Я убью тебя чашкой

Спустя несколько часов после получения вести о вторжении грифоньей империи принцесса Селестия сдаётся врагу и просит встречи с их императором. Император полагает, что Селестия желает обсудить условия капитуляции Эквестрии. Он ошибается.

Принцесса Селестия

Ярость

Молодой полиспони-стажёр приезжает на практику в Понивилль, а из самого Тартара вырывается древний словно мир дух. Как всё это связано? Узнаете из этого рассказа!

Твайлайт Спаркл Другие пони ОС - пони

Столь восхитительный вкус

В этот прекрасный день Пинки оставили за главную в "Сахарном Уголке" и, чтобы скрасить своё одиночество, она позвала на помощь своих верных друзей. К сожалению, почти все отказываются, кроме Твайлайт, которая с радостью принимает предложение. Вот, только она никак не ожидала того, что, помогая своей розовой подруге, она поймёт одну важную вещь: Пинки не такая уж и странная, а даже милая...

Твайлайт Спаркл Пинки Пай

Навеки верная

В результате несчастного случая, произошедшего по вине погодной команды Клаудсдейла, Твайлайт погибает от удара молнии. Но завеса смерти относительно тонка…

Твайлайт Спаркл

Интимное в туалете на вокзале

На вокзале понька захотела секса. Наверное.

ОС - пони

Побег королевы

Королевская семья разоблачена, принцессы в бегах, а сама королева за решёткой. Однако Хейвен не правила бы столько лет, если бы давала слабину перед лицом трудностей. Даже в таком отчаянном положении она готова пойти на всё, чтобы вернуть трон, спасти любимых дочерей и остановить подлую шайку единорога и земнопони. Правда, для начала надо выбраться из камеры...

Другие пони

Чувственная Пинки

Безумно влюбленный в Пинки Пай человек наконец переезжает к ней в Сахарный Уголок, чему и он, и она несомненно рады...

Пинки Пай

Берри Панч и подруги

Берри Панч как всегда сидела в своем баре в Понивилле и вдруг встретила старых знакомых.

Трикси, Великая и Могучая Лира Бон-Бон DJ PON-3 Октавия Бэрри Пунш Колгейт

Назад к равенству

Старлайт Глиммер вернулась и в этот раз она отправилась в прошлое, чтобы что-то в нём изменить. Во временную воронку также затягивает и Твайлайт. Теперь, принцессе стоит помешать ей, но так ли это нужно?

Твайлайт Спаркл Спайк Принцесса Селестия Другие пони Найтмэр Мун Кризалис Король Сомбра

Сказка о новом Понивилле

Об одном маленьком поселении славных пони, вынужденных существовать в Прекрасном Новом Мире.

Эплджек Биг Макинтош Дерпи Хувз Бон-Бон ОС - пони Октавия Бэрри Пунш Колгейт

Автор рисунка: aJVL
Подготовка. Град обреченный.

Осада.

Когда сложно не стать героем.

www.youtube.com/watch?v=pfLcMaB4Qt8

Трикси вдруг поймала себя на мысли, что совершенно не понимает происходящего.

Взять хотя бы дымку. Фиолетовая, как и следовало ожидать. Выглядит красиво, стелется ровно, неудобств не доставляет.

Но зачем она тут?

Наверняка чего-нибудь символизирует. Только без подсказки понять как-то не получается.

Волшебница, несмотря на абсолютно нерасполагающую к веселью ситуацию, усмехнулась. И ведь если спросить кого, то как пить дать решат, будто это проверка: вряд ли кто в здравом уме может подумать, будто сама основательница и глава твайлиитов не знает ритуалов.

Впрочем, они никогда ее не интересовали: единорожка все время была слишком занята собственно тем, ради чего и создавался сей «культ» — помогала окружающим. Никто бы и вовсе не стал заморачиваться со всякими обрядами, если бы не рост числа последователей, который породил необходимость в организации. К счастью, эту проблему удалось переложить на нескольких братьев и сестер, добровольно вызвавшихся ответить на потребность растущего движения в чем-то торжественном и коллективном.

Задачу свою они выполнили с блеском – настолько хорошо, что собрания из по-домашнему уютных сходок с чаем и сладостями стали настоящими, даже чуть помпезными, церемониями. Увы, не только в хорошем смысле слова.

Кобылка вздохнула…и внезапно почувствовала чье-то копыто у себя на плече.

— Это война – раздалось сзади – на ней убивают.

— Может, скажешь чего-нибудь менее очевидное? – не оборачиваясь возвела глаза к потолку волшебница.

— Если бы не ты, нас бы размазали как улиток – отозвался Серый – и не твоя вина, что в итоге твари оказалась хитрее.

Разум, отвлекшийся было на всякую ерунду, вновь вспомнил из-за чего собственно она тут стоит.

— А чья? – с непритворной горечью выдохнулаТрикси – разве здесь есть кто-то другой, занимавшийся прослушиванием камня? Проворонивший тоннель в самые наши тылы, где прятались…

Она указала вперед, на ряды разноразмерных гробов.

— Ты нашла больше десятка нор и предупредила нас о них, тем самым спася город – стадзер вышел вперед и встал перед ней – никто бы не смог предугадать, что чудовища пойдут сквозь реку: слишком далеко, тяжело, практически бессмысленно…

— Я могла бы их учуять, если бы не поленилась и обследовала все вокруг Троттингема – мрачно ответила кобылка – а теперь, из-за моей оплошности, победившие в битве солдаты вернулись к остывшим трупам. Стоп – она подняла копыто – мы с Кримом уже говорили об этом. Хватит меня утешать.

Серый закрыл рот, какое-то время нерешительно смотрел на нее и в итоге просто молча сел рядом.

Грустное песнопение подошло к концу и несколько пожилых братьев стали закрывать гробы. Некоторые из все это время стоявших рядом с ними друзей и родных снова заплакали. Кое-кто даже попросил еще немного времени для прощания. Так или иначе, меньше чем через полчаса последнее тело было унесено. Пони начали расходится.

Трикси сделала глубокий вдох, запоминая произошедшее.

И выдох, освобождаясь от оков скорби.

Для нее еще будет время – когда они победят. А пока что нужно двигаться дальше.

— Каково нынешнее положение? – задумавшийся следопыт дернулся – кстати, давай пойдем куда-нибудь пообедаем, а то со вчерашнего утра ничего не ела…

-
-…и вообще: хватит думать, будто перед вами фарфоровая кукла. Великая и Могучая Трикси путешествовала большую часть своей жизни и еще до прибытия в Троттингем повидала немало такого, что при всем желании не смогла забыть – она воинственно укусила здоровенный бутерброд.

Следопыт только ошарашенно глазел на собеседницу.

Откровенно говоря, волшебница действительно несколько увлеклась. Но неужели так сложно понять, что ей не нужны их утешения?

Совсем эти жеребцы избаловались.

— Чтобы больше не было вопросов – немного успокоившись за время жевания, начала единорожка – я признаю свою неспособность видеть и знать все, однако у меня была возможность обнаружить тот лаз. Не вышло. Погибли нон-комбатанты. Как минимум отчасти – по моей вине. Это факт – она вставила хотевшему опять прервать ее Серому магический кляп – я скорблю, но не собираюсь совершать никаких глупостей, вместо этого направив все силы на недопущение подобного в будущем.

Трикси перевела дух, отпила чаю и закончила:

— Война еще далека от завершения, следовательно, эти потери наверняка не последние. Давай лучше вовсе не будем больше говорить о них. По крайней мере, до победы. Идет?

Стадзер подумал и кивнул.

— Замечательно – волшебница дернула рогом, возвращая ему возможность отвечать на вопросы – так какова нынешняя ситуация?

Жеребец подвигал челюстью, со степенным видом захомячил немного салата и только после этого соизволил ответить:

— Твари копают. Мы готовимся.

— Да ты мастер информативности – возвела она очи к потолку – нельзя поподробнее? Хотя про потери расскажи. А то хуже будет…

— Ладно-ладно – отозвался Серый и потянулся к десерту.

Большая часть жертв пришлась на штурмовые бригады, что вполне естественно – как-никак они для того и создавались. Половина устремившихся вслед за Страшилой пони не вернулась домой, однако выжило значительно больше, чем предполагалось. Благодарить за это, как ни странно, стоило урода и его бредовые идеи – одна только канава с маслом спасла десятки отступавших. Тварям понадобилось всего несколько минут, чтобы возобладать над звериными инстинктами и все-таки бросится в огонь, но для многих этот крохотной кусочек времени оказался той самой лишней парой шагов, что отделила их от оставшимися под обвалом.

Сам псих, вопреки всем своим и чужим стараниям, умудрился выжить – спасибо крылатым санитарам, видно принявшим его за кого-то другого. Стадзер отделался всего-навсего кучей небольших ран и легкой контузией от собственных гранат – настоящее чудо, учитывая что в этой битве он был мишенью одновременно у обоих сторон конфликта.

— Мой собрат жаловался, будто стоило ему выползти из очередной командной твари, как ближайший благодарный эквестриец тут же пытался его убить – Серый проткнул вилкой корень – и еще возмущался, что несмотря на все вбуханные в их тренировку силы и близкую дистанцию, ни один не смог нормально попасть. На фоне общей результативности выглядит откровенно странно. Думает назвать сей феномен синдромом штурмовика.

Трикси с некоторым трудом выгнала из головы образ вылезающего из шевелящейся горы слизи, крови и плоти Страшилу. Увы, обед все равно сразу стал в ее глазах на порядок противнее.

— Из десанта вообще никого не выжило – меж тем спокойно продолжал следопыт – просто не смогли прекратить драться – доза, как я и говорил, оказалась слишком велика.

