S03E05
Глава 6 Глава 8

Глава 7

Внимание, присутствует сцена секаса, впервые и пока единственный раз за весь фик.

Аметист снова обнаружил себя за рабочим столом. Не более чем несколько часов назад он сорвал крупный куш, наткнувшись на схрон магических артефактов в секретной лаборатории короля Кловиса. Он потратил часы слоняясь по небольшой комнате в верхней части замка, чтобы собрать все предметы вместе и, наконец, начать изучать их. Не спеша, Аметист принялся заносить в каталог разнообразные приспособы и устройства, что он нашёл в замке.

Небольшие часы не более нескольких дюймов в высоту стояли на рабочем столе.

— Артефакт CSL24. Насколько я могу судить, эти часы показывают время, которое вы хотите, чтобы было, — продиктовал сам себе Аметист, заполняя бланк.

На стол запрыгнул розовый пушистый кролик. Аметист оторвался от записей и взглянул на маленького зверька, скачущего по столешнице. Кролик в этот момент как раз спрыгнул со стола и удалился в направлении гостиной.

"О, это ж Флафи, он всегда так делает", — подумал Аметист и не стал больше забивать себе мысли пушистым зверьком, вместо этого он пожал плечами и вернулся к работе. Левитацией он достал из мешка очередную безделушку, положил её на пол и задумался:

"Ладно, вот следующий артефакт. Кажется, он зачарован не слишком сильно, так что долго возиться с ним не придётся".

Вскоре он принялся изучать эту вещицу, но никак не мог понять её предназначение. Разочарованно вздохнув, он откинулся на спинку стула и уставился вдаль.

— Это работа вызывает жажду, мне стоит промочить горло, — произнёс вслух Аметист.

— Чего изволите? — раздался голос.

В одно мгновение Аметист понял, что он больше не у себя дома, а в баре "Гарцующий пони", сидит на высоком стуле перед стойкой из коричневого дерева. Никого из посетителей в баре не было, все громоздившиеся в беспорядке круглые столики сиротливо пустовали. Прямо перед Аметистом стояла не кто иная, как сама правительница Эквестрии — принцесса Селестия.

— Эм, пожалуйста, чашечку горячий явы, принцесса, — сделал заказ Аметист и тут же заметил, что его голос лишился всякой женственности и зазвучал мужественно как прежде. Аметист быстро осмотрел себя и обнаружил, что опять стал жеребцом вплоть до малейших деталей. Однако, тот факт, что на нём надето розовое платье, нормальным назвать было нельзя. Решив не обращать внимание на необычность ситуации, Аметист просто дополнил заказ: — И маффин, пожалуйста, чтобы отпраздновать моё возвращение в разряд жеребцов.

— Без проблем, мой маленький пони. Яву сейчас сделаю, но если ты хочешь получить маффин, то должен сделать маффиновую рожицу, — с улыбкой заявила Селестия.

Аметист кивнул и быстро скосил глаза на нос. На барной стойке прямо перед ним моментально возник маффин. Аметист откусил и принялся жевать кусок, который оказался странно безвкусным. Принцесса тем временем достала географическую карту, вырезала из неё скальпелем кусок с островом Ява и положила его в кофейную чашку. Затем чашку она передала левитацией Аметисту. Он взглянул внутрь и обнаружил, что кусок карты превратился в коричневую жидкость. Не размышляя ни секунды, Аметист набросился на кофе, остановился только спустя несколько секунд.

— Эй, принцесса, вы забыли приправы, — заявил Аметист, указывая на кофе.

— Ох, моё упущение. Один или два кусочка? — с улыбкой поинтересовалась Селестия.

— Только один, я пытаюсь понижать дозу.

Селестия достала из-под прилавка маленького, размером буквально с чайную кружку, кота и отлевитировала его через стойку прямо Аметисту в чашку кофе. Вскоре кот пропал из поля зрения в глубине чашки.

— Благодарю. — Аметист продолжил пить кофе, заедая его маффином.

— Эй, принцесса, выпивку мне и моему последнему завоеванию! — раздался знакомый голос. Аметист обернулся и увидел своего приятеля Мисти Чарма в сопровождении неясно выглядящей кобылы.

