Проблема со сном

Проблема со сном

Луна не могла уснуть. Это было ее первое утро в Кантерлоте, и она устала после волнующей ночи – она осмотрела свои комнаты, рядом с жилищем Селестии, и познакомилась со своими стражниками, поварами, горничными, лакеями, секретарями ... слишком много пони! – И сон покинул ее.

Она снова перевернулась, надеясь заснуть лежа на другом боку. Но не судьба.

Неспроста я так ворочаюсь думала Луна. Она без проблем засыпала рядом с сестрой в Понивилле, после вечеринки в честь освобождения от Найтмэр Мун.

Эта кровать – одна из тех новинок, которые пони придумали … пока ее не было. Правильной кроватью, как считала Принцесса Ночи, были пушистые облака, которые раскачивались и смещались от малейшего движения, даже от дыхания, чтобы в их прохладной и мягкой тени можно было спрятать лицо от солнца. Или наоборот мягкая и ароматная летняя трава, под шелестящими ветвями деревьев, на которой можно было ощутить пульс жизни. Но не эта … не эта вещь.

Луна подняла голову и в сотый раз посмотрела на кровать, с раздражением и усталостью. Она оценила основные идеи: низкие ноги, крепкие доски на которые натянута обивка на которой предполагалось спать – это была гениальная простота, характеризующая все что делали земные пони, но эта кровать была отличным примером того, что произойдет если позволить шайке единорогов испортить хороший замысел.

Металлический каркас кровати представлял собой оргию сложных завитков тонкой работы, заполненную декоративными изгибами и кривыми, с ночными мотивами – полумесяцы, падающие звезды, полнолуния и т.д. И все это сделано из сверкающего серебра отполированного до стеклянного блеска. Луна могла видеть собственное усталое лицо, отраженное от одной из звезд, окруженной полной луной в ногах кровати.

Матрац также был переусложнен единорогами. Не удовлетворившись соломой, шерстью или волосами пони, они заполнили матрац множеством маленьких гибких пружин, что пищали и содрогались с каждым ее движением, как механическая пародия на настоящую кровать-облако. Луна была благодарна, что они избавили подушку от таких унижений – она был заполнена ничем более сложным и диковинными, чем пух.

Луна перевернулась снова, сыграв мелодию тихого скрипа и писка на пружинах. Она вздохнула. Возможно, было бы лучше, отказаться от попытки уснуть вообще, а бодрствовать, пока она не упадешь ...

Раздался тихий стук в дверь, соединяющую ее спальню с апартаментами Селестии. "Входите", простонала она. Может быть, ее сестра знала, какие-нибудь травяные чаи или магические смеси, которые помогут ей уснуть?

Дверь тихо открылась, и Селестия вошла внутрь. Она уже подняли солнце – Луна почувствовала всплеск магии ее сестры, — но принцесса дня все еще была одета в ночную рубашку из розового шелка. Без золотой короны и драгоценностей, она больше походила на розовогривую сестру которую помнила Луна.

"У тебя проблемы со сном, Луна?" спросила она мягким, доброжелательным голосом.

Луна не стала огрызаться на ее сестру. "Да", призналась она со вздохом. "Это ... эта кровать мне не нравится. Пони действительно спят в них сейчас?"

"Только самые богатые и модные из них" сказала Селестия с небольшим смешком. "Это Duvet's Princess-size Royal Deluxe; он изготавливает нам кровати. Я должна признать, что эта кровать немного перегружена мелочами, но всем так хотелось обеспечить только лучшее для этих комнат ...".

Луна вздохнула снова: "Ты спишь в одной из них, сестра?"

Селестия откровенно улыбалась. "Нет, конечно же. У меня есть очень хорошая, крепкая деревянная кровать, которая служила мне почти три века. Я поняла, что ты тоже не являешься поклонником современной пышной моды"

"Ты права" Луна ворчала, повернувшись лицом к сестре. Матрац снова задрожал под ней. "Почему тогда он делает королевские кровати, если тебе не нравится, то, что он делает?"