— Ага. То есть вы предполагали, будто накаченные стимуляторами осужденные смертники, сброшенные пегасами в самую кучу тварей еще и вернуться должны? – подняла брови волшебница – а я-то думала, что эта идея просто не способна стать более глупой.

— Но ведь за исключением отхода все сработало как надо – пожал плечами Серый – к тому же опробовали новый способ атаки – в следующий раз можно будет также десантировать вменяемых.

— Гениальный план, только в нем есть как минимум один существенный недостаток – иронично заметила кобылка – пони, готового добровольно пойти на подобный подвиг куда разумнее будет использовать в менее бессмысленных операциях. И скажем честно: ваши бомбардировки сородичами в тыл противника – бессмыслица, ибо единственной задачей всех бойцов ближнего боя было держать тварей на расстоянии от стрелков…

— Кроме одного, чьей целью были вражьи «офицеры», прячущиеся за спинами простых чудищ. И вот тут-то десант очень даже помог — с хитрой ухмылкой поправил ее стадзер – а образовавшаяся благодаря их совместным усилиям свалка стала великолепной мишенью для главного сюрприза.

— Ладно, так уж и быть: Страшила действительно показал себя во всей убийственной красе, пусть и за счет двух десятков смертников – волшебница усмехнулась – да и против конкретно этой идеи я никогда не возражала. Самой всегда казалось, что целый бассейн в Верхних Кругах – явное излишество.

— Большинство Первых так не считало – заметил следопыт.

— Ну должны же и они чем-то пожертвовать ради общего блага – пожала плечами единорожка и мечтательно закатила глаза – к тому же эта потеря с лихвой окупилась тем великолепным зрелищем, когда ревущий поток воды устремившись со взорванного потолка прошел сквозь нашу пленку холода, преобразовавшись в обрушившиеся на тварей огромные ледяные глыбы, буквально разбрызгав их по пещере.

— И все благодаря жителям Города – Серый откинулся на спинку – что бы эквестрийцы, без нас делали…

— Не наглей – порекомендовала кобылка – вы, конечно, молодцы. Хорошо поработали: ловушки, стимуляторы, личное участие, мотивация населения и так далее. Однако все же не стоит забывать о сотнях сражавшихся рядом с вами тротах. К тому же все равно главную скрипку во вчерашнем сражении сыграла взрывчатка.

— Не будем вспоминать, кто показал вам из чего она делается и как ей пользоваться – выпрямился стадзер – лучше давай просто поднимем тост: за выигранную битву! И окончательную победу!

— А также за всех тех, кто до нее не доживет – они чокнулись.

— Эм, простите? – внезапно раздалось откуда-то сзади и справа.

Трикси резко повернулась – все-таки боевое прошлое, как впрочем и настоящее, дает о себе знать. И увидела мгновенно сжавшуюся под ее взглядом знакомую кислотно-зеленую кобылку, которая вдруг будто язык проглотила.

Молчание затягивалось.

— Рад встретить вас снова, юная леди – проявил инициативу Серый – не бойтесь мою подругу: теперь, став женатой дамой, она кусает только своего супруга…ай – он подхватил ударившую его в лоб перечницу у самого пола – уж и пошутить нельзя…а чего это ты так покраснела?

От солонки следопыт увернулся.

— Не обращай на него внимания – волшебница подвинулась и приглашающе постучала по скамье рядом с собой, заодно улучив момент дабы скрыть смущение.

Неожиданная посетительница, помявшись пару секунд, все-таки приняли предложение и примостилась на самом краешке, с каждым мгновением краснея все больше.

— Давно не виделись – попыталась продолжить беседу единорожка, однако подземный мэр не отреагировала – тебе что-то было нужно?

Кобылка внезапно выпрямилась и даже с каким-то вызовом посмотрела ей прямо в глаза:

— Я была уполномочена обратится к вам с рядом вопросов по поводу создавшегося положения.

— Ага – волшебница аж отшатнулась при виде столь резкой смены поведения – эээ…слушаю?

— Каков смысл современных действий правительства? Зачем жителей Троттингема сперва заставили проводить раскопки, а затем обрушивать…

— Так мэр ведь об этом рассказывал еще утром? – перебил ее Серый.

— Народ хотел бы услышать объяснение еще и из ваших уст – чуть ли не надменно ответила девочка.

— Да ладно? – поднял брови бывший главный следопыт подгорода и подмигнул Трикси – что ж, кто мы такие, чтобы не подчиниться массам? Ответ на ваш первый вопрос очевиден: пещера раскапывалась для одной-единственной задачи – убить как можно больше тварей, используя подготовленное поле боя. Обрушение преследовало ту же цель, заодно создав между нами и ими перегородку. Пока чудовища ее удаляют, мы успеем понаделать для них новых сюрпризов.

— В чем заключается стратегия разрешения создавшегося кризиса? – спросила кобылка едва он закончил – неужели просто драка-отступление?

— Именно так – кивнул стадзер – на нас идет огромная куча чудовищ. Мы готовимся, расставляем ловушки, отдыхаем, даем сражение и отходим, заваливая за собой проход. В итоге пони получают все преимущества обороняющегося и несут лишь минимальные потери, в то время как враг вынужден каждый раз снова героически брать целенький защитный рубеж.

— Не кажется ли вам подобная тактика чересчур наивной? – единорожке почему-то стало смешно – ведь вся стратегическая инициатива отдается противнику. Вчерашняя атака с тыла стоила жизни десяткам гражданских, что помешает им повторить этот маневр?

— Моя уважаемая подруга, благодаря которой, кстати, нам уже удалось в зародыше подавить еще десяток подобных подкопов – сочувственно посмотрел на нее Серый – а также внутренние патрули и общая бдительность. К тому же все вторгшиеся сзади твари были исключительно небольшого размера – даже дети Создателя не настолько сильны и терпеливы, чтобы копать крупные ходы через сплошную породу. То есть в итоге основной удар всегда будет через известные нам пути.

— Каковы перспективы? – она что-то старательно записывала.

— Красочны – следопыт криво усмехнулся – с преобладанием кровавых оттенков. Многодневная битва с безжалостным и хитрым врагом, а также постепенное истощение живых и материальных ресурсов. Но не волнуйтесь – чудовища тоже далеко не бесконечны. Не удивлюсь, если за один только вчерашний день мы выбили сразу четверть их войск.

— То есть, мы можем лишь надеяться, что твари кончатся раньше защитников Троттингема? – подняла глаза от записей девочка – а если их слишком много? Или у них есть еще одно Гнездо?

— Тогда нам конец – легко ответил Серый – но это чрезвычайно маловероятно…

-
— Она всегда была такая? – поинтересовалась Трикси, провожая посетительницу взглядом.

— Сколько знаю – пожал плечами улыбающийся стадзер – забавная личность, не правда ли? Готова в лепешку расшибиться ради общего блага, но при этом не смеет побеспокоить кого-либо даже своим присутствием, если что-нибудь нужно ей самой. Какое-то время я даже подозревал в ней соотечественницу – к Городу подобный склад характера подошел бы идеально.

— То есть, это правда были вопросы «от народа»? – уточнила волшебница.

— Может быть – повторил он движение – хотя бы тех же подземцев. Или просто моя старая знакомая наконец научилась применять настойчивость в собственных интересах.

Трикси уже хотела было продолжить, когда в голову внезапно пришла мысль, что шушукаться о персоне за ее спиной не вполне неприлично. Особенно с жеребцом о кобылке. К тому же, Крим вроде хотел взять свою подземную коллегу адъютантом, а значит они еще наверняка не раз смогут встретиться и нормально поговорить.

А пока займемся старым другом…

— Кстати об эгоизме — единорожка развернулась к собеседнику – тебе ведь что-то от меня нужно, не так ли? Как-никак личный переводчик главного затейника всея Троттингема вряд ли будет тратить столько времени просто на то, чтобы поболтать с давней подругой – она на секунду задумалась – не во время войны, во всяком случае.

Серый, как раз запивавший остывшим чаем крендель, закашлялся. Посмотрел на нее чуть ли не испуганно. Задумался.

— Ты права – кивнул посерьезневший следопыт через пару минут – мной действительно двигало одно эгоистичное желание, с которым я мог пойти только к тебе.

Он замолчал.

— Ну и какое же? – спросила кобылка минут через пять.

— Я никогда не рассказывал, как оказался в роли священнослужителя на твоей свадьбе? – вместо ответа задал вопрос Серый.

Трикси немного удивленно покачала головой.

— Представьте себе: здоровенная яма, на дне которой два отряда пони уже готовы пустить друг друга на мясо. Кобылка, чрезвычайно ценная для обоих лагерей, без сознания и с приставленным к горлу ножом висящая на Страшиле. Несколько десятков арбалетов, нацеленных в нашу сторону – не самый приятный образ – и вдруг вопрос на языке Города: «ты веришь в Единого»?

Кобылка не удержалась и фыркнула:

— Вовремя, однако.

— Вот и я о том же подумал – кивнул рассказчик – нас вот-вот изрешетят, а собрату внезапно захотелось поговорить о моем мироощущении. Ответ был дан в соответствующем настроению ключе. На что услышал: «а не кажется ли тебе, что такие моменты — самое время подумать о вечном? Впрочем, сейчас на весах даже больше, чем жизнь. Итак: да или нет?».

— А я и не знала, что он пафос уважает – прокомментировала единорожка.

— В тот раз я, будучи подгоняем Страшилой, произнес неуверенное «да», после чего мой собрат радостно напомнил, что всякий Последователь есть часть царственного священства и вменил мне в обязанность свершить над вами таинство брака – рассказчик усмехнулся – вернее, он сказал: «ну а раз ты жрец, так брачуй, иначе мне придется резать». Так я стал священнослужителем.

