Любим, но не помним / Loved, but Not Remembered

Что такое память? Почему кажется, что важные вещи ускользают, а другие преследуют, разрушают и не хотят покидать нашу голову? Её звали Лира Хартстрингс, но никто не вспомнит о ней.

Скуталу Снипс Снейлз Лира

Электричка

Поздним вечером в подземке может случится всё, что угодно. Особенно — в Мэйнхэттене. От автора: Это поток сознания, навеянный песней «Электричка» группы «Кино».

Бабс Сид

Сигарета

Капля никотина...

Твайлайт Спаркл Спайк

Стальные крылья

"Сталлионград - для земнопони!". Город воинственной и промышленно-развитой нации земнопони. Они были единственными, кто противостоял Селестии и выстоял, став союзниками, а не вассалами принцессы. Но время идет, и старому городу нужен новый путь. Нужна молодая кровь, путь которой лежит в небеса.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони Человеки

Обещание

Просто... Просто грустный рассказик про Флаттершай. А подсчёт слов сбоит.

Флаттершай Другие пони ОС - пони

Война в Эквестрии или Межвселенский спаситель

Обычный студент попадает в Эквестрию путем перелёта между Вселеннами. Что же пройзойдет с ним? С ему придется столкнуться? Как он повлияет на историю Эквестрии? Сможет ли он вернуться назад?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Эплджек Эплблум Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Спитфайр Сорен Дискорд Человеки Бабс Сид Вандерболты Кризалис Король Сомбра Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор Стража Дворца

Размышления в вечернем лесу

Таинственный обитатель леса вспоминает свою жизнь, любовь к знаниям и к виду пони, которые даже не подозревают, что кроется в разуме примитивного, на первый взгляд, животного.

Принцесса Селестия ОС - пони

Ламповые посиделки. История Эквестрии. Лекция №5 – Первое вторжение Дискорда

К сожалению, по техническим причинам аудиозапись этой лекции была утрачена. Всё, что у нас осталось – магическая стенограмма. Поэтому сегодня запись лекции выложена в текстовом виде. Общественное Радио Понивилля просит прощения у всех слушателей за эту досадную накладку. Впредь мы будем внимательнее с бэкапами.

Другие пони Дискорд

В перекрестье

Итак, вы, снайпер подразделения армии США, очнулись в Эквестрии, где вместо принцесс правит жестокий тиран, обладающий могущественными магическими артефактами. С собой у вас есть винтовка, пистолет-пулемет и доброе сердце. Ваши действия?

Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Спайк Гильда Зекора Биг Макинтош Брейберн Дерпи Хувз Другие пони Дискорд Человеки Шайнинг Армор Стража Дворца

Легенда о Королевских Сёстрах

Эта история была рассказана и пересказана бессчётное множество раз. Многие выдающиеся пони пытались выстроить полную картину произошедшего. Но их выводы почти всегда сводились к общим словам про зависть, обиду и силу гармонии. И по сей день вся правда известна только двум королевским сёстрам.

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Автор рисунка: aJVL
Глава 14: Весенний день (292 ПС) Глава 16: Немножко глубже (292 ПС)

Глава 15: День лёгкой дрёмы (292 ПС)

– Сны твоя территория, не моя. За пределами собственных сновидений я даже меньше, чем бесполезна. Зато здесь… – паузы, как когда менялась Джеки, не было. В одно мгновение она была аликорном, в следующее у неё появились собственные крылья как у летучей мыши, а рог пропал. Разницы особенной не было: Архив не знала на самом деле каково это, чувствовать себя фестралом, поэтому все ощущения были целиком выдуманы.

– Я… убедилась, что ты на самом деле сделала общий сон, – в голосе Джеки слышалась неуверенность. – Но это не значит, что я собираюсь купиться на всё, что ты скажешь. Иногда кошмар это просто кошмар.

– Ты на Землю вернулась всего несколько месяцев назад, я понимаю, – они добрались до верхушки библиотеки. Здесь, отражаясь от блестящей стеклянной крыши, вечно полная луна сияла так же ярко, как полуденное солнце. Может это было и стекло, пусть под ним не было видно никаких опор, тем не менее, Алекс вступила на него без страха. Законы физики в мире снов были скорее рекомендациями.

– А ты тут пробыла дольше, знаю. Только не говори, что припёрлась в Золотую Жилу специально чтобы мне это рассказать.

– Нет, не только, – единственным украшением крыши был дверной проём. Обычно тяжёлые каменные ворота были закрыты, и никакая сила, доступная Архив, не могла открыть их. Но в эту ночь дверь слегка приоткрылась, давая возможность неукротимым пределам сверкнуть сквозь щель. – Первый урок про мир снов: всё в нём сделано из мыслей, а мысли настолько реальны, насколько сильна воля, стоящая за ними.

– Ещё какая-то хиппи-тарабарщина, – Джеки снова остановилась. – Тут вообще чего-нибудь с доказательствами есть?

– Конечно, – Алекс уселась на пол. – Раз тут всё определяется мыслями, ты можешь разглядеть все мысли, из которых что-то состоит, если правильно на них посмотришь. Другие разумные существа могут попытаться тебе воспротивиться, но остальное не станет. Строения, объекты и плоды воображения могут даже испариться, если ты их слишком внимательно рассмотришь. Но я сопротивляться или растворяться не буду. – Она пожала крыльями. – Загляни в мой разум.

Она объяснила фестралке метод, и была благодарна за то, что у той не возникло вопросов. Она ведь всего лишь цитировала ещё одну книгу, и у неё не было никакой возможности проверить написанное. Если бы написанное Луной, не имело смысла, у Архив не было представления, как это можно получше объяснить.

Она поняла, когда у Джеки получилось. Почувствовала прикосновение искры на своём сознании, немного похожее на то, которому Сансет Шиммер научила её наяву, только наоборот. Через несколько секунд, Архив почувствовала, как её разум возвращается сквозь время. Сквозь её зимний поход, сквозь время, проведённое в университете и жизнь с Клауди Скайз. Сквозь все работы, которыми она занималась, сквозь многочисленные опасные задания HPI. Сквозь время, когда она посетила Эквестрию, и сквозь её встречу с принцессой Луной. Память не могла идти дальше, Архив до этого момента не существовало.

