Последний опыт

Троица юных дарований из понивилльской школы пытается смастерить невиданный прибор, который облегчит жизнь всем пони. В работе над ним они выкладываются на полную, однако технические проблемы - далеко не главное испытание из тех, с которыми им предстоит столкнуться.

Черили ОС - пони

Коньспирология

Представим себе, что в Эквестрии появился Интернет... Небольшая зарисовка к 50-летнему юбилею полёта "Apollo-11"

Твайлайт Спаркл Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони Мод Пай

Fallout: Equestria - Frozen Skies

Немногим больше двух столетий назад, кульминация Великой войны обнажила ужасающий потенциал народа пони, принеся тотальное разрушение. Магическое пламя выжгло Эквестрию, и в огненной агонии кости и надежды жителей смешались с пеплом и радиацией только что рождённой пустоши. Но это был не конец. В небесах, разбитые останки цивилизации пегасов выжили, оградив свои города плотной завесой облаков, и распространяя ложь о мире на поверхности. Под землёй, тысячи пони были спасены от ужасов апокалипсиса, в убежищах, известных как Стойла. Из открывшихся стальных дверей, и с истощившихся небес, пони снова заполонили израненную землю. И война ступала за ними. Очень быстро появились истории о месте, глубоко в северных горах, которое не было затронуто разрушением, поглотившим мир. Тем не менее, у этой земли были свои шрамы, тёмные секреты, погребённые в снегу, ждущие пока их откопают. Следы ушедшей эпохи.

ОС - пони

Цвет лаванды

Сварив зелье из необычных цветов, Зекора и не подозревала чем это обернется и кого она повстречает по ту сторону.

Принцесса Луна Зекора

Ковпонь

Уже давно я нахожусь в Эквестрии, но сойтись с местными жителями и приноровиться к новой жизни пока не получается. Только Брейбёрн всегда на моей стороне... или не просто так?

Брейберн Человеки

Пробуждение

Поставить на кон всё что у тебя есть и всё равно проиграть. Что может быть хуже этого? Лишь осознание того, что те, кто доверился тебе давным-давно мертвы, а ты проиграла по всем статьям. И все что остаётся - влачить жалкое существование в надежде на месть. Надежду призрачную, едва уловимую, но такую желанную. Данная история является прямым продолжением «Солнца в рюкзаке», который в свою очередь приходится спин-оффом «Сломанной Игрушке», рекомендую прочесть первоисточники.

Диамонд Тиара Другие пони ОС - пони Человеки

Я не брони, и я кобылка (2.33)

В лесу есть деревья, а у оных, в свою очередь, имеются корни.

Человеки

Радуга

О пони, никогда не видевшей радугу

Другие пони

The Most Beautiful and The Funniest pony.

Рассказ об одном пони, который встретил свое второе я...

Пинки Пай ОС - пони

DOOM - Эквестрия. Том 1: Железный коготь

Фанфик основывается на совмещении сюжетов Doom 2:hell on earth и Doom 3. Основное действие разворачивается через 11 лет после событий первой серии мультфильма. Сержант химической разведки Айрон "Коготь" Лоуген служит под командованием Генерал-Нагибатора Рейнбоу Деш. Все начинается в не самый лучший из дней его жизни. Неизвестная цивилизация чудовищ врывается в измерение Эквестрии. Отчасти вторжение вызвано экспериментами корпорации ОАК, но не все так просто, как кажется...

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл ОС - пони

Автор рисунка: MurDareik
Глава 20. Исчезающая личность Глава 22. Встреча для принцессы

Глава 21. Право собственности

Компания «Троттингем Солюшенс» использует лазейки в эквестрийских законах, чтобы присвоить себе чейнджлинга Бзза...


Дежурный на КПП не мог знать, что его вызов окажется крайне несвоевременным. Скоупрейджу пришлось отрывать свои губы от губ Везергласс, подниматься с дивана и подходить к коммуникатору.

— Конечно, именно сейчас я кому-то понадобился, – ворчал жеребец, не отрывая глаз от супруги.

— Работа зовёт, милый, – прилетело в ответ вместо сочувствия.

Копыто единорога с силой вдавило кнопку приёма на панели интеркома.

— Скоупрейдж вас очень нехотя слушает, – произнёс он в микрофон.

— Это Компренд с КПП-один, – раздалось из динамика. – Тут группа сердитых пони. Вроде, требуют впустить или вывести к ним чейнджлинга Бзза. Шейд, как вы знаете, в разъездах, Уайлда я вызвал. Зная, что вы с Бззом в артефактном вместе работаете, решил и вас позвать.

— А морды у них не треснут? – осведомился Скоупрейдж. – Кто вообще такие, откуда к нам?

Возникшая пауза говорила о том, что Компренд рискнул оторваться от переговорного устройства и сделать то, что по должностной инструкции надлежало сделать в первую очередь: выяснить, что за пони намереваются пробиться через КПП научного центра.

— Эм… Судя по разрисованной карете, это, вроде, группа из «Троттингем Солюшенс».

Теперь уже Скоупрейдж замолк, вникая в ситуацию.

— Хм, ну, я бы не удивился цирку из Лас-Пегасуса. Они уже предлагали устроить шоу «Белый чейнджлинг на манеже». И очень на меня обиделись за прямолинейный ответ с указанием направления. А строителям этим на кой наш чейнджлинг сдался?

— Не знаю. У меня как-то желания нет вылезать из будки и их расспрашивать. Может, вы подойдёте, узнаете?

