она резко затормозила, приложив невесомую ткань всеми четырьмя копытами. Облако рассеялось призрачным туманом, и Рэйнбоу довольно ухмыльнулась, увидев, что площадь перед библиотекой очищена от дождя. Сложив крылья, Дэш камнем рухнула вниз, затормозив у самой земли напротив библиотечного окна, и хотела было постучаться, как внутренний голос одёрнул её.

«Ах, да. Дверь,» — сказала себе Рэйнбоу, вспомнив вчерашний упрёк Твайлайт.

Стараясь обходить лужи и грязь, Дэш подбежала к входной двери библиотеки. Стоило ей занести копыто, чтобы постучаться, тревога вновь охватила её. «Я ведь не рано? Как я выгляжу? Как крылья? Не слишком запачкалась? Селестия милосердная, я веду себя, как Рэрити!», — возмущённо подумала она. Конечно, ей предстояло изменить свою жизнь, но превратиться в озабоченную внешним видом неженку не входило в планы Рэйнбоу. «Соберись, Дэш! Это тебе не свидание! Вперёд, поняша!»

Она оторвала копыто от земли и постучала в дверь три раза.

***

Твайлайт уже почти доела рулет с сеном и маргаритками, как в дверь постучали. Чуть не подавившись, она отставила в сторону тарелку и подбежала к двери. Увидев небесно-голубую пегасочку на пороге, Твайлайт не смогла сдержать широкой улыбки.

— Привет, Дэш! – радостно произнесла она, надеясь, что приветствие не прозвучит чересчур восторженно. Ведь, в том случае, если депрессия Дэш за последний день только усилилась, чрезмерное проявление радости со стороны Твайлайт может быть понято превратно. Однако Рэйнбоу улыбнулась в ответ.

— Приветик, Твай! Прости за грязь…

— Ничего, заходи!

Дэш приняла приглашение, вытерев копыта о дверной коврик.

— Надо же, — хихикнула Твайлайт. – Обычно ты просто заходишь внутрь и следишь! Я польщена!

— Наверное, просто пытаюсь быть более внимательной, — отозвалась Дэш, пожав плечами.

— Так… — Мысли ураганом завертелись в голове Твайлайт, не давая вымолвить ни слова. Раньше ей не приходилось скрывать своих чувств от других пони, и поэтому Твайлайт было особенно неловко. Но её признание должно было подождать – если вообще она когда-нибудь отважится на такой шаг. Наконец, она прервала тягостное молчание.

— Выпьешь чего-нибудь?

— Конечно! – Дэш осталась в главной комнате библиотеки, когда Твайлайт побежала на кухню. – Что можешь предложить?

— Так, — донёсся до Рэйнбоу голос единорожки. – У нас есть чай, кофе, яблочный сок и… Наверное, это всё.

Дэш слегка зевнула в ответ.

— Кофе – в самый раз!

Спустя несколько мгновений Твайлайт вернулась с кухни, в которой уже радостно зашумел чайник.

— Нам надо много о чём поговорить, — ободряюще улыбнулась Твайлайт.

— Это точно…. – Голос Дэш опустился до шёпота, и она поняла, что заблудилась в бездонных глазах Твайлайт, очарованная её улыбкой. Радость на лице единорожки сменилась озабоченностью.

— Всё хорошо, Дэш?

— А? Что?.. Всё в порядке. Просто плохо спала этой ночью, — ответила Рэйнбоу. «Пронесло», подумала она с облегчением. И тут же её словно молнией ударило. «Минуточку, когда это я успела так раскиснуть? Почему я так сильно хочу её сейчас? У нас есть важные дела, не отвлекайся!»

Твайлайт прервала её размышления.

— Как ты? Удалось хоть немного разобраться в себе?

— Не совсем, — вздохнула Дэш, возвращаясь к реальности, старательно избегая смотреть Твайлайт в глаза. – Зато я вчера заскочила к Флаттершай, и она отнеслась ко мне с пониманием.

— Пониманием? – Твайлайт приподняла бровку.

— Да, — пожала плечами Дэш. – Мы с Флаттершай давние друзья, и она знает меня лучше, чем кто-либо. И она знала моего папу… Думаю, это тоже важно… — Голова Рэйнбоу поникла.