— Эй, Мисти, что это за кобылка с тобой? — спросил Аметист.

— Это ты, глупышка, — ответил Мисти. Как только Мисти это сказал, очертания кобылы приобрели резкость, и стало понятно, что она и есть превращённый в кобылу Аметист. Аметист моргнул, в этот же момент обнаружил, что поменялся с кобылой местами. С ужасом он смотрел на самого себя-жеребца, одетого, как сейчас стало понятно, в старое балетное платье сестры и потягивающего кофе за барной стойкой.

— Так что, детка, ты готова к веселью? — спросил Мисти снова-кобылу-Аметиста. Услышав этот голос, Аметист не мог не улыбнутся самой обольстительной улыбкой.

— Ты же знаешь, что готова, — заигрывая ответил он. Мисти и Аметист стремительно слились в страстном поцелуе. Вскоре ситуация распалилась ещё больше, и двое занялись любовью друг с другом. На всём протяжении этого безумия Аметист пребывал в ужасе перед лицом своего ожившего кошмара. Застыв парализованный страхом, он ощущал тяжесть навалившегося сверху Мисти и чувствовал, как паника рассеивалась и заменялась на новое чувство — нужду.

Это невозможно объяснить, но внезапно Аметист почувствовал огромную нужду, недостачу внутри самого себя, неполность. Он не просто хотел, чтобы Мисти сделал это с ним, ему было нужно, чтобы это сделали с ним немедленно и до конца. Мисти продолжал, Аметист обнаружил, что это ему приносит удовольствие.

Милостивая Селестия, как это правильно! — думал Аметист.

Аметист растерял способность мыслить связно, волны удовольствия захлестнули всё его существо. С каждой секундой росло чувство, будто вот-вот что-то наступит. Он не знал, что именно, но страстно желал, чтобы оно произошло, буквально каждой фиброй своей души. И это случилось. Казалось, что всё сущее внезапно разорвалось. Всё пространство и время перестали существовать. Они превратились в одно безграничное, длящееся одновременно самый краткий миг и вечность, острое и ласкающее, возбуждающее и успокаивающее, восполняющее любую неполность до абсолютного совершенства, наслаждение.

Аметист обнаружил себя лежащим в своей кровати ещё до того, как вернул контроль над собственным телом и пришёл в себя. Мисти больше не было, Аметист остался в одиночестве, в доме, где он жил вместе с Мисти. Какое-то время понадобилось, чтобы понять, что всё случившиеся было просто сном. Придя в себя, Аметист решился обдумать приключившееся сновидение.

— Да я даже кофе не люблю, оно горькое, — простонал Аметист, ощущая, как его накрывает волна отвращения. Голос звучал всё так же женственно, и это означало, что он всё ещё кобыла. Это открытие словно обрушило плотину, и сознание затопили подробности сна, во всех мельчайших деталях.

— Лягать колотить... Мне снилось, что Мисти отымел меня и мне это понравилось. — Он свернулся калачиком в постели, обняв собственный хвост и широко раскрыв глаза. Мысли скакали в голове, немилосердно подсовывая мысленному взору то одну, то другую чувственную подробность.

"Никогда мне не снились настолько беспокойные сны. Это всё было настолько реально. Полагаю, я думал о Мисти и о себе... с того момента, как изменился. И если честно, это было бы даже немного любопытно. Но... Но не до такой же степени! Все ощущения... настолько реально, и так приятно. Мне и раньше снились эротические сны, но не в этом теле... и не такие".

От подобных мыслей заурчал живот.

"Может, завтрак отвлечёт меня от всего этого бардака", — подумал Аметист.

Он быстро поднялся и вытащил морковку и тут же почувствовал запах своего тела.

— Лучше сначала помыться, — сказал он самому себе и направился в ванную. По пути туда ему на глаза попалась книга в зелёной обложке, лежащая на его столе. Аметист взглянул на неё, и в памяти всплыло всё, что он выяснил прошлой ночью.

Он ещё не исследовал артефакты, добытые в лаборатории Кловиса, они всё так же лежали в большом мешке в его домике за городом. Но больше всего внимание Аметиста во всём этом пёстром собрании привлекла единственная книга. Небольшая — на одно копыто, и даже слабенькое заклятие левитации способно её удержать, и объёмом она всего в тысячу страниц.