Прошло всего несколько секунд, прежде чем Джеки отшатнулась от неё, поднимая крылья, чтобы закрыться.

– Господи… господи… господи… – повторяла она вновь и вновь. – Это ж сколько это было лет? – Она упала на пол, тяжело дыша от усталости.

– Почти три сотни, – пожала крыльями Архив.

– Пони столько живут? Но… – она затихла, ответив на свой собственный вопрос. – Многие из них умерли. Но ты… – Она поёжилась. – Что ты такое?

– Сама уже давно пытаюсь понять, – ответила Архив, нахмурившись. – Думаю, можно сказать, что я память Человечества. Я была создана чтобы гарантировать, что пони, которые придут за нами, нас помнили. Сохранить достижения… не повторить ошибок. И, что важнее, защитить пони вроде тебя.

Несколько минут было тихо. Джеки не смотрела на неё, даже глаза не открыла. Архив предположила, что она пытается разобраться с тем, что увидела.

Внезапно её глаза расширились, и она дёрнулась в сторону закрытой двери.

– Это ведь там, да? – она расправила крылья. – Клубок. Ты знаешь о нём. Ты знаешь… всё…

– Я знаю много. Но не всё, – Архив отступила от надвигающейся Джеки, держась между дверью и фестралкой.

– Бесконечная бездна, сотканная из снов всех спящих, – Джеки махнула копытом и дверь распахнулась. Пролившийся из неё свет почти ослеплял. – Клубок выстроен эмоциями, которые испытывают спящие. Если тебе снится всё это, то часть за дверью… это…

– Разум. Творчество. Любовь.

– Ну тогда мне неблизко, – Джеки расправила крылья и двинулась к проёму. – Я ведь тоже сплю, так? Мой сон где-то там. Я уже чувствую, как он меня тянет… свой сон найти легко. – Она оскалила клыки, но не на Архив. На дверь. – Теперь, когда я знаю, что меня мучает, я могу отправить его прямиком в ад.

– Осторожно! – Архив подняла копыто, пытаясь закрыть дверь. Но пусть это был и её мир, дверь в Клубок была подвластна магии, которой у неё не было. Может, у настоящего аликорна и получилось бы что-то сымитировать, но она пока им не была.

Конечно, были способы остановить Джеки. Если её убить, это заставило бы её проснуться, и это был самый простой путь. Но это был бы так себе способ завести друга.

– Ты на самом деле не знаешь то, что во мне увидела. Твой мозг не создан для того, чтобы в него сбрасывать знания. Я не знаю, на сколько их хватит! Ты можешь сохранить мои знания пока не проснёшься, или… может, до момента, пока не покинешь библиотеку. Ты не можешь просто броситься в бой…

– Я пошла, – Джеки продолжила наступать. Хвост Архив почти коснулся проёма. Теперь, когда он был действительно открыт, она могла его использовать. – Я убью этого демона и расправлюсь с моими кошмарами. Думает, если я молодая, он может просто сожрать мою душу по кусочкам…

– Хоть сгоряча в драку не бросайся! – взмолилась Архив. – Не ходи одна. – Заключённый между ними договор требовал, чтобы Джеки защищала её, но ничто не мешало ему действовать в обе стороны.

Это её остановило.

– Ты хочешь пойти со мной?

– Ещё как! – Архив скрипнула зубами. – Этот хмырь издевался над одной из моих. Только… дай минутку преобразиться. Я не фестралка, так что в каком виде из моего сна выйду, в том и застряну.

Джеки нетерпеливо кивнула. Архив изменилась мгновенно. Не назад в аликорна, пусть эта форма и была полезна. Во сне то, чем ты на самом деле являешься, важнее, чем то, во что ты можешь себя исказить. Здесь реальной силой была правда. Если бы она дралась с помощью обмана, пришлось бы обойтись и без силы тех идей, которые она представляла.

Преображение было быстрым. С её тела пропала шерсть, и она поднялась на две ноги. Грива превратилась в причёску «конский хвост», достающую почти до пола, сохранив прежний зелёный цвет. Глаза тоже остались как были, пусть для человека их оттенок и был неестественным.

Эту форму она уже один раз принимала, в забегаловке в стиле пятидесятых, чтобы сразиться с демоном из эквестрийского пантеона. В этот раз она была одета не в простую одежду, а в броню. Тонкая серебряная кольчуга с нашитыми позолоченными пластинами. В ножнах вместо меча скрывалась тонкая книга в кожаной обложке. Милометка превратилась в большой герб на нагруднике и несколько вышитых поменьше на плаще. Шлема у неё не было.

– Готова, – над фестралкой она возвышалась даже несмотря на то, что роста в ней было как в подростке. Одну руку в белой кожаной перчатке она сжала в кулак, а другую положила на книжку. – Давай посмотрим, на что похожи твои кошмары.

Джеки отступила на шаг, но быстро опомнилась.

– Окей, Алекс, я готова, – она высунула копыто наружу, где оно без сопротивления провалилось сквозь пустой воздух. – Эм… ты не знала, как летать. Это понятно, у тебя крыльев нет, но… захотеть взлететь будет достаточно?

– Для тебя будет, – Алекс выглянула наружу и подняла книжку повыше. – Но не для меня. Ты же знаешь всё то же, что и я?

Джеки покачала головой.

– Только обрывки, которые мне случайно на глаза попались. Я далеко не всё видела! Там так много было!

– Ну, как мышепони ты здесь можешь немножко наплевать на правила. Остальные могут делать только то, во что мы на самом деле верим. – Она наклонилась поближе. – Думаю, меня придётся подвезти. Если я потрачу всю магию на дорогу, в бою от меня пользы будет немного.

