Как я начал бояться и разлюбил дружбу

Посвящается юношам, пишущим рассказы про попаданцев.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Вайнона Дерпи Хувз

Кого принцессы хотят погубить…

Для Твайлайт Спаркл и принцессы Селестии речь идёт о простом незапланированном посещении Кантерлота. Для пони из Гражданской службы Эквестрии это целые сутки хаоса, политики, оружейных десертов, политики, закулисной манипуляции средствами массовой информации, политики и тварей с обликом жабообразным и щупалечным. Кто сказал, что чиновничья работа — это скучно?

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия ОС - пони

До смерти хочу туда попасть / Dying to Get There

Перевод, сделанный специально для Эквестрийских Историй 2016. «Принцесса Твайлайт Спаркл: Умерла молодой? Телепортация приводит к летальным исходам, предупреждают ведущие учёные!» Едва лишь взглянув на заголовок номера «Кантерлот-Таймс», Твайлайт сразу же поняла: лучше бы она сегодня поспала подольше. Но ведь её друзьям наверняка хватит ума не верить в то, что она самоустраняется всякий раз, когда телепортируется, правда?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк

Власть Одного

Эта история о пегасах, предшествующая событиям Великой Зимы. Произведение о власти и том, как ее заполучают. Сказание о двух правдах, одна из которых неизбежно повергнет другую. Я расскажу вам историю двух братьев, которые попали в водоворот этих событий и вынуждены были встать по разные стороны баррикад...

Психотерапия

Принцесса Селестия и тортики… На эту тему не шутил только ленивый, а ведь правительница честно пыталась избавиться от своего пагубного пристрастия. Много раз. В том числе и самыми неожиданными способами.

Принцесса Селестия Принцесса Луна Кризалис

Ксенофилия: Продолжение Истории

Продолжение истории Леро в Эквестрии. События этого рассказа начинаются после окончания основной истории, поэтому настоятельно рекомендую вам ознакомиться с ней, прежде чем приступать к чтению. Ах да, в моём рассказе клопоты вы не найдёте (нет, непристойных сцен с участием человека и маленьких лошадок не будет), зато её предостаточно в основной истории, считайте, что я вас предупредил. А теперь самое главное, огромное спасибо AnonAuthor и AnonponyDASHIE за то, что пустили меня поплескаться в свой бассейн. Надеюсь, что у них хватит хлорки чтобы отмыть его после меня. Также хочу поблагодарить моих соавторов и приглашённых авторов. Вы просто чудо, все до единого. — TheQuietMan

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Лира Человеки

Возвращение Трикси Танг или Эквестриевская Сага.

На Трикси Танг обьявили охоту ФСБЭ (Федеральная Служба Безопасности Эквестрии) и хотят её уничтожить...

Трикси, Великая и Могучая

Сдохни, ананас!

Не стоит угрожать принцессе Луне, даже если ты ананас!

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Сорок к одному

Могут ли семь сотен пони противостоять тридцати тысячам чейнджлингов?

ОС - пони Чейнджлинги

Колодец

Когда Эппл Блум пропала, Эпплджек немедленно начинает искать свою потерявшуюся сестрёнку. И находит ту внутри колодца. Но то что она собирается вытянуть, может оказаться вовсе не её сестрой.

Эплджек Эплблум

S03E05
Глава 2. Чудовище для красавицы Глава 4. Черный дождь

Глава 3. Грань времени

Все как всегда. Приключения, и ничего кроме приключений.

Вайт очнулся в полутемной комнате, единственным источником света в которой являлись лишь пара темно-оранжевых лучиков, которые проникали в помещение лишь благодаря дыркам в досках, которыми были заколочены все окна. Поднявшись с пола, единорог осмотрел комнату. Судя по выцветшим и драным обоям на стене, а также по разбросанным игрушкам, которые также пострадали от времени, это была детская комната. Толстый слой пыли покрывал пол и разбросанные повсюду игрушки. Единственным выходом из комнаты была дверь, из-за которой струились темно-оранжевые лучи света. Не долго думая, Вайт кинулся к двери и с разгона навалился на нее. Прогнившие от старости доски были сокрушены в пух и прах, в результате чего он просто вывалился на улицу. На одну из улиц Понивилля, которая была пуста, как Сахара. На улицах города не было ни души. Обегая раз за разом все углы и перекрестки своего небольшого города, Вайт надеялся найти хоть одну живую душу, но каждый раз терпел поражение. Город стал призраком. Только теперь Вайт обратил внимание на то, что домам здесь уже не один десяток лет. А может быть, даже не одна сотня. Картину абсолютного запустения дополняло оранжевое солнце, которое не дарило ни капли тепла. Вайт опустил голову. Вся земля под его ногами обратилась в красный песок. Или она давно такой была?

И только теперь он заметил, что был облачен в костюм химзащиты. И лишь один вопрос беспокоил его: что случилось?

— Вайт! — послышался оклик. Единорог обернулся и увидел Фастер, одетую в пылевую маску и темные очки. — Вайт, проснись! — требовала кобылка. Потом жеребец почувствовал сильный удар, и сон слетел.

Перед его кроватью стояла сестра и трясла его за плечо.

— Ты чего?

— Не спится, — ответила она, потирая глаз.

— Чего так? — поинтересовался единорог, пододвигаясь на кровати. — Ложись рядом, может, удастся уснуть.

— Кошмары, — ответила сестра, садясь на край. — Несколько дней снится один и тот же сон, повторяясь до мелочей: красное солнце, песок кругом, в Понивилле ни души…

— И Кантерлот на горе стоит без водопадов? — закончил белорогий, чувствуя, что его начинает трясти.

— Откуда ты знаааааа...еешь? — спросила пегаска, зевая шире дверного проема.

— Я вижу тоже самое, — признался он. — И от того, что не знаю как быть, не нахожу места. Мои последние тренировки с Вордом не принесли мне желаемого. Я все еще ощущаю, что бессилен перед неведомым.

— Не доведет тебя это до добра.

— Как знать, Фастер, как знать. — Со стороны пегаски послышалось легкое посапывание.

Убедившись, что сестра крепко спит, Вайт осторожно поднял ее магией и перенес обратно к ней. Утро выдалось не самым лучшим — выспался единорог плоховато. Пока сестра, бодрая, словно десяток земнопони в воскресный день, носилась по дому, Вайт, будучи в полусонном состоянии, путая раковину и ванную, в попытке выяснить разницу свалился в последнюю и едва не уснул, как над ним нависло розовое лицо.

— Приииииветик! — пропело оно знакомым голосом. — Спешила я сюда, чтобы поздравить тебя с новым днеееееем!

— Пинки! — наконец понял единорог, проморгавшись и прогнав сонливость. И, словно получив веслом по крупу, он вылез оттуда.

— Конечно, это я, глупенький! — ответила она, поцеловав его.

Обстоятельства сна были немедленно забыты. Земнопони тут же ускакала прочь.

— Дом не разнесите! — крикнул Вайт, слыша, как усилился шум на кухне.

— Поспеши, братик! — крикнула Фастер через несколько минут. — Завтрак на столе, ждем тебя.

— Шампунь для волос кончился, — посетовал жеребец, садясь за стол. Сорвавшись с места, словно пуля, сестра уже через пару мгновений вернулась. — Да, да, тот самый — с базиликом и кондиционером. — Пегаска дырявила брата взглядом, как снайпер — свою цель. — Я все понял, — стал оправдываться тот. — Сегодня…

— Обязательно! — потребовала пернатая кобылка.

— Хорошо, после того, как поем, — ответил он, и получил одобрительный взгляд.

В дверь постучали.

— Входите! — крикнули все трое синхронно.

Створка отворилась, и на пороге стоял, слегка ошеломленный дружным приглашением, Спайк.

— Завтракать будешь? — предложил единорог, указывая на свободный стул.

— Нет, спасибо! — ответил чешуйчатый, не заходя в дом. — Я ел у Твайлайт.

— И что сегодня новенького? — спросил белорогий.

— Лайт ждет тебя в старом амбаре на Яблочных Акрах через час, — отчеканил дракончик и засеменил прочь.