Книга была абсолютно пустой, если не считать самой первой страницы, на которой записана одна единственная фраза, гласившая:

 

“Меня прочесть тебе по силе,

коль будет светить аликорн тёмно-синий”.*

 

Аметист сразу же почувствовал, что книга зачарована. Он был уверен, что несмотря на небольшой размер, это та самая книга с формулами снятия чар, которую он искал. Всё, что оставалось сделать, разгадать загадку.

С этими мыслями Аметист забрался под душ и, фыркая от удовольствия, принялся смывать с себя все накопившиеся со вчерашнего дня запахи. Помывшись, он ненадолго присел на диван.

— Аметист, ты здесь? — позвал знакомый голос.

— Здесь я, здесь, Орхид, — отозвался Аметист. Вскоре раздался цокот копыт, в гостиную вошла Орхид Сид и повалилась рядом на диван.

— Святые небеса, ты выглядишь ужасно, — прокомментировала Орхид внешний вид Аметиста.

— Э-э... так, всего лишь сон плохой приснился, — ответил тот.

— Должно быть, это был до одурения плохой сон, ты только взгляни на эти мешки под глазами.

— Что? — не понял Аметист. Орхид быстро достала карманное зеркальце и заставила его плавать в облачке магии прямо перед носом Аметиста. С досадой Аметист увидел, что его подруга была совершенно права — отёки под глазами не заметить мог бы только слепой.

— Слушай, тебе нужен выходной, очевидно ты на пределе, — предложила Орхид.

Она не ошибалась, и Аметист давал себе в этом отчёт. Потрясения от превращения в кобылу наложились на каждодневные проблемы и совсем не медленно и уж точно верно приводили его в отвратительное расположение духа.

— Ты права, Орхид, — тяжело вздохнув, согласился Аметист, — в последние дни я весь на взводе, и этот кошмарный сон чуть ли не последняя капля.

— Что, если я тебя свожу кое-куда, где можно расслабиться?

— Ну не знаю, Орхид... В последний раз, когда ты вытаскивала меня развлечься, это кончилось долгой-долгой пыткой в примерочной в окружении тошнотворнейших нарядов.

— Обещаю, на этот раз это близко не будет похоже на магазин одежды, — категорично заверила Орхид.

— Ладно, — вздохнул Аметист.

— Е-ей, идём! — Орхид принялась радостно скакать на месте.

Через несколько секунд она замерла и принюхалась.

— Это что, парфюм?

Аметист покраснел и легонько кивнул.

— Хм-м... — задумчиво протянула Орхид. — А знаешь... Неплохо! Тебе идёт, — с улыбкой заключила она.

— Эм, спасибо. — Аметист покраснел ещё больше.

***

— Это совсем не то, о чём я подумал, Орхид, — проворчал Аметист.

Две кобылы стояли перед белым двухэтажным зданием. Вывеска на нём гласила: "Спа в Кленовых Горах".

— Когда ты говорила про кое-куда, где можно расслабиться, я представлял себе что-то вроде бара, но никак не спа, — съязвил Аметист.

— Да ладно, Аметист, что плохого в том, чтобы немножечко расслабиться в спа? Я постоянно так делаю.

— В том-то и дело — это ТЫ постоянно сюда ходишь, а не я. Я Аметист Шард, и я жеребец, оседлай меня Селестия! Что жеребцу может понравиться в этом украшенном розовыми соплями месте?

— Когда я в последний раз проверяла, ты был не совсем жеребцом. Ну что тебе стоит только разок попробовать? — Орхид нахмурилась.

— Орхид, ну хватит уже этой девчачьей ерунды! — Аметист продолжил дуться.

— Всего лишь раз, Аметист. Или ты боишься, что тебе может понравиться? — произнесла Орхид с лёгкой подколкой.

— Ничего я не боюсь, — запинаясь ответил Аметист и слегка покраснел.

Орхид усмехнулась.

— Если не боишься — докажи. Идём со мной.

— Ладно, пойду. — Аметист так и не смог сдержать ворчание. — Но даже не думай, что я позволю себя накрасить или типа того. У меня и так забот хватает.