– Подвезти? – Джеки удивлённо подняла брови. – Да ты же громадина!

– Так сделай себя побольше!

Джеки попыталась. Она стала постарше и набрала дюймов восемь роста, достигнув тем самым предельной зрелости. Затем она продолжила расти, как будто была аликорном, но сохраняя пропорции. Ещё фут, ещё пара дюймов, пока больше не перестало получаться. Архив знала причину: простого знания в мире снов было недостаточно. Вера, уверенность и сила воли тоже многое значили. Значительный рост одного не мог волшебным образом улучшить остальное.

Хорошо, что сама Архив тоже участвовала, иначе Джеки просто размазало бы.

И чёрт побери её библиотеку за то, что она была расположена высоко в «небе» Клубка, вместе с другими просвещёнными снами. Если она отсюда спрыгнула бы, падение её разбудило бы.

– Больше не получается?

Джеки покачала головой. Голос её звучал теперь несколько ниже, чем раньше.

– Я чувствую, как будто меня растянуло и чуть больше меня просто порвёт пополам.

– Ты скорее всего много сил потратила на то, чтобы войти в мой сон, – предположила Архив и пожала плечами. – Ну, если ты больше никак…

Она могла бы вернуть себе свой обычный облик, он был достаточно маленьким, чтобы поместиться на спине гигантской фестралки. Но крохотные земнопони не очень хорошие бойцы, да и не воплощали то, чем Архив была на самом деле. Тело Лонли Дэй было очень слабым символом.

Но, так же как Джеки могла увеличить своё тело, Архив могла уменьшить своё. Она избавилась от пластин на кольчуге и быстро съёжилась. Звенья кольчуги утончились, став изящнее и приобретя поверх серебра блеск золотой отделки. Длинные носки заменили большую часть кольчуги на ногах. Книга осталась, но уменьшилась до размеров дневника маленькой девочки.

Сколько ей теперь было? Одиннадцать? Хрупкая и тонкая, но сохраняющая тень валькирии, которой она была мгновение назад, сила, которая проявится всего через несколько лет роста. Она стала высоким ребёнком, но не таким высоким, как аликорн.

– Думаешь, я теперь достаточно маленькая? – взгляд у неё всё ещё был суровый, но вот зубы стали кривоваты. Она быстро придумала себе брейсы. – Ещё немного и меня сдует.

– А ты драться-то в таком виде сможешь?

Голос Архив теперь был на целую октаву выше, но это не убавило её решимости. Она вытащила свою книгу:

– Это мои щит и меч. Люди всегда были маленькими и слабыми. Нам это не слишком мешало, когда на нас ещё охотились львы.

Джеки пожала плечами:

– Ну, запрыгивай тогда. Только… надеюсь, ты знаешь, как ездить без седла, потому что чёрта с два ты его на меня наденешь.

Архив подпрыгнула и перебросила ногу через спину Джеки.

– Так пойдёт?

– Убери эту кривулину, которую ты называешь ногой, от моих крыльев! – та шагнула вперёд, в сторону проёма, теперь едва в него помещаясь, расправляя и разминая крылья. – Я знаю, что на самом деле тут не лечу, а просто хочу лететь… но я всё равно думаю, что для полёта нужны крылья, так что… они мне всё-таки нужны. Это ведь так работает?

Архив вскарабкалась на спину Джеки, распластавшись вдоль всего её тела и обхватив руками её шею. Она пристегнула книгу на пояс, подтянула плащ и кивнула:

– Должно работать так. Только слишком резко не поворачивай! Я всё прочитала про то, как надо на лошадях ездить, но… ты не совсем лошадь.

– Понятно. Держись! – Джеки прыгнула.

Они мчались через Клубок. Поначалу путь их лежал в основном вниз, потому что обычный сон Архив про библиотеку находился практически в противоположном конце по отношению ко сну Джеки. Архив сначала испугалась, что они просто падают, но не рискнула хвататься за книгу, опасаясь, что её сорвёт со спины фестралки набегающим ветром.

Они приземлились, но у Архив не было времени соскочить на землю. Джеки не собиралась задерживаться, так что весь их бег лёг целиком на неё. По извилистым тропам, через спящие королевства, бесчисленные, как породившие их спящие. Каждое приводило их чуть ближе к кошмарам, наполнявшим ночи Джеки.

Архив почувствовала восхищение: ни разу Джеки не пришлось притормозить и перевести дух. Она, похоже, инстинктивно понимала, что знание Архив об этом месте показало ей, пусть даже всё остальное и влетело ей в одно ухо и вылетело в другое.

Они провалились сквозь зияющий портал в преисподнюю, пересекли реку Лета и погрузились в вечный мрак. Подобно тому, как сны Архив о знаниях и просвещении парили в бесконечном небе, кошмары гнездились в преисподней

Жители Мира Снов не пытались им помешать, распознав в них пару могучих сноходцев с серьёзным делом. Архив вежливо махала им, кричала вместо Джеки приветствия, но ничего другого сделать не могла. Фестралка, похоже, боялась, что если они будут двигаться недостаточно быстро, их настигнет утро и она потеряет эту возможность сразиться со своими кошмарами.

Они оказались в гулкой пещере, с громадными стенами, уходящими во тьму, и тысячами летучих мышей. Архив не видела в темноте, поэтому сотворила огонёк, следующий за ними по воздуху, при помощи заклинания из арсенала единорогов и книжки в роли рога. В отличии от магии фестралов, её «заклинания» были всего лишь умственным усилием, которое книга проецировала в реальность. Она не могла использовать их чтобы изменить себя или сны, сквозь которые они проносились. На такое были способны только фестралы.

Она не могла сказать, сколько заняло их путешествие. Время в мире снов вело себя непредсказуемо, за одну ночь могли пройти месяцы. Настолько растянутое время было чаще всего территорией могучих мышепони, хотя даже они обычно теряли большую часть воспоминаний, когда бодрствовали, чтобы обрести их вновь во сне. Воистину, они были полубогами в собственном мире, настолько же настоящем для находящихся в нём, как и физическая реальность.