— Поучительно – одобрила Трикси – ну и к чему все это?

Пауза.

— Помните наш разговор о моей молитве про св-ирель? Еще до Гнезда? – и не дожидаясь ответа, продолжил – так вот: на самом деле, я просил Всемогущего о куда более сложном — исполнении мечты для одного знакомого пегаса, которому всю жизнь не везло, а именно…

— Организовать его св-адьбу с некоей упрямой волшебницей – закончила кобылка и широко улыбнулась – правильно сделал, что тогда отнекался. Честно говоря, даже сейчас, будучи вполне счастлива в браке, я чувствую внутри вполне ощутимую тень недовольства столь наглым посягательством на мою свободу.

— Мысль о том, что я в тот момент поступил весьма разумно, также приходила ко мне в голову – смиренно кивнул стадзер – однако факт, что уже вторая обращенная к небесам просьба исполнилась, поразил меня на порядок больше.

— Усилиями Страшилы – заметила единорожка.

— Да, как и первая об отведении тварей – самим Гнездом, чтобы заманить нас к себе – согласился Серый – в свое время данное обстоятельство вызвало во мне сильное разочарование. Ну ОЧЕНЬ сильное. И только недавно до меня дошло, какой неблагодарной скотиной я был.

Трикси недоуменно подняла бровь.

— Как еще можно назвать идиота, который воззвав к небесам о практически невозможном, совсем скоро получил просимое, но вместо благодарности начал придираться к тому КАК его желание было исполнено? – жеребец тяжело вздохнул – конечно, можно заявить, будто все произошедшее – лишь совпадение или в любом случае должно было произойти по объективным причинам. Но скажи честно: каковы реальные шансы внезапно набрести на говорящее и, по твоим словам, чуть ли не дружелюбное легендарное существо, которое с чего-то будет заморачиваться на кошек и заманивание к себе четверки путешественников, а не просто придет и возьмет нас виденной вчера ордой чудовищ?

— Не очень большие, скорее всего – отозвалась волшебница.

— А намного ли более возможной была ваша свадьба во время гражданской войны? – вдохновенно продолжил Серый – и наконец: какова вероятность того, что оба этих заказанных мною события осуществятся? – драматическая пауза – стремится к нулю. Вряд ли подобное можно назвать иначе, как чудо…

Следопыт выжидающе посмотрел на нее.

— Отчасти соглашусь – подумав, кивнула единорожка – не самое правдоподобное развитие событий. Однако это еще ничего не значит.

— А наличие тени не гарантирует присутствия света – разочарованно хмыкнул жеребец – забавно, я думал что уж ты-то наверняка меня поймешь. Или твой супруг тоже кусается?

Она приготовила было к запуску сахарницу, но в последний момент пожалела рассыпать резко подорожавшую в последнее время белую смерть. Пришлось ограничиться внушением.

— Так все-таки, чего тебе от меня нужно? – закончив сурово глядеть на него, вновь спросила волшебница.

— Помощи в одном очень важном деле…- он замолчал и начал жевать губу, видно пытаясь найти слова. Думал долго. Наконец просто махнул копытом и выложил как есть – видишь ли, я верю. В Единого, план и Слово. И хочу принять Его как Создателя, Спасителя и Господина.

— Ага – протянула волшебница, изо всех сил пытаясь найти свое место в происходящем – рада за тебя. А ближе к теме вопроса?

— Указания по поводу того, что должно сделать уверовавшим весьма точны: «покайтесь и да погрузится каждый из вас» — процитировал уже явно нервничающий стадзер – для последнего пункта нужно как минимум двое…

— Нет, твоя расовая принадлежность не является препятствием – терпеливо ответил Серый – как и профессия, семейное положение и национальность – мгновение задумчивости – насчет пола, откровенно говоря, не уверен.

— Ну вот видишь, еще и это – радостно ткнула в проблему кобылка – говорю тебе: попроси лучше Страшилу.

— О нем я подумал в первую очередь. На первый взгляд – чуть ли не идеальный кандидат. Соотечественник, возродившей во мне надежду, Друг, готовый рискнуть ради меня жизнью. Единственный пони в округе, могущий прочесть Слово, которое, судя по всему, некогда знал лучше меня. Жеребец, самый образ мысли которого так похож на….- тяжелый вздох – однако все это не имеет значения. Он не знает Вести. Отрицает милосердие. Буквально сочится гневом и яростью – стадзер покачал головой – я надеюсь и верю, что рано или поздно мой собрат придет в себя. Переборет свою одержимость. Но сомневаюсь, что это произойдет скоро.

Единорожка приложила копыто к лицу. Посидела так какое-то время. И повторила главный аргумент, с которого все и началось:

— Я не верю в Единого.

— Да, я услышал это и в первый раз – кивнул следопыт.

— И ты все равно просишь меня поучаствовать в, насколько я поняла, главном ритуале своей новоиспеченной религии? – изогнула она брови – тебя случаем ничего не напрягает? Хотя бы, что перед тобой глава твайлиитов?

— Быть в рядах какой-то группы и разделять ее взгляды – не одно и то же – усмехнулся Серый – уж я-то знаю. Впрочем, если ты готова дать свое слово, что истинно веришь не просто в героиню войны и великую волшебницу, чьим примером вдохновлялась на добрые дела, но в Преподобную Спасительницу Твайлайт…- жеребец развел копытами.

Кобылка мрачно посмотрела на него исподлобья:

— Ну и зачем ты об этом спрашиваешь? Сам же знаешь ответ.

— Пони меняются – пожал он плечами – быть может, пережитое утвердило тебя в убеждении…

— Нет, даже если бы было в чем утверждаться – прервала его волшебница и неожиданно откровенно добавила – все только больше запуталось. Теперь вообще не знаю, во что верить. Вся эта кутерьма, Китцунэ, Мать, Отец, те твари, троты…

Она всплеснула копытами.

— Не важно. Разберусь – Трикси запихнула неподходящие к моменту сомнения обратно в дальний угол сознания и снова обратила внимание на терпеливо ждущего ее жеребца – послушай: у тебя же есть мечта – собрать соотечественников. Среди них наверняка будет кто-то более подходящий для этой затеи – появилось ощущение, будто она оправдывается. Кобылка почувствовала раздражение – чего ты вообще ко мне пристал? Все же просто: найди себе какого-нибудь единовца и тони с ним сколько хочешь.

— Ну, такой план у меня в общем-то и был. До последнего времени – жеребец вздохнул – потом, в другой раз, не сегодня, еще рано – откладывать что-либо можно бесконечно. Мы оба понимаем, к чему это приводит даже в мирное время, а ведь сейчас война.

— Тоже мне, оправдание – хмыкнула единорожка, не в силах тем не менее противостоять доводу. Снова период задумчивости – но почему я? Допустим, Страшила не подходит, принимаю, но неужели у тебя на примете нет никого…подкованного в этом?

— В божественном? – уточнил стадзер – есть…

Волшебница с надеждой подняла глаза.

-…одна кобылка, однажды по глупости улетевшая на ночь глядя в горы и чуть не погибшая там – на его губах расползлась улыбка – перед тобой стоит редкий циник, делающий лишь первые, робкие и неуверенные шаги к познанию чего-то большего, чем просто существование. Однако даже он способен увидеть чудо в том мгновении полноты между смертью в ночи и озаренными лучами рассвета алыми крыльями. Я ВЕРЮ, то это Он спас тебя…

Жеребец встал и подошел ближе, пытаясь поймать ее ушедший вниз взгляд.

-…смотрит ли мой глаз на Великую и Могучую Трикси? Возможно – стадзер аккуратно поднял лицо собеседницы за подбородок – однако совсем не ту, что встретилась мне в трактире пять лет назад. Ты и она – как земля и небо. Сложно придумать лучшее доказательство того, что тебя коснулась Истина.

— Я бы предпочла крылья – уже чувствую поражение, пробормотала кобылка.

— Вряд ли бы они принесли тебе счастье – пожал плечами следопыт – старая ты наверняка попыталась бы использовать их как знак доказательства принадлежности к королевскому роду, устроила бы смуту и в итоге нас всех сожрали бы твари.

— Кстати, хорошая идея – одобрила почти смирившаяся волшебница – когда стану аликорном надо будет воспользоваться — тяжелый вздох – тебе точно без меня никак?

Он широко улыбнулся:

— Не волнуйтесь, от вас всего-навсего потребуется задать несколько вопросов. И макнуть меня в водоем…

-
Церемония несколько затянулась – Серый уже минут пятнадцать стоял в воде, устремив к потолку исполненное выражения внеземного блаженства лицо. Ей даже стало несколько завидно.

И очень любопытно.

— Ну? – наконец не вытерпела она – как оно?

— Помнишь ты как-то спрашивала меня, почему Последователям не рекомендуется сочетаться с кем-либо вне Общины? – не меняя позы, спросил стадзер.

— Кажется, было что-то такое – неуверенно отозвалась кобылка – вроде чтобы единовец не испортился под воздействием неверующего?

— Верно – короткий кивок – но это не все…

Жеребец наклонил голову и наконец открыл глаз:

-…только представь себе какую боль и отчаяние испытывает Последователь, когда его половина, второе по важности в целом мире существо умирает без надежды на спасение? И ты ничего не можешь сделать, потому что в итоге каждый сам несет ответственность за себя…

Он вернулся в исходное положение.

— Ага – спустя пару минут выдала Трикси – и к чему ты это?

Никакой реакции. Уже начинает раздражать.

— Знаешь, что будет если я пошлю в воду небольшой зарядик? – невинно поинтересовалась кобылка. Ноль внимания – вот заодно и расширишь свои познания о мире. Раз. Два…

Тяжелый вздох:

— Ладно-ладно. Выхожу.