С визгом Орхид заграбастала Аметиста и потащила его ко входу в здание. Аметист боязливо смотрел на вращающиеся двери, постепенно заполняющие всё его поле зрения.

“И почему я дал себя уболтать?” — думал он про себя, пока Орхид протаскивала его сквозь двери.

Войдя внутрь, они сразу же оказались в приёмной, отличающейся причудливой отделкой. Женственно маленькая мордочка Аметиста тут же уловила приятную прохладу от большого фонтана прямо посреди зала. Повосхищавшись несколько секунд экстравагантным украшением интерьера, он перевёл взгляд на стойку из коричневого дерева, за которой сидели две кобылы и беседовали с разными пони, выстроившимися в небольшую очередь.

Орхид отпустила Аметиста и деловито сообщила:

— Стой тут, я щас пробью для нас местечко.

Она тут же припустила лёгкой рысцой к стойке, что дало Аметисту возможность получше осмотреть место, где он оказался. Весь вестибюль напоминал предбанник сразу многих ванных комнат, и хотя Аметист стоял на красной ковровой дорожке, большая часть пола была выложена белой плиткой. По этой плитке звонко цокали копыта многих снующих туда-сюда пони, большинство из которых были кобылами в банных халатах или белой униформе. Все жеребцы здесь носили белую форменную одежду, положенную персоналу заведения. Внезапно Аметист поймал себя на том, что с вожделением глазеет на бёдра красивой кобылы в банном халате, неспешно проходящей мимо.

— Так, Лаванда, они готовы нами заняться. — Слова Орхид вывели Аметиста из транса.

Аметист кивнул и последовал за подругой. Она провела его через толпу к нескольким стеклянным дверям, пройдя через которые они попали в коридор с красным ковром, коричневыми стенами и причудливой подсветкой. Орхид уверенно тащила за собой Аметиста по коридору, который вывел их в небольшой зал. Там она остановилась и повернулась лицом к деревянной двери.

— Ну вот, здесь мы начнём с небольшого сеанса массажа, — с улыбкой сообщила Орхид.

Они вошли в комнату, с множеством массажных столов, многие были заняты, и, насколько мог судить Аметист, персонал здесь владел самыми разными видами и техниками массажа. Вскоре к ним подошла красивая кобыла.

— Здравствуйте, желаете пройти сеанс? — обратилась она к Аметисту и Орхид.

— Да, конечно, — ответил Аметист, рассматривая кобылу с некоторой долей вожделения.

— Что ж, хорошо. Орхид, вы тогда идите за мной. Лаванда, а ваш массажист скоро займётся вами, — сообщила кобыла и увела за собой Орхид. Аметист разочарованно нахмурился.

— Бонжорно си юникорно! Вы готовы начать сеанс? — раздался мужской голос. Аметист обернулся и увидел коричневого жеребца с небольшими усиками и короткой гривой. Разговаривал он с выраженным акцентом.

— Идёмте, миледи, расслабление ждёт. — Жеребец жестом пригласил следовать за ним. До Аметиста наконец дошло, что это его массажист, и он нерешительно двинулся в указанном направлении.

— Отлично, следуйте за мной к моему столику, — подбодрил жеребец, не переставая улыбаться. Аметист семенил сзади. Вскоре они подошли к свободному массажному столу.

— Ложитесь на стол, и мы начинаем. О, мои манеры! Я Джоржио.

— Эм-м... — замялся Аметист. "Ну и дурак же я, он просто говорит как южане. Ладно, нужно быть вежливым", — пронеслось у него в голове. Затем он быстро кивнул и натянул вежливую улыбку. — Прошу простить меня, сэр, я Лаванда Стар.

— Рад встречи, мадам Стар, начнём?

Джоржио занял место за столом, а Аметист, кивнув, вскочил на стол и просунул голову в специальное отверстие.

— Окей, я приступаю, — предупредил Джоржио, и Аметист почувствовал, как ему начали массировать спину. Он не мог себя сдержать и вздрагивал от каждого прикосновения — никто и никогда его так не трогал.

