Нелегкие будни злого гения

Два отъявленных негодяя, именитых злодея, искушенных в самых различных злодейских делах, Сейни и Дерп, собираются захватить всю Эквестрию. На их стороне находится харизма, удача и непревзойденные злодейские мозги, которые Эквестрия впервые увидит в полную силу.

Дурацкая весна

Рэйнбоу Дэш твёрдно уверена в одном: она точно не грубая бестактная свинья, что в упор не отличит настоящую леди от зада ослицы. А ещё она точно не неправа. Это Рэрити неправа, да. Рэйнбоу абсолютно, на все 120% в этом уверена.

Рэйнбоу Дэш Рэрити

Ксенофилия: Нормы культуры

С самого появления в Эквестрии, Леро пытается вписаться в общество пони. Его любимые кобылки, Рэйнбоу Дэш, Твайлайт и Лира, помогают ему приспособиться к непривычной для него культуре.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Лира Человеки

Встречай меня, Эквестрия!

Просто ещё один рассказ о человеке, который попал в Эквестрию.

Эплджек Эплблум Биг Макинтош Грэнни Смит Человеки

Когда закончится гроза

Иногда за окном идет дождь...

Твайлайт Спаркл

Фантом стальной воли

Расти Скай был одним из самых выдающихся пегасов в академии, но все изменилось после смерти его отца. Он до сих пор так и не смог оправиться от этого горя, да и к тому же судя по всему заразился болезнью такой же какая была у его отца. Но спасение пришло. СтойлТек предложил ему лечение, а именно место в стойле, где каждый пони сможет найти своё спасение. Но Расти уже давно наплевать на свою жизнь. Всё чего он хочет это исполнить последнее желание своего отца. Однако на его путь не будут сопровождать радуги и фейерверки. Потому что он отправляется в Нордвест, далекую провинцию Эквестрии, населённую суровыми пони. И именно здесь произойдут события, о которых в глубине души мечтал Расти.

ОС - пони

Кьютимарка Сани Хейз

Сани Хейз — кобылка-единорог, которая просто хочет научиться пользоваться своими магическими способностями. Но она случайно теряет свою единственную книгу заклинаний, и нечаянным виновником оказывается её лучший друг. Вдвоём они пускаются на поиски пропажи через туманный лес.

ОС - пони

Эквестрийские разборки

Все знают, что Рэинбоу самая быстрая пони. А что, если найдется тот, кто бросит ей вызов в скорости?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Скуталу Другие пони

Ксенофилия: Блюз Кантерлот

Принц Блюблад — бесполезный дворянин. Он всегда был бесполезным дворянином. Но Блеклое Поветрие ненадолго сделало его полезным дворянином. Ему нужно с кем-то это обсудить, но где найти кого-то, достаточно знатного? А как насчёт наместника Кантерлота? И пойдет ли этот разговор на пользу? В конце-концов, это же Блюблад… События рассказа происходят после "Исхода Блеклого Поветрия".

Принц Блюблад Человеки

Временное помутнение рассудка

Твайлайт решила заняться переосмыслением того что она знает о Старсвирле Бородатом. Но находит она гораздо больше чем просто желает. Правда что еще помимо Эквестрии есть еще один мир где тому что мы видим верить нельзя? В мире где все - неверно... Именно за ответом на этот вопрос она и отправляется вместе со своими друзьями туда, куда лучше было не соваться.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия ОС - пони

Автор рисунка: Noben

Под твоими крыльями

Глава 6

—Не за что. Увидимся завтра, Скуталу.

После ухода доктора Скуталу быстро забралась по лестнице наверх. Обдумав всё сказанное Хортвелдом, она твёрдо решила поговорить с мамой, следуя его советам. В любом случае, ей самой хотелось побыть наедине с Копперболт.

Она медленно приоткрыла скрипучую дверь настолько, чтобы заглянуть внутрь. Темноту в комнате частично рассеял свет из прихожей, и стало видно движение под одеялом на постели. Копперболт пробормотала что-то невнятное со сна и, в конце концов, сфокусировала взгляд на дочке.

—Что-то случилось, Скут? — устало спросила она, прикрывая рот во время зевка копытом.