— Охранник, тоже мне, – усмехнулся Скоупрейдж, временно отжав кнопку. – Скоро себе охрану начнёт выпрашивать.

— Сообщи на КПП, что мы идём, – произнесла с дивана малиновая единорожка. Её магия уже снимала со спинки стула брошенный туда защитный комбинезон, который Везергласс использовала в качестве повседневной одежды – это значило, что переубеждать её уже поздно. – Если это господа из «Троттингем Солюшенс», возможно, с ними будет Эбраиш Джог. А я ему очень хочу сказать пару ласковых.

Везергласс проворно натянула комбинезон и взялась за шнуровку: серые верёвочки ныряли туда-сюда подобно юрким змейкам. Последним отточенным движением она сплела мудрёный узелок под горлом.

— Ага, – кивнул Скоупрейдж, досмотревший шоу с одеванием супруги до конца. – Компренд, слушай, вызови там подмогу с ближайших постов. Тут, походу, шторм надвигается.

*   *   *

Шторм и правда надвигался на Стэйблридж, но обещал пройти над ближайшим лесом, затронув НИИ лишь краем. Отдельные капли так и не ставшего чем-то большим дождика как раз ползли по стеклу сторожевой будки северо-западного пропускного пункта, когда Скоупрейдж и Везергласс подошли к шлагбауму, препятствовавшему движению троттингемского дилижанса. То, что транспорт пришёл из Троттингема, читалось по скошенной задней части и сдвоенному комплекту рессор. То, что разговаривавшие между собой пассажиры из тех же краёв, проявлялось в чуть слышной «э» после некоторых «и».

— Наконец-то нас соизволили встретить, – фыркнул земнопони, державшийся особняком от двух попутчиков и четырёх работяг, впряжённых в дилижанс. Плащ с воротником и завитые вокруг ушей пряди гривы подсказывали, что главной мордой среди вновь прибывших является он. И ещё этот пони показался Везергласс смутно знакомым – она уже видела такую остроносую морду и красноватый оттенок глаз у другого представителя семьи Джог. Правда, тот держался куда скромнее, как минимум, плащей с золотой вышивкой не носил.

Два жеребца, сопровождавшие сию персону, стояли достаточно близко, чтобы оставаться под аркой, защищающей от дождя, но достаточно далеко, чтобы их не приняли за личных помощников остроносого пони.

— Мы соизволяем встречать только гостей, которые соизволяют предупреждать о своих визитах, – ответила Везергласс.

Пони в плаще внимательно изучил единорожку, очевидно, прикидывая, насколько какой-то сотрудник научно-исследовательского института ниже его персоны по социальной лестнице. Видимо, статус всё-таки обязывал земнопони проявлять манеры, поэтому он слегка качнул головой в знак приветствия.

— Дэфлаш Джог, – представился он таким тоном, будто всем следовало немедленно пасть на мокрую траву в истовом земном поклоне. Но вместо этого реакцией стало чуть слышное хмыканье.

— И что же угодно семье Джог от нашего НИИ? – произнесла Везергласс.

— Отлично, сразу к делу, – встрепенулся троттингемский фанфарон, попутно смерив взглядом подошедшего на КПП Паддока Уайлда. Начальник службы безопасности делал вид, будто не представляет никакой угрозы, но широкие рукава куртки наверняка прятали «а не уйти бы вам, пожалуйста» арсенал.

Один из спутников Дэфлаша Джога подошёл ближе и протянул прикрытую от дождика папку с бумагами. Земнопони вместо благодарности цокнул языком, очевидно, отмечая, что бумаги для большей эффектности следовало подать на секунду раньше.

— Я приехал, чтобы забрать своего чейнджлинга! Инсектоида по кличке Бзз, – объявил Дэфлаш Джог, поглаживая краешком папки раскрашенный бело-красным шлагбаум.

Сколько Везергласс ни всматривалась в гостя, разглядеть в нём королеву Кризалис не получалось. Либо повелительница инсектоидов вела какую-то нереально запутанную игру с перевоплощениями, либо Дэфлаш Джог реально являлся собой, то есть старшим сыном владельца «Троттингем Солюшенс», и, судя по заявлениям, нуждался в срочной психиатрической помощи.

— Давно ли чейнджлинг вашим-то стал? – нахмурился начальник службы безопасности.

Везергласс который месяц не могла избавиться от ощущения, что с мордой у специалиста-зоолога не всё в порядке – слишком уж она была гладкой и бледной. Сейчас, наблюдая за каплями дождя на скулах Уайлда, единорожка ещё больше укрепилась в своём мнении. В отличие от большинства присутствующих, он не прятался от дождика под подъездной аркой и позволял каплям холодной воды падать на гриву и морду, сохраняя при этом весьма довольный вид принимавшего тёплую ванну субъекта.

— С момента, когда я внёс запись в кадастр домашних питомцев под номером… – Дэфлаш Джог прервался, чтобы рассмотреть мелкие значки на одной из бумаг. – Ди-Эл, пробел, тысяча тридцать восемь. Запись заверена троттингемским кадастровым управлением, и мне на копыта выдан экземпляр правовладельца. Как указано в этом документе, – обнажив в улыбке ухоженные зубы, произнёс земнопони, – «никто из граждан Эквестрии не имеет права препятствовать хозяину питомца вернуть его в своё владение». Так что, если вы сейчас не пропустите меня к Бззу или не приведёте Бзза ко мне, то у вас возникнут серьёзные юридические проблемы.