Алекс не могла сдержать лёгкой зависти всем кружащим вокруг них возможностям. Возможностям, которые для неё были столь же недоступны, как облака в мире бодрствующих, или как создание заклинаний. Пони были устроены нечестно. У людей и близко не было такого уровня специализации. Архив не могла избавиться от ощущения, что человеческий путь решения проблем был лучше. Кто угодно мог быть кем угодно. Для пони… всё было сложнее.

У каждого сна есть дверь, пусть для некоторых она настолько широка, что можно в него ввалиться даже не заметив. В случае Джеки дверью было зеркало, выплюнувшее их на пол ванной комнаты, расположенной в какой-то странной до-Событийной гостинице.

Архив поднялась на ноги, одёргивая броню и жалея о том, что у них нет времени принять душ. В пути они были уже не меньше недели. Подавление потребности в еде и воде требовало от неё достаточно концентрации, чтобы на удаление пота и запаха уже не хватало.

– Как думаешь, где оно прячется?

– Снаружи, – Джеки шагнула вперёд, хватаясь зубами за ручку двери и поворачивая её. Дверь распахнулась. За ней открылся гостиничный номер, с поблёкшими коврами и неразборчивыми картинами из японских иероглифов. Кровать была не заправлена, на ней стоял чемодан, а вокруг на полу валялась грязная одежда. Выглядело так, будто кто-то собирался в спешке.

Архив даже не заметила, как фестралка вернулась к своему нормальному размеру. Уши Джеки поникли, и она отступила от входной двери. У номера не было балкона, на котором можно было бы спрятаться, только окно размером со всю заднюю стену. Снаружи была ночь, и город был залит морем огней. На диванчике лежала тарелка, содержимое которой засохло и пованивало тухлой рыбой, достаточно, чтобы перебить запах немытых лошади и подростка.

– Расскажи мне про cвой кошмар, – Архив взялась за книжку, позволяя ей открыться под тяжестью переплёта. Одним словом она сотворила заклинание-щит, такой же, каким пользовались единороги. Книжка засветилась белым, как будто была рогом, и бледное сияние очертило границы защиты.

Щит, похоже, помог Джеки вспомнить, зачем они сюда явились.

– Я его нашла… в первую ночь. Нашла дверь, вроде той, что в твоём сне. Понятия не имела, куда попала, поэтому пошла бродить. Поначалу всё казалось довольно круто, если честно. Дошла до берега. Думала, что будет неплохо искупнуться, и тут же передо мной здоровенный пляж. Человеком снова сделаться было здорово, пусть даже я и понимала, что это сон.

Кто-то постучал в дверь, три раза, так громко, что содрогнулось, казалось, всё здание. Слов не последовало. Снаружи в коридоре зашумела вода, начала просачиваться в щель. Дверь навалилась на петли.

– Ты пошла на берег, – голос Архив был тише и медленнее. – Тебя там не акула укусила?

– Нет. Это был бы всего один кошмар, – Джеки дёрнулась вперёд, вытягивая копыто. Как будто хотела открыть дверь. Нет, не совсем. Как будто она не могла удержаться от открытия двери. Она сопротивлялась, но получалось не очень. Только щит Архив сдерживал её от шага вперёд, вспыхнув белым, как только она к нему прижалась.

Архив почувствовала, как по спине пробежал холодок, и начала листать книгу к последним страницам, где скрывались ничтожные познания об эквестрийских атакующих заклятьях.

Кто-то начал ломиться в дверь. Вода снова потекла, с каждым ударом растекаясь волнами по комнате. Она упёрлась в белую стену щита, расступаясь вокруг него.

– Думаю, я знаю, что тебя нашло! – она повернула голову и посмотрела на Джеки. – Ты можешь вырваться! Ты должна была это понимать, раз хотела прийти сюда и сразиться!

– Я д-думала, что смогу… – Джеки прижалась плотнее к щиту и напряглась. Выглядело это так, как будто ей стоило невероятных усилий не открыть дверь. Уши её прижались к голове, но щит Архив держался.

– Посмотри на меня, – это не было просьбой. Звуки ударов в дверь и шум воды утихли. Архив провела линию в воздухе, призывая заклинание Сансет, показывающее симпатические связи. Душу Джеки связывали всего лишь несколько нитей, и большая часть быстро растворялась до полной невидимости. Одна, тонкая как шпагат, уходила прямиком в грудь самой Архив.

Ещё одна, толстая, как якорный канат, тянула её в сторону двери.

– Каждый следующий сон плотнее затягивал петлю, – сказала Архив, чувствуя, что надо поторапливаться. Её подруга уже начала снова сползать в сторону щита. Снаружи дверь уже прогибалась.

– Тебе её не получить!

– Не могу… не могу… – Джеки уже плакала, но это не мешало ей пытаться проломить щит.

– Сможешь! – Архив протянула руку и положила Джеки на бедро, прямо на милометку. – Джеклин Картер! – пони замерла, обернулась через плечо и встретилась с Алекс взглядом. – Вспомни.

Время слилось в мутную полосу. Архив просмотрела всю жизнь за несколько секунд. Выросла в Сент-Луисе. Мама помогает шить костюмы к Хэллоуину. Первая подруга. Конвенты в самодельных костюмах. Долгожданное поступление в колледж в Денвере. Прибытие после События. Полумёртвая от голода приковыляла в город, оттуда добралась до шахтёрского посёлка.

Глаза Джеки расширились. Шнур, связывавший её с Архив стал толще совсем ненамного, но теперь выглядел стальным тросом, а не шпагатом. Снова послышался стук в дверь, но в этот раз дёрнулась только одна её нога, да и та тут же замерла.