— Тогда до встречи. Только сперва, — сказал он, повернувшись (тут Фастер показала ему язык), — схожу на рынок.

— А я тогда приведу свою машину для выпечки в порядок для сегодняшней вечеринки, — заявила розовая земнопони и тут же исчезла с глаз, словно мимолетное видение.


Огромная мастерская, заполненная различными хитроумными приспособлениями, начиная от обычной отвертки и заканчивая магическими семикондукторами; несколько столов, что были завалены различными чертежами и деталями, под которыми скопилась уже приличная куча неудачных чертежей, что были безжалостно смяты и отвергнуты своим создателем; и, наконец, мастерскую гениального изобретателя венчала огромная установка, которая, по задумке, должна была создавать временные разломы в пространстве и времени для установления стабильного туннеля. Проще говоря — окно из точки А в точку Б.

— Итак, мистер технический гений, — ляпнул Вайт, едва явившись в точку рандеву, — чем собираешься угробить Эквестрию сегодня?

— Так говорить слишком опрометчиво, — заявил Лайт, глядя на визитера, — но, все равно, большое спасибо, что зашел.

— Больше никого не будет? — спросил темный пони, проходя в центр мастерской, попутно осматривая установку.

— Нет, нет, никого более. Твайлайт я решил не беспокоить, поскольку ее помощь в данном проекте закончена.

— А она похожа на Ключ Твайлайт.

— Вайт, — чернорогий снял темные лабораторные очки, повесив на один из рычагов контрольного пульта, — ты опять склоняешься к тому, что существуют параллельные реальности?

— А как же, и существуют, и живут своей жизнью. — Вайт ходил кругами, стараясь осмотреть творение.

— Без доказательств для меня это миф, не более. — Белый пони нервно теребил кнопку.

— Давай тогда опустим этот ненужный спор и приступим к делу. Зачем звал?

— Это не столь нетактично, сколь грубо, — Максел вновь одел очки, — хотя отражает суть. Я звал тебя лишь потому, что только ты согласишься испытать мой портал.

— Спасибо за доверие, но почему я?

— У тебя характер авантюриста.

— Это тебе моя сестра рассказала?

— Она здесь ни при чем. У меня и без нее хватало времени обсудить все происшествия с Твайлайт, случившиеся за последнее время.

— Ты бы почаще выглядывал из своей берлоги, — темный пони наконец поравнялся с отцом изобретения, — и у тебя бы завелись иные мысли. Ты же неисправимый домосед.

— Я изобретатель, — белый пони расстроенно вздохнул, — и мне, чтобы содержать свои мысли в чистоте, приходится уединяться.

— Тогда давай посмотрим, чего ты достиг, раз уж я здесь.

— Надевай, — чернорогий указал на вторую пару очков.

Дождавшись, пока Вайт исполнит просьбу, Лайт потянул на себя рычаг контроля мощности. Медленно набирая силу, загудели дополнительные контуры портала, накапливая заряд. Спустя несколько секунд послышался электрический треск и гудение. В центре портала повис небольшой энергетический шарик.

— Не густо, — сказал темный пони, глядя на иллюминацию.

— Это еще не все, — ответил Максел. — Всего лишь небольшое возмущение.

— А когда будет самое интересное?

— Прямо сейчас. — Белый пони дыхнул на Малого Спарки и, потерев о шерстку, вставил в зажим.

Основной контур сразу принял на себя часть заряда от кристалла, о чем свидетельствовало сильное гудение оного. По мере наращивания мощности шарик увеличивался, пока не стал размером со всю активную зону установки, на которой могло уместится несколько пони.

— Я отключу накопители, чтобы питание полностью шло от Спарки.

— Зачем такие сложности?

— В прошлый раз это привело к непредсказуемому выбросу и сам знаешь к чему.

— Хорошо, хорошо, ученая голова. Тебе видней.

— Ладно, видишь сферу? Тебе нужно просто пройти через нее и, прошу тебя, не задерживайся внутри нее. Это вытянет энергию из установки, и ты застрянешь в искусственно созданной области пространства.

— Хочешь знать, что я из этого понял? Ничего!

— Хорошо, попробую объяснить проще. Будешь долго стоять внутри сферы — откинешь копыта. Теперь все понятно?

— Более чем.

— Тогда вперед.

Вайт аккуратно подошел к полупрозрачной сфере. Внешне она была похожа на кристально чистую воду, покрытой рябью от дуновения ветра. Сквозь нее можно было видеть часть Мэйнхеттена.

— Статуя свободы, — ответил Лайт на молчаливый жест копытом белорогого. — Мне было проще всего задать именно эти координаты, так как я хорошо знал ее положение. Только поспеши. Примерно через десять минут портал пропадет, и тебе придется добираться обратно другим способом.

— Ну, — выдохнул Хорн, — поехали.

Наконец, набравшись достаточно смелости, Вайт шагнул внутрь. Оказавшись во чреве вселенной, он ощутил довольно странное, ни с чем не сравнимое чувство. Что-то совершенно новое, что его мозг был даже не в состоянии воспринять в полной мере. Будто являешься всем и ничем одновременно. Однако, вовремя вспомнив напутствие своего друга, он сделал еще один шаг. Как будто вынырнув из-под воды, он вышел из портала и оказался прямо за статуей Свободы. Бесконечная водная гладь простиралась перед ним, а палящее летнее солнце стремилось к зениту. Впрочем, любоваться картиной единорог не стал из-за того самого светила. Пробыв здесь всего несколько десятков секунд он уже чувствовал, как начинает потихоньку покрываться потом, поэтому, больше не задерживаясь ни на секунду, он прыгнул обратно в сферу, из которой так же стремительно выпрыгнул обратно в мастерскую. Лайт отбросил рычаг и сфера, свернувшись в точку, исчезла.

— Ты открыл самый дешевый способ путешествия.

— Склонен с тобой не согласиться. Одни только детали на заказ стоили немало. Да и к тому же кристалл питания добыть сложно. Со временем это себя оправдает, надеюсь, а пока можно отметить это событие, — сказал он, извлекая Спарки из агрегата.

— Тебе несказанно везет. Пинки как раз собиралась готовить вечеринку.

— Пусть будет так. Я пока пойду к Твайлайт. Надо написать письмо Селестии.

— Я составлю тебе компанию.

Изобретатель кивнул в ответ, отключил питание, и, прихватив какую-то тетрадку со стола, вместе с темным жеребцом покинул мастерскую.


— Вайт, — окликнул голос темного пони. Белорогий осмотрелся — его звал хозяин магазина "Перья и диваны".

— Да, мистер Софт.

— Мне скоро привезут мебель, поможешь с разгрузкой?

— Непременно, мистер Софт. Лайт, — белый пони, что стоял рядом с задумчивым видом, обратил на него внимание. — Если меня будет искать сестра, скажешь ей, что я задержусь.

— Разумеется, — сказал Максел, продолжив что-то бормотать себе под нос.

Через полчаса, закончив с разгрузкой, Хорн возвращался домой. Достав из карманного измерения мешочек с монетами, он заботливо положил туда заработанные серебряники и отправил накопления обратно. Дома его застала тишина. На стенке, рядом с дверью, висел рисунок, пришпиленный кнопкой, судя по всему, старательно нарисованный жеребенком — немного неровные линии и дразнящаяся рожица пони. Пожав плечами он прошел мимо, не обращая внимания на жеребят, засевших на втором этаже, смотрящих со своеобразного балкона за всеми его действиями.

— Эй! — послышался крик. — Ты все испортил. — Слетевшая вниз пегаска быстро поравнялась с ним. — Неужели тебе не хотелось сорвать его со стены и швырнуть в угол, братик?

— Совершенно, — ответил единорог, поднимаясь к себе в комнату. — А что это за рисунок? — спросил он, останавливаясь на пороге, но сестра проигнорировала его. Мимо, присоединившись к Фастер, пробежали остальные Метконосцы. Обернувшись, он поймал краем уха разговор и ответ на вопрос.

— Поскольку лист гнева не сработал, — комментировала желтая крылатая кобылка, — нам придется придумать другой путь для получения кьютимарок.