Повисла пауза, во время которой стэйблриджцы боролись с эмоциями. Паддок Уайлд сдерживал злость, Скоупрейдж маскировал любопытство относительно копий бумаг, балансировавших на шлагбауме, Везергласс изо всех сил старалась не рассмеяться.

— Ишь чего придумал. Кадастр какой-то! – покачала головой кобылка. – Кто-нибудь вообще слышал про этот кадастр домашних питомцев?

— Я слышал! Я! – подал голос Компренд. – Это у меня в кроссворде было! Есть такой давний перечень, берущий начало ещё с ручного паучка Старсвирла Бородатого. Туда, вроде, можно вписывать своих домашних животных, на веки вечные закрепляя за собой право владения ими.

— Это абсолютно бесполезный генератор макулатуры, – высказался Паддок Уайлд, имевший по вопросу профессиональное зоологическое мнение. – Учёт ведётся по желанию, толку от него любому пони – нуль в дцатой степени. Никто не обязан вписывать туда своих собак и птичек.

— Не обязан, но имеет на это право, – хищнически заметил Дэфлаш Джог. – Я воспользовался этим правом и, поскольку в кадастре не было опережающей по времени записи, чейнджлинг, которого вы у себя держите, принадлежит мне.

— Этот кадастр собираются отменить в следующем полугодии, – сообщил Уайлд.

— Но пока же не отменили, – повысив голос, произнёс пони в расшитом плаще. – Так что ведите сюда моего питомца.

В дополнение к своим словам земнопони собирался топнуть. Но, поскольку стоял вплотную к опущенному шлагбауму, заехал по нему ногой, после чего сдавленно промычал что-то, касающееся матери конструктора шлагбаума, и скрыл пострадавшую конечность в складках плаща за вышитым золотым трилистником.

— Это вы так решили нам за брата отомстить? – спросила Везергласс, насмотревшись на попытки визитёра представить себя пегасом заоблачного полёта. Встреча пристальных взглядов земнопони и единорожки напоминала столкновение двух локомотивов, гружёных петардами.

— Хоть мою семью и опечалили те лживые обвинения, которые вы выдвинули против Эбраиша и которые благополучно были опротестованы, я здесь не для выяснения отношений, – высокомерно ответил Дэфлаш, однако в глазах его читалось обратное. – Просто я с детства мечтал о личном чейнджлинге, но папа не хотел мне его покупать.

— С детства, да? – усмехнулся Уайлд. – А ничего, что вся Эквестрия о существовании чейнджлингов узнала пару лет назад?

— Ох, я так утомлён вашими препирательствами. – Дэфлаш Джог поставил передние ноги на шлагбаум. Возможно, желая сломать заграждение, нанёсшее ему подлый удар. – Здесь со мной господа из Троттингема. – Терпеливо стоящие в стороне пегас и земнопони удостоилась невнятного жеста. – Литерал Стомп, журналист «Эквестрийского обозревателя». И Сэтлекс, один из выдающихся юристов Троттингема. Они готовы засвидетельствовать ваше согласие следовать нормам эквестрийского права. Или готовы запечатлеть нарушение с вашей стороны положений кадастра домашних питомцев.

Сотрудники Стэйблриджа, число которых возрастало, так как к подъездной арке начали подтягиваться другие учёные пони, переглядывались. Представленные гости подошли ближе, вежливо поздоровались и не показывали негативных эмоций – вели себя как специалисты, готовые к сотрудничеству. Пегас Сэтлекс заверил Везергласс, что поддержит ту из сторон юридического конфликта, которая обладает более весомой доказательной базой. В словах слышался намёк, что адвокат отнюдь не желает успеха Дэфлашу Джогу. Литерал Стомп в это время наседал на Паддока Уайлда. Синего жеребца очень интересовало, не является ли бурый земнопони легендарной личностью, обладающей сведениями об инциденте с захватом кантерлотского дворца Скриптедом Свитчем. Зоолог вежливо объяснил журналисту, что поклялся более чем одному аликорну не давать интервью на эту тему.

Однако становление дружеских отношений между стэйблриджцами и прибывшими троттингемцами прервал Дэфлаш Джог.

— Господа, давайте я напомню ещё раз, что вы стоите между мной и чейнджлингом, который мне нужен. Отдайте его, и я никоим образом больше не вмешаюсь в работу вашего НИИ. А иначе моя карета будет стоять на месте, загораживая проезд. И это только первое из последствий…

— Для решения возникшего вопроса, – нашлась Везергласс, – необходимо дождаться возвращения руководителя НИИ. Пока Краулинг Шейда нет, мы не вправе…

— Для решения возникшего вопроса Краулинг Шейд не требуется, – настаивал Дэфлаш Джог. – Так как я имею право привлечь к ответственности любого сотрудника, который препятствует процессу воссоединения хозяина и питомца. Вас, например.

— Ради этого всё и затеяно, – словно получив ответ на незаданный вопрос, кивнула Везергласс.

— Насколько я помню эквестрийское право, – опять влез в разговор Компренд, – юристы нашего НИИ, вроде, должны изучить документы, которые тут принесли. Проверить их подлинность, как бы.

— И это даст нам время понять, что делать в этой ситуации, – неслышно для Дэфлаша Джога добавил Скоупрейдж.

Представитель «Троттингем Солюшенс» практически повис на просевшем под его весом шлагбауме, протягивая папку с бумагами на вытянутой ноге.

— Вот это уже другой разговор, – сказал он. – Все бумаги в вашем полном распоряжении. Но не пытайтесь их уничтожить, – чуть более серьёзно сообщил Джог приблизившемуся Уайлду. – У меня копии этих копий в карете крышу подпирают.