— О богини, мадам, никогда не встречал кобылы с таким перенапряжённым телом. У вас наверняка очень беспокойная и напряжённая жизнь, что накопилось столько напряжения. Но не волнуйтесь, мисс, один мой сеанс — и вы почувствуете себя хорошо как никогда в жизни.

Глаза Аметиста широко распахнулись, и воспоминание о последнем сне вновь наполнили сознание. От подобных мыслей он начал ёрзать. Вскоре Джоржио сильнее надавил на спину, что сделало мысленные образы из сна ещё более реалистичными. Наконец, Аметист обнаружил, что вздрагивает от каждого прикосновения.

— Какие-то проблемы, мисс, вы, кажется, очень взволнованны? — забеспокоился Джоржио.

Аметист вытащил голову из отверстия.

— Мне как-то не очень приятно, — пробормотал он, слезая со стола.

— Здесь нечего боятся, скажите мне, что не так, и я сделаю так, чтобы вам было хорошо.

— Ну... — Аметист вздрогнул. — Мне сон один неприятный сегодня приснился, где я и жеребец... вместе.

— А-а, понятно. Прикосновения жеребца и вообще я сам напоминают вам о кошмаре. Вот смотрите... — Джоржио достал из переднего кармана фотографию.

Поняв подсказку, Аметист подхватил фотографию магией и быстро оглядел её. Там были изображены Джоржио в сомбреро, рядом с ним пегаска с шёрсткой нежно-ванильной окраски и тёмной гривой, она была одета в красное платье. На переднем плане красовались маленькие кобылка и жеребчик. Все пони на фотографии искренне улыбались.

— Кто это? — спросил Аметист.

— Это моя любимая жена Марция и двое наших детей. Я люблю жену больше всего на свете и никогда бы даже и не подумал оставить её ради другой кобылы. Я просто хочу сделать вам массаж и ничего больше. Надеюсь, это немного вас успокоит.

"Это может быть уловкой — эдаким заигрыванием с заходом издалека", — размышлял Аметист до тех пор, пока не взглянул в глаза Джоржио и увидел там грусть разлуки. Аметист знал этот взгляд, он сам часто наблюдал такой в собственных глазах, когда смотрел на себя в зеркало.

— Ладно, Джоржио, продолжим. — Аметист снова занял позицию на столе.

— Благодарю вас, мадам. Я вас не разочарую, — заявил Джоржио и принялся поглаживать бока Аметиста.

— А где живёт ваша жена?

— В городе, — ответил Джоржио, не отрываясь от своей работы.

— Простите за любопытство, но откуда вы?

— Я из Венти Монстро. — Джоржио вновь приступил к массажу спины. Вскоре Аметист почувствовал лёгкое покалывание в мышцах. Не то чтобы он ощущал себя сверх расслабленным, но безусловно манипуляции Джоржо приносили облегчение.

— Buona giornata Giorgio [добрый день, Джоржио], — раздался незнакомый голос. Говорил жеребец, и говорил он по-итальянски, но Аметист в своём положении не мог видеть говорившего.

— Ciao Saffiro [Привет Саффиро], — отозвался Джоржио.

— Vedo che hai una signora bella come patrono [Я смотрю, твоя клиентка привлекательная леди], — заявил жеребец по имени Саффиро тоном, намекающим на нечто непристойное.

— Per l'ultima volta, ho una moglie e sono stanchi di cercare di farmi imbrogliare su di lei [В последний раз говорю тебе, у меня есть жена и я устал от твоих предложений обмануть её], — с некоторым раздражением ответил Джоржио.

— Ok mi scuso per questo commento, ma mi sarebbe arrivata questa donna alla mia tavola, che ha la maggior parte della stampa ho visto in un lungo periodo di tempo [Ладно-ладно, извини за намёки. Но хотел бы я, чтобы эта кобылка лежала на моём столе. Такой красивейшей попки я не видел уже очень долго.]

— La dama con il bellissimo ploto sa italiano, cretino [Дама с красивейшей попкой говорит по-итальянски, придурок!] — вклинился в разговор Аметист. За этим последовал заикающийся лепет незнакомого жеребца.

— Э-м, прошу прощения, меня, кажется, вызывали в прачечную, я должен бежать, — сказал он, и тут же раздался перестук копыт убегающего галопом пони.