Скуталу улыбнулась ей и пошарила по стене в поисках выключателя на тёмной стене. Когда она всё-таки его нашла и щелкнула, лампа несколько раз помигала и включилась, озаряя комнату неярким светом, но он всё равно заставил Копперболт прикрыть глаза. Скуталу подошла к кровати, села на краешек и, весело глядя на маму, покачала головой в знак того, что всё в порядке. Она же в ответ приподняла одеяло, приглашая дочку прилечь с ней.

—Ну что ж, тогда ложись, — сказала Копперболт полушёпотом.

Лицо Скуталу засияло, когда она привстала и прыгнула на кровать, приземляясь точь-в-точь рядом с Копперболт и зарываясь носом в её мягкую шерсть на шее. Крыло пегаса легло на Скуталу и прижало к маме, оставив снаружи лишь головку.

—Итак, — заботливым материнским голосом начала она, — Ты хотела о чём-то поговорить?

Скуталу потёрлась щекой о коричневый мех. Он был мягкий, приятно пахнущий, но почему-то холодный. Не смотря в глаза маме, она сказала:

—Я разговаривала с Кэндифилдом внизу, в гостиной.

—Правда? И о чём же? — с интересом спросила Копперболт.

—Он рассказал мне о первом дне вашего знакомства. О том, как ты попала в больницу, — тихо ответила Скуталу, не представляя, как поведёт себя мама.

Но Копперболт продолжала улыбаться. Более того, она протянула голову ближе к дочке, чтобы они могли переговариваться почти шёпотом:

—Ууу, это, наверное, было очень скучно, верно?

—Не думаю, — немного смущённо сказала Скуталу и вытянула шею, чмокая маму в щёку. — Я люблю слушать о тебе. Мне хочется знать всё о твоём прошлом. Но, если честно, я расстроилась, когда услышала, что ты попросила облить тебя ведром воды.

—Хмм, — протянула Копперболт и спросила уже не таким радостным голосом, как до этого. — Он действительно тебе это рассказал?

Скуталу кивнула:

—Ага… но хорошо, ведь ты бы никогда этого не сделала…

—Понятно, — кивнула Копперболт, кладя голову дочки обратно себе на гриву. — Прости меня за это. Не думала, что ты хотела бы это услышать.

—А ещё Кэндифилд рассказал мне, почему на самом деле ты бы этого не сделала, — решилась продолжить Скуталу, видя, что мама улыбается. — Для того чтобы не портить мне настроение.

Копперболт ухмыльнулась своей фирменной ухмылкой:

—Этот доктор балабол. Видимо, нам нельзя больше рассказывать ему секреты.

—Ага, — тоже улыбнулась Скуталу, но только из-за этой шутки. Вообще-то, ей не было грустно как 10 минутами ранее; но и смеяться тоже не хотелось. Равно как и не хотелось больше скрывать свои чувства перед мамой. — Мам… можно тебя кое о чём попросить?

—Конечно, дорогая. Тебе не нужно спрашивать, если хочешь о чём-то попросить, — ответила Копперболт, немного удивлённая этим вопросом.

—Я знаю, — кивнула Скуталу, опуская глаза на белую простыню под ней и пытаясь найти правильные слова для просьбы. — Просто… почему ты делаешь так много для меня, стольким жертвуешь? Я знаю, ты моя мама и всё такое, но… тебе не нужно прятать свою грусть от меня. То есть, ты всегда радуешься и улыбаешься, несмотря на свою…

Скуталу не смогла подобрать выражение, чтобы окончить предложение; она не хотела употреблять то, которое уже знала, но Копперболт сама сказала его:

—…Слабость?

—Да, — медленно кивнула Скуталу. — Я не хочу, чтобы ты притворялась, мне хочется, чтобы ты была честной со мной…

—Разве всё так плохо? — спросила Копперболт, в смятении избегая взгляда своей дочки. Она не могла найти слова для ответа так же, как и Скуталу минуту назад. — Что ж… да, пару раз мне приходилось скрывать свои слёзы, но этого не происходит постоянно. Если я улыбаюсь и радуюсь, как ты сказала, то только потому, что ты рядом.

—Но тебе же не может быть постоянно так весело со мной, верно? — настойчиво сказала пегаска, заставив маму посмотреть ей в глаза.

—Ты права, Скут. Мне не стоит прятать от тебя свои чувства, — к огромному удивлению Скуталу сдалась Копперболт. Ведь это противоречило её упрямой натуре. — Но, в таком случае, ты тоже должна перестать это делать, хорошо?