— Она вырастет не таким сухарем как я, — пробурчал под нос Вайт, заходя внутрь. — И тот, кого она выберет, не станет валять глупости.

Жеребец присел на кровать и посмотрел в окно. За ним было летнее солнце, клонившееся потихоньку к линии горизонта; спеша по своим делам, туда и сюда ходили пони. До вечеринки оставалось несколько часов. Вайт лег на кровать и закрыл глаза. В памяти всплыл самый первый день приезда в Понивилль: полустанок, на котором он встретил первого пони своей взрослой жизни; мэр, выписывающая ему купчую, и розовая пони, с первого взгляда лишившая его холостяцкой жизни. Тут невидимый художник сорвал полотно, и картина сменилась: многоэтажные небоскребы заросшие плющом, небо подернутое фиолетовыми облаками. Из облака на землю упала черная капля и превратилась в Фастер. Подойдя ближе, фигура улыбнулась частоколом клыков. Единорог резко поднялся на кровати. Рядом стояла испуганная сестра.

— Что случилось?

— Напугал. Я тебя хотела разбудить. Только подошла, а ты как подскочишь.

— А разве я спал?

— Да, уже третий час подряд храпишь.

— Думал, что прилег на минутку.

— Неважно, — бросила пегаска. — Торопись. Вечеринка начинается через час на Яблочных Акрах. Почти все, кто получил приглашения от Пинки, отказались, но Твайлайт с подругами уже там.

— Тогда что я здесь валяюсь? Небольшой марафет и поспешим.

— Давай, — ответила кобылка. — Я тебя жду внизу.


В старом амбаре, несмотря на то, что пришедших по приглашению было мало, места не хватало. Все пони разбились на кучки и, разойдясь, играли во все, до чего может дотянуться копыто, а именно в то, что по обыкновению состряпала Пинки. Фастер сразу же примкнула к группе метконосцев, а Вайт настолько замечтался, глядя на пышность празднества, что проморгал подошедшего к нему пони с повязкой на глазах.

— Ой! — крикнул Хорн от того, что ему в круп впилась игла. — Осторожнее, — добавил он играющему, когда тот снял повязку.

— Простите, сэр, — произнес жеребенок-земнопони, глядя на охающую жертву.

— Все нормально, — успокоил его пострадавший. — Жить буду.

Обрадовавшись, что отделался легко, малыш ускакал дальше за очередной порцией настроения. Розовая кобылка мелькала то тут, то там, постоянно подкручивая градус веселья. Вайт старался успеть за женой, но вскоре отказался от затеи, ибо предугадать куда ее понесет в очередной раз было невозможно. Решив не тратить силы понапрасну, он подошел к столику с выпечкой. Чего тут только не было — яблоки во фритюре, яблочный соус, пироги с яблоками, в общем все то, что могло предоставить только одно семейство в городе. Беря свою любимую еду, — кусок яблочного пирога — он косился на торт, что стоял подле. Три аккуратных коржа с точностью до миллиметра, поставленных друг на друга, увенчивались огромной розочкой во всю ширь последнего этажа.

— Готов спорить, что это чудо сделала Она, — говорил белорогий, бурча себе под нос и откусывая кусок.

К столу, сменяя друг друга, подходили пони и каждый брал то, что ему нравилось. Вайт решил не светиться и поискал глазами Лайта. Ученая голова, как и думал Хорн, стоял рядом с Твайлайт и компанией, и о чем-то болтал с библиотекаршей.

— … и вот тогда я и решил сделать координатную сетку на... — поймал отрывок разговора малинововолосый, подойдя ближе, успев к тому времени съесть угощение.

— Привет Лайт и всей компании, — сказал он, поздоровавшись.

Кобылки помахали в ответ.

— Опять забиваешь дамам голову научным бредом?

Максел от неожиданного наскока не знал, что ответить, Твайлайт прожигала взглядом наглеца, Рэйнбоу хихикнула, Флаттершай закрылась в собственную гриву. Тут подскочила Пинки, чмокнула мужа. Вайт тут же забыл, о чем хотел спросить, “нырнув” в гриву розовой пони, и обстановка разрядилась. ЭплДжэк помолилась принцессам, надвинув шляпу, Рэрити отошла к столику с пуншем. Вечеринка продолжалась по плану. Решив, что уровень радости достигнут, Хорн поискал сестру. Метконосцы сидели с десяти шагах от входа и о чем то горячо спорили. Жеребец решил подойти поближе и прислушался.

— С твоим братом все всегда не работает, — сокрушалась ЭплБлум.

— Я не виновата, — оправдывалась Фастер. — Братьев не выбирают. Какой достался, такой есть.

— Хватит спорить! — вмешалась Скуталу. — Предлагаю попробовать получить метки лесорубов.

— Не выйдет, — Винг ковыряла копытом пол. — Топоры нам никто не даст, а если меня с этим заметит брат, то... — Тут пегаска обернулась и увидела, что Вайт их внимательно слушает. — Подслушиваешь? — грозно спросила она у единорога.

Белорогий решил сделать вид, что он не причем, и отошел к столику с едой, приметив для себя красное яблоко. Удерживая плод телекинезом, он потихоньку жевал кусок за куском. Послышался отчетливый щелчок. Жеребец обернулся и посмотрел вокруг. Никто из присутствующих не обращал на него внимания. Пони осмотрел фрукт — с ним все было в порядке. Плод был идеален, насколько это было возможно стараниями Эплов. Один из жеребят подошел к столу и, взяв яблоко, сказал невзначай:

— Здорово. Пинки испекла торт с сюрпризом, с дыркой.

Вайт наконец посмотрел на старания копыт жены — в выпечке зияло круглое отверстие. Решив, что это чья-то неудачная шутка, Хорн продолжил жевать яблоко. Через несколько секунд его охватило знакомое неприятное чувство — словно он без шарфа стоял на многоградусном морозе. Поискав глазами источник, он понял, что все проблемы идут от дырки. Тогда он решил посмотреть на нее “по-другому” и обомлел — отверстие, словно поглощало весь падающий на него свет, отчетливо выделяясь на фоне ауры торта. Дожевав еду по безотходной технологии, жеребец, знаками позвал Лайта, указал на причину беспокойства. Максел думал недолго.

— Надо уводить отсюда всех, — сказал изобретатель. — Если этот разрыв станет больше... — тут снова послышался щелчок, и отверстие стало больше. Кусочки крема стали проваливаться внутрь. — Делай что угодно, но пусть гости покинут здание как можно быстрее.

— А ты что будешь делать? — спросил драконоглазый.

— Честно… понятия не имею! По крайней мере пока что...

— Но ты избавишься от проблемы? — спросил белорогий.

— Именно! — подытожил Лайт.

Хорн не терял времени даром и сразу подошел к Твайлайт. Флатершай, заслышав причину, попыталась улететь, но была поймана Рэйнбоу за ногу. Недолго посовещавшись с подругами, волшебница кивнула утвердительно жеребцу. Пинки тут же во весь голос объявила о том, что будут запускаться фейерверки. Недолго думая, все пони вышли наружу, оставив двух единорогов наедине с вопросом.

Вечер над Понивиллем сегодня выдался теплый и тихий. Солнце догорало золотистым светом, уступая место луне и звездопаду, что решила организовать принцесса ночи. А звездопад был прекрасен: подобно водопаду, он спускался с небес, брызгами разбиваясь о облака. Однако с орбиты открывался совсем другой вид…

— Бах! В яблочко! — восторженно кричала лунная принцесса, словно кобылка, которой подарили новое платье на её семилетие, разнося из турели очередной астероид. Полковник Гаррет уже более часа был вынужден слушать её радостные возгласы, затыкая уши копытами и, честно говоря, ему это не нравилось. А ведь все началось с того, что принцессе на глаза “случайно” попался отчет о полной небоеготовности защитных систем базы, а когда полковник попытался опровергнуть все написанное в Дискорд пойми откуда взявшейся бумаге, то Луна сама захотела убедится в обратном.