Следопыт медленно покинул лужу и начал вытираться.

— Ну-с, так каковы ощущения? – снова поинтересовалась единорожка.

— Сложно сказать – орудуя полотенцем, отозвался опоследовавшийся стадзер – откровенно говоря, ожидал большего.

— Дал бы досчитать до трех – я бы тебе помогла – весело заметила волшебница – а чего конкретно хотел?

— Чуда – разлохмачивание гривы на миг прекратилось – какого-нибудь внеземного света в моих внутренностях или хотя бы видений как от…умагриба.

— Чего?

— Наркотик такой, отчасти магический – слегка смущенно пояснил он — принимал по молодости.

Наконец весь Серый был освобожден от лишней влаги и начал одеваться.

— Короче, зря мне нервы портил – подытожила единорожки – впрочем расстраиваться не стоит – ты хотя бы помылся.

— Кстати, не нужно было так сильно меня опрокидывать – всю одежку забрызгала – он расправился с последней застежкой и повернулся к ней — в следующий раз когда будешь кого-нибудь погружать, не забудь об этом.

— Ладно – пожала плечами кобылка – пошли уже к нашим – твой собрат небось заждался возможности поделиться с миром очередной глупостью.

Старый друг согласно кивнул.

Повсюду вокруг их пути следования кипела работа: утром было объявлено, что новый приступ можно ожидать уже завтра – как-то там высчитали на основе ее камнеслуховых данных. А значит, сюрпризы должны быть готовы уже сегодня. Честно говоря, второй слой обороны нравился волшебнице еще меньше, чем первый – там хоть пещера была больше и места для маневра хватало. Теперь же они должны будут принимать бой чуть ли не в кишке, что дает огромное преимущество индивидуально более сильным монстрам.

Впрочем, Криму виднее.

— Кстати, а в чем таки был смысл этого твоего «Погружения»? – надеясь отвлечься от грустных мыслей, спросила она спутника.

— Как уже было сказано – сам до конца не уверен – без тени раздражение отозвался следопыт – даже сами Последователи по-разному смотрели на сей акт. Однако все соглашались в том, что он очень важен. Насколько я понял, это нечто вроде подписания официального договора. Отныне пред землей и небесами засвидетельствовано, что сей пони препоручает себя Спасителю.

— И все? – чуть ли не презрительно уточнила Трикси.

— А разве мало? – снисходительно фыркнул жеребец – еще я стал частью Общины.

— Состоящей из всего одного члена – хмыкнула кобылка.

— На этом месте и времени – может быть – как-то больно хитро кивнул Серый.

— Стоило ради этого огород городить – впереди уже показался спуск.

— Поверь: стоило – он вдруг вприпрыжку помчался к Верхним Кругам, оставив удивленную столь нехарактерным поведением спутницу далеко позади.

Ненадолго правда.

— Ты в курсе, что ведешь себя как ребенок? – поинтересовалась парящая волшебница.

— Просто никогда в жизни не ощущал себя так легко – на бегу радостно отозвался следопыт – кажется, будто еще чуть-чуть – и я полечу.

— Могу устроить – неожиданно для самой себя предложила кобылка и тут же претворила угрозу в жизнь. Теперь по центральной пещере пролетало сразу двое бескрылых пони. Спустя всего пару секунд освоившийся жеребец вытянул вперед ноги и начал что-то радостно кричать на своем наречии.

Увы, надолго ее не хватило.

— Спасибо – уже стоя на земле, сказал ей Серый – это было просто потрясающе.

— Корпорация Великая и Могучая Трикси: мы творим настоящие чудеса – попыталась продекламировать единорожка, одновременно отчаянно борясь с головокружением и тошнотой — теперь знаешь о чем меня просить в следующий раз вместо своих дурацких ритуалов.

— Не скрою: я всегда мечтал летать, как наверное и всякий прикованный к земле пони, смотрящий на реющих в вышине пегасов — он с улыбкой протянул ей ногу для опоры, которую она без колебаний приняла – однако этот твой подарок вряд ли можно сравнить с предыдущим.

— Ты же вроде был разочарован? – напомнила волшебница.

— А разве могло быть иначе? Ведь я ждал чуда, которое произошло уже давно – следопыт осторожно повел ее наверх.

— Может, разъяснишь? – попросила кобылка, с некоторым беспокойством примечая отсутствие гвардейцев на входе в Верхние.

— Я познал свою природу. Раскаялся в совершенном. Поверил, что могу быть прощен. И вот я уже не то, чем был раньше – еще одна снисходительная улыбка – это и есть настоящие чудо, приведшее меня в итоге к Погружению.

— Немного же тебе однако надо – хмыкнула волшебница, останавливаясь перед поворотом к залу Совета и выпуская его копыто – подожди-ка – меньше чем через минуту с накидки исчезли все следы как воды, так и их жесткой посадки – вот такие чудеса мне куда больше по нраву.

— Полезная магия, спору нет – кивнул Серый – а у тебя есть чего-нибудь, чтобы смывать пятна с души?

— Могу попытаться устроить тебе амнезию – усмехнулась кобылка и твердой поступью направилась на встречу с мужем.

-
Войдя в зал они не успели даже оглядеться, как к стадзеру подскочил его собрат, почему-то в одном только шлеме и куртке, и что-то сердито шипя потянул его к дискуссионному кругу, где заканчивал разглагольствования какой-то золотоплащник:

-…таким образом я не считаю себя или своих гвардейцев обязанными подчиняться самоубийственным приказам подпавшего под чужое влияние мэра.

Зал попытался взорваться аплодисментами, однако тут на словесную арену вылез новый выступающий.

— Я понял смысл вашей речи: вы сами белый и пушистый, а все вокруг вам должны – раздался немного неуверенный голос внезапно вытащенного на всеобщее обозрение Серого. Страшила же напротив, вступил в круг с видом выходящего на охоту льва – и даже готов допустить, что это правда и вы действительно не имеете никакого отношения к творящемся в сем отвратном месте преступлениям, при этом оказывая Троттингемы все возможные услуги. В конце концов и среди камней может найтись самородок – лай из презрительного вдруг стал чуть ли не воодушевленным — но разве возможно тогда, чтобы такой добропорядочный член общества, оплот чистоты и благородства в океане тьмы и безнравственности взял и отказал своей Родине в помощи, причем когда она более всего нуждается в ней?

Первый на мгновение стушевался. Страшила воспользовался этой заминкой и ответил сам:

— Конечно же нет! – копыто патетично ушло ввысь – чтобы верный сын Отечества предпочел героической смерти ради Высшего Блага и народа позорное бегство – подобное даже в голову прийти не может – гавканье ушло на новый уровень пафоса – а если в ваших рядах и найдется подобный изверг, осмелившийся поставить свою жизнь и благополучие родных над интересами города, то помочь ему вернуться на истинный путь – моя святая обязанность.

Копыто гулко ударило в нагрудник.

— Даю слово! – клятвенно заорал урод – что сделаю все возможное, дабы обеспечить этим несчастным шанс умереть за свою Родину и народ, даже если они сами будут не состоянии осознать этого счастья…

— Что за вздор? – наконец очнулся докладчик.

Страшила с громким щелчком закрыл рот. Медленно повернулся к оппоненту и чуть ли не ласковым тоном ответил:

— Ничего особенного: просто пытаюсь научить вас родину любить. Ну и заодно объяснить, почему все-таки стоит слушаться старших и сражаться с тварями. Впрочем, судя по всему, я опять забыл с кем разговариваю – он вдруг оказался вплотную к собеседнику, так что открытое забрало чуть не заехало тому в глаз – чего ради разбрасывать бисер перед свиньями?

У горла Первого внезапно материализовался клинок.

— Как тебе вот такая мотивация: если ты, мой пятачковый друг, откажешься подчиняться, то я приду к тебе домой и убью твою кошку – приглашающая улыбка – последней.

Оратор инстинктивно попытался отодвинуться. Страшила воспользовался моментом и легонько толкнул его, бросив на землю, после чего обернулся к аудитории:

— Вы все наверное сейчас думаете: «да что может сделать этот выживший из ума земной пони?» — в спинке пустого кресла завибрировал нож – например в одиночку убить не один десяток тварей. А теперь вспомните, что и помимо меня есть личности, жаждущие вашей смерти. Очень много…

— Вот именно поэтому мы и просим дать нам вывезти свои семьи – вдруг раздалось из другого конца зала – нам просто необходимо быть уверенными, что и в случае нашей гибели с ними ничего не случится.

— А как же вы будет сражаться без их поддержки? – ехидно спросил стадзер – да и будете ли вообще – ведь те, кого надо было защищать, и так в безопасности?

— Да как ты, иноземец, смеешь сомневаться…- начал было неискренне возмущаться тот же голос из толпы, однако Страшила не дал ему договорить.

— Так или иначе, но открытие ворот не пройдет без привлечения внимания…- урод сделал особое, чуть ли не сладострастное ударение на слове – «черни», которая, как вы сами отлично знаете, не испытывает к сему замечательному городу патриотических чувств. Простонародье с радостью воспользуется шансом сбежать от выполнения своей священной обязанности – умирать ради Высшего Блага, оставив ее исключительно на ваших плечах – урод с лязгом закрыл забрало – Первые же и гвардейцы, в полном составе благородно оставшиеся в Троттингеме, просто не смогут сдержать атаки чудовищ.

Он как-то чересчур подчеркнуто прошествовал к пустому креслу.

— Все защитники героически погибнут, что есть хорошо – нож был изъят из спинки – затем наши дорогие гости проследуют за сбежавшим быдлом и побоявшимся разделить судьбу со своими близкими кобылками и детьми. Снова огромная гора трупов. Еще лучше – жеребец уселся на мягкую подушку – но при этом кто-нибудь, самый быстрый или пронырливый, может избежать гибели. Это уже нехорошо. Более того – неприемлемо.