– Не подходи, – Архив пролистала через бесполезные «атакующие» заклятья, ничтожные лучи силы, способные только оглушить. В данной им магии не было ничего смертельного, по крайней мере, ничего намеренно смертельного. Пролистав эти страницы она добралась до самого конца, где всё было плотно исписано её собственным почерком. Тут были сотни записей, каждая следующая сложнее предыдущей. Многие придумал Джозеф, а некоторые создала сама, в те моменты, когда кроме мыслей нечем было себя занять.

Архив знала всё, что эквестрийцы сочли нужным им сообщить. Когда же дело касалось человеческих знаний, она знала… существенно больше.

– Харибда, я знаю, что это ты! Держи свои вонючие грабли подальше от моих детей!

Она не стала дожидаться, пока он войдёт. Вместо этого, она подняла свободную руку ладонью вперёд и начала читать. В сжатом времени мира снов сотни, тысячи рун появились перед ней в одно мгновение, сплетаясь в высших измерениях в двенадцать разных заклятий.

Каждое из них по отдельности было совершенно безвредным. Одно вытягивало из воздуха тепло. Другое преобразовывало полученную энергию в магию, которая проходила сквозь управляющее заклятье в простую конструкцию, предназначенную для усиления других простых заклятий. Изящное плетение заклятия по устранению радиационного заражения обладало неприятным побочным эффектом создания радиационного заражения, если оказывалось слишком близко, для чего следующее заклинание… ну и так далее. Подобная магия была за пределами возможностей смертного чародея, такое можно было создать оптимизировав компьютером всю библиотеку магических знаний.

За пределами щита воздух загорелся. Стекло по всему зданию взорвалось, осыпая землю дождём громадных осколков. Дерево, ковры и бумагу разложило на атомы. Бетон расплавился. Морская вода испарилась.

Двери больше не было, только круглая дыра диаметром футов в двадцать, уничтожившая и пол, и потолок, и прошившая насквозь несколько соседних зданий. Всё строение содрогнулось от взрыва, но не рухнуло. По крайней мере, не сразу.

Что-то вскрикнуло, умирая. Поникшие щупальца вскипели в воздухе. Всё вокруг наполнилось шипящим паром, охватившим скрывавшую их сферу.

В момент взрыва Джеки подтянуло к самому щиту и чуть было не вытащило наружу. Её тянула симпатическая связь души с монстром, пока связь с Архив не выбрала всю слабину и её воля не остановила движение.

Джеки всё ещё была с ней, поэтому Архив знала, кто победил. Но грудь пони была покрыта кровью, будто бы из неё был вырван большой кусок. Больше никаких подозрительных связей у неё не было. Джеки упала на пол, истекая кровью.

Архив тоже упала на колени, без сил. Она не сдерживалась. Попытка сотворить подобное заклинание в реальном мире, пожалуй, смогла бы прикончить и аликорна.

– Я… умираю… – выдавила Джеки сквозь стоны и кашель.

– Угу, – кивнула Архив. – Но ты не умрёшь. Ты проснёшься. А я в твоём сне, так что… я тоже проснусь.

Джеки поёжилась:

– Оно… Оно вернётся?

Алекс тяжело дышала, с трудом собирая силы для ответа. Она поддерживала себя руками, чтобы не упасть от слабости в ногах. Сил едва хватало на то, чтобы не опускать голову.

– Оно… не сможет… тебя найти… если ты его сама снова не… найдёшь. Такие чудища… не должны… способны… влезать в сны смертных. Его надо сначала к себе привязать.

– Это хорошо, – Джеки улыбнулась, сворачиваясь клубочком перед смертью. – С-спасибо, Алекс. Ты хорошая малявка.

Мир закончился.


После этого Джеки и Алекс быстро сдружились. Большую часть знаний Джеки приходилось добывать самостоятельно, но время, проведённое с Архив дало ей неплохую фору. Они продолжили делить сны в следующие несколько недель, пока Джеки не уверилась в своих силах достаточно, чтобы не нуждаться в чьей-то защите.

Сон таким образом улучшился у всех. У Архив не было заклинаний, которые помогли бы переключить мышепони с ночного образа жизни, но хоть тот сон, который у Джеки получалось урвать, не прерывался больше кошмарами.

Работа Архив была даже слишком безупречна: у пони не осталось ни малейших ошмётков связи с Харибдой, так что нечем было воспользоваться, чтобы отследить и разобраться. Планировал ли он поработить Джеки, как сделал с многими другими, или просто издевался над ней ради получения таким образом энергии?

На следующий день закончился её испытательный период, и Алекс присоединилась к команде шахтёров наравне со всеми. Каждый день после обеда теперь подчинялся рутине: нацепить комбез, повязать на рот бандану и углубиться под землю.

Ей пришлось заново изучить методы добычи угля, о которых она только читала в исторических справочниках. Деревянные подпорки, керосиновые лампы, выжигающие сырость, и, в общем-то, всё. Каждый день они возвращались на поверхность покрытыми пылью и кашляя. Затем группа разделялась по полу, раздевалась и отмывалась в горной реке. Вода там была ледяная, но и это было намного лучше, чем весь день таскать на себе угольную пыль и жутко вонять.

Архив слышала о жизни и похуже. Она бы давно увела всех в другое место, испарившись в ночи, если бы не Джеки. Фестралка теперь знала её секрет, и, в последующие ночи, узнала и о седельных сумках сих содержимым. С другом, которому можно довериться, Лонли Дэй смогла начать собирать подробности, о которых раньше только подозревала.

Её торопливые подсчёты не обманули: после того, как премия за найм (которую, разумеется, выдавали целиком в долговых расписках для магазина компании) заканчивалась, шахтёрам уже было не выжить на собственную зарплату. Судя по всему, цены в магазине были подобраны очень тщательно. Ни одна не была слишком высокой, чтобы вызвать подозрение. Но сложенные вместе и помноженные на длительный срок, они приводили к несомненному результату.

Согласно контракту, работник, который к окончанию его срока действия имел перед компанией какую-нибудь задолженность, автоматически продлял его. Таким образом, Беженцы жили в условиях постоянно растущего долга и без надежды сбежать. Они были рабами.