— Один час и тринадцать минут. Ради всего святого, принцесса, прекратите расстреливать метеориты. Иначе такими темпами турели действительно выйдут из строя...

— Погоди...Ба-бах! — Очередной метеорит разлетелся вдребезги. — Гаррет, а ведь у нас была еще и тяжела АА-турель, быть может…

— Ни за что! — воскликнул тот, однако, вспомнив с кем разговаривает, сразу поправился. — При всем уважение к вам, Ваше Высочество, я не позволю больше растрачивать ресурсы базы на такую ерунду. Майор Марксман, отключите питание.

— Есть! — отозвался тот, и после нескольких щелчков послышался гул систем энергоснабжения.

— Пожалуй, действительно перебор вышел, — сказала Луна, вылезая из-за пульта наведения. — Но с АА-турели я все равно постреляю... потом...

— Святая Селестия! — прошептал полковник, осознавая, что начнется, когда она доберется до более мощной игрушки. Нет, разрушать метеориты и астероиды можно и нужно, но каждый раз терпеть радостные крики Ее Высочества для него уже было слишком. Иногда он даже задумывался — кто из них старше, и каждый раз из его уст вырывался сдавленный смешок. Уж слишком по-детски иногда вела себя принцесса, и это при том, что ей больше тысячи лет.

— Вы что-то сказали? — переспросила она.

— Да так... мысли в слух.

— Ладно, я пойду в свои покои, если что-то случится, то...

— Внимание! Обнаружено возмущение энергетических полей, — сказал невозмутимым металлическим голосом компьютер базы. — Сектор 03.12.123.5.

Пару секунд все просто стояли как вкопанные, глядя друг на друга.

— Что там такое? — спросил Гаррет, в то время как принцесса стояла на пороге командного центра. Помедлив еще секунду, она развернулась, и подошла к полковнику.

— Похоже, пространственная аномалия, — рапортовал один из научных офицеров, продолжая проводить манипуляции копытом с голо-дисплеями — А источник… где-то… здесь! — на большом экране предстала карта Эквестрии во всех своих деталях. Красный кружок мигал под надписью “Понивилль”.

— Позовите Твилу, а еще подготовьте пару челноков со спецназом и командой инженеров, — твердым голосом отдала приказ Луна. Теперь Гаррет вновь чувствовал себя в своей тарелке, потому что к такой принцессе он привык куда больше, чем к маленькой заигравшейся девчонке.

— Получаем результаты сканирования, — начал Марксман.

— Есть! — вновь подал голос научный офицер. — Это червоточина, крайне нестабильная. Так же излучает какую-то энергию, определить не удалось, и радиацию. И, кажется, она увеличивается…

— Еще одни плохие новости — уровень радиации растет и довольно быстро. Уже 0.21 мЗв/ч.

— Дело дрянь, — рассудила вслух принцесса. — Высылайте челноки, пусть оцепят там все и закроют щитами. Недолго думая Гаррет нажал что-то на голо-дисплее:

— Летун 3 и Летун 5, вылет разрешаю, информацию касательно миссии вы уже получили.

— Это Летун 3, принято.

— Это Летун 5, вас понял.

Тут в командный центр влетела Твила, удерживая телекинезом охапку приборов. Одета она была так, как будто на войну собралась: в защитный костюм с генератором щита, для полноты картины не хватало лишь пулемета на плече.

Луна поняла, в чем дело, и уже хотела возразить, но была перебита фестралкой:

— Я уже все знаю, и нет, отсюда я ничего сделать не смогу. Мне нужно попасть туда, к червоточине, и мне понадобится весь мой набор барабашек.

— Отдельный челнок Мы вам предоставим, — заявила ночная принцеса в своей манере.

— Сэр, — сказал Марксман. — Получены новые данные. Рядом с аномалией обнаружены сигналы живых существ. Их двое, — продолжил майор.

— Я даже знаю, кто, — влезла Твила. — Но мне понадобится всего один. К тому же, если им сейчас не помочь, то в течении часа их можно будет подать вместо пирогов.

— Пироги с понятиной — это очень вкусное, но дорогое удовольствие, — сказала Луна.

— А один из пирожков — очень дорогая и любимая игрушка вашей сестры, — прокомментировала нагловатая кобылка. По командному центру раздались сдавленные смешки.

— Лайт Максел? — переспросила царствующая особа.

— Именно! А второй, — добавила она, ковыряя накопытный коммуникатор, — Вайт Хорн.

Гаррет сразу же стал похож на копию Найтмер Мун.

— Немедленно вылетайте! — крикнули оба сразу.

Дождавшись, когда Луна уйдет, Гаррет остановил Твилу и чуть слышно добавил:

— Возьми дополнительные защитные костюмы. — Кобылка согласно кивнула, усмехнувшись краешком рта.


— Лайт, ты долго будешь возиться? — кричал белорогий, смотря на возню отца проекта. — Она уже полторта сожрала, а я его до сих пор не попробовал.

— Почему в такие минуты тебя волнует только еда? — спросил Лайт.

— Причем тут это? — возразил темный жеребец. — Вечеринка испорчена. Мне не по себе от этой штуки.

— На твоем месте я бы не паниковал и не спешил, — осадил его изобретатель. — Координатор лихорадит во всю, маркер на текущее положение не ставится, словно его что-то отбрасывает. Если ошибусь, то нас забросит неизвестно куда.

— Что это? — спросил Вайт, когда почувствовал, что земля едва заметно вздрогнула.

— Это точно не мой портал и не разлом. Я ничего не делал, — прокомментировал чернорогий. — Это где-то снаружи.

— Я посмотрю, — сказал Хорн и направился к дверям.

Извне послышался топот, и раздался грубоватый голос:

— Развернуть шит, окружить здание, гражданских не подпускать.

Вайт приоткрыл дверь и выглянул наружу. Вокруг амбара суетились пони в тускло-серой броне с легким металлическим отблеском. Один из них, заметив выглядывающего, подошел в плотную.

— Немедленно покиньте это место! — потребовал он.

— А если нет? — сказал белорогий, презрительно фыркнув.

— Тогда мы применим силу.

— Попробуй! — жестко ответил темный пони.

— Эй, жеребятки! — послышался голос. Еще один из прибывших подошел ближе и нажал копытом на датчик под собственным шлемом. Тот сложился, явив лицо хитро улыбающейся кобылки. — Хватит ссориться, — ответила она и, обратившись к гвардейцу, добавила: — Он мой ассистент.

— Есть! — отрапортовал солдат и тут же ускакал прочь.

— Твила! — удивился единорог, увидев знакомое лицо. — Какого сена ты тут делаешь? Что вообще тут творится?

— Надевай, — коротко потребовала она, протягивая серую коробку, пару секунд назад достав ее из седельных сумок.

— Я похож на идиота? — спросил тот.

Клыкастая ничего не ответила и нагло водрузила ее жеребцу на спину.

— Ты что делаешь? — спросил он, пытаясь стряхнуть ношу.

— Будешь дергаться — укушу, — пригрозила нахалка, облизывая клыки, и трижды быстро постучала по верхушке.

Послышался короткий шипящий звук, и, “обтекая”, словно вода, на единорога наделась такая же броня, какая была на кобылке. Сделав приглашающий жест головой, Твила прошла внутрь амбара и, не дожидаясь, что ей разрешат, так же нагло обошлась и с другим жеребцом.

— Для вашего же блага, — пояснила она, видя как Вайт крутится на месте, осматривая себя. Лайт же сидел на крупе, ощупывая голову, и что-то мычал из-под шлема. — Упс! — сказала серошкурая и, подойдя к мучающемуся пони, нажала копытом под подбородком.

— В это штуке невозможно разговаривать! — выдохнув с облегчением, сказал он, но тут взгляд упал на серую кобылку. — Вайт, — обратился он к темному пони, — кто это?

— Ах да, — опомнился белорогий, — в этом виде ты ее не видел. Прошу любить и жаловать — мисс конгениальность, Твила.

Услышав подобную лесть, фестралка слегка зарделась, о чем говорили ее рыскающие глаза.