— Ага, – хмуро ответил Уайлд. – Только, если что, мы и карету заодно дезинтегрируем.

Зоолог удовлетворённо отметил промелькнувшее на морде напористого визитёра беспокойство. Фирменный стиль Уайлда «угадай, есть ли тут шутка» работал даже на личностей, мнивших себя всемогущими.

— Компренд, свяжись с Гостевым домом. Кабинет сто два. Передай Стор Фрифт, что надо организовать семь комнат для гостей, – приказал Уайлд, сосчитав троттингемцев.

— Шесть комнат! – незамедлительно отозвался Дэфлаш Джог. – Я не живу во всяческих гостевых домах общего доступа. У меня есть моя роскошная карета.

Паддок Уайлд пожал плечами и повторил приказ дежурному охраннику, уменьшив число запрашиваемых комнат. Суда по выражениям морд журналиста, адвоката и четырёх извозчиков, они были очень даже не против разместиться отдельно от представителя семейства Джог.

*   *   *

— Всё очень плохо! – сообщил Скоупрейдж, поднявшийся в Зелёный зал с этажа, где безостановочно варили бюрократическую кашу секретари НИИ.

Везергласс, Паддок Уайлд, а также приглашённые для полноценного обдумывания ситуации Соубонс и Блэкспот синхронно повернули головы в сторону начальника Хранилища Артефактов. Затем одновременно посмотрели на папку с документами, плюхнувшуюся на стол для заседаний. По реакции собравшихся легко читалось, что они ожидали услышать совсем не «дело плохо».

— Этот сын минотавра с вендиго действительно имеет право забрать у нас Бзза, – с досадой пояснил Скоупрейдж. – А мы не имеем права ему мешать. Это такой бред в законотворчестве, что у меня слова с языка не сходят. Всё по принципу «кто первый встал, того и тапки».

— Да не заберёт он у нас Бзза, – пробурчала Везергласс. – «Троттингем Солюшенс» чейнджлинг вообще не нужен. В крайнем случае, если мы вдруг согласимся, нам же перепоручат заботу о «питомце». Дэфлаш Джог просто пытается поймать нас на уклонении от соблюдения законов Эквестрии, чтобы нанести удар по имиджу НИИ. По руководителю НИИ… – Малиновая единорожка позволила себе тяжкий вздох. – Или по отдельным сотрудникам.

— Так давайте притворимся, что мы согласны? – предложила Соубонс. – Если гостю из Троттингема Бзз не нужен, то он его забирать не станет. И симптоматика нормализуется.

— Нет, в этом случае остроносый выдумает ещё какое-нибудь обвинение, – покачала головой Везергласс. – Он сродни пиявке – присосётся и начнёт нас медленно изводить. По его указанию поднимут десятки трактатов времён детства Селестии и найдут пункт, по которому мы с «его животным», с Бззом, не так обращаемся. Не тем кормим. Не ищем ему пару для размножения. Джог и его родня завалят нас судебными исками. Втоптать недругов в грязь – это у них семейное.

Она кивнула на украшавшее стену благодарственное письмо от помнившего добрые дела коллеги. Его сочинил Граундбрейкер, получивший патент на «Выветриватель» при содействии Стэйблриджа и лично Везергласс. Во многом схожий патент, который от своего имени пытался протащить Эбраиш Джог, сгинул в мусорной корзине. Как теперь выяснилось, случившееся помнили не только в Мэйнхеттанском ИнжиТехе, но и в другой части Эквестрии.

— А если мы ошибаемся, и Джоги серьёзно в инсектоиде заинтересованы? – среагировал Уайлд. – Заберут его для опытов, например. Мы не имеем права отдавать Бзза кому-то в собственность, потому что сразу же заявится сами-знаете-кто и пропустит нас всех через дырки в копытах, как через яблокодавилку.

— Красочно! – заметил Скоупрейдж. – Даже воображать не хочется. Нет, Бзза однозначно отдавать нельзя. Он наш друг и коллега, в конце-то концов.

У качавшегося на стуле Блэкспота назрел вопрос, который он задал, к радости окружающих вернувшись в нормальное положение и прекратив скрипеть.

— Почему он вообще может считаться чьим-то питомцем? Вот я чего в толк не возьму, – признался бывший ярл. – Совершенно очевидно, что Бзз разумное существо, которое само определяет, есть у него хозяин или нет. Никто не может заставить меня или вас ходить на задних ногах и выполнять команду «апорт», потому что это форменное рабство. А рабство в Эквестрии, насколько мне известно, было запрещено задолго до моего рождения.

Присутствующие согласно закивали. Скоупрейдж что-то неразборчиво пробормотал и полез листать создавшие проблему бумаги.

— Тут мне пояснили как раз по этому вопросу, – сообщил единорог, – что разумными, имеющими право на юридическую объективизацию существами считаются те виды, представители которых прошли специальный тест Иппоталамуса. Его составили лет пятьсот назад единороги для проверки наличия высших интеллектуальных процессов у других видов пони. Ну, это очередной этап истории, когда одни решили, что они в Эквестрии самые-самые, а остальные так себе.

Никто не произнёс ни слова, но у всех в памяти мелькнул образ жёлтой единорожки с оранжевой гривой. Бикер сделала много хорошего для своего НИИ, с этим никто не планировал спорить. Но помнили и сторону, которую единорожка скрывала. Помнили, как Бикер чуть не позволила научному центру буквально уйти под воду из-за нежелания уравнивать в правах учёных пони разных рас.