— Si parla italiano, ora mi ha colpito. Dimmi, dove hai imparato a parlare? [Вы говорите по-итальянски? Я впечатлён. А где вы научились?] — В интонациях Джоржио ясно слышалось восхищение.

— Ho viaggiato in equestroa centrale per molti anni. Io sono un archeologo da scambi ho dovuto imparare tutte le lingue necessarie per sopravvivere. So anche alcuni gryphoa [Я много лет путешествовала по центральной Эквестрии. Я археолог по профессии, и мне пришлось изучить много языков, чтобы выжить. Я даже немного знаю грифоний], — не без гордости ответил Аметист.

— Grifone lingua, ora che è incredibile, può dire qualcosa del grifone lingua ed è raro che un cavallo apprende la lingua. [Гифоний? Потрясающе! Вы можете что-нибудь сказать на нём? Немногие пони им владеют.]

— Certo, qui si va [Без проблем, могу], — ответил Аметист, глубоко вздохнул и продолжил на грифоньем: — Tashma madeh kharga pesara fadash'a (Вы очень хороший массажист).

— Замечательно! Я очень извиняюсь, но сейчас будет ощутимо больно, но я обещаю, что потом сразу же вы почувствуете значительное облегчение.

— Эм-м... ну, ладно. — Аметист заколебался.

— Готовы?

— Да. — Аметист поморщился от неприятного ожидания. Вскоре он почувствовал довольно ощутимый толчок в левой стороне спины. Аметист съёжился, и тупая боль разлилась по телу. Джоржио тем временем яростно тёр место, которое болело больше всего. Через несколько минут боль утихла, и Аметист испытал расслабление, какого ему ещё никогда не доводилось переживать. Он прикрыл глаза, а Джоржио продолжил сеанс.

— Вот и всё, мисс, я закончил. Как себя чувствуете?

— Как будто я превратилась в пегаса и сижу на пушистом облачке, — ответил Аметист расслабленным голосом.

— Я очень рад, вы можете подняться.

Аметист слез со стола, чувствуя себя отваренной макарониной.

— Приходите ещё. — Джоржио улыбнулся вслед Аметисту, который с блаженной ухмылкой на лице направился к выходу из зала.

Вскоре появилась Орхид.

— И-и-итак, как ощущения?

— Потрясающе, — ответил Аметист, лениво улыбаясь.

— Е-й! Теперь идём дальше. — Орхид притопнула передними копытами.

— Да-а-а-вай, если это будет так же здорово, как массаж, то я не могу дождаться.

— Тогда за мной. — Орхид увлекла за собой Аметиста.

Двое прошли по коридору, до тех пор пока Орхид не остановилась перед двойной дверью. За открывшимися створками виднелся зал, где персонал полировал копыта посетительницам.

— Мы будем делать хуфикюр, — заявила Орхид.

"Хуфикюр? Что это за Дискор задери меня такое?!" — подумал Аметист, чувствуя, как его охватывает злость. Он попытался сдержать раздражение, но выражение лица выдало его.

— Орхид, я могу поговорить с тобой... с глазу на глаз? — процедил Аметист сквозь стиснутые зубы.

— Эм, ну-у, тут есть душевая для кобыл, там, слева.

Вскоре две кобылы заперлись в свободной кабинке.

— Орхид, зачем ты делаешь всё это со мной? — Аметист изо всех сил пытался скрыть раздражение. Обычно это ему удавалось хорошо.

— Делаю что?

— Все эти женственные штуки. С того самого момента как я оказался в этом теле, ты пытаешься превратить меня в девочку-девочку. Так вот, зачем? Зачем ты с упорством, достойным лучшего применения, делаешь из меня "правильную леди"? И не говори, пожалуйста, что это для того, чтобы усилить моё прикрытие. За последние несколько дней я изучил достаточно, чтобы сойти за кобылу на публике. Так, Селестии ради, скажи, зачем ты на самом деле делаешь это? — почти кричал Аметист. Он хотел ещё что-то сказать, но захлопнул рот, заметив слёзы на щеках Орхид.