— Бесподобная красота! — капнул масла в огонь Лайт. Хорн же про себя хихикал, смотря, как по ее ауре все сильнее бегают оттенки оранжевого смущения. — Моя жена была из вашего племени.

— Прекратите! — просила остроухая, переминаясь с ноги на ногу. — Вы меня в краску вгоняете. Лучше скажите, чего удалось добиться?

— Раз дама просит, то у меня есть хорошие новости.

— Твои новости — это? — спросила клыкастая, показывая на аномалию.

— Это! — возразил Лайт, постукивая копытом по кожуху своего детища. — Я убрал маркер отбытия и решил, что им будет этот разлом. Пусть он создаст точку привязки к текущему положению.

— Это опасно, — возразила Твила. — Такие искажения нестабильны. Если что-то пойдет не так, то нас может распылить на атомы.

— Придется рискнуть, — ответил изобретатель. Вайт перестал сражаться с самим собой и подошел ближе. — Я подключил накопители для подпитки.

— Возражаю! — сказала клыкастая. — Любой импульс рядом, и мы запеканка для мантикор.

— Выбора нет, — сказал Максел, постепенно накручивая регулятор мощности.

— Интересно, что это такое? — спросил Хорн у кобылки, дотрагиваясь до кнопки на накопытнике.

— Не трогай! — едва успела крикнуть она, как от костюма отделилась волна.

Портал сыпанул искрами из контрольного устройства, разрыв дернулся, и всю троицу накрыл раскрывающийся, словно докторский саквояж, белый купол. В тот же миг пони исчезли с лица Эквестрии, оставив после себя кусок земли, идеально ровно вырезанный по кругу.


Передать, какими словами ругалась кобылка, было невозможно, поскольку это были весьма непечатные выражения, самым “мягким” из которых было "птенец желторотый".

— Придурок, — ругалась Твила, тряся Вайта, словно грушу. — Если бы в Эквестрии проводился конкурс идиотов, то ты бы занял первое место.

— А ты бы сидела в жюри? — резко ответил он, стряхивая с себя копыта нахалки.

— Почему мадам ругается, как сталионградский земнопони? — спросил Лайт, беря отвертку и гаечный ключ из перевязи, что висела на кожухе контрольного устройства, и заползая на спине внутрь, попутно подсвечивая себе рогом.

— А как иначе? — возмущалась кобылка. — Его отец такой же тупой и твердолобый. Ой, проговорилась, — заметила остроухая и поймала на себе взгляд белорогого.

Вайт зашипел, словно проколотая шина, и загорелся, но тут же запрыгал на одном месте, словно отбивался от стаи пчел — костюм, среагировав на высокую температуру, включил систему охлаждения.

— Получил? — ехидничала серошкурая.

Темный пони наконец взял верх над чувствами и, дождавшись пока броня перестанет его тушить, подошел ближе к клыкастой.

— Ты что-то знаешь о нем? — говорил он, едва сдерживая очередной порыв магии.

— Конечно же, сладкий мой, — Твила мысленно накручивала цену вопроса. — Я расскажу тебе, но не за бесплатно.

— Я знаю, чего ты хочешь, — сказал Хорн, доставая кристалл из личного хранилища. — Но условия ставлю я.

— Дерзкий! — не сдавалась фестралка.

— С кем поведешься, — парировал жеребец. — Так вот, тайну за тайну, или разговора не будет.

— Я подумаю, — ответила наглая морда, делая вид, что ее больше заботит собственная прическа.

В этот момент отец изобретения на несколько секунд вынырнул из недр машины послушать разговор.

— Вместо пререканий лучше бы осмотрелись, где мы.

— Хорошая мысль, — согласился темный пони, ловя на себе гневный взгляд кобылки и “испаряя” драгоценность.

Сгустившаяся темнота мешала видеть окрестность, но это нисколько не смущало двух пони. Их глаза, быстро приспосабливаясь к условиям пониженного освещения, видели серое убранство помещения, куда их забросил случай, и тонкие лучики света, пробивавшиеся сквозь крышу.

— Похоже, мы в каком-то подвале, — предположил Вайт, косясь на кобылку.

— Тогда выйдем наружу и осмотримся, — предложила Твила, показывая язык в ответ, и, не дожидаясь разрешения, принялась осматривать точку прибытия.
“Вот ведь жухлое сено! И ведь знала, куда ударить! Почему все кобылки так беспощадно играют на чувствах?”
— Нашла! — крикнула она через несколько секунд, толкая копытом дверь, которая тут же рассыпалась на куски.

Подвал залил дневной свет. Хорн прикрыл глаза, и, когда открыл их через несколько секунд, увидел место, где они оказались. Помещение представляло собой то, что когда-то было деревянным погребом. Отсыревшие от времени доски слегка светились из-за поразившего их гниения.

— Ступеньки вроде еще держат, — сказала фестралка, осторожно наступая.

— Зачем тебе так рисковать, — сказал темный единорог, — если имеешь столь прекрасный инструмент как рог?

Сверкнув оным, он ту же оказался наверху, смотря, как осторожно Твила наступает то на одну, то на другую ступень.

— Что ты за единорог, если не можешь так же?

— Хватит издеваться, — возмущалась остроухая, продолжая подъем. — Я ведь тебе не сказала всего.

Вайт подал копыто, помогая подняться на последнюю ступеньку.

— Как ты справедливо заметил, как единорог я никуда не гожусь. Телекинез — это все, что я могу. Максимум еще одно заклинание.

— Да неужели? — удивился жеребец.

— Хорошо, твоя взяла, — ответила она, становясь рядом. — Тайну за тайну. Когда-то давно Ее Высочество решила завести себе личную гвардию, как и ее сестра. Первые пробы по выведению пони в пробирке прошли идеально, в связи с чем подобный способ решили форсировать. В одном из многочисленных чанах, где выводились все фестралы, ждали еще одного. Природа распорядилась так, что вместо крылато-клыкастого пони появилась я. Когда наши ученые поняли, что я “бракованный материал”, то хотели избавится от зародыша, но помешала Луна.

— Ее Высочество Луна, — поправил ее Хорн.

— Да хватит тебе придираться, — обиделась кобылка, жеребец понял, что поспешил. — В общем, я не самый удачный экземпляр. Если бы не Ее Высочество, я бы сейчас не разговаривала с тобой.

— Какая слезливая история, я аж расплакался, — съязвил единорог. Клыкастая в ответ на реплику на мгновение обнажила клыки. — Интересно, что же в тебе нашла принцесса?

— Ничего она не находила, тупица. Она нас любит как своих детей. Ты же не выкинешь своего ребенка?

Вайт стушевался — своих жеребят у него пока не было.

— Так вот. Пока я росла, Луна, в свободное от обязанностей время, играла со мной и увидела во мне большой потенциал. Ну и, как следствие, у меня со временем появились совсем не детские игрушки. Такие, как этот сканер, — Твила кивнула на кармашек на костюме, — эта броня.

— Теперь мой ход, — ответил темный жеребец, являя предмет вожделения фестралки. — Когда-то давно существовала древняя раса, которая жила бы себе и жила, если бы на них не напал враг. Единственному представителю из которой удалось спастись у нас в Эквестрии. Но ему не повезло — он прибыл в темные времена для нашей страны. Тогда у руля был Дискорд. Когда сестры разобрались с проблемой, то занялись в плотную изучением чуда. Принцессы обрадовались тому, какой подарок явили небеса, поняв, что попавшее к ним в копыта опережает все известные технологии на века. По сути они воспользовались ситуацией. Но, судя по всему, что-то очень важное пришелец утаил от них. — Пони кивнул на кристалл. — Те игрушки, что ты имеешь, все идет отсюда. Пока я не разберусь, что к чему, этой штуки тебе не видать. Не обессудь. — Твила облизнула клык, напрягая ум. — Интересно одно, почему Ее Высочество Луна не стала скрывать твое происхождение?

Фестралка усмехнулась.

— Как я говорила ранее — она любила своих детей. Согласись, — продолжила дерзкая пони, — неважно, как ты появился на свет, важно то, как ты распорядился этим даром.

— Закончили ворковать, голубки? — спросил Лайт, появляясь во вспышке.