— Единороги насели на Селестию с требованием утвердить тест в качестве мерила объективизации норм права, – продолжал Скоупрейдж. – Принцесса уступила, но с условием, что лично выберет тестируемых кандидатов от каждой расы. Короче, от пегасов и земнопони пришли настоящие гении, показавшие результат процентов под сто. А единорога принцесса нашла настолько ограниченного, что тот едва сумел набрать баллов для преодоления нижней планки уровня «не животное». После чего Иппоталамус и другие авторы тестирования захлопнулись.

Парой ударов копытами Блэкспот выразил восхищение блестящим гамбитом принцессы.

— Но засада в том, что принцип определения «не животных» по тестированию остался вписанным в нормы Эквестрии, – с досадой заметил Скоупрейдж. – Его просто забыли вычеркнуть. И получилось, что есть пегасы, земнопони, единороги… и ещё минотавры с грифонами, которые позднее подсуетились. Они все считаются объектами права. И есть коровы, овцы, бризи, никаких тестов не проходившие, а потому являющиеся субъектами права. То есть собственностью, которая может кому-то принадлежать. Некоторые, вроде коров, от этого имеют неплохой бонус в виде заботливых хозяев, которые их жизнь обеспечивают… Так вот, чейнджлинги тоже идут во вторую группу.

Везергласс любовалась на своё отражение в полированной столешнице. Она видела у себя над головой спускавшиеся из-под потолка побеги растений. Дав волю воображению, она представила, что на самом деле она не в Зелёном зале, а лежит где-нибудь на лугу, на травяном ковре, что она одинокая, далёкая от всех забот, свободная. Но разум подсказывал, что, с учётом всех окружающих обстоятельств, начальник отдела прикладной магии куда закрепощённее любого встроенного в единую мыслительную сеть чейнджлинга.

Сквозь эту идиллию постепенно проступили контуры идеи. И контуры второй идеи, позволявшей с некоторой долей вероятности осуществить идею первую.

— А что, если Бзз пройдёт это тестирование? – произнесла она вслух, ни к кому конкретно не обращаясь. – И успешно его сдаст. Тогда вопрос с принадлежностью чейнджлингов отпадёт сам собой, и «Троттингем Солюшенс» своими копиями выписок из кадастра сможет лишь с аппетитом поужинать.

— Милая, это отличная идея! – воскликнул Скоупрейдж. – Вот тут вот в бумажке мне секретари написали, что по закону у нас есть три дня, в течение которых мы можем проверять подлинность документов Дэфлаша Джога. В эти три дня мы, согласно правилам эквестрийского управления образованием, организуем для Бзза тестирование Иппоталамуса. Он его сдаёт, его вид навсегда перестаёт считаться собственностью, документы, которые мы держим у себя, теряют смысл. И даже возвращения Шейда для этого ждать не надо.

Чёрный единорог жестами призвал других пони вернуть обратно листки, которые те повытаскивали из злосчастной папки с троттингемскими переплётными скобами.

— Так-с, – начала отдавать распоряжения Везергласс, – Скоупрейдж, иди к гостям, сообщи им о задержке с возвратом документов, а также о предстоящем тесте. Посмотрим, как они запляшут. – Дождавшись кивка мужа, она повернулась вправо. – Соубонс, Уайлд, на вас организация самого тестирования. Всё должно в точности отвечать установленным нормам, иначе юристы «Троттингем Солюшенс» опять до нас докопаются. – Пара учёных выразила понимание, и очередь перешла к левой части листообразного стола, где в одиночестве сидел бывший ярл. – Блэкспот, нам с вами необходимо найти Бзза. Объяснить ему и его королеве ситуацию, варианты. Потому что наш чейнджлинг может с перепугу и улететь. А мы, с юридической точки зрения, окажемся виноваты…

*   *   *

Место для отдыха чейнджлинг Бзз устроил на одной из крыш в юго-западной части Стэйблриджа. По его указаниям, переведённым с языка жужжаний, над одним слоем соломенной крыши соорудили небольшой навес, почти параллельный земле. Навес служил защитой от дождя и вторжений, так как места под ним для внезапной телепортации не хватило бы. Любой, желавший наведаться к чейнджлингу в гости, был вынужден выполнять ряд обязательных процедур.

Во-первых, требовалось найти не имеющее указателей здание насосной станции, обеспечивающей НИИ водой. Как более точно высказался Дейнти Ран, в этот домик вообще никто не наведывался, пока краны в других домах хоть как-то работали. Бзза такая посещаемость устраивала.

Следующий пункт обязательных действий – залезть наверх по специально приставленной лестнице, достаточно удалённой от укрытия Бзза. Лестницу хотели разместить ближе, но младший научный сотрудник посчитал это угрозой своему уединению. В довершении от посетителя требовалось показать навыки хождения по наклонным поверхностям, которые этим вечером оказались ещё и опасно скользкими от моросящего дождика.

Везергласс учла это обстоятельство и решила не выполнять последний пункт списка. Тем более что Бзз узнал её ярко-красную гриву и вылез сам, недовольно подрагивая от падающих с неба капель. Обычно светло-серый чейнджлинг в пасмурную погоду предпочитал не покидать убежища, поэтому ещё не слышал о том, что является чьей-то собственностью. Эту новость предстояло донести Везергласс.