Ещё хуже было то, что проблемы с дыханием были не только у Джеки. Недостаточная защита и постоянная работа в угольной пыли заботились о том, что шахтёры не доживали до старости, да и вообще больше десяти лет проработать ни у кого не получалось. Неужто они все сменили работу на более приятную? Дэй в этом сомневалась.

Зарплатное рабство само по себе было ужасным, но то, что это рабство несло в себе неминуемый смертный приговор было больше, чем Архив была готова позволить. Компанию требовалось остановить.

Простых способов для этого не было. Пограничная Шахтёрская Корпорация спасала больше сотни Беженцев от голодной смерти. Уголь, который она добывала, позволял Радио Спрингс выплавлять сталь и вырабатывать электричество. Она рассмотрела идею создать профсоюз, но в итоге отбросила её. Поддержать этих шахтёров во время забастовки было некому, и даже лето им ничем бы не помогло.

Через месяц жизни и работы в шахте, Лонли Дэй нашла ответ. Пограничная Корпорация продавала почти всё, что производила, в Радио Спрингс, и зависела от железнодорожной компании города. Она была готова биться об заклад, что если бы город надавил, у компании не осталось бы выбора, кроме как исправиться.

Конечно, это подразумевало, что ей надо вернуться в Радио Спрингс. Алекс прикинула, не отправиться ли туда пешком, но, конечно, это заставило бы сразу заподозрить за ней какие-то нехорошие намерения. Лучше всего было сделать всё как можно натуральнее.

Поэтому она потратила неделю на то, чтобы всем сообщить, как собирается провести свой следующий выходной. Неделю она предлагала всем купить что-нибудь в городе и привезти с собой, неделю собирала просьбы и заказы, и не оставляла ни малейших сомнений в том, что она собирается сделать. И накануне она как следует подготовилась перед тем, как отправиться в магазин. Точнее, больше это касалось Джеки и Эзри. Она не собиралась позволить использовать их против себя.

Вечером, накануне отъезда, она заглянула в магазин компании после работы. Одной воды для выведения угольной пыли было недостаточно, и, как и многие её товарищи, мыло она берегла для особых случаев. Но свою по-мальчишечьи короткую гриву она банданой подвязала, как делали многие другие шахтёры.

В магазине, как обычно, было шумно. Она терпеливо выждала, пока большинство шахтёров потратит свой дневной заработок на дешёвый кукурузный виски, содрогаясь от запаха каждый раз, когда кто-нибудь открывал бутылку.

В конце концов, подошла и её очередь, и она вежливо улыбнулась жеребцу за прилавком.

– Приветик! – она ткнула в вывеску с билетами. – Мне, пожалуйста, два туда-обратно до Радио Спрингс.

Жеребца звали Рональд, хотя она подозревала, что настоящее его имя было в эквестрийском стиле, но им он с ними не поделился. Как и с большинством персонала, любая попытка почувствовать его человеческое прошлое возвращала пустоту.

– А, ну да, – он повернулся к пыльному блокноту и распахнул его при помощи магии. – На завтрашний утренний поезд, правильно?

Когда она кивнула, он продолжил.

– Извините, мисс, всё продано.

– Чего? – она наклонила голову и повысила голос так, чтобы её было слышно всей очереди. – Это даже не пассажирский поезд, все знают, что ехать придётся прямо на угле. И мы прекрасно знаем, что билеты никто никогда не покупает. – Тут она ещё немного прибавила громкость. – Или ты что, утверждаешь, что нам запрещено уезжать? – в свои слова Архив вложила толику своей силы, притягивая к себе внимание всех бывших людей в магазине. Шумная гулянка за одним из столиков немедленно прекратилась. Разговоры в очереди стихли.

Рональда магия Архив не затронула, как она и подозревала. Но вот то, что на него все уставились, он игнорировать не мог.

– Ч-чего? Нет! Конечно нет. Просто… груза много на этом поезде, ещё два пони просто не влезут.

– Окей, – Алекс подступила поближе, улыбаясь как невинный младенец, насколько у неё это получалось. Актёр из неё был ужасный, но кроме Рональда этого никто не видел. – Отправлюсь на ночном. Назад ведь вы меня как-нибудь на завтрашний ночной втиснете? Все знают, что назад они порожняком идут.

Кто-то кашлянул.

– Эм… д-да, конечно. Хотя, если на сегодня, то тогда будет… эм… доплата за срочность. В четыре раза дороже обычного.

Если бы Алекс была обычным шахтёром, это сделало бы билеты слишком дорогими. К счастью, она почти не притронулась к своей премии. Покупала она только сырые продукты и готовила на своей кухне.

Алекс потянулась к сумке и наигранно выудила оттуда плотную пачку банкнот компании, выложив её на прилавок.

– Обычная цена 400 за туда-обратно, ну или у вас так на вывеске написано. Мне два, значит, это 800. Вот тут 6120. Сдачу, пожалуйста, обменяйте на марки Радио Спрингс.

Она услышала, как кто-то в толпе поражённо вздохнул, и это её не удивило. Каждый доллар из её премии сейчас находился на прилавке, вместе со всеми жалкими грошами, которые удалось сэкономить. Скорее всего, это было больше денег, чем кто-либо из этих шахтёров видел в одном месте с момента начала работы на шахте. Ну, насколько вообще банкноты компании можно было считать деньгами.

– Д-да… конечно. Но тут… хм… больше, чем мне разрешено принимать за раз, – он потянулся было к пачке, она забрала её с прилавка раньше, чем он успел ухватиться. – Может, пройдём в подсобку? Мы, эм… там поговорим.

– Конечно, – она ухмыльнулась и бросила взгляд через плечо. – Народ, извиняйте за беспокойство. Я просто в нетерпении от того, что поеду завтра в Радио Спрингс с сестрой. Помашите нам вслед на сегодняшнем поезде! – она помахала им, и последовала за всё более нервничающим жеребцом в служебное помещение.