— Я не хочу, чтобы ты говорила о чём-то неловком для тебя, — нежно произнесла Твайлайт. Их глаза встретились.

— Нет, нет, — покачала головой Дэш. – Неважно, о чём мы говорили с Флаттершай вчера. Я должна тебе всё рассказать – с самого начала. – Она глубоко вздохнула, зная, что ещё никто кроме Флаттершай не был в курсе истории семьи Рэйнбоу. Но чем больше Дэш смотрела на Твайлайт, тем больше понимала, что нет в мире ничего такого, чего она не могла бы рассказать единорожке, ничего такого, чего бы Твайлайт не выслушала со всей чуткостью и вниманием. Все тревоги и неловкость рассеялись без следа, и впервые за долгие годы Дэш поняла, что ей не нужно притворяться, а просто быть собой рядом с Твай. Может быть, это и было её первым шагом к выздоровлению, но в данный момент для Рэйнбоу это казалось не столь важным. «Селестия милосердная!», удивлённо подумала она. «Кажется, я влюбилась!».

Осознание этого придало Дэш сил, и она рассказала Твайлайт всё.

***

Некоторое время Твайлайт просто слушала. В уголках её глаз блестели слёзы – она тяжело переживала то, как несправедлива была жизнь к маленькой пегасочке. Дэш рассказала всё – и про то, как её мама ушла из дома, не в силах выносить грубость и пьянство отца, и про то, как её отец вымещал на ней всю злобу и недовольство миром. Про то, как жестоки были другие ученики Лётной Школы. За всё это время ни слезинки не скатилось с глаз Рэйнбоу, хотя она тщательно избегала встречаться взглядом с Твайлайт. И всё же единорожка понимала, как нелегко сейчас её подруге.

Прошлой ночью Твайлайт от корки до корки прочитала все руководства по психологии, всё больше утверждаясь в правильности своего диагноза. Это был синдром самозванца. В детстве Дэш так часто видела, что её достижения и победы втаптываются в грязь, что и сама чуть не поверила своим мучителям. И, чтобы этого не случилось, при любом удобном случае Рэйнбоу начинала хвастаться и красоваться, чтоб доказать их неправоту. Установив для себя недостижимые цели, она сломалась. Её не удалось сломить никому из школьных задир, как обычно случается в подобных случаях. Она слишком многого от себя требовала, и чтобы Дэш не делала, каких высот бы ни достигала – этого было мало. Поняв это, Рэйнбоу посчитала себя слабой, недостойной ни друзей, ни прежних достижений. Дэш видела себя лишь с плохой стороны, став самозванцем в собственной жизни.

— … И вот, в конце концов, Шай бросила школу. И я ушла вместе с ней. Жить в Клаудсдейле – даже смотреть в его сторону – было просто невыносимо. И мы переехали сюда. Шай выбрала эти места из-за богатства животного мира – она уже дано грезила Понивиллем. И если в Клаудсдейле купить хороший дом могло обойтись в неплохое состояние, то на земле дома стоили сущие копейки. Свой дом Шай получила почти бесплатно, ей оставалось только привести всё в порядок. Я же всё делала своими копытами, и, пока облака схватывали форму, я часто зависала с ней. – Тут Дэш снова вздохнула, опустив голову.

– Я едва видела отца больше чем два или три раза – между тюремными сроками, что вполне нормально для таких, как он. Драки, кражи, разбой… Он и сейчас, наверное, сидит… — впервые за всё время разговора голос Дэш дрогнул, а на глаза навернулись слёзы. – Я даже не знаю, жив ли он. Наверное, нет, если вспомнить, как он налегал на «Олд Тандерхед». – Она резким движением копыта смахнула влагу с глаз. – Теперь всё это – история.

Несколько бесконечно долгих минут Твайлайт не отрывала глаз от Рэйнбоу. Самые противоречивые чувства сошлись в её душе не на жизнь, а насмерть. Твайлайт чувствовала огромное уважение к смелости Дэш, решившейся посмотреть в лицо демонам прошлого, и необычно глубокое сопереживание её тяготам и лишениям. Но сильнее всего была злость. Злость на отца Дэш, на школьных хулиганов, на всех тех, кто сломал Рэйнбоу жизнь. Твайлайт никогда не любила насилие, но сейчас ей хотелось лично отыскать всех этих негодяев и заставить их испытать то же самое, что выпало на долю пегасочки. Но отнюдь не из-за побоев, унижения и насмешек. Не из-за того, что они ненавидели Дэш.