Страшила достал из длинного кожаного тубуса черно-зеленый шарик размером с копыто и начал вертеть его перед собой:

— Есть мнение, что паникерам следует заткнуться и делать что приказано. В противном случае я не могу гарантировать отсутствия детонации закрепленных в ключевых местах города зарядов с последующей гибелью большей части населения – широкая улыбка – кто-нибудь еще хочет высказаться?

Аудитория подавленно молчала.

— Нет? Замечательно – граната вернулась в футляр – господин мэр, пожалуйста, продолжайте…

— Скажи: а чего это он там бурчит? – шепнула Трикси Серому.

Тот глянул в направлении ее кивка и недоуменно-осуждающе произнес:

— У нас тут вообще-то военный совет.

— Правда что ли? А я и не заметила – кобылка иронично изогнула брови – вот только проблемы расширения нового поля боя и участия пегасов ни меня, ни его, ни тебя не касаются, так что будь лапой и просто ответь на мой вопрос. Интересно же чего твой собрат постоянно про себя распевает.

Следопыт возвел глаз к потолку, но все же прислушался к соседу, с чего-то в этот раз пришедшему на совет не как обычно в шлеме, а полностью в своих разболтанных доспехах.

— В данный момент «рекомендации по воспитанию жены» — спустя пару минут ответил он недовольным тоном – хотя «поет» — это вряд ли. Скорее уж бухтит. Единственное, что попадает в такт, это припев: «плетка свистнула, кровь пробрызнула. Ах лели лели».

— Знаешь, у меня вдруг появилось ощущение, что горожане получили по заслугам – прокомментировала кобылка спустя пару минут.

— Это очень старая песня, возможно даже придуманная еще до Основания – уязвлено зашипел жеребец – причем вполне вероятно, что уже и тогда она была не более чем шуткой.

— Ну-ну – хмыкнула волшебница – то-то ее помнят даже психи с амнезией.

— Он много классики помнит, видно только такое ему и пели…- его прервал намекающий стук, сопроводившийся негодующим взглядом мэра. Следопыт пристыжено смолк.

По окончании собрания Крим потащил их обоих вслед за Страшилой, который, едва последний Первый скрылся с глаз, почему-то сразу начал прихрамывать. Путь их лежал к отведенным стадзеру палатам на самом краю Верхних Кругов. Первое, что здесь бросалось в глаза – количество охранников, которые стояли буквально повсюду.

Впрочем, судя по виднеющимся там и сям пятнам гари, зарубкам на стенах и остаткам мебели вся это массовка помогает слабо. А длиннющая, лишь слегка заживленная рана на боку главного злодея всея Троттингема явно намекает на необходимость лишить сторожей премии. Как и целителей.

— Кто ж тебя так отделал-то? – поинтересовалась волшебница, обнаружив во время лечения еще и столь же плохо обработанную дырку под бедром – ты ведь вроде непобедимый убийца чудовищ?

— Твари никак не могут перестать плохо себя чувствовать рядом со мной – перевел шипение почему-то отказавшегося снять шлем исцеляемого Серый – с гранатами они практически перестали представлять для меня угрозу. А вот троты со временем умнеют. Кстати – он повернулся к Криму – мой собрат требует шоколада.

— Имей совесть! – неожиданно громко возмутился глава города – ты уже в одиночку сожрал чуть ли не треть всех городских запасов. Такими темпами сам скоро в батончик превратишься.

— Сомневаюсь, что мне светит столь блестящее будущее – отозвался урод – и в любом случае: мои метаморфозы – не твое дело. Лучше скажи: как смеешь ты называть себя мэром, не позаботившись заранее о накоплении сколь-либо приличного количества этого стратегического продукта?

— А вот так – воинственно хлопнул крыльями пегас – закупки производились согласно плану питания. Шоколада усреднено рассчитывалось по плитке на гражданина в неделю. Кто ж знал, что первый попавшийся иностранец будет его тоннами в себя запихивать?

— А нечего было меня ловить – пробурчал стадзер — короче: получу я свой рацион или пора переходить на кровь девственниц? Если второе, то требую, чтобы все жертвы были молодые и одетые.

Крим недоуменно посмотрел на Серого. Тот только пожал плечами и указал на собрата.

— А грибами не удовлетворишься? – уже спокойней спросил мэр.

— Кошмар – копыто патетично ушло вверх — на что только не готовы пойти некоторые, лишь бы не делится сладким. Ты бы мне еще своих детей предложил – псих задумался – в принципе, можно. Но в любом случае совсем без шоколада оставаться я не намерен.

На какое-то время беседа прекратилась. Она как раз успела доделать шов на колотой ране и дать рекомендации по ограничению на движения.

— Ладно, так уж и быть: выделю тебе еще ящик кариеса – наконец махнул копытом пегас – зачем звал-то? Показывай свою очередную гениальную идею.

Страшила победно кивнул, с помощью следопыта поднялся на ноги и проследовал в дальний угол комнаты, где явно не к месту висела зеленая занавеска. Под ней оказался некий непонятный рисунок. Комната вся была исписана подобными каракулями – видно в припадке вдохновения хозяин никак не мог найти бумагу. Хотя конкретно это изображение несколько отличалось от других…

— А почему кровью? – первым делом поинтересовалась Трикси.

— Последние два добровольца в штурмовики во время записи расколотили мне все пишущие принадлежности, а терять пришедшую идею не хотелось. Вот и пришлось подножными средствами – псих хлопнул по шву на боку.

Несколько минут все сосредоточенно изучали мазню из внутренних жидкостей.

— Надеюсь, я ошибаюсь и тут вовсе не показан план затопления города? – наконец высказался Крим.

— Я же говорил: оставляйте надежду у входа – прогавкал урод – он и есть.

После ряда разъяснений, Трикси также удалось разглядеть в этих каракулях нечто вроде Троттингема в разрезе с катящимися по верхним и центральным уровням волнами. Первый вопрос был более чем естественен, а ответ на него – лаконичен: « чтобы убить тварей».

— И чем же тебя не удовлетворяет наша нынешняя стратегия? – иронично поинтересовалась кобылка.

— Многим, и не в последнюю очередь – недостаточной смертностью среди местного населения – с улыбкой отозвался жеребец – хотя главным его недостатком безусловно является тот факт, что тварей просто слишком много.

— И откуда у тебя такие данные? – неприязненно поинтересовалась единорожка. За последнее время ей уже изрядно надоели внезапные и, что самое неприятное, зачастую верные прозрения психа.

— Провел исследование, посвящать в детали которого у меня нет никакого желания – попытался увильнуть стадзер, однако волшебница настояла — ты ведь знаешь, что все общество тварей связано друг с другом? Можешь считать, что я просто посчитал количество межотрядовых лент, уходящих вдаль .Точнее, не смог – он открыл забрало — шансы города…невелики.

До чего же довольное у него выражение.

— Но это предложение все же чрезмерно – наконец высказался задумавшийся было мэр – даже если принять твои ранее представленные данные на веру, разрушение Троттингема никак не может быть возможным решением проблемы. Да к тому же многим тварям вода не страшна.

— До сих пор веря мне, ты выигрывал – резонно возразил урод – а альтернативы этому я не нашел. Может позже чего-нибудь и придет в голову, но надо уже сейчас морально готовится к необходимости оставить сие поселение. И если глянете вон туда – он показал на правый верхний угол рисунка – то увидите, что я надеюсь не только на воду.

Единорог и молния.

— Пришло в голову после общения с собратом по поводу водных процедур – кивнул в сторону Серого Страшила – предлагаю сегодня же начать работы по растапливанию ледяной шапки и скапливанию жидкости на «чердаке». Также требуется обеспечить герметичность дверей в нижние пещеры – еще одна усмешка — нам ведь не нужно, чтобы влага жизни ушла туда, где ей некого убить. Когда чудовища наконец прорвутся в город, здесь останутся только операторы для шлюзов и пара магов, могущих обеспечить электрификацию супа.

— А население и солдат можно будет эвакуировать пока враг раскапывает последний завал – медленно кивнул мэр – что ж, это не столь безумная затея, как можно было подумать сначала. Но все равно…

— Я предлагаю решение. Следовать ему или нет – ваше дело – прервал его стадзер и направился к слегка обгоревшей кровати – а в данный момент прошу оставить меня в покое – мне нужно хоть немного отдохнуть перед сегодняшней атакой. А то эти убийцы совершенно обнаглели – уже и под утро шастают.

Он рухнул на постель.

— Слушай, давно хотела спросить: шлем он что ли вообще никогда не снимает? – машинально переходя на шепот, спросила Трикси у Серого.

— Вполне возможно. Говорит, ему нравится забрало – как бы в подтверждение сзади раздался лязг.

-
Единорожка смахнула пот со лба и удовлетворенно осмотрела свою работу. Кости сращены, разорванные мышцы восстановлены, сосуды работают. На кожу сил хватило едва-едва, а вот с перьями пока вовсе придется распрощаться.

— Ну, в общем-то и все. Скоро выздоровеешь – кобылка успокаивающе похлопала супруга по здоровому крылу – только больше, пожалуйста, так не делай – у меня прям…- Трикси на минуту задумалась, стараясь поточнее вспомнить ощущения – пожалуй, печень, оборвалась, когда я увидела, как мой пегасик падает.

— А у меня последней мыслью перед обмороком была «ой, как же она мне задаст…» — с извиняющейся улыбкой признался Крим.

— Не сомневайся, мало тебе не покажется – волшебница потянулась вперед и поцеловала его – но позже: сперва надо дать тебе время вылечится, а то снова потеряешь сознание и никакого удовольствия я не получу.