Подсобка в основном использовалась как склад и была занята полками с товаром. Алекс вслед за Рональдом прошла её насквозь, в тесный офис, усевшись без приглашения и дождавшись, пока он протиснется на другую сторону стола. Улыбку она не убирала ни на мгновение.

– Ты не можешь поехать в Радио Спрингс, – сказал он голосом, который не подразумевал возражений.

– Ещё как могу, – она указала на сумку. – У меня есть деньги на билет. У меня выходной. Я, может, что-то пропустила?

– Ты не понимаешь. Тебе не разрешается ехать, – он вытащил из ящика стола потрёпанный документ, выложил его на стол и подтолкнул к ней. Это был контракт. – Прочитай четвёртую страницу, синий раздел.

Она перелистнула и начала читать. Пока она это делала, он продолжил:

— Это не то, чтобы первый раз, когда кто-то так ошибся. В интересах хороших отношений в будущем… – он достал из ящика ещё одну пачку денег, долларов на пятьсот. – Если ты… публично изменишь свои планы…

Алекс прочитала подчёркнутый раздел. Там действительно было написано, что работник по контракту не имел права покидать территорию до тех пор, пока не завершится их первый срок. Проблема с этим имелась только одна: в оригинальном контракте ничего подобного не было. Там, если честно, нескольких подобных разделов вообще не наблюдалось.

Алекс выпрямилась и отпихнула бумаги.

– Извините, сэр, – она понизила голос, – но этот контракт я не подписывала.

– Д-да нет же, ты…

– Нет, не подписывала, – больше она не улыбалась. Список того, как компания эксплуатировала шахтёров, ширился. – Этот пункт отсутствовал в подписанной мною версии. Я перед тем, как подписывать, его весь прочитала.

– Я-я тебя уверяю, он там был. Ты просто не заметила…

Она пожала плечами.

– Не вопрос, пусть его кто-нибудь принесёт. Я ведь не просто подписала мой контракт, я каждую страницу пометила. Таким образом я всегда замечу, что кто-то попытался подменить страницу. Можешь сам убедиться, он там в картотеке под «Салудив, Кристи». – Она откинулась назад, пусть даже и сидела не в кресле. – Давай, неси его сюда. До ночного поезда ещё пять часов, время есть.

– Понятно, – он не попытался встать, вместо этого потянувшись за телефоном. Ну, чем-то напоминающим телефон. Простое устройство позволяло связаться только с другими частями офиса шахты. Оно больше напоминало интерком, чем телефон, искажая звук и позволяя связывать только двух абонентов. – Босс. Тут у нас шахтёр по имени Кристи Салудив. Настаивает на билете на поезд.

Алекс уже пожалела, что просто не сбежала посреди ночи.

– М-мне надо обслуживать других, – он поднялся из-за стола. – Жди здесь. Через пару минут подойдёт директор, поговоришь с ним. – Он вышел, заперев за собой дверь.

Примерно в этот момент Алекс поняла, что совершила ошибку. Конечно, у шахты были охранники, патрулировавшие окружающие пустоши и разворачивавшие «беглецов», но она мимо них могла бы проскользнуть! Она могла просто не скрываясь отправиться в Радио Спрингс пешком… хотя, в этом случае они могли бы её просто пристрелить и сказать, что её поймали «бандиты».

В худшем случае Эзри и Джеки могли прятаться ещё недели две. Может три, если как следует экономить еду. Могла бы она добраться до Радио Спрингс и найти дракона за это время?

Как много из своих карт Алекс была готова раскрыть?

Дверь оставалась запертой несколько минут. Она потратила их насвистывая «Шестнадцать тонн» и обдумывая, не придётся ли ей применить свои несуществующие кулаки чтобы из всего этого выпутаться. К моменту, как кто-то пришёл, Алекс уже более-менее решила сдаться. Сопротивление было слишком сильным, борьба не стоила свеч, только распаляла оппонентов. Она затаится, выберет другой момент для побега. Не то чтобы рассказать всё дракону немедленно было так важно.

Ручка двери повернулась и вошли несколько пони. Одним из них был директор, про которого она несколько раз слышала, но с которым ни разу не разговаривала. С ним явилась пара дюжих жеребцов, один из которых тащил за собой пустую вагонетку.

Никто из них с ней не заговорил. Алекс вскочила, когда они заполнили собой комнату, и повернулась к директору.

– Это ещё что такое? – копыта она плотно прижала к полу, чтобы земля придала ей сил.

Директор Слоан вздохнул и уселся в кресло с другой стороны стола, где раньше сидел Рональд.

– Кое-что, что я очень не хотел бы делать. Ты ведь Кристи, так? – она кивнула.

– Присядь.

Жеребцы были одеты только частично. Среди них не было единорогов, все они были земнопони. В вагонетке виднелось что-то тяжёлое и блестящее.

– Простите, сэр, но я, пожалуй, откажусь, – она отступила к стене. – Приближаться к этой парочке я не собираюсь.

Он снова вздохнул.

– Понятно. Ну хорошо, мисс Салудив, перейдём к делу. Твоя сестра ведь у нас, так? Твоё сотрудничество будет очень полезно для её здоровья.

Алекс была паршивым актёром. Но несмотря на это, она попыталась прикинуться испуганной. К громилам она не приблизилась, и на табурет, который стоял между ними, не села.

– Скажи мне, что тебе от меня надо.

– Я хочу, чтобы ты присела, – он снова указал на табурет.

Она уселась на пол прямо там, где стояла. Но её задние ноги были напряжены, готовы сорвать её с места при любом неверном движении. Алекс не хотела сегодня умирать.

– Хорошо. Что теперь?

Он снова вздохнул.

– Ты всё хочешь усложнить, так что ли?

Она пожала плечами:

– Я просто хотела купить билет и съездить в Радио Спрингс на вечер. Твой жеребец меня не пустил. Даже подсунул мне липовый контракт, который совсем как мой, только совсем не как мой. Все важные места кто-то поменял. Всего на несколько слов, но… – она постучала себя копытом по голове, – у меня память хорошая.