«Потому что он самый модный и известный пони в этом деле в Кантерлоте и во всей Эквестрии, а мои советники, давшие ему должность при дворе, хотят быть уверенными, что я получаю все самое лучшее» – объясняла улыбавшаяся Селестия. Луне она казалась похожей на самодовольную, хотя и немного раздраженную мать, потакающую разбалованным детям. «Когда ты освоишься в Кантерлоте, ты увидишь, что, по меньшей мере, половина суеты и пышных церемоний, окружающих меня, сделана для удовлетворения моих подданных. Причем мне удалось спустить придворный этикет с вершин глупости, взятых два века назад».

Луна нахмурилась – «Значит, я буду спать в этой пародии на кровать, потому что ты не хочешь расстраивать идиотов, которые не хотят расстроить тебя»

Ее сестра улыбнулась. «Это немного глупо, да. Но ты не должна спать в ней, если она тебе неудобна. Ты хочешь поспать в моей кровати…?»

Хотя завернуться в приятно-аккуратное одеяло сестры, окруженное ее мягким цветочным ароматом, было привлекательной идеей, Луна не хотела делать этого. Это означало бы признать, что современный мир со всеми его благонамеренными и суетливыми единорогами и другими пони, победил ее.

«Спасибо за твое предложение Селли» – сказала она, используя древнее имя, чтобы показать то, что она хотела выразить. «Я уверена, что смогу использовать эту вещь… а если не смогу, то сброшу ее с балкона, до завтрашнего утра!» Возможно вместе с ее создателем. Мои стражи поймают его, прежде чем он разобьется…

Селестия кивнула – «Как хочешь моя дорогая. Да … Я кажется знаю, что может помочь тебе заснуть. Сейчас. Я принесу его». Белый аликорн пропал в своей спальне, но скоро вернулся, держа что-то мягкое и фиолетовое между грудью и одной из ног. «Вот то что тебе нужно сестренка» – сказала она, выглядя … застенчивой? Смущенной?

Луна взяла пурпурное нечто своей магией и перенесла к себе. Ее усталые глаза расширились от удивления, когда она рассмотрела, что это: фиолетовый плюшевый единорог с мягкими фетровыми крыльями, зелеными глазами-пуговицами и даже с небольшой вязаной тиарой на лазурно-синей голове.

«Это … это я» – спросила Луна, вращая игрушку перед своим лицом. Она выглядит старой, но очень ухоженной, как любимая игрушка, нескольких поколений жеребят.

«Да» – сказала Селестия очень тихим голосом – «Она была со мной очень долго. Мне стыдно, что я не помню имени пони, который сделал ее для меня, но я прекрасно помню его лицо. Однажды, если ты захочешь, я покажу тебе его на одной из фресок в Пестром Коридоре».

Луна поднесла плюшевого единорога ближе к своему лицу. Она заметила, то у него была приятная улыбка. Он пах ее сестрой, розами и медом и нагретыми солнцем перьями. «Как долго продолжалось это «очень долго»» – осторожно спросила Луна.

«Девятьсот восемьдесят три года и три дня» – ответила Селестия, все еще слабым голосом – «Она сохраняла меня в здравом уме в черные периоды прошлого и… Она очень много значит для меня. Больше чем большинство пони за эти века. Ее ремонтировали много раз за эти годы… Именно поэтому лучшие эквестрийские изготовители игрушек работают на меня. Я… Я думаю она поможет тебе уснуть».

Луна сморгнула внезапную влагу в глазах и осторожно опустила плюшевую версию себя на подушку рядом с собой. «Я тоже так думаю» — сказала она – «Спасибо, что одолжила ее мне».

Селестия снова кивнула. "Пожалуйста, Луна" — ответила она. "Мой завтрак остывает, так что ... Увидимся вечером. Спи крепко, моя дорогая сестра". Она тихо отступила и закрыл дверь волной магии с ее рога.