Выслушав единорожку, инсектоид не выказал ни малейшей радости, и упрекать его в этом Везергласс не собиралась. Но не собиралась и рассказывать о выжидавшем неподалёку Блэкспоте, в задачу которого входило магией остановить Бзза, если тот надумает смыться.

— Нам тоже это неприятно, – объясняла пони чейнджлингу. – Мы даже представить не могли, что подобная ситуация возникнет. В нашем понимании ты всегда будешь сотрудником Стэйблриджа, подданным своей королевы и нашим другом.

— Ззз? Бз-з-бз-з?

— Да потому что этот гад, Дэфлаш Джог, хочет поиздеваться над нами. За то, что мы чуть не отправили его брата в темницу. Ну, как тебе объяснить? Помнишь, одно время мы в зоосаде НИИ держали твоего сородича. Твоя королева явилась, чтобы наказать нас и вызволить его. Вот, тут похожая ситуация, кровь за кровь. А тебе не повезло оказаться вне законов Эквестрии.

— Бззз-ззз-бз? – ответил чейнджлинг и зашелестел крыльями.

— Нет, давай без твоей королевы обойдёмся, – не раздумывая отклонила предложение Везергласс. – Каждое её появление – это гарантированный ремонт на сумму с несколькими нулями. У нас есть план, мы всё устроим, чтобы ты прошёл тест Иппоталамуса. Тогда все твои сородичи навсегда получат защиту от всяких Дэфлашей Джогов.

— Ззз-з?

Везергласс тряхнула намокшей гривой, после чего в демонстрационных целях вытащила из кровли несколько соломинок. При этом опять забыла про магию, в результате чего хват из трёх копыт едва не обеспечил ей падение с лестницы.

— Да несложный тест… Ой! В общем, например, вот три соломинки. Ты же сможешь определить, какая из них самая короткая?

— Бз!

— Хорошо. – Везергласс повернула копыто так, чтобы чейнджлинг видел лишь верхушки соломенных трубочек, которые выступали на одинаковую длину. – А теперь?

— Бз. Зз-бзз.

— Ну, это потому что ты их до этого видел. А если бы я их поменяла или показала бы впервые?

— Ззз-з бз-з?

— Я к тому, что тебе надо будет среди заданий различать те, которые ты можешь выполнить, и тогда ты выполняешь их. А есть такие, которые разумное существо поставят в тупик. И тут тебе необходимо чётко сообщить, что правильного ответа ты с полной уверенностью дать не можешь. В противовес этому повинующаяся инстинктам или дрессировке зверушка попробует что-то наугад сделать. Ну и, конечно, сами задачи… Как я успела подсмотреть в справочнике, они на пространственное мышление, на понимание добра и зла, понятия «жизнь», реакцию на эмоциональные раздражители… Не самая простая вещь, но мы тебя подготовим. Кроме того, у тебя в голове будет целый рой сородичей вместе с королевой. Уж как-нибудь ответ сообразите.

Краем глаза Везергласс уловила внизу у лестницы белую светящуюся точку. Это Скоупрейдж в надвигающихся сумерках зажёг магический фонарик, чтобы обозначить своё присутствие. Везергласс, поманив за собой Бзза, стала осторожно слезать по лестнице, оставляя на красных металлических ступеньках свежие царапины, в будущем обещавшие покрыться ржавчиной из-за тут же заполняющей их дождевой воды.

— Докладывай, Рейджи, – обратилась она к мужу, наблюдая, как рядом превращают дождь в туман мелькающие полупрозрачные крылья чейнджлинга.

Везергласс сразу поняла, что новости так себе: Скоупрейдж выглядел так, словно ему пришлось протащить овцу через заросли шиповника, оберегая её руно от малейших повреждений.

— Дэфлаш Джог предусмотрел наш вариант. Не зря он в одной телеге с адвокатами ездит. На проведение тестирования троттингемская делегация согласна. И у них при себе бумаги, выданные ЭУО, делающие их главными типа судьями, которые решат, принимать результаты теста или нет. Ну, а так послезавтра в час дня можно всё провести. Раньше не получится, так как, оказывается, Дэфлаш Джог «не испытывает потребности просыпаться раньше полудня». Однако, Гласси, тут закавыка. Мы должны обеспечить условия, при которых наш чейнджлинг будет давать ответы сам по себе. Без помощи с нашей стороны и со стороны коллективного разума чейнджлингов. То есть мы должны поднять вокруг Бзза блокирующее поле на всё время сдачи теста.

— Создание поля – вопрос минутный, – уверенно сообщила малиновая единорожка. – Но я опасаюсь, что без связи со своим народом и королевой Бзз не сможет набрать нужный результат. Всё-таки эта постоянная связь с роем даёт огромные преимущества, настолько огромные, что отдельный инсектоид утрачивает индивидуальность. Если вообще способен выжить.

— Зз-ззбз-збз. З-бззз-бз, – пояснил светло-серый чейнджлинг и потряс головой.

— Он не уверен, что справится, – перевёл Скоупрейдж. – Хотя и не отказывается помочь нам уладить возникшие из-за него неприятности. И ещё королева Кризалис передаёт, что вполне может прибыть через пару дней и устранить проблему по имени Дэфлаш Джог. Я не очень уверен в контексте слова «устранить», – добавил от себя единорог, – поэтому не стал бы соглашаться на предложение её величества.

Приглушённый цокот копыт по мокрому камню возвестил о приближении Блэкспота. Как только оповещение чейнджлинга сменилось разработкой дальнейших планов, бывший ярл сразу же ввёл себя в состав экстренного совета.