— В таком случае порядок действий очевиден: нужно изо всех сил стараться затянуть собственное выздоровление. Тогда ты рано или…ох – единорожка легонько стукнула мужа по пузу – а говорила, будто отсрочку дашь.

— Ты же знаешь, какие у меня проблемы с терпением…- тут главе города принесли ужин и она не отказала себе в удовольствии покормить его с ложечки.

— Так что же все-таки случилось после моего…ухода в мир грез? – снова начал допытываться больной.

— Ты имеешь в виду, после логичного завершения дурацкой идеи покомандовать солдатами свысока за неимением адьютантов? Ничего нового – пожала плечами кобылка – подрались, отступили, взорвали.

— Ясно – кивнул жеребец — а каковы потери?

— У Страшилы наконец отвалилось забрало – подумав, сообщила волшебница – да и вообще его доспехи теперь легче выбросить, чем починить. Еще все ваши огнедышащие бочонки взорвались. Большего сказать не берусь. Вроде ничего экстраординарного.

— Пушки жаль – вздохнул мэр – стало быть, ожиданий не оправдали. Сюрпризов у нас остается все меньше и меньше.

— Не волнуйся: твой ручной сумасшедший гений еще чего-нибудь придумает – утешила супруга единорожка — его ведь в этот раз даже лечить практически не пришлось – ухо не в счет.

— Ну-ну. Вот только сомневаюсь, что горожане сейчас физически потянут его предложения – скептически вздохнул Крим – ты бы поспала, а то ведь весь день на ногах…у себя – добавил он, пресекая ее попытку устроится на больничной койке.

— Что, чуть поранился – и сразу стала не мила? – угрожающе поинтересовалась Трикси.

— Напротив – твое присутствие поблизости не даст мне получить порцию необходимого для здоровья сна – улыбнулся пегас – к тому же это нарушение больничного режима и мне все будут завидовать, что не есть хорошо для лидера.

За сим последовало самое просящее из всех его выражений лица. Кобылка сопротивлялась недолго:

— Ну ладно, только ради твоего имиджа – она аккуратно обняла его на прощанье и покинула палату.

Впрочем, далеко уйти ей не удалось – буквально в соседней комнате срочно понадобилась замена выбившемуся из сил целителю. Персонал госпиталя, конечно же, ни за что не посмел бы отвлекать саму Великую и Могучую Трикси ради обычной операции, но вот мать умирающей санитарки оказалась не столь щепетильна. Потом был некто совершенно неопознаваемый из-за кислотных ожогов. Затем – чуть не раздавленный во время экстренного строительства очередной ловушки жеребенок…

Короче, выбраться удалось лишь под утро.

Пожалуй, зря она все-таки приняла этот синий стимулятор – от него, помимо прямого эффекта, замедляется обмен веществ, а значит и на возврат к нормальному состоянию понадобится больше времени. Остается только надеяться, что до следующего удара чудовищ удастся восстановить хотя бы часть энергии. Ну а перья Криму не нужны – он и без них самый красивый.

Это были те редкие часы, когда Троттингем находился в покое. Даже самый упертый патриот понимал, что рабочим хоть иногда надо спать и в кои-то веки по каменным кишкам не разносился стук молотков, звуки команды и грохот. И как будто не было никакой войны и твари в этот самый момент не раскапывали очередной завал буквально в паре часов хода отсюда. Впрочем, кое-какое отличие от довоенного города таки было: практически все светильники потушены – еще в начале осады была введена жесткая экономия на ламповое масло. Зато чудовища горели весело.

Кобылка далеко не сразу обнаружила, что вместо «домой» идет куда-то в сторону казарм. Видно рефлекс, она ведь туда чуть ли не по четыре раза на дню ходит: солдатам постоянно нужна магическая пленка на оружие – с некоторых пор твари стали выставлять вперед своих особо бронированных представителей — а количество могущих обеспечить ее единорогов с каждым днем становится все меньше. К тому же там лежал Биг Мак: какой-то недоучка чуть не свел его в могилу, забыв откачать кровь из легких после ранения, да еще и неправильно вправил колено. По счастью, Страшила вовремя его навестил и сообщил ей, так что теперь таинственная избранница таки получит непутевого жениха в почти прежнем виде.

После недолгого раздумья было принято решение направления не менять — не все ли равно, где бить по сену. Неделя боев не прошла для города даром: большая часть солдатских коек ныне пустует, так что место для одной уставшей кобылки наверняка найдется.

Выскользнув на мгновение в центральную волшебница внезапно почувствовала нечто странное.

Вокруг слишком светло.

Уставшему, заторможенному мозгу понадобилось какое-то время, чтобы сложить два и два и направить взгляд в сторону ворот. Открыты.

Секунду спустя расширившиеся глаза заметили в них какое-то шевеление.

А затем сверкнул взрыв.

-
— Цзюрюк! – что-то снова грохотнуло – цнеле!

— Я тебе лошадь что ли? – прорычала кобылка, изо всех сил нажимая на рычаг – тут вообще-то нужно четверо здоровенных жеребцов.

— Дакерс нихчт! Махсен! — короткий вскрик, злобный смешок – начст!

Трикси на мгновение обернулась – пейзаж перед выходом из города обогатился еще парой воронок и тел. Толпа явно уже на пределе. Да где же эти боссы?

Она вернула свое внимание вороту. По идее ведь только открывать тяжело, а закрываться створки должны сами. На крайний случай одним пони.

Эх, не будь она так истощена, проблемы бы вовсе не возникло.

Волшебница снова уставилась на висящий над нею механизм. Какие-то стержни, зубья, колеса. Как это вообще работает? Должна быть какая-то подсказка.

— Ноч эйнэ — послышался взрыв – дерз гхерестикайт аллец умзонст!

Так, спокойно. Строители были не дураки и прямо предполагали возможность экстренного схлопывания в случае налета каких-нибудь быстрых тварей. Интересно, а они предусмотрели возможность побега самих стражников?

Вряд ли…

Сзади снова раздался крик, а сразу за ним – лязг стали. Видно у Страшилы кончились гранаты и группа гвардейцев воспользовались этим. Жеребец закрутился как волчок, однако опытные бойцы уверенно отжали его от ворот, освободив проход мгновенно хлынувшим на свободу поням. Толпа не обратила внимания на спрятавшуюся в будке с механизмом единорожку, спеша как можно скорее оставить обреченный город.

— Феррайтрас! — судя по гулу стадзер только что словил неслабый удар по шлему – идиотц! Цзюрюк!

Видя безнадежность собственных усилий по закрытию ворот, Трикси решила для начала помочь уже зажатому в угол психу. Сил восстановилось лишь на пару слабеньких выстрелов. Впрочем, свое дело они сделали: воспользовавшись тем, что нападавшие на мгновение отвлеклись, Страшила швырнул под ноги одну из своих бомб, в последний момент скользнув за дверь склада, к которой его прижали. Видно эта граната была какая-то некондиционная – предателей только разбросало в стороны. Через пару секунд стадзер снова вывалился наружу и единорожка заметила льющуюся из-под шлема и нескольких ран на торсе и ногах кровь. Он сделал несколько шагов в сторону бегущей толпы и упал, снова крикнув свою «цзюрюк»!

— Что делать будем? – помогла ему подняться сама едва стоявшая на ногах волшебница.

Тот пробурчал нечто невразумительное и с ее помощью направился к только что оставленной ею будочке с рычагом. К счастью, на них никто все еще не обращал внимания – видно даже ненависть к палачу не могла отвлечь Первых и их прихлебателей от побега. Оказавшись внутри спутник сел и прислонившись к стене начал настойчиво рассматривать механизм. Секунд через двадцать показал на глаза. Она с огромным трудом выдавила из себя огонек.

Откуда-то сзади начали доносится звуки драки, свистки, крики. Троттингем наконец очнулся и увидел утекающий из него поток предателей. Или, что тоже вполне вероятно, жаждущие стать таковыми узрели путь наружу.

Страшила издал некий горловой звук и ткнул в сторону какого-то белого стержня на другом конце комнатушки…

-
— До сих пор не понимаю: откуда он узнал, как закрыть створки? – кобылка осторожно перевернулась и подставила массажистке другой бок.

Раздраженное гавканье.

— Если провести цензуру, то получится: «да кто угодно мог это сделать – там всего три внешних звена» — что бы это не означало – перевел Серый.

Половину его лица, к счастью как раз ту, где глазница пуста, закрывала коричневая повязка – результат попыток сэкономить на кончающихся компонентах для стимуляторов.

— И вообще: чего ты тут делаешь? – снова залаял псих – тебя ведь даже копытом не тронули.

— Ну не могла же я оставить себя без объяснений – она перевернулась на спину – к тому же массаж помогает при магическом истощении. Так что давай, рассказывай.

— Чего тебе…– голос ушел ввысь. Видно врач тоже потерял кого-то в штурмовых.

— Для начала: что все-таки произошло? – любезным тоном спросила единорожка.

— А разве есть варианты? – зашипел Страшила – предательство! Эти…нехорошие пони…жаждущие спасти свои…жизни, бросили…минуту – Серый наклонился пациенту и зашептал нечто явно неприятное. Тот периодически порыкивал в ответ.

Она уже собиралась уходить, когда дискуссия наконец завершилась и следопыт вновь повернулся к ней:

— Кратко история такова: мой собрат внезапно обнаружил открытые ворота и бегущие через них орды тротов. Пройти мимо подобной радости у него, разумеется, никак не получилось – Страшила согласно гавкнул – и вот когда он уже вовсю портил массам настроение, искренне надеясь на скорое прибытие представителей охраны правопорядка, к нему внезапно пробилась некая единорожка, которую вежливо попросили закрыть ворота.