— Кто бы говорил! — возразила остроухая.

— И так, — начал изобретатель, не спрашивая разрешения. — У меня четыре новости — две плохих и две хороших.

— Начни с плохих, — предложил Вайт.

— Хорошо, вот вам первое — координатор накрылся. Так что если мы захотим прыгать куда-либо, то будем делать это вслепую. Точку прибытия сейчас не выбрать. Второе — Мини-Спарки разряжен, и на самовосстановление уйдет где-то неделя.

— А хорошие? — спросила серошкурая.

— Первое — накопителей нет, от них остались лишь обрезанные кабели. Об этом можете не беспокоиться, данная часть сейчас не важна. Второе — все остальное целое. Хоть сейчас с корабля на бал, — ответил Максел, и добавил, окинув взглядом место, где они стояли: — Куда нас занесло?

Тут вся троица заметила, что находились они в тени старого деревянного амбара, сквозь прогнившие стены которого пробивались солнечные лучи.

— Святая запятая! — воскликнул изобретатель, обойдя поврежденное временем строение. Все остальные следовали за ним по пятам.

Всюду, куда дотягивался взгляд, виднелась одна картина — многоэтажные дома, по самую крышу покрытые обвивавшим их плющом.

— Посмотрим поближе? — предложил Лайт.

— Нет возражений, — согласилась Твила.

— Я бы все-таки поостерегся, — добавил Вайт, кивнув в сторону ветхого амбара. — Тут ведь когда-то кто-то жил. И этот кто-то сейчас не дома.

— А я бы не беспокоилась, — возразила фестралка, доставая сканер. — Насоли мы кому либо своим появлением, то уже знали бы об этом. Эге-ге-гей! — крикнула она что есть мочи. Крик пронесся над землей и потонул вдали. В ответ доносились лишь завывания ветра. — Действительно, — согласилась остроухая, выкручивая датчик прибора на максимум чувствительности, — в радиусе трехсот метров никого живого кроме нас.

— Твоя правда, — согласился темный пони. — Дома нет никого. Но почему сейчас день, а не ночь?

— Потому что мы совершили путешествие во времени, — объяснил отец новой технологии. — Аномалия являлась по своей сути минисингулярностью, и подозреваю, что из-за нее мы сместились во времени суток.

— А попроще? — спросил белорогий. — Представь, что тут не все такие умные, как ты и Твила.

— Попроще, — Максел задумался, — разрыв в купе с порталом сработал как машина времени. И, судя по всему, мы в будущем.

— Откуда такая уверенность? — спросила клыкастая, возвращая прибор на место.

— А оттуда, уважаемая коллега, — слыша это, темный пони не сдержался и хихикнул, — что дом, рядом с которым мы стоим, гнилой сверху и донизу. Да и плющ, покрывающий все, что мы видим на горизонте, так разрастается не за один день. Впрочем, и сами строения возводятся не за одни сутки. Просто посмотрите на их количество и высоту. На все это нужно время.

— Хватит тратить буквы на неизвестные слова, — не выдержал Вайт. — Раз уж решились, то вперед. Итак, отряд, — начал он, перехватывая идею и инициативу, решительно прохаживаясь перед “строем”, — стоя на одном месте, проблему не решим. Поэтому у нас первоочередная задача — выжить, вторая — добыть пропитание, а там посмотрим, как выкрутимся.

— А вот этот настрой мне нравится! — заявила серошкурая. — Ты сын своего отца, вы оба не пасуете, когда начинает припекать круп.

— Поговорим об этом, когда выберемся, — подытожил черный жеребец. — Может, я сделаю тебе еще одну скидку.

— Как скажешь, капитан! — отрапортовала кобылка. — Веди!

— Лайт?

— Я с вами. Куда я денусь с этой лодки.

— Только сперва давай спрячем эту вещь, — предложил Хорн, указывая на кристалл, парящий в магическом поле изобретателя.

Тот протянул ему предмет. Держа на копыте батарейку, он закрыл на мгновение глаза и подбросил ее в воздух. Мини-Спарки исчез, словно его и не было.

— Интересно получается, — Максел задумался ненадолго. — Этот пространственно-временной карман существует вне зависимости от твоего положения в ткани континуума. Где бы ты не находился, он всегда с тобой.

— Мне это сделал один очень хороший друг, — сказал темный пони. — Правда, его мотивация к этому мне до сих пор кажется туманной. Впрочем, без друзей мы бы стоили еще меньше. А теперь, — скомандовал белорогий, — вперед к приключениям. Экспедицию "Грань времени" объявляю открытой.

— "Грань времени"? — переспросил изобретатель.

— Не обращай внимания, — сказала Твила. — Он мастер говорить такие речи.

Вайт пропустил колкость фестралки мимо ушей.


— Наденьте шлемы, придурки! — возмущалась Твила, смотря как беспечно вышагивают двое жеребцов. — Неизвестно чем мы дышим. Вдруг воздух отравлен?

— Почему-то последние полчаса это тебя не беспокоило, — заметил Вайт. — И вообще, я весьма терпимо отношусь к железкам.

Фестралка показала язык темному единорогу и нажала у себя под скулой. Шлем наделся с легким шуршанием. Спустя минуту она “вынырнула” из оков магических визоров.

— Хоть я и придерживаюсь собственных взглядов, — говорила клыкастая, нажимая на датчик — как и в первый раз, защита головы убралась с легким шуршанием, — но не могу не согласиться с тобой — нам нечего бояться. Содержание кислорода в норме, азота тоже, и вообще, тут все в порядке, кроме одного — где все жители?

— Отвечаю на первую часть вопроса, — подал голос Лайт. — Насчет воздуха все было ясно и без всяких магических приспособлений, — Хорн мысленно поблагодарил сестер за попутчика, — растения, что бурно разрослись повсюду, прекрасно справляются с очисткой. Скажу больше — в агрессивных средах они не росли бы. А вот что с последним пунктом, так тут у тебя небольшая накладка. Боюсь, что с этим вопросом ты опоздала весьма надолго.

Остроухая даже не нашла, что возразить. Когда всю жизнь живешь на Луне, то совсем забываешь о некоторых очевидных вещах.

— Обратите внимание на следующие вещи. Первое — прогнившие доски, которые никто не заменял давно, судя по их состоянию. Второе — растения-сорняки, что их много говорит о том, что этим давно никто не занимался. Если бы тут кто-то недавно жил, то следы хозяйственной деятельности были бы видны, но вместо этого запустение и ни одного признака присутствия живых. Вплоть до естественных отходов.

— Мы цивилизованные пони! — возразила кобылка.

— Не спорю, — согласился Максел. — Однако, считаю должным внести еще один пункт в программу нашего предприятия — найти себе жилье со всеми благами цивилизации.

— Я потерплю, — внес свою лепту в разговор Вайт. — В любом случае, туалет здесь до самого горизонта.

— Фи, — фыркнула фестралка. — Варвар!

— Сухомятка! — парировал темный пони.

— Укушу! — пригрозила серошкурая.

— Хватит вам пререкаться! — осадил их изобретатель. — К тому же, Вайт, не ты ли глава предприятия? Ты должен подавать пример, а не растрачивать свое положение на бесполезные споры.

— Ты прав, — согласился белорогий, — Чего-то меня занесло. Ведь клялся не спорить с кобылками. Хорошо, хорошо, устроим опрос. Кто что хочет предложить?

— Идей, как быть, у меня пока нет, — сказал Максел, — но есть кое-что другое.

— Выкладывай, — сказал Хорн, — что там у тебя?

— Мог бы просто помолчать и послушать, — упрекнула его кобылка.

— Я слушаю, — сказал драконоглазый, сдерживая порыв магии.

— Очень хорошо, что вы наконец пришли к единому мнению, — начал темнорогий. — Вот вам еще неподтвержденные факты. С тех пор, как мы здесь оказались, меня не покидает ощущение, что это место мне знакомо. Первое — деревья, что растут вокруг, посажены не как угодно, а в шахматном порядке. Второе — ближайшие здания, что мы видим, стоят вокруг какого-то... — тут под ногами говорившего что-то хрустнуло.