— Итак, вариант с тестированием мы отметаем? – поинтересовался Блэкспот.

Везергласс посмотрела на достопримечательность Стэйблриджа, превращающую дождевые капли в туманную взвесь вокруг крыльев. Посмотрела так, словно в фасетчатых глазах разглядела не отражение затянутых тучами небес и собственную вытянутую мордочку, а весь рой чейнджлингов во главе с королевой.

— Ничего мы не отменяем, – уверенно заявила кобылка. – Будем играть по правилам Дэфлаша Джога. Только внесём коррективы… Рейджи, завтра предложи визитёрам, Литерал Стомпу и Сэтлексу, однодневные пропуска и экскурсию по НИИ. Условься с ними начать тест послезавтра в десять. А ты, парень, – единорожка повернулась к Бззу, – позови в Стэйблридж своего ближайшего связного.

Скоупрейдж недоумевающе округлил глаза, пытаясь понять последнюю фразу супруги. Для чейнджлинга подобное действие было физиологически неосуществимо, но он уклончивым стрёкотом постарался обозначить непонимание.

— Не надо мне зубы заговаривать, – отмахнулась Везергласс. – Я через тебя твой вид полгода изучаю. Мне прекрасно известно, что единственный способ, каким ты можешь поддерживать связь с Кризалис и прочим сообществом – это наличие цепочки из чейнджлингов. Один инсектоид ментально охватывает зону в тридцать километров, можешь не спорить, я этот факт приборами фиксировала. Ваш рой давно развернул целую сеть внутри Эквестрии. И сейчас мне здесь нужен один из элементов сети. Тот, который способен перевоплощаться.

Бзз вёл себя так, словно находился в активном споре с неслышимым собеседником – постоянно наклонял голову и выделывал в воздухе ломаные линии. Под моросящим дождиком группа учёных пони терпеливо ждала окончания телепатического спора.

*   *   *

Чейнджлинг-альбинос смотрел на доску, где старательно и примитивно изобразили очередную задачу. От него требовалось указать на изображение простого карандаша, нарисованное вторым слева и помеченное цифрой «2». Бзз протянул ногу и коснулся карточки с соответствующим номером варианта, коих перед ним было разложено целых пять штук. Белая доска лязгнула и повернулась на сто восемьдесят градусов, открывая следующую задачку и перезапуская отсчёт времени. Пара учёных пони сразу же побежала вешать следующую головоломку на стороне доски, которая Бззу была не видна. Только эти двое случайно выбранных лаборантов находилась в поле ощущений чейнджлинга – остальных, включая весь рой, отгородил мерцающий полупрозрачный купол.

С трибуны, размещённой вне магической полусферы, за действиями инсектоида наблюдали стэйблриджцы. Только Блэкспот решил не появляться, отшутившись, что его присутствие приносит неудачу экзаменуемому, причём особенно часто неудачи случаются, когда экзамен принимает сам Блэкспот.

Скоупрейдж нервничал так, будто лично проходил тест. Каждый раз, когда чейнджлинг ошибался, единорог издавал тихий стон. В конце концов сидящая рядом жена, которую это достало, тихо, но эмоционально пообещала телепортировать ему на голову аквариум. Дальше Скоупрейдж переживал молча, но его трясло от напряжения.

Везергласс снимала стресс, крутя на ноге плетёный из бисера браслет. Разноцветные бусинки изображали поле с фиолетовыми колосками неизвестного растения. В одном месте леска слегка съехала, и колосок оказался кривоват. Везергласс запомнила это, поскольку использовала деформированную часть браслета как счётчик времени. Колосок уже сделал сто сорок восемь оборотов вокруг копыта.

Паддок Уайлд тестированию внимания не уделял совсем: он зафиксировал взгляд на противоположной трибуне, на трёх внимательно следящих за ходом эксперимента троттингемцах. Дэфлаш Джог тоже не мог усидеть спокойно: ёрзал, вздыхал, бормотал что-то, кашлял и нарочито громко зевал, уведомляя всех, что не следовало поднимать его в такую рань. Сэтлекс даже сделал земнопони замечание, за что получил презрительный взгляд и беззвучное передразнивание.

Серьёзность и сосредоточенность у Дэфлаша Джога появились ближе к завершению теста, когда стали очевидны успехи Бзза. Итоговый протокол поверг земнопони в молчаливый ступор, из которого он вышел только спустя несколько минут. Сразу заверять документ оттиском копыта не стал, спустился с трибуны, проверил магический купол, даже хотел стукнуться об него головой, но передумал. Какое-то время щёголь, нацепивший сегодня зелёный плащ с расходящимися бирюзовыми волнами, пристально смотрел на отдыхавшего от интеллектуальной работы Бзза. Изучил он и доску с висевшим на ней последним заданием. Потом, сердито сопя, заверил протокол, уже подписанный Сэтлексом и Литерал Стомпом, после чего выместил злость на двери в ЛК-7, где проводилось тестирование. Правда, дверь в этот кабинет и не такое видала, поэтому попытка сломать её резким закрытием провалилась.

Стэйблриджцы и решившие задержаться троттингемцы принялись делиться впечатлениями.

— Честно говоря, когда юридическая фирма направила меня сюда вместе с Дэфлашом Джогом, – признался Сэтлекс, – я сильно опасался, что стану свидетелем печальной сцены присвоения дорогого кому-то существа. Искренне рад, что вы нашли выход и обошлось без этого.