— Ты правда хочешь знать? — всхлипнула Орхид. — Когда Мисти бросил меня я... я... — Она зашлась в рыданиях и некоторое время не могла говорить, но потом собралась и продолжила: — Я едва могла справиться с этим. Он был моим первым кольтфрендом, и он прожевал меня и выплюнул как огрызок в кучу мусора! Ты мой лучший друг, Аметист, но ты жеребец. Очень немногие жеребцы умеют делать леди счастливой.

Я... я надеялась, что ты изучишь немного о том, как кобылы живут обычной жизнью, и когда-нибудь, когда ты превратишься в себя назад и сам полюбишь какую-нибудь кобылу, ты будешь знать, как правильно к ней относиться. Я люблю тебя как друга. Мне будет больно видеть, как ты опустошишь себя, если твои отношения пойдут так же плохо, как у Мисти со мной. Прости, если доставляю беспокойство, обещаю тебе не делать то, что ты не хочешь. — Орхид разрыдалась, как только закончила.

"Что, правда?! Она это действительно делала, чтобы помочь мне?" — угрюмо размышлял Аметист. Наблюдая, как плачет Орхид, Аметист укорял себя за несдержанность и резкость. "Очень надеюсь, что мне не придётся об этом сожалеть".

Вскоре Аметист поднялся и обнял Орхид.

— Всё в порядке, Орхид. Я понимаю, что ты хотела только хорошего. Просто мне немного не по себе от того, что приходиться быть такой леди, которую ты хочешь из меня сделать. Послушай... Ладно, я сделаю хуфикюр ради тебя. Обещаю, что хотя бы попытаюсь попробовать все эти спа-штуки. Ненавижу, когда плачет мой хороший друг, особенно ты. Ты через многое прошла, никто не заслуживает пережить того же. Даже несмотря на мою дружбу с Мисти, я не прощу ему то, как он порвал с тобой.

— Аметист, — На лице Орхид всплыла слабая улыбка, — спасибо, ты прекрасный друг.

— Всегда пожалуйста, Орхид. Так пойдём и сделаем этот хуфикюр?

— Да, конечно. Слушай, а могу я тебя попросить сделать одну женственную вещь для меня? — нерешительно спросила Орхид.

— Скажи сначала, что это.

— У меня намечается вечеринка с некоторыми подругами, не мог бы ты прийти, пожалуйста?

— Ладно, Орхид, но это последняя женская штучка, что я сделаю. Кроме того, вечеринка, это ж вроде весело... Когда?

— Прямо перед весенним фестивалем.

— На следующей неделе, значит. Отлично, возможно, я как раз верну себе нормальный облик, — с улыбкой ответил Аметист.

— Э-м... вообще-то, это вечеринка только для кобыл, — как бы невзначай заметила Орхид.

— О, ну что ж, тогда точно пойду. Как часто жеребцу выпадает шанс просочиться на закрытую кобылью тусовку? — Он подмигнул Орхид.

— Спасибо, Аметист, обещаю, что выручу тебя, если они попытаются сделать с тобой что-то тебе неприятное.

***

Замок в магазине Аметиста щёлкнул, и дверь распахнулась. Через порог переступил синий пегас.

— Эй, Шард, я вернулся раньше. Чувак, ты тут? — крикнул Мисти. — Должно быть, шныряет по этим ушатанным руинам, — ответил он сам себе.

Мисти прошёл через магазин в жилую зону, где тут же развалился на диване, испустив довольное "хух" и закинув задние ноги на стоящий рядом столик.

— М-да... это была так себе сходочка. Никогда бы не подумал, что Спитфаер может врезать так жёстко, — посетовал Мисти, потирая щёку.

Затем он уловил в воздухе незнакомый запах.

— Хм, что-то необычное, духи, кажется, интересно, откуда? — Оглядевшись вокруг, Мисти заметил брошенные на подлокотник дивана красную мини-юбку и явно кобылью чёрную футболку. — Всё страньше и страньше... Ага! Шмотки, парфюм, да никак старина Аметист завёл себе подружку. — Он улыбнулся, довольный собственной догадкой.

— Надеюсь, она горячая штучка!

------------------
* The words of this book shall only appear in the light of the blue alicorn.

Читать дальше

...