Это предложение ввело Скуталу в ступор. Уж этого она точно не ожидала услышать. С лицом таким же пустым, как и её круп, пегаска переспросила:

—В каком смысле?

—Ты знаешь, что я имею в виду, Скут, — ректорским тоном проговорила Копперболт, хотя улыбка всё ещё оставалась на её лице. — Помнишь, что я сказала тебе перед школой? Что ты должна подружиться с кем-нибудь? Это ведь уже не первый раз, так?

—И что с этого? — начала защищаться Скуталу. — Я не хочу иметь друзей.

—Почему же? — немного повысила голос коричневый пегас.

—Потому что… — начала она отвечать, но никак не могла подобрать причину, по которой ей не хотелось бы иметь друзей. — Зачем мне это? Мне хорошо и без них. Мне хорошо пока ты рядом…

—Скуталу, — глубоко вздохнула Копперболт. — Ты что, оправдываешься, как и я чуть раньше?

После небольшой паузы, во время которой Скуталу очень усердно старалась избежать зрительного контакта с мамой, она упрямо продолжила:

—…Нет, не оправдываюсь. Мне никто не нужен, кроме тебя.

После этих слов Копперболт начала кашлять так, как и в страшном сне не снилось Скуталу. Она услышала ужасные, пугающие и режущие ухо звуки, несмотря на все усилия её мамы прикрыть рот копытом. Крыло, что её прикрывало, дёргалось в такт каждому звуку, заставляя пегаску дрожать от страха за свою мать ещё больше. Она боялась, что увидит кровь, но, к счастью, этого не произошло.

—…Мне никто не нужен, кроме тебя, — тихо повторила Скуталу, когда этот ужасный кашель прекратился. Теперь уже она пыталась доказать это не столько Копперболт, сколько самой себе.

Копперболт же в это время отчаянно пыталась набрать воздух, казавшись ещё более уставшей, чем на игровой площадке. Эти спазмы настигали её нечасто, но неожиданно, в этом и заключалась их подлость.

—Прости меня за это… — хрипло прошептала Копперболт. Она попыталась улыбнуться, чтобы скрыть свою боль, но почувствовала, как дрожат губы. — Скуталу… я очень люблю тебя… и мне бы очень хотелось быть с тобой вечно… Но я не могу быть единственной, на кого ты можешь положиться. В Эквестрии полно замечательных пони, среди них могут оказаться и твои будущие друзья; мне не хотелось бы быть той одной, с кем ты можешь поделиться своими чувствами, от кого ты не будешь ничего скрывать… Пожалуйста, Скуталу… пообещай мне, что будешь более общительной… что найдёшь себе друзей…

Скуталу опять придвинулась поближе к мягкому, но холодному меху:

—Но я не хочу… — тихо начала она, но не смогла закончить предложение.

—Умоляю, Скут… пообещай мне, — попросила Копперболт. Она попыталась расслабиться и положила голову на подушку так, чтобы лежать и видеть дочку одновременно. Но ей никак не удавалось удержать своё крыло внезапно навалившейся тряски; только благодаря Скуталу, обхватившей его копытами, она его успокоила.

—Хорошо, мам, — в конце концов сдалась Скуталу, улыбаясь своей обожаемой матери. — Я обещаю.

—Я очень рада этому, — прошептала Копперболт, наконец-то позволив себе улыбнуться и придвинуть дочку ещё ближе.

Скуталу любяще обняла маму обоими копытами за шею и почувствовала, что та ответила тем же. Слегка отклонившись назад, она вновь посмотрела ей в глаза и замерла примерно на минуту; они обе старались продлить этот момент. Момент, когда слова были уже не нужны, только прикосновения мамы и дочки друг к другу.

—Мам? — прошептала в ухо Скуталу, снова обнимая её.

—Да, дорогая?

—Можно я сегодня посплю с тобою?

Копперболт ещё раз поцеловала её в щеку и кивнула в знак согласия, после чего подняла крыло, освобождая место Скуталу. Та легла обратно и зарылась носом в мех на шее, чувствуя, как крыло возвращается на место, укрывая её. Она действительно очень устала за этот день и поэтому почти сразу заснула.

—Спокойной ночи, Скут, — прошептала мама, чтобы не разбудить дочку. — Я буду рядом с тобой всю ночь…