— А я-то думала на меня просто наорали – хмыкнула Трикси.

— Дальше ты знаешь – проигнорировал ее замечание переводчик – также тебе просили передать, что очень недовольны твоими действиями.

— Ладно, в следующий раз не буду спасать его жизнь – пожала плечами волшебница – а кто открыл ворота?

— Понятия не имею – отозвался стадзер – но судя по отсутствие трупов, до моего прихода разумеется, сами же стражники. Подозреваю, что и часовые с патрулем были в доле. В конце концов, им предложили шанс избежать своей судьбы, а может и золота сверху добавили.

— Логично – кивнула единорожка, уже стоя у входа – ну и последнее: что ты сам делал в столь неурочный час?

— Получал удовольствие, лично убивая предателей – как нечто очевидное заявил псих – разве было незаметно?

— Судя по обилию всего лишь раненых – не очень – хмыкнула Трикси – чего ради ты ночью шлялся по центральной?

— Вполне вероятно, скоро узнаешь – он как-то очень нехорошо засмеялся.

— Лежи спокойно, иначе мне снова придется тебя к этому принудить – она погрозила супругу копытом – а ведь ты сам знаешь как мне сейчас тяжело.

Пегас какое-то время боролся с собой, однако в итоге забота о жене победила — тело обмякло:

— Так нечестно!

— В любви и на войне все средства хороши – философски пожала плечами кобылка – да и к чему тебе дергаться? Троты не младенцы — проживут денек и без прямого начальника.

— То-то я гляжу, что стоит мне на денек выйти из строя, как чуть ли не треть города пытается сбежать — жеребец издал протяжный стон – будь я на месте, они бы ни за что не решились…

— Не льсти себе – Первые бы все равно утекли – утешила его волшебница – сам подумай, сколько сил и времени было вбухано в этот заговор. Твое падение максимум дало лишний повод. Да и скажем откровенно: скатертью дорога. Эти «нехорошие пони» нам не нужны.

Крим разразился чуть ли не истерическим смехом, который впрочем быстро затих:

— Действительно: на кой ляд нам сдалась чуть ли не самая подготовленная и прекрасно экипированная часть нашей почти растаявшей армии. И какая разница, что гвардейцы были ключевым звеном оставшихся двух линий обороны?

— Никакой – согласно кивнула она, поправляя ему подушку – тем более что эвакуироваться удалось не всем, а некоторые и вовсе не пытались бежать. Взять к примеру того Основателя, что в петле у Страшилы стоял – настоящий патриот, как и его соратники.

— По-моему их просто не пригласили – мрачно отозвался мэр, вновь делая подозрительные движения – а от не успевших больше вреда, чем пользы – небось только и думают, что о новом побеге или самоубийстве.

— Кое-кто совсем разуверился в согражданах – единорожка легонько постучала его по груди.

Он усмехнулся и поймал ее копыто, приложив его ко лбу.

— Кстати, есть и хорошая новость: у тварей кажется, наконец начали заканчиваться землеройки – они отстают от графика, так что ты тоже имеешь полное право немного поваляться в постели – единорожка начала гладить лежащего жеребца – все наладится, вот увидишь.

— Ха. Ну-ну – мэр понемногу успокаивался – и почему мир так настойчиво отказывается работать по плану.

— Просто это слишком скучно – Трикси чмокнула его в нос.

Почти идиллическая атмосфера была прервана ввалившемся в палату взмыленным золотым, доложившем о внезапном прибытии посланца грифонов.

-
-…если бы вы соизволили сообщить нам об эвакуации заранее, трагедии можно было бы избежать – закончил свою речь черно-рыжий птицелев – мой народ сочувствует вашему горю, но его вины в произошедшем нет.

Наступившую за этими словами гнетущую тишину разрезал исполненный радостной злобы смех.

— Гхерестикайт! – победным тоном провозгласил опирающийся на собрата Страшила, после чего вновь расхохотался.

— Позвольте уточнить – поспешил мэр отвлечь от него внимание посла – все…беженцы уничтожены?

— Несколько десятков, в основном дети, спаслись – грифон с сочувствующим видом кивнул на стадзера – ваш солдат слишком рано тронулся – его семья еще может быть жива.

— Не волнуйтесь, он всегда такой – успокоила его Трикси.

— Понятно – еще раз глянув в сторону психа, птицелев вернулся к выполнению миссии – ваши сопровождающие сражались отважно — догнавшие их твари понесли значительные потери. Нам не составило труда обратить оставшихся в бегство и гнать их во исполнение договора до самых пещер. В будущем мы готовы оказать вам всяческую поддержку. Готов ответить на возникшие вопросы.

Жалкая горстка Первые тут же начали выпытывать у него информацию касательно выживших и детали гибели беглецов. Грифон отвечал четко и конкретно, во всю демонстрируя присущую его народу степенность и благородство. Трикси даже поймала себя на мысли, что откровенно любуется их царственным гостем. Причем Крим, кажется, тоже это заметил:

— Они надежные союзники, жаль только подземелий бояться и жадны сверх меры. Кстати – он воспользовался паузой в разговорах и возвысил голос – уважаемый посол, разрешите задать один вопрос: вы не словом не упомянули о вынесенных беженцами материальных ценностях. Я так понимаю, что они уже в пути?

— Конечно –кивнул птицелев – все принадлежащие Троттингему предметы будут возвращены в течении суток, разумеется за вычетом положенной нам по праву военной добычи…

Так началось долгое и весьма недружелюбное обсуждение касательно применимости термина «военная добыча» к явно не могущим принадлежать тварями вещам, за время которого волшебница успела потерять к этим клювастым скрягам всякое уважение. Муж, скорее всего, именно этого и добивался. Где-то на втором часу болтовни стадзерам это надоело и волшебница, убедившись, что мэр в ближайшее время особо шевелиться не намерен, скользнула за ними.

— Эй, хохотунчик, ты случаем не хочешь поделится со мной чем-нибудь? – поинтересовалась кобылка у не успевшей далеко убежать парочки.

— Ну, я был бы не против разделить с тобой свои раны и боль, а лучше так отдать их все оптом – отозвался уже не смеющийся маньяк.

— Прости, но я никак не могу принять нечто столь для тебя дорогое – смиренно склонила голову волшебница – а как насчет причины твоего экстаза при известии о гибели «беженцев»?

— А разве в этом есть что-то непонятное? – поднял брови Страшила – они пытались сбежать от справедливости. И получили по заслугам. Неужели кто-то способен НЕ порадоваться подобному?

Появилось желание несколько подправить его уродливую физиономию.

— Ты ведь знал, не так ли? – уже без обиняков спросила единорожка, заступив им дорогу – что там твари?

— Фрайликс – без тени смущения широко улыбнулся псих, кивая.

Трикси закусила губу. Затем глубоко вдохнула и закрыла глаза. Впрочем, гнева хватило ненадолго – какой сейчас в нем смысл?

— Так почему же ты ничего не сделал? — все-таки спросила она – там ведь были кобылки, старики, дети…

— Это была толпа предателей, бессмысленно пытающихся избежать своей участи – презрительно ответил Страшила, вскинув голову. А секунду спустя его как будто подменили: плечи опустились, глаза погасли, а голос исполнился горькой насмешкой — я говорил, что им не уйти от возмездия. Пытался привести их к искуплению, пусть даже насильно. Угрожал, запугивал, причинял боль, а когда они все равно пошли против – встал в проеме и начал убивать. Скажи: что ЕЩЕ мне следовало совершить?

— Ты мог прямо сказать, что за воротами твари – немного неуверенно заметила кобылка, слегка выбитая из колеи метаморфозой собеседника.

— Мы оба понимаем, что мертвецам было плевать на мои воззвания – фыркнул урод – к тому же я сам был не уверен…

— Кстати, а как ты вообще об этом узнал? – перебила Трикси – это как-то связано с твоими ночными блужданиями?

— Отчасти – тяжелый вздох – понимаешь…я уже не просто чую ИХ. Мне начинает казаться…ты ведь больше не пыталась выйти с ними на контакт? – неожиданно положил он ей копыто на плечо.

— С тех пор как вернулась в город – всего один раз – она вздрогнула от воспоминаний – они совершенно не такие как Мать.

— Ты не попалась. Хорошо – жеребец выдохнул. Голос вдруг стал каким-то...потерянным? – не делай этого. Никогда. Сперва может почудится, будто механизм прост и стоит лишь еще чуточку погрузится в него, как тайна будет раскрыта и найден ключ. Но это обман. Проникая в них, открываешь себя. Чем больше вглядываешься, тем сильнее засасывает и тем меньше у тебя остается уверенности, что вернувшееся существо – все еще ты.

Страшила выпустил поддерживающего его собрата и прислонился к стене. Копыто начало бессмысленно ощупывать лоб, видимо ища вновь отвалившееся забрало. Трикси с чего-то почувствовала себя неуютно:

— Надо же, а я-то всегда думала, что не нравлюсь тебе – она села напротив и аккуратно вытерла выступившую из-под головной повязки кровь.

— Просто ты оказалась не настолько мерзкой личностью, как прикидывалась все это время – стадзер грустно усмехнулся — да и рассмотрение тебя в качестве половины моего крылатого протеже так же поспособствовало изменению моего мнения.

— Сомневаюсь, что Криму понравится подобное именование – хмыкнула кобылка, слегка подправляя работу его лечащего врача.

— Пока ему приносят идеи по спасению города, мэру абсолютно без разницы как его называют. Уже за одно это его стоит уважать – глаза сверкнули – и думаю, новое предложение придется твоему супругу по душе…

-
— Да ты с ума сошел!

— Пожалуйста, лежи спокойно – с трудом удержала его Трикси – ты ведь наверняка хочешь еще хоть раз в жизни полетать?