Поработав немного копытами, пони извлекли на свет полусгнившую доску.

— На ней что-то осталось, — заметил темный пони. — Сейчас прочту: Я..ло...н...е к..ры. "Ялоне кры". Странное название.

— Лунное затмение! — выругалась фестралка, нажимая датчик шлема. — Посмотрите сами.

— А сказать нельзя? — не выдержал Вайт. — Обязательно всякий раз твои штучки использовать?

Остроухая была настолько возбуждена открытием, что не стала тратить время на очередное пререкание с единорогом.

— Яблочные Акры! — крикнула она.

— Копыта Луны! — выругался Лайт. — То-то мне этот подвал и дом показались такими знакомыми. — А значит...

— Мы еще в Понивилле! — выпалила остроухая и помчалась с холма вниз.

— Стой, куда! — крикнул Хорн, последовав за ней.

— А ведь кто-то кого-то недавно упрекал в нетерпении, — задумчиво сказал Максел, смотря вслед убегающим. — Ну прям как дети. — И пошел следом. Однако, пройдя несколько шагов, заинтересовался ближайшим деревом. — Странно, — рассуждал он вслух, наклоняя магией ветку ближе и пробуя носом кончик плодового отростка. — Еще не совсем высох. Весьма интересно, учитывая, что вокруг никого.

Оглядевшись вокруг, изобретатель не нашел ничего подозрительного, но не стал испытывать судьбу и бросился догонять компанию.


— В следующий раз прыгни в пасть мантикоре, — выпалил темный, пони догнав беглянку. — Я мог не успеть помочь, если бы на тебя напали.

— Мне не нужна помощь, — возразила наглая морда, не поворачиваясь и не удостаивая взглядом единорога, продолжая ковырять свою “игрушку”. — Я неплохо владею копытопашным боем, и, вообще, — кобылка повернулась к жеребцу, — я не такая безобидная, как выгляжу.

— Ага. В следующий раз, когда ты будешь кричать: "Помогите!", я не стану спешить. Вдруг там справятся без меня?

— Ты сама любезность, — ответила фестралка, слегка осклабившись.

— А ты что ждала? Команд ты не слушаешься и после этого ждешь, что тебя будут любить?

— Ты такой же упрямый, как твой отец.

— Так, хватит! — не выдержал Вайт. — Что ты знаешь об этом?

— Ровно столько, сколько надо, чтобы держать тебя на удочке. — Твила криво ухмыльнулась.

— И не мечтай об этом! — парировал жеребец. — Ты сильно ошибаешься, если считаешь, что я не выкручусь. Я могу обратится к Ее Высочеству Луне с предложением обмена, или же это сделаешь ты. Выбирай!

— Ну-ну, ты хоть в курсе, что в конечном счете информация окажется все равно у меня?

— Тогда или говори, или молчи, но прекращай играть на нервах. Смотри сама — отдаю кристалл принцессе, или это преподносишь ты. Не надо быть гением, чтобы понять, в каком случае ты будешь на драконе. Я это образно, естественно.

— На драконе буду в обоих случаях. Разница лишь в размере оного. Ладно, я согласна, но оплата вперед.

— Твоя взяла, — ответил темный пони, являя кристалл. — Пять минут и не секундой больше.

— Ты издеваешься? У меня мощности не хватит на анализ такого огромного накопителя. Не с моим сканером.

— Тогда я очень прошу не задевать эту тему более, — сказал единорог, едва сдерживая растущий гнев. — Договоримся так. Я выполню все, что только что обещал, если это сделаешь и ты, но не раньше нашего возвращения. Согласна?

— Возможно, я больше не вернусь к этой теме. Возможно.

— Договорились? — повторил он более настойчиво, глядя остроухой прямо в глаза.

— Только если я смогу откусить больше, чем положено.

— Не подавишься? — спросил белорогий, понимая что сейчас он просто раздавит нахалку.

— Еще и добавки попрошу.

— Кушайте, не обляпайтесь, мадам, — ответил он, убирая предмет спора.

— Ох, знал бы, какую гадость я тебе задумала...

— А ты знаешь, что драконы обожают жаренную понятину? — ответил единорог, находясь на грани срыва.

— Принцесса Луна тоже знает в этом толк, мой дорогой гурман.

— Как я погляжу, у вас тут во всю любовь-морковь, — раздался голос сзади.

— Где тебя носило? — не выдержал Хорн. — Мы тут из сил выбились, решая, кто пойдет в разведку.

— Хочу донести до вас полезную информацию, — начал Лайт, подходя ближе. Кобылка показала Вайту язык. — Мы тут не одни.

— О чем ты говоришь? — спросил его темный единорог. — Тут вокруг никого.

— Он правду говорит, — ответила фестралка, тыча прибором в лицо изобретателю. — Как и раньше — ни единой души.

— Ваши приказы, командир, — показно отчеканил Максел, немного подумав.

— Разделимся и осмотрим каждый дом. Я пойду прямо. Тебе идтии налево, — сказал он кобылке, — а тебе — направо. И не забываем искать все, что можно использовать как еду.


— Странное место, вроде Понивилль, но чего-то не хватает, — думал вслух темный единорог. — Немного не по себе от этого места. Если не считает того, что все заросло, то внешне все слишком чисто. Расставленные по полочкам предметы, горшки с чем-то давно засохшим. — Ненадолго жеребец выглянул наружу. — Вот же сено, следовало прочесть табличку или то, что от нее осталось. Хм… С..а с..лон. Са Слон. Оригинально, нечего сказать. Или я чего-то не до... Точно! Спа-салон. Я дома у Лотос и Алое. Еду искать бессмысленно. Вариантов больше нет. Надо идти в Сладкий уголок. Если и будут шансы найти еду, то только там. Яблоки с вечеринки скоро закончатся.


— Тупой единорог! Надеюсь, он хоть иногда пользуется головой, или он думает другим местом? Если бы была моя воля — избавилась бы от этого идиота. Хоть бы рацией воспользовался, придурок. Не любит он, видите ли, технику. Кто бы мог подумать, что именно его выходка затянет нас сюда? Оказаться далеко от дома да еще и где-то во времени. Взять на заметку — отпилить ему рог, когда вернемся. Будет хоть чем похвастать перед своими, но тогда Гаррет мне этого не простит и чего похлеще придумает. Должна сказать, не самым лучшим решением было отправится в "Перья и диваны". Точно! Пинки же работает в Сахарном уголке!


— Эх, ну и партнеры же у меня за последние двести лет! Какая же странная штука — время. Вроде и прошло всего ничего — несколько месяцев, а ощущение, что со мной ничего не происходило. Словно я дома, где бы ни был и когда бы ни был. Трудно отрицать тот факт, что тут все иначе, нежели в то время, откуда я так внезапно исчез. Моя жена… Эх, как же Твила ее мне напоминает. Правда, немного смущает рог, но кто из нас не без изъяна? Хард Давн, моя темная принцесса. Я мог бы рискнуть вернуться, но все это слишком непредсказуемо и опасно. Бросил тебя беременную, ну кому такой муж нужен? Даже сейчас я почти не вижу шансов снова увидеть тех, кто вновь стал мне домом и семьей. И все же меня не покидает ощущение, что судьба уготовила мне очередной сюрприз. Странный этот пони, Вайт, не видит очевидных вещей. Этот приказ искать еду. Даже последнему земнопони ясно, что тут нет ни крошки. Более разумным вариантом было бы отправиться всем вместе в Сахарный уголок. Но, боюсь, и там нас ждет разочарование. Не надо быть гением, чтобы понять, что ни одна еда не выдержит столько времени. Все же энтузиазма этому единорогу не занимать. — Внезапно под копытами что-то шаркнуло. Пошарив в пыли, Лайт достал полуистлевший листок. — З..на от...ых.. они..ль. Хм, ничего не понятно. Стоп, эта кобылка что-то говорила про возможности этого костюма. Так. — Шлем оделся с легким шуршанием. Экран сразу же оживился — забегали ползунки, маркеры объектов один за другим возникали и гасли, пока компьютер брони искал совпадения в увиденных остатках слогов. — Ну надо же! Зона отдыха "Понивилль". Мы в одном большом отеле. Нет, стоп. Для отеля это место маловато. Да и не могло такое прийти сестрам в голову. Загадок больше, чем ответов. Не стану тут задерживаться. Лучше дальнейшие поиски перенести в Сахарный уголок. Если и есть шансы что-то найти, то только там.