— Подумать только. Чейнджлинги теперь шестой вид существ в Эквестрии, официально имеющих статус «разумных», – на ходу составлял черновик будущей статьи Литерал Стомп. – В этом они опередили даже кристальных пони…

В разгар шуточек и пересуд дверь ЛК-7 отворилась, снова впуская Дэфлаша Джога, на этот раз в синем костюме, крой пиджака которого копировал отдельные элементы гвардейского мундира.

— Итак-с, когда мы начинаем тест? – спросил он, окидывая взглядом толпу пони и всё ещё сидящего за партой виновника торжества.

— Так ведь только что закончили, – озадаченно ответил Литерал Стомп, чем привёл земнопони в недоумение.

— Вы не имели права проводить тестирование без меня! Я результаты такого тестирования не приму. Результаты его никогда не одобрю. Переделывайте всё заново!

— Вообще-то, вы уже всё одобрили. – Сэтлекс сделал пару шагов, чтобы забрать с трибуны протоколы. Дэфлаш Джог вынужденно уткнулся мордой в отпечаток копыта, примостившийся аккурат между двумя заверяющими подписями.

— Это не моё! – возмутился он, но спустя секунду в поле его зрения красовался идентичный отпечаток, оставленный на оригинале документа из кадастрового ведомства Троттингема. Его извлекла из папки и любезно сунула земнопони под самый нос доктор Везергласс.

— Очень даже ваше.

— Не надо мне мозги пудрить! Я только что сюда пришёл. Проснулся всего десять минут назад в своей карете.

— Правда, что ли? – слегка удивился Паддок Уайлд. – А подтвердить это кто-нибудь может?

— Нет, – буркнул земнопони. – Я спал в карете один. Мне сказали, что здесь приличное научное заведение. Поэтому, знаете ли, не взял с собой своих метресс. Но если бы знал заранее… – Дэфлаш Джог клацнул челюстями, обрывая фразу.

Троттингемский щёголь повернул голову в сторону двух наиболее знакомых пони. Сэтлекс изучил два отпечатка копыт, потом, прищурившись, воззрился на Джога. Литерал Стомп просто сокрушённо покачал головой.

— Мне думается, – саркастично заметил он, – что кое-кто проиграл свою партию в «сто клеток» и решили переиграть заново. Зашли, переоделись, вернулись. И будете так делать, пока не получите необходимый результат. Это ведь методы семьи Джог?

— Я вот вижу вашу отметку под официальными документом, заверенную подписями двух уполномоченных лиц, – поддержал Сэтлекс. – Всё выполнено в рамках закона, и эти бумаги обратной силы не имеют независимо от того, какое у вас по этому поводу мнение. – Пегасу пришлось быстро отдёрнуть листки, так как Дэфлаш Джог попытался отобрать их.

— Предатели! – рявкнул остроносый пони. – Мой отец мог бы вас озолотить, а теперь вы пыли дорожной от моей семьи не получите!

— Переживём как-нибудь, – пожал плечами Литерал Стомп.

Увидев, что грозное раздувание ноздрей не оказывает на недавних попутчиков ни малейшего эффекта, Дэфлаш Джог крутанулся на месте, превратив свой плащ в иллюзию расплескавшегося моря. Теперь он нацелил копыто с декоративными золотыми шляпками от гвоздиков на Везергласс.

— Я не знаю, как она это сделала… – начал Джог, но потом его взгляд зацепился за светло-серого инсектоида. – Я знаю, как она это сделала! О, хитро! Брат не зря предупреждал, что тебя надо остерегаться. Ты, мелкая красная коварная мра…

Разошедшиеся в стороны зубы не смогли сойтись вплотную, потому что поток магии затолкал Дэфлашу Джогу в рот две из пяти табличек, которые Бзз использовал во время тестирования. А три других поднялись в воздух и начали вращаться вокруг головы чёрного единорога.

— Если ты что-то ещё вякнешь про мою жену, – ледяным тоном пообещал Скоупрейдж, – то всё состояние семьи Джог пойдёт на лечение твоей челюсти. Понял?

Три таблички метнулись к передним ногам Дэфлаша Джога, заставив земнопони отступить. В процессе отступления он выплюнул мешавшие говорить предметы. И стал выбирать, к кому обратиться с ответной репликой. Все вокруг – от прижавшейся к своему защитнику Везергласс до специалистов из Троттингема, от Уайлда, как бы случайно выставившего контакты электрошокера, до Бзза, забравшегося на парту и угрожающе наклонившего голову – демонстрировали примерно одинаковое презрение к разодетому пони.

— Вот отец мой узнает, – злобно сверкал глазами Дэфлаш Джог. – Он найдёт способ выкупить ваш замшелый научный центр. В день, когда это случится, я лично сяду в бульдозер и всё тут с землёй сровняю. Уяснили? Семья Джог вам ничего и никогда не простит.

Повторив ещё пару раз «я всё папе расскажу» в разных вариациях, земнопони удалился под аккомпанемент лишённого сочувствия молчания. И снова от сильной злости Дэфлаша Джога пострадала дверь ЛК-7, но выдержала и это потрясение. В следующую минуту, пока все переваривали скандальное послевкусие, Бзз придвинулся ближе к Скоупрейджу.

— Зз-бзз-з-зз? – спросил он, интересуясь, нельзя ли ему, когда посетители из Троттингема уедут, для самоутверждения пройти тестирование честным путём.

— Бз, – сохраняя тайну, ответил Скоупрейдж, полночи наносивший на листы с заданиями теста видимые лишь в инфракрасном спектре отметки. Именно они позволили Бззу набрать высокий балл.