— Нет, ну ты слышала ЧТО…

— Ага, мои уши в порядке, в отличие от твоих крыльев – она положила копыто мужу на грудь – а теперь, прошу тебя, успокойся и дай ему объяснить свою очередную безумную затею. После этого можешь орать.

Распластанный по кровати пегас недовольно посмотрел на жену, однако все-таки послушался. Волшебница кивнула иронично глядящему на них Страшиле и продолжила обработку раны.

— Рассказывать тут, в общем-то нечего – снова залаял стадзер – положение города практически безнадежно. От войска осталась едва ли четверть и то считая легко раненых, относительно взрослых и лишь слегка обученных. У тварей дело обстоит лучше. Настолько, что даже мой гениальный план все тут затопить не поможет – даже в лучшем для нас случае остатков чудовищ вполне хватит, чтобы превратить беженцев в фарш. Если конечно пташек над нами не тысячи.

— Грифонов всего несколько сотен – отозвался Крим – и они не горят желанием умирать за нас.

— А как насчет войск Ордена? – задал вопрос Серый.

— Могут прийти в любой момент, но пока на горизонте пусто – хмыкнул мэр – хотя с той же долей вероятности они как раз сейчас штурмуют какой-нибудь холм за тридевять земель отсюда – несмотря, а может даже благодаря нашей торговле, отношения между Троттингемом и фиолетовыми довольно-таки натянутые. И это еще если не вспоминать былое..

— Ну вот и прекрасно – улыбнулся Страшила — тем больше причин воспользоваться моим новым планом.

— Оторвать у почти мертвой армии последние оставшиеся вкусные куски и послать их искать то-не знаю-что в тылу у тварей – возвел пегас очи к потолку – гениально.

— Рад, что ты так считаешь – шутовски поклонился псих – хотя описание цели не верно – я отлично представляю ее себе.

— Да-да, таинственный «мозг», который ты в глаза не видел, но при этом точно уверен в его месторасположении – скептическое фырканье – прости, если мой энтузиазм слишком хорошо умеет прятаться.

— Прощаю: ведь ты, к счастью, не видишь мир как я – нечто вроде отчаянного варианта традиционной зловещей усмешки – мне же сложно не заметить место, куда сходятся все линии, тем более зовущее меня. Понятия не имею, что там, хотя на Гнездо не похоже. Именно оно координирует всю армию чудовищ.

Жеребец подошел к стене и начал рисовать некую паукообразную картину. Вроде кучка детей Создателя соединенных нитями с неким центром.

— Если вырубить командное звено, то подчиненные сразу тупеют, теряют организацию, становятся не способны на грамотное взаимодействие и вообще начинают вести себя как животные. В этот момент они очень уязвимы – смешок. Линии были зачеркнуты, вместе с несколькими изображениями тварей – прямо как пони. Однако у противника реакция куда лучше: в начале осады сообщество восстанавливало контроль всего за несколько минут, просто передавая потерявших «офицера» в подчинение другому – оставшиеся уродцы подсоединились к чему-то наверху — но от битвы к битве, время все увеличивалось, а оставшиеся без командира подразделения чувствовали себя в промежутке все хуже. Предполагаю, что причина этого феномена — моя деятельность.

— То есть, у них кончаются офицеры, так? – уточнил Крим.

— Именно — кивнул стадзер – и это дает надежду. Я не могу обещать, что убив «мозг» мы выиграем войну, но гарантирую: если попытаемся выйти – всех перебьют. Останемся – всех перебьют. А так у нас может появиться шанс.

Крим задумался. Несколько раз проглядел свежие отчеты и всмотрелся в картинку на стене. Наконец спросил:

— А как ты намерен попасть к ним в тыл? Не через подземье надеюсь – вам потребуется неделя только на путь туда.

— Нет – Страшила положил копыто на карту Троттингема и указал на отметки вражеских подкопов – противник сам обеспечил нас проходами. Остается только найти наиболее короткий и исправный – кивок на волшебницу – я же в свою очередь проверю, чтобы в них не было избытка тварей.

Глава города снова надолго замолчал. Наконец покачал головой:

— Если ты говоришь правду насчет количества чудовищ, то это уже чистое самоубийство. Я просто не могу послать на смерть наши последние части. После всего, через что они прошли, это было бы предательством.

Псих кивнул. И улыбнулся:

— А если они пойдут сами?

-
— Серый, скажи честно: это ведь были твои слова? – пихнула она старого друга в бок.

— С чего ты взяла? – обернулся к ней стадзер.

— С того, что он никогда бы не смог такого сказать…- Трикси на мгновение задумалась – точнее, насчет «сей град обречен» и «вам не уйти от судьбы» я готова поверить, но вот потом…

— Неужели ты правда считаешь, будто ему неизвестно такое понятие, как «надежда»? – усмехнулся вновь повернувшийся к помосту жеребец.

— Это было не самое странное – кобылка еще раз оглядела на непонятно откуда взявшуюся очередь «добровольцев». Забавно: всего час назад здесь была толпа уставших, изнеможённых непрекращающимися боями, работами и похоронами тротов. Этаких призраков, практически не отреагировавших, когда им прямо сообщили, что все они обречены. Тихий плач не в счет. А теперь их окружали какие-то совершенно другие пони — да ладно тебе, отлично же понимаешь, о чем я.

— Ага, стал быть Великая и Могучая Трикси не способна принять, будто мой собрат не знает любви? – следопыт демонстративно похлопал ресницами – или что эта Родина – вовсе не его, а значит и сражаться ему за нее нет смысла?

— В эти тезисы я также вполне готова была поверить – недовольно ткнула его копытом кобылка –мои уши попали под подозрение, когда сей асоциальный маньяк выкинул лозунг насчет дружбы.

— Ну не знаю, по мне так в этом нет ничего странного – пожал плечами Серый – на что еще может опереться тот, кому уже не во что верить? Только на тех, кто верит в него. Друзей. Родных. Любимых. Без них не будет и его самого. А значит, в дело вступает инстинкт самосохранения.

— Но откуда психу-то об этом знать…- сзади раздался лай.

— Из первых ног – с улыбкой перевел стадзер, повернувшись вместе с ней к источнику звука.

Страшила, снова в шлеме с пока еще открытым забралом, подмигнул ей и гавкнул:

— Думаю, с моей стороны будет не слишком нагло сказать, что я также имею как минимум одного друга – он положил копыто на плечо собрата – кого-то, способного меня понять.

— Действительно – хмыкнула единорожка и пригляделась к обмундированию – ты что же тоже идешь записываться в добровольцы? Никак собственную речь перед зеркалом произнес?

— Ну я же не эквестриец, чтобы убегать – оскалился стадзер – мое участие задумывалось изначально – ведь кто-то же должен вести отряд. А вот насчет твоего нам нужно поговорить…-Серый дернулся от толчка и наконец заметил, что последняя часть фразы была обращена к нему.

Горожане о чем-то задискутировали на своем языке. Причем уже где-то через минуту произошло нечто прежде не виданное ею в их разговорах: следопыт потерял свою обычную невозмутимость и покровительственный тон, вскоре даже начав повышать голос, в то время как псих говорил с легкой усмешкой и явной снисходительностью, как будто уже зная победителя в этом споре. Диспут продолжался долго – очередь давно ушла вперед, а двое иноземцев все никак не хотели прекращать.

Наконец, когда Трикси уже хотела было слегка поучить их хорошим манерам – она ведь как-никак, дама, кою негоже оставлять без внимания – Страшила видимо пошел своим главным козырем. А именно с хитрым видом постучал себя по доспехам сбоку, присовокупив пару слов и ткнув собеседника в то же место. Серый недоуменно проследил за его копытом и внезапно замолчал. Спустя пару минут он попытался было продолжить дискуссию, но уже без огонька. Урод победил.

— И что это было? – спросила кобылка понуро склонившегося стадзера.

— Я не иду с ним – хмуро ответил тот – по целому ряду причин.

— Ага, то есть он думает, будто все вокруг вдруг выучили ваш язык? – недоуменно вскинула брови волшебница, глядя вслед уходящему маньяку.

— Надеется на брифинг и опытность солдат. В принципе, особых уловок и не понадобится: всего-то надо найти и убить – пожал плечами жеребец – а я необходим здесь, как последний оставшийся спец по стимуляторам, взрывчатке и тварям. Нам как-никак еще сдерживать орду.

— А что это был за жест со стучанием себя и тебя в грудь? – поинтересовалась единорожка.

Собеседник как-то стыдливо посмотрел на нее и достал из кармана на груди знакомую пухлую книжицу, из которой теперь торчала еще кучка дополнительных листков:

— Если я сейчас погибну, то мир лишиться, быть может, последнего источника Слова – со вздохом ответил жеребец — а он – единственного друга, в котором уверен.

Со стороны помоста раздался раздраженный лай.

— Прости, меня зовут – Серый рванул в ту сторону – какая-то проблема.

Единорожка последовала за ним, уже воображая себе десяток навостривших копья тротов, однако по прибытии на место все оказалось куда скучнее.

-…короче: ты не имеешь никакого права идти туда – переводил гавканье следопыт – и от себя добавлю, что солидарен с собратом: ты ведь не трот – у тебя есть собственное поселение, о котором необходимо заботится. Не говоря уже о невесте.

— Я – офицер армии Эквестрии – гордо вскинул голову Биг Мак – и быть первым во всем, особенно когда на кону жизни соотечественников – моя святая обязанность. К тому же – уже нормальным голосом продолжил жеребец, подмигнув при этом сердито глядящему на него Страшиле – разве я могу опять упустить того, из-за кого собственно и ввязался во всю эту канитель?

Псих приложил копыто к лицу.