А из-за того, что они заставили Рэйнбоу возненавидеть саму себя.

Твайлайт не находила слов. Тяжесть прошлого Дэш немыслимым грузом легла и на её плечи, и единорожка почувствовала, что бесконечно тронута доверием своей подруги.

— Я… Я… Не знала… — «Конечно же, не знала!», заворчал её внутренний голос. «Что за дурацкое заявление!» — Спасибо, что рассказала мне всё, Дэш! – чуть слышно добавила Твайлайт. – Хорошо, что ты мне всё рассказала!

— Конечно, Твай! – Их глаза встретились, впервые после начала рассказа Дэш. – Я полностью доверяю тебе!

Единорожка могла поклясться, что увидела румянец на щеках Дэш, но была слишком занята разговором и не придала этому особого значения.

— Ещё… Ещё кто-нибудь знает?

— Нет, только Шай – это ведь была и её история! Она мне как сестра. Она практически спасла мне жизнь – не знаю, что бы я и делала без неё. Нам тогда было не очень-то весело…

Стоило Твайлайт услышать эти слова, как её сердце дрогнуло. Повинуясь, скорее, зову сердца, она подбежала к Рэйнбоу и крепко обняла её.

— О, Дэш! Мне так жаль! – шептала она на ухо пегасочке. – Ты не заслужила этого! Ни на секунду! Ты – лучший друг, что может желать любая пони; да как они могли так поступить с тобой!

Дэш залилась краской, но всё же обняла Твайлайт в ответ и закрыла глаза.

— Я могла стать намного лучшим другом всем вам, — прошептала она. – Теперь ты знаешь, почему я стала такой. Пришло время всё изменить!

Твайлайт вздохнула.

— Думаю, ты уже сделала всё, что нужно. Ты приняла себя, своё прошлое – остальное придёт со временем.

Рэйнбоу всё ещё была мрачнее тучи.

— Я просто хочу быть тем, кем должна быть. Хочу быть достойной вас – вот почему я жду перемен.

Смесь разочарования, но в то же время и решимости захлестнула Твайлайт. Теперь, когда она увидела настоящую Дэш, разделив с ней боль, что снедала пегасочку изнутри все эти годы, она поняла, что чувствует к ней. Смотреть на Рэйнбоу Дэш – это как смотреть на солнце, обжигающее в своём великолепии. Она отстранилась настолько, чтобы заглянуть в глаза пегасочки. Румянец густо заливал их щёки, но Твайлайт было уже всё равно.

Единорожка видела, как много потребуется сил, чтобы заставить Дэш вновь поверить в себя, в то, что она более чем заслужила их дружбу. Она должна была помочь. Время полумер прошло.

— Что, если я не хочу, чтобы ты менялась? – Решительно спросила Твайлайт.

— А? – Удивлению Дэш не было предела.

— Что, если я хочу видеть прежнюю Дэш? – Твайлайт глубоко вздохнула, собираясь с силами. – Если бы я сказала, что не могу жить без тебя – такой, какая ты есть на самом деле?

Глаза Рэйнбоу стали ещё шире; миллионы мыслей пронеслись в её голове, когда она спросила:

— Твайлайт… Ты хочешь сказать, что…

На мгновение Твайлайт сомкнула веки. «Пути назад больше нет», сказала она сама себе. Кровь, пульсируя, ревела в ушах. Библиотека исчезла. Весь мир исчез. Восторг и ужас, гордость и стыд – всё накатывалось на неё удушливыми волнами. Внезапно Твайлайт поняла, что ей всё равно, что будет дальше. Всё, чего она хотела – превыше всего остального – сделать жизнь Дэш чуточку ярче.

— Да, – прошептала она. – Да!

И, прежде чем пегасочка смогла хотя бы шевельнуться, губы Твайлайт крепко прижались к губам Рэйнбоу Дэш.