– Несомненно, – он покосился на громил, после чего снова посмотрел на Алекс. – Боюсь, мисс Салудив, что от тебя проблем больше, чем пользы. Сотрудничество с нами – единственный путь, при котором твоя сестра…

– Ты не нашёл мою сестру, – прервала его Алекс. – И не найдёшь. – Она встала на ноги. – Давай уже завязывать с этими играми, мистер Директор. Я с плесенью вроде тебя раньше уже имела дело . – Она расставила ноги пошире и выгнула спину. – Если хочешь, чтобы всё закончилось без шума и пыли, ты меня отпустишь. Если хочешь меня убить – так и скажи. – Она ухмыльнулась. – Ну и попытайся.

Директор вздохнул. Алекс предполагала, что на этом их разговор завершится. В конце концов, он был в своём праве и мог разорвать её контракт в любой момент. Если он беспокоился о том, какое недовольство она может посеять среди других шахтёров, достаточно было вышвырнуть её в пустоши и послать за ней своих «бандитов».

Но в момент, когда она увидела вагонетку и громил, она поняла, что директор Слоан не ищет лёгких путей.

– Если ты настаиваешь, – он махнул копытом в её сторону, – разберитесь с ней.

Архив наполнила себя знанием. Большинство человеческих боевых искусств для пони были бесполезны, но вот принципы, на которых они основывались, всё ещё имели ценность. Найти внутреннее равновесие, состояние сознания, когда бой из свойства внешнего мира превращался в поток, в котором можно было плыть.

Под адреналином от опасности Архив пробила барьер между собой и своей сутью земнопони, вытягивая силу из костей Земли. Её гнев был лавой расплавленного сердца, праведное негодование за все страдания, которые её пони испытывали от работы в шахте.

Один из жеребцов двинул её бейсбольной битой по голове. Она легко откатилась в сторону, позволив бите безвредно разлететься об пол, в то время как Алекс лягнула второго прямо в грудь. Он улетел, сметя по пути стол и стоящего за ним директора. Оба покатились, сопровождаемые руганью директора и мельтешащими копытами.

Архив с силой наступила на рукоять биты, отломав её без видимых усилий.

– Если вы меня и схватите, то прежде заплатите за это жизнями! – рявкнула она как можно громче. Её необычная магия никак не влияла на этих пони, не могла заставить их прислушаться: ни один из них не был с её Земли.

Может, жеребец ожидал лёгкой победы? Он замешкался и отступил на шаг.

– Эм… босс?

– Давай уже, – отозвался тот, выбираясь из-под стола. – Чёрт, у нас теперь выбора нет!

Жеребец бросился вперёд. Может, у него и был опыт избиения пони. В основном они были свежевернувшимися людьми, неуклюжими и слабыми. Алекс сражалась три века. Её тренировали люди, компьютеры и эквестрийские военные.

Архив подкатилась под ноги несущемуся жеребцу, просовывая между его ногами свою и резко ударяя по кости. Та сломалась как прутик, и он врезался в стену. Стена содрогнулась от силы удара, пожалуй, достаточной, чтобы выбить из Алекс дух, если бы он её достиг.

У Земли нет предпочтений, когда дело касается её детей. Она убьёт одного с той же охотой, как и другого. Архив перешагнула через стонущего жеребца, притормозив только чтобы как следует двинуть его по голове. Как раз достаточно, чтобы он потерял сознание.

Алекс изо всех сил лягнула ближайшую полку, заставив её закувыркаться в сторону стола. Полка взорвалась, рассыпая кругом папки и щепки.

Второй громила выбрался из-под обломков, всё ещё сжимая в зубах стальной прут, невзирая на всё, через чего ему пришлось пройти. Крепкий. Она махнула в сторону его падшего товарища:

– Ты следующий, придурок! Опусти оружие!

Он так и сделал, но опусти не на пол, а со всей силы на неё. Она легко увернулась и воткнула копыто ему в бок, позволяя ещё одному удару безвредно соскользнуть по шее. Прут изогнулся, не оставив на ней и царапины.

Алекс хорошо разглядела его лицо с расширившимися глазами, прежде чем снова лягнуть его рядом с тем местом, куда пришёлся предыдущий удар. Только в этот раз она не сдерживалась и почувствовала, как сминаются рёбра, а сам громила влетел в портрет. Стекло разлетелось, осыпав сползающего на пол жеребца градом осколков.

Она настолько сконцентрировалась на громилах, что упустила из виду директора. Алекс услышала громкий хлопок выстрела и подняла голову, заметив его на другом конце комнаты. Она почувствовала укол на груди и опустила на мгновение взгляд. Пуля расплескалась об её шерсть. Алекс подняла взгляд и шагнула вперёд:

– Ещё разок.

Директор Слоан выглядел безумно, покрытый щепками с головы до ног. Он опёрся на кучу обломков, сжимая ружьё двумя копытами. Оно было направлено прямо ей в грудь. Он выстрелил снова. И снова магия земли перехватила пулю возле её плоти, хотя в этот раз пуля сумела поцарапать её до крови. Алекс потянулась, умоляя землю дать всё, что можно… и обнаружила, что можно уже нисколько.

Её связь с Землёй полностью иссякла. Это не походило на обычное чувство, когда у неё заканчивалась магия. Она попробовала почувствовать бьющееся сердце Земли и поняла, что не может.

Следующий выстрел прошёл её насквозь, забрызгав дальнюю стену кровью. Она продолжила надвигаться, заставляя себя улыбнуться.

В Алекс и раньше стреляли из длинноствольных ружей. Шок заставлял органы выключиться, прорывался сквозь всё. Боль была почти неописуемая, раскалённый добела клинок, разрывающий её изнутри. Он прицелился чуть повыше, в голову.

– Д-да ид-ди ты… – она захлебнулась собственной кровью прямо в середине слова.

Он спустил курок.