— Ях-ху, я тут первая! — крикнула Твила, когда буквально ворвалась в альма-матер понивилльцев.

Фестралка бегала, словно ужаленная. Другие члены экспедиции, как и время, не стояли на месте и уже буквально через несколько минут были в точке назначения.

— Чего она так суетится? — спрашивал темный единорог у белого, когда тот подошел следом.

— Это же ясно, — невозмутимо-спокойным ответил Лайт, — пытается быть первой.

— Мы, вроде, не соревнуемся, — возразил Вайт.

— Скорее всего, это — подсознательная привычка, — пояснил изобретатель.

— Согласен, — сказал Хорн. — Как она сама говорила, она единственная такая среди своих. Неудивительно. Но объясни мне одну вещь.

— Какую? — спросил Максел, смотря, как кобылка, уже успев испачкать костюм в пыли, носилась как угорелая по дому проверяя то подвал, то кухню, то кладовку.

— С чего нам троим пришла в голову одна и та же мысль — прийти сюда?

— Стереотип мышления, — все так же спокойно пояснил темнорогий. — Когда мы хотим есть, то либо идем домой, либо сюда. Ведь это здание, единственное на весь город, которое славится своей пищей. Так?

— Угу, — согласился белорогий. — Может остановим ее и спросим, удалось ли ей что-то найти?

— Не стоит, — пояснил белый жеребец. — Думаю, мы об этом узнаем очень скоро.

— Не хочу ждать, — не выдержал темный пони. — Потихоньку начинает посасывать внутри. Я же ведь на вечеринке толком ничего не съел.

— Как и я, — согласился Лайт.

— Тогда, давай оба сразу, — предложил Вайт, изобретатель кивнул головой. — Набрали воздуха и, три-четыре…

— ТВИЛА!

Остроухая остановилась, как вкопанная, пытаясь понять, с чего такой ор, а когда увидела стоящих в дверном проеме двух единорогов, то сообразила, что поиски пора заканчивать.

— Нашла что-нибудь? — спросил Хорн, а Максел кивал головой в знак согласия.

— Кроме вековой пыли и каменной муки здесь ничего нет, либо давно съедено, — пояснила клыкастая. — Будем питаться воздухом.

— Не, не пойдет, — возразил белорогий. — В нем нет витаминов.

— А у тебя в голове нет мозгов! — сострила кобылка.

— Не буду я с тобой препираться. Дорогого стоит, — высказался начальник экспедиции. — Но если все так плохо, где нам взять еду?

— Не знаю, волнует ли вас мое мнение, — сказал Лайт, опираясь о стену и держа в магическом поле найденный клочок бумаги, — но могу посоветовать, где еще попытать счастья.

— Говори, — предложила серошкурая, отряхиваясь от пыли.

— Вот, — сказал изобретатель, протягивая ей кусок рекламного проспекта.

— Хм, — промычала клыкастая, надев шлем. — Отель. Очень странно делать из целого города такое место, как-то дико и неправильно... — Вайт тактически промолчал. — А раз так, то, — тут единорожка выбежала на улицу, оттолкнув с дороги темного жеребца, и с минуту озиралась по сторонам, — стоит поискать там.

Копыто фестралки указывало на высокий небоскреб с покосившейся от времени неоновой вывеской над парадным входом.

— Ну хватит злиться, — упрашивал ее Вайт. — Ну, свалял дурака. Да откуда же мне был знать, что сделает железка?

— Проехали, — сказала кобылка, прерывая жеребца. — Что сделано, то сделано.

Копыта, доселе ступающие по земле, неожиданно зацокали по каменной дороге. Твила засмотрелась на бетонного исполина, что с каждым шагом все “приближался”, и поздно заметила провал. С эффектом мешка, наполненного соломой, то есть почти без звука, фестралка ухнула туда, подняв столб пыли. Темный и белый пони тут же оказались рядом. Серошкурая без труда поднялась на ноги, попутно посылая самые разнообразные пожелания в адрес строителя оного беспредела, и показала язык единорогам.

— Цела? — спросили оба волшебника, когда оказались на краю ямы.

— Целее некуда, — коротко ответила клыкастая, отряхивая костюм.

Надев шлем, кобылка осмотрелась и, уже через несколько секунд радостно взвизгнув, кинулась к большой металлической, ростом примерно в два пони, прямоугольной коробке.

— Здорово! — тихо визжа от радости, говорила единорожка, осматривая находку. — Похоже на автомат по продаже кофе.

Неожиданное обретение было весьма ржавым на вид, с облупившимися повсюду разноцветными ошметками краски.

— Правда? — спросил белорогий, спрыгивая в яму. Следом за ним последовал изобретатель.

— Нет же, блин, — с досадой бросила фестралка, пытаясь понять устройство “черного ящика”. — Теперь я в тупике.

— И в чем же, позвольте спросить, проблема? — вмешался Лайт.

— Эта штука не работает. Она вполне могла бы нам пригодиться. Судя по всему, в нем есть еда.

Вайт не стал долго думать и потокать речам спутницы. Внимательно посмотрев на конструкцию своим особенным взглядом, попросту врезал задней ногой в район приемного короба. Металл автомата смялся, словно картонный, и порвался в месте удара копытом. Наружу посыпались пакетики с непонятным содержимым.

— Че...пе...с, нет, чип..се, блин, чипс, а, получается так — чипсы, — говорил Вайт, поднеся первый же упавший пакет поближе к глазам. — Не, это есть нельзя, — изрек белорогий пони, смотря на него по-особенному. — Почти никакой ауры, все давно сгнило.

— А я попробую, — сказала Твила, глядя на пакет, что держал темный пони.

— Не стоит, мисс, — вмешался Лайт. — Даже весьма недалекому от науки пони ясно, что это есть нельзя. Срок хранения продуктов никто не отменял. А здесь, — тут он постучал ногой по автомату, — все давно просрочено.

— Я скажу больше, — решил подлить масла в огонь Хорн, — на сотню километров вокруг нет ни одной больницы. Так что мой приказ — бросаем это и идем искать дальше. Выберешься сама? — спросил он у кобылки.

— Справлюсь, — буркнула та недовольно, окидывая грустным взглядом “добычу”.

Жеребцы, воспользовавшись телепортацией, в один миг оказались наверху и смотрели, как фестралка, осторожно ступая по покатому склону и пуская комочки земли и гравия из-под копыт, осторожно ползет наверх.

— Так, — сказал Максел, смотря на часть прямоугольного отпечатка в том месте, где раньше стоял автомат с чипсами, — он был тут, затем сверху упало что-то крупное и, учитывая случившуюся осадку грунта, оно и проделало эту дырку. Так как после этого площадь опоры стала мала…

— Эй, — окрикнул его темный единорог, — науч-пони, можно ведь все кратко — бам! и нет еды.

— Верно, — согласился, подытожив, изобретатель.

— Хм, — вдруг заговорила кобылка, доселе молчавшая и теперь глядевшая вверх, надев шлем. — Это кусок отсюда, — сказала она, снимая головной убор и показывая копытом на здание.

— Надеюсь, оно не развалится, когда мы туда войдем? — спросил белорогий, поглядывая на бетонного исполина.

— Раз уж это простояло столько лет и еще стоит, то, думаю, трех пони оно выдержит, — предположил темнорогий.

Твила молча согласилась и посмотрела в ожидании дальнейших указаний на Вайта.

— Итак, всепони, вперед, — скомандовал тот, махнув ногой. — На штурм. Сперва кухня, а потом и поищем подходящую комнату для ночлега.

Вся троица, построившаяся треугольником и ведомая новоиспеченным командиром, двинулась вперед. Перед ними предстали покосившиеся и частично прогнившие деревянные двери